Тайное свидание. ❤️ (Тайный роман)

Сумрак парижского Люксембургского сада сгущался, окрашивая аллеи в сизые и лиловые тона. Фонари зажглись, отбрасывая длинные, таинственные тени. За густой кроной платана, чьи листья уже начинали желтеть, затаились двое – Зак и Айви. Айви прижала к глазам компактный, но мощный монокуляр Player'а, Зак нервно жевал соломинку от давно выпитого сока, его взгляд метался по аллее. — Где же они? — прошипел Зак, пытаясь разглядеть что-то в сгущающихся сумерках. — Может, он ее уже в кутузку поволок? Или... — Тссс! — Айви резко ткнула его локтем в бок. — Вон! У фонтана Медичи! Их цель появилась как призрак из вечернего тумана. Кармен Сандиего, без своей знаменитой красной шляпы и пальто, в простых темных джинсах и мягком свитере, вязаная шапочка скрывала часть бардовых волос. Рядом с ней, невероятно высокий и казавшийся еще более массивным в обычной темной водолазке и кожаной куртке шел Чейз Девино. Они шли неспешно, плечом к плечу, и дистанция между ними была... интимной. Не вплотную, но ощутимо близкой. — Божечки... — выдохнул Зак, прищурившись. — Это он? Тот самый... "заносчивый козел"? — Он самый, — прошептала Айви, подкручивая фокус. Ее пальцы дрожали. — Смотри... смотри, что он делает! Чейз что-то сказал, наклонившись к Кармен. Его лицо, обычно такое напряженное и строгое в оперативных сводках ACME, было расслабленным. Уголки губ приподняты в легкой, непривычной улыбке. Кармен кивнула, и они свернули к небольшой ярмарочной площадке, затерявшейся среди деревьев парка – мерцающие огни каруселей, палатки с сувенирами, вагончики с закусками. — Мороженое? — голос Чейза донесся до них сквозь вечерний гул, негромкий, но отчетливый. Он не командовал, не требовал. Спрашивал. Кармен улыбнулась, кивнула снова. Чейз подошел к киоску. Зак и Айви затаили дыхание, ожидая увидеть привычную спесь, высокомерие. Но Чейз просто заказал, заплатил, и, получив два ярких рожка (один – с шоколадной крошкой, другой – с клубничным сиропом), вернулся к Кармен. Он протянул ей шоколадный. Не просто сунул в руку, а протянул, с каким-то внимательным взглядом. — Аккуратнее, — услышали они его слова, и в них не было привычной колкости. Была... теплая предосторожность. Почти забота. Кармен лизнула мороженое, и на ее лице расплылось выражение чистого, детского удовольствия. Чейз наблюдал за ней, и Айви, прильнув к монокуляру, увидела в его глазах не привычную охотничью сосредоточенность, а что-то мягкое. Умиротворенное. Он аккуратно стер салфеткой капельку шоколада, упавшую ей на рукав свитера. Движение было естественным, небрежно-нежным. — Он... он ей мороженое купил... — прошептал Зак, пораженный. — И вытер ей рукав. — Смотри дальше, — Айви была ошеломлена не меньше. Они двинулись дальше. Прошли мимо лотка с плюшевыми игрушками. Чейз замедлил шаг. Его взгляд скользнул по ряду мишек, зайцев, слонов. Потом он остановился на огромном, неуклюжем плюшевом медведе карамельного цвета. Он что-то спросил у продавца, заплатил. И затем – самое невероятное – он взял этого медведя и вручил Кармен. — Вот... чтобы не скучно было, когда меня нет, — его слова донес ветерок. Кармен прижала медведя к себе, смеясь. Ее смех, чистый и звонкий, казалось, рассек вечернюю прохладу. Чейз смотрел на нее, и его улыбка стала шире, открытее. Ни тени смущения или неловкости, будто дарить огромных плюшевых медведей опасным преступницам – его обычное дело. — Медведя... — ахнула Айви. — Плюшевого медведя. Это же... это же мило до зубной боли! Кто этот человек и куда делся настоящий Чейз Девино?! Апофеозом стало колесо обозрения. Чейз купил билеты на кабинку. Они поднялись. Зак и Айви, рискуя быть замеченными, перебежали на другую сторону площадки, чтобы видеть кабинку в полете. Когда их кабинка достигла верхней точки, замерла, открывая панораму вечернего Парижа в огнях, Чейз обнял Кармен за плечи. Не порывисто, не по-хозяйски, а осторожно, как бы проверяя, не против ли она. Кармен прижалась к нему боком, положив голову ему на плечо. Они сидели так, молча, смотря на раскинувшийся внизу город, который обычно был лишь ареной их погонь. В свете фонарей внутри кабинки Айви разглядела, как Чейз наклонился и поцеловал Кармен в макушку. Просто. Нежно. Без театральности. — Карусели... Мороженое... Медведь... Поцелуй в макушку... — перечислял Зак, его голос был полон абсолютного, неподдельного изумления. — Это же... это же настоящее свидание! Как у нормальных людей! Он же... он же с ней как... — ...как с девушкой, — закончила за него Айви, опуская монокуляр. Ее лицо выражало полную капитуляцию перед увиденным. Все их теории о "навязчивом неудачнике", о "выдумках", о том, что Кармен "никогда бы не стала" – рассыпались в прах под колесом парижского обозрения. — Он не грубит. Не злится. Он... добрый. С ней. Заботливый. Блин, он ей мороженое купил и медведя! И целует в голову! Они наблюдали, как кабинка спускается, как Чейз галантно пропускает Кармен вперед, держа за руку (не хватая за запястье, а именно держа), как они идут обратно по аллее, Кармен прижимая к себе карамельного медведя. Чейз что-то говорил, Кармен смеялась в ответ, толкая его легонько плечом. Это была картина абсолютной, немыслимой для их реальности, нормальности. — Так вот какой он... вне работы, — прошептал Зак, и в его голосе не было уже прежней неприязни. Было потрясение. И какое-то смутное понимание. — Он же... он же просто влюбленный мужик. С мороженым и плюшевым медведем. Айви молча кивнула. Она смотрела вслед удаляющейся паре – высокой, мощной фигуре агента ACME и стройной девушке с бардовыми прядями, выглядывающими из-под шапочки, несущей огромного медведя. У нее не было слов. Только осознание, что Кармен, их неуловимая, загадочная Рэд, возможно, нашла что-то очень хрупкое, очень настоящее и совершенно безумное в объятиях человека, который клялся ее арестовать. И этот человек, вопреки всему, умел быть нежным. Умел покупать мороженое. И целовать в макушку на вершине колеса обозрения, пока Париж сиял внизу, словно море огней. Зак и Айви остались в тени платана, с перевернутым представлением о мире и с одним карамельным вопросом в глазах: что же им теперь делать с этим знанием?