Часть 4

      Церемония прощания длилась не долго. В прочем, Лололошка все равно так и не осмелился подойти. Смотрел на людей со стороны, почти прячась от толпы, заполнившей двор. Не огромной, конечно, но… Даже к проходившим рядом Миражу и Фазе он не приблизился. Лишь тихо вздыхал, переминаясь с ноги на ногу. Корил себя за это, но не мог найти силы на то, чтобы сделать шаг ближе. К этой толпе, к этим голосам.       А через пару десятков минут людей становилось уже меньше. Все уже высказали в слух все, что могли, так что после расходились обратно.       И, все же, когда наблюдателей вокруг уже почти не осталось вокруг, даже знакомых, Лололошка вышел из-под крыльца. Несколько метров были почти пропастью, прежде чем остановиться у безжизненного короба с фотографией.       — Прости меня, — вздохнул парень, чувствуя, как поднимается в горле ком. Поднимается и застревает. И не отвести взгляда от простой деревянной коробки.       А мыслей в голове нет. Просто пустота. И тихий звон в ушах.       А он ведь даже не попрощался.       Ветер залез под одежду, заставляя поежится, пряча руки в карманы. Сегодня как-то холодно.       Лололошка вздохнул, наконец оторвав глаза от разводов деревянных колец. И замер, заметив на себе взгляд. Цепкий, холодный. Тот, что он уже знал, даже если чувствовался он уже как-то не так. Кавински. Блондин, сейчас не скрывающий своих ядовитых глаз. Стоял с другой стороны площади и смотрел со стороны. К слову, еще и с бинтом на носу. Лололошка его, наверное, таки сломал.       Это продолжалось несколько секунд. А после блондин развернулся, направляясь к крылу архива. Парень даже не хотел думать, что это на самом деле было. Просто вздохнул, прикрыв глаза. А после снова опустил взгляд на деревянную коробку. Холодную, жесткую, немую.       И, все же, он набрался смелости, чтобы провести пальцами по крышке гроба. А после наконец отвернулся. И, как и большинство, уйти с площади. Нужно ведь еще и зайти в комнату Валета, посмотреть, что там. Как же Лололошка долго это оттягивал. В прочем, он и может подождать еще немного, собираясь с мыслями.

***

      И снова город. Темный, холодный, по которому тот шел, почти не разбирая дороги. Кто же знал, что одна лишь комната заставит сердце биться так сильно. Прямо как в тот раз, когда он в первые забыл снять пистолет с предохранителя. Только теперь некому взять его за плечи, встряхнуть, отвезти подальше.       А сейчас Лололошка бежал сам. Дальше, петляя и теряя ориентиры, ориентируясь лишь на направление. На этот раз даже не к вышке. К морю. К бездонной яме, о которой как-то говорил сам Валет. Непроглядным просторам, в которых таится что-то неизвестное, устрашающее. Сам парень об этом пока и не задумывался. Наверное, самое время.       И вот он — влажный холод, острый ветер, бьющий в лицо. И открытый горизонт, к которому Лололошка тянется, вцепившись руками в ограждение. И звезды. Он увидел звезды. Тусклые, но они все равно отсвечивали в воде, переливаясь и сверкая.       Что-то в этом действительно есть. Что-то такое, что сжало сердце. Зато оно наконец успокоилось, имея возможность немного отдохнуть от марафона. Легкие царапало соленым воздухом. Нужно было дышать ровно. Раз-два-три, выдох, как учили.       Рука потянулась в карман. Пальцы коснулись холодного металла. Он так и не нагрелся от тепла людского тела.       Лололошка бы и не обратил внимания на этот пистолет, если бы это не было тем самым оружием, которое первым легло в его руку. С которым было его первое задание. Крови уже не было, но вмятины и царапины были весьма красноречивы. В чужой комнате он лежал отдельно, будто оставленный на память. Его не использовали, он был уже припылен. Просто лежал, как… Что-то ценное.       Пальцы аккуратно гладили неровности, меланхолично разглядывая, как отблескивает луна на стволе. И ведь сколько он тренировался именно с этим пистолетом, а так быстро забыл о памятной вещи.       А ведь если Валет ушел так… Так просто, в один момент и годы тренировок с практикой не помогли…. А стоит ли все хоть каких-нибудь усилий?       