Милый дом, приятные лица

      Мы с Таней проговорили до вечера, изредка она отвлекалась на дела по больнице, но все равно возвращалась ко мне одаривая вниманием, словно как мать над больным чадом. Я осознавал, что уже сильно привязался к ней всего за один день общения, но рано или поздно мне придется отсюда уехать и жить самому. Нужно научиться полагаться на себя и не тосковать по приятным моментам уюта, коего уже никогда не будет в моем доме.       Все последующие дни в больнице проходили спокойно и даже весело благодаря Тане и Владимиру Максимовичу. Как-то на днях я услышал его отчество и почему-то доктора раздражало когда его называли по имени и отчеству, и именно поэтому я решил называть его Владимир Максимович. По началу его это конечно раздражало, но спустя десяток упоминаний он привык и даже иногда посмеивался над этим. Находясь в обществе доктора и Тани невозможно было не заметить витающую между ними «сладкую» атмосферу от которой то воротило то расплывалась улыбка на все лицо. В конце концов я подтолкнул своего «братца» и тот предложил Татьяне встречаться, на что та, конечно же, ответила положительно. Примерно так прошли две недели моего больничного режима за время которого я не раз вспоминал о друзьях и понимал, как сильно по ним скучаю. И понял насколько мои «чувства» что питал к Полине оказались смешными и детскими. За три года жизни в поселке и общения с Полиной я реально думал что влюбился по уши но как понял это была лишь надежда не более, она стала отдушиной от всех проблем, спасательным кругом который перестал быть мне нужен сразу как только в моей семье все более-менее наладилось… Не знаю буду ли я опять хвататься за нее сейчас, когда семьи совсем не стало. Я все еще не оправился от аварии по крайней мере ментально. Ночами мне все еще страшно снова очутиться там с леденеющим телом сестры на руках, там, где вместо «Диснейленда» я попал в ад. Несмотря на внешнее веселье я кори себя за тот день, корил себя за то, что не смог ничего сделать. Хотя, что я мог? От случайностей никто не защищен… Водителя того грузовика что врезался в нас, нашли мертвым в лесу. Как оказалось, он был наркоманом, это определили по его крови, в то время как в его кабине под передним пассажирским сиденьем обнаружили несколько килограмм наркотиков. Больше мне знать не надо, то был лишь отброс, дно общества, решившее помимо себя разрушить жизнь и мне. Скорее всего гнев внутри меня что разгорается с каждой секундой вспоминая об этой ситуации не утихнет никогда, это будет моим топливом, смыслом жизни. Если я прощу его, то это будет равно ценно тому что я бросил свою семью. Я сидел на скамье около больницы, мимо проходили десятки одиноких людей, это понятно по их взглядам, которые я чудом научился различать благодаря выразительным глазам знакомых в поселке. Странно, что в большом городе где уйма народу среди толпы навряд ли найдется человек знакомый тебе, а если и найдется, то ты даже не поздороваешься с ним сделав что не заметил, и он также. Нас окружают десятки единомышленников, тех с кем можно провести интересный диалог, но почему-то прячемся за масками сотканных из нитей переживаний. Мы одиноки среди толпы. Мои философские думы развеял Владимир Максимович, подъехавший на Ниссане. Машина явно было не в лучшем состоянии, но от нее веяло чем-то знакомым. Если вспомнить однажды друзья отца приехали на такой же машине только в темно синей окраске, вся побитая и обшарпанная, и в тот вечер отца долго не было, а когда он вернулся был сильно раздражен. Видимо была какая-то проблема на работе, но сейчас не об этом. — Антон, готов? Запрыгивай поедем в твой дом. — Владимир Максимович позвал сесть в машину. Сегодня он должен был привезти меня в дом в поселке, а за компанию с нами поехала и Таня.       