Хэллоуин

      Хэллоуин… Один из самых любимых праздников Одри. В детстве никогда не отмечала, даже упоминать его было грехом. Когда она поступила в университет, все изменилось. Веселая студенческая жизнь предполагала полную свободу. Тогда она впервые окунулась в атмосферу Хэллоуина. Не сразу, но праздник ей понравился.       Первые два года было жутко — Одри по-настоящему пугали толпы разукрашенных и разодетых людей. Некоторые наряды и грим были настолько реалистичными, что, казалось, по улицам ходят настоящие мертвецы, зомби, оборотни и герои многочисленных фильмов ужасов. От Дракулы до Фредди Крюгера, от Джейсона до девочки из «Звонка» — кого только не встретишь на Хэллоуин. Одри, непривычная к подобному, в первый раз была поражена размахом празднования и тем, как люди стараются создать наиболее страшный наряд. Даже стайки шумных детей, собирающие конфеты и радостно кричащие: «Сладость или гадость», не смягчали жутковатое впечатление. Со временем она перестала бояться, понимая, что за костюмами скрываются люди, и никаких монстров не существует.       Отношение к празднику вновь изменилось после того, как она пришла в «Астрею». За непродолжительный срок работы в агентстве Одри увидела и узнала столько необьяснимого, пугающего, не укладывающегося в обычную логику, что нынешний Хэллоуин представлялся не столь радостным и безобидным.       Зайдя вечером на кухню, она встретила веселого Давида, на голове которого красовались миленькие пластмассовые рожки, ничем не уступающие настоящим.       — О, ведьмочка, — привычно и как всегда радостно воскликнул он, колдуя над скворчащей сковородкой. — Как думаешь праздновать?       — Не знаю… Наверное, угощу детей конфетами…       — И все? Это провальный план: дети сюда не заходят…       — Почему? — удивилась Одри.       — Ну, наверное потому, что наш дом находится в стороне, — улыбаясь ответил он. — А еще потому, что про его обитателей ходит дурная слава, — он щелкнул пальцами по своим рожкам.       Одри серьезно взглянула на Давида — она не забыла свой недавний сон, в котором видела всех обитателей особняка в виде ангелов и демонов.       — Шучу, — извиняющимся тоном сказал он, увидев ее реакцию. — Так всё-таки какие у тебя планы на сегодня?       — Тогда никаких. Подходящего костюма у меня нет… Буду смотреть комедии, есть поп-корн и валяться в постели.       — Фу, как скучно и тривиально, — наигранно возмутился Давид, осуждающе взглянув на нее с улыбкой. — Может, сьездим в центр города, в самую гущу гуляний? Там обещают провести настоящий парад нечисти…       — Нечисти? Тебе не хватает мистики во время расследований? — удивлённо усмехнулась Одри.       На минуту Давид изменился в лице и стал серьезным, а потом опять вернулся в свое обычное состояние:       — Нужно быть полным глупцом, чтобы из-за работы отказывать себе в празднике.       — Остальные тоже поедут на парад?       — Остальные? На парад? Нет. — Давид засмеялся громче обычного. — Микаэль и Рафаил стараются не выходить из дома на Хэллоуин. Кассиэль… Он под настроение. А настроение у него меняется часто. Так что не знаю, куда наш мистер грубиян сегодня отправится — на парад или в кровать валяться с поп-корном…       Поужинав самой вкусной в ее жизни карбонарой (Давид дьявольски хорошо ее готовил), Одри решила составить ему компанию в походе на парад. Настроение Кассиэля было неплохим, и он милостиво дал согласие присоединиться к ним.       Перед уходом они столкнулись с Микаэлем.       — Будьте осторожными. Сегодняшняя ночь — особенная, когда несколько миров могут соприкасаться, и все может оказаться не тем, чем кажется на первый взгляд.       — Хватит нас пугать. Страшнее, чем бывает на заданиях в «Астрее», не будет, — в свойственной ему манере отшутился Давид.       В центре города было много людей, много шума, много света — как обычно это бывает на праздники. Ровно в 10 часов начался парад. Шествия на Хэллоуин проводились каждый год, и каждый год организаторы умудрялись удивлять чем-то новым и интересным — ни разу Одри не видела одинаковых повторяющихся номеров в праздничных выступлениях.       В этот раз шоу было организовано из разных известных персонажей — игр, мульфильмов, анимэ, кино, книг, — которые шли на расстоянии друг от друга и синхронно танцевали под очень атмосферную музыку. Иногда участники спонтанно пугали зрителей, и тогда визг ужаса и восторга стоял на всю площадь. Несколько раз Одри тоже застигали врасплох, отчего она громко кричала. Ее спутники реагировали по-разному: Давид смотрел и смеялся, Кассиэль периодически ругался.       После окончания трио решило немного погулять по городу. Шутки Давида, бурчание Кассиэля, смех Одри — им было весело вместе, хотя они были такие разные.       Давид предложил отправиться в ночной клуб, но Одри устала за день, Кассиэль тоже отказался.       — Ну и зануды... Праздник только начинается, впереди вся ночь. Вы как хотите, а я иду продолжать веселиться, — беззаботно ответил Давид.       