Глава 2. Готический зал

      Готический зал потрясал своим величием. Сколько бы раз дюжина экстрасенсов не репетировали свою проходку, Ви, заходя в съемочную комнату, постоянно поднимала голову вверх, жадно перекидывая взгляд с одного свода на другой.  Зал был украшен статуями, мраморными колоннами и красочными росписями на потолке. Выбрав такой неестественный, театральный антураж, создатели шоу явно надеялись на то, что самые яркие моменты сезонов будут разворачиваться именно здесь.          Огромные резные деревянные двери откатились назад, пропуская вереницу экстрасенсов.          Ви заходила последней и, несмотря на просьбы операторов и режиссеров, продолжала смотреть не на объективы камер, подсвеченных слишком яркими лампами, а на роскошный инкрустированный паркет из драгоценных пород дерева. Заняв самое ближайшее место рядом с ведущим при расстановке, девушка завела руки за спину, переплетая свои пальцы меж собой. Ощущая теплое, нетерпеливое дыхание на своей коже, Ви дернулась и прикрыла глаза, выжидая, когда Тень снова мазнет по венам своими зубами, а потом залижет их острым языком. Тень, словно подогреваемая адскими котлами, сегодня была особенно беспокойной. Аваддон с самого утра порывался без спроса вывернуть внутренности девушки наизнанку, просачиваясь всем своим телом через ее живот. Крутился, шипел, словно уж на сковородке, по полу спальни, царапая покрытые тонкими ранами ступни Ви. Аваддон изнемогал от любопытства, изнемогал от нетерпения.          Чем больше она его призывала, тем большего он хотел. Ангел Разрушений чувствовал мощь, растил в себе чувство причастности к чужим судьбам, рвался из клетки с каждой новой минутой, проведенной в теле девушки, все сильнее. Выкручивал кости, сжимал изнутри мышцы, затмевал сознание.          С противоположной непроглядной стороны зала, что была огорожена темными ширмами и огромными слепящими прожекторами, крикнули «Мотор».   — Здравствуйте, — Марат Башаров, облаченный в сердитый серый костюм, стоял по стойке смирно и, прищурив один глаз, осматривал новые медийные лица. — Рад приветствовать Вас на двадцать пятом сезоне «Битвы экстрасенсов». С некоторыми я уже знаком и, конечно, рад вновь увидеть Вас, — мужчина наклонил голову в знак приветствия. — А с другими мы еще не встречались. Добрый вечер!   — Добрый вечер, — наперебой здоровались с ведущим шоу стоящие перед ним, как на паперти, экстрасенсы.    — Больше года, съемочная группа, ведущие и зрители по всей России, ждали возвращения на телевизионные экраны самого масштабного изотерического шоу. Ждали новых лиц, новой магии, новых чудес. То есть, ждали именно Вас. Давайте познакомимся с новоприбывшими, — Марат Алимжанович сделал шаг назад, указывая рукой на первого стоящего от него человека. — Вирсавия. Уже в отборочном туре Вы показали себя, как отличный поисковик. Мы хотим еще раз выразить Вам благодарность за оперативную работу на испытании с багажниками.   — Спасибо, — Ви метнула взгляд на ведущего, затем в противоположную сторону, сталкиваясь взглядом с изучающим ее экстрасенсом в красной рубашке.   — Позвольте спросить, какой метод работы Вы используете?   — Бесятина, — усмехнулся Череватый, поправив воротник кровавой рубашки.    — Что, простите? — Башаров, растянув губы в улыбке, обратился к небезызвестному экстрасенсу.   — Во, — Влад вытянул руку, выставив большой палец. — Прям как мой, — глаза мужчины блеснули. — Ей Богу, — Владислав вывернул запястье, сжал пальцами свои щеки, выкатывая вперед губы в шальной улыбке. — Мне нравится.    — Простите Влад, не совсем Вас понимаю, — Башаров, подстраиваясь, выводил Череватого говорить все больше, забыв о том, что изначально он обращался к Ви. Девушка, не моргая, смотрела прямо в глаза Черного Мага, будто вела с ним мысленную битву. — Вы хотите сказать, что у Вирсавии есть свой Толик?   — Толик-Толик, алкоголик. Тьфу, — манерно отсалютовав запястьем в сторону Марата Алимжановича, экстрасенс подмигнул девушке правым глазом. — Че Вы к нему привязались? Тут такие кадры стоят, а…   — Вирсавия, это правда? — Ви качнула головой, соглашаясь. Она уже рассказывала это кому-то из команды проекта, чтобы они смогли написать текст для вставок при сведении серии. Марат, округлив глаза, снова обратился к Владиславу. — Как Вам кажется, Влад, сможет ли Ваша соперница с похожим даром повторить Ваш триумф?   — Это мы еще поглядим, — Череватый упивался вниманием ведущего. — Вон ее бестяина моего по углам гоняет. Нравится.   — Что именно?   — Девчонка, — поиграв бровями, Влад опустил руку от своего лица, теряя к девушке интерес. — Нравится, говорю. — А Череватому палец в рот не клади, любимчиков ищет, — вальяжно, будто он долгое время томился на солнце, протянул стоящий рядом молодой экстрасенс, имени которого Вирсавия не успела услышать, устремив свое внимание на потолок.          Аваддон, действительно, метался с угла в угол, стараясь зажать еще одно существо, не имевшее форму и очертаний. Ее Тень, словно огромный паук, переставляла шарнирные конечности, вытягивая пальцы-когти, втягивала голову, крутила ей на триста шестьдесят градусов. Аваддон, словно огромный пес, пытался вынюхать что-то у другого беса под хвостом, изучая его повадки, движения, силу. Ви прикоснулась рукой к нательному кресту, мысленно вознося молитву своему личному демону. Тень остановилась, в три прыжка спустилась с потолка, оставляя вторую еле видимую субстанцию в покое. Ангел Разрушений встал точно позади девушки, снова обдав ее шею теплым дыханием. Она чувствовала спиной, как Тень прижималась к ней всем своим телом.   — Бес-с-с.   — Уймись, — шепотом огрызнулась Ви, злясь на то, что Аваддон заставил ее отвлечься.   — Вы уже всем доказали, что обладаете силой, но опять стоите здесь, перед нами. Не захотели останавливаться?   — Это уже переросло в азарт, — Олег смотрел на Марата Алимжановича исподлобья. — Просто в очередной раз доказать себе, что я лучший.   — Да они занимают чье-то место, — закатил глаза мужчина в темной мантии, стоящий по левую руку от Ви, скривив губы. — Это нечестно и эгоистично.   — Не вижу в этом ничего нечестного, — молодой человек с острыми чертами лица выставил трость вперед, опираясь на нее двумя руками. Ви свела лопатки, выпрямляя спину. Это он смотрел на нее в ангаре таким холодным взглядом, словно от нее разило запахом гнилой плоти. — Мы втроем прошли испытания в отборе, и стоим здесь по праву. Насчет эгоизма — Вы правы. Но это здоровый эгоизм.   — Дмитрий, — Дмитрий. Ведущий был вновь втянут в нарастающий скандал. — Последнее Ваше появление на шоу «Битва сильнейших» не увенчалось успехом. Не думаете, что Ваша самоуверенность снова сыграет с Вами злую шутку.    — Все возможно, — пожал плечами юноша. — Я вижу, что среди собравшихся есть достойные соперники, — Башаров было открыл рот, чтобы задать свой вопрос, но был прерван. — И это не Олег с Владом.   — Назовете их для зрителей?   — Ну, — юноша устремил взгляд прямо на Ви. Девушка склонила голову, ожидая нападения. Она шла на шоу с четким представлением о своем поведении, договорившись с Аваддоном не вступать ни в какие конфликты. Она здесь, чтобы набраться сил, чтобы попробовать в себя чем-то важном, чтобы помочь людям. Вовсе не для того, чтобы участвовать в сценарных склоках. — Василий Иванович, Стелла. От них очень мощная энергия чувствуется.          