И только шелестела рядом вода. Так мирно, тихо. Он почти и не в городе. Тот остался за спиной со всеми его переживаниями, с его шумом. И как же все сложно. Просто думать, просто существовать на этой замкнутой территории убийц. И весь этот город — загон для рабов. Когда он слушал рассказы отца, он представлял всех этих людей не так. Мирное горное поселение, наверное, слишком развратило.       Интересно, этот пистолет еще способен стрелять? Внутри был даже магазин, но не сломался ли привод после той неудачной «перестрелки». Вполне мог погнуться. Хотя… Не важно, Лололошка все равно не осмелится взять его на задание снова. Не этот пистолет.       Из мысли вырвали шаги. Пока еще не близкие, но определенно приближающиеся. В прочем, он даже не обернулся. Только прислушался.       — И снова Дейв, — поприветствовал — Лололошка узнал его уже по голосу — Кавински. Остановился в нескольких метрах. — Мы с тобой стали слишком часто видеться.       Пришлось вздохнуть и, все же, обернутся. Действительно, тот самый блондин. Разве что, кажется, взгляд другой. Спокойнее. И руки в карманах, поза без напряжения. И даже на носу уже ничего нет. Будто бы они и не начали свое знакомство с не самой лучшей ноты.       — Интересно с чьей прихоти, — вздохнул Лололошка, пряча за руками огнестрел.       — Видно, с прихоти Алы. Я тут по своим делам, да и ты, вижу, тоже, — пожал плечами наблюдатель.       — Если верить в заговор богинь, — закатил глаза парень, облокачиваясь спиной на перила.       — Да ты еще и безбожник? — Кавински почти рассмеялся. И подошел к перилам, обходя по духе шатена, что-то выглядывая в воде.       — Ага. Верю в воздух и медицину, — бросил Лололошка сухо. Даже слишком. Но все еще краем глаза следил за человеком. Таким странным, нелогичным.       — Я так хорошо попадаю в больные точки, да? — съехидничал Кавински. Слишком жестко, чтобы острие злости снова не пробило сердце. А ведь парень и так на нервах. Молодой, только после траура.       Он таки не сдержался, выкинув руку с пистолетом. Не снимая с предохранителя, но ведь это лишь мгновение. Огнестрел и так достаточно весомое слово. Лололошка и стрелять не собирался.       — Слишком хорошо, — но снова в руках эта тяжесть. Просто угрожать оружием живому человеку оказалось сложно, зная ту предшествующую опасность.       — А руки дрожат, — протянул Кавински. И, кажется, не испытывая даже опасения, сделал пару шагов вперед. Будто был бесконечно уверен в своей безнаказанности. Да и, на самом деле, не стал бы Валет хранить просто так на полке действительно заряженный пистолет. Порох дело такое — нестабильное.       — На тебя хватит, — Лололошка пытается успокоить кровь. Получается откровенно плохо. Все же, ужасно он учился. Сохранять спокойствие — главное в этой профессии.       — Ну, в такой упор даже не поспорю, — улыбнулся блондин. И вскинул очки, оставляя их на лбу. Смотрел глаза-в-глаза, будто и вовсе не замечал дуло. И пугал этим, на самом деле. Взгляд не острый, не злой, но будто и не человеческий вовсе.       Лололошка и подумать не успел, как Кавински протянул руки, просто вырывая пистолет из пальцев.       — Эй, — тут же возмутился Лололошка, потянувшись следом.       — Сейчас верну, я просто посмотреть. Большинством огнестрела я торгую, а этого не помню, — блондин даже не отворачивался, действительно просто рассматривая. А после почти незаметными движениями начал разбирать пистолет на детальки. — Откуда ты это взял?       — Мне подарили. Для меня это важно, не издевайся над оружием, — вырвался еще один вздох.       И ведь действительно послушались. Как разобрали, так начали и собирать, после протягивая обратно.       — Я уже понял, что ты этим только хвастался. Не заряжен, еще и сломан, — тянуще выдал Кавински, после делая шаг назад.       — Спасибо, — буркнул Лололошка, пряча пистолет обратно в карман, чтобы больше не достали, все еще опасливо косясь.       Тихий гул со стороны воды заставил обернуться обоих, замирая, приглядываясь.       — Мои приехали. Удачи, — совершенно спокойно отсалютовал Кавински через пару секунд. И, развернувшись на пятках, развернулся в сторону лестницы, опускающийся прямо к помосту, что открыто спускался непосредственно к воде. А Лололошка только смотрел сверху, наблюдал.       