Глава 3. Osculum.

      Так он проспал до самого утра, пока его рана стремительно исчезала, оставляя о себе лишь маленькое напоминание в виде шрама.       – Ты как себя чувствуешь? – тихо спросил Гвилим, когда заметил, что его друг проснулся, да еще и на руке своей “не жены”. – Знаю, что не время, но... Заметив, что рядом спит Айседора все в той же позе, мужчина аккуратно поднялся с ее руки, чтобы её не разбудить и вышел вместе с бардом на улицу, чтобы с ним поговорить. Они минут двадцать стояли и что-то обсуждали, а когда вернулись, на столе их ждал завтрак, который им приготовила Вайолет.       – Айседора, вставай, дорогая, – сказала она, заходя к русалке и смотря на спящую девушку. – Пора завтракать.       Айседора спала сладко и спокойно, пока ощущала рядом с собой Габриэля, но когда он ее покинул, проснулась буквально минут через десять. Все свободное время она просто смотрела перед собой, вспоминая, что же вчера было. Из мыслей ее вывела жена хозяина дома, потому пришлось встать, умыться и идти к столу. Когда все собрались за столом, Габриэль поблагодарил русалку за то, что та в очередной раз спасла его жизнь и сказал, что с ним все в порядке и ей не стоит переживать о нём. Есть ей не хотелось, но она попросила воды и выпила стакана четыре, не меньше. Ей было мало, но она решила не наглеть. В горле все еще было немного сухо. Шёл второй день без моря, а значит, скоро начнёт сохнуть ее нежная кожа. Остальные же спокойно завтракали.       – Айседора, кажется, я отправлял тебя к колдунье с мешочком монет, – Гвилим посмотрел на Вельмонта. – Так вот, оставьте их себе и купит лошадь. Ближайший порт отсюда в двух днях пути, поэтому вам нужна лошадь и кое-какие припасы. Купите их на эти деньги.       Услышав слова о монетах, русалка кивнула и дошла до коридора, где и лежали монеты, которые она протянула Габриэлю. На самом деле она была рада, что с ним все в порядке, пусть он не представлял, какой ценой ей далась эта мазь.       — Габриэль, может, сходим на речку? — предложила та, как бы невзначай.       Габриэль молча завтракал молча слушал, что говорит бард. Он даже успел немного пожалеть о том, что связался с ним и пошёл в ту таверну. Но рана зажила быстро, поэтому Вельмонт решил немедленно покинуть эту деревню. Вопрос Айседоры заставил его повернуться и посмотреть на неё. На речку? Зачем? Он тут же вспомнил, как она выпила четыре стакана воды и тут же понял, что ей не хватает воды.       – Хорошо, – ответил он, продолжая есть и желая с этим поскорее закончить.       Гвилим сказал где находится ближайшая речка и как до неё дойти, пока его жена собирала небольшую сумку для Габриэля. Там была еда и некоторые вещи, которые могли им пригодиться.       — Спасибо вам за помощь, — проговорила та, после чего взяла под руку Габриэля. Это уже было привычкой, нежели необходимостью. Так было спокойнее.

