Мишка.

***

Машина скорой помощи с минуты на минуту должна была въехать на территорию подстанции, а споры в ней не утихали. Сегодня в бригаде Рыкова случилось неожиданное пополнение — Витя Ушаков. —Нет, Паш, —никак не унимался Ушаков, —я считаю, что ты неправ. Нужно было врезать ему. Последний вызов был не из легких: пришлось оказывать помощь сильно пьяному и неспокойному мужчине. Он пробубнил что-то непонятное, но это что-то очень обидело фельдшера. —Назвать меня, врача скорой помощи, дилетантом и аферистом! —возмущался парень, размахивая руками. —Вить, ты фельдшер. —усмехнулся водитель, посмотрев на коллегу через зеркало заднего вида. —Ой, Сёма! —отмахнулся Витя. Паша вздохнул и обернулся на обиженного фельдшера. Работать с ним было, конечно, весело, но не без проблемно. —Вот ты бы с ним сейчас подрался, пришла бы жалоба. Опять объяснительная, от начальства штраф. Больше всего врачу хотелось огородить жену от лишних нервов, а с Витей, да и всей подстанцией в целом, они ей были обеспечены. Машина остановилась, и Павел, не дожидаясь ответа, открыл дверь, выпрыгнул и направился в кабинет любимого начальства.

***

Ольга, почувствовав очередную волну тошноты, встала со своего места и подошла к окну. Свежий воздух помог, и потихоньку её начало отпускать. Дверь кабинета открылась, и на пороге появился Рыков, засыпанный снегом. Он быстро снял куртку, отбросил её на диван и подошел к любимой женщине. —И что это такое? —возмутился врач, закрывая окно, —Хочешь, чтобы тебя продуло? Ольга виновато улыбнулась и обняла супруга, положив ему на плечо свою голову. Спину сразу стали гладить холодные руки. Токсикоз у неё начался несколько дней назад и успел порядком надоесть. Вставать по ночам, а потом ещё и весь день чувствовать себя разбитой женщине не нравилось. —Оль, ты мне не нравишься. —осмотрев жену, сказал доктор Рыков, —Давай-ка домой, я такси сейчас вызову. Ольга хотела возмутиться, но сразу же поняла, что мужа ей переубедить не удастся. Тем более утром он прекрасно видел, как у неё закружилась голова, и слышал тяжелое дыхание после этого ещё около часа. —Не обсуждается.

***

Смена была действительно тяжелой, и это даже если не брать болтовню Вити в машине, когда врач привык работать в тишине. Паша быстро сдал смену, переоделся и, не став разговаривать с заступающими коллегами, отправился домой. Выйдя с подстанции, он просмотрел на часы и понял, что если не поторопится, то не успеет заскочить в одно место. А туда ему было необходимо. Спустя минут сорок мужчина тихо открыл дверь квартиры. Свет не горел, никаких звуков не было. Основываясь на этом, врач сделал вывод, что жена спит. Павел взял горячий чай с лимоном, приготовленный для супруги, захватил из прихожей свою небольшую покупку и отправился в спальню. Больше всего ему сейчас хотелось заставить улыбнуться Ольгу, которая в последние дни была мрачнее тучи. Паша старался ей помочь, просто стоять рядом и держать за руку, но она выгоняла его из ванной каждое утро. Ольга, закутавшись в плед, спала, как он и предполагал. Такой бледной и уставшей Павел не увидел её с той чертовой комы. В голове вдруг стали всплывать старые картинки, от чего по спине пробежались мурашки. Сев на край кровати, мужчина впервые положил руку на её ещё плоский живот. Внутри разлилась теплота, и Паша почувствовал, что это его. —Малыш, —шепотом обратился он к животу ребенку, —давай мы с тобой маму побережем, а? Ольга завертелась и уже через минуту открыла глаза. Она улыбнулась мужу и села, облокотившись на изголовье кровати. В её руках сразу же оказалась горячая кружка, которую передал муж со словами «осторожно, не обожгись». —Там дождь? —спросила брюнетка, услышав за окном шум и ветер. —Угу, —кивнул врач, —ледяной. Паша опомнился и взял с тумбочки пакет, в котором было то, за чем он так торопился после работы. —Держи, —протянул его супруге, которая, заглянув внутрь, улыбнулась, —пусть будет первой игрушкой для нашего ребёнка. Ольга достала плюшевого мишку, и на её глазах навернулись слёзы, которые муж заботливо принялся стирать. Он понял, что угадал. —Паш, иди сюда. —женщина подалась навстречу, уложила голову ему на колени и ещё долго смотрела в родные глаза, пока муж заботливо массировал ей шею и виски.