Кавински долго на помосте не стоял. Что удивило, вскоре на воде появилась моторная лодка с каким-то мужчиной за рулем. Ну а за ней, на веревке, что-то схожее на… Мотоцикл? Только на воде. Как это называется Лололошка не знал. Но зато видел, как Кавински без капли сомнения на это нечто забрался, отвязывая от лодки, пока второй незнакомец этот канат подтягивал, укладывая на борт. А после нажал что-то и мотор завелся и под блондином, после чего тот рванул в воду. Куда-то туда, от берега.       А Лололошка так и продолжал стоять у ограждения, смотря в горизонт. Теперь уже пустой. Так же, как и появились, мужчины и уплыли. Даже моторов вскоре было не услышать. И на набережной парень снова остался один. Один и с абсолютно непонятным клубком чувств внутри.       За последующие пол часа с этой загадкой собственного разума, запутавшего сам себя, Лололошка так и не разобрался. И темные воды так ему и не ответили. В прочем, пора уже и уходить. Все он не научился одеваться по погоде, становиться холодно.

***

      Лололошка и сам не понял, когда эта новая работа стала для него… Нормой. Настолько, что он утонул в ней с головой. Что выходил почти каждый день из штаба, оказываясь в нем снова только грязный и часто в крови. Настолько нормой, что Лололошка уже пришлось бы считать, вспоминая, когда здоровался с Миражем вне рабочей связи через коммуникатор на задании. Мог ли он обещать, что архивник не увидит на своем экране еще один отключившийся чип? Хорошо, что его никогда не просили обещать.       В любом случае, сегодня он вернулся. Не в самом лучшем своем виде, правда, но ведь даже без особых ран. Лишь в грязи и немного крови. Достаточно неприятное было, на самом деле, задание. Пришлось и побегать, и руками помахать, сбивая костяшки в кровь.       Пара людей, бывших на улице, даже поздоровались. В прочем, Лололошка, уставший и в неприглядном виде, лишь кивнул, пытаясь просто побыстрее спрятаться в общежитии и зайти в ванную. А потом и поспать. Да благословят его богини, просто поспать. А завтра взять еще одно задание, про себя надеясь, что на этот раз Миража на смене не будет. Не хочется вновь опускать глаза, понимая, что за него беспокоятся, а он все делает будто на зло. Он ведь не специально.       Вход в общежитие был будто дверью в рай. И Лололошка нырнул в него с блаженной радостью. А после «пилик» коммуникатора, тут же вызвавший недовольный стон молодого наблюдателя. Пришлось заглядывать в экран, читая слегка играющие в глазах буквы.       — Да вы издеваетесь, — вздохнул Лололошка, облокачиваясь на ближайшую стенку. Снова задание, при чем срочное. И не только для него. Собирают людей для налета. Ну конечно, не могли они с этим подождать хоть немного. Даже подремать немного не успеет. Только помыться, наверное, да одежду в стирку закинуть.       В прочем, отказаться у него все равно нет шанса. Придется собираться. На этот раз хотя бы автобус есть и на том спасибо. Не придется ломать голову, как добираться за город.       По лестнице пришлось взбежать. А потом завалиться в комнату. Вода в ванной хорошо горячая, хоть немного расслабляя тело. Вскоре она хотя бы перестала окрашиваться в грязно-розовый. А после, проклиная весь свет, вылезти и натянуть липнущую к влажной коже ткань. Накидать в сумку еще магазинов, проверить пистолет, выпрошенный бесплатно ибо ему, как наблюдателю, положено и снова уйти, даже кровать оставив без внимания. Все ведь срочно, конечно. По-другому у наблюдателей и не бывает.       Лололошка так и бурчал себе под нос о чем-то своем, пока спускался по уже давно знакомой лестнице, хоть и все еще изредка умудряясь на ней оступаться. И даже уже услышал, как кто-то еще пользуется общественным спуском, тоже, кажется, не очень довольный тем, что приходиться выползать из уютной комнаты. Лололошка только вздохнул. Вздохнул и увеличил темп, чтобы не встретиться с теми, кто живет на верхних этажах, перепрыгивая через ступеньку.       Улица не встретила его фанфарами. В прочем, парень сразу развернулся к парковке. Нужно ведь еще найти ту самую машину и молиться, чтобы номера с нее не скрутили.       В прочем, слава всему, не скрутили. Вот только в микроавтобусе никого не было, а замки закрыты. Видимо, даже водитель послал все к чертям и совсем не спешит. Ну что ж, Лололошка вздохнул, облокачиваясь о стенку авто, откинув голову. Ну не идти же ему обратно.       