***

      Минут тридцать они шли до речки и охотник даже успел подумать, что они пошли не туда, пока не показалась витиеватая широкая река на горизонте. Девушка спокойно шла с молодым человеком, однако периодически трогала шею рукой, потирая, словно в ней ком застрял. На деле действительно сушило, даже разговаривать не хотелось, горло драло.       – Тебе не хватает воды? – спросил он, остановившись неподалеку от воды. – Поэтому ты четыре стакана так быстро опустошила?       — Да. Мне постоянно нужна вода, каждые два-три дня. Иначе моя кожа начнет трескаться, а я потрескаюсь, как высохший кальмар. Может, сухая русалка - это вкусно, но мне так не кажется, — проговорила та, глядя на реку жадным взглядом, как будто все выпить хотела. — Я знаю, что со мной одни проблемы.       Габриэль посмотрел на русалку и по её взгляду сразу же стало понятно, как ей не хватало воды.       – Может, расскажешь о своих слабостях, чтобы в будущем такого не было? – спросил охотник, продолжая смотреть на девушку. – От тебя одни проблемы? Это совсем не так. Пока проблемы исходят только от меня.       Парень сказал это с какой-то долей грусти в голосе, ведь за последние несколько дней русалка несколько раз умудрилась спасти его жизнь.       Вдруг, все вокруг потемнело и Габриэль услышал звуки падающей одежды. Девушка скинула накидку и накинула прямо на его лицо, а за это время разделась и нырнула в воду. По воде пошла сильная рябь, а девушки как не бывало, но в скором времени она вынырнула, и, судя по тому, что на плечах чешуйки все еще были полупрозрачные, а не темно-зеленые, она все еще оставалась в человеческом облике. За водой ничего видно не было, но даже если бы и было, то вряд ли Айседору это бы смутило. Девушка смотрела на юношу радостным взглядом, вернуться в родную стихию, пусть и пресную, все равно было очень приятно.       — Может нырнешь ко мне? — предложила та без задней мысли. Просто подумала, что ему может быть в воде так же приятно, как и ей, а значит она сможет поделиться с ним своим счастьем.       Мужчина задумчиво посмотрел на воду, неспешно подходя к ней по песчаному берегу.       – Нет, я не хочу... – он оступился и задумался на некоторое время. – Хотя... Черт с ним.       Сняв с себя одежду, он нырнул за ней в воду и подплыл к ней. Айседора выглядела счастливой и тем самым вызвала на лице охотника лёгкую улыбку. Девушка негромко рассмеялась, когда он все же согласился и радостно нырнула под воду, пробыв там ровно столько же времени, сколько он раздевался. Но услышав, что юноша уже ступает в воду, та вынырнула, наблюдая за ним веселым взглядом. Когда, наконец, Габриэль оказался рядом, девушка кокетливо прижалась к нему плечом, а одной рукой взяла прядь светлых волос, перебирая между пальцами, наблюдая, как красиво искрятся блики. На самом деле ее удивило то, как он легко согласился на то, чтобы поплавать с русалкой. Ведь до конца ее мотивы могли быть неясны и сейчас была бы удобнейшая возможность его утопить. Судя по всему, люди столь же наивны, сколько и русалки. Габриэль же и не думал о том, что русалка хочет его утопить. Он думал, что если бы она хотела это сделать, то сделала бы это намного раньше.       — Ну, я нуждаюсь в воде, это ты знаешь. А еще, когда мне холодно, я быстро засыпаю и могу уснуть на очень долго... Так, вроде все. Эй, а хочешь я научу дышать тебя под водой? — неожиданно предложила красавица, поднимая к нему лицо. Рукой же она продолжала играть с его волосами. Пожалуй, единственное, что на ней осталось из ткани - это повязка на запястье, которую она не решалась снимать, совсем не желая знать, что под ней сейчас происходит, и почему так больно.       – Дышать под водой? – с удивлением переспросил охотник, смотря девушке в глаза и не опуская взгляд вниз, чтобы не смутиться. – Очень интересно...       Девушка видела его недоумение в глазах и ей почему-то это нравилось настолько, что она даже засмеялась. Ему и правда стал интересно, как Айседора будет учить его дышать под водой, поэтому он кивнул.       – Да, научи меня дышать под водой, – он улыбнулся и начал ждать действий от русалки, но где-то глубоко внутри было немного страшно.       Сейчас, Габриэль чувствовал себя немного странно, как маленький ребенок, который все больше и больше узнает о мире, в котором он живет.       — Не рассчитывай на многое. Это будет ненадолго. Задержи дыхание, — проговорила Айседора, продолжая улыбаться.       Габриэль не знал, что собирается делать Айседора, а она решила ему не говорить, решив сразу все показать. Она нависла над ним и толкнула в прохладную воду, погружаясь вместе с ним в реку, на глубину. Он смотрел ей в глаза. Видел, как они горят и гипнотизирует его, заставляя смотреть только в них, практически не моргая. Это магия русалок? Может, он просто себе придумывает? Ведь они могли заворожить, а потом увести под воду. Она быстро потащила его на дно, а в его голове, на секунду, мелькнула мысль о том, что она действительно хочет его убить.       Благодаря этому положению ни он, ни она не могли увидеть ничего столь запретного для людей, но Дори обняла его за плечи, тем самым заставляя чувствовать его нежность своей мягкой кожи, а себя силу его мышц.       Под водой русалка даже ни разу не моргнула, ей это было не нужно. Она прекрасно видела и глаза ничуть не щипало. В нос и рот не забивалась вода, а впалые до этого жабры, плотно прижатые к шее, наконец напряглись и выпрямились, двигаясь мягко и ритмично, давая понять, что они рабочие даже в облике человека. Конечно, лишь с ними было не так комфортно, как ещё и с жабрами на рёбрах, но дышать она все равно смогла.       Погружение в воду было недолгим, и стоило юноше легонько удариться о дно спиной, лицо Айседоры нависло сверху, в очень опасной близости. Она долго думала над тем, что сделает, поскольку надо было передать ему кровь, но решила, что кровить рану на запястье - мерзко, кусать палец - больно, а вот губы в самый раз. Она это делала часто, когда задумывалась или волновалась, так и поступила, затем притягивая его за затылок к себе и касаясь его губ своими, мягким язычком вталкивая несколько солёных, очень соленых капель ему в рот, а после отодвигаясь и закрывая его губы рукой, чтобы он не смел выплюнуть. У русалок не было поцелуев, поэтому она даже не знала, что сейчас натворила. А она… Украла его первый поцелуй, заставив мужчину обомлеть. Глазами она наблюдала, как на шее юноши появляются жабры, резкими полосами. Что в это время чувствовал он? Стало больно и поэтому Габриэль дернулся, а его лицо исказилось в неприятной гримасе. Но боль быстро исчезла, а удивлённые глаза Габриэля стали ещё больше, когда он дотронулся рукой до своей шеи, он сможет сделать глоток прохладной воды, которая не забьет легкие и желудок, а спокойно просочится сквозь обретенные на короткое время жабры, которые так же, как и ее, напрягаясь, распрямились.       — Все. Теперь ты тоже можешь дышать под водой, как я. Только не пугайся, все это исчезнет, — проговорила та, глядя на него с нежной улыбкой. Затем она убрала руку от его губ и медленно села рядом, на свои колени, глядя на него. Волосы довольно необычно ложились на ее плечи, словно воздушные, постоянно уходя в сторону течения.       – Я не боюсь, - ответил он, поворачивая взгляд на русалку. – А правду о вас говорят, что вы можете обратить простого человека в себе подобное существо и он будет спокойно жить под водой?       Охотник и правда слышал истории о том, что некоторые русалки влюблялись в людей и уходили вместе с ними под воду навсегда. Но Габриэль думал, что это сказки для детей, которым просто нужны такие истории. Он встречался со множеством русалок, но те всегда пытались его убить.       — Этого я не знаю. Я не знала, сработает ли, если дам тебе свою кровь, на самом деле...— уклончиво ответила девушка, виновