Часть 3

      Лололошка снова растягивается на полу, не удержавшись на подкашивающихся ногах.       — Что, все, задохлик? — смеется, Валет, устало дыша и присаживаясь рядом. Все же, оба находились в спортзале не просто так. А Лололошка любил отработать проведенное время так, чтобы потом падать с ног и стонать от крепатуры. Зато троим друзьям было над этим очень весело смеяться, пока Лололошка недовольно бурчал. В прочем, он тоже смеялся на самом деле.       — Ага, пиши Миражу, чтобы он подогнал с подготовкой похоронной на меня, — парень закрыл глаза, кладя голову на руки. А после дернулся от пинка в бок. — За что?       — Не шути так при мне. Первее меня торопишься. Ишь, нашелся, — укоризненно взглянул Валет, склонив голову. А после, хлопнув себя по ногам, потянулся вставать. — Ладно, пошли. У меня ночью задание, так что выматываться мне все равно нельзя.       — Я не могу. У меня ножки болят. Я не виноват, что у тебя импланты, — фыркнул Лололошка, без смущения продолжая валяться и даже потянувшись, растягивая спину.       — И вот это подрастающее поколение наблюдателей, — вздохнул Валет. А после, подумав явно не достаточно долго, подхватил это самое поколение на руки. Точнее, на плечо, подбрасывая для удобства.       — Валет! — возмутился Лололошка, дергаясь и вырываясь, но так и не успев сбежать, пока еще был в воздухе. Но когда его уже прижал сильный наблюдатель, вырываться было уже почти бесполезно.       — Что, принцесса? Уже силы появились? — уж никак не сочувствуя парню, сказал мужчина, вынося парня из тренировочного зала, собирая пару не слишком заинтересованных взглядов.       — Вале-ет, — страдальчески протянул шатен, таки поникнув тряпочкой, пытаясь вызвать сочувствие, хоть позу пытаясь сделать такой, чтобы держать было неудобно. Валета это все равно не удивило, да и, кажется, не очень то и помешало.       — Ничего не знаю. Нельзя же мне бросить в беде своего коллегу, валящегося с ног, — мужчина вынес младшего в раздевалку, усадив того на лавку. Правда, чуть не уронил от того, что тот снова начал брыкаться, пытаясь ткнуть не больно, но неприятно. И даже попал куда-то по руке. Разве что в ответ получил по голове, тихо шипя.       — Давай, в душ и переодевайся, — отмахнулся Валет, подходя к своему шкафу, доставая и свое полотенце.       — Ты жесток, — вздохнул Лололошка, но, все же, поднялся, тоже собираясь для водных процедур.       — А что, хочешь, чтобы я тебе помогал помыться? — снисходительно сказал мужчина, только улыбнувшись с раздавшегося возмущенного вздоха рядом. — Вот и я о том же. Брысь давай.       — Вот так вот и доверяй людям, — буркнул парень. И развернулся, уходя таки в общий душ. В прочем, наблюдатель и не очень обиделся. Просто пошел следом, хоть и с отставанием в несколько десятков секунд.       Хотя на долго Лололошка все равно не отвязался от Валета, встретив его и после выхода, когда уже переодевался в свою обычную одежду. И снова они даже еще немного потыкались друг с другом, по-дружески огрызаясь, после идя к общежитию. Хотя в лифте все равно пришлось разойтись. Скудная комнатка младшего находилась ниже, чем у матерого наблюдателя. А там лечь в кровать и разрешить себе немного окунуться в глобальную сеть. Вот чего он не позволял себе раньше, но в городе было мало занятий, которыми бы хотелось заниматься.       Разве что потом пришлось пойти на ужин. Ну и, конечно, поблагодарить Натали, которая посетовала на то, что тот определенно Валетов сын. Лололошка только улыбнулся, забирая порцию, кажется, более разнообразную, чем отдавалась остальным. В прочем, он и вида не подал, забирая и быстро отворачиваясь, чтобы никто другой этого тоже не заметил. Да и возмущаться не было смысла, он действительно перенимал привычки старшего наблюдателя. Есть надежда, что и проживет он тоже достаточно.       