Глава 13. Опять Косой

Наконец пришло время похода в Косой переулок за покупками к школе. Накануне Анне исполнилось полноценных двенадцать лет и, как будто специально, начались первые месячные. Тело на Хогвартских харчах за последний год успело нагнать упущенное и теперь «радовало» владелицу началом полового созревания. Не ожидавшая такой подставы от самой себя, Анна Николаевна не озаботилась заранее подготовиться, но, к счастью, у Элизы были запасы сухого мха и чистых тряпочек. Хотя, если посмотреть с другой стороны, то подобное стечение обстоятельств было Анне даже на руку. Чем не повод узнать у миссис Линч, как обстоят дела с этим у ведьм в магическом мире? Как-то не озаботилась она этим в прошлом году, да и в Хогвартсе в больничном крыле не спросила. Сглупила, да. Наверняка, у магов были какие-нибудь вспомогательные заклинания и примочки. Пока же приходилось довольствоваться старыми, проверенными со средневековья, способами. Эх, далеко еще было до стерильных тампонов и прокладок XX века. Точно в назначенное время, в дверях каморки появилась миссис Линч. Ведьма быстрым взглядом оценила готовность Анны и, не став ничего менять в ее облике, уже было собралась отправляться. Но тут же была прямо в лоб ошарашена вопросом Анны Николаевны о магических способах облегчения и контроля женских дней. Прояснив ситуацию, опекунша бесстрастно выдала всю необходимую информацию и прямо на Анне продемонстрировала довольно вычурные и не самые простые чары. Эти заклинания явно были на данный момент двенадцатилетке не по силам. Жаль. Это значило, что до конца лета придется довольствоваться магловскими методами. Опекунша также пояснила, что эти специфические медицинские чары очищали тело от выделений, связанных с женскими днями, а также убирали лишнюю боль. Действовали чары обычно на протяжении всего цикла, но все же зависели от силы накладывающих их ведьмы. По словам миссис Линч, для наложения этого заклинания во время учебы в Хогвартсе необходимо было обратиться либо к воспитательнице, либо к декану, либо к целительнице в больничном крыле школы. Обращаться к старшекурсникам категорически не советовалось – уж слишком специфичными были эти медицинские чары и нуждались в определенном уровне мастерства. Анна тут же пообещала себе выучить и отработать эти чары. Хотя думать о накладывании подобных заклинаний на саму себя было боязно. Закончив лекцию и убедившись, что больше ничего не препятствовало отправке за покупками, взрослая ведьма погасила Анин светляк и попросила девочку подойти к ней поближе. Кажется, опекунша в этот раз не собиралась пользоваться магловским транспортом. Взяв Анну крепко за руку, миссис Линч трансгрессировала напрямик в Косой переулок. Только сейчас до Анны Николаевны дошло, что год назад дама не выказала никакого неудобства от зловония магловской части Лондона, а уже в самом Косом переулке не было даже намека на знакомое девочке амбре. Какие-то личные бытовые чары у миссис Линч? И отдельная складка пространства, знакомая по фанфикам, в отношении волшебной улочки? Так и оказалось. Опекунша на заданный наблюдательной девочкой вопрос ответила положительно на обе темы и посоветовала почитать одну специфическую книгу бытовых заклинаний. По ее словам, уже к следующему лету Анне будет по силам это защищающее от запахов колдовство. Тут главное было не переборщить с силой и напрочь не отшибить себе нюх. Слабой ведьмочке было даже легче управиться с подобными чарами. Первое, что сделала волшебница по прибытии в Косой, это проинформировала Анну, что мистер Фоули за хорошие оценки в прошлом году выделил девочке премию аж в целых десять галлеонов. Миссис Линч желала знать, собиралась ли потратить эти деньги девочка уже сейчас, получить их на руки или оставить на хранение у самой опекунши. Анна Николаевна тихо порадовалась, что у нее уже накопилось аж тридцать галлеонов где-то