Глава 16: Партнеры

      Гермиона проснулась полчаса назад, но сил, чтобы встать с кровати, не было. Она лежала под одеялом с головой и ругалась себе под нос.       «Мерлин, что же я наделала? Какой ужас! — раз за разом повторяла она, суетливо ворочаясь из стороны в сторону. — Я переспала с Малфоем. Как стыдно!»       В воспоминаниях снова и снова всплывали картинки прошедшей ночи. Как он доводил ее до мелкой дрожи, как она захлебывалась в эйфории, выкрикивая его имя, как они, с не присущим им доверием, пробовали новые позы, которые Гермиона видела только в книгах.       Дьявол, ей было очень хорошо этой ночью!       Низ живота предательски заныл от ожидания и трепета. Как бы она ни ругала себя за произошедшее, ей невообразимо хотелось повторить.       — Безумная игра, — проскулила Гермиона и высунулась из-под одеяла.       Она посмотрела на подушку, на которой сегодня спал Малфой и, ведомая непреодолимым желанием вспомнить его запах, уткнулась в нее носом.       Яркие кофейные нотки окутали ее с головой, и Гермиона интуитивно закатила глаза от удовольствия. Чертов кофейный гель для душа в совокупности с мужским запахом тела создавали до одури приятную комбинацию.       — Ненавижу… — неискренне протянула она и сильнее вжалась в подушку, вспоминая, как он нависал над ней, заставляя кончать. — Невыносимый хорек…       Гермиона до боли прикусила губу и нехотя отпрянула.       Ей очень хотелось повторить сегодняшнюю ночь.

Система:

«Вокруг витает его аромат, куда ни посмотри — видны его движения, в голове все еще слышен его голос. Нет ничего удовлетворительнее хорошего вуху!»

      — Ну почему я попала в эту игру именно с ни-и-им? — жалобно простонала Гермиона, косо смотря на мудлеты с иконками сердец в огне. — Минуточку…       Она вспомнила моменты, когда у Малфоя в облаке мыслей возникало горящее сердце.       — Мне казалось, ему больно, а он о пошлостях думал?! — вспыхнула она, вскакивая с кровати. — Какая же я дура!       Гермиона надела тапочки и направилась к двери. Дернув за ручку, она еще раз осмотрела комнату и шумно втянула воздух.       Как бы она ни пыталась отвлечься на что-то нейтральное и будничное, мысли то и дело возвращались к прошедшей ночи. И, к своему стыду, было тяжело отрицать очевидное.       Она переспала с Драко Малфоем. И ей хотелось еще.       На цыпочках пробравшись в ванную комнату, Гермиона не спеша приняла душ и переоделась в шелковый домашний комплект.       — Надеюсь, он уже ушел на работу, — с надеждой сказала она отражению в зеркале и, приободрив себя несколькими легкими шлепками по щекам, вышла из «убежища».       На пороге в гостиную ее встретил Живоглот, внимательно наблюдавший за каждым ее шагом. Малфоя нигде не было видно.       С чувством глубокого облегчения она побрела на кухню — желудок настойчиво напоминал о себе. Еще бы! Столько времени пробыть в постели — кто угодно бы проголодался. 
       Однако стоило ей зайти за перегородку, как она увидела Малфоя. Он интенсивно отжимался, поочередно меняя руки. Над головой парил индикатор заполнения навыка спорта.       «Мерлин…» — мечтательно ахнула Гермиона, когда увидела напряженные мышцы спины и выпирающие на руках вены.

Система:

«Персонаж Драко занимается спортом!»

Хотите присоединиться?

— Да

— Нет

      «Что за глупости…» — подумала Гермиона.       Она неотрывно наблюдала, как его спортивное тело плавно опускалось, а затем поднималось вновь. Внутри поселилось навязчивое желание оказаться под ним и…       «Гермиона Грейнджер, о чем ты думаешь?!» — пристыдила она себя и ущипнула за бок.       — Мм… долго будешь смотреть и ничего не делать, Грейнджер? — с тяжелым придыханием сказал Малфой и повернул голову к ней.       Гермиона почувствовала, как уши снова запылали от смущения. Как быстро!       — Больно надо мне на тебя смотреть, Малфой. — Она стыдливо отвернулась и зашла за кухонный островок.       — Ночью ты говорила иное, — усмехнулся он и продолжил отжиматься как ни в чем не бывало.       От его слов стало более неловко. Захотелось убежать в спальню и снова забраться под одеяло.       Она не знала, как себя вести. Что сказать? Сделать? Попытаться серьезно поговорить об их сексе или отшутиться, спихнув ответственность на шалости Системы? Может, и вовсе проигнорировать их ночь?       Но разве можно ее забыть? Как вообще такое можно забыть?       Гермиона вжалась руками в столешницу и мысленно дала себе пощечину — поздно строить из себя дурочку. Это уже случилось, осталось только принять.       — Кхм, — прочистила горло она и снова посмотрела на его спину. Только сейчас она заметила, что та была покрыта красными царапинами. Из-за нее. — К слову о…       — Грейнджер, — на выдохе прервал ее Малфой, опускаясь на одной руке. — А слабо начать этот диалог, смотря мне в глаза?       «Что еще за игры?! — вспыхнула Гермиона, испытывая чувство, похожее на задетую гордость. — Я не собираюсь вестись на эту прово…»

Система:

«Персонаж Драко заинтересован в парном занятии спортом! За совместные действия вы получаете больше жизненных очков».

