Протокол не предусмотрен.

Чейз Девино проснулся от того, что его правая рука онемела. И это было меньшей из проблем. Хуже оказалось то, что под его рукой лежали каштановые волосы, явно принадлежавшие не ему, а голова, к которой они крепились, удобно устроилась на его груди. Ещё хуже — осознание, что одежды на нём не больше, чем на статуе Давида. Худшим же стал момент, когда он повернул голову и увидел спящую Кармен Сандиего, чья рука осторожно лежала на его плече, словно боясь нарушить хрупкость момента. — Сандиего… — прошипел он, пытаясь осторожно высвободиться, но Кармен внезапно замерла, словно очнувшись от глубокого сна. Её глаза широко открылись, и она резко отпрянула, натянув одеяло до подбородка. Щёки её пылали, а губы дрожали, пытаясь сформулировать хоть слово. "Вчерашний вечер: задание в Марракеше, слежка за подозреваемым из VILE, бар… о, чёрт, бар". Обрывки воспоминаний били в виски: он в гавайской рубашке (позор для его гардероба), она в платье, которое мерцало, как звёзды. Спор о винах перерос в неловкие комплименты, а потом… Стук в дверь номера заставил их обоих вздрогнуть. — Девино! — голос Джулии прозвучал слишком громко для утра. — Мы опаздываем на брифинг! Кармен, обычно уверенная и стремительная, вдруг съёжилась, словно пытаясь исчезнуть под одеялом. Её пальцы судорожно сжимали край ткани, но в уголках губ дрожала неуверенная улыбка — будто она одновременно стыдилась и радовалась тому, что произошло. — Я… я не знаю, как это… — прошептала она, избегая его взгляда. — Мы просто… — Не сейчас, — Чейз резко поднялся, накидывая хоть какую-то одежду, и бросил ей свою рубашку. — Одевайтесь. Быстро. Кармен кивнула, словно школьница, пойманная на шалости, и натянула рубашку, торопливо застёгивая пуговицы. Её движения были нервными, но когда она случайно подняла глаза на Чейза, в них мелькнуло что-то тёплое — будто даже в этом хаосе она нашла каплю счастья. — Чейз, я… — она начала, но её прервал очередной стук. — Девино, вы там?! — Джулия уже теряла терпение. — Идите в ванную, — приказал он, указывая на дверь. Кармен кивнула и скрылась, прижимая к груди подушку, словно щит. Чейз открыл дверь ровно настолько, чтобы его лицо оказалось в щели. — Вы… задержались, — Джулия подняла бровь, заметив его растрёпанные волосы и отсутствие пиджака. — Техническая неполадка с кофеваркой, — буркнул он. — Идёмте, я готов. — В трусах? — Джулия едва сдержала неловкую улыбку. Чейз захлопнул дверь, ища свои штаны. За его спиной послышался тихий смешок. Кармен стояла в дверях ванной, его рубашка болталась на ней, как платье, а лицо всё ещё пылало. — Это не смешно, — прошипел он, но она вдруг прикоснулась к его руке, и его голос прервался. — Спасибо, — прошептала она так тихо, что он едва расслышал. — Я… не ожидала, что это может быть так… — она замолчала, поправляя рукав, и вдруг улыбнулась — смущённо, но искренне. Чейз замер, словно перед ним была не «враг», а незнакомая версия Кармен. Его язык внезапно стал тяжёлым: — Кармен, это… ошибка. — Знаю, — она опустила глаза, но улыбка не исчезла. — Но ошибки иногда… красивы. — Это абсурд, — Чейз поправил галстук с таким видом, будто собирался казнить его за измену. — Вы — преступница. Я — агент ACME. Между нами ничего… — Тогда почему вы не позвонили начальству, как только проснулись? — прошептала она и вдруг приблизилась, встав на цыпочки, и его слова застряли в горле. Он хотел возразить, но она уже скрылась в ванной, оставив дверь приоткрытой. В отчёте позже он написал: «Подозреваемая проявляет нестандартную настойчивость. Рекомендую аудит гостиничных систем безопасности». А Кармен, прождав в ванной час, вышла с чувством лёгкости. Она оставила на зеркале помадой: «Спасибо за одежду. Верну… когда-нибудь». Или не вернула. Смотря как считать.