"Переломный" момент

… Мам мы скоро уже приедем? — мой звонкий и радостный голос раздался по салону машины прогретой жарким летним солнцем. — Успокойся Антон, потерпи еще пол часа. Такой большой уже, а волнуешься, как ребенок. — нежный и добрый голос матери пытался меня усмирить. — Разбуди Олю пока что, пусть приберет все свои игрушки книжки, и что там у нее еще. — Хорошо.       Я посмотрел на сестру мирно спящую у меня на коленях. Ее белые волосы разлились по моим джинсам раскрывая светлое личико. Под сиденьями валялись различные головоломки, книжки и классики. Оля оказалась очень способной и умной, в свои 12 лет она активно читала различную литературу и всячески развивалась. В первый же год в школе она нашла себе много друзей несмотря на свою робость. Учителя ее расхваливают за упорство и смекалку, а доставать ее никто и не думал. И не посмел бы, все-таки ее брат был в «Шайке Пятифана» которую не особо любили, но все равно уважали. — Ты будешь ее будить или нет Антон? Ждать пока вы приберетесь я не собираюсь. — Да, прости мам, задумался. — я поднес руку к алебастровым щекам Оли, но за мгновение до того, как я дотронулся, ее глаза медленно распахнулись, показывая сонный взгляд.Она медленно села и потерла рукой заспанные глаза. — Аа-ах. Мы уже приехали? — спросил тихий и высокий голосок, но не дожидаясь ответа Оля прильнула к окну где уже виднелись крыши высоток большого города. — Уаа! Мы приехали?! мы же почти приехали?! — Ха-ха-ха да Оленька, почти приехали. — отцовский голос прервал резкий толчок сопровождающийся оглушающим хлопком.       В глазах все потемнело, голова чертовски сильно болит, а ноги немеют. Я чувствовал как по моим рукам текло что-то тёплое, тяжёлое, с запахом железа. Протерев глаза они начали приходить в норму и все что я смог увидеть это кровь, осколки стекла и чистое небо, там, где когда- то было окно. Внутри я уже понимал что случилось, но не мог в это поверить. — Нет… Нет… НЕТ! — еще с большей силой я протер глаза освобождая их от брызг крови и увидел как на моих ногах лежит бездыханная Оля. В ее голове была дыра сквозь которую я мог видеть кусок ярко розовой плоти. Осколки черепа прорезали кожу и выступали в углах дыры. Мои щеки обжигали горячие слезы стирающие капли крови с лица. Окинув взглядом передние сиденья, я не смог увидеть своих родителей, вместо них спереди было месиво. Обломки метала обвили тяжелые куски мяса. С правого сиденья торчала мамина рука с кольцом на безымянном пальце. Мое тело окончательно потеряло рассудок и все пошло на автомате. Я снял кольцо матери и прижимал его к своей груди так крепко как смог. Я зажмурил глаза, не знаю сколько я так просидел, но когда я открыл глаза передо мной снова были мои родители, в окнах снова виднелись крыши многоэтажек. На плечо оперлась Оля, тихо посапывая и жмурясь от лучей солнца пробивающихся сквозь просветы деревьев на улице. Все было мирно, и казалось то был лишь кошмар, но мне все равно не давала покоя эта ситуация. — Мам…       Ответа не последовало. -Мам? МАМ! — я крикнул во все горло, кричал так сильно что мои голосовые связки могли вот-вот порваться, но ответа все еще не последовало.       На моей груди ощущалось сильное жжение, я задрал футболку и увидел как мамино кольцо вплавлялось в меня пуская черные вены по всему телу. Я снова осмотрелся и увидел вокруг только мрачную темноту. Мои легкие будто заполняла вода, каждый вдох давался с невыносимой болью но я не мог остановиться, я не мог заставить себя задержать дыхание даже на пару секунд. Все мое тело скорчило, руки безуспешно пытались прорвать плоть и сжать легкие чтобы их выжать. — Это конец… Конец для тебя, и начало для нас. — голос отдавался эхом внутри моего тела.       Рывком я поднял голову и взглянул на обладателя голоса. Это был я, или вернее мое отражение. Оно было без одежды, по всему телу разошлись черные вены, плоть приняла нездоровый цвет, а глаза светились ярко-алым. Отражение протянуло мне руку. Сердце прекратило биться, а вместе с ним потерялся остаток здравого смысла, я пожал руку принимая в себя «меня».       