Вирсавия эту энергию не чувствовала, вообще мало, что понимала в ведьмовстве. На ее слабое чутье влияло отсутствие постоянных практик в совместной работе с Тенью, отсутствие опыта в общении с людьми из ее мира. Аваддон медленно погладил девушку по плечу, подбадривая, мол они всем еще покажут свои силы. Башаров продолжал допытывать остальных собравшихся, а Ви только и делала, что металась взглядом между тремя бывшими победителями прошлых сезонов. Влад Череватый, поглаживая щетину на щеках, покачивался на носках взад и вперед, так и норовя сказать какую-нибудь колкость, чтобы получить больше экранного времени. Шепс младший безучастно осматривал других участников, словно ему не было никакого дела до всего происходящего. Он выглядел крайне уставшим и истощенным по сравнению с прошлым годом, когда показывался на экранах телевизоров по всей России.    — Сожру? — не утверждение, а вопрос. Ви незаметно качнула головой, запрещая Аваддону приближаться к истощенному по неизвестной причине экстрасенсу. Тень зашипела, вонзила острые пальцы в плечо девушки, заставляя ее тихо пискнуть. Демон не любил запреты, ждал откуп.         Дмитрий Матвеев провел двумя пальцами по своим губам, стирая невидимый след, устремим свой взгляд в одну точку на полу. Почему он, так же, как и Олег, не рад возвращению, хотя словами утверждал обратное? Неужели им пришлось подписывать какой-то контракт с каналом после проекта, который заставлял их заниматься одной и той же чушью из раза в раз? Ви, попав в основной состав, подобных документов не подписывала.          Несмотря на то, что внимание девушки было приковано лишь к некоторым участникам, она все еще слышала информацию о других экстрасенсов, что пробивалась сквозь ее мнимый вакуум.         Мужчина, который высказался самый первый в сторону Влада Череватого, назвался Виктором Олежко и определил свой род деятельности, как «гадалка» с колодой Таро. Экстрасенс в черной длинной оккультной мантии, все еще сетовавший на несправедливость отбора кандидатов, представился Николаем Головиным. С чем работал экстрасенс — решил умолчать, мол, он еще покажет свою силу на следующих испытаниях. Анна Рожкова — взрослая леди, одетая в строгий ярко-синий костюм —, обладала ведьминской магией. Такой же силой пользовалась и Инна Юрьевна — дама преклонного возраста, нацепившая на себя похоронное платье двадцатого века. От этой «бабульки», как выразился Владислав при разговоре с ведущим, пахло сыростью и гнилой землей. Молодая девочка Алеся Балканская, лет семнадцати, заявила, что является жрицей старославянских Богов, про которых все забыли. Ви это насмешило, но вида девушка не подала.    — Представьтесь, пожалуйста, — ведущий шел по списку дальше.   — Евгений, — мужчина покрутил в руке четки. — Я — пророк, посланник Божий.   — Грешник. Лжец.   — Использую в своей практике только светлые молитвы. Это светлая магия, церковная, православная.   — Очень интересно! Помнится мне, что Лиза Петрова тоже была православной ясновидящей.     — Все верно. Она моя наставница. Я передаю ей большой привет! — Евгений махнул рукой в сторону камер.         Посмотрев на Волхва Всеславьевича, Вирсавия закатила глаза. Вот этого персонажа, одетого в шкуру волка и, очевидно, взявшего себе псевдоним богатыря из былин, взяли только для повышения рейтингов программы. Аваддон сипло смеялся на ухо девушки, когда «человек-волк», перекладывая из рук в руки свой шаманский бубен, не зная куда его деть, рассказывал о себе.   — Заговор.   — Давайте знакомиться, — Марат, наконец, обратился к последнему экстрасенсу. Миловидная девушка с пепельным цветом волос обворожительно улыбнулась ведущему. — Представьтесь для нас, пожалуйста.   — Скажи. Скажи. Скажи.   — Меня зовут Вера. Я — травница, медиум. Некоторые называют меня лесной ведьмой.   — Видите мертвых? — уточнил Башаров. — Как Вы их призываете?   — С помощью трав, — девушка пожала плечами. — Задабриваю их, успокаиваю. Разговариваю.   — СКАЖИ! — Аваддон вцепился в глаза Ви, а та только зажмурилась и пошатнулась. Николай, стоявший рядом, поддержал девушку под локоть, позволяя ей сохранить вертикальное положение тела.   — Лгунья, — сорвалось с губ Ви. — Ничего у нее за спиной нет.   — Вирсавия? — Брови Марата Алимжановича изогнулись в удивлении. Он даже не ожидал, что молчаливая, непримечательная девушка сможет подать голос. Череватый глухо засмеялся. — Вы обвиняете Веру в чем-то?   — Скажи! — Аваддон отступил, добившись своего.   — Нет, просто предполагаю. Мне кажется, что Вера Ивановна, — тут глаза травницы округлились, услышав свое отчество, которое она никому не говорила — ни в студии, ни на съемках. Об этом могли знать только организаторы, имеющие контактные данные. — Лукавит, говоря о своих силах.         Череватый заржал в голос, хлопнул в ладони, переключая на себя внимание. Мысленно послав благодарности экстрасенсу, Ви повернула голову на Николая Головина. Человек в мантии уже не обращал никакого внимания на соперницу.   — Ну, что же, сейчас вас здесь двенадцать, — Марат Башаров вновь встал на свою исходную точку, сложив руки в замок перед собой. — Поглядите друг на друга. Каждую неделю слабейший из вас будет уходить, а готический зал будет встречать все меньше и меньше лиц. И прямо сейчас для вас состоится первое испытание. Готовы? — экстрасенсы наперебой произносили «Да», кивали. — Тогда я желаю Вам удачи.    — Камера, стоп!         Ви стряхнула невидимую руку со своего плеча, а затем приложила ладонь к своему носу. На пальцах блеснула кровь. За неимением подпитки Аваддон решил пожрать энергию своего дитя — быть столь долго вне дома, без дьявольских молитв и ритуалов им приходилось нечасто. Тихо пискнув, Ви повернулась в сторону Марата Алимжановича, к которому уже подошли другие экстрасенсы, чтоб пообщаться вне камер. Ведущий обратил свое внимание на самых ярких персонажей, совершено не замечая Вирсавию и ее состояние. Прожекторы стали отключаться один за одним. Ви сделала пару шагов в сторону, ближе к резным ставням, чтобы выйти за пределы готического зала. Ей срочно была нужна туалетная комната, минутка уединения, чтобы привести себя в порядок и удовлетворить потребности Тени. К счастью, фолиант анти-библии был с собой.   — Жрет тебя, — Ви запрокинула голову, толкая на себя двери, чтобы выйти, когда за ее спиной раздался мягкий голос. Боковым зрением девушка отметила рядом с собой материализовавшегося Череватого все с той же шальной улыбкой.  — Дай помогу.         Ви все же вышла за пределы зала и остановилась у левой стены, чтобы ни одна камера не смогла зацепиться за нее, так как операторы с переносными камерами все еще работали на площадке, снимая происходящее прозапас для дополнительных вставок. Влад встал напротив, заставляя девушку прижаться спиной к стене с шелковыми зелеными обоями. Маг обхватил лицо Ви руками, посмотрел прямо в глаза.   — Не нужно, — произнесла девушка и попыталась мотнуть головой, чтобы выбраться из хватки, но за неимением сил, осталась в том же положении, наблюдая как ехидная улыбка Череватого расползлась шире по его лицу.   — Не во имя отца, не во имя сына, — зашептал экстрасенс. Нос внутри обожгло, запах металла туманил рассудок. За спиной Череватого нависала ее Тень. Аваддон внимательно смотрел на развернувшуюся картину и изображал сбившееся хриплое дыхание, словно успокаивал сам себя. Демон видел такое впервые — его дитя заботливо держат, приводят в чувство, заботятся. Тень обошла с боку, наклонила голову над лицом девушки и втянула через несуществующие ноздри запах крови. Аваддон зашипел, метнулся назад, потом еще, еще и еще. Ви закашлялась и Влад, наконец, отпустил ее.   — Вот ненасытная животина, — хмыкнул экстрасенс и ловким движением руки вытянул аккуратно сложенный платок из нагрудного кармана своей рубашки, протянув вещь девушке. Ви, устремив взгляд в пол, благодарно приняла вещь и прижала его к своему носу. — Надо защиту ставить, а не самопожертвованием заниматься.         Влад ее насмешил. Обнажив свои зубы, девушка впервые засмеялась с начала съемок этого проекта. Как можно ставить защиту от того, кто сам является защитой? Бесятина, служившая Череватому, была совсем другого рода, нежели ее. Ви служил собственной персоной Ангел Разрушений, а не какой-то второсортный бес-матершинник, способный шнырять туда-сюда, вскрывая тайны бытия.    — Я просто перенервничала, — не желая углубляться в паранормальные разговоры, соврала Ви.    — Влад, — через приоткрытые двери показалась голова Олега. Молодой человек внимательно осмотрел раскрывшуюся его взору картину и нахмурил брови. — Кулаками махались что ли?   — Упаси, Господи, — экстрасенс перекрестился, еле сдерживая смех. — Ревнивец, Олежа, ты. Я таким только с тобой промышляю.   — Все в порядке? — обратился Олег к девушке. Вирсавия отняла платочек от носа, рассматривая кровяные отметины на белой ткань. — Может, врачей позвать?    — Та выпить надо ребенку, да покурить, — подначивал Влад. — С нами пойдешь.   — Мне двадцать шесть, — сквозь зубы произнесла девушка, чувствуя давление. Она ощущала себя загнанным зверьком, которого собирались пожалеть. И, вообще, ребенком она была для бессмертного Демона, а не для каких-то мальчишек-сверстников. — Рада была познакомиться, но я домой.         Даже когда Ви снимала в аппаратной петличку и микрофон, Аваддон не думал появляться. Прикосновения к перевёрнутому кресту на теле так же никакого эффекта не давали — Тень где-то блуждала, занимаясь своими делами. Расстроенная, Ви вызвала для себя такси, чтобы быстрее добраться домой. Аваддон явился только тогда, когда Ви, приняв душ, забралась в постель. Тень, сжавшись, притаилась в углу и, не двигаясь, наблюдала за девушкой. Вирсавия так же не сводила взгляд со своего демона.    — Иди уже сюда, — девушка спустила руку с кровати, постучав пальцами по полу. Обычно Тень ютилась под кроватью, охраняя ее сон, но сейчас Аваддон противился приближению. — Давай, иди, — ласково обращалась она к нему. Аваддон не смел двинуться с места. Ви села в кровати, откинув одеяло и, встав на холодный паркет голыми ступнями, поспешила в угол квартиры. Зашипев, Тень поползла к потолку. — Чего ты хочешь? Помолиться тебе?   — Я — вред.   — Что?   — Обижаю дитя.   — Я не обижаюсь, — Аваддон впервые был напуган своими действиями. — Иди сюда, дорогой. Ты — мне, я — тебе.         Виновато склонив голову, Тень поползла вниз, скручивая свои конечности вокруг девушки. Вирсавия была права, именно на таких правилась они договаривались существовать. Сейчас прикосновения Тени не приносили дискомфорт, Аваддон нежно обнимал ее за плечи, терся бесформенной головой о место, где было родимое пятно девушки, беззвучно вымаливая прощение.    — Завтра отпущу тебя, — успокаивала демона девушка, как будто маленького ребенка. — Насытишься.   — Не пущу.   — Тогда не гоняй Толика больше, — вступила в переговоры Ви. — Слышишь?   — Грязь. Бес. Грязный бес. Вонючий бес. Сильный бес.    — Конечно, сильный, — Ви вернулась в постель, заставляя Тень сползти со своего тела и устроиться на соседней стороне. Аваддон положил голову на подушку, создавая видимость, будто он осязаем, хотя подушка сохранила свою форму и не прогнулась. — Они давно работают, практикуют. Нам еще учиться и учиться сохранять баланс. Давай я прочитаю что-нибудь, чтобы восстановиться.   — Обещаю.   — Что обещаешь?   — Служить. Завтра молись. Я буду служить. Буду. Тебе. Служить.    — А ты?   — Забочусь. Дитя мое. Спи.