А ветер уже прохладный. Все же, день к вечеру идет. И стоять просто так уже становиться не то, чтобы неприятно, но… Ну не теплое солнце, что тут сказать. Зато коммуникатор помог от скуки. Как минимум, новости Лололошка долго не смотрел, чтобы там появилось что-то новое. Наблюдателю ведь всегда нужно быть в курсе событий.       Не долго песня играла, Лололошка прочитал только заголовок, как уже услышал шаги. Оставалось таки вздохнуть, туша экран.       — Да ну, уже отдохнуть не дают, — недовольно высказалась какая-то девушка, подходя к этой самой машине. Определенно водитель, если судить по ключам, которыми она игралась в руках.       — И вам здравствуйте, — вздохнул Лололошка, делая шаг в сторону от машины, пропуская незнакомку. Он, как минимум, не помнит, чтобы хоть раз с ней уже виделся.       — Ты чего так быстро пришел-то? Нормальные люди опаздывают минут на десять минимум, — бросила девушка, садясь за руль и изнутри уже открыв все остальные двери. Потом и Лололошка полез внутрь.       — Собирать было нечего. Я только с задания, — ответил Лололошка, занимая место. Хоть один плюс, можно выбрать самое удобное.       — Что, даже перерыва не дали? Совсем с ума сходит верхушка. Людей на убой без разбора, — ворчала про себя наблюдатель, что-то проверяя по салону. Лололошка не обращал на это много внимания, снова включив коммуникатор, зарываясь в дебри сети.       — Как думаешь, скольких потеряем? — внезапно спросила девушка, заставляя оторваться от списков букв.       — В смысле? — Лололошка прищурился, отрывая взгляд от маленького голубого экрана.       — Опять описание не разослали? Это вооруженная банда. Один вооруженный человек уже опасен, а мы едем к десятку, если не больше, — обернулась наблюдатель через спинку кресла. — На убой едем, мальчик. На убой. Я надеюсь, это хоть не первое твое задание?       — Нет, не первое, — вздохнул Лололошка, качнув головой. — Спасибо.       — Держись подальше от пуль, маленький, — почти лирично отвечает девушка, вновь отворачиваясь к лобовому стеклу. — Будет кто и постарше тебя, пусть их судьба наказывает.       На это парень ничего и не ответил. Только осел в своем кресле даже ничего не думая. И, о богини, пусть сегодня он не услышит тяжелого голоса Миража, что будет знать слишком много, чтобы спокойно смотреть на экран своего компьютера.       А остальные наблюдатели действительно не просто не успели, а поголовно опаздывали. Еще и девушке пришлось вытерпеть несколько волн мужской истерики после повторения текста миссии, что с каждым разом становилась все некорректнее и в итоге дошла до лаконичного «заткнуться и сдохнуть». В прочем, Лололошка ее понимал.       И после короткого спора о том, кому куда пойти, машина таки дернулась с места, унося с полдюжины людей сначала от комплекса, а после и от города. Лололошка так и не понял, ему грустно, смотря на удаляющееся вершины зданий или приятно от того, что от них можно хоть и не надолго, но сбежать. Определенно, было бы приятнее, жить, покуда не знал бы, куда его везет микроавтобус.       А дорога все дарила новые пейзажи, в которые Лололошка время от времени заглядывал. Без ожиданий, без желания запомнить дорогу на всю оставшуюся жизнь.       Остановились где-то в лесу. Настолько, что даже фонарей не было на дроге в ближайших несколькодесят километров. Трасса, что вперед, что назад, просто пропадала в горизонте.       — Ну и где мы? — один из наблюдателей, которого Лололошка даже пару раз видел в столовой, вывалился из двери и, встав на месте, начал оглядываться по сторонам. Кажется, это был Джек, если память не изменяет.       — Пол километра до поселения «Деревянное», — сказала водитель, тоже выходя из машины. А Джек был неформально пнут, чтобы не мешал выйти.       — Еще по лесу за ними бегать. Только этого не хватало, — еще один наблюдатель, выйдя и закинув руки за голову, ожидая остальных.       — Это тебе чтобы лучше спалось, — фыркнул Джек, наверное, уже думая, как отомстить. Лицо у того было выразительным.       — Как думаешь, я большой выговор получу, если убью тебя прямо сейчас? — съехидничал этот замечательный коллега. А за ним из машины еще люди. Лололошка вышел последним, не желая толкаться с остальными за право… Какое-нибудь. Они, уж погоди, найдут, какое им прищемили, не дав выйти первым.       — А этого мелкого к нам как оруженосца притянули? — высказал еще один наблюдатель, кажется, даже почти серьезно, оборачиваясь на Лололошку. А тот и успел-то, что выйти и удивленно хлопнуть глазами.       — Ты аккуратнее, а то, вроде, это тот самый, который уже двоим «старым» по лицу хорошо попал.       — Он-то. Ну-ну, — на показ фыркнули и отвернулись. Что ж, оставалось вздохнуть и принять, что не все наблюдатели умные люди. В прочем, удивительно, что хоть кто-то заметил, что тот не особо соответствует среднему возрасту трудоустройства в наблюдатели, даже лицо пока еще не бреет.       Водитель с ними не отправилась, только направление показала не самым цензурным образом, так что по лесу, с матами и все теми же разборками, отправилась чисто мужская компания. В прочем, Лололошка так же на первые ряды не вырывался. Шел сзади, даже лишнего слова не говоря. Не нужно ему лишнее внимание. Лучше уж чтобы про него забыли.              — А чего с нами так никто из штаба так и не связывается? Они там что, забыли, за что им деньги платят? — возмутился кто-то из середины нестройной группы.       — Гляди, еще не выделили никого, будем без поддержки херачить.       — Да ну, чтобы на банду, еще и связистов не было. Если так никто не подключиться, то я лучше развернусь и пойду обратно.       — Да ну, ты что, не справишься с парочкой плебеев? Уверен, они даже стрелять не умеют.       — Ты сколько вообще в работе, чтобы такие слова говорить?       — Достаточно, чтобы понять, что кроме наблюдателей, стрелять в живое тело никто не любит.       — Ну-ну.       В прочем, Лололошка и сам об этом только задумался. Даже если архивники молчат, то все равно, как приходят, представляются, прежде чем оставить работников полевых миссий со своими мыслями. А тут совсем ничего. И если и был тут кто-то, кто по глупости своей не боялся, то вот Лололошка очень даже. Не зная позиционирования и количества людей, о чем подсказывали архивники, это будет очень опасно.       Проскользнула в толпе мысль, чтобы подождать, но ее задавили бараньим количеством. Оставалось только вздохнуть и идти дальше, оглядываясь на каждый странный шорох. И ведь говорят мужчины громко — слишком громко для леса. Он такое не любит.       Поселение действительно было. Точнее как, пара раскиданных домиков, построенных не просто на легкую руку, а на откровенное отвали. Лололошка заметил это сразу. У него в таких делах руки наметаны. Как минимум были, он давно не вспоминал, как держать молоток в руках. Но слепым от этого он не стал.       — Ну и что, какой план?       — Влететь и расстрелять, в чем проблема-то. Ну ладно, аккуратно влететь, — закатил парень, тут же поправив себя, когда словил ну уж очень неблаговерные взгляды от некоторых.       — Кто куда, но я пойду в обход, — отмахнулся один из наблюдателей, даже не пытаясь кого-то слушать — сразу ушел куда-то в деревья, оставляя даже Лололошку удивленно хлопать глазами. Вот что-что, а коммуникация была одним из столбов удачного нападения. Как минимум, на бумаге.       — Я тоже, — отбросил еще один, так сказать, коллега по оружию. Насколько, все же, прекрасно было ходить с Валетом. Сможет ли он когда-то найти того, к кому не страшно будет повернуться спиной? Тут — вряд ли. Даже Валет нашел Миража и Фазу, но ни один из них не штурмовик, даже если наблюдатель.       Остальные, не сговариваясь, как-то слишком синхронно тоже разошлись по разным сторонам. И ни одной пары. Все в одиночку. Не перестреляли бы друг друга. Ликвидировать эту деревню становилось все страшнее.       Лололошка замер на пару секунд задумываясь, а действительно ли ему туда нужно. Может ликвидация за невыполнение приказа будет милосерднее, чем зайти туда на верную смерть.       Но, все же, стоять просто так тоже не лучшая идея. Пришлось прильнуть к опыту парочки коллег, прячась на опушке, пытаясь хотя бы понять, что происходит в ближайшем округе. Он не герой, чтобы рваться в бой, ему это с детства вдалбливали. Если бы кто-то был жив, Лололошка сказал бы им спасибо. А пока посчитать людей и дома, смотреть, откуда побегут первыми.       