14 октября 2005, пятница

Назойливый стук в окно разбудил Драко в 04:53 утра. Угостив белоснежную сову сушеной лягушкой, он открыл письмо, в котором хорошо знакомым подчерком были наспех выведены несколько фраз: «Не доброе утро, Малфой! Срочно жду в своем кабинете. У нас новое дело! P.S. возьми мне кофе как обычно, пожалуйста. Г.П.» Быстро собравшись, Драко вышел на улицу и, вдохнув полной грудью промозглый воздух раннего утра, пошел на соседнюю улицу. Взяв в любимой кофейне раф с халвой для Поттера и моккачино для себя, он заглянул в ближайшую подворотню. Убедившись, что опасности быть замеченным магглами нет, мужчина аппарировал в Министерство. В штаб-квартире аврората круглые сутки была суета. Он терпеть ее не мог, а потому, быстро пробравшись к кабинету старшего аврора, постучал пару раз для приличия и, не дожидаясь ответа, вошел. — О! Привет, Драко! — улыбнулся напарник. — Сразу к делу, если не против? Риторический вопрос, конечно. Малфой отдал ему кофе и расположился на неудобном казенном стуле. — Я весь внимание, — буркнул он, отпивая любимый моккачино с горьким шоколадом. Это был их маленький ритуал с Поттером. Они увеличивали концентрацию дофамина в организме перед тем, как приступить к разбору обстоятельств очередного нового дела. А когда это было убийство, подсластить себе реальность хотелось вдвойне. Гарри взмахнул палочкой, вычерчивая в воздухе знакомые руны, и произнес: — Остэ́нде Та́була, — перед ними развернулось мерцающее слабым голубым свечением полотно с колдографиями трупа жертвы и предполагаемого места преступления. — Итак, жертва - Гестия Кэрроу, 20 лет, работала в частной консалтинговой фирме помощником секретаря. Тело нашла сестра Флора. Она поругалась с мужем и, воспользовавшись камином, переместилась к сестре около четырех утра. Первые пол часа девушка пила чай на кухне, к Гестии в спальню не заходила, думая, что она спит. Вдруг из спальни послышался глухой звук удара, будто на пол упало что-то тяжелое. Флора пошла посмотреть и нашла лежащее на полу лицом вверх тело сестры. Сразу же сообщила нам, — рассказывал Гарри ровным безэмоциональным голосом. — Эти снимки я получил три минуты назад, — взбодрился Поттер. — Знаешь, наш новенький колдограф-криминалист невероятно смышленый парень. Посмотри на эти ракурсы и свет. — Ты сказал Кэрроу. Родственники Амикуса и Алекто? — Драко поморщился от воспоминаний от брате и сестре, неприятное липкое чувство. — Да, их двоюродные сестры. Флора и Гестия близнецы. Были близнецами. Учились на пару курсов младше нас. — Дай угадаю. Слизерин? — Малфой прищурился, уже зная ответ. Гарри кивнул. — И почему дело у нас, в аврорате? Мало ли какими заклинаниями или зельями могла баловаться молодая ведьма. Что именно указывает на то, что это убийство? Или ты думаешь это могла быть месть семейству Кэрроу? — Увеличу тебе пару фото, сам поймешь, — Поттер взмахнул палочкой. Через несколько мгновений Драко почувствовал отвращение, рассматривая мертвое тело в деталях: иссушенный труп, словно в организме не осталось ни капли жидкости, лишь кости, обтянутые серой, испещренной узором синих вен, сморщенной кожей. Пустые глазницы. Открытый будто в немом крике рот. На черепе почти не осталось волос, лишь пара седых тонких прядей. Уши были в прямом смысле скручены в трубочку - сжавшиеся хрящи, болтающиеся на лоскутах кожи. Носа попросту не было, лишь дыра на его месте. Тело распласталось на полу в позе звезды: ноги и руки раскинуты в стороны. Скользнув взглядом по груди, Малфой почувствовал, как его замутило. Он отвернулся, не в силах больше смотреть на изувеченное тело двадцатилетней девушки, ощутив сожаление о судьбе, постигшей Гестию. Через минуту к нему пришли злость и желание действовать. — Довольно убедительно, Поттер. Не похоже на то, что она умерла сама по себе. Нужно допросить сестру и ее мужа, организуешь? — Драко встал и подошел к стене, которая имитировала большое прямоугольное окно с видом на Лондонский мост. Оно было зачаровано отражать настоящую