Последовав словам моего «брата», я сел на заднее сиденье машины. Из вещей у меня с собой был лишь небольшой пакет с одеждой, любезно подаренной Таней на день выписки, отцовский пистолет плотно завернутый в несколько слоев бумаги, и незатейливая клубничка из бисера, которую сделал от скуки под наставлениями Тани. — Ну все, все в сборе, поехали. — Владимир Максимович без прелюдий поехал по в заранее настроенному навигатору в мой, уже родной поселок. На улице город спустя десяток минут сменился полями и деревушками плавно перетекающими в тайгу.       Вся поездка не была особо долгой или трудной, но общее время езды составило четыре часа, включая остановки. На протяжении всей дороги по радио машины играл русский рок, особо часто встречались «Nautilus Pompilius», «Агата Кристи», «КИНО» и «БИ-2». По большей части весь плейлист был выдержкой песен из альбомов этих групп, изредка разбавляющийся песнями другого жанра. Тане в начале все нравилось, но на второй час прослушки рока она устала и завалилась спать. Мы с Владимиром смогли обговорить расписание, когда он будет приезжать меня навещать. Также он предупредил, что жить самостоятельно куда труднее чем кажется и дал свой номер телефона что бы в случае чего позвонить ему. Помимо всего мне придется заново поступить в свою же школу под другой фамилией, а со старым «мной» в школе неизвестно что делать, но как-нибудь разберутся. — Вот тут налево Владимир Максимович. — я немного выглянул между двух передних сидений и указал на дорогу пролегающую через весь поселок. — Ты что на окраине живешь? — Владимир приподнял одну бровь, не отрывая глаз от дороги. — Если бы, я живу почти за поселком. Просто езжайте прямо.       Так мы миновали крайние домики поселка, за которыми пошел лес посреди которого была одна дорога. Проехав еще около трехсот метров, мы наконец прибыли к моему дому. Словно спящий зверь, старая деревянная изба ждала меня в кружении небольшого заборчика. Колун с плашками привычно опирались на стену находясь под надзором железного «Дяди Степы». Все было одновременно такое близкое сердцу, но словно между мной и приятной атмосферой в этом доме образовалась огромная пропасть. — Ну, ты считай, отшельник у нас. Тань вставай, приехали. — Вова нежно докоснулся худощавыми пальцами до оголенной кожи руки Тани, от чего та медленно начала выходить из сна. — Приехали? Я так долго спала? — девушка потянулась, получая дозу энергии. — Чтож, ладно, давайте разбирать вещи и обустраиваться. — минуту назад мирно спящая Таня сейчас «выпрыгнула» из машины и нырнула в багажник доставая оттуда небольшую сумку. — В смысле обустраиваться? Вы разве не просто с уборкой хотели помочь? — я не понимал значения слов, не могут же они тут оставаться? У них работа в городе, да и документами нужно будет много работы. — Ну Антон, мы конечно вначале хотели только помочь прибраться тут, продуктов закупить, но я, пожалуй, могу позволить себе пожить немного с своим братишкой в летние каникулы. — Владимир Максимович, и мой нынешний брат положил руку мне на голову слегка взъерошив волосы, также как это делал и отец в детстве. — На август мы с Таней взяли отпуск, поживем тут с тобой месяцок, потом уедем. Но все рано на каждые выходные будем сюда возвращаться. Давай уж проводи нас в свою обитель. — Хорошо. — я и не надеялся на такое, но подобный жест разогрел во мне тепло вселяя добро и надежду. Возможно все-таки я смогу оправиться от потери семьи, нет я не отрекаюсь от них, но думаю и Оле и маме с отцом больше по душе будет видеть меня счастливым здесь и сейчас, чем убивающим себя за прошлое.       