Перед уходом он взял слово с коллеги, что тот присмотрит за девушкой и доставит ее домой в целости и сохранности.       Какое-то время они шли, пытаясь поймать такси, но не такое это легкое дело — найти свободную машину ночью на Хэллоуин. Иногда им на пути встречались стайки ребетни, требующих угощения или денег. Ворчливый Кассиэль менялся в лице, оказываясь в окружении детей, — он улыбался, шутил и как бы нехотя, но радостно доставал припасенные мелкие купюры из нагрудного кармана куртки. Так умилительно было за ним наблюдать: казалось, большой, как скала, Кассиэль, сам превращался в такие моменты в ребенка.       Очередная большая группка детей окружила его, немного оттеснив Одри в сторону. Чтобы не мешать этой шумной компании, она прошла несколько шагов вперед. На ее пути, словно ниоткуда, оказался молодой симпатичный высокий парень в костюме вампира. Бледная кожа, яркие глаза, черные волосы. Он ухмыльнулся, показывая клыки.       — Такая девушка? Одна? С таким сладким запахом…       «Вампир? — хмыкнула Одри про себя. — Неоригинально и заезженно. Но он очень симпатичный. Наверное, даже красивый».       Парень взял ее за локоть и резко потянул в безлюдную подворотню. Одри не сразу поняла, что происходит, но почему-то не сопротивлялась. Незнакомец прижал ее к стене, глубоко и прерывисто дыша ей в шею. «Сейчас поцелует, — подумала она. — Дурацкий способ познакомиться. Но он чертовски привлекательный». Одри была как будто в тумане или под гипнозом, и не понимала, почему так себя ведет и не пытается уйти.       Незнакомец поцеловал в шею, лизнул кончиком языка, проведя им от уха до ключицы и обратно, и прошептал:       — Сложно удержаться от такого предложения… Настолько сладкая…       Он с жадностью и порывисто поцеловал Одри, а она с готовностью ему ответила. Ее ничего не смущало и не останавливало — ни то, что она его знает несколько минут; ни то, что они сейчас находятся в грязной подворотне. Это было так непохоже на нее, очень избирательную в своих выборах и предпочтениях, особенно касательно мужчин. Сейчас она была словно под чарами красивого незнакомца.       — Тебе понравится, я постараюсь. — Его рука начала задирать платье, скользя с нажимом по бедрам, заставляя Одри выгнуться. — Не бойся, ты умрешь быстро и красиво…       Он взглянул ей прямо в глаза. От увиденного Одри пришла в себя, оцепенела от ужаса и задрожала — его глаза поменяли цвет в один момент. Они были желтыми и горящими, как у тигра. Незнакомец оскалил зубы. Клыки… Они были настоящие… Ей даже показалось, что они стали еще длиннее.       — Не-е-е-ет, — пронзительно закричала она, избавившись от ступора, и попыталась вырваться.       Парень крепко держал ее:       — Ты слишком вкусная, чтобы отказаться от тебя…       — Отпусти ее! Быстро! — послышался громкий злой голос Кассиэля.       — Что-о-о? — Недовольно поморщился незнакомец, оборачиваясь. — Иди своей дорогой, пёс… Она не твоя добыча.       — Отпусти! Раз… Два… Три… — медленно и угрожающе произнес Кассиэль.       Одри его не видела, только слышала голос.       Дальше все развивалось молниеносно.       — Ты мне угро… — с вызовом нагло начал вампир, но не смог договорить и захрипел.        Огромная морда черного волка, того, что они видели в лесу на одном из расследований, показалась за незнакомцем. Лапы были на плечах, пасть, полная острых зубов, открылась и нацелилась на шею вампира. Тот уже отпустил Одри, и она смогла закрыть глаза руками, чтобы не видеть происходящего. Звуки борьбы, скуление и рычание волка, ругань незнакомца… Несколько секунд, показавшихся вечностью, и наступила тишина.       — Одри! Одри! Слышишь меня? — тяжелое дыхание у ее лица.       Она убрала ладони и открыла глаза. Большие крепкие руки держали ее за плечи, Кассиэль обеспокоенно смотрел в глаза.       — Да…       — Уходим! Быстро!       — Где волк? Где этот огромный волк?       — Уходим, Одри! Нам нужно уходить, — проигнорировал ее вопрос Кассиэль, схватил за руку и потащил на освещенную улицу.       Одри вертела головой, пытаясь понять, что стало с парнем, и куда делся волк. Краем глаза она увидела обездвиженное обмякшее тело в костюме вампира, лежавшее на грязном асфальте в неестественной позе.       — Что с ним?       — Будет жить, — коротко ответил Кассиэль.       На этот раз они быстро нашли машину. Одри била нервная дрожь, отчего даже зубы стучали. Стараясь ее успокоить, Кассиэль обнял и прижал к себе, поглаживая по голове и повторяя: «Тш-ш-ш-ш, тш-ш-ш-ш».       — Я не знаю, что на меня нашло. Он казался симпатичным… — она попыталась оправдаться. Не столько перед Кассиэлем, сколько перед самой собой.       — По этому я не люблю Хэллоуин и предпочитаю оставаться дома. В эту ночь все не то, чем кажется… — вздохнул он.       От тепла его тела, обьятий и чувства безопасности Одри начала успокаиваться. Но глаза Кассиэля… Почему они так похожи на глаза волка из переулка?