Встреча с неизвестным

      На душе бушует ураган точь-в-точь, как на улице.       Я сижу на подоконнике, укрывшись новогодним пледом попивая при этом кофе, заваренное до крепкого состояния: три чайных ложки с горкой. Атмосфера в моём доме была спокойной — словно это было укрытие от страшных и ужасных времён, которые пришлось пройти на своём опыте. Но душа болит. Она разрывается на мелкие кусочки. Каждой частичкой тела ощущаю, как сердце колотится изо всех сил. Это напомнило ураган, который разыгрался во Фломе (город в Норвегии)— редкое явление, но оно происходит, и мы к нему готовы.       На улице ни души. В ярких домах, окруженными снежными сугробами, горели лампочки. Благодаря ним можно было заметить, как Грид — рыжеватая девушка с веснушками на пухлых щеках, - накрывает на стол ужин для своих ребятишек. Их было трое, но росли без отца — умер по неизвестным для меня причинам. Моё любопытство пыталось разузнать истину, но всякий раз получала пустоту на блюдечке.       Сощурив глаза, чтобы рассмотреть через метель, резко набравшая обороты, я стала рассматривать другой дом. В уютной гостиной, обставленной в строгих устаревших традициях страны, сидела пожилая пара. Ингри и Матиас — добрейшие люди, которых мне послала сама судьба. Каждый вторник ожидаю их прихода в гости, чтобы обсудить мелочи и рассказать им о их будущем, которую пара с нетерпением ожидает, хотя времени у них осталась мало. Но зная о своей кончине, пожилая пара не унывает — их любовь растёт с каждой минутой, если не секундой. Им не страшна смерть — они только рады, что умрут вместе. Как Ингри и Матиас узнали об этом? От меня же. Каждый житель Флома знает, что я приезжая из России, которая является эриль. Сначала они удивились этой новости, ведь как россиянка смогла овладеть этой стихией чуть ли не до изящества. Было трудно доказывать правду. Первым испытуемым стал Матиас вмести с Ингри, дальше Нджал — прицепившийся ко мне блондин, сочинявший не приятные по слуху песни; следующей была Грид, позже подхватился весь город. От моих правдивых предсказаний узнали из других краёв страны, из-за чего появление неизвестных лиц на моём пороге стали обыденным явлением. Хотя бы так сохраняла здравый рассудок.       Я отвернулась. Устремила взор на своё убранство и одиночная слеза покатилась по лицу, достигая своего пика на подбородке. Это капля с воспоминанием из прошлой жизни. Деревянная мебель исчезла — на её место пришла детская площадка, на которой играли двое ребятишек — мальчик и девочка. Они были похожи, но в ту же секунду нет. У мальчика были тёмные глаза, а у девочки светлые, словно кофе встретилось с зелёным чаем; лес и ночь. Они смеялись и кричали, прыгали и катались. Ребятишки были неразлучны, пока на каждого не наступили переломные моменты. Взгляды на жизнь разошлись. Мальчик ушёл в себя, пытаясь всячески разобраться с чёрной магией, а девочка улыбалась вселенной, одаривая каждого прохожего своей улыбкой. Времена менялись стремительно, и родственные узы разошлись по швам. Всё реже брат писал сестре — сестра вовсе перестала звонить брату.       Картинка вновь поменяла свой облик. Перед ней открылась картина, как брат, приехав ради неё в Самару, подарил любимы цветы двоюродной сестры — ромашки, возрастающие корень спокойствия на душе девушки.       – Я до сих пор помню твои любимые цветы, маленькая эриль – с улыбкой на лице сказал Дмитрий, мальчик, отдавшийся чёрной магии.       Это была последняя наша встреча. На финал двадцатого сезона я не поехала. Не решилась, не смогла. Я не была готова, чтобы вновь появиться перед объективами камер. В то время телефон разрывался от постоянных звонков Димы. Взяв гаджет в руки, я приняла вызов и сказала слова, до сих пор встававшие передо мной в виде совести:       – Прекрати мне звонить! – нажала пальцем на красную кнопку и бросила телефон в стену. По понятным причинам он разбился. Пришлось потратиться на приобретение новых гаджета и симки. Именно тогда я исчезла для всего мира.       Под воздействием магии вернулась в настоящее. К этому времени кофе остыл, потерял всякую способность согревать мои бледные пальцы. Повернула голову в ту же сторону, где рассматривал обыденные деньки соседей — темнота. Ни в чьём доме не горел свет. Все спали. И мне пора. Я встала с подоконника на твёрдую поверхность и прошла на кухню, встречавшую меня тёмными объятиями. Даже включение света не помогло избавиться от мрачности. Стены, потолок, пол, кухонная мебель была выполнена в тёмных тонах. Такое чувство, словно попала в забытьё. Подошла к раковине и вылила остатки кофе. Резким движением рук поставила кружку на столешницу и ушла в спальню. Не переодеваясь в пижамную одежду, я прыгнула в постель, пытаясь потеряться во снах.

***

      Я бегу. Пятки касаются снежной корки, расплетавшейся по всей земле. На мне не было ничего, абсолютно: ни верхней одежды, ни нижнего белья, ни обуви. Бежала в том, в чём родила мать. Куда бегу? Ума не приложу. На улице стояла темнота; снежинки не падали на землю, а ураган исчез. Словно время остановилось. Это сон? Если да, то он слишком реалистичный для сознания.       Бегу. Бегу. Бегу. Вот упала. Зацепилась за вылезший корешок дерева. Я начала осматриваться по сторонам. Лес, по всюду были деревья. Села на снег. Было холодно, но вставать не хотелось. Коленки прислонила к груди. Коричневые волосы растрепались во время беготни. Они доставали до самой земли. Страх накрыл с головой. Хотелось домой, но ноги не слушались. Из рта чуть ли не каждую секунду выходил пар. Мне надо было каким-то образом согреться. Начала осматриваться на наличие листьев. Слегка убрала корочку снега и поняла, что под неё не было ничего. Обычная земля. Отличалось от белого цвета лишь палки. Какой был от них толк? Мне следовало лишь молиться. Молиться на выживание.       – Приветствую тебя, маленькая марионетка, – раздался тихий голос за спиной. Я резко повернула голову, тратя на это все силы, и никого не замечаю. Передо мной был дымок, образовавшийся из ниоткуда.