погоду - на улице сейчас моросил дождь. — И кстати, когда будут результаты лабораторной экспертизы? — Флора до сих пор сидит в допросной, с мужем сложнее, но к вечеру он будет у нас. Думаю, через пару дней мы получим все необходимые документы и результаты. Я позаботился об этом, пока ждал тебя. Начальник управления авроров полчаса назад подписал официальное назначение меня на роль ответственного по данному делу. Я уполномочен набрать себе команду. Ты был первым, кому я отправил сову, Драко. После обеда Малфой, разобравшись с парочкой незавершенных накануне дел, отправился в министерский архив, чтобы поискать информацию о роде Кэрроу в надежде поскорее сформировать круг подозреваемых. Найдя нужный стеллаж, он отлевитировал пыльные коробки вниз и произнес очищающее заклинание. От просмотра папок его отвлекло неожиданное "Апчхи!". Решив не обращать внимания на еще одного посетителя архива, он тихо продолжал перебирать документы. Вдруг совсем рядом заиграла знакомая полифоническая мелодия. Он не слушал маггловскую музыку и не использовал маггловский телефон в отличие от тех же Поттера, Блейза и даже Бруствера, предпочитая сову и патронус, которого он научился с огромным трудом вызывать два с половиной года назад. Не без помощи великого Гарри Поттера. Они убили несколько недель упорного труда на то, чтобы у Драко получилось вызвать хотя бы слабое свечение, а спустя три месяца у него вышел первый вполне приличный патронус. Но именно эту мелодию Малфой прекрасно знал - Bring Me to Life . Любимая маггловская песня Гермионы Грейнджер. Они не виделись несколько дней, а ему казалось, что прошла маленькая тоскливая вечность. Интересно, как она провела тот вечер? Удалось ли ей отдохнуть, ведь она была такая уставшая? Встречалась ли она с Кристианом еще раз? Вопросы атаковали его голову, не давай покоя сердцу. Так хотелось увидеть гриффиндорку, но вот хотела ли она пересекаться с ним? Вероятно, она терпела его только из-за совместных проектов и своего друга Поттера, который хвалил работу Драко в ее присутствии довольно часто. Но могло ли быть что-то еще? — Алло? — ответила Гермиона. Замерев, мужчина слушал шаги, которые становились все ближе и ближе. Как школьник, ей Мерлин. Судя по громкости, она была уже за поворотом в его пролет. — О! Привет, Джинни, — радостно поприветствовала девушка. Он погасил Люмос, с помощью которого читал документы. Может не заметит и пройдет дальше, может ей нужен другой стеллаж? — Я сейчас на работе и немного занята, извини. Давай обсудим это вечером, ладно? — голос приближался, значит она повернула именно в его сторону. — Расскажу тебе о поездке в Сирию. Да, более подробно, чем Гарри, — тихо хихикнула Грейнджер. — М-м-м, ты угадала, и о парне тоже. Нет, о другом. Ох, бесподобные локоны Цирцеи, это не то, о чем ты подумала, подруга. Его руки тут же заледенели, а тело забила мелкая дрожь. Драко показалось, что он услышал звук разрыва – это его мужское самолюбие лопалось, ломалось мелкими трещинами. — Ну все, пока, милая, — завершила разговор Гермиона. Метрах в трех от себя Малфой увидел лицо ведьмы, подсвеченное экраном телефона. Ну что ж, все равно деваться ему некуда. — Люмос Максима, — произнес он, а ведьма охнула от неожиданности, прикрывая рот свободной рукой. — Привет, Грейнджер! — мужчина постарался придать лицу бесстрастное выражение, будто его сердце не заходилось прямо сейчас в радостном ритме от одного только взгляда на нее. — Драко? — удивленно, но с облегчением выдохнула девушка. — Привет! Ты чего тут в темноте? Взял бы летающий фонарь у архивиста . — Люмос удобнее. Что ты ищешь? Помочь? — стараясь как можно более незаметно осмотреть ее, предложил он. Казалось, что Гермиона осунулась. Ее скулы острее выделялись на лице, было нетрудно увидеть, что кожа стала еще более серой и болезненной на вид. Гордо несущая себя ведьма, ходившая всегда с ровной спиной, сейчас сгорбилась, а ее шея вжималась в плечи. Круги под глазами выделялись сильнее, чем в прошлый раз, словно тушь немного