Исцеляя тело и душу

Бой окончен. Сайман мёртв, и это горько, до тошноты горько, но Джону удается отстраниться довольно быстро. Хоть это и тяжело: горе Садыки по умершему другу и поникший, побитый Лололошка под боком крайне сильно мешают запереться от чувств. Кстати о последнем. Того в битве потрепало знатно, поэтому сейчас он казался каким-то особенно... Разбитым. Смотрел куда-то в одну точку. Поджимал губы, сдерживая тихие мычания, рвущиеся наружу от малейшего движения. Держался за собственные плечи, будто пытался остановить невидимые кровотечения. Хотя и видимые тоже были. Белая куртка местами покрылась бурыми пятнами. Джон хмурится. Что-то явно не так. Не могло Лололошку помотать так, что он едва на ногах стоит. –Лололошка, пойдём. Нужно отнести трупы, пока не сбежались заражённые. Он не заставляет носить его слишком много, потому что видит, что малейшее телодвижение отзывается болью. Поэтому большую часть сбрасывает магией. Избавление от тел в большей степени было предлогом, чтобы отойти в сторону. –Ты как? Ло отвечает не сразу, но Джон почти сознанием слышит вопящее в чужих мыслях "больно больно больно БОЛЬНО". А. Минуточку. Лололошка просто слишком громко думает. Настолько, что ненароком вышел на телепатию. –Я, Я в поряд- –Даже не думай.–Джон закатывает глаза.–Это был риторический вопрос. Ты выглядишь так, будто в любую секунду свалишься в обморок от болевого шока. Так что снимай верхнюю одежду, мне нужно посмотреть, насколько всё плохо. Лололошка вздрагивает, виновато (какого чёрта.) отводит глаза, но стягивает верх, болезненно кривясь. И увиденная Джоном картина заставляет его поморщиться. Весь торс и руки покрыты ранами и яркими гематомами. Это не просто синяки, нет, это серьёзные внутренние кровотечения. Это выглядит так, будто многочисленные повреждения срослись снаружи, но не изнутри. Вдох. Выдох. –Сядь, пожалуйста. И постарайся не дёргаться лишний раз. Лололошка послушно садится, с губ срывается выдох. Ему больно, ему так безумно больно, как не было, наверное, никогда. Он жмурится и морщится, тихо шмыгая носом. Джон вздыхает и осторожно кладёт руки на чужую спину. –Потерпи и постарайся расслабиться. Я постараюсь быть осторожнее, но скорее всего будет больно. Концентрируясь на каждом лопнувшем капилляре, надорванной вене и порванной мышце, учёный закрывает глаза, колдует заклинание и водит по телу руками. Он правда старается не спешить, быть аккуратным. Но это всё равно больно. Он понимает это. Хотя, Лололошка должен вытерпеть. Он сильный, да.. он и не через такое проходил, не так ли? Ло трясётся, глухо всхлипывает и мычит-вскрикивает, зажимая рот рукой. Вгрызается зубами в ладонь, чтобы хоть как то отвлечься от чувства, как срастаются ткани. От фиала такого эффекта никогда не было... Но и помогать красная жидкость перестала еще в самом начале боя. Джон, висевший над мироходцем коршуном, садится напротив. Красные искры, что исходили от рук, исчезают и меркнут. Он залечил большую часть травм, но все равно необходим еще один заход. Но пока ему, нет, им обоим нужен перерыв. –Ло. Лололошка, посмотри на меня. Он подцепляет покрасневшее от слёз лицо за подбородок и приподнимает, заглядывая в глаза. Снимает так мешающие очки. За ними–тусклые, совершенно измученные, синие глаза. –Эхх, Лололошка-Лололошка... Не потрудишься объясниться, как так вообще вышло, что на тебе живого места нет? Я даже не видел, чтобы он так часто по тебе попадал... А тебя будто катком переехало. Мироходец вздыхает. Руки, держащие его лицо, начинают поглаживать, и Ло позволяет себе немного расслабиться. Перестать сидеть как натянутая струна. Он дышит, медленно и размеренно, немного дрожаще. Пытается перевести дух. –Я не знаю почему, но,–Ло внезапно двигается ближе и устало упирается лбом в плечо учёного. Джон не противится, наоборот, кладёт руки на чужие плечи и подтягивает двойника ближе. Мягко поглаживает оголённые плечи и массирует шею. Тесный контакт опасен, но сейчас он просто необходим. Ло в его руках обмякает.–каждый раз, когда моё тело находится близко к смерти, его разрывает на части и собирает в другом, более безопасном месте. Обычно это работает нормально, но сейчас.. я был на грани так часто, что просто не успевал нормально восстановиться. Вот отсюда, наверное, и такие травмы... Джон вздыхает. Какой же его двойник... –Балбес. Заклинания защиты на что? Ло молчит, кусая губы. –...