Глава 12. Грязь Лондона

Остаток второго семестра Анна была очень сильно занята. Мастерице было необходимо успеть закончить десять заказов на фелтинговых сов. Жаль, что у нее не было колдокамеры. Ей бы пригодились снимки личных почтальонов заказчиков. Это намного бы ускорило процесс. Создавать сов она продолжала за пологом своей кровати и для ее соседок по комнате появление очередной новой игрушки казалось почти чудом. Виктория лишь фыркала, а вот Мэри беззастенчиво пялилась и горько театрально вздыхала. Намек был понятен. Анна решила, что подарит девочке такую игрушку на следующий Йоль. Или, если Мэри продолжит ТАК вздыхать, то уже на день рождения, который у соседки выпадал на 3 октября. Правда, надо будет сделать не сову, ведь почтальона у Мэри не было. Да и не хотелось «марать репутацию» элитных игрушек. Можно было изготовить очаровательного котенка или еще какое животное. Об этом стоило подумать позже. Возможно, даже летом. Единственное, на что помимо учебы и создания игрушек позволила себе отвлечься Анна, было изучение чар пошива. Юной ведьме удалось найти не самое трудное в исполнении заклинание в библиотечной книге по бытовым чарам. Вообще, подобных заклинаний было пруд пруди. Все они чем-нибудь да отличались. Разновидностью стежка, с использованием иголки и нитки или без, возможностью задать размер стежка, накладыванием шва на очерченный мелом контур или на определенном, заданном расстоянии от края ткани. Параметров было реально много. Найдя самый простой и посильный, Анна вручную скопировала страницу с пояснениями и провела следующие несколько недель, пытаясь воспроизвести заклинание. Сначала получалось не очень, но уже к апрелю удавалось наложить красивый шов в половине случаев! Девочка была уверена, что к отъезду домой на летние каникулы точно успеет осилить эту магию. А летом в ателье Элиза сможет брать чуть больше заказов на дом, которые с легкостью выполнит за нее Анна. Ведь на каникулах в этом временном отрезке можно было колдовать даже маглорожденным! Вскоре были сданы годовые экзамены и пришел черед прощальному пиру. За год в Хогвартсе на обильной пище Анна значительно подросла, как подросла и ее магия. Ей даже пришлось чуток отпустить подол у пары юбок, дабы те не выглядели куцыми на ее резко вытянувшейся фигуре. Самым страшным было то, что у нее серьезно вырос размер ноги. Сапожки и ботинки, купленные прошлым летом миссис Линч в Косом переулке, не просто давили, а до кровавых мозолей натирали пальцы ног. Когда это стало происходить, Анна обратилась к Луизе с вопросом что делать и как быть. Старшекурсница наложила чары увеличения на обувь. Проблема вроде как исчезла. Только лишь чтоб появиться опять через неделю. Чары пятикурсницы выдохлись. При этом мисс Монтгомери настоятельно не советовала жаловаться опекунам прямо сейчас, а подождать до лета и новых покупок. В итоге, последние пару месяцев чары приходилось накладывать каждую неделю. Что делать с отъездом из Хогвартса на лето, Анна не знала. Когда еще ее поведут в Косой за покупками? Для решения проблемы пришлось опять просить помощи у Матильды. Староста лишь фыркнула, но благосклонно приняла предложенную в обмен на услугу небольшую фелтинговую фигурку барсука с шарфом пуффендуйской раскраски. На обе пары обуви – ботинки и сапожки - тут же были наложены соответствующие чары и закреплены рунами. Теперь Анне оставалось лишь подпитывать эти волшебные символы своей магией, как и со школьным сундуком с его маглоотталкивающими чарами. Прямо перед отъездом на лето Анне пришло письмо от миссис Линч. В нем ее извещали, что сопроводят за покупками в Косой переулок в пятницу третьей недели июля. Как и в прошлом году, опекунша намеревалась забрать девочку из ее комнатки в ателье в десять часов утра и вернуть к пятичасовому чаю. Что ж, теперь у Анны Николаевны была вся необходимая ей информация, дабы правильно