Левит 19:11

      Утро нового дня началось также, как и предыдущего. Вновь построения, завтрак, работа в поле, ужин, баня, отбой… Так прошло три дня.       Четвёртый полноценный день в лагере начался с проливного дождя, который разбудил Алексея, спавшего ближе остальных к окошку. Парень не высыпался с тех самых пор, когда увидел парня, которого тащил Бородатый. Мысли об этом событии не выходили из его головы. Каждую ночь крик, наполненный болью и страхом, пронзал его изнутри. Только он слышал этот крик, либо же только он принял его так близко к сердцу. Алексей смутно помнил лицо того парня, но воображение дорисовывало его. К светлым коротким волосам и кривоватому носу прибавлялась гримаса ужаса. Голубые глаза, краснеющие от слёз, губы, краснеющие от крови – всё это рисовалось в его голове каждую ночь и каждую ночь он боялся, что придут за ним или за последними островками разума в этом месте в лице Алёны и Витьки.       Несмотря на сближение с парнем, Алексей до конца ему не доверял после слов о том, что он чем-то пожертвовал, чтобы после неудачного побега не попасть в эту пыточную камеру. Его не покидали мысли обо всех этих вещах.       Бунтарский дух парня значительно поубавился и практически исчез. Он не хотел попадать ни в яму, ни в то неизвестное место. Он не хотел получать новые побои, хотя, иногда, за маленькие оплошности его подпинывали или давали подзатыльники.       Из-за туч на улице, несмотря на рассвет, в спальне было темнее, чем ночью. Приходилось сильно напрягать глаза, чтобы разглядеть Алёну на соседней кровати. Как казалось Алексею, она спала, но, смотря прямо на спящую, он услышал её речь.       — Алёша, ты спишь?       — Не сплю.       — Тебя тоже дождь разбудил?       — Да, дождь… — неуверенно ответил парень, ведь и назвать его кошмары полноценным сном тяжело.       Они пролежали в тишине, разбавляемой стуком капель по крыше, ещё минут пять, после чего сквозь эти звуки капель начал доноситься звук ударов о колокол. Дети начали просыпаться и копошиться, дверь отворилась и внутрь зашла Марфа с фонарём.       Алексей еле-еле поднялся с кровати и оделся. Все дети вышли на улицу и под проливным дождём стояли в строю, пока Игнатий Тихонович вещал.       — Сегодня, как вы видите, Бог решил увлажнить землю. Можете поблагодарить его, не нужно будет работать в поле.       Алексей шёпотом с усмешкой сказал: «Спасиб, боженька». От ежедневной работы у него ломило всё тело, а голова раскалывалась от недосыпа.       — Сегодня мы с вами будем работать под крышей. Девочки будут помогать в готовке на кухне, а мальчики будут помогать Степану разбирать кладовую и ремонтировать избу.       Все отправились на завтрак, а после завтрака – работать. Степан повёл ребят в избу, в которой ранее они не бывали. Судя по всему, эта изба служила домом для Игнатия Тихоновича и его послушников.       Внутри избы было много икон и полок с православной литературой. В комнате вдали Алексей увидел Игнатия Тихоновича, сидящего за компьютером в наушниках. Он с разговаривал с кем-то по скайпу.       Степан провёл детей в кладовую, которая была наполнена всяким хламом. Он приказал детям разобрать это всё. Указал место для складирования мусора и место для вещей, которые ещё могут пригодиться в быту, после чего, сказав, что скоро вернётся, отлучился в комнату Игнатия Тихоновича.       Резкий запах старости и затхлости ударил парню в нос. Кажется, что здесь не прибирались несколько веков.       — Ну что? Авось найдём что-нибудь, что можно спиздить. — Улыбаясь, тыкал локтём товарища Витька.       После этих слов Алексей вспомнил про своё кольцо, которое так и не нашёл. Он не старался его искать после дня, когда потерял, но поглядывал людям на руки в надежде обнаружить пропажу. Парень был уверен, что кольцо присвоил себе Бородатый, так как он уже пытался завладеть его телефоном.       Дети уже во всю занимались разборкой завалов из старой мебели, тряпья и прочего хлама. Витька медленно, но верно копался в сундуках и шкатулках.       — Слушай, Витька, — обращался с некой тревогой Алексей, — мне нужна твоя помощь. В общем. У меня кто-то украл кольцо, которое мне дорого. Мне надо выяснить кто, но я думаю, что Бородатый.       — Да без проблем! Бородатый! Этот ублюдок вполне мог украсть твоё кольцо. Я вот, однажды, тоже в ящик положил штучку одну, часики наручные красивые. Так через пару дней у него на руке увидел их.       — И что сделал?       — Ну, я пожаловался Лапкину, а он не поверил и палкой меня долбанул пару раз. Потом ещё Бородатому рассказал, так тот мне влепил тогда ого-го. Месяц с синяком на половину лица ходил.       — Так поможешь?       — А то! Когда выйдешь отсюда, первая дверь направо – дверь в их спальню. Если Бородатый украл твоё кольцо, то оно точно там.       Алексей выглянул за дверь и, убедившись, что никто не видит, медленно вышел и направился в сторону предполагаемых спален. Дверь была из дерева и имела железные вставки. Было видно, что крепкая.       Парень подошёл к двери и попытался её отворить, но безуспешно. Дверь была заперта.       Алексей повернулся к Витьке, который стоял у двери в кладовую на стрёме и поводил кулаком туда-сюда, показывая, что дверь заперта. Тогда Витька, несколько раз осмотревшись, чтобы убедиться в том, что никто не идёт сюда, большими шагами добрался до Алексея и вынул что-то из кармана. Из-за темноты в коридоре было тяжело разобрать что.       Витька начал что-то делать с отверстием для ключа. Через несколько мгновений дверь поддалась. Витька стремительно вернулся на исходную позицию около дверей в кладовую.       Алексей вошёл внутрь. Перед ним предстала комната с несколькими кроватями, которые были идеально заправлены. На бревенчатых стенах висели иконы. На полу был какой-то тонкий узорчатый ковёр. Не теряя ни минуты, Алексей начал обыскивать все ящики.       В ящиках он находил, в основном всякую мелочь и уменьшенную версию Ветхого Завета, но чем-то она его отталкивала. Несмотря на свою неприязнь к религии, от этой книжечки он чувствовал слишком большое отвращение. Он взял одну и открыл на первой странице. Тогда он понял, что к чему. Книжечка издана под редакцией Игнатия Тихоновича и содержала в себе слишком уж подходящие под жизнь в лагере писания.       Отложив книжечку, Алексей продолжил искать. Он не успел добраться до последних двух ящиков, как кто-то вошёл внутрь. К счастью, Алексей успел среагировать и залез под одну из кроватей.       Перед ним виднелись лишь ноги двух человек. Вскоре он услышал голоса.       — Он сказал, что малец в спальне. — Прозвучал голос Степана.       — Он наверняка бежать пытается. Надо на улицу идти и искать. — Басил Бородатый.       Мужчины ещё немного походили по спальне. Проверили свои ящики. По ногам Бородатого Алексей понял местонахождение его ящика.       После ухода мужиков и запирания ими двери, Алексей вылез из-под кровати и направился к ящику Бородатого. Догадки оказались правдивыми. Алексей достал своё золотое кольцо с гравировкой «А+Е», обведённой гравировкой сердца.       Взяв кольцо и сунув в карман, парень стал думать, как выбраться. Удача сопутствовала ему и дверь вновь открыл Витька.       — Алёша, ты живой?       Алексей молча подошёл к товарищу.       — Ты сдал меня, да? — схватив его двумя руками за ворот кофты, предъявлял Алексей.       — Что? Н-н-нет… Я не сдавал!       — Врёшь, гандопляс ебаный, врёшь!       Он толкнул Витьку в коридор.       — И в яме ты пробыл вместо пыточной потому что сдал кого-то при побеге, да? Крыса ты чёртова!       Крики стали очень громкими и на них прибежали Игнатий Тихонович, Степан и Бородатый.       — Что здесь происходит? — спросил гневным тоном Игнатий Тихонович.       — А ничего! Давайте, суйте меня в свою пыточную! Я раскрыл вас! Он ваша сучка, всё я понял, ублюдки!       Глаза у Витьки начинали намокать, но Алексей был непреклонен.       — Вот! Вот эту вещь у меня украл ваш Бородатый конч! — вынимая кольцо из кармана, кричал парень.       Игнатий Тихонович выхватил кольцо из рук парня и засунул в карман жилетки.       — Отдай, старый сектант! Подмял тут идиотов под себя! Королём себя считаешь? А ты жалкий старик, а не король! Пошли нахуй! Все вы!       Бородатый размашистым ударом вырубил Алексея.       Через полусон парень слышал, что Игнатий Тихонович приказал вести его в некую подготовительную. Он понял, что речь шла о месте, в которое унесли того бедного парня перед тем, как вести на истязания.