А еще он понял, что за время в городе он почти забыл, как это — ходить в лесу. В прочем, опыт не пропьешь, как любили говорить некоторые. И почему-то доводы, что в деревне тогда был наглядный пример этого чуда никого не убеждало.       Выстрелы не заставили ждать себя долго. Пока редкие. А вот людские голоса — отнюдь. Те кричали, куда-то бегая. И понять, кто это, набежавшие наблюдатели или те, кого предстояло устранить.       Лололошка нырнул за достаточно толстое дерево, острожно вглядываясь между домиками. Людям бы замереть, прячась, где их не найдут, но те пытались бегать с места на место. А по движущимся целям не то чтобы очень сложно попасть. Главное, понять принцип.       — Стреляй в него! Жми блядь! — отчетливо крикнул кто-то. А после снова выстрел. Видимо, не так уж и бояться стрелять всякие в живые тела. Лололошка, как бы черно это не было, даже улыбнулся, припоминая чужую самонадеянность.       А через секунду его оглушило. Здание совсем недалеко разорвало огненным грибом, заставляя замереть всех вокруг. Упасть на землю и зажать уши получилось непроизвольно, по рефлексу.       И даже несмотря на этот «казус», Лололошка, сквозь болезненный гул в ушах, услышал еще пару выстрелов.       Еще пару секунд ушло на то, чтобы встать на ноги. Лололошка был к такому не готов, это уж точно. Тело шатало, голова шла кругом. И неизвестно сколько еще людей в таком же состоянии. С оружием, только что устраивавшие перестрелки.       — Твари! — тут же взбунтовался нестройным голосом кто-то на противоположной стороне деревеньки. Видимо, в том здании что-то ценное было. Не могло не быть с таким взрывом. Или мука, она так же легко взрывается, или топливо, газ, может порох, это из того, что мог вспомнить Лололошка.       И еще очередь пуль, заставивших схватиться за голову. Резкие звуки были меньшим из того, что хотелось услышать в таком состоянии. Но вот что не нравилось, те определенно приближались. Рыкнув сквозь зубы, пришлось выхватить пистолет, щелкая предохранителем.       — Связь со штабом установлена. Номер 56, Мираж, — заскребло в голове.       — Вы как вовремя, блядь, — и снова голос неподалеку выказал свое легкое недовольство, а ему в поддержку еще с пары концов деревни. Видимо, весь архив заработал с задержкой.       — Дейв, что у вас там? У нас глючит что-то, локация у какого-то поселения, — говорит Мираж спокойно.       — Не сбоит. Мы приехали как пол часа. Стрельба началась пару минут назад, — шепчет Лололошка тихо, придерживаясь за дерево, выглядывая из-за дерева.       — Что? — выдыхают на ухо, пока парень замирает на месте, встречаясь лицом к лицу с незнакомцем. Они вскидывают оружие на скорость, будто в дуэли. Лололошка целиться в голову, нажимая на курок. Мужчина напротив тоже стреляет. И в голове вспышка, будто мир мигает сначала ярким, потом темным, а ноги подкосились. Понимание, что пуля попала и в него приходит не сразу.       — Дейв? — уже без прежней небрежности говорят в ухо. Этот голос, передающийся прямо в голову, он слышит слишком хорошо. Иногда хочется проклинать чип, касающийся контактами самого мозга. Заставляет слышать все, даже если не хочется.       Лололошка смотрит на мужчину напротив, что смотрел на небо стеленными глазами. Мертв. А он еще жив. И еще с секунду думает, прежде чем бросить короткое «Ранен» в ответ, зажимая рукой бок. Кровь все равно не останавливается, сочась между пальцами.       Ответа не слышно. И можно только выдохнуть. А еще чуть аккуратнее лечь на траву, откидывая голову на корни дерева. А небо, все же, красивое.       — Дейв, ты со мной? — все же прорывается чужой голос сквозь сладкий туман. Лололошка тихо вздыхает, но не отвечает. — К тебе скоро должны подойти, Дейв. Не спи.       Мираж должен видеть, что тот еще жив, да. Он не должен сильно волноваться. Чип работает, значит Лололошка еще жив. Хотя все равно жаль, что тот снова переживает. Пол года после Валета еще не прошло.       И все же, это больно. Он раньше и костей не ломал, так, разве что растяжение получал, а открытая рана это… Непередаваемо. Сковало судорогой, не давая и вздохнуть, даже чтобы просто шипеть через зубы, ругаясь на судьбу.

***

      Когда он открыл глаза в следующий раз, перед глазами было уже не небо. И, сказать честно, белый потолок ему нравился намного меньше. Тем более освещение тут было ужасное, резкое и абсолютно неестественное.       — За что судьба так со мной, — со стоном выдохнул Лололошка, уже чувствуя, как его накрывает не самыми лучшими ощущениями. Далеко не самыми лучшими.       В прочем, лишь чуть повернув голову, местоположение было установлено почти и идеальной точностью. Медицинское крыло штаба, одна из палат. А он лежит под мониторами и капельницей, еще и, кажется, перевязанный под самое нихочу. Все пережимает, ни вздохнуть, ни повернуться. Хотя, почувствовав, как прострелило болью, не особо то и хотелось. Зато, лежит он тут один, все остальные койки свободны. Хоть что-то приятное.       Неожиданно, дверь открылась, заставляя обратить внимание на нее.       — О, очухался, несчастье, — удивительно, что это оказался Фаза. Не то, чтобы это был тот человек, которого он ожидал увидеть первым после того, как открыл глаза.       — Привет… — хлопает глазами парень, пытаясь встать, да быстро снова вспомнил, что двигаться для него сейчас не лучшая идея.       — Лежи, чтоб не привязали. Тебе ребро прострелили, двигаться вообще нельзя. Ну, как минимум мне так сказали, — а мужчина подходит, садясь на стул рядом и закидывая ногу на ногу. — Всем нервы вытрепал, молодец, — и все с таким добрым ехидством, с которым может только Фаза.       — С чего это? — тут же в ответ фыркает Лололошка, глазами следя за «гостем».       — Потому что уходить в запой — моя привилегия, а не Миража, — пожал плечами наблюдатель. — Ну, хоть должен скоро отойти, и то спасибо. Но сегодня его все равно не жди. Сегодня тебе не повезло, с тобой только врачи и я.       — Меня ждет смертная казнь? — вздохнул Лололошка, на показ закатывая глаза.       — Не дождешься, это для тебя слишком мало. Будешь лежать тут и страдать, пока снова на ноги не встанешь, — отмахнулся мужчина. — Тем более, в груди вместо части кости у тебя теперь железяка — пока приживется, пока врачи подпишут бумажку, что ты не особо буйный. В общем, тебе тут еще полежать.       — Ты меня ненавидишь, — протянул парень, снова откидываясь на подушку.       — Ага-а, — довольно протянул Фаза, кивая, меланхолично смотря в окно неподалеку. Пейзажи, конечно, не лучшие, но кто бы уже не привык.       — Падла, — бросил Лололошка.       — Проводку тебе сожгу.       — Мстительная падла.       И Фаза все равно с улыбкой потрепал парня по голове, пока тот в ответ отмахивался руками, даже при ранении оставаясь злым и беспощадным наблюдателем.       А врач, судя по форме, решила почтить пациента своим вниманием. И, по случаю, выгнать нарушителей спокойствия. Фаза кивнул, не споря, на прощание хлопая парня по плечу. Аккуратно, правда, чтобы не навредить больше. И безропотно оставил друга на страшных докторов. Про себя Лололошка пообещал припомнить это когда-нибудь ему. Но пришлось, все же, поддаться работнику медицинской сферы, даже если те определенно получали наслаждение от чужих страданий.