размазалась. Кудрявые всегда блестящие волосы потускнели. Беспокойство за нее расцветало в груди маленькими острыми иглами. Почему она не лечится, если до сих пор болеет? Почему не выпьет чертово укрепляющее зелье? Как же его бесило такое отношение ведьмы к себе. Целую неделю плохое самочувствие, а ей будто плевать. — Вообще-то я уже нашла то, что искала, — она указала на висящую в воздухе позади нее во тьме кипу бумаг, которую левитировала за собой. Это по делу о контрабанде яиц авгуреев . Кстати, может быть в среду у тебя получится, м-м-м, поработать со мной? Есть пара вещей, которые я хотела бы обсудить, и мне опять нужна твоя консультация. Также, как обычно, в моем кабинете, в 17:00? — с надеждой во взгляде она смотрела на него, ожидая явно положительного ответа. — Я посмотрю расписание и пришлю тебе сову. Возможно, придется немного сдвинуть по времени. Сегодня возникло срочное дело. Я тут как раз по нему искал информацию, — Малфой обвел руками коробки, в которых рылся пару минут назад. — Хорошо, нет проблем, у меня гибкое расписание, договоримся, — тепло улыбнулась Гермиона. — Ты так и таскаешься с этой страшной сумкой, Грейнджер, — язвительно обратил он внимание на ту самую маленькую бисерную сумочку, которая была на ней в день отбытия в командировку. Ему нужно было хоть что-то, чтобы держаться на расстоянии. Что-то, чтобы держать ее на дистанции от собственного сердца и сильных чувств. Нужны были эти глупые детские уколы в ее адрес, чтобы не сорваться и не поддаться манящей тяге яркого света золотой девочки. Судя по всему Гермиона уже давно игнорировала его язвительность и не придавала большого значению раздражению, которым он пытался, как ему казалось, создавать между ними "подушку безопасности". — Малфой, ты снова цепляешься к моей любимой сумочке, — ее глаза сверкнули азартом. — Теперь я уверена, что она тебе просто безумно нравится, иначе зачем бы ты уделял ей столько своего драгоценного аристократического внимания, — рассмеялась девушка. "Ты мне безумно нравишься", — тут же подхватил он мысленно, заражаясь ее смехом и улыбаясь в ответ. — Как ты думаешь, каким образом я потащу домой всю эту кипу бумаг, чтобы получше изучить их? — она прищурилась. И, не дожидаясь ответа, продолжила. — На сумку наложено заклятие незримого расширения, — прошептала ведьма, будто это был страшный секрет. Как будто никто из ее отдела не знал, что она таскает документы домой. — Даже если я сложу в нее половину этого стеллажа, она останется такой же невесомой и маленькой, и я смогу бегать с ней хоть сутки, не уставая от тяжести. — Ее дыхание немного сбилось от страстно произнесенной речи. "Она всегда такая красивая, когда злится? Почему я не замечал этого раньше? Искренняя и уверенная, когда защищает свои вещи и границы. И тех, кто ей дорог", — восхитился Драко, при этом отмечая ее потяжелевшее дыхание. — Ладно-ладно, Грейнджер, ты права, я завидую, — улыбнулся он. — Мне кажется, или оранжевая вышивка и эти разноцветные стекляшки. — Малфой указал на вышитые бисером узоры. — Стали ярче? — На знаю, может в прошлый раз твой аврорский глаз не разглядел всей ее красоты, а теперь ты обратил внимание, — раздраженно защищала сумочку ведьма. — Она такая же, как и была. Ну почти. Ладно, вообще-то кое-что с ней все-таки случилось во время поездки в Сирию. — Вот видишь, — буркнул мужчина в ответ, пытаясь вспомнить более детально, как выглядела ее сумка в прошлый раз. — Расскажешь? — Сумочку украли по моей неосторожности. Я и представить себе не могла, насколько сильно арабский волшебный рынок сможет завладеть моим вниманием и затуманить разум, да так, что я напрочь забуду о ловкости местных воров. Если честно, я очень испугалась, хотя нет, я была в ужасе и запаниковала, когда она пропала. Ведь в ней были все вещи и документы, и, самое главное, собранные мною образцы перьев эндемичной породы поющих фениксов, за которыми я ездила, — девушка покрепче сжала ремешок пальцами. — Но хорошо, что мне потом ее вернули на ресепшене