Сказка о первой звезде

На заре времён, когда краски на холсте мира ещё не высохли, жил-был любопытный кусочек ночного неба. Скучно ему было на своём месте: и вверху темнота, и внизу, и по сторонам тоже. Решил он отправиться в путешествие — взял да и прыгнул вниз, плюхнувшись прямо в реку Первородной долины. Холодной и страшной оказалась вода. Сжался кусочек неба в комочек, задрожал и расплакался. Стал тёмно-синим и почти невидимым. В это время искал себе обед сом-сомище. Наткнулся он на кусочек неба, поворчал, усами покачал: — Ну-ка, не реви! Вылезай! Вытолкал его носом из воды на берег и поплыл дальше. Остался кусочек неба лежать у кромки воды. И мокро ему, и зябко, волны мелкие качают, уснуть не дают. Прибежал воды попить бурундук-затейник. Увидел он кусочек неба, взял в лапки и побежал в норку — семье своей бурундучьей хвастаться. Вновь расплакался кусочек неба: страшно ему на земле, неуютно, домой хочется! Пожалел его бурундук, решил помочь. Забрался вместе с ним на верхушку самого высокого дерева, лапки вверх вытянул, но выше небо — не достать. Зато увидел он с дерева далёкий холм и отправился за помощью к другу зайцу: — Вдруг с холма небо ближе окажется? Застриг ушами заяц, задумался: боязно зайчат с зайчихой одних оставлять, но всё же решился помочь. Взял он кусочек неба и поскакал на дальний холм. Скакал он долго, да не становится холм ближе. Устал заяц, сел на полянке да стал думать, как до холма добраться. Вышел на ту поляну благородный олень. Топнул было на зайца копытом грозно, да только увидел у него в лапах кусочек ночного неба. Удивился олень, наклонился поближе чудо рассмотреть — так и зайца, и неба кусочек совсем испугал! Не подобает благородным оленям так себя вести. Чтобы промах свой невольный искупить, поднял он кусочек неба на рога ветвистые и помчался вперёд быстрее ветра. Но и холм оказался низким — не достать с него до небесной тверди. Созвал тогда благородный олень на тот холм птиц со всей Первородной долины и спросил совета: — Кто из вас выше всех летает? Кто крылом тверди небесной касается? Защебетали в ответ стрижи да ласточки: — Мы самые быстрые! Мы самые юркие! Мы высоко летаем! Мы отнесём! Да вот незадача: не смогли они, легкокрылые, кусочек неба поднять, чтоб домой вернуть. Тут над ними гуси загоготали, вороны с голубями потешаться стали. Поднялся гвалт на всю долину! Уж и про оленя, и про кусочек неба забыли — знай себе спорят. Опустился тогда рядом с оленем старый сип-отшельник. Поглядел недовольно на птичий базар, молча схватил в когти крепкие кусочек неба да и взмыл ввысь. Долго летел он. Всё меньше становился холст-мир, всё ближе небесная твердь. Наконец, оказался кусочек неба дома, устроился на своём месте уютно. Только смотрит — сип всё не улетает: вокруг кружит, а дороги обратной во тьме не видит. Вспомнил тогда кусочек неба, как звери ему помогали домой попасть: и глубину рыбью, и травы близ норы бурундучьей, и мех зайца пушистый, и ветер в рогах оленьих, и полёт сипа стремительный. И так сильно захотел добром за помощь их бескорыстную отплатить, что вспыхнул ярким светом да засиял-засветился, чтобы сипу-молчуну путь домой озарить. Так и стал кусочек ночного неба самой первой звездой. И вот уж сказке конец, а только нет-нет да падают изредка любопытные кусочки ночного неба на землю. Ведь только познав мир вокруг, можно по-настоящему засиять. А старый молчаливый сип всё так же относит их обратно.