там на просторах магической Англии. Вслух же она поинтересовалась, стоило ли заводить для таких денег сейф в Гринготтсе. Оказалось, что не стоило. Аренда хранилища у гоблинов быстро бы съела все ее невеликие запасы волшебных монет. Что ж, передав удивившейся миссис Линч дополнительные десять галлеонов, вырученных за прошлый год от продажи игрушек, девочка попросила опекуншу и дальше продолжать хранить ее сбережения. Пока обновлялись учебники, справочники, писчие принадлежности, флаконы, защитные перчатки для травологии и мазь для ухода за волшебной палочкой, миссис Линч отвечала на возникшие за прошлый год и лето у Анны вопросы. Главным вопросом, волновавшим Анну, был курс обмена валют. Девочка все никак не могла состыковать в своей голове соотношение британского фунта стерлингов и галлеона. Оказалось, что на данный момент в гоблинском галлеоне было всего 2 грамма настоящего золота. Однако следовало учесть, что галлеон все же был настоящей волшебной монетой и его золотое ядро было напитано магией, защищая от подделок и делая монету более ценной именно для магов. Поэтому, последний десяток лет обменный курс колебался примерно на отметке 1:3 в пользу британского фунта стерлингов, а не ближе к 1:4, как могло бы подуматься, исходя лишь из содержания золота в обеих валютах. Теперь по Аниным расчетам получалось, что на пару с Элизой за пошив Анна зарабатывала в неделю примерно два – два с половиной галлеона. Волшебный учебник стоил один галлеон. Соотношение валют теперь было понятно и более-менее логично. Обстоятельно отобедав, женщина с девочкой отправились в волшебное ателье. Миссис Линч, успевшая еще в прошлом году оценить качество и фасон пошитой Элизой и Анной одежды, согласилась задействовать проверенный подход. Юная ведьма была несказанно рада опять приобрести в основном различные отрезы тканей. Готовой предстояло купить только обувь и зимнюю мантию-плащ с серебряными застежками. Обновлять остроконечную шляпу в этом году не требовалось. Мозги, оказывается, у Анны Николаевны за год подрасти не успели. Хваткая девочка заранее уточнила у опекунши, что ей дозволялось купить на один отрез больше, чем в прошлом году – тело юной ведьмы росло и требовало большего количества ткани для того же количества одежды. Воспользовавшись моментом, Анна не забыла посетовать и на возникшую в прошлом году проблему с обувью и рассказала, как нашла решение. Миссис Линч внимательно осмотрела надетые на девочке ботинки с рунами «от Матильды», хмыкнула и выжгла на новой купленной обувке нечто подобное. Правда, без предварительного накладывания при этом каких-либо чар. Старшая ведьма пояснила, что больше чем на размер увеличить обувь, не приспособленную для наложения чар, не удастся. Для подобного требовалась кожа уже магических зверей. Что ж, Анну и это обрадовало безмерно. Ведь Матильды-то в Хогвартсе уже не будет. С помощью Луизы можно, конечно, было бы пережить последние месяцы школы. Но вот что делать с летом, было не понятно. Нога-то точно вырастет. Теперь же это больше не было проблемой. Поинтересовалась Анна у опекунши и на тему, где было выгоднее продать ненужную, ставшую маленькой, одежду и обувь – в магическом мире или у маглов? Ответ на этот вопрос миссис Линч не знала, но согласилась пройтись вместе с Анной до лавки старьёвщика в Лютном. Оказалось, что обувь лучше было продать именно в магическом мире. Руны подгонки, сделанные Матильдой, были высоко оценены хозяином лавочки. Девочка тут же переобулась в только что купленные новые ботинки и без зазрения совести, прямо на виду у опекунши выторговала целых 12 сиклей за старые. Миссис Линч лишь укоризненно посмотрела на юную ведьму, но довольной Анне Николаевне было плевать – у нее теперь на руках было немного волшебных денег! Анне было жаль, что она не додумалась взять с собой в поход в Косой и сапожки. Их придется продавать либо