Т/И и новая задача: продолжение (2 часть) (Турбо)

Турбо остановился возле твоей двери. — Ну пока, — криво улыбнувшись, машешь рукой. — Нет, — Валера внезапно хватает тебя за руку и притягивает к себе. Чувствуешь дыхание парня на своих губах. — Что ты делаешь, — протягиваешь, разглядывая глаза парня. Бездонные, красивые, зелёные. — Что хочу, — заявляет Туркин и целует тебя. Замираешь, но не отталкиваешь. — Т/И! — дверь квартиры открывается, выбегает твоя младшая сестра, с улыбкой протягивающая тебе конфету, — дядя Ильдар дал. Турбо отходит от тебя. — Найду тебя, Васильева, — произносит брюнет и спешно удаляется. Ты приобнимаешь сестру, принимая из её рук угощение. На губах ты ещё чувствуешь поцелуй, оставленный наглым группировщиком.

***

— Ты куда? — спустя пару дней брат оживился ещё больше. Ты практически не проводила с ним время, Андрей пропадал то в школе, но на сборах. Блондин закатил глаза. — Только без нотаций. — Хорошо, — жмешь плечами. Стараешься не быть для мелкого мамой, просто старшей сестрой, которой Андрей бы доверял. — Мы видеосалон открываем, — сообщает парень, надевая своё, ставшее небезызвестным, пальто. — С тобой можно? — Зачем? — Айгуль вроде идёт, — Андрей поворачивается к тебе. С Маратом вы начали общаться спонтанно, тот иногда говорил, как там брат, а иногда делился мыслями про девчонок. Впрочем, только про одну. Ты дала пару советов, заслужив уважения у Суворова младшего. — Она с Маратом ходит. А ты что? Тоже хочешь с кем-то ходить? — в голове возник образ Туркина, целующего тебя без всякой причины. Щеки начинают краснеть. — Нет, спасибо. — Вот и отлично, — парень закрывает за собой дверь. — Лжец, — шепчешь ты, беря с полки первую попавшуюся книгу и зарываясь в одеяло. Вечер обещал быть скучным, Валера так и не позвонил ни разу за эти дни.

***

Андрей вернулся слишком довольный. Глупая улыбочка свидетельствовала о том, что брат где-то втихушку выпил. — Ложись, — ты помогаешь брату снять вещи и лечь на кровать. Васильев напевает «Седую ночь», но довольно быстро замолкает и отключается. Послушав пару минут сопение брата, ты надеваешь сапоги и запахиваешь шубу. Юля у подруги матери, сама мама всю ночь на смене. Никто не помешает немного погулять под подъездом. Запускаешь руки в карман пальто брата, находишь спички, сигареты, закрываешь входную дверь и сбегаешь по ступенькам вниз. Зимний воздух врывается в лёгкие. Затягиваешься и выкуриваешь сигарету. Затем ещё одну. И ещё. В мыслях мелькают лица пацанов, с которыми общается Андрей. К чему могут привести такие дела? Ты порой радуешься, что брат возвращаешься живым и уже едва сдерживаешься, чтобы не сообщить твоей подруге Ире кое-что про брата, банды и их дела. Мотаешь головой, все же не стоит. Быть козлом — самое низкое, что может быть. Голос Маратика врывается в мысли. Хмыкаешь, закуривая четвертую по счёту сигарету. — Курим значит, — в темноте присматриваешься к приближающемуся человеку. Турбо. — Рада встрече, — бросаешь ты. Вот обнаглевший: сначала целует, теперь не звонит. — Как и я, — Туркин отбирает у тебя сигарету и затягивается. Валера хмыкаешь и выкидывает бычок, — что нового? — его руки уже на твоей талии. — Мне тут один вредный парень не позвонил, — вся злость на Турбо улетучивается, стоит парню только тебя приобнять. — Значит, на это были причины, — начинает Турбо. — Ага, — отвечаешь ты. Снова зелёные глаза, от которых трудно оторваться. Туркин целует тебя, вроде как ожидая поцелуй в ответ. — Что не так? — Ты на меня наплевал, сейчас хочешь повторения… — Валера затыкает тебя поцелуем. — Это твой способ решения проблемы? — шёпотом интересуешься ты, когда брюнет отрывается от губ. — Вполне возможно, — кивает зеленоглазый. — Я подумаю над тем, чтобы тебя простить. — О, ясно. Я тогда тебе помогу, — снова поцелуй, но на этот раз ты отвечаешь на него. Туркин обхватывает твое лицо руками и нежно проводит ими по коже. — Для группировщика, ты слишком тактильный, — Турбо улыбается. — Какие странные мысли. Всех по брату судишь? — ты легонько бьёшь Валеру в плечо. — Обещал за ним присмотреть, — напоминаешь ты. Брюнет кивает. — Я выполняю все, что обязан делать, — ты усмехаешься. — Обязую тебя ещё раз меня… поцеловать, — Туркин исполняет просьбу. Ты понимаешь, что скучала по нагловатому брюнету. Пробежавшая между вами искра не угасла, а наоборот, неплохо начинала разгораться.