Хотите присоединиться?

— Да

— Нет

      «Система, ты на чьей стороне?!» — разозлилась Гермиона и чуть не топнула ногой.       Подумать только, эта безумная игра решила пойти на поводу у Малфоя!       Взяв себя в руки, Гермиона нажала «да».       — Ладно, хорошо, допустим, — протараторила она, выходя из-за островка. — Не соизволишь подняться?       — Не-а.       — Да ты…       Малфой самодовольно улыбался, продолжая отжиматься. Он наверняка праздновал негласную победу, рассчитывая, что Гермиона уйдет.       Возможно, при обычных условия она бы так и сделала, вот только его самоуверенный вид разжигал в ней дух соперничества.       Если он думал, что она позволит ему взять верх над ситуацией, он не знал Гермиону Грейнджер!       «Хочешь поиграть, Малфой? Хорошо, поиграем», — импульсивно подумала она, делая смелый шаг навстречу.       Черт возьми, как же много царапин на его теле! И чем она вчера думала?       …       Не думала.       Впрочем, как и сейчас.       Охваченная неистовым желанием выйти из ситуации победительницей, она быстро опустилась на четвереньки и, когда Малфой вновь оторвался от пола, пробралась под него ногами и удобно устроилась перед ним в положении сидя.       — Грей… нджер? — прошептал он с придыханием. Его взгляд неосторожно упал на губы, но почти сразу поднялся.       «О чем он думает?» — заинтересовалась Гермиона, не в силах оторваться от соблазнительных серых радужек.       При дневном свете Малфой выглядел иначе. Спокойный, внимательный, уверенный. Окутавший его ночью флер опасности и таинственности испарился, словно его никогда и не было.       Сама того не замечая, Гермиона провела указательным пальцем по его губам, повторяя их контур. Ей почему-то до ужаса хотелось проверить, не потеряли ли они мягкость.       «Такие же… — заключила она, не отдавая себе отчета в действиях. Осознание пришло, когда на его щеке появилась соблазнительная ямочка. — Ох, черт!»       — Любуешься? — тихо спросил он, будто боясь спугнуть. Заметив, что она застыла, он уперся ладонями в пол и придвинулся ближе к ее лицу. — Я вот да.       Малфой снова посмотрел на губы, и ей показалось, что он хотел намного большего, чем она могла вообразить.       Над его головой возникло облако с фиолетовым горящим сердцем.       Он хотел ее.       Гермиона возбужденно вздрогнула и медленно провела тыльной стороной ладони по его скулам.       — Грейнджер… — прохрипел Малфой и сжал челюсти.       — Гермиона, — отстраненно поправила она и посмотрела на возникшие желваки. Как же сексуально они перемещались из одного положения в другое…       Он удобно расположил колено между ее ног и подался вперед, вынуждая ее упасть на прохладный пол. Волна приятных мурашек прошлась по спине, сильнее будоража возбужденное тело.       Гермиона должна была начать разговор об их отношениях, поставить точки в неопределенных ситуациях между ними, но…       Его растрепанные волосы, тяжелое дыхание и гребаные феромоны не давали шанса на связанный диалог.       Не хотелось разговаривать. Совсем.       Будто прочитав ее мысли, он склонился сильнее, едва касаясь носом щеки.       — Кажется, ты хотела что-то обсудить? — с нескрываемым превосходством протянул Малфой, обжигая дыханием чувствительную кожу.       «Поцелуй меня. Поцелуй. Поцелуй», — повторяла Гермиона, не в силах вымолвить ни слова.       Ей нужны были действия. Его безумные, лишенные всякого контроля действия.       Она в немой просьбе прикрыла веки и позволила себе отвлечься.       Они обязательно поговорят, но не сейчас.       Как-нибудь потом.       Возможно.       — Ты понимаешь, о чем просишь?       Дьявол! Да он снова издевался над ней!       — Малфой… почему ты такой невыносимый прид…       Договорить ей не дали. Кто-то настойчиво зазвонил в дверь. А потом еще раз и еще.       Гермиона испуганно выдохнула и уставилась на всплывшее оповещение.

Система:

«К вам пришли соседи! Скорее накрывайте на стол и заваривайте чай. Время обсудить последние городские сплетни!»