***

      Мираж не заставил себя ждать, появившись в дверях уже на следующий день. Лололошка бы и не сказал, что тот несколько дней провел в забытее. Собранный, причесанный, одежда не мята, как бывало у заядлых любителей. Или просто успел привести себя в порядок.       — Привет, — поздоровался первым Лололошка, уже, правда, не пытаясь лишний раз двигаться. Понял уже, что приводит не к самым лучшим последствиям. Ну а еще получил от врача.       — Привет… Дейв, о богини, напугал, — выдохнул мужчина, подходя ближе. И снова все тут же стульчик оказался занят. В прочем, было видно, что тому слова подобрать сложно.       — Прости, — только и смог сказать Лололошка, пожимая плечами.       — Я тебе давно говорил. И конечно, ты из огня да в бездну, — цыкнул он, смотря с какой-то грустью на парня. Той, которая ему не нравилась. — Но ты все равно меня не послушаешь, я знаю.       — Ну не нравиться мне выпивать, — протянул Лололошка, поправляя одеяло. Хорошо, что хоть пока под капельницу не положили, хоть и катетер все еще оставался в руке.       — Печень менял только Фаза, не надо на меня наговаривать. Да и он потом остепенился. Сейчас только по праздникам, — уже другим тоном заговорил Мираж. Еще и руки на груди сложил, выглядя уж больно пафосным с таким лицом.       — А я на этом хоть деньги сэкономлю, — слегка съехидничал Лололошка, расслабленно прикрыв глаза.       — Ты хоть как? В таком плохом состоянии тебя привезли, а сейчас, вроде, достаточно хорошо выглядишь, — но снова все вернулось к не самым лучшим темам.       — Да все хорошо. Видно, просто на вид выглядело плохо, — отмахнулся Лололошка. — Работа, она же такая. Еще и в лесу было. Вымазался, наверное, в чем только можно.       Не похоже, что такое высказывание особо успокоило мужчину, но ему оставалось только выдохнуть. Что ведь тут сделаешь.       — Давай ты хоть после такого не будешь пренебрегать отдыхом? Хотя бы залечись полностью.       — Мне и самому не очень хочется такое повторять, — тихо хохотнул Лололошка. Только вот Мираж с прищуром на него посмотрел, не поддерживая шутливого настроя.       — Пообещай, Дейв. Дай мне хоть на пенсию выйти, а. Я так скоро седеть начну, — закатил глаза Мираж, цокая языком.       — Ладно-ладно, обещаю полностью отлежать больничный, — все же не перестал улыбаться Лололошка. И поднял руку, оттопыривая мизинец. — Поклясться?       — Ну тебя, исчадие Зла, — вздохнул мужчина, слегка шлепая парня по руке. А тот только продолжал тихо посмеиваться, заставляя Миража удерживаться от ответной улыбки. В прочем, не на долго.       — О да, конечно. Как и все наблюдатели, ты забыл? — легко ответил Лололошка. И потянулся к кулечку со сладостями, что ему принесли недавно, чтобы не скучал, выуживая оттуда какую-то шоколадную конфету, протягивая ее Миражу. — Держи, чтобы не пропадало.       — А Фаза у нас из электрика стал продуктовой повозкой? — мужчина, все же, принял дар, а то же еще и не отстанут.       — Ну а не надо было предлагать, — беззаботно бросает Лололошка, пожимая плечами и не думая оправдываться за такое.       — Передам ему, как ты относишься к его нелегкому труду, — сверкнул глазами Мираж.       — О, ну тогда мне ему мстить и не придется. Спасибо, — ехидно улыбнулся парень. И за это его с особой жестокостью щелкнули по лбу. Лололошка, в прочем, успел шлепнуть по руке Миража в ответ.       — Я бы с тобой подрался, если бы ты мог бы с кровати встать, — ответил мужчина, с прищуром смотря на парня.       — Да-да. У тебя есть время подготовиться, прежде чем я встану, — улыбнулся парень, закатив глаза.