И, все же, даже несмотря на вкусный ужин, парень заметил Миража, когда тот только вошел в столовую. Того, кто, собственно, в комплексе появляется только по принуждению. Можно сказать, снизошло чудо, почти пришествие богинь. Только вот лицо у мужчины, что быстрым шагом направлялся к столу шатена, шокирующей радости не выражало.       — Привет? — отрываясь от тарелки, выдает Лололошка.       — Да-да. Закончишь — я жду тебя на выходе. Нужно принять завещание, — неожиданно коротко бросает мужчина. Коротко резко. Будто рубил мысли, а не говорил.       — Что? — вскинул брови шатен, пытаясь заглянуть в глаза напротив. На него же смотреть, кажется, и не хотели.       — Расскажу, как закончишь, — качнул головой Мираж, не оставаясь надолго. Лишь обернулся вокруг, будто бы вспоминая, как вообще выглядит столовая. А после пошел по тому же маршруту, по которому и пришел.       Оставалось только вздохнуть, после чего забросить в себя еду. И после, быстро сдавая посуду, Лололошка чуть ли не вылетел из столовой, оглядываясь по сторонам.       — Мираж! — тут же окликает он, завидев мужчину. А тот стоит на крыльце, неожиданно, выкуривая сигарету. За таким времяпровождением его парень еще не заставал.       А мужчина медленно перевел взгляд на шатена, после подходя к урне и выкидывая окурок.       — Пошли. Нужно зайти в Архивы. Там личное подтверждение нужно с проверкой чипа, — И снова Мираж не шутит и даже не пытается сбавить ту напряженность, которую очень сложно не заметить.       После мужчина развернулся, так и не дождавшись какого-либо согласия. В прочем, Лололошка все равно пошел, не решаясь о чем-то говорить.       Они шли в сторону Архивов, куда без охоты пускали просто так. Но сейчас он вместе с человеком из этих мест проходит мимо сборища серверов. Они тихо жужжат, мигают лампочками и занимают более чем много пространства у стен. Не то, чтобы Лололошка видит это в первый раз, сущего удивления он не испытывает. Мираж пару раз затаскивал его сюда, иногда вместе с Валетом, споря с последним о правильности тех или иных слов.       Они снова подходят к компьютеру мужчины. Соседей сегодня у него, даже удивительно, нет. Во всем офисе сидит не больше десятка людей, а большинство компьютеров награждают лишь темным экраном. Мираж даже не садится на стул, просто открывает что-то на экране так быстро, что шатен не успевает прочитать приписки и названия окон.       — Так… Во-первых, Валет мертв. Три часа назад. Так как он был… Не последним человеком — устроят церемонию прощания. Его тело уже привезли и готовят. Прощание будет завтра утром, — повисла секунда заминки, чтобы вздохнуть и после продолжить: — У него было завещание. Он оставил тебе сберегательный счет и большую часть арсенала. Пару вещей мы с Фазой уже забрали, все остальное твое. В его комнате можешь посмотреть. Там можешь забрать все, что понравится, он дал добро. Через четыре дня комнату уберут, чтобы заселить нового человека.       — Стой… Мертв? — осипшим голосом сбивается с темпа мысль Лололошка. — Как? Ты уверен?       — Уверен. Я слышал. Я был одним из координаторов его миссии. Он не смог удержаться на крыше. Столкнули. Небоскребы в городе высокие, ты знаешь. Шансов не было, — вздыхает мужчина. И парень абсолютно не понимает, как он может работать сейчас. После такого.       Не сразу приходит мысль, что это, должно быть, не первая смерть по прямой связи. Мираж тоже не первый год наблюдатель. Это не в первый раз, когда он зачитывает похоронный текст. Разве что для знакомого он короче и формальнее.       