распланировать свое время на каникулах. В личном дневнике, что одновременно служил попаданке и ежедневником и календарем, девочка сразу зарезервировала 16 июля для похода за покупками с опекуншей. Как раз на следующий день после ее двенадцатого дня рождения в этом мире. Честно, в Косой хотелось сходить пораньше, чтобы осталось достаточно времени для пошива одежды и для вычитки книг за второй курс, но повлиять на это Анна никак не могла. Покидали Хогвартс студенты в этом году в субботу, 19 июня. Маглорожденные первокурсницы ехали все вместе в одном купе. Поумневшая за год Виктория предпочитала до последнего момента в магическом мире держаться вместе с Мэри и Анной. В группе было безопасней. Хогвартс-экспресс быстро домчал их до Лондона. Анне даже не пришлось доставать из сундука припасенные хотя бы на первое время яблоки и сухарики из белого хлеба. В Хогвартсе было свое магическое хозяйство. С помощью магии фруктовые деревья начинали плодоносить намного раньше. Именно этих яблок и набрала про запас Анна Николаевна. Нет, Анна не думала, что будет летом голодать. Но за год питаться она привыкла обильно и регулярно. Да и как в действительности могли помочь какие-то жалкие десять яблок? А сухарики были лишь баловством – больше для имитации десерта к чаю, чем настоящей едой. Идти по Лондону от вокзала до Уэст-Энда было неприятно. Да что там! Это было полноценно отвратно! Как-то подзабыла Анна за учебный год в чистеньком Хогвартсе, в экологически безупречной магической Шотландии о прелестях магловского Лондона этого времени. Смрад от повсеместных нечистот, смог от не перестающих дымить даже на минуту фабрик и заводов, вонь от цветущей Темзы, запах потных и немытых тел от праздно шатающихся бродяг – все это сливалось в непередаваемое амбре, что и было визитной карточкой Лондона викторианской эпохи. Помойка, а не столица Империи! Ну, или отстойник. Глаза отвыкшей от подобного девочки слезились. Несмотря на шок, наведенный мегаполисом, добралась до их с матерью каморки Анна без проблем. Не сказать, что девочка по дороге смогла привыкнуть к амбре. Нет, она просто смирилась с тем, что ей придется провести десять недель в этом рассаднике болезней. Нехотя девочка прикупила пару бутербродов с ветчиной, что выглядели посвежее и пахли получше, и две печеные картофелины. Небольшая заначка из пары пенсов была припрятана именно для чего-то подобного еще с прошлого года. Элиза еще не успела вернуться с работы, хотя в субботу обычно возвращалась чуть раньше. Обычно вечером в последний рабочий день недели необходимо было выбраться в публичную баню. Сегодня идти с матерью для помывки Анна не собиралась. Незачем. В каморке было темно и чем-то напоминало за год ставшую привычной нору барсуков. Анна подвесила магический светляк прямо вовнутрь закопченного стекла лампадки и, наконец, осмотрелась. Убогость комнаты неприятно резанула глаз. Что ж, прежде чем распаковываться, ведьмочке стоило привести в порядок свое летнее место жительства. Каникулы хотелось прожить в наиболее приличных условиях, благо магия с этим могла помочь. Анна попыталась для начала переодеться в более простую одежду. Но, хоть старая одежда и обнаружилась в одном из тюков под кроватью, девочка из нее просто выросла. Натаскав воды с колонки в конце улицы и заперев дверь с помощью колопортуса, Анна разделась до исподнего и принялась за уборку. Вычистить каморку заклинаниями тергео, экскуро или эванеско юная колдунья не могла. Не успела она еще изучить эти заклинания в Хогвартсе. Первые два должны были стать доступны уже в следующем году. Но все же Анна успела подготовиться к подобному еще в Хогвартсе. У нее в арсенале были бытовые чары по отпугиванию вредителей, вычитанные в одной из библиотечных книг. Также было и заклинание репаро, почти до магического истощения напрактикованное на чарах. Эти два заклинания должны были стать приличным подспорьем