отеля, сказали ее принес какой-то неизвестный в тех краях старец. Забавно, что после похищения и возвращения я обнаружила на сумке узор, созданный из приклеенных намертво оранжевых камушков. Видишь, вот здесь, — Гермиона ткнула на то место, где появился витиеватый знак. — Я пока не смогла его расшифровать. Непонятно кто именно украсил сумочку. То ли вор, хотя это странно, скажи? То ли тот милый старец, который ее нашел и вернул. Ну а вообще это же Сирия, восток есть восток. Загадочная страна со своими обычаями. Я бы съездила туда еще не один раз, чтобы изучить ее получше. Это совершенно другой мир. Безумно интересный. — Глаза ведьмы горели жаждой новых знаний. — Извини, я сказал глупость и не хотел задеть тебя, — почувствовав себя идиотом, искренне сказал Драко. — Вижу, ты ее очень ценишь за удобство, в принципе да, какая разница как она выглядит, если она тебе нравится. — От ощущения стыда, которое он испытывал за свое поведение, захотелось сбежать поскорее. — Мне, правда, показалось, что она немного изменилась. Неверное, как раз из-за нового узора. Гермиона пожала плечами. — Эм-м-м, ну я тогда пойду! — по ее лицу мелькнула тень грусти. Она будто поникла, но тут же встрепенулась. — Да, хорошо. Пока, Грейнджер, — он ждал, пока она развернется к нему спиной. Вместо этого Гермиона, сделав пару шагов, приблизилась к нему. — Ты хотела что-то еще? — удивился Малфой. — Я хочу пройти, Драко. Позволишь? — она смотрела на него в упор, ожидая ответных действий. — Пройти? И как я... — с глупым видом непонимающе уставился он на девушку. — Ну развернись вдоль стеллажа лицом или спиной ко мне, я смогу протиснуться мимо тебя. Просто не хочу обходить этот ряд, возвращаясь назад, это долго. А я уже и так задержалась и опаздываю. — Ты уверена? — мужчина напрягся и запаниковал. — Да, я аккуратно. Ты же... не будешь против, если я случайно задену... то есть... эм-м-м... коснусь тебя? Хотя я буду очень стараться и прижиматься к стеллажу спиной, обещаю, — убеждала его ведьма. — Но ты же сам видишь, насколько узкий проход. В конце концов я могу встать на четвереньки и проползти под... — Стоп! — остановил ее Малфой, понимая, что дальше он не сможет слушать и представлять себе изощренные гриффиндорские способы преодоления препятствий. — Давай просто попробуем. Мужчина расположил те две коробки, в которых копался, вдоль стеллажа, спиной к которой стоял. А сам встал между коробками, выпрямившись по стойке смирно. Левитируя свою ненаглядную кипу документов, Гермиона сделала пару шагов. Как только она начала движение, Малфой плотно, как только мог, почти до боли, вжался спиной в стеллаж, чувствуя все неровности полок. Она повернулась боком и начала двигаться мелкими приставными шажками. Драко задержал дыхание на автомате. Никогда еще он не находился к ней настолько близко. Задрав голову вверх, чтобы не смущать ее, он терпеливо ждал. Все шло неплохо до момента, пока Грейнджер, оказавшись напротив, не остановилась, сделав вдох и коснувшись грудью его напряженного тела. — О! Прости, — невинным голосом сказала девушка. Но настоящего раскаяния он почему-то не услышал, — ах, — наигранно вздохнула она, а Малфоя бросило в жар. — Все-таки узковато, да? Но я точно пролезу. Резко выдохнув, он опустил голову и тут же столкнулся с теплым ласковым взглядом карих глаз. "Грейнджер, ты хоть немножко догадываешься, что сейчас делаешь со мной? Салазар, помоги мне устоять", — успел он подумать, осознавая, что по телу бегут восхитительные мурашки от горячего дыхания, которое касалось его шеи. Драко впервые видел золотистые крапинки в ее глазах. Ему показалось, или сейчас радужка отливала цветом кофейного зерна темной обжарки? Ее аромат окутывал и пропитывал, въедался в кожу, заполнял легкие до предела. Не понятно, был ли это цветочный шампунь или свежий цитрусовый запах парфюма с горькими нотами грецкого ореха. Плевать. Надышаться бы и запомнить. Это было опьяняюще. Ее близость была опьяняющей. Мужчина сглотнул ставшую вдруг вязкой слюну... ему