Вампирские Развлечения

Виктория Серас никогда не считала себя кем-то особенным. Просто человек, просто девушка с грустной историей, которая пошла работать в полицию, чтобы таких историй, как её собственная, было меньше… Всё изменилось резко, разом. В одну ночь, нет, в один миг… когда тот, кто только что стрелял в неё, через неё в террориста – тогда ещё думала, что это они – спросил хочет ли она жить. Со смертельной раной, сам сказал. И она ответила «да». С того дня и начала чувствовать себя особенной. Не такой как все. Собственно, так и было. Ей быстро пояснили, что обращение человека – не то, за чем ранее был замечен её хозяин. Это первый случай. На его глазах умирало множество людей и сам он был причиной огромного количества смертей, но она чем-то привлекла его внимание настолько, что тот пошёл на обращение. Почему-то захотел спасти. Она догадывалась почему. Виктория знала, что привлекательна для противоположного пола. Светлые волосы, большие голубые глаза, подтянутое спортивное тело и главное «достоинство» – бюст. Она могла бы рассказать, что такого размера грудь совершенно неудобна и непрактична в быту, что мешает выполнять поставленные командованием задачи и просто очень отвлекает сослуживцев мужского пола. И служит причиной постоянных приставаний. Понимала, что проще и умнее «сдаться» кому-то одному и уже тот разгонит от неё остальных ищущих женского внимания, но… она не могла. Просто не могла. Чисто физически. Это называется детской травмой, так говорили все психологи, но ничем не могли помочь. Это нужно преодолеть, а у неё банально не находилось сил на подобный подвиг. Так и получилось, что оставалась девственницей в свои двадцать с небольшим. Обращение… самого процесса она не помнила. Первое воспоминание в новом качестве: ни на что не похожее ощущение. Уже после сообразила, что так ощущается возникшая связь. Между тем-кто-обратил и тем-кто-был-обращён. Звание «хозяин» пришло в голову само, называть его так казалось совершенно правильной вещью. Но это слово всё равно было слишком… неглубоким, и не могло вместить то чувство. И их взаимоотношения. Признаться, сначала, увидев Алукарда – странное имя – испугалась, что тот будет приставать, а то неописуемое чувство помешает отказаться. И даже начала с собой спорить внутри своей головы, что это, может, и хорошо, поможет преодолеть последствия той детской травмы… Но позже оказалось, что старшего вампира в этом качестве она не интересует от слова «совсем». И что он читает мысли. И молчал, забавляясь её реакцией. Вообще он был… сложным. Очень. С логикой, далёкой от человеческой и её собственной, ведь она продолжала думать, как человек, чем немало его веселила. Непонятный, противоречивый, а порой и откровенно странный, но назвать Алукарда плохим человеком она не могла. Даже если и не человеком, а вампиром. Ну, о том, что такое быть хорошим вампиром Виктория знала лишь с его слов и только начинала постигать всю сложность и глубину. – Сегодня, полицейская, я буду учить тебя развлекаться так, как делают это настоящие вампиры. – произнёс хозяин однажды, вскоре после полуночи и очередных «занятий», как он называл крайне весёлые издевательства над её логикой и привычками. К слову, принципиально не называл по имени, только «полицейская». Говорил что-то о том, что имя ещё нужно заслужить. Она не спорила. – И что мы будем делать? – робко уточнила, поняв, что продолжения не последует. Вернее, не раньше, чем она скажет свою реплику. Спорить не имело никакого смысла, они всё равно будут делать то, что он скажет. Как-то раз попробовала и зареклась раз и навсегда. Хозяин просто улыбнулся и… подчинил её тело своей воле. И сделал всё сам. Но её руками. Отвратительнейшее ощущение беспомощности. Лучше уж сама. – Говорю же, развлекаться. – говорит и улыбается. Алукард почти всегда улыбался, это служило знаком, что всё в порядке. Когда же переставал… быть беде. – Как, по-твоему, развлекаются вампиры? – Не знаю. – призналась Виктория. Но подумала, что хозяин считает отличным развлечением зачистки и просто убийства. Пусть всем этим он занимается по приказу, но зримого наслаждения это не отменяет. Со слишком уж довольным оскалом он возвращался с зачисток, чтобы думать, что ему это не доставляет удовольствия. – Нет, просто убить… слишком просто. – старший вампир бессовестно читал её мысли и явно считал развлечением наблюдение за тем, как она краснеет. Контролировать мысли не получалось. Но, может, это тоже такая тренировка? – Да и бессмысленно, к тому же. Настоящие вампиры должны уметь получать удовольствие, не оставляя следов… Мёртвый неспособен извлечь урока, а именно урок порой и нужен… – Урок для меня? – с долей обречённости уточнила Виктория. С подобных, казалось бы, отвлечённых разговоров начиналась большая часть внезапных тренировок, которые так любил устраивать хозяин. Причём чаще всего тренировал в ней что-то совершенно непонятное. – Нет, возьмём другого… – протянул задумчиво. Она знала, почему так, ведь в этот миг её настигло щекотное ощущение в мозгу, как будто кто-то перебирает