Через силу на миг я разомкнул тяжелые веки пока меня везли куда-то медики. Через секунду я на операционном столе. Врачи суетятся паникуют это можно было понять по их голосам, но руки хирурга не дрогнули, снова темнота. Снова мне нужно открыть глаза и когда я их открыл меня ослепил яркий белый свет. Все еще находясь в шоковом состоянии, я попытался дернуться с койки но меня держали ремни. Я пролежал минут пять и ко мне пришла мед сестра. — Привет, как самочувствие. — ее спокойствие поражало, и очень сильно раздражало. -… Я… Растерян. — Мы это понимаем, вам пришлось перенести очень тяжёлую операцию, но все прошло без проблем. Вам нужно будет пройти две недели реабилитации и вас смогут вернуть вашей семье. Можете сказать номер ваших опекунов. — Не могу. — мои губы на секунду дернулись с намерениями сказать их номера, но смысла уже не было. — Не помнишь что ли? Ну ладно думаю они сами тебя навестят. В палату зашел врач с серьезным видом. Его тело было довольно худощавым и сам вроде был молод, но лицо уже укрывали морщины от явной переработки. — Таня? Ты что тут делаешь? — Ну мальчишка очнулся, хотела его немного успокоить, все-таки тяжелая операция. — Что ты? Агх… Тань подойди сюда. — после того как девушка подошла, врач что-то быстро прошептал ей на ухо. У девушки сразу же намокли глаза и рукой она перекрыла рот. — Простите, я не знала. — медсестра кинула на меня печальный взгляд. — Я уйду, позовите меня когда понадоблюсь. — Парнишь, как тебя звать? — мужчина переключился на меня не обращая внимания на Таню. — Антон. — примерно в моей голове уже простроился диалог. — Антон значит… Ты был в сознании после аварии? — Был, не знаю сколько, но был. — Значит уже знаешь об ситуации? — Да… Моя семья мертва, сам я нахожусь далеко от дома и тез кто мог бы меня пригреть нет. -… Мне очень жаль. — мужчина протянул мне что-то завернутое в пакет. — В обычном случае мне бы пришлось сдать это в полицию, но у тебя какие-то проблемы с документами. Тебя невозможно записать в детский дом, ты не прописан ни в одном месте жительства и твоих данных нет в паспортном столе, такая же проблема у твоего отца. Ты не знаешь чем он занимался?       Врач подошел ко мне ближе и я увидел на его бейдже имя «Владимир М.» Его уставшие серые глаза видимо давно уже потеряли блеск и смотрели прямо в душу. — Его работа… Я не спрашивал. Не знаю. — я соврал, но лишь от части. Я знал что отец работает не в безопасной сфере и что это нужно хранить под секретом.       На секунду Владимир задержал на мне взгляд. — Не знаешь? Ну и ладно. Что делать будешь? — он уселся на стул возле койки и протянул бумаги что вытащил из своей папки. — Не знаю поймешь ли ты если прочтешь, но в общем после того как ты это подпишешь, станешь моим братом что пропал несколько лет назад. Тебя смогут прописать в твоем доме и ты сможешь жить один без особого надзора, правда у тебя будет и моя фамилия, но ее ты сможешь поменять в любой момент. — А если не подпишу? — Ты будешь жить на улице без возможности получения прав, паспорта, и не сможешь найти работу. Прости но не думаю что у тебя особо большой выбор. — Почему вы это делаете? — Делаю что? — Так помогаете мне, за лечение я вам заплатить не смогу, и на такую доброту навряд ли отвечу подобающе. — У меня на это есть личный мотив. Тот потерянный брат мне не родной, или вернее я ему не родной. Меня усыновили в его семью, но он был этому не рад. — А как его звали? — Антон. Так же как и тебя. С его пропажей мне стало проще жить, но вот мои приемные родители этого не перенесли. Возможно в тебе вижу спасательный круг, что таким образом замою грехи. — Но вашей же вины нет в его пропаже. — Есть. Родители отправили нас за ягодой, вроде уже большие нам было по 16. Я пошел с ним в лес где он естественно он начал меня задирать, вместо драки я решил просто убежать домой, но как оказалось Антон плохо ориентируется в лесу. Так в итоге он от туда и не вышел. — А поиски? — Его нашли, но мертвым. Лежал в яме с арматурой, торчащей из груди. — Владимир поднял на меня взгляд и видя мое лицо усмехнулся. — Не переживай об этом. У тебя сейчас самого горе большое. Ну так что, готов стать моим братом? — Но я по возрасту не подхожу. — Мы просто сменим его год рождения. Незаконно. Так что это будет секретом. -… Дадите ручку? — Конечно. — врач достал шариковую синюю ручку из кармана своего халата и протянул мне.       Я поставил подпись, Владимир покинул меня пожелав хорошего отдыха. Перед уходом он еще показал кнопку вызова медсестры если что вдруг понадобится.       Я же после операции? Наверное, должны остаться шрамы только где? Задрав больничную рубашку я увидел на своем теле десятки мелких царапин и свежий шов простирающийся от груди к поясу. Ноги были полностью перебинтованы и только руки остались более менее в нормальном состоянии. На глаза попался сверток что доктор протянул мне несколько минут назад. Он сказал что в обычной ситуации сдал бы его в полицию? Что там может быть? Аккуратно отодвинув один край бумаги и заглянув внутрь на меня нацелилось дуло. Непонятно от чего меня бросило в пот, я рывком закрыл сверток обратно и огляделся вокруг. Никого не было.       Оставлю это на потом, не думаю что знаю как им пользоваться, да и зачем? С течением времени тело все больше походило на камень. Под конец дня ко мне подошли медсестры спросив нужно ли мне что-нибудь я попросил бутылки воды, но уснул так и не дождавшись ее.