захотелось расстегнуть мантию и пару верхних пуговиц форменного кителя. А воротник-стойка будто тотчас сдавил горло. Ведьма же даже не думала замирать. Что это, гриффиндорская неусидчивость? Ему показалось или девушка подалась немного вперед, прижимаясь теснее? — Как ты себя чувствуешь, Драко? — нежный голос привел его в чувство. — Что? В смысле? — окончательно беря себя в руки и выходя из ступора, переспросил он. — Ты довольно сильно сейчас покраснел и я не видела издалека, но у тебя синяки под глазами, будто ты плохо спишь, — кажется, в ее голосе была забота? — Да, я мало спал сегодня. Поттер вызвал меня рано утром по новому делу, — он не собирался рассказывать ей подробности, чтобы не беспокоить лишний раз. Да и пока что не понятно, какой гриф секретности у этого дела. Теперь, находясь к ней так близко, он смог разглядеть ведьму еще лучше: шелушаящаяся желтовато-серая кожа, проступающие местами сосудистые звездочки фиолетового цвета, чуть впалые глаза. Тревога взметнулась в нем, сжимая внутренности когтистой лапой. Захотелось обнять, согреть, вдохнуть краски в тусклое лицо, сделать кожу вновь бархатистой и нежной, какой он ее помнил еще совсем недавно, и вернуть на законное место румянец. Сжав кулаки, Малфой ощутил раздражение на нее - почему она не позаботится о себе? А затем пришла злость уже на себя - почему он сам не сделает ничего для нее? Из-за неуверенности и страха выразить свое отношение к ведьме, он мог упустить нечто важное, ценное. Поняв это, он нахмурился. Гермиона так и не отводила от него глаз, все смотрела и смотрела, будто искала что-то в ртутных омутах. Вдруг она шмыгнула носом и, не успев прикрыть рот рукой, чихнула. Зрительный контакт был потерян, но не прошло и миллисекунды, а он уже скучал по этому ласковому взгляду. Сильно. — Ой, прости, — пропищала она и принялась руками стирать капельки с мантии на его груди и плечах. Драко тут же слабо, с нежностью, перехватил ее кисти. — Не нужно, я использую очищающее заклинание. Пальцы дрожали, ладони вспотели от того, что он наконец-то касался ее обнаженной кожи. Такой запретной, такой желанной. Он резко убрал от нее руки, снова поймав внимательный карий взгляд. Глаза Гермионы слезились. — Точно! Прости, — еще раз извинилась она. — Мерлин, это не входило в мои планы, — разочарованно сказала девушка. — Да уж, редко кто планирует свою болезнь, — усмехнулся Малфой и добавил серьезным тоном. — Ты все еще плохо себя чувствуешь после командировки? — Немного. Я... э-э-э, — смутилась Гермиона, — плохо сплю. И, видимо, мой иммунитет никак не восстановится после поездки, я так легко простудилась, — грустно вздохнула девушка, а Драко напрягся, ощущая этот вздох всем телом. — Мы с Крисом попали вчера под дождь, — она снова чихнула, на этот раз успев прикрыться ладонью. Услышав, что она провела очередной вечер с сирийцем, он почувствовал, как горло сдавило тугим обручем гнева. — Извини, что чихнула на тебя, — ведьма попыталась вытереть сопли рукой, стыдливо отворачиваясь. — Держи! — он вытащил белый платок с вышитыми на нем изумрудно-серебристой нитью инициалами "Д.Л.М.", протягивая его девушке. — Спасибо! — она мило сморщила нос, пытаясь незаметно промокнуть текущую из него жидкость. — Я обязательно верну. "Верни мне лучше мой покой, Гермиона", — даже мысленно он боялся называть ее по имени, ведь для него это означало впустить ее глубже в свою душу. Ну что же, вот и еще один барьер сломлен, еще один шаг сделан. — Оставь себе, считай это подарок с пожеланием скорейшего выздоровления, Грейнджер. — Хорошо! Тогда спасибо за подарок, — шмыгая носом, она двинулась дальше и отошла на два метра. Легкий свежий аромат все еще дурманил его обоняние. Кожа на ладонях до сих пор гудела от прикосновения, или это был адреналин, от которого тряслись руки. Почему каждый чертов раз ему казалось, что его имя звучало на ее устах так мелодично и мягко. — Как там поживает твой новый знакомый? Ты уже показала ему город? — напряжение сделало голос мужчины резким. «Блядь, что