14. Возвращаясь в глубины детства

Венир не слишком хорошо соображал в четыре утра. Наугад кинул джинсы через плечо, но все равно попал в чемодан. Следом полетела другая одежда. Ткани свисали с краев сумки, и парню, любящему порядок, пришлось вытащить все на пол и сложить заново, аккуратно выкладывая свертки на дно чемодана, невзирая на сонливость.             — Вел, ну почему ты не собираешься? Мы опоздаем на самолет! — заныл он, увидев хмурую сестру, облокотившуюся на стену в недовольной позе и со скептицизмом наблюдающую за братцем.             — Потому, что я не хочу ехать к нашим предкам, — вяло отозвалась девушка.              — Мы же уже решили это! Мы не видели их уже два года, — парень переместился к столику и стал выбирать косметику и духи, которые собирается взять собой в поездку на неделю. — Разве ты не хочешь вернуться хотя бы на недолго?              — Не горю желанием, — она сложила руки на груди. — К тому же, ты буквально на днях вернулся из больницы, зачем устраивать такой стресс организму?              — Ты знаешь, что мне уже лучше, — Венир оглянулся на девушку, кокетливо повел плечом. — К тому же, ты применила отличное лечение, — двусмысленно бросил он, на секунду заглянув сестре прямо в глаза, а затем как ни в чем не бывало вернулся к сбору вещей.  Перед таким хитрым ходом Вельвет не смогла устоять. Смущенная, но полная довольства улыбка тронула её губы на мгновение, а в низу живота приятно кольнуло от воспоминаний о той ночи. Она буквально поплыла, блаженно ложась спиной на стену. Протянув театральное «Уговорил» и махнув рукой, она скрылась за дверьми, решаясь на сборы.  Вчера утром Вениру позвонил их отец. Парень поставил звонок на громкую связь и подозвал Вел, чтобы и она послушала, что же хотят от них родители. Папа спрашивал о их делах, о самочувствии, но парень ощутил притворство в его словах. После недолгого неловкого разговора мужчина рассказал, что их приняли на работу в поликлинику в соседнем городе, и что сейчас они живут последний месяц в старом доме, а затем будут переезжать. Отец пригласил их на недельку-две, словно гостей, в некогда родной дом.  Парень отреагировал спокойно. Ему даже в радость посетить тот маленький городок на другом конце Неистовой горы, в котором они прожили четырнадцать с лишним лет. Вел же совсем не обрадовалась — у нее всегда было куча конфликтов с родителями, и идею побега от них предложила именно она. Тем не менее, сейчас девушка сидит на чемодане, который неряшливо набит кучей вещей, в попытках закрыть его.                          ***              — Я уже не могу! — послышалось от брата. Вельвет оторвала взгляд от чарующего вида из окна самолета, в котором они сидели уже несколько часов. Венир держался за живот и был ещё бледнее обычного. Зеленые пряди вспушились из-за долгого сна на крайне неудобной подушке. — Меня тошнит!              — Сам хотел к родителям, — крайне спокойно ответила девушка, пожимая плечами. — По времени осталось совсем немного.  Оставив брата без внимания, Вел снова повернулась к окну, скучающе подперев голову ладонью. Шум двигателей уже знатно надоел за это время, наушники тоже. И хоть бизнес класс, которым летели близнецы, оказался очень удобным, откидывающиеся спинки кресел и телевизоры с какой-то судебной программой не спасали от невероятной скуки. Еда была «изысканной», как писала авиакомпания, но безвкусной и пахла старым морозильником, поэтому близнецы синхронно протянули «Фу-у», отказываясь принимать такую пищу. К тому же, Вел положила косметичку в чемодан, который отправился в багаж самолета, а тушь с ресниц осыпалась на щеки, когда она заспанно подняла голову с подушки полчаса назад, и ей уже не терпелось привести себя в порядок. Тем временем розовые пухлые облака в окне сменились на темно-зеленый покров гор — самолет начал опускаться. Не резкое, но достаточно ощутимое изменение в уровне над землей вызвали у Венира новый порыв тошноты, и он издал тихий приглушенный звук, закрыв рот и надутые щеки руками.              — Попробуй только наблевать тут! — брезгливо взвизгнула сестра, рефлекторно отодвинувшись. Самолет осел на посадочную полосу, женский голос стюардессы что-то лепетал в громкоговорителях, когда шасси коснулись каменистой дороги, и самолет затрясся. Вел с ужасом уставилась на тяжело вдыхающего и выдыхающего парня, как на лягушку. Он ещё около минуты дышал с закрытыми глазами, показывая руками вдох и выдох кислорода, жестами помогая себе поймать контроль. — Я бы  выбросила тебя из окна, если бы оно открывалось, — подметила она, поджав губы. Скорость движения постепенно понизилась, двигатели почти остановили работу.               — Ты просто безжалостная! — возник парень, складывая руки на груди, как только тошнота отпустила его желудок.              — Спасибо, я знаю, — гордо подняла голову сестра, скидывая волосы с плеча, на что парень закатил глаза.  Венир радостно подпрыгнул с места, когда самолет окончательно остановился. Он быстро взял их с Вельвет сумки и направился к выходу из этого места. Девушка молча поплелась следом.              — Земля! — воскликнул Венир, выбегая на свежий воздух. Он три раза споткнулся на лестнице, неосторожно спускаясь по бортовому трапу. Спрыгнув на зеленую траву, он закружился, с наслаждением вдыхая прохладный воздух.  