Часть 3

Драко всё смотрел и смотрел на себя в маленькое зеркальце, пока нимб не потух. Это был не тот нимб, который рисуют на рождественских открытках и в мультиках, не обруч над головой. Это был нимб, похожий на те, что изображают на православных иконах. Только не золотой диск, а сияние. Его голова светилась, и он не понимал, что происходит. Гермиона смотрела на него, и улыбалась. - Гермиона, мне нужны объяснения. Что это было, что это значит, и почему ты улыбаешься? - Он посмотрел в зеркало ещё раз, но нимба уже не было. Он заметил новый шрам, и поджал губы, но это сейчас волновало его меньше всего. Гермиона вышла из подобия транса, тряхнула головой, и ответила: - Помнишь, о чём я говорила? Что иногда, ангелы живут на земле, не помня Бога? - Да, на что ты намекаешь? - Он смотрел на нее, абсолютно сбитый с толку. Гермиона улыбнулась: - Прими Иисуса в сердце своём, Драко. - Грейнджер, что ты несёшь?, - От шока, он снова назвал её по фамилии. Гермиона снова сжала его руки, и начала сбивчиво шептать: - Тот ангел, он говори о тебе. Ты и есть тот, кого я должна привести к Богу. Ты ангел, который живёт на земле, не помня Бога. Я могу вернуть тебя на небеса. Нет, я должна вернуть тебя на небеса, пока не стало слишком поздно, пока ты не пал жертвой человеческой гордыни, не отправился в Азкабан, откуда я не смогу тебя вытащить. Я готовилась к этому дню, я знаю, как сделать всё правильно, ты должен только согласиться, Драко, и ты сможешь отправиться домой, обратно в рай... - её шепот звучал почти одержимо. Драко заволновался, не двинулась ли она умом. Но он сам видел нимб вокруг своей головы после молитвы... - Подожди. Ты утверждаешь, что я ангел? - Гермиона закивала, - Я? Бывший пожиратель смерти, и самый ненавистный человек во всей школе - ангел? Гермиона снова закивала: - Драко, многих святых ненавидели при жизни, Иисуса вообще убили. Но ты не святой или великомученик, ты никогда и не был человеком, твой характер формировался в условиях среды, в которой ты рос. - Как это, по твоему, возможно? - Тот ангел, с которым я говорила, рассказал мне... Что твои родители очень хотели сына, но не могли иметь детей. И Бог послал им тебя, ангела с небес. - Гермиона, это звучит безумно. Даже если предположить, что я ангел, ты сама об этом только что узнала. Как ты можешь знать об этом? - Как бы скептически он к этому не относился, но зерно сомнения уже было посеяно. Он начинал верить. - Ангел подробно рассказал мне о жизни того, кого я должна буду привести к Богу. Но он не называл имени. Он рассказал мне о том, что это будет единственный ребенок в богатой семье. Что жизнь его будет трудна и полна сомнений. Что это будет тот, на кого я не подумаю, пока не придёт время. Что он пойдёт по ложному пути, потому что он не знает бога и не имеет выбора. Что он никогда в жизни не молился, и первая молитва проявит его нимб. - Это... Удивительно точно. Гермиона снова кивнула: - Да, Драко, потому что это о тебе. И до него, наконец, дошло. И его обуял страх: - Гермиона... Меня же не примут на небесах, - он задрожал, появившаяся было надежда на спасение, потухла. - Почему ты так думаешь? - Я же... Ужасный человек. Свидетельство этого буквально запечатлено на моей руке, от этого невозможно отмыться, - из его глаз снова потекли слёзы. - Драко... Ты жил, согласно Его плану. Бог милостив, он тебя простит, - она протянула руку, смахнула слезу с его лица, а потом притянула его к себе, и стала гладить по волосам. - Я, - он не смог продолжить, содрогаясь в рыданиях. Ему казалось, что прощение возможно для кого угодно, кроме него. Он плакал, а Гермиона всё гладила его, и шептала что-то успокаивающее и пропитанное любовью к Богу, и к Драко, как его созданию. Примерно через полчаса, у Драко закончились слёзы, и он тихо всхлипывал у неё на плече, которое промокло от его слёз. Он никогда так не плакал, даже в детстве. Это были слёзы раскаяния. - Драко, нам нужно поторопиться, и начать твою трансформацию. Если мы начнём сейчас, то рост крыльев всё равно займёт несколько дней. - Что ты имеешь ввиду? - пробурчал Драко, и судорожно всхлипнул. - Я имею ввиду, что на твоём пути к Богу еще лежит телесная трансформация. Тебе нужно вырастить крылья. - Это же невозможно. - Час назад ты думал, что ты - человек. Может, пора начать просто верить?, - Усмехнулась она. - Ты права, - он не мог этого не признать. Гермиона полностью перевернула все его знания о мире и о нём самом меньше, чем за час. - Пойдём. Нам нужно в выручай комнату, это единственное место, где тебя не найдут.