у маглов, либо лишь в следующем году. Но кто ж знал? Как-то не додумалась ведьмочка спросить о подобном заранее. Если Анна еще могла подумать о повторном визите в Косой, то о походе в Лютный в одиночку и думать не стоило. Хотя, на данный момент Лютный еще не был той страшилкой из канона. Это была просто улочка, где проживали и торговали самые бедные жители магической Британии. Именно здесь на данный момент располагались обе лавки старьёвщиков. А вот одежду, пошитую руками, а не с помощью чар, стоило продать в обычном Лондоне. Да, ткань, из которой в свое время сшили одежду Элиза с Анной, была произведена на волшебном ткацком станке и пререканий не вызывала, но вот стежки… Можно, конечно, было распороть одежду и заново сшить уже используя знакомые Анне чары. Но девочка здраво посчитала, что лишние несколько кнатов не стоили усилий. Магический резерв у нее не был безразмерным. Гораздо выгоднее было продолжать по вечерам помогать Элизе с дополнительными заказами. Что ж, продать аккуратно ношенную весь год одежду Анна без проблем смогла бы и за стенами Дырявого Котла. Навык торговли она успела «прокачать» за первые четыре недели лета, да и цены были ей уже известны. Она все равно собиралась посвятить вторую половину лета торговле. А с большинством вырученных за продажу ботинок волшебных денег все-таки пришлось расстаться. Увидев аптеку, Анна подумала, что неплохо было бы купить хотя бы одну порцию укрепляющего для Элизы. Ну или что там могло подойти сквибке. Миссис Линч немного поморщилась, но согласилась помочь девочке купить необходимое. Сначала Анна подумала, что опекунше была неприятна ее дополнительная просьба или забота о сквибке, но это оказалось не так. Миссис Линч терпеть не могла специфическую вонь магической аптеки. И если от магловского амбре Лондона помогали специальные чары, то среди волшебных ингредиентов ими пользоваться было нельзя. В аптеке просто было невозможно пропустить мимо глаз табличку с запретом на применение подобных чар. Уж очень та была примечательной. Анне показалось, что на ней были выжжены какие-то руны, привлекающие внимание. Общее укрепляющее зелье удалось найти без проблем - выбор эликсиров для сквибов был невелик. Стоил флакон снадобья десять сиклей. Волшебные деньги, так неожиданно приплывшие к Анне в руки, так же быстро их и покинули. В кармане у девочки сиротливо позвякивали последние две серебряные монетки. Выпив в волшебном кафе напоследок чашку великолепного чая с небольшим пирожным, Анна была доставлена опекуншей обратно в место проживания. Выгрузив покупки подопечной из своей дамской сумочки с расширенным пространством прямо на заправленную кровать, миссис Линч попрощалась и попросила напрямую отписаться, как только девочка доберется до Хогвартса. Крутанувшись, ведьма с хлопком исчезла. Анна вздохнула и начала рассматривать и сортировать купленные в волшебных магазинах вещи. Увидеться с опекуншей до следующего лета, судя по последней фразе, Анне не светило. К вечеру ведьмочка уже успела бегло просмотреть и убрать все новые волшебные книги в сундук, пересмотреть свои старые вещи и определить часть на продажу. Успела она и (пока) неудачно попробовать новые чистящие заклинания тергео и экскуро для второкурсников. Анна натаскала свежей воды и купила для Элизы пирог с ливером на ужин. По старинке вымыв пол, девочка разложила на очищенном пространстве купленные ткани и прошлогодний каталог из ателье и стала планировать необходимую ей одежду. Элиза, как обычно, вернулась с работы в девять вечера. Уставшая женщина с благодарностью поужинала купленным Анной ранее пирогом и, не задумываясь, выпила предложенное девочкой волшебное лекарство. Каких-то видимых признаков действия зелья не наблюдалось. Ждать волшебного исцеления или гигантский приток сил мать с дочерью не стали. Плюнув на это, они занялись кройкой первых, срочно необходимых