Душа Стэфании

      Тусклый осенний свет проникал через окна, падая на рабочий стол Рафаила. Обычно Одри не заходила в комнаты коллег без их разрешения и присутствия, но Микаэль попросил передать Рафаилу папку с важными документами, сказав, что он давно их ждёт. Начальник торопился и опаздывал, поэтому на бегу передал ей бумаги с указанием, и быстро ушел.       Она постучала в комнату Рафаила, но никто не ответил. В ожидании неторопливо прохаживалась вдоль коридора взад-вперед. Осознав, что все картины на стенах она рассмотрела уже по десятку раз, Одри заглянула в комнату — возможно Рафаил крепко спит и не слышит ее стук.       Открыла дверь и поняла, что ошибалась — коллеги действительно не было в комнате. Устав ждать, она решила оставить папку на столе — наверняка Рафаил ее заметит, когда вернется.       Одри уже собралась уходить, когда ее внимание привлекла красивая большая статуэтка из светлого, практически белого, оникса. На столе у Рафаила всегда было много всяких вещиц — забавных, красивых, странных, интересных, но эта фигурка буквально притягивала к себе внимание Одри. Очень большая, около 30 см в высоту, громоздкая. Камень был обработан почти с ювелирной точностью и красотой — плавные линии, множество мелких деталей. Красивая девушка в струящемся платье протягивала руку, как будто предлагая дотронуться до нее. Длинные естественные локоны, а взгляд особенный, словно живой, — удивительно, как точно удалось мастерам передать такие нюансы.       Завороженная, Одри внимательно рассматривала статуэтку со всех сторон, не в силах оторваться от тонкой, почти филигранной работы. В какой-то момент захотелось прикоснуться к фигурке, ощутить приятную прохладу камня, провести по мягким линиям, искусно высеченным умелым мастером.       Желание взяло верх, и Одри дотронулась до нее, проведя указательным пальцем снизу вверх по складкам платья. Рафаил предупреждал ее ничего не трогать в его комнате, но здесь соблазн был слишком велик — она смотрела почти на произведение искусства. Дойдя до груди, она обвела округлости и перешла на плечи, затем захотелось прикоснуться к таким тонким красивым пальчикам вытянутой руки — удивительно, как мастерам удалось это сделать, и камень не раскрошился. Одно неверное движение инструментом — и вся работа была бы проделана зря.       Одри, не отрывая пальца от камня, провела по плечу и предплечью, дойдя до кисти и тончайших пальчиков. Сильная белая вспышка отключила ее сознание. Она открыла глаза и не могла ничего понять…       Ее взору открылась странная картина. Одри увидела себя, лежащей на полу без сознания рядом со столом. «Что происходит? Что это? Почему я там лежу?» — в панике подумала. Она попыталась пошевелить рукой, но ничего не происходило. Ощущалось, как все равно все тело было сковано или связано смирительной рубашкой. «Одри, возьми себя в руки! — успокаивала она сама себя. — Рафаил должен вот-вот прийти, и он точно поможет мне». Пытаясь успокоиться, девушка закрыла глаза, чтобы не видеть своего беспомощного тела на полу, и начала считать, стараясь подстроить дыхание под ритм счета.       Наконец послышался звук открывающейся двери.       — Одри! — крикнул Рафаил и подбежал к ней.       Он поднял ее голову, и начал хлопать по щекам, пытаясь привести ее в чувство. Но она ничего не ощущала — ни прикосновений, ни хлопков. Ничего…       — Одри, ну же, приди в себя! — взволнованно проговорил Рафаил.       Поняв, что его действия не помогают, он аккуратно поднял Одри на руки и уложил на свою кровать. Ничего, вообще ничего не ощущала и не понимала она сейчас, наблюдая за всем как сторонний наблюдатель.       — Рафаил! Рафаил! Помоги мне! Пожалуйста! Я здесь! — кричала она, что есть силы, набирая воздух в легкие.       Но какие легкие? Ее тело спокойно дышало на кровати и не шевелилось. «Что делать, что делать?» — запричитала она в отчаянии. Решение пришло само по себе.       — Рафаил! Рафаил! Рафаил! — решила она кричать, пока хватит ее сил.       В какой-то момент он задумчиво оглянулся в ее сторону и пристально посмотрел. Неужели он ее увидел? Услышал?       Рафаил стал приближаться к ней, но почему-то ее взгляд оказался на уровне его груди. Он согнулся и, казалось, взглянул прямо ей в глаза. Стоп! Она что, на столе у Рафаила? Лежит? Сидит?       — Неужели ты ее трогала? — удивленно сказал он.       Одри увидела, как тонкие пальцы Рафаила промелькнули перед ее глазами.       — Трогала… — Он тяжело вздохнул. — Одри, я же предупреждал тебя…       В его словах не было упрека или возмущения, только грусть и где-то даже нежность. Про что он говорит? Одри трогала только фигурку…       — Одри, не волнуйся. Все хорошо, мы сейчас все исправим. Потерпи немного, — спокойно с улыбкой проговорил он.       Одри почувствовала, как Рафаил взял ее на руки — это ощущалось именно так — и понес к кровати.       — Тебе может показаться, что ты потеряла сознание, отключилась. Это нормально, не пугайся. Ты просто возвращаешься в свое тело, — успокаивающим тихим голосом проговорил он.       