      — Я в душ, — бросил Малфой и направился прочь, оставив ее лежать на полу.       Гермиона задумчиво уставилась в потолок: она не могла решить, расстроилась ли из-за внезапных соседей или наоборот обрадовалась. С одной стороны, ей очень хотелось вновь почувствовать близость с этим несносным слизеринцем, но с другой… необъяснимое влечение нужно было контролировать.       Не могли же они и в самом деле стать партнерами по сексу? Что за бред!       Он и она. Как такое вообще можно вообразить?       В воображении всплыли его поцарапанные плечи и грудь, искусанные губы и взъерошенные от спорта волосы.       Внизу живота поселилась приятная тяга ожидания.       Она хотела его.       «И как до этого дошло?» — обреченно подумала Гермиона и поднялась с пола, чтобы встретить настойчивых соседей.       Открыв дверь, она увидела на пороге Тео. В одной руке он держал стаканчик с кофе, в другой — стопку книг.       — Привет, — улыбнулся он, протягивая кофе. — Это тебе.       — Ох… спасибо? — Гермиона обхватила стаканчик двумя руками и отошла. — Проходи.       «И с каких пор мы соседи, Система?!» — фыркнула она, пропуская Тео в дом.       К нему подошел Живоглот и с подозрением обнюхал ноги. Как неприлично!       — Глотик! — возмутилась Гермиона, закрывая дверь. — Брысь, брысь. — Она попыталась спугнуть кота, но тот развалился в ногах Тео, перекатываясь с одного бока на другой.       — Какой любвеобильный кот, — засмеялся Тео. Он поставил книги на тумбочку и, опустившись на корточки, начал гладить Живоглота. — Кстати, красивая пижама.       Только сейчас Гермиона поняла, что вышла из ванной в коротких шортах и еле прикрывающей грудь майке.       Как же стыдно!       В воздухе появился мудлет «Неловкое замечание +2 к смущению», окрасивший пламбоб в желтый цвет.       Взяв себя в руки, она натянуто улыбнулась и прошла за кухонный островок. Хоть Тео и не был настоящим, она не хотела, чтобы он видел ее полуголой. Пускай тумбочка хотя бы скроет ноги.       — Ты пришел… что-то обсудить? — Ей было неловко и суетливо на душе, но она постаралась это скрыть, опустив взгляд на стаканчик кофе. — Еще раз спасибо за…       — Не стоит, — прервал ее Тео и, поднявшись с Живоглотом на руках, прошел до барного стула. — Я принес книги из библиотеки. Было нелегко отвоевать их у мадам Пинс, но, думаю, они тебе пригодятся.       Гермиона сделала маленький глоток и хотела что-то спросить, но, услышав шум воды из ванной комнаты, прикусила язык. Вопрос испарился, заменившись неприличными мыслями.       Захотелось выпроводить Тео и присоединиться к водным процедурам.       «О чем я думаю?!» — обругала себя Гермиона и нервно усмехнулась.       — Что-то интересное? — Она попыталась отвлечься от навязчивого образа голого Малфоя. — Из Запретной секции?       — Нет, но чтобы вынести их, мне пришлось упорно доказывать, что эти книги мне нужны по просьбе профессора из университета. Достаточно редкие экземпляры, знаешь ли.       «Знаешь… одной из моих давних фантазий было… — раздался в голове голос Малфоя, — трахнуть тебя на профессорском столе».       — Кошмар! — вскрикнула Гермиона, ощущая, как кровь постепенно приливала к ушам и щекам.       Этот чертов хорек умудрялся выводить ее из себя, даже не находясь рядом!       — Ты чего? Испугалась Запретной секции? — Тео вылупился, явно не понимая ее бурной реакции. — И… ты не одна дома? Парень?       Гермиона сделала большой глоток кофе. Она понятия не имела, что отвечать на этот вопрос. С одной стороны, когда Малфой первый раз встретился с Тео, он представился ее парнем, но с другой… какие к черту отношения могут быть с этим дьяволом во плоти?       — Партнер, — быстро бросила она, вспоминая их новый статус, выданный Системой. — Так… что за книги?       Ей показалось, или на его лице промелькнуло разочарование?       «Совсем уже с ума сошла, Гермиона», — подумала она, сдув непослушную прядь со лба.       — Редкие рецепты изысканной кухни, — ответил Тео, раскладывая перед ней тома. — А это, — он указал на синюю книгу, — способы поимки неуловимой рыбы-смерть.       — Ты… запомнил, что я читала? — удивилась она, ощущая приятное тепло. Эта иллюзия понимала ее лучше, чем кто-либо другой в реальной жизни. Если бы Гарри или Рон были хотя бы наполовину такими же внимательными, как этот Тео, все могло бы закончится по-другому…       Воспоминание о почившем друге болью отдалось в сердце, и ее посетила сильная дрожь. Гермиона скрестила пальцы в замок и посмотрела на Живоглота, который вился вокруг ее ног, выклянчивая еду.       — А еще парочка книг про боевые искусства с горы Комореби. Уж не знаю, какая твоя цель, маленький самурай, но я достал, — попытался приободрить ее Тео.       — У самурая нет цели, есть только путь, — грустно хмыкнула Гермиона, возвращая взгляд на усыпанное родинками лицо. — Спасибо тебе.       — Спасибо в рот не положишь.       — Обжора. — Она по-доброму улыбнулась и повернулась к холодильнику.       С Тео было легко и уютно. Ей казалось, что она могла довериться ему, рассказать о проблемах и поплакаться. Впервые за долгое время ей захотелось выговориться. Пускай даже и несуществующему человеку.       Гермиона дотронулась до плиты двумя пальцами, и перед ней появилось окно.