С приподнятым настроением я подошел к дому и с широкой рамки над дверью достал запасной ключ. Всунув его пасть замка и провернув дважды, дверь с характерным щелчком открылась мне. Немного переведя дух, я сделал шаг внутрь, стараясь сдерживать тоску по временам где на звук открытия двери прибегала Оля, или выходила мама из кухни. — Добро пожаловать в мой скромный очаг. — повернувшись я впустил в дом Вову с Таней. — Уютно, навивает воспоминания, когда я жила в деревне. Сделай нам экскурс Антоша. — глаза Тани блеснули странным задором, перед которым я не смог устоять. Быстро проведя по комнатам дома моих новых сожителей, мы разобрали вещи. Татьяну с Владимиром решились уложить в спальню родителей на большую двуспальную кровать. Я же привычно остался в своей комнате. — Тогда Антон наруби дровишек в печь, а мы с Таней прокатимся по поселку и в магазин заскочим продуктов купим. — Хорошо. Ближайший магазин будет на первом повороте направо, а супермаркет прямо по улице. Удачи. — Ага-а-а… Понял. Ладно скоро будем. Есть пожелания что хочешь купить? — Неа, на свой вкус берите. — у меня правда небыли ни единой вещи, которой я сейчас бы хотел, так что первостепенной задачей я решил наколоть побольше дров, с запасом. Не дожидаясь когда машина отъедет от дома я пошел к дровнице. Схватив мощный, тяжелый колун крепко двумя руками, замахнувшись наотмашь ударил по чурке раздробляя ту на две части, каждую из которых разрубил еще на две. В общем выходило по четыре поленья, сейчас на чурочку уходит по пятнадцать секунд, а в классе шестом я тратил по минуте и больше. Все-таки жизнь в частном доме неплохо закаляет и развивает тело, а с Ромкиными замашками пришлось еще и поднакачаться. Было до безумия стыдно, что не мог на физкультуре и одного раза подтянуться, но сейчас подобные воспоминания вызывают лишь улыбку. Жаль Бяшу только, его Рома загонял пуще меня делая из щуплого бурята все еще щуплого, но сильного бурята. Бяша думал, что накачается и станет широким и будет всех запугивать, но без нужных весов и нагрузки возможно привести свое тело только в тонус, и то его по его телосложению широким он навряд ли когда-то станет. Нужно бы с ними повидаться в ближайшее время они вроде никуда не уезжают летом, и надо будет подготовиться к тяжелому разговору… Также надо будет встретиться с девочками, Катя и Полина довольно сильно сдружились, часто проводя время вместе с нашей компашкой. Рома наконец добился своего и уже с прошлого года начал встречаться с Полиной, в то время как я… Неважно. Кстати! В этом году же наш класс на сентябрь отправляется в учебный лагерь, для встречи с другими классами из других школ. Там должны быть различные мероприятия и конкурсы каким-то образом совмещенные с учебой, лагерь обещает быть загруженным и трудным, но благодаря Роме и Бяше я уверен, что там не заскучаю.       Спустя десять минут вернулись Вова с Таней. Они вышли из машины с пакетами. — Антон забери с заднего сиденья пакет, хорошо? — Ага. — забрав пакет я зашел в дом на кухне которого уже разбирали продукты. Накупили всего понемногу. Колбаса, хлеб, зелень, овощи, фрукты, немного сладостей к чаю, но вершиной всего этого стал клубничный торт. На фоне всех продуктов он выделялся своей яркостью и сильным запахом клубники от которого невольно нахлынули воспоминания об одной особе. Я знал причину этого, я знал из-за чего мне так понравилась клубника хотя раньше я ее терпеть не мог, но я не мог этого принять. Весь оставшийся день мы провели за уборкой и готовкой. По большей части пока мы двое мужчин драили дом, пока хозяйка Татьяна готовила борщ и простенькую выпечку с ягодами. День был насыщенным и выматывающим так что без раздумий уже в десять вечера я лег спасть, а следом за мной спать отправились Вова с Таней. В старом доме, на уютной постели уснуть удалось мне быстро, но меня снова настигли те звери, вернее только одна из них. — А вот и зайчик вернулся. — незабываемый хитрый голос с раздражающей ноткой задорности в этот раз был единственным что удосужился меня поприветствовать. — Как