***

В выручай комнате стояла большая кровать с кучей подушек, маленький столик без стульев, прикроватная тумбочка с лампой, и больше ничего. Пол был покрыт мягким ковром с восточными узорами. Она была непривычно маленькой, но очень уютной. Откуда-то шёл неяркий тёплый свет, но источник определить не получалось. Драко сел на кровать: - И как это будет? - Он нервничал, и уже не пытался это скрывать. - Сначала я помолюсь за тебя, это запустит трансформацию. У тебя начнут чесаться лопатки, зуд будет усиливаться, пока не перерастет в боль. Это растущие крылья натянут кожу до предела. Потом они начнут рвать кожу у тебя на спине. Это тоже займёт какое-то время, - Драко смотрел на неё, с нарастающим страхом, - Потом неоперённые крылья окончательно прорвутся, и продолжат расти, и оперяться. Они будут болеть и чесаться. Полный рост займёт несколько дней. Часть этого времени ты проведёшь в бреду. Драко смотрел на неё с ужасом: - Это... Кошмар. - Ты справишься. Ноу тебя есть право отказаться. - И отправиться в Азкабан? - Да, - Драко вздрогнул от того, насколько бескомпромиссно это прозвучало, - Тогда ты отправишься на небеса после смерти. - Я сейчас выбираю между несколькими днями мучительной боли или несколькими годами мучительного существования? - Именно так. Драко, если бы у меня был более приятный вариант, я бы его тебе уже предложила, - Драко кивнул. Гермиона не была похожа на садистку, ни капельки, - Что ж... Тогда я начинаю за тебя молиться?, - Драко снова кивнул, - нет, ты должен вслух сказать. - Да, я готов. Гермиона встала на колени на полу у его ног. Сложила руки в молитвенном жесте, закрыла глаза, и начала что-то шептать, Драко не мог разобрать ни слова из-за шума в ушах. Чем дальше это продолжалось, тем больше его сердце наполнялось любовью и верой. Он не успокаивался, нет, но он начинал верить, что он справится, и что он сможет заслужить прощение. Что он не закончит свои дни в Азкабане. Гермиона открыла глаза, и посмотрела прямо на Драко: - Меня услышали. Скоро начнётся. Мне нужно сходить за едой. Драко будто очнулся, когда она заговорила с ним. До него только что дошло, что он не спросил кое-что очень важное: - А ты... Будешь рядом, пока всё это происходит? - спросил он смущённо. - Конечно, - Гермиона посмотрела на него с удивлением, - как я могу оставить тебя одного? Я сейчас схожу за едой и водой на несколько дней, и тут же вернусь. Я никуда не уйду, пока твои крылья не вырастут. Мысль о том, что ему не придётся проходить через это в одиночку, грела и дарила некоторую уверенность. - Спасибо.