Система:

«Выберите, что хотите приготовить».

— Жареный сыр

— Яичница с беконом

— Рамен с говядиной

— Торт-гамбургер

— Макароны с сыром

      Выбрав яичницу, Гермиона достала из холодильника яйца, бекон и помидоры. Она готовила не только ради Тео — потребность в пище была на критическом уровне.       — Тебя что-то тревожит, Гермиона? — необычайно осторожно спросил Тео, и она повернула голову к нему.       «Он такой эмпатичный», — подметила она.       По телу снова прошлась приятная волна удовлетворения и тепла. Снова захотелось рассказать ему все, что покоилось на душе долгие месяцы.       — Допустим.       — Расскажи, — кивнул Тео, наблюдая за ее действиями.       Гермиона прикусила щеку и развернулась обратно к сковороде. Слишком сложно рассказывать о переживаниях, смотря другому человеку в глаза.       — Попробую, — начала она, помешивая шипящие яйца. Внутреннее чутье подсказывало, что она могла ему довериться, могла рассказать. — Недавно я потеряла близкого… человека. — Голос дрогнул, но она продолжила: — Когда он ушел, я думала, что сойду с ума от боли. И знаешь, что самое ужасное? Я до сих пор иногда просыпаюсь по ночам, думая, что это просто дурной сон.       Она разбила еще пару яиц и положила на сковороду бекон, стараясь не показывать, как сильно волновалась, как сильно сжималось сердце от воспоминаний.       — Не могу поверить, что его больше нет… — Гермиона вздохнула. — Он всегда был таким надежным, таким настоящим. И вдруг его нет. Просто исчез, оставив после себя пустоту.       Тео поднялся и подошел к ней, взяв вторую сковородку.       — Я могу пожарить помидоры, если хочешь, — тихо предложил он.       Гермиона кивнула, благодарная за его молчаливую поддержку.       Тео улыбнулся, и в его глазах мелькнуло что-то, что заставило ее сердце на мгновение сжаться.       — У самурая нет цели, есть только путь, — повторил он ее же слова. — И иногда путь ведет через боль, чтобы мы могли найти себя.       Гермиона на минуту замолчала, обдумывая сказанное.       — Ты прав, но пока что этот путь добавляет мне лишь новых страхов и проблем. Например, мне очень тяжело открыться человеку, — призналась она, перекладывая яичницу со сковородки.       — Но мне же ты открылась.       — Ты иллюзия, это другое.       Тео аккуратно выложил нарезанные и обжаренные помидоры на тарелки и помог перенести их на кухонный островок.       — Иллюзия? О чем ты? — спросил он, обходя столешницу и садясь на барный стул.       «Ох! Я не должна была этого говорить… как глупо», — отругала себя Гермиона и встала напротив.       — Не бери в голову, я просто задумалась и оговорилась, — попыталась оправдаться она, разрезая желток. — Я хотела сказать, что ты иногда кажешься мне волшебным, нереальным.       — Думаешь? — Тео непринужденно улыбнулся и насадил на вилку бекон. — А я вот никогда не считал тебя иллюзией. По крайней мере, наш поцелуй был очень даже настоящим.       Гермиона вспыхнула, чуть не поперхнувшись едой.       И надо же было ему вспомнить тот невинный поцелуй в щеку! Знал бы он, что она сделала это лишь бы угодить Системе — не радовался бы так.       — Грейнджер, ты решила прикармливать бродяжек? Не знал, что ты нашла новое хобби, — раздался недовольный голос.       Она повернулась и увидела полуголого Малфоя, облаченного в махровое полотенце.       «А теперь, Гермиона… заткнись и позволь доставить тебе удовольствие», — вспомнились его вчерашние слова, когда он грубо обхватил ее грудь и неприлично тесно прижал к торсу.       По телу будто прошлись электрические заряды. Тео, разговоры о прошлом, приготовление еды — все это моментально отошло на задний план, возвращая мысли в утреннее русло.       Она и Драко Малфой. Прошлой ночью. В одной постели.       «Проклятый Малфой, проклятые мысли, проклятая Система! — метала молнии Гермиона, изо всех сил стараясь не смотреть на поцарапанный ею чертовски сексуальный оголенный торс. — Как же хочется вновь впиться ногтями в эти кубики и… Гермиона, возьми себя в руки!»       Разозлившись на весь мир, она грозно посмотрела на тарелку и нахмурилась.       — Забыла у тебя спросить, — съязвила она и продолжила завтракать.       — С легким паром, — доброжелательно отозвался Тео, кажется, ничуть не удивившись появлению Малфоя.       Они вступили в словесную перебранку, но Гермиона их не слушала. Она пыталась понять, как дальше существовать в этом безумии, где, чтобы выбраться, нужно выполнять странные поручения Системы. Да еще и совместно!       Когда она в последний раз проверяла их жизненные очки, у них было около десяти тысяч. По ее подсчетам, если они продолжат в том же духе, то для семидесяти пяти тысяч очков им нужно провести вместе несколько месяцев.       Но это слишком долго!       Что, если Гермиона права и их реальные тела в эту самую минуту находились не в этом мире? Что, если каждый день пребывания здесь приближал к смерти?       «Мы не можем полагаться на удачу. Нужно быстрее набирать очки и выбираться отсюда», — запаниковала она, размазывая желток по тарелке.       — Грейнджер. — Холодный голос Малфоя заставил вздрогнуть. И когда он успел оказаться сзади?       Он склонился к уху и еле слышно прошептал:       — У тебя минута, чтобы избавиться от Нотта. — Рукой он скользнул по талии, прижимая Гермиону к себе. — Каждая минута промедления — плюс одно штрафное желание.       Она услышала, как он усмехнулся, и почувствовала, как что-то твердое уперлось в ягодицу.       «Это же…» — осознание происходящего ударило в воспаленную от похоти голову.       Малфой был возбужден!       И, по-хорошему, сейчас бы оттолкнуть его и возмутиться, но непослушное тело наотрез не хотело подчиняться разуму. Стоило ему прижаться, как внутри живота появилось тянущее чувство желания.