переезд? Все хорошо? Приятно наверно вернуться в старый добрый дом, да еще и с такими приятными людьми. Эх, а как будет весело с ними играть, да? — Что значит играть? — Играть в семью конечно же! Какой ты у нас глупый, но ничего и это исправим. — лиса убрала руки за спину и немного пригнувшись поднесла свое лицо к моему. — Только зайчик учти, рано или поздно тебе придется выполнить свою работу. Долго ждать мы не собираемся срок тебе в два месяца, это время можешь отдохнуть, оправиться. — А что потом? — странные действия рыжей плутовки сбили мое дыхание и заставили отстраниться на пару шагов назад. — Ну если сделаешь все как надо, то все будет хорошо. Никто не пострадает и все будут счастливы… — собеседница поднесла палец к маске посмотрев вверх. — Ну, почти все, хи-хик. — То есть если в срок не успею, то кто-то пострадает? — А вот и твоя глупость понемногу проходит, да, зайчик, если не сможешь сделать в срок, то всем нам будет обидно и придется тебя наказать. — А сделать, что надо? — Зайчик знает, что делать, а вот Антон нет. Просто будь собой, ты уже делал это не раз. — Стой я не понимаю. — я потянулся дабы схватить лису за руку, но в тот же мог я очнулся, услышав только хитрую усмешку.       До сих пор меня терзали сомненья, то что я видел все были сны или имеет какое-то отношение к реальности. С одной стороны, пока что ничего не изменилось, но внутри нарастала тревога. Была иллюзорная уверенность в том, что слова рыжей интриганки не пустой звук, а в доказательство тому «зайчик», живущий со мной в одном теле, только он перестал проявляться после сна в больнице. Не исключено и даже наиболее вероятно, что все это полученная психическая травма после аварии, но верить в это не особо хотелось.       Вставая и попутно избавляясь от ненужных мыслей, я оделся и пошел умываться. Время довольно ранее, восемь утра, но яркое летнее солнце все равно пробивало шторы комнаты освещая помещенье. В доме веяло прохладой, от которой тело своевольно содрогалось под волнами мурашек. Окончательно меня избавила от сонливости ледяная вода из-под крана коей я умыл свое лицо и руки. Быстро чистанув зубы, я спустился вниз где уже беседовали мои сожители, судя по всему они те еще жаворонки. — Доброе утро. — Доброе, Антон. — оперевшись на стенку с чашкой разводного кофе меня поприветствовал Владимир Максимович. — Привет Антон. — следом за своим парнем меня поприветствовала Таня, сидящая за столом. — Ты всегда так рано встаешь? В больнице покоя не давал продирался раньше нас, тут в восемь встал. — Ну сегодня у меня планы были просто. Хочу с друзьями повидаться поговорить, погулять. — Ну это хорошо, пригласи их сюда. Не зря же мы вчера торт купили да Таня наготовила разного. — Ага Антон, пригласи своих друзей познакомимся хоть с теми, кому тебя доверим в наше отсутствие. — Ладно, но вы учтите они довольно специфичны. — Рома и девочки еще ладно но Бяша… С его жаргоном… И запах сигарет чувствуется за километр. — Ой да скажешь тоже. Мы и сами Антон раньше были не самыми хорошими, на то подростки и подростки.       На моем лице расплылась улыбка от представления Владимира Максимовича в образе Ромы, но скорее всего он больше бы походил на меня. Я присоединился к завтраку быстро сделав себе яичницу, наверное, вверх моих кулинарных способностей. Немного поговорив после завтрака, я отправился на улицу. Время близилось к девяти утра, что означало начало утренней тренировки Ромы с Бяшей. Сердце сбивалось с каждым шагом, мне почему-то становилось боязно разговаривать с ними, обсуждать то что произошло, я понимал, что, когда увижу их смогу в любой момент сорваться и проронить слезы, что было бы не самым приятным. И отец, и Рома все время учили меня быть сильным, стать стенной за которой могут укрыться близкие, за что я им премного благодарен. Но хватит ли пары недель, что бы до конца оправиться от потери тех с кем провел всю свою жизнь, до этого я неплохо держался лишь за счет того что все вокруг было новое и не напоминало о родителях, но даже когда только приехали в поселок я почувствовал что слабая ментальная защита выстроенная мною треснула, а когда зашел в дом там же чуть и не разревелся. Думаю следующие несколько дней мои глаза будут опухшие.       