Три... Два... Раз...

      Сумрак и тишина этой части леса незримо давили на обостренный слух Гермионы. Каждый шаг по засохшей листве, каждый взмах волшебной палочкой, чтобы отодвинуть голые ветви, которые своими костлявыми пальцами закрывали дорогу, любой шорох: абсолютно всё в этом безмолвии звучало в стократ сильнее. Грейнджер специально сошла с туристической тропы, зная, что тот, кого она ищет, вряд ли желает быть пойманным.       Уже как две недели жители магической деревни за лесом Севернейк поговаривали об ужасном мохнатом звере, что повадился по ночам воровать скот. Кто-то шепотом передавал из уст в уста, что видел огромного Грима с клыками размером с ладонь, иные небрежно фыркали и утверждали, что это всего лишь волк-переросток.       Как бы там ни было, все сходились в одном: зверя изловить и пустить на коврик.       Пока Гермиона продиралась сквозь сухостой, перешагивая поваленные деревья, в голове крутились выжимки из мест обитания волшебного зверья. И леса под Марлборо не значились там. Ни для кого не было секретом, что графство Уилтшир обладало большим количеством магических деревень и резиденций, чем остальные районы Великобритании. И именно поэтому волшебные твари обходили его стороной.       Кто же это был? Волк? Анимаг? Или, может, и взаправду Грим?       В иных обстоятельствах Гермиона бы отказалась от такого заказа, но именно в этой деревне жил обладатель очень ценного артефакта, а его-то как раз она и искала последние пару месяцев. Око Гора помогало узреть незримое, и оно пригодилось бы Грейнджер в ее работе.       Слух, усиленный магическими рунами, выжженными на тонкой коже за ушами, уловил сердцебиение, тихое, размеренное, как будто тот, кому оно принадлежало, сейчас спал и даже понятия не имел, что за ним идут.       Гермиона невербально наложила на обувь заклятие тишины и продолжила свой путь.       Тук-тук, тук-тук, тук-тук.       Путеводная нить привела ее к столетнему дубу, который своей размашистой кроной закрывал небо. Листва еще не покинула этого старца, желто-красные с вкраплением зеленого листочки колыхались на холодном осеннем ветру, из последних сил цепляясь за свой дом. Желуди трещоткой бились друг о друга, создавая невообразимый звук, похожий на стайку мелких птиц.       Гермиона осмотрела ствол, но не нашла ничего похожего на убежище или нору. Осторожно обойдя три раза дерево, она остановилась именно там, откуда доносилось сердцебиение. Волк точно там, но как же ей попасть внутрь?       Взмахнув палочкой, Грейнджер произнесла несколько заклинаний из арсенала охотников за сокровищами. Билл Уизли в пору их общения был так любезен, что поделился с ней своими наработками. Увы, после он неоднократно жалел о своем решении.       Темная кора неровными чешуйками засверкала, показывая иллюзию. Лицо разрезала победная улыбка.       По-па-лся.       Осталось только снять чары, и дело будет сделано. Фините Инкантатем как нельзя лучше этому подходил.       Движение палочки на мгновение замерло, когда до Гермионы донеслось: «Тук-тук-тук-тук». Зверь проснулся. Что ж, она была готова.       Иллюзия развеялась, чары были просты, казалось, их накладывал дилетант. Следующим шагом — убить зверя. Ни сострадания, ни жалости — всего лишь работа.       Сектумсемпра уже готова была сорваться с языка Грейнджер, когда в провале ствола она увидела пару серых, как грозовое небо, человеческих глаз. Знакомых мужских глаз, в которых сейчас плескались смесь опаски и удивления.       Кряхтя, он поднялся на ноги, вылезая из своего убежища, и выпрямился во весь свой немаленький рост. Он стал еще выше с тех пор, как Грейнджер его видела в последний раз. Она так и застыла с поднятой палочкой и заклинанием, которое застряло где-то между голосовыми связками.       — Может, сначала поговорим? — его голос был охрипший и сухой, казалось, он не разговаривал с людьми уже несколько месяцев.       Грейнджер моргнула пару раз, проверяя, не очередная ли это иллюзия. Произнесла несколько диагностических и опознающих чар. Сомнений не было, перед ней стоял Драко, мать его возьми, Малфой. Наследник чистокровного рода, пропавший без вести шесть месяцев назад.