Система:

«Персонаж Драко предлагает вам провести утро в его компании».

Хотите согласиться?

— Да

— Нет

      «Нет, нет, нет, нет», — настраивала себя Гермиона, поднимая палец, чтобы выбрать ответ.       — Время, Грейнджер… — напомнил Малфой и, отстранившись, начал делать кофе.       Прочистив горло, Гермиона мягко улыбнулась и посмотрела на изучающего книги Тео.       — Тео, — начала она, стараясь, чтобы голос звучал как можно естественнее, — я очень благодарна тебе за книги, но… у меня появились срочные дела.       Она бросила быстрый взгляд на Малфоя, который стоял у кофемашины и делал вид, что полностью поглощен процессом приготовления кофе.       — Срочные дела? — Тео поднял бровь. — Что-то случилось?       — Нет-нет, — поспешно ответила она, — просто… мне нужно кое-что обсудить с… моим партнером по проекту.       Малфой едва заметно усмехнулся, наливая кофе в чашку.       «Смешно тебе?! Смешно?! Да если бы не чертова Система, я бы… ох, как же хочется кинуть какое-нибудь непростительное!» — вспыхнула Гермиона, кусая губы, чтобы не сорваться.       — Партнеры по проекту? — Где-то вдалеке прошипел Живоглот, но на него никто не обратил внимания. — Но ты же…       — Да-да, — перебила Гермиона, — именно так. И это довольно важно для моей работы.       — Хорошо. — Тео поднялся, поправляя прическу. — Если это важно для твоей работы…       — Конечно. — Гермиона выдавила извиняющуюся улыбку. — И спасибо тебе еще раз за книги. Ты… ты очень внимательный.       Малфой демонстративно закашлялся, привлекая внимание.       — Да-да, — буркнула под нос Гермиона, проклиная день, когда решилась прочитать дурацкий манускрипт. — Я провожу тебя.       Она быстро вышла из-за кухонного островка, стараясь не оглядываться на Малфоя.       — Еще раз спасибо.       — Не за что. Если что-то понадобится…       — Я знаю, где тебя найти. — Гермиона открыла дверь и чуть ли не вытолкнула его с порога. — До встречи!       — До встречи… — Тео вышел, бросив последний взгляд через плечо.       Как только дверь закрылась, Гермиона резко обернулась.       — Черт бы тебя побрал, Малфой! Какого Мерлина ты творишь?!       — Я? — Он поднял чашку с кофе. — По-моему, это ты только что назвала нас партнерами по проекту и выставила Нотта за дверь. — Он не смеялся, но было видно, что ситуация его искренне забавляла.       — Ты… — она сжала кулаки, — мог бы хотя бы притвориться, что это не доставляет тебе удовольствия!       Малфой пожал плечами и, держа чашку, сел за стол.       — Я не обещал притворяться, Грейнджер.       Гермиона глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться.       — И что теперь? — спросила она, скрещивая руки на груди.       — Теперь, — Малфой поставил чашку на стол, — ты должна мне два желания.       Перед ней снова возникло системное окно.

Система:

«Персонаж Драко предлагает вам провести утро в его компании».

Хотите согласиться?

