Неуловимая шутка и Неуловимое счастье. (Постканон)

Расследование в особняке маркизы де Шенонсо близ Парижа обернулось для агентов Интерпола Чейза Девино и Джулии Арджент странной победой. Кармен Сандиего исчезла, оставив за собой лишь алую вспышку пальто… и украденный изумруд эпохи Возрождения, аккуратно положенный на каминную полку. Драгоценность лежала так, будто её специально подстроили для быстрого обнаружения. — Она знала, что мы здесь будем, — Джулия осторожно взяла камень, заметив под ним записку с координатами. — И хотела, чтобы мы нашли это. — Хотела? — Чейз фыркнул, разглядывая пустую витрину. — Просто испугалась, что я слишком близко подобрался. Джулия не ответила, но в её глазах мелькнула тень сомнения. Кармен не просто обвела их вокруг пальца — она вернула украденное, словно играя в свои правила. Почему? Вместо ответа напарник, как всегда, переключился на фантазии. — Знаешь, Джулия, — Чейз облокотился на мраморный камин, — я начинаю думать, что между нами… химия. — Химия? — Джулия изучала координаты на записке, отмечая, что они вели к заброшенному складу V.I.L.E. — Ну да! — Чейз щелкнул пальцами. — Она крадет, я ловлю. Она убегает, я догоняю. Это классика! Может, однажды она перестанет бояться своих чувств и… согласится стать моей женой. Джулия медленно повернулась, глядя на него так, будто он предложил выкрасть Эйфелеву башню для романтического ужина. — Вы серьезно? — А что? — Чейз развел руками. — Представь заголовки: «Агент Интерпола женится на самой разыскиваемой преступнице века». Романтика! Драма! Моя фотография на обложке Paris Match! Джулия закрыла глаза, глубоко вдохнув. Координаты, изумруд, идеальная точность действий Кармен… Это не походило на обычный грабёж. — Во-первых, — она показала записку, — она вернула украденное. Во-вторых, если бы она хотела кого-то «поймать», это точно были бы не вы. Чейз притворно ахнул: — Ревность! Осторожно, Джулия, а то я начну подозревать, что ты мечтаешь быть моей свидетельницей на свадьбе. В ответ раздался звонок — Джулия уже набирала номер начальства, но теперь её мысли крутились вокруг странной закономерности. Кармен не собиралась присваивать изумруд. Она словно… использовала их как инструмент, чтобы вывести Интерпол на что-то, о чем они пока не имели понятие. Чейз, оставшись один в зале, бросил взгляд на камин. — До следующего раза, мадам Сандиего, — пробормотал он. — Но помни: я не отступлю. А вдалеке, за холмами Прованса, алая фигура в пальто наблюдала за полицейскими машинами, мчавшимися к складу. Уголок её губ дрогнул. Игра только начиналась — и на этот раз ставкой было не сокровище, а разоблачение тех, кто прятался в тени. ... Четыре года спустя. Пуатье, Франция. Квартира Чейза Девино всё ещё пахнет свежей краской — ремонт они так и не закончили, но теперь это не имело значения. На подоконнике, где когда-то пылился пустая упаковка от мятных леденцов, стояла детская бутылочка. А на стене, рядом с выцветшей картой Европы, висела фотография: Кармен в красном плаще, подмигивающая камере, а Чейз в смятом костюме, пытающийся сохранить серьёзность. Чейз замер в дверях гостиной, наблюдая, как Кармен, сидя в кресле у камина, качает на руках крошечный свёрток в вязаном одеяле. Амели, их трёхмесячная дочь, мирно посапывала, уткнувшись в мамину грудь. — Ты всё ещё носишь галстук дома? — она не подняла головы, но уголок её губ дрогнул. — Это… профессиональная деформация, — Чейз неловко дёрнул узлом, вспомнив, как три года назад в этом же городе он гнался за ней по крышам и шутил что-то о «химии» между преступником и детективом. Тогда это была лишь бравада, попытка скрыть досаду от провала. Но сейчас, глядя на неё, он понимал: шутка стала пророчеством. Кармен аккуратно переложила Амели в колыбель, сделанную руками Шэдоу-сана — подарок от «дедушки», который теперь выращивал орхидеи в Киото. Малышка потянулась, и Чейз невольно улыбнулся, замечая, как её рыжие волосы, унаследованные от матери, торчат в разные стороны. — АСМЕ до сих пор требует мой отчёт о ликвидации VILE, — он сел напротив, беря её руку. — Говорят, без твоих схем они теряют половину дел. — Пусть учатся сами думать, — она усмехнулась, но в её голосе не было прежней дерзости. — Хотя… Шеф звонила. Предлагала консультацию по делу в Марракеше. Он замер. Даже после разгрома VILE., после того как АСМЕ. официально закрыло её дело, Кармен всё ещё оставалась загадкой для мира. Но для него она была просто… женой. Матерью его ребёнка. — Ты согласилась? — Сказала, что у меня теперь более важная миссия, — она кивнула на Амели, чьи крошечные пальцы сжимали воздух, словно пытаясь поймать невидимую нить. — Но оставила нам подарок. На столе лежала старая записка с координатами. Рядом с ней красовалась открытка от Айви и Зака: «Для будущего агента A.C.M.E. Первое задание: не дать папе украсть все печенья». — Знаешь, когда я впервые сказал, что ты станешь моей женой… — Чейз замолчал, глядя, как закат окрашивает комнату в золото. — Джулия смотрела на тебя, как на идиота, — Кармен закончила за него, смеясь. — А теперь она злиться на тебя. Ирония судьбы? Он обнял её, чувствуя, как смех Амели сливается с биением их сердец. Где-то в шкафу пылилось красное пальто, а на полке лежали наручники и ручка-коммуникатор. Но всё это осталось за дверью их маленькой вселенной, где «химия» превратилась в нечто большее — в семью.