Медленным шагом я шел по небольшой тропинке ведущую к месту тренировок Ромы. Там был железная труба, закрепленная между двух деревьев которую называли турником, и под ним располагался матрас. Также там были пару стульев и самодельные гантели не особо тяжелого веса, но подходящие для разминки. Еще даже не доходя до места я слышал потуги Ромы и Бяши, их смех и разговоры.       Подобравшись ближе, я увидел подтягивающегося бурята, и шатена яростно отжимающегося от гантелей с запрокинутыми ногами на ствол поваленного дерева. Они пыхтели как могли, от тек с них ручьем. Их майки весели на сучках деревьев, они сняли их чтобы не замарать, да и так в принципе положено Рома сказал. Вечно он насмотрится всяких фильмов и начнет с них «понятия» брать и «фишки», но от этого только веселее. — Здаров ребят. Как страдается? — подходя со спины к друзьям в своей обычной манере я начал разговор. — Че, на?! Тохич приехал? Да ну, на! — А? О реально Тох! Ты чего так рано вернулся? Говорил что только к сентябрю приедешь. — Рома встал и подойдя ко мне пожал мне руку, так же сделал и Бяша. — А вот об этом… — не торопясь я рассказал свою историю путешествия опуская описания сильно травмирующих моментов. Рома и так изначально понял что что то тут не так и был более серьезным, уж слишком он хорошо меня понимал. Весь разговор парни не раскрывали рта только внимательно вслушивались, не сбавляя напряженной атмосферы. Кулаки Ромы сжимались в определенные моменты до такой степени, что они начались трястись, уверен, что, если взглянуть на его ладони там найдутся мелкие кровоточащие раны, оставленные ногтями. Бяша при каждой шокирующей волне разговора начинал учащенно моргать, после чего наоборот совсем переставал подавать признаки жизни, превращаясь в деревянную куклу без движения и… какого-либо рассудка. Стоит отдать должное им за понимание, несмотря на напряжение, повышающееся в геометрической прогрессии, их глаза выдавали эмоции поддержки и сожаления. Я сам во время рассказа все время отводил взгляд то в землю, то в небо, не мог найти место своим рукам и в конце концов шмыгнул носом и протер глаза дабы не выронить ни единой слезы. Рома положил мне руку на плечо. — Все в порядке Тохич. Все в порядке. — Да, все норм! Тут не грех и заплакать, на! Рома дал подзатыльника Бяше. — Подбирай слова, дело серьезное. Ты Тох если что сразу нам, со всем поможем как угодно подсобим, жизнь свою ставлю что за тебя горой будем. Мы вместе «Команда Вальтрона» уже многое пережили и будем вместе до конца. — Вот-вот, на! Именно это я имел в виду, на!       Мы оба посмотрели на бурята, и тот понимая свою ошибку инстинктивно вдвинул голову назад пытаясь спрятать ее в капюшон, но его сейчас не было, меня ситуация странно развеселила, и я засмеялся во весь голос разбавляя атмосферу, делая ее пригодной для жизни. — Да все в порядке, пацаны. У меня появилась новая поддержка, это все равно не заменит мне семью, но приглядывать они за мной будут. Давайте лучше прошвырнемся по поселку, на речку сходим да ко мне домой пойдем там я вас познакомлю с моим братом. — Дело говоришь, айда!       Так снова втроем в сборе мы пошли гулять, разговаривали о слухах, обсуждали осенний лагерь, мне рассказали, что девочки преобразились, купили себе одежды и много чего еще. Разговоры увели нас далеко, что мы и не заметили как настал вечер и так мы пошли ко мне в дом.