— Да

— Нет

      Он смотрел на нее испепеляюще и желанно, жадно, но в то же время с уважением и пониманием.       А может, она просто сошла с ума и начала видеть то, чего нет?       Несмело нажав «да», Гермиона остановилась в шаге от стола и, собравшись с мыслями, уверенно приподняла подбородок.       — И чего же ты хочешь?       — Поцелуй меня так, как ты целовала этого придурка Нотта, — спокойно сказал он, наблюдая за ее реакцией.       — Ч-что?..       «Он слышал наш разговор?.. И как много?» — начала переживать Гермиона, теряя только что обретенную уверенность.       — Я жду.       — Ну… с чего это я вообще должна… И, погоди, ты ревнуешь?       — Нет, просто интересно, — не отступал Малфой. Он провел по влажным после душа волосам и откинулся на спинку стула.       Гермиона сглотнула и склонила голову. Поцеловать Малфоя было куда сложнее, чем тогда — Тео. Намного.       «Думай рационально, Гермиона. Наверняка за эти действия нам начислят баллы. Что такое невинный поцелуй ради нескольких жизненных очков?» — пыталась придумать мотивацию она, сминая край майки.       — Грейнджер, не тяни, у меня еще куча дел запланировано на сегодня.       «Посмотрите, какой важный! Черт бы тебя побрал, Малфой! Тебя и Систему!»       Гермиона сделала шаг навстречу и хотела поцеловать в щеку, но у Малфоя были другие планы. Он быстро схватил ее за запястье и притянул к себе, вынуждая опуститься к нему на колени и поцеловать в лоб.       — Малфой!       Отпрянув, она почувствовала, как уши запылали от волнения. Невинный, быстрый поцелуй… так почему же сердце билось с бешеной скоростью, будто она пробежала несколько ярдов?       Упершись рукой в его грудь, она попыталась отстраниться, борясь с охватившим ее смущением.       — И это все? — В голосе послышалась насмешка. — Ты целовала Нотта так же… целомудренно?       Гермиона сжала губы в тонкую линию, пытаясь справиться с нахлынувшими эмоциями. Внутри разгоралось странное противоречие — смесь гнева и желания.       — По крайней мере, он не заставлял меня целовать себя! — парировала она, но голос предательски дрогнул.       Малфой аккуратно убрал ее руку с груди и приблизился, сокращая расстояние между ними до минимума. Гермиона чувствовала его дыхание на коже, и это вызывало дурманящую бурю ощущений, навевая воспоминания о прошедшей ночи.       — Ладно… И… какое твое второе желание? — пробормотала она, даже не попытавшись отстраниться.       Малфой положил руки на талию и несильно сжал, будто проверяя, настоящая перед ним Гермиона или нет.       — Целуй меня, — его голос стал ниже, — целуй до тех пор, пока эта гребаная Система не начнет заваливать нас сообщениями об ошибках.       И, несмотря на то, что желание исходило от Малфоя, он первый подался вперед и впился страстным поцелуем в приоткрытые от удивления губы.       Гермиона сглотнула, чувствуя, как внутри вспыхивало обжигающее возбуждение. Она понимала, что должна оттолкнуть его, должна сказать «нет», но…       Близость пьянила. Крепкие объятия, влажные после душа волосы, едва уловимый запах кофейного геля — все это создавало гипнотический, неподвластный разуму эффект.       Она подняла взгляд, встречаясь с его темно-серыми глазами.       — Это… это безумие, — неуверенно прошептала она.       Малфой улыбнулся… той самой улыбкой, от которой у нее всегда перехватывало дыхание.       — Возможно, — согласился он, — но разве тебе не понравилось наше ночное безумие?       Он запустил руку под ее майку и мягко, едва касаясь, провел подушечками пальцев по позвоночнику.       — Какое высокое самомнение, Малфой… — чуть не сорвавшись на стон, запротестовала Гермиона.       Тело изнывало от тоски по его касаниям. С самого пробуждения ей невыносимо хотелось продолжить ночь.       «Это не мои прихоти. Это все Система. Она мной управляет. Это… она…» — оправдывалась Гермиона, бесстыже скользя взглядом по его губам, скулам, подбородку.       — Оу? — Его пальцы опустились на ягодицы и нежно смяли их, корректируя ее позу. — Правда?       Она чувствовала его желание. Его, черт возьми, твердое желание.       Гермиона шумно выдохнула. Этот бесстыжий хорек сводил ее с ума.       — Думаешь, героиня войны будет лгать? — горделиво фыркнула она в надежде хоть как-то отвлечься от пошлых мыслей.       — О… и еще как, — усмехнулся Малфой и, подхватив ее за ягодицы, поднялся со стула. — Хочешь еще поговорить или все-таки выполнишь мое второе желание?       — Наглец!       — А ты лгунья, Грейнджер, сексуальная, опьяняющая лгунья, — прошептал он в губы, вовлекая в настойчивый, не терпящий отказа поцелуй.       Гермиона издала приглушенный стон, отвечая с неожиданной для себя страстью. Ее руки сами обвились вокруг его шеи, притягивая ближе, поцелуй углубился. Она чувствовала, как таяла от прикосновений, как желание захватывало контроль над разумом.       