для нее в борьбе за чистоту. Подогрев воду в медном тазу с помощью волшебного огня, Анна тщательно помыла не только пол, но протерла стены и, с помощью левиосы, потолок. Хорошо, что все поверхности были деревянными и их можно было тупо протереть тряпочкой. Ведьмочка отремонтировала кровать, перетряхнула подобие перины и одеяла, использовала на них чары борьбы с вредителями, перестелила постель заранее приготовленным новым и чистым хлопковым отрезом из Выручайки и вуаля! Не сказать, что теперь место сияло чистотой, все-таки чадящий трубами мегаполис Лондона исходно был не самым чистым местом, но Анна Николаевна была уверена в качестве проделанной ей же самой работы. Одевшись и отперев дверь в каморку, девочка избавилась от грязной после уборки воды и стала дожидаться матери. Элиза появилась уже через пятнадцать минут. Женщина, если это было возможно, выглядела еще более изможденной, чем запомнила ее Анна. Сердце неприятно сжалось. Все-таки перерожденка если и не стала полноценно считать эту женщину своей настоящей матерью, то все же успела привязаться к ней. Видеть перед собой еще более бледную, худую и как-то за год выцветшую Элизу было откровенно страшно. Анне даже на секунду показалось, что мать кто-то проклял. Появление дочери несказанно обрадовало Элизу. Она даже расплакалась и в кои-то веки обняла девочку. Попивая неплохой травяной сбор, выторгованный у одного маглорожденного старшекурсника в Хогвартсе, и поедая купленные ранее Анной бутерброды с картофелем, женщина слушала незамысловатые и донельзя выбеленные истории из жизни дочери в волшебной школе. Глядя на Анну, Элиза удивлялась, как успела всего за год подрасти ее дочь в этом ее Хогвартсе. Ее маленькая Энни казалась Элизе такой взрослой! А как ей не хватало последние девять месяцев помощницы! Женщина не понимала, как много в действительности делала для их маленькой семьи дочь, пока та не уехала учиться. Повезло не потерять работу – мистер Таггерти был умным человеком и понимал, что с отъездом Энни в школу, Элиза начнет шить гораздо медленнее. Мужчина лишь надеялся, что даже без маленькой Энни мастерица все равно останется лучшей его работницей. Но вот сама женщина была ошарашена, в первый раз получив в оплату всего лишь 11 шиллингов, а не привычные 15. Шесть шиллингов все так же уходили на оплату комнаты. На еду требовалось почти четыре шиллинга. Оставшиеся деньги с трудом удавалось растянуть на все остальные нужды. Элиза уже и не помнила, когда последний раз покупала масло для лампадки. А теперь – вон как задорно светил магический огонек, наколдованный ее умненькой Энни. И никаких денег на поддержание не требовалось! Это было так удобно. Все-таки ее девочка действительно была послана ей Богом, что бы там ни говорили на воскресных проповедях в церкви о ведьмах! Да и магия дочери не была чем-то страшным. Элиза не находила в себе ни грамма отторжения к волшебству. Анна Николаевна же с грустью наблюдала, как буквально набрасывалась на еду женщина, давшая жизнь этому телу. Как-то не подумала перерожденка, что, уезжая в школу, бросает Элизу прозябать одну, без привычной помощницы. Однако работать летом рядом с матерью в ателье Анна все равно не собиралась. Как посчитала ведьмочка, это просто было невыгодно. Лучше было для Элизы взять немного дополнительной работы на дом. А вечером, при свете магического светляка, Анна Николаевна могла бы с относительной легкостью наложить чары пошива. Размер стежка можно было скопировать у матери, чтобы работа выглядела выполненной ею. Мистера Таггерти подобное не удивило бы. Элизе ведь требовались дополнительные деньги на содержание приехавшей на лето дочери. Ну а то, что Анна не вернулась к работе в ателье – так мало ли по каким причинам. Анна Николаевна поклялась, что к концу лета обязательно оставит Элизе небольшую заначку. Девочка не собиралась допустить, чтоб за год обучения в