выросшей Анне нарядов. Завтра, когда Элиза уйдет на работу в ателье, девочка сама займется пошивом – чары ей в помощь. За оставшиеся шесть недель до Хогвартса, была пошита новая одежда, с чуть более длинным, чем необходимо, подолом у юбок и мантий, прочитаны все новые волшебные книги и, насколько это было возможно, выучены и оттестированы все заклинания за второй курс. Анна хотела заранее знать, выросла ли она в силе и насколько расширился ее резерв. Прогресс был, хоть и не такой сильный, как хотелось. Изредка, примерно раз в три дня, когда дольше невозможно было сидеть в каморке, читать и практиковать магию, Анна выбиралась на «пробежку» до блошиного рынка в поисках чего-нибудь хрупкого для ремонта. Ну и не забывала помогать Элизе по вечерам шить. Девочка помнила о клятве, данной самой себе в начале лета. К концу летних каникул у ведьмочки стали иногда получаться не дающие ей покоя очищающие заклинания. Уборка каморки сразу заиграла новыми красками. Пыль убиралась заклинанием тергео. Специально смоченная грязь на полу пропадала с помощью экскуро. Жаль, что эванеско изучалось на трансфигурации лишь на пятом курсе. Оно бы пригодилось для удаления грязной воды из таза. А еще, для полного набора, Анне страшно не хватало заклинания агуаменти, но его, насколько она знала, изучали лишь на шестом курсе. Ну, по крайней мере, так было в каноне. Анна задумалась. Возможно, ей стоило найти в библиотеке Хогвартса все учебники за оставшиеся курсы и составить собственное представление о программе обучения, вместо того, чтоб слепо опираться на полузабытый канон. А то вдруг окажется, что она тут распланирует свои будущие возможности, а заклинаний для воплощения плана в школе будет и не выучить! Вот будет потеха. Что ж, о подобном стоило подумать еще на первом курсе, но Анна Николаевна, поначалу сравнив учебники с каноном из памяти и увидев стопроцентное совпадение, успокоилась. А делать этого явно не следовало! Соответствующая памятка была тут же занесена в дневник. Анну в начале следующего учебного года ждали долгие часы в библиотеке. К концу каникул, с помощью дочери, Элизе удалось сколотить неплохую заначку. Пусть и немалая часть дополнительного заработка от пошива уходила на пропитание для самой же девочки. Юная ведьма была неприятно удивлена возросшими требованиями своего тела к размеру порций. Хотя, об этом могла бы и догадаться заранее. Ведь она не только привыкла регулярно питаться в пансионе, но и постоянно колдовала летом на каникулах. Энергия ведь не могла браться из ниоткуда. Но все же, даже с возросшими потребностями, сердце ведьмочки грел тот факт, что у оставляемой за пределами магического мира матери появилась заначка из восемнадцати шиллингов. Не бог весть сколько, но это должно было помочь женщине чуть лучше продержаться до следующих летних каникул дочери. Да, Элиза после принятия зелья чувствовала себя лучше, но дополнительной помощи была рада. Сама же Анна смогла своими эпизодическими набегами на рынок за оставшиеся шесть недель лета заработать почти семнадцать дополнительных шиллингов. Магловские накопления возросли до трех фунтов, шестнадцати шиллингов и трех пенсов. Анна Николаевна долго думала, везти ли ей все свои сбережения с собой в Хогвартс, или стоило припрятать их в вещах Элизы в магловском Лондоне. Решив, что лучше все свое держать при себе, девочка спрятала потяжелевший за лето мешочек с фунтами поглубже на дно своего сундука. Уезжала из вонючего Лондона в чистенький Хогвартс Анна со смешанными чувствами. Ей и хотелось и не хотелось ехать в школу магии. Да, в пансионе кормили вкусно, спалось мягко, магии обучали на одном уровне с чистокровными, но вот только опасно там было. За все надо было в этой жизни платить. За комфорт в быту и магию приходилось платить нервами, унижением и жестким контролем над периодическими убийственными порывами дать в глаз.