Не прерываясь, Малфой двинулся с ней к кухонной тумбе. Руками он скользил по спине, сжимал ягодицы и прижимал ее к возбужденному телу. Усадив Гермиону на прохладную поверхность тумбы, он на мгновение отстранился.       Во взгляде читались неприкрытый интерес и восхищение, смешанное с новым, незнакомым ей выражением. Он провел большим пальцем по ее нижней губе и слегка надавил.       — Так значит… партнеры по проекту, Грейнджер? — прошептал игриво, припоминая сказанные Тео слова. — И что же сегодня в нашем плане?       — Малфой, ты придурок! — фыркнула она, сдувая со лба непослушный локон.       Майка неаккуратно сползла с плеч, волосы растрепались, ровное дыхание, которое она изо всех сил пыталась контролировать, сбилось от быстрых, жадных поцелуев.       Мерлин, какой развратной она сейчас выглядела!       Малфой приблизился к шее и, втянув носом воздух, томно произнес:       — Ты безумно красивая.       Гермиона затаила дыхание, пребывая в ошеломленном состоянии.       Драко Малфой назвал ее красивой. Не грязнокровной сучкой Поттера, не скучной библиотечной мышью, а красивой… безумно красивой.       Она не знала, как реагировать, не знала, о чем думать, и только одно было очевидно и понятно — ей понравилось слышать это от него.       Поддавшись новому, едва ощутимому чувству привязанности, она запуталась пальцами в его влажных волосах и откинула голову, давая немое согласие на продолжение.       Малфой издал низкий гортанный звук и впился зубами в нежную кожу. Вечером наверняка появятся следы, но почему-то эта мысль не отталкивала, наоборот… манила и подчиняла. Раньше она никому не позволяла такой наглости, но с Малфоем было по-другому. С ним хотелось этого: до дрожи хотелось видеть на теле его метки.       Гермиона уперлась одной рукой позади себя, а другой прошлась ногтями по мышцам спины.       — Драко… — Стон сорвался так же неожиданно и легко, как ее майка скользнула вниз, оголяя грудь.       — Да, Гермиона? — еле слышно спросил он, не прекращая исследовать губами шею.       «Как же сладко мое имя звучит из его уст», — мимолетно подумала она, закрывая глаза.       — Я… я хочу… — Она не смогла закончить фразу, ощутив, как его пальцы, скользнув под шорты, принялись играться с влажным от возбуждения клитором.       — Я знаю, чего ты хочешь, — прошептал он, — и я собираюсь дать тебе это.       Не успела она подумать над его словами, как он стянул шорты, скинул полотенце на пол и тыкнул перед собой пальцем, по всей видимости, отвечая на вопрос Системы.       Она, не задумываясь, посмотрела на красивый твердый член в прозрачном презервативе и пробралась мелкой дрожью от накатившей волны предвкушения.       «Черт, мы и правда собираемся заняться этим утром?» — Несмотря на сомнения, она придвинулась ближе, чтобы член касался влажных от желания губ.       — Нетерпеливая, — с восхищением и предвкушением протянул Малфой, медленно скользя пальцами по ее щеке и запутываясь ими в густых взъерошенных волосах. — Блядь, как же сложно сопротивляться…       Пальцы грубо сомкнулись в кулак, вынуждая Гермиону наклонить голову под хватом.       — Чему? — Она не узнавала собственный голос: тихий, податливый, кокетливый. — Драко…       На нее накатило эфемерное опьянение, словно она снова была в ночном клубе под действием шаловливых пузырей.       Ей была необходима его близость. Сейчас, потом, всегда.       — Черт возьми, Драко, пожалуйста… — не дожидаясь ответа, простонала Гермиона, двигая бедрами и пачкая член в выделениях.       — Уже ничего не хочешь обсуждать? — с легкой иронией шепнул он, водя членом по губам.       Гермиона протяжно простонала от нетерпения и больно впилась ногтями в его плечи.       — Драко Малфой, если ты сей…       Он вовлек ее в страстный поцелуй, одновременно быстро проникая во влагалище, и это было последнее, что она еще могла анализировать и осознавать.       Волна головокружительного наслаждения захлестнула, пробуждая сокровенные и пошлые фантазии. В момент все перестало иметь смысл, да и был ли он нужен, когда до одури сносило голову от наслаждения?       — Еще… — сквозь мокрый поцелуй простонала Гермиона, обнимая его талию ногами.       Кухню наполнили грязные звуки проникновений и чувственных стонов, вокруг парили розовые сердца и легкая интимная дымка, а тумба, на которой сидела Гермиона, шумно поскрипывала в такт резким толчкам.       Система что-то пыталась предложить, но они оба не обращали на нее внимания, пытаясь насытиться накрывшим возбуждением.       — Никогда бы не подумал, что… трахаться с тобой настолько охуенно, — тяжело дыша, бросил Малфой и, отстранившись, перевернул Гермиону, грубо вжав ее грудью в столешницу.       