Ясно всё с тобой. Позже возьмусь за твое обучение. Как ты вообще продержался в Архее всё это... А. Вот оно что. Джон отстраняется, осматривая мироходца. Кровавые пятна стали бледнее, некоторые исчезли вовсе. Пожалуй, теперь даже не обязательно использовать сильное, болезненное заклинание. Достаточно и простого, восстановливающего Джон, по крайней мере, надеется. –Давай, иди сюда. Нужно закончить.–Он чувствует, как под руками тело напрягается сильнее, но спешит успокоить. Руки перескальзывают на спину, покрываясь слабым свечением, пальцы скользят по позвоночнику и лопаткам. Вверх-вниз.–В этот раз будет полегче. Ло придвигается, жмётся, лбом сильнее вжимается в шею, тихо мыча. Больше не больно, просто дискомфортно. В странном подобии объятий справляться с этим дискомфортом даже легче. Немного. Боль понемногу исчезает, утихает, и Ло начинает тревожить другое. Мысли. Внезапное осознание произошедшего. Плечи вновь начинают дрожать. Дыхание сбивается. На халат Джона падает пара капель. –Красотка? В чём дело? –Почему я не могу никого спасти, Джон? –Что? Джон отцепляет мироходца от плеча и внимательно смотрит в залитые влагой глаза с нескрываемым недоумением. Лололошка выглядит измученным. –О чём ты? –Да обо всём! Напарники Альфреда умерли, стоило мне на пару минут уйти. Альфред лежит в моем сне, покрытый скинтом, и неизвестно, сколько времени у нас осталось. Девочка, которую я встретил тут чуть ли не первой, заразилась от собственной матери и умерла воплощённой, а её мать убила себя, стоило ей развоплотиться! Невер, из всех зараженных, кого я смог развоплотить, меньше всех хочет жить. Марк заразился и пропал. И это я молчу про жителей Эшхолда... И сейчас ещё и Сайман которого мы... Мы- Слова встревают комом в горле, и Лололошка заходится слезами. Он цепляется пальцами за чужие рукава и Джон сдаётся. Сгребает мироходца в полноценные крепкие объятия и зарывается пальцами в волосы на макушке. Другой рукой выводит на дрожащей спине узоры. –Ну-ну, красотка, тише... Лечебное заклинание сменяется заклинанием успокоения. Оно совсем слабое, Джон выучил его когда-то давно, чтобы не возиться слишком долго с людьми в истерике, но сейчас жалеет, что не освоил его лучше. –Ты сделал всё, что мог. –Но я не- Джон перебивает. –Жители, Ло, были обречены с самого начала. Да и то, что ты смог кого-то развоплотить–это чудо. Невер говорил, что ни разу не видел развоплощенных, помнишь? Это странно, но слова Джона и правда утешают. Исчезает желание спорить, хочется лишь закрыть глаза и поддаться моменту. Это странно. Но Ло внезапно чувствует себя очень, очень спокойно. Затихает, переставая дрожать, пока изящные руки скользят по коже. –Ты... Хорошо справляешься, Ло. Это место куда более опасное и жестокое, чем многие другие миры, и то, что ты смог спасти хоть кого-то–и не надо мне твердить, что ты не спас никого, жители сна, выжившие из Эшхолда и дворфы с тобой ой как не согласятся.–это уже результат. Да, мы не смогли сохранить жизнь Сайману, да, Садыка потеряла близкого друга, но зато мы предотвратили возможное его нападение на других выживших. Джон так не привык к поддерживающим речам, что на пару мгновений теряется и замолкает. Но продолжает гладить чужую спину. –...Мы потратили довольно много времени на битву, поэтому сейчас нам придётся разделиться; но я обещаю,–Джон отцепляет от плеча мироходца и, держа за щёки, смотрит прямо в глаза. Взгляд его горит убеждением.–как только выдастся минутка, ты сможешь дать волю чувствам и переживанием. И я тебя выслушаю. И помогу разобраться. И.. просто буду рядом. Но сейчас тебе нужно собраться, чтобы мы могли разобраться с этой дурацкой совой. Хорошо? Ло кивает, и даже пытается улыбнуться. Выходит криво, уголки губ дрожат и перекашиваются, но даже такая улыбка греет учёному душу. –Вот и умница.–Джон встаёт и протягивает руку. Когда её принимают, он помогает подняться, и, подтянув к себе ближе, легко касается губами чужого лба. На что закономерно ловит недоумевающий взгляд.–Что? Это для закрепления эффекта. Джон театрально раздражается, отворачиваясь. Но вскоре поворачивается обратно, когда Ло уже собирается натянуть одежду обратно. –Погоди. И не дожидаясь ответа кладёт руки на подзажившие синяки. Мягко давит, ощупывая. А после использует лечебное заклинание, которое применял перед их микро-сеансом терапии. Пятна совсем выцветают, оставляя лишь бледные лиловые разводы. –Вот теперь точно всё. Одевайся и возвращаемся. Садыка нас поди уже потеряла. Не дожидаясь двойника, Джон шагает в сторону поля битвы, мысленно перестраивая свой график на ближайшее время. Впихивает между встречами и расследованиями пару уроков по магии и "разговор по душам". Не хотелось бы, чтобы подобное случалось вновь. Но даже если случится... Джон постарается быть рядом.