Рафаил аккуратно высвободил указательный палец ее руки и начал что-то им делать, водить по статуэтке. Странные ощущения. Затем последовала белая яркая вспышка…       Одри очнулась и резко подскочила на кровати, бессознательно махая руками, пытаясь проверить, слушается ли ее тело сигналов мозга. Она была в себе. Ее сознание и ее тело вновь были едины. Голова сильно закружилась, и острая боль пронзила виски.       — О-о-ой! — простонала от боли.       Рафаил сидел за столом над документами. Увидев, что девушка очнулась, он быстро поднялся и подбежал к ней, говоря:       — Осторожно! Не нужно торопиться.       Аккуратно присев на край кровати, он с нежностью посмотрел и сказал:       — Одри, твоя тяга к исследованиям мне нравится, но только не в моей комнате. Пожалуйста, больше ничего не трогай здесь. НИ-ЧЕ-ГО. Это небезопасно. Я знаю, как обращаться с такими вещами, и чего ждать от каждой из них, но ты — нет. Поэтому не стоит рисковать. Договорились?       — Что это было? Что случилось? Ты меня слышал?       — Давай по порядку. Я тебя не слышал. Случилось… М-м-м… Переселение души или сознания, если можно так сказать… А что это было? Непослушание одной взрослой, но любопытной девушки, которая решила потрогать статуэтку на моем столе, — он усмехнулся, убирая выбившийся локон со лба Одри.       — То есть просто прикоснувшись к ней, можно… вселиться в нее… Боже, я даже не знаю, как это обьяснить…       — Не совсем. Прикасаться к статуэтке вполне безопасно. Ты каким-то чудом смогла повторить комбинацию сложных условных движений, способных активировать заложенные в ней механизмы.       — Я ничего не понимаю. Какие механизмы? Это же камень, кусок цельного обработанного камня…       — Камни — порождение самой земли, ее дети, — уголок рта Рафаила чуть приподнялся в мягкой, едва заметной улыбке, как если бы ему пришлось обьяснять какие-то элементарные вещи ребенку. — Видишь ли, эта красивая вещь была создана специально по заказу богатого венецианского купца Марделли для его возлюбленной. Незадолго до свадьбы девушка серьезно заболела, лекари не могли ей помочь. Однажды случайно он узнал, что некоторые магические практики позволяют переселить душу человека в предметы. Марделли подумал, что если перенести душу своей любимой из умирающего тела, например, в статуэтку, а потом в тело какой-нибудь молодой девушки, то она останется жива. Купец заказал у лучшего мастера того времени фигурку из оникса, приказав сделать ее полностью похожей на его Стэфанию. Заказ был выполнен в срок, за скорость Марделли щедро заплатил. Над камнем поколдавал, точнее, провел обряд чернокнижник, и теперь после определенного порядка действий она становилась вместилищем души. Если все сделать в обратном порядке — душа освобождалась. Все было сделано, как хотел Марделли — душа Стэфании была перенесена в статуэтку. Но это не спасло девушку. Со смертью тела душа покинула этот мир, отправилась туда, куда и положено… А ее, — он указал взглядом на стоящую на столе фигурку, — так и стали называть — «Душа Стэфании».       — Какой грустный рассказ…       — Да… Но это еще не конец истории. Статуэтку, благодаря ее магическим возможностям, стали использовать богатые люди для своих целей, чаще всего нехороших. Очень удобно, когда твой враг или конкурент превращается в беспомощное тело. Из-за этого существует много копий «Души Стэфании» — это был дорогой товар, за который состоятельные люди готовы были платить большие деньги. Потом за ней охотились разведки разных стран — это же как микрофон прослушки того времени. Вот так великая идея спасти свою любовь от смерти трансформировалась в борьбу за деньги, власть и шпионские интриги.       — Да... К сожалению, такое часто происходит в нашем мире. - Одри тяжело вздохнула. - А как "Душа Стэфании" оказалась здесь, в «Астрее»?       — О, это вышло абсолютно случайно, — Рафаил загадочно улыбнулся. — К нам обратился бизнесмен из другого города, чья маленькая дочь находилась в коме по непонятным причинам. Врачи разводили руками: все показатели были в норме, заболеваний не выявили. Мы быстро обнаружили источник проблем — девочку нашли без сознания в кабинете дедушки, там же стояла фигурка. Ребенок, как и ты, случайно смог повторить необходимые для ритуала переноса души движения. Я в начале не поверил, что это настоящая «Душа Стэфании». Как оказалось, родители бизнесмена приобрели дом уже со статуэткой, и долгие десятилетия никто из окружающих не подозревал, какое сокровище находится у них в доме. Мы помогли вернуть девочку к полноценной жизни, а в качестве оплаты попросили подарить «Астрее» статуэтку.       …Одри и Рафаил решили ничего не рассказывать о произошедшем инциденте. Но после этого случая она поклялась себе, что больше никогда без разрешения Рафаила не будет трогать вещи в его комнате — истории находящихся там предметов могут быть слишком пугающими.