Для наблюдателей смерть — это не горе. Это очередная обыденность, новость о которой читается за завтраком. Только Лололошка тут к этому не привык.       — У тебя есть время подумать. Я должен был тебе сообщить, — вздыхает Мираж, отворачиваясь. Компьютер тихо пиликает тем звуком, с каким датчики считывают данные чипа, отмечая, за кем выполнена задача и кому за нее насчитать процент. А после на компьютере погасают все вкладки.       — Я… Спасибо, — цедит Лололошка почти по звукам, пока внутри все холодеет почти до разбившейся ледяной крошки.       — Пошли на улицу, — неожиданно говорит мужчина, подталкивая младшего в спину. — Там воздух лучше.       Лололошка и не мог ничего возразить. Быстрым шагом он почти что вылетел из архивов. За ним дверь захлопнул сам Мираж. Тот прошел на шаг и громко вздохнул, разворачивая плечи.       — Фаза уже, должно быть, увяз в своей комнате. Его голые стены успокаивают, — невпопад говорит мужчина, задумчиво смотря куда-то вверх.       Лололошка удивленно переводит взгляд на него, будто решаясь, продолжить слова монолога, или так и оставить их висеть в воздухе.       — Что? — замечает Мираж этот взгляд. — Он считает, что за замками он защищен. Мнимая безопасность, условная отчужденность, — пожимает он плечами, складывая руки в карманы. — Иногда я ему даже завидую. Особенно когда знаешь, что в любой момент эти замки откроются по одной кнопке. Я ее на экране почти каждый день вижу.       — Теперь ты и мне добавил еще один повод для хронической тревоги, — фыркнул Лололошка, отворачиваясь.       — Это моя работа, — дружелюбно оскалился мужчина, локтем подталкивая младшего в спину. Тот, в прочем, не удержался, чтобы легонько пнуть в ответ. В прочем, разногласие решилось пофыркиванием друг на друга. — Хочешь в бар?       — Опять за твоим… Как оно… Спиртом с плевком бармена? — сказал Лололошка, выдав какой-то неловкий смешок.       — Да «арктика» это, — закатил на показ глаза Мираж. — Дам тебе на этот раз «холодный восход». Тебе должно понравится больше.       Парень посмотрел на наблюдателя с подозрением, о чем-то раздумывая, но через пару секунд, все же, со вздохом кивнул. Даже если ему не понравиться, то все равно оставаться одному и погружаться в мысли, что, Лололошка уверен, накроют его с головой и не дадут после и вздохнуть, не хотелось.       Наблюдатель кивнул, больше ничего не спрашивая. Просто отправившись в сторону выхода из территории. Ну и конечно, Лололошка за ним. Даже было как-то странно ходить по городу днем, когда на встречу шли толпы народу. Оглядывали несмело, отводили глаза. Некоторые же только по ранним рассветам и уже достаточно глубокой ночью ходят по городу, пропуская все самое интересное. Лололошка даже и забыл, что население города, на самом деле, исчисляется миллионами.       В прочем, дошли до нужного здания они быстро. В позднее время оно сильнее выделялось на темной улице. Сейчас его можно было легко и пропустить. Хотя Мираж все равно дошел, даже свернув в правильном месте. Ну а Лололошка забежал за ним следом. Сегодня даже охраны не было, да и музыки внутри, как оказалось, не было. И народу немного. Это Лололошке нравилось явно намного больше.       — Займи столик какой-нибудь, а я сейчас закажу что-нибудь и найду тебя, — сказал Мираж, обернувшись. Пришлось кивнуть, выискивая что-нибудь удобное, подальше от… Да в принципе от всего. В прочем, мест было достаточно. Лололошка с радостью спрятался за одним из столов.       