Поддавшись его напору, она интуитивно закинула ногу на поверхность, скидывая кухонные приборы и солонки.       — Блядь, — рыкнул он и больно ударил по ягодице. — Ненормальная…       — Ах, да… — громко простонала она, когда он неожиданно вошел на всю длину. — Никогда бы не… подумала, — прерываясь на облизывание пересохших губ, стонала Гермиона, — что такой, как ты, сможет довести меня до стонов… Мерлин, Драко!       Он снова ударил ее по ягодице, схватил за волосы и потянул на себя, заставляя сильно прогнуться в спине.       — Такой, как я, Грейнджер, сможет довести тебя не только до стонов, — с угрозой прошипел Малфой и интенсивнее начал проникать внутрь.       — О, Мерлин… Что это? Блядь… — сорвалась на ругательства Гермиона, закатывая глаза от глубоких и резких толчков.       — Кричи.       — Я не…       — Кричи для меня, Грейнджер, — четко произнес он, и она не смогла сопротивляться.       Ей отчаянно, до исступления захотелось сделать так, как он сказал. Как он приказал.       И она закричала. Закричала громко и бесконтрольно. Закричала от захлестнувшего чувства наслаждения и исполнения запретных, развратных фантазий, в которых боялась признаться даже себе.       — Дьявол… — томно простонал Малфой, проведя пальцем по ее позвоночнику. — Сделаешь все, что я скажу?       — Да… — ответила Гермиона, от удовольствия пробираясь сильной дрожью. — Пожалуйста…       Она услышала уверенную усмешку перед тем, как холодный, властный голос у уха велел:       — Кончай.       Его пальцы плавно опустились на клитор и мягко сжали его.       Гермиона больно прикусила губу и закатила глаза от необъяснимого желания подчиняться.       — Я…       — Сейчас же, Грейнджер, — приказал он, переходя на рычание.       Ей на клеточном уровне не хотелось его злить и расстраивать, и этот импульс подтолкнул к сильной волне оргазма. Она громко простонала его имя и обмякла. Над головой появились маленькие звездочки, двигающиеся друг за другом по кольцевой траектории.       Она чувствовала себя дезориентированной, но на душе поселилось неимоверное удовлетворение и спокойствие.       — Послушная девочка… — снова сорвался на стон Малфой и резко вжался в нее телом.       — Как же хорошо… — в прострации прошептала Гермиона, устало развалившись на тумбе.       Они несколько минут тяжело дышали, пытаясь восстановить дыхание. Первым опомнился Малфой. Он медленно отстранился и уперся руками в тумбу.       — Пошли.       — Куда? — Гермиона нехотя повернула голову к Малфою.       — В душ? — Он стянул с себя презерватив и выбросил его в мусорку.       Низ живота предательски заныл от предвкушения. Совместный душ, переходящий в жаркий секс, сейчас звучал как самый лучший план в ее жизни. Кое-как найдя в себе силы, Гермиона оперлась на тумбу и выпрямилась. Взглядом она бесстыже блуждала по голому спортивному телу Малфоя, пробуждая в воображении запретные и сладкие позы в душевой кабине.       — Мм… — Она засмотрелась на торс, вспоминая их первый день в этом мире. Тогда он заставил ее почувствовать твердость кубиков, заставил посмотреть на него как на парня, а не на высокомерного слизеринца-однокурсника.       Задумавшись, Гермиона не заметила, как коснулась торса и медленно изучала каждую ямочку между мышцами.       — Блядь, мм… — прохрипел Малфой, срываясь на протяжный стон. — Если не перестанешь меня лапать, я возьму тебя снова.       — Возьми, — быстро ответила Гермиона, с вызовом посмотрев на него.       Она медленно провела ногтями по торсу, спускаясь по полоске пресса. Обхватив член, она мягко провела по длине, размазывая большим пальцем выступающую из головки смазку.       — Грейнджер… — Его зрачки расширились, веки расслабленно опустились. — На колени.       И она снова подчинилась. Без пререканий, без задержек, без стеснения. Гермиона опустилась на колени и с вызовом посмотрела на него.       Он напряженно сжал челюсти, отчего на скулах заиграли желваки.       — Мне же не нужно тебя учить? — Он в нетерпении поднял бровь и медленно моргнул.       Вместо ответа Гермиона коснулась губами головки и провела языком по длине.       — Моя послушная девочка… — сорвалось с губ.       Он опустил ладонь на ее голову и погладил по волосам, как бы поощряя на дальнейшие действия.       Гермиона усмехнулась и, подняв голову, облизнулась.       — Но после мы обязательно обсудим наш… проект.       Она почувствовала, как напряглась его ладонь, и через секунду ее волосы оказались намотаны на кулак.       — Я готов обсуждать его… хоть весь день, Гермиона…       «Возможно, быть партнерами по вуху не так уж и плохо», — мысленно улыбнулась она и провела ладонью по члену.       — Продолжим?