Туман и бабочки

Кровь, много крови. Чья она? «Дазай, очнись…» Смутно слышится знакомый голос, взгляд раненого поплыл. Падение оказалось не таким болезненным, чтобы нанести летальный ущерб, но при этом ровно таким, чтобы приносить адскую боль. Скоро должны подъехать службы охраны порядка и машины скорой помощи… Длилась же вся эта агония, однако, ненадолго. Вокруг леденеющего тела распластался рой из бабочек, готовый накрыть его в любую секунду, накрыть своими прелестными узорчатыми крылья пятна засохшей и совсем свежей крови на рубашке мужчины. Одна из бабочек приземляется прямо на бинт, закрывающий правый глаз Дазая. Он смотрит на голубое небо, озаряющееся над ним сегодня и его лицо расплывается в слабой улыбке. Вот он, момент которого он так долго ждал, момент, к которому он шёл все эти шесть лет… Сказал бы он, если бы чья-то тонкая, но удивительно сильная рука не вторглась в его личное пространство, поддерживая ослабевшее тело. Девушка присаживается на колени, всё ещё удерживая руку Осаму на своих плечах. Она звучит такой обеспокоенной, но при этом собранной, словно мать рядом с болеющим ребёнком. «Кажется, успела… Потерпи ещё немного, хорошо?» Дазай бы терпел столько, сколько понадобится, это далеко не худшее, что ему пришлось на себе ощутить. Ни одна физическая боль не сравнится с очередной потерей чего-то того, чем он так дорожил. Ничего не сравнится с состоянием полного бессилия и беспомощности. Но Осаму даже не успел и наполовину погрузиться в свои предсмертные переживания, как ощутил чуть ли не мгновенную пропажу боли. Будто каждая сломанная кость в его теле магическим образом вновь соединилась, каждая утерянная капля крови вновь восполнилась, всякая ссадина и синяк испарились с бледной кожи, словно их тут и не было. Шок, непонимание… разочарование. Это не входило в его план. «Вот так, всё хорошо, милый. Теперь всё будет хорошо.» Его целуют в лоб, а на кожу падают чьи-то солёные слёзы. Они стекают прямо по лицу человека, что, кажется, в который раз обманул смерть. Ах, вот оно что. Всё будет хорошо. Странно, но Дазай не мог вытащить из себя ни слова. Словно в его горле тысяча иголок, пронзающие каждую шейную мышцу. Однако ему, наверное, и сказать-то нечего. *** Осаму просыпается, будучи на своём твёрдом, но удивительно дорогом дубовом столе. По лбу стекает холодный пот, голова так и трещит — ощущение, что ещё чуть-чуть и она взорвётся, оставляя после себя вездесущие красные пятна. Босс вздыхает и потирает виски в попытках успокоить разум, однако не похоже, что у него есть время переводить дух. В дверь его офиса уже стучатся. «Вот прямо сейчас?» — Дазай выругался шёпотом, задавая вопрос больше себе, чем гостю. Через секунду уже охрана получила одобрительный мах бинтованной ладони, означающий разрешение впустить человека по ту сторону двери. Два высоких, намного выше самого Дазая, мужчины в чёрных классических костюмах открыли огромные тяжёлые двери, за которыми, собственно, и был гость. А точнее, гостья. «Ты хотел меня вечно за этими дверьми держать? Ты уже совсем все манеры потерял, Осаму.» Послышался глухой стук каблуков о покрытый ковром пол офиса и знакомый шорох длинной чёрной юбки. Девушка вошла почти бесцеремонно и направилась прямо к столу Дазая. Она уложила папку с многочисленными листами и принялась докладывать положение дел. «Ночью притащили новых полутрупов из отряда Ацуши-куна… Четырёх удалось с того света достать, трое не выжили. Такая себе статистика, не находишь?» Она чуть ли не возмущённо посмотрела в один незакрытый чёрный глаз, глядящий на неё не то с благоговением, не то с сонливостью. Кажется, Дазаю и дела никакого до всех этих людей сейчас нет, что не могло не действовать врачу на нервы. Конечно, не он же каждую ночь смотрит на захлёбывающихся в собственной крови солдат. Не он чуть ли не засовывает их внутренности обратно в кожу. Не он собирает кости по кусочкам. «Йосано-сенсэй, мне всё это прекрасно известно, уж поверь, ” — Дазай даже позволил себе усмехнуться, хотя, наверное, это было не сильно уместно, — «У меня всё под полным контролем. Каждого раненного я знаю поимённо.» Он сделал особенный акцент на последнем слове и повернул папку с незамысловатым названием «Отчёт о новоприбывших» обратно в сторону врача, после чего переплёл пальцы ладоней, опираясь на локти. На его изящном лице снова появилась та самая, чуть ли не самодовольная, лыба. Дазай и правда знал, как вести мафиозные дела. С этим мог бы поспорить разве что слепой. Ещё будучи мальчишкой, он приносил более половины прибыли Портовой Мафии. Он вселял ужас одним своим именем, одним своим чёрным и нечётким силуэтом в тьме ночи. И сейчас это нисколько не изменилось — скорее даже усугубилось. Ещё никогда криминальные группировки так не боялись переступить дорогу организации, заправляющей беспокойными ночами такой умиротворённой днём Йокогамы. «Долго будешь тут ещё стоять?» Накахара, всё это время стоящий в стороне, опираясь спиной на гранитовую колонну, по-обычному обозлённо посмотрел в сторону врача. Телохранитель босса Портовой Мафии — работа серьёзная, как бы ему ни было противно защищать человека, чью глотку он бы уже давно с удовольствием разорвал на множество мелких кусочков. Чуя терпеть не мог гостей в офисе, будь то мелкий разнорабочий низшего ранга или один из членов исполнительного комитета. Вполне уместно было бы назвать его доберманом на цепи. Йосано на это лишь закатила глаза и повернулась спиной, предварительно захватив папку со стола Дазая. «Сколько понадобится, столько и буду.» Акико кинула хитрый взгляд на Осаму, что всё это время по-кошачьи смотрел то на неё, то на Чую. Кажется, его даже забавляли все эти мелкие перепалки. Ему явно доставляло смотреть на то, как пассивная агрессия между этими двумя всё растёт и растёт в геометрической прогрессии. И это видно. «Однако, прошу меня извинить, босс. Пациенты не ждут.» С улыбкой победительницы она вышла из офиса, а дверь за ней закрыли те же двое, что и открыли десятью минутами ранее. Чуя недовольно фыркнул и прошёлся по офису, оглядывая его вокруг в поисках чего-то, за что можно зацепиться. Но это помещение Накахаре знакомо слишком хорошо, чтобы его хоть что-то здесь удивляло. Особенно эта самоуверенная рожа, что сидит за рабочим столом, сложа руки. «Сколько ещё ждать собираешься? Те ублюдки скоро начнут к нам в окна стучаться, если ты так и продолжишь смирненько тут сидеть.» Дазай лучезарно улыбается и вытягивает указательный палец вверх, а затем расправляет ладонь полностью, как бы притягивая к себе внимание. Но, очевидно, он не собирается даже намекать на свои дальнейшие мысли. Ну конечно, блять. «Чуя-кун, не забывай своё место.» Осаму говорит размеренно, проговаривая каждое слово. Если бы не должность, Чуя бы уже ему врезал. «Я не обязан перед тобой отчитываться, поэтому… Просто наблюдай. Скоро всё случится.» Чуя другого ответа и не ожидал.