Мираж оставил его совсем не на долго. Стаканы ударили по столу, громко зазвенев. Один как прошлый, любимый Миража, странного цвета и вкуса, а другой красно-оранжевого с шапкой из льда.       — И это тот самый «восход»? — с подозрением спросил Лололошка, поднимая глаза на архивника.       — Да. Что тебе не нравиться? — фыркнул Мираж, падая на стул рядом, пытаясь не зацепить стол.       Лололошка вздохнул, снова опуская глаза снова на стакан, к которому испытывал определенное подозрение, как к не кровному, конечно, но ужасно злостному врагу.       Но, все же, парень дает этой склянке шанс. Маленький глоток, осторожный, после которого снова морщится.       — Я был о тебе лучшего мнения, — фыркнул он, мотнув головой.       — Что тебе уже не так? Ты уж больно разборчивый, — в ответ в таком же тоне ответил Мираж, все потягивая свой спирт неприглядного вида.       — Оно же не вкусное, — вздохнул Лололошка, откидываясь на спинку кресла.       — А ты выпей нормально, распробуй. А то глоток всего и уже судишь, — с подначкой выдал мужчина, отмахиваясь стаканом. А младший закатил глаза, отфыркиваясь. Хотя, чуть подумав, все же Лололошке поддакнула и совесть, ведь ему подбирали напиток, так еще и бесплатно. Тем более, все же пьют. И Мираж перед ним, и Фаза, когда они собирались, и остальные в баре. И даже Валет солютовал им своим стаканом, кажется, совсем недавно.       Все же, пытаясь не так много внимания обращать внимания на вкус, парень сделал еще пару глотков, оглядываясь на темные углы. Может, от скуки, может, от интереса. Парень и сам не понимал, что чувствует сейчас, сидя в окружении этой странной дневной тишины. Будто это место сейчас было другим миром, в который он случайно попал.       — Кстати, — добавляет Мираж, невзначай, — не хочешь таки квартирку себе присмотреть? Обычно самостоятельные наблюдатели уже хотят сбежать куда подальше от штаба.       — Не думаю, — бурчит Лололошка, припоминая, с каким трудом он выучил улицы непопулярного района вокруг. На новом месте, он не сомневается, будет еще хуже. — Я лучше тут. Тем более думать ни о чем не надо.       — Ну-ну. Прям живи и радуйся, — одним тоном Мираж полностью показал, что он об этом думает. — Я бы помог тебе квартиру с красивыми видами поискать, спортзалы есть, а есть можно и в ресторанах, тебе хватит.       — Мира-аж, — протянул парень устало, посмотрев на собеседника.       — Ну ладно-ладно, — фыркнул мужчина, отмахнувшись, за один раз допивая оставшийся напиток. А после как-то странно посмотрел куда-то в сторону входа, прищурившись.       Лололошка и обернуться не успел, как его, неожиданно, хлопнули по плечу.       — Доброго дня, коллеги. Не ожидал тут кого-то увидеть тут так рано, — блондин, оказавшийся рядом, уж больно весел. Возможно, тоже немного навеселе. Не зря же он тут. Хотя того самого запаха Лололошка от него не чуял.       — Кавински, — а вот Мираж напротив. Сощурился как змей, только клыков на показ не хватает. — Будь добр, не до тебя сейчас.       А Лололошка в это время аккуратно отстраняется, снимая с себя руку незнакомца. Одет с придурью, то есть, как и все наблюдатели. Еще и волосы ярко выкрашены в что-то схожее с фиолетовым.       — Да ну, мальчики, чего такие недружелюбные, — сказал этот мужчина уж больно… Как бы это сказать и не обидеть. Показательно небрежно.       — Не до тебя, Кавински, — вздохнул Мираж, медленно вставая со стула якобы еще давая время убежать, пока тот еще не разозлился. В прочем, архивник более пугающ за компьютером, а не в прямой стычке. В прочем, они еще и злопамятны, но, кажется, блондин об этом уже не подумал. Но, в прочем, до компьютера еще нужно добраться.       — Ой, да ну. Уже подойти нельзя? Свобода перемещения больше ничего не значит? — съехидничал Кавински, опираясь руками на стол. — И что, парень, тебе нравиться вот этот вот скучный шабаш? Я же вижу, ты уже заскучал.              И Лололошка не знает, о чем думал этот наблюдатель, но определенно почувствовал, как его с силой хлопнули по спине. Сказать честно, он чуть не врезался в стол. Пришлось сжать зубы, глубоко вздыхая, успокаивая наплыв жгучей раздражительности от такого поведения.       — Не строй такое лицо, никто ж не умер, — почти засмеялся Кавински. Не успел. Лололошка иногда двигается слишком быстро, не замечая своих же движений. И сейчас он чувствует, как саднят костяшки от удара в челюсть.       — Дейв, твою мать! — теперь Мираж подскакивает, аж стул падает. И блондин, держась за подбородок, отходит назад. Даже очки сползли на нос. И красные, кровавые глаза так и сверкают. Не живостью, а каким-то отстраненным гневом. Будто стеклянные. Они могли бы даже испугать. В прочем, Лололошку не пугали и дикие волки, скалящиеся на него из-за деревьев.       — Дейв, значит, — шипит Кавински. Руки у него странно подрагивают. Так, как у наблюдателя определенно не должны. В прочем, Мираж все равно не успевает встать между ними, как тот уже бросается вперед. И самое страшное в этом — оба драться умеют. До крови, до смерти, в любом состоянии. А внутри кипит. От безрассудства. От алкоголя. От острого взгляда, осмелевшего царапать душу за живое.       Блондин оказывается слишком быстро. Лололошка опрокидывает его на пол. И тот даже падает, но тянет за собой. Только подмять парень себя не дает. Огрызается, вновь заносит кулак, который на этот раз с хрустом врезается в пол. А после уворачиваться от захвата на шее. И язвительно так улыбается, понимая, что Кавински медленнее. И, возможно, еще и слабее.       — Дейв! — сбоку уже Мираж, не зная, как подойти. И другие люди тоже смотрят, но не приближаются. Не хотят связываться с наблюдателями.       — Я тебя убью, — Кавински почти рычит, таки доставая прямым ударом в грудь. Попал в солнечное сплетение, умело выбив весь воздух из трахей. Лололошка растерялся лишь на мгновение. А после отражает пинком в живот. Даже не дышит, но двигается. В прочем, и Кавински тоже не отстает, даже если пришлось мимоходом вытереть кровь из рта. Видимо, прикусил язык или щеку. Лололошке не важно. Тем более, все мысль прерывает удар в ухо, что на пару секунд дезориентирует, болью прорываясь в голову. И все равно он умудряется вновь задеть наблюдателя. На этот раз дважды. А потом и сам получил куда-то в щеку. Еще замах в ответ. Руки соднит.       Его отталкивают ногами, но Лололошка уже готовь вновь броситься, как его неожиданно хватают за шиворот. Хватают и оттягивают назад, не давая дернутся.       — Что на тебя нашло? — кажется, Мираж и сам не знает, злиться ему или боятся. Но в секунду успел таки растащить таки собачью драку не подставляясь под случайный удар.       Лололошка дышал глубоко, резко, но все же обернулся, не полностью потерявшись в адреналине. Но после снова обернулся на Кавински, что, в минуте передышке, начал подыматься, недовольно вздыхая и потирая раны. Что радовало Миража, тот хотя бы не стал пользоваться этим перерывом в свою пользу. Просто смотрел.       — А он будто не первый начал, — выдохнул шатен, все же тоже начав подыматься на свои ноги. И чувствуя неприятные ощущения в ухе, хватило только прикоснуться к нему, чтобы понять, что разбили. Кровь текла по челюсти и к подбородку. Удачный был удар. Не удивительно, что у него все еще мир слегка плывет.       Мираж на это смотрел, ничего не говоря. А после дернул, заставляя пойти за собой.       — Тебя нужно в мед крыло, — хорошо, наверное, что мужчина еще не успел много выпить. Так бы, гляди, все закончилось куда плачевнее.       — Извини, — лишь вздохнул Лололошка, послушно плетясь, отвернувшись к Кавински спиной. Но чувствовал, как тот сверлит взглядом ему спину.       — Нарваться на самого неудобного наблюдателя. Дейв, ну надо было? — выдохнул Мираж, закатывая глаза, вытаскивая парня из бара. — Это что, с одной склянки тебя так снесло? Алкоголя тебе вообще нельзя?       — Это от стресса, — фыркнул Лололошка, уводя глаза в сторону.       — Ну конечно. Голова кружится? — закатил глаза мужчина, после скосив взгляд на парня.       — Немного, — признался Лололошка, пожав плечами. Не удивительно с тем, как они валялись по полу.       — Ну а как же. Вангую, этот наркоман еще и не отстанет, — почти рыкнул Мираж, даже не обращая внимание на то, как косятся на них остальные, «нормальные» люди, снующие мимо. Все равно уже завтра они не вспомнят о паре странных наблюдателей.       А в штабе уже свернуть к докторам, почти что насильно заводя того в еще невиданные парнем коридоры, в которые попадать он явно не хотел. Но нужно же когда-нибудь знакомиться с последними, кого этот молодой наблюдатель вечно обходил стороной. В прочем, и хорошо, что раньше не знакомился.       Приемная встретила его усталыми вздохами и заинтересованными взглядами на незнакомца для медицинского персонала поголовно в белой форме.       — И что на этот раз? — сказала статная женщина, сидящая за стойкой регистрации. Видно, она тут не первый год, многое повидала.       — Осмотрите бойца, будьте добры, — вздохнул Мираж, подтаскивая парня за руку. — Подрался немного.       — Ну это мы можем. И как бойца по номеру? — легко ответила женщина.       — Семисотый, — продолжил отвечать мужчина. Женщина даже умилилась немного такой картине. Но все равно опустила глаза на экран, регистрируя обращение и вызывая персонал по кнопке.       — И что, с кем это так? — спросила девушка. Конечно, просто ради своего любопытства.       — Да снова наркоман местный, — вздохнул Мираж, качнув головой.       — А будто у нас мало местных наркоманов, — мило улыбнулась женщина, постукивая пальцами по столу.       — Блондин с многолетним стажем и цветными глазами, — закатил глаза мужчина. И уже на эту характеристику только понимающее кивнули.       Правда, их милый диалог прервал медбрат, вышедший из поворота коридора. Тот даже ничего не сказал. Только махнул рукой, подзывая за собой, как не удивительно, не очень охочего к этому парня. А под пристальным взглядом архивника не подчинится варианта, мягко сказать, не было. Пришлось вздохнуть и отвернуться.       — Мне же можно пойти тоже? У вас же в приемные можно, насколько я знаю? — спросил Мираж у женщины. А та кивнула, лишь разведя руками.       — Проходи. Там следом зайдешь, — сказала она. Оставалось благодарно кивнуть, после чего нырнуть в светлые коридоры.       Палата не отличалась особым убранством. Просто койки, на одну из которых усадили все еще слегка кровавого молодого наблюдателя, сразу же всучив какую-то чистую тряпку. Ну и действуя по догадкам, Лололошка меланхолично начал ей вытирать свою морду. А после, вздыхая, тряпочку отобрал Мираж, помогая разобраться уже со свернувшейся кровью. А дальше подошел еще и медбрат с дурно пахнущими ватками. И только после того, как все ссадины и синяки помазали и обработали, бедного маленького наблюдателя наконец отпустили. До комнаты, правда, Лололошка уже дошел сам под благословение старшего знакомого.       Осталось только завалиться на кровать. А в голове мысли, а что сегодня вообще было.