воспоминания. Хозяин листал её память как открытую книгу прямо у неё в голове и это было в высшей мере странное ощущение. Попыток сопротивления будто и не замечал. Зато понятно, о чём он хочет сказать. – Этот человечек делал тебе пошлые намёки. – в голове появился образ. – Делал. – опустила она глаза и пуще прежнего залилась краской. Собственно, подтверждение было без надобности. – Совершенно недопустимо так обращаться с вампирами, даже новообращёнными! – припечатал тот, переставая улыбаться. Виктория испугалась и уже приготовилась выгораживать глупого человека перед хозяином, понимая, что, если тот захочет, позволивший себе слишком много пошлых намёков мужчина просто исчезнет. – Мы будем ему мстить! – заключил с улыбкой, насладившись её волнением. И снова улыбнулся. – Мы? – уточнила осторожно. Буря миновала, но кто знает, что ещё может вызвать недовольство Алукарда? За себя не боялась, на неё могли максимум накричать, но чаще ограничивались одними лишь презрительными взглядами, которые резали больнее ножа осознанием того, что она разочаровывает того, кто её обратил, дал второй шанс, другую жизнь и просто удивительные возможности. – Разумеется, мы. – кивнул хозяин и протянул руку. Она вложила свою ладонь в его, не промедлив и мгновения. Доверия прибавляло осознание, что он несоизмеримо сильнее и, если бы хотел, сделал бы с ней что угодно. Не делать сразу, а предоставлять выбор, было выражением уважения с его стороны и заставлять ждать не стоило. – Давай, покажи ему, насколько неправильно приставать к вампиру без его на то желания! – Это… ад? – ошарашенно вопросила Виктория, осмотревшись там, где они очутились. Больше всего это место походило на средневековую пыточную, только в огромных масштабах. Полуобнажённые тела, раны, увечья… и на фоне всего этого багряные отсветы огня, раскалённого камня и лавы. Действительно похоже на ад. Не тошнило, похоже, только из-за отсутствия у вампиров рвотного рефлекса. – Можно и так сказать. – хохотнул Алукард, глядя куда-то влево. По мнению Виктории там не было ничего смешного. Зато она заметила удивительное количество подробностей и в то же время ощутила, что это место не реально, его просто показали ей. Разве люди могут столь подробно представить ад? – Я не «люди», полицейская. – процедил тот в ответ на её мысли. – И мне доводилось бывать в подобных местах. Вдохновляйся. – Что? – вот тут она совершенно не поняла, о чём речь. – Смотри по сторонам и запоминай. У тебя весьма скудная фантазия на пытки. – констатировал старший вампир. – Кажется, я уже достаточно увидела. – попросила об окончании адской экскурсии, поняв, что это место и не думает заканчиваться. Алукард посмотрел на неё с сомнением, но кивнул и снова протянул руку. Через миг они оказались в каком-то шикарном номере гостиницы, где двое распивали вино и явно готовились перейти к самой интересной части вечера. Мужчина выглядел как более шикарная версия того самого «приставалы». – Ты правильно догадалась, это его сон. Люди помнят сны весьма смутно, так что можешь делать с ним всё, что пожелаешь! – слова сопровождались полной предвкушения улыбкой. – Сделать тебя видимой для него? – обдумав предложение, Виктория покачала головой. Зачем, если девушка, сидящая напротив мужчины как две капли похожа на неё, только, гм, ещё более выдающуюся в определённых местах? – Можно и так… Снова прочитав её мысли – очень удобно в определённые моменты – старший вампир выполнил просьбу и дал ей возможность управлять своим «прототипом». «Выдающаяся Серас» вдруг улыбнулась оскалом своего хозяина и лёгким движением ручки оторвала удивлённому мужчине голову и, проломив стену, ушла куда-то. Тело же, обнаружив отсутствие важной части тела, погналось за похитительницей… Бегали они долго. С самого начала представления раздавался хохот – Алукарду определённо нравилось то, что он видел. Чуть понаблюдав за догонялками, он начал добавлять приключений, вроде преград перед лишившимся зрения телом. Поняв, что действие сна разворачивается без её прямого контроля, Виктория расслабилась и тоже стала смотреть. Сначала просто, на дело рук своих, а потом… Сначала прорвалось хихиканье, потом больше, громче… И когда они начали смеяться вместе – ну а что, если и правда смешно, ещё и хозяин так заразительно хохочет – тот отметил это своеобразной похвалой. Высказался в своём стиле: «Вот теперь, полицейская, ты становишься действительно похожа на настоящего вампира». Ей даже почудилась гордость в этих словах, чего просто не могло быть. Или всё же могло? Но Виктория никак не могла отделаться от мысли, что хозяин сделал это, чтобы помочь ей с справиться с детской травмой. Обращая, наверняка всё видел и придумал как помочь, сдвинуть дело с мёртвой точки. Эти мысли он никак не прокомментировал. Вряд ли не заметил, значит, не хочет признаваться. Тем не менее ей помогло. И при виде этого мужика она теперь будет испытывать веселье пополам с ощущением власти над ним, а не напряжение и опаску. На адресное мысленное «Спасибо», Алукард кивнул. И улыбнулся, удивительно мягко для себя.