Часть 5. Хороший плохой финал

      Её била крупная дрожь. Из последних сил таща за собой бессознательное тело генерала, в какой-то момент Лэйн поняла, что сама ползёт на четвереньках, захлёбываясь и беспрерывно откашливаясь. Уровень воды упрямо не хотел падать, по-прежнему скрывая под собой всë лицо мужчины, спасительная сухая поверхность, казалось, всё ещë невыносимо далеко.       Пальцы разжались, выпуская воротник генерала, и Лэйн поднялась, до середины бёдра в воде, вдыхая огромную порцию воздуха. В голову мерзким маленьким червëм прокралась и тут же забила тревогу гадкая мысль — ну, ты попыталась, не получилось. Оставь его, пусть утонет, и никто тебя за это не осудит, ведь никто ничего не узнает...       — Никто... Ничего... Не узнает... — вырвалось против воли пугающим полушёпотом. Лэйн обернулась, оглядела тело мужчины, лежащего в воде, и в голове сам собой созрел план: перевернуть на живот, отбуксировать подальше, а намокший мех пальто сделает всё сам. Отряд поверит в любую ложь, ибо она будет предоставлена единственным свидетелем, а страшная тайна умрёт вместе с Лэйн.       Что? Неужели она правда об этом подумала? Скорее отбросить эти ужасные мысли, скорее снова схватить генерала за пояс и снова пустить в ход все свои силы, чтобы спасти его, достать, любой ценой вытащить на сушу. Не обращая внимания на сопротивление воды, девушка вновь тащила бездыханное тело, вновь захлёбывалась и отплёвывалась, стараясь не думать о том, чтобы вновь отпустить впивающийся в руку ремень, удерживающий на себе невероятно тяжёлого мужчину.       Минут через десять наконец оба оказались на суше. Убедившись, что генеральские ноги не касаются воды, Лэйн позволила себе упасть и развалиться, тяжело дыша. Думать о том, где они оказались, жив ли Дмитрий, и как скоро их могут найти, не хотелось. Хотелось представить, что она лежит на берегу моря, что мокрая одежда не холодит кожу, и что это не ледяная река плещется рядом, а бескрайний Тихий океан.       Нехотя поднявшись, девушка осмотрела всё ещё бездыханного генерала, и, следуя почти забытым урокам ОБЖ, перевернула его на бок, давая воде вытечь из лёгких. С невероятным усилием стянула с могучих плеч шубу, затем отстегнула портупею, после сняла футболку. Не отводя удивлённо-заинтересованного взгляда от испещрённой глубокими шрамами груди, Лэйн вдруг подумала, что совершенно не позаботилась о себе. Куртка была давно сброшена, и девушка потянула вверх край футболки, намереваясь избавиться от неё. Оставшись в бюстгалтере, она почему-то вновь вернулась к наблюдению за всё ещё бессознательным генералом, шрамы которого тянулись как вверх, по плечам и рукам, и наверняка переходили на спину, так и вниз, под линию ремня, на бёдра и голени. Стали пробиваться странные мысли — что, если все их пересчитать? А если очертить каждый пальцем, представляя, как от прикосновений они медленно затягиваются один за другим? Как бы генерал отреагировал на такое, и стал бы останавливать? И… Смутился бы он хоть чуть-чуть?       — Неужели так интересно? — послышался смешок, и Лэйн подняла глаза: очнувшийся Дмитрий наблюдал за ней, казалось, уже давно. Он лежал, раскинув руки в стороны, и, беззаботно улыбаясь в потолок, выглядел так, будто только что искупался в тёплом летнем море, а не был на волоске от смерти в ледяной сибирской реке под слоем февральского льда. Заметив удивлённый взгляд Лэйн, он подложил руки под голову и рассмеялся так, будто и впрямь лежал на пляже. — Никогда не думал, что ты будешь раздевать меня именно при таких обстоятельствах.       — Тоесть, ты вообще допускал подобную мысль? — ужаснулась девушка.       — Допускал, если честно. Не уверен, что сейчас самое подходящее время для таких признаний, поэтому давай сделаем вид, что ты этого не слышала. Лэйн согласилась, решив подумать об этом позже, и поднялась на ноги. Собственный вид её нисколько не смущал, но она всё же решила хоть чуть-чуть прикрыться мокрой футболкой.       — Идëм?       Дмитрий кивнул, тоже вставая, (не без помощи девушки) и огляделся.       — Уже догадалась, где мы?       — Конечно. Я эти стены узнаю из тысячи. Мы в дальнем отсеке "Сибири", сюда в своё время прибывали лодки с продовольствием из Новосибирска. — она замолкла, размышляя, стоит ли продолжать, но всё же добавила через секунду. — Кабинет генерала Ллойда и мой стол совсем недалеко, в самом начале центрального отсека. Дмитрий кивнул.       — Нужно аккуратнее, здесь могут быть отродья. В основном они, конечно, в самом переднем отсеке, но не будем рисковать.       Они пошли по тëмному коридору, освещая путь найденными фонариками. Стояла тишина, нарушаемая только мерным капаньем воды с волос и одежды, а также тихим бурчанием Лэйн себе под нос: "тут была столовая, а здесь библиотека. Отсюда меня привели, я помню. Ещë столик стоял вот в этом углу, на нëм всегда горела лампа и журналы лежали старые."       Достигнув центрального отсека, она       замолчала. Безошибочно введя код на массивной двери, открыла её и прошла внутрь.       — Вот он. — указала на закрытый кабинет с всё ещё висевшей табличкой с фамилией. Дмитрий бы и сам понял, так как бывал здесь слишком много раз. — Я не знаю код.       Они по очереди ввели несколько неудачных рандомных комбинаций, а после мужчина, задумавшись на секунду, набрал удивительно быстро и точно нужный пароль. Дверь открылась, впуская незваных гостей.       — Как ты узнал? Что за код?       — Дата рождения Анны. — отмахнулся Дмитрий, и Лэйн, быстро проведя параллель в своей голове, пришла к определённому выводу, но озвучивать его не стала.       Они вошли тихо, осматриваясь по сторонам. Стоял полный погром, оповещающий о долгой и мучительной борьбе за жизнь, проигранной, к сожалению, заранее. Стол, за которым криптограф провела бесчисленное множество бессонных ночей, был перевёрнут, как и всё его содержимое. Лампа, когда-то подаренная самим генералом Ллойдом взамен старой, предоставленной базой, была разбита, а красивый абажур испачкан давно засохшей кровью. Подавив желание поднять и рассмотреть, вспоминая мучительные, но местами даже более, чем терпимые старые времена, Лэйн отвернулась и приоткрыла дверь в сам кабинет отца Дмитрия.       Было темно. Посветив фонариком, девушка, к удивлению и к счастью, нигде не обнаружила тела, хотя кровь была, и в пугающе большом объёме.       — Дмитрий… — она аккуратно позвала нынешнего генерала, чтобы спросить о бывшем. — Скажи, а вы получали указания достать тела? — он отрицательно помотал головой, понимая направление мыслей криптографа. — А сами… Сами погребали? — снова та же реакция. — Вы были здесь раньше. Нашли кого-нибудь? Хоть одно тело?       — Нет. Никого. Грег осмотрел передний отсек, пока его не завалило, там пусто. Мы только что прошли почти весь задний, ты сама видела: везде только кровь. В нём, правда, осталась пара коридоров, но я не уверен, что там что-то есть. Если идти дальше в центральный, можно наткнуться на отродий, и я бы не стал рисковать. Три верхних этажа завалило не полностью, но никто не хочет играть в рулетку и проверять, что сохранилось, что обвалилось, что на грани, а где поселились твари. Ещё два нижних ушли под воду, из них мы успели осмотреть только один, там тоже никого, а второй почти весь был складом, там вряд ли могли быть люди и ценные материалы. Этот, третий, тоже скоро уйдёт, но людей здесь нет, библиотека — ты сама видела — почти пуста. Столовая не представляет важности, в переднем отсеке были пустые казармы, как и этажом ниже. Здесь самое важное — этот кабинет, смежная комната — там стеллажи — и личный архив отц… генерала Ллойда. — Лэйн про себя отметила оговорку, чем только подтвердила свою догадку, но сделала вид, что не обратила внимания. — Единственное стоящее место, которое мы ещё не осмотрели, это