Часть 1

Ледяные морозные просторы Снежной. В дали от поселений открылся разлом миров, из которого в Тейват была выброшена одна душа. У неё не было сил, чтобы даже стоять на ногах, кровь текла из сотни ран, что не оставляло этой душе даже шанса на спасение. Вместо долгой и мучительной смерти где-то в глубинах катакомб судьба предложила ей смерть от холода в далёких снежных краях, где её замёрзшее и окоченевшее тело найдёт стая голодных волков и хотя бы на какое-то время утолят свой голод. Однако у Царицы были другие планы. Её замысел требует как можно больше сил и средств для своего исполнения. Одна душа, конечно, погоды не сделает, но одна душа из другого мира может сыграть не последнюю роль в искоренении "Порчи Хонкая".

***

Девушка проснулась уже в тёплой постели. От тепла одеяла и странной лампы, внутри которой вместо свечи был вставлен какой-то кристалл красноватого цвета, всё тельце пробрало до болезненных мурашек. Пальцы рук и ног сильно покалывало. Девушка только попыталась опереться на кровать чтобы подняться, как режущая боль прошила её насквозь, довершая свой удар судорогами. Мед.сестра, тихонько дремавшая на стуле возле постели, услышала возню и тут же проснулась. -Нет-нет! Тебе сейчас нельзя двигаться! Успокойся, всё хорошо, ты в безопасности. Прошу, не пугайся. Её голос был тихим и ласковым. На уставшем и помятом от недосыпа и стресса лице сияла лёгкая усталая улыбка. От этого гостье стало дурно. Она прекратила попытки встать или хоть как-то двинуться не из-за боли, что сопровождала каждый её вдох , а из-за того, что тем самым она только усугубит положение этой и без неё настрадавшейся девушки. Мед.сестра аккуратно поднесла к лицу девушки гранённый стакан с водой, чтобы та смочила горло. -Ты пока постарайся отдохнуть и набраться сил. Тебе предстоит о-о-о-чень долгий путь реабилитации. А я пока кое-куда быстренько сбегаю, хорошо? Ответа она так и не услышала, лишь слабый кивок был ею принят за согласие. Молодая девушка с тёмными волнистыми волосами по плечи осторожно вышла из комнаты и прикрыла дверь. Тускло освещённый коридор полевого госпиталя на время стал абсолютно непроглядно тёмным для глаз практикантки, что уже привыкли к яркому свету лампы. С полминуты постояв у двери и дав глазам привыкнуть к темноте, девушка отправилась к заведующему госпиталем. -Степан Альбертович! Наша потеряшка очнулась! -Светлана, вы снова всю ночь не спите? Вы же должны понимать, что без здорового режима вскоре и сами можете занять свободную койку! Идите немедленно спать! -Но, Степан Альбертович, а как же...? -Никаких "но", Светочка! Идите спать! Я доложу обо всём госпоже Коломбине, не волнуйтесь. Девушке и вправду не помешало бы часов восемь-десять хорошего крепкого сна. Её бледная кожа и уставшие глаза прибавляли этой двадцатилетней выпускнице медицинского училища по десять лет, да и круги под глазами не делали её краше. Заведующий сразу послал гонца к предвестнице с сообщением о приходе в сознание их гостьи. Третья Предвестница не заставила себя долго ждать. Уже через два дня она лично посетила госпиталь. -Госпожа Коломбина, для нас честь принимать Вас здесь. Вы уж извините за беспорядок, рук не хватает, очень много больных и замёрзших. "Вьюга" нынче необычайно сурова. -Да, я понимаю. "Генерал" тоже свирепствует нынче. Я запрошу ещё пиро-грелок для отопления и обогревания. -Мы будем Вам безмерно благодарны! -Итак, как там наша находка? -Она уже практически полностью восстановилась за эти несколько дней. Аппетита явного не проявляет, но её состояние стабильное и не вызывает опасений. -Я могу с ней поговорить? -Вот тут я не могу Вам ничего сказать. Видите ли, она понимать, может, и понимает, да только говорить не может. Так что какое-то время придётся как-то иначе получать от неё информацию. -Не волнуйтесь, я уверена, что мы найдём общий язык. Предвестница, чья улыбка никогда не сходит с прекрасного лица, проходит к палате иномирки. Три тихих стука по деревянной двери. -Не побеспокою? Осторожно заглядывая в палату спрашивает "последняя из фей". Она видит сидящую на постели девушки примерно шестнадцати-восемнадцать лет с короткими глубокого каштанового цвета волосами выше плеч, худощавую настолько, что по ней можно сдавать экзамены по анатомии, чему поспособствует и тонкая бледная, даже ближе к грязно-серому, кожа. Девушка услышала стук и повернула голову к двери. Увидев "Одну из Одиннадцати", та резко потянулась к маске, что лежала на тумбочке возле койки, но тут же скривилась от боли. Её мышцы и связки ещё не полностью восстановились, вот что значит врачебное "почти". -Не стоит, дорогуша! Здесь нет надобности в масках. Возможно, мы тебя сильно смутили и напугали, за это прошу прощения. Позволь мне задать тебе несколько вопросов, если ты конечно захочешь отвечать на них. Если нет, ничего страшного, я просто уйду. Голос "Голубки" был подстать её имени. Мягки, нежный, журчащий весенним ручейком. Последняя из фей была очень обходительна и учтива с гостьей. Иномирка осторожно кивнула и вернулась в прежнюю позу, тщательно выводя каждый символ на листе бумаги. Коломбине рассказали правду. Девушка понимала устную речь, с натягом, но понимала письменность Снежной, но сама говорить она либо не могла, либо не хотела. -У тебя очень красивый почерк. Даже завидно немного. Хоть Предвестница и не хотела как-либо задеть больную, та моментально прекратила свой урок. Она сложила принадлежности в простенький футляр и отложила его на тумбочку. И тут девушка почувствовала лёгкое прикосновение. Эти объятия не были чем-то, что было ей привычно или знакомо. За этим действием не следовала боль и это пугало хрупкую душу куда сильнее, чем сотня ударов плетью. Коломбина понимала, что спина - не то место, за которое стоит обнимать бедняжку. Только не в её случае. Впервые за много столетий фея проронила слезу.