за тупой вопрос, — он мысленно разочаровался в себе, приложив ладони к лицу, — прошло всего два дня с того вечера, когда бы она успела...». — Он милый и обходительный, настоящий джентльмен, а еще он довольно хозяйственный и заботливый человек. Знаешь, еще в Сирии мне показалось, что в его голове помещается невероятное количество информации, с ним так интересно, будто он ходячая энциклопедия, — глаза девушки загорелись восхищением. А еще так странно, хотя, — задумчиво протянула она, — возможно это и типично для сирийцев, но он может съесть кучу всего за один раз и остается таким стройным, вот бы женщинам также есть и не толстеть, м-м-м. — Мечтательный стон сорвался с ее губ. — Но ему одиноко и тоскливо сейчас, он хочет завести как можно больше друзей в нашей стране. Поэтому я стараюсь показать ему побольше интересных мест, чтобы он смог скорее адаптироваться, — погрустнела она. — Мне кажется, вы могли бы попробовать поладить. — Не уверен, что хочу иметь с этим магглом что-то общее, Грейнджер, — расстроился Драко, увидев как она радуется, рассказывая о Крисе. — Похоже тебе с ним интересно и весело. Но не забывай заботиться о себе и отдыхать. Вид у тебя такой, будто ты вообще не спишь. — Глаза цвета грозовых облаков впились в ее изможденное лицо, будто он мог убедить ее этим взглядом дать себе передышку. — Да! С ним, конечно, весело. Но меня больше интересует его коллекция знаний и академическая начитанность, это невероятно. Правда такое ощущение, что у него небольшая каша в голове из разного рода информации, и будто ему трудно сразу найти то, что нужно. Но оно и понятно, не всегда же сразу вспомнишь все. Но, когда он концентрируется, то выдает поразительные вещи. Он как ходячая маггловская энциклопедия. Ну и знаешь, я хочу помочь ему адаптироваться, я ведь друзей с детства завожу с трудом, ну и почему бы не подружиться с интересным человеком. С тобой же мы после всего что было умудрились стать почти, ну... друзьями? Может и ему ты мог бы дать шанс? — Ну конечно, Грейнджер плюс книги равно страсть, — Малфой театрально вздохнул, но тяжелый камень в животе, который он ощущал с той самой секунды, как задал свой вопрос, будто бы увеличил свой вес после ее ответа. — Откуда ты знаешь об этой моей слабости, — притворное удивление слетело с ее губ. — Это страшная тайна. — Ведьма легко рассмеялась, не отводя веселого взгляда. Этот звук легким перышком коснулся его сердца, и в груди разлилось сладкое нежное тепло. — Кстати, он позвал меня на вечеринку в честь Хэллоуина, вечером 31 числа, — Гермиона опустила взгляд на его горло и сделала глубокий вдох. — Я подумала, может, ты тоже захочешь пойти? — пригласила она. — Гарри и Джинни планируют посетить Молли и Артура в Норе, — оправдывалась ведьма. — В общем может мы с тобой, то есть... я буду рада, если ты придешь, Драко. «Мы с тобой... буду рада, если ты придешь...», — отпечаталось у него в сознании. — Я подумаю, спасибо! — заторможенно ответил он, пытаясь ухватить, зафиксировать, запомнить такие важные, согревающие душу слова. — Ой, я сильно опаздываю, — посмотрев на часы, встрепенулась Гермиона. — Ладно. Будь осторожна, Герм... Грейнджер! Позаботься о себе. Возьми больничный, если станет хуже. — Глаза девушки округлились в удивлении на несколько секунд, осмысливая услышанное, и широкая улыбка озарила ее уставшее лицо. — Спасибо за заботу, Драко! Это всего лишь накопившаяся усталость, я справлюсь, ты знаешь. Бодроперцовая настойка быстро поставит меня на ноги. А отосплюсь я на выходных, — продолжая довольно улыбаться, она помахала ему рукой. — Пока! Удачи вам с делом. — Пока... — около минуты мужчина стоял и смотрел в темноту, слушая удаляющиеся шаги. "Да, я знаю, что ты сильная. И всегда справлялась лучше всех. А еще знаю, как ты отдаешься делу и работе. Такими темпами ты можешь довести себя до изнеможения или истощения, работая сутками напролет и не замечая ничего вокруг", — пытаясь усмирить чувство беспокойства за нее, он вернулся к своим коробкам.