Одуванчик и дедушкины угрозы

Двойку в табеле Ванька исправлял прилежно. Каждый летний вечер садился за стол, раскрывал на подставке учебник, доставал тетрадь и как положено, ровно полчаса увлеченно читал, шевеля губами, писал, покусывая от усердия колпачок ручки, и морщил гладкий лоб. Мордашка его делалась серьезной, взгляд внимательным. Белесые брови двигались то удивленно вверх, то сурово вниз — будто бы в такт роящимся в кучерявой голове мыслям. Любо-дорого было поглядеть...