Хогвартсе она лишилась матери и относительной свободы на летних каникулах. Меркантильно и прагматично, но не Анна такая, а жизнь и этот гребаный мир. Анна условно разбила свое лето на четыре недели до похода в Косой и шесть недель с хвостиком после, вплоть до отъезда в Хогвартс на второй курс. В первую половину, помимо вечерней магической пошивки, Анна собиралась заняться торговлей. Точнее не так. Знание заклинания репаро и возможность колдовать на каникулах открывали перед Анной Николаевной широчайшие возможности. Но для начала стоило продать прихваченные из Выручайки вещицы. Одежду и обувь, что стала откровенно мала еще в Хогвартсе, девочка пока продавать не собиралась. Сначала надо было сходить в волшебное ателье и прикупить, как в прошлом году, тканей. Кто его знает, как поведет себя в этом году покровитель и сколько денег выделит на подготовку для школы. В худшем случае придется просто перешить старые одежды. В присутствии Элизы за одно воскресенье на блошином рынке удалось быстро распродать прибранное к рукам из Выручайки. Ещё до похода на рынок отрезы ткани с удовольствием приобрел мистер Таггерти, даже не поинтересовавшись, откуда подобное добро у вернувшейся из частной школы-пансиона девочки. За ткани удалось выручить приличную сумму - целый фунт. Сказалось присутствие нарезов из атласа, бархата и шелка. Из-за приличного размера и качества, зеркало ушло за семь шиллингов. Канделябры, к сожалению, себя не оправдали. Никто не видел в них той красоты и утонченности, что видела Анна Николаевна. Большинство обычного люда этого времени предпочитало незатейливые лампадки, а свечу можно было и прямо в кружку поставить! Пара бронзовых подсвечников ушла за смехотворные два шиллинга. Что ж, это был хороший такой урок для Анны о том, что необходимо было знать публику, которой пытаешься что-нибудь продать. Избавившись от товара и приобретя стартовый капитал, размером в целый фунт и девять шиллингов, Анна стала присматриваться к ценам на рынке на различные, слегка подпорченные товары. Именно на них она собиралась применить репаро. Для заклинания не годились изделия из ткани, но ту же кожаную обувь отремонтировать было уже можно. По крайней мере, заклинание хорошо ложилось на треснувшие или рассохшиеся подошвы. Именно это она поэкспериментировала делать на прохудившейся обуви Элизы. Правда, лучше всего для ремонта подходили треснувшие стеклянные, керамические и фарфоровые изделия. Последние встречались редко и были довольно грубы. Далеко не тот утонченный фарфоровый сервиз из Хогвартса. Если металлическую вещь можно было относительно легко отремонтировать с помощью припаянной заплатки, а деревянную склеить, то отремонтировать треснувшее стекло в кустарных условиях викторианской Англии было почти невозможно. Так, если бы зеркало, привезенное из Хогвартса, имело трещину, то его удалось бы продать лишь за пять шиллингов, а не за семь, что выручила Анна. Именно скупкой, ремонтом и перепродажей хрупких вещей и занялась летом юная ведьма. При этом, пришлось постоянно отслеживать контингент рынка и даже несколько раз пойти торговать на совсем другой рынок в отдаленном районе. Прослыть кудесницей, что легко удаляла трещины со стеклянных предметов, Анна не хотела. За три недели нескончаемых купи-отремонтируй-продай Анна почти удвоила свой начальный капитал. А уж как она поднаторела в использовании заклинания репаро! Это было очень неплохо. За три недели удалось заработать почти полтора фунта. Если разделить выручку на три недели, то получалось в неделю заработать почти столько же, сколько Элиза зарабатывала теперь, когда Анна училась в Хогвартсе. Только это был единоличный заработок самой Анны Николаевны. На руках после всех ухищрений оказалось два фунта, 18 шиллингов и пять пенсов. Эти деньги теперь лежали в небольшом мешочке внутри Аниного сундука с включенными маглоотталкивающими чарами.