Близнецы были утомлены и голодны после долгого полета, поэтому решили перекусить прямо в аэропорту. Обычный фаст фуд вызывал пренебрежение у Вельвет, но сейчас она с удовольствием смаковала этот непонятно-с-чем-бургер, который все же был лучше самолетной еды. Немного набравшись сил, подростки вместе с чемоданами уселись в такси, направляясь в когда-то свой дом. Дорога сопровождалась восторженными и слегка грустными взглядами в окна, когда знакомые улочки, магазинчики и сады проносились перед глазами. Огромная охапка воспоминаний навалилась разом, погружая в себя, открывая что-то давно забытое. У Венира это были яркие и приятные ощущения, у Вел же не особо.              — О, Боже, это же наша школа! — парень ткнул пальцем в бледно-синее здание, привлекая внимание сестры. Школа была по-прежнему украшена цветами во дворе и на окнах всех четырех этажей. Хоть сейчас и лето, учебное заведение работает для проведения кружков и дополнительных занятий. — А вдруг тот дебил Лукас, который бесил нас выходками, все ещё учиться здесь?! — начал вспоминать парень, перебирая мысли в голове. — Слушай, а ведь все наши одноклассники все еще учатся! Мы ведь, по идее, должны были бы перейти в десятый класс, да? — на одном дыхании выпалил Венир, взбудораженный прошлым.              — Ужасное место, как хорошо, что мы ушли оттуда ещё в средней школе, — пессимистично отреагировала Вельвет, получив недовольную оглядку от брата. Но лицо ее смягчилось и посветлело, когда она сама прониклась воспоминаниями о беззаботных школьных деньках, обедах в просторной шумной столовой и мелком стеснительном братике, вечно державшегося за спиной Вел, когда очередная «крутая» футбольная команда старшеклассников хотела не толерантно выразить свое мнение на его счет. Девушка всегда вступалась за брата, могла влезть в драки и покрывать матом, но при этом сама всегда была не прочь дать подзатыльник Вениру и похохотать над его реакцией. Авто резко затормозило. Венир спешно оплатил такси, и они с сестрой вышли к знакомой тропинке, ведущей в небольшой частный домик с двумя этажами. Когда мелкий гравий захрустел под ногами и колесиками чемоданов, девушка вдумчиво уставилась в пол, понимая, как часто раньше она ходила тут. Венир, идя впереди, с упоением разглядывал такие знакомые две лавочки у входа во дворик, эти старые, с облезлой краской, но атмосферные фонари по сторонам от аллеи и сам молочный дом, как обычно с распахнутыми окнами и бежевой фактурной крышей.              — Я так любил гулять здесь, — задумчиво произнёс парень, невесомо проходясь пальцами по розам, цветшим в ряд кустами.              — Точнее носиться сломя голову. — подправила сестра, усмехаясь.              — Да, пока ты бегала за мной с обещанием свернуть шею, — подняв бровь, обернулся парень, упирая руки в бока. Вельвет рассмеялась, отчетливо вспоминая один из таких случаев, когда Венир сломал её единственную помаду, в неудачной попытке первого макияжа.  Постучать оказалось не так легко. Вельвет хлопала ресницами, подняв кулак к двери, но так и не коснувшись. В доме слышится приглушенная песня рояля, и дрожь бьет ниже груди с воспоминананием о том, как играла мать каждый день, подпевая себе мелодичным голосом.              — Давай, — подбадривающе подтолкнул за плечи брат. Вел сглотнула и тихо постучала по дереву, но это было не громче шепота. Выдохнув, она взяла себя в руки и стукнула сильнее. Музыка оборвалась вместе с пением мамы, и быстрые шаги в тапочках послышались из дома. Когда ручка опустилась, дверь распахнулась, открывая знакомый порог. Саманта совсем не изменилась — мягкая розоватая накидка на тонких плечах, стянутые в тугую косу зеленые волосы и доброе, с маленькими морщинками у глаз лицо. Женщина была худой от рождения, с подтянутыми за счет спорта формами. Она чуть странная — много смеется, любит заняться новыми хобби, несмотря на возраст, не умеет сдерживать агрессию, но за счет доброго характера долго винит себя после срывов. Мать разглядывала детей с удивленными вздохами, пробегаясь иссиня-черными выразительными глазами по стройным вытянутым фигуркам. Не желая ждать и минуты, парень сделал шаг к Саманте, выпуская ручку чемодана.              — Венир, — трепетно шепнула мама, заключая его в теплые объятья, которых так давно ждали оба. — Выросли-то как… — с прискорбием сказала Саманта, понимая, как много упустила в жизни детей. — Ты уже моего роста стал!               — И тебе привет, мам, — недовольно отозвалась Вельвет. Отпустив сына, Саманта горячо обняла девушку, не сразу получив обратную реакцию.              — Привет, дочка. Как же много нужно обсудить, сладкая моя, — как раньше заговорила мать, прижимая девочку, закрывшую от усталости глаза, к себе. Саманта всегда показывала свою любовь ярко и открыто, чему следом научился у неё Венир. — Проходите скорее, папа обед готовит. Мы так ждали вас!              — Так ждали, что ни разу не позвонили за два года, — съязвила девушка, снимая кроссовки на коврике.              — Хватит, Вельвет, — нахмурилась мать, направляясь на кухню. — Но я приму это за намек, что ты ждала нашего звонка, — улыбчиво протянула женщина, завернув в комнату, наполненную пряным ароматом. Она лавировала по полу, развивая пышную белую юбку, энергичная и веселая.