центральный отсек четвёртого этажа. — он показательно указал пальцем вверх. — Там стены, как и здесь, были по-особенному укреплены, так что сохранился он почти наверняка. Ситуация такая же: кабинет профессора Донован, смежная комната со стеллажами и личный архив. Только добраться невозможно: лестницы заднего отсека полностью разрушило, лифты, разумеется, вышли из строя. Лестница центрального местами в руинах, местами облюбована отродьями, а та, что в переднем, погибла вместе с ним. — завершив доклад, сформированный в голове за считанные секунды, Дмитрий взглянул на реакцию девушки. Она стояла, задумавшись, укладывая в голове информацию, а после, тяжело вздохнув, начала задавать свои уточняющие вопросы.       — Так… Ты сказал, три верхних этажа завалило, но ты уверен, что остался целым центральный отсек четвёртого, ближайшего к нам, да? — он подтвердил её слова кивком. — Хорошо. Могли ещё какие-то помещения сохраниться из-за этих… Особых укреплений?       — Если только архив на самом последнем, шестом.       — Понятно. Ты уверен, что лестница в заднем полностью разрушена?       — Ты сама её только что видела.       — Ну да… — Лэйн замолкла, задумавшись. — Значит, наверх никак не попасть?       — Никак. Если только не притащить сюда деревянную лестницу и не поддерживать друг друга при подъёме. Учитывая, что в ближайшее время будет серьёзная буря, этот этаж тоже окажется под водой, так что сейчас последний шанс что-то найти. Теоретически, не такие и важные там материалы, всё самое нужное Донован успела забрать. Но если хочешь, можем пойти попытаться, может и полу…       Он не успел договорить, как в коридоре раздался тихий звук, напоминающий осторожный шаг. Оба замерли, прокручивая в голове одинаково жуткую мысль: «кто-то, не желающий выдавать своего присутствия, находится недалеко и медленно пробирается к двери». Но кто мог быть там, если они находились в заброшенной базе, по соседству лишь с несколькими отродьями, не умеющими передвигаться бесшумно и не обладающими для этого достаточным интеллектом?       Дмитрий тихо шагнул к двери, дождался, пока нечто за дверью тоже затихнет. Стараясь не обращать внимания на дыхание неизвестного существа, одним аккуратным движением повернул замок, закрывая себя и Лэйн в окровавленном кабинете мертвеца.       Кто-то немедленно оживился, начиная тарабанить в дверь и скрежетать ногтями, издавая жуткий нечеловеческий звук, напоминающий волчий вой, сопровождаемый противным хлюпаньем. Дмитрий отшагнул назад, взял девушку за руку, и медленно отвёл в дальний конец кабинета.       — Я не знаю, кто это, или что… Но лучше вести себя тихо.       Лэйн кивнула, вцепилась ладонями в мужское предплечье. Хотелось расплакаться от страха и ещё какого-то неведомого чувства, но она держалась, кусая губы, ощущая успокаивающее поглаживание по голове.       Так прошло несколько часов. Существо стихло, но никто выходить не спешил, ясно понимая, что если оно обладало достаточным интеллектом для способности бесшумно передвигаться, то и ловушку устроить ему под силу. Что, если оно сейчас сидит, готовое к нападению? Что, если дожидается удобного момента, когда люди решат, что оно ушло, и откроют ему дверь? Что, если у него хватит терпения, чтобы высидеть их до страшной голодной смерти, и… Как страшно оно на самом деле?       Их найдут, но сильно позже. Когда оба они будут без сознания, сидя в обнимку в дальнем углу окровавленного три года назад кабинета, когда из двух сердец будет биться лишь одно. Второму же придётся жить дальше, и однажды предпринять попытку забраться в кабинет профессора Донован самостоятельно. Будет ли эта попытка удачной? Найдутся ли там важные материалы, полезные новой базе? И кто или что расцарапало всю смежную комнату в надежде добраться до сидящий взаперти людей, кто или что, чёрт возьми, терпеливо сидело, выжидало за дверью заброшенного кабинета целых три дня?