Часть 4

План бодрой старушки Хейзел был прост как топор. Точнее, так задумывалось. На следующий день после своего визита Аллен преподносила к её наманекюренным пальчикам толстенные папиросы, а Матильда с вальяжностью пыхтела в потолок и шоркала тапками. В её доме. Пусть и не таком ухоженном, но и не достойном такой участи. Точно не достойном! Сказать, что нервы у девушки были под напряжением, это не сказать ничего. «Жди, дурында, бабушка Хейзел знает своё дело!» — это было последнее, что та сказала ей на недовольные расспросы. Нужно набраться терпения... Всё-таки уж лучше потерпеть несколько дней вредную старуху, чем трястись от боязни встретиться с любителем бумаги с ромашками. И вовсе не его боялась Стейси, как многие могли подумать: мысли о возможных отношениях и сторонней симпатии к ней будоражили и приводили её в ужас. Хочется, но колется. Любовь, а потом разочарование и потекшая на лице тушь ( да что уж там, она даже тушью не пользуется!). Но плакать, жуя иголки, Аллен не хотелось. Она давно призналась самой себе, что является сплошной филофобией. И при таком раскладе её больше устраивает жизнь старой одиночки-кошатницы, нежели семейная жизнь и "прекрасные" любовные узы. Б-р-р! Кто в здравом уме захочет жить с ней? Неряхой, лентяйкой, взбалмошной и страшно озабоченной кошками! Разве что непроходимый дурак. Влюблённый дурак... Если бы Аллен сказала, что не хочет внимания противоположного пола, то явно бы соврала. Но страх сидел в ней и давал свои распоряжения. Поэтому избавиться от знакомца, имя которого она не помнила, было жизненно необходимо. Но к началу вечера Стейси стала задумываться о том, что идея притащить к себе придурочную старуху была слишком глупой. Кто вообще сказал, что тот парень решит навестить её вновь?! Но к седьмому часу в дверь неожиданно позвонили. План состоится! Стейси разом вскочила и начала суматошно метаться по квартире, пытаясь разбудить прикорнувшую бабульку. — Матильда! Он, это точно он! Голимый изюм в цветастом халате отозвался продолжительным храпом, а Аллен, сдерживая волнительное чувство, всё пыталась распихать бабку. — Бл-я-я-я-я! — внезапный рёв поразил наповал. Уже готовая завыть, Стейси испуганно отскочила назад. Глаза старухи открылись. Она спрыгнула с кровати и ошалевшей ланью рванула к двери. Вслед за ней лишь сверкнули розовые (уже коричневые) тапочки со скачущей подошвой. Вот, сейчас она откроет этому приставучему парню, и он убежит отсюда с бледнющим и расстроенным лицом! Никаких ромашек и подкатов. Она снова будет никем не интересной девкой в шлёпках, и ей не придётся вглядываться в глаза прохожих. — Дорогуша, одолжи сотку, в понедельник отдам, — весёлая Хейзел махнула ей рукой на какого-то... Курьера?! — Ты заказала доставку? Мы не договаривались об этом, — возмущённо крикнула девушка, но, порывшись в карманах, нехотя отдала недостающую бумажку. Курьер ушёл, а Матильда с улыбкой понесла ароматную пиццу на кухню. Взгляд недовольной хозяйки остался проигнорирован. — А я-то совсем уж забыла о заказе, представляешь? — посмеялась бабуля, — не смотри так на меня, отдам тебе пару кусочков. — У вас же есть какой-то план, вы точно знаете, что делать? Стейси взяло сомнение. — Совершенно точно. Обижаешь! — хмыкнула старая. В ту же секунду в дверь опять позвонили. Девушка закатила глаза. Видимо, курьер что-то забыл. — Сходи посмотри, что там он ещё хочет, ноги уже не ходят, — Хейзел аппетитно зачавкала, прикинувшись больной. А ведь только что бегала как сайгак. Делать нечего. Девушка вернулась к прихожей. — Что вам ещё надо? Пробурчав, Стейси открыла дверь и застыла. Блять. Лучше бы это оказался курьер. — Я так рад, что застал вас тут, Матильда! Полные радости глаза горячо вперились в неё. Вновь эта красивая широкая улыбка и приятный прищур. — А, н-у-у... Стейси засунула мокрые руки в карманы. Где-то на пятке зачесалось. — Вы выдели мой небольшой подарок? Надеюсь, он вас порадовал. Этот красавчик буквально светился среди страшно обшарпанных стен дома. Аленн не знала, смеяться ей или плакать от стыда. «Чёртова Матильда!» — Тут такое дело... — Стейси замялась. Густые брови парня чуть сдвинулись. Он нахмурился. — Я не Матильда. — Что? Но вы же... Недоумение красавца усилилось, когда в проёме появилась долгожданная Хейзел. Да уж, такую бабку, (особенно которой он, сам того не зная, посвящал свои фантазии) с папиросой в золотых зубах и ядерном халатике, он явно не ожидал узреть. — Всё правильно, я настоящая Матильда, а она самозванка. Внученка перенервничала при вашей встрече и ляпнула не то что следовало. Заходи, милый, у нас к столу пицца пеперони. Под старушечий лепет очаровательный парень прошёл в квартиру, одарив Стейси особым взглядом. В нём было удивление и толика чего-то странного...? В любом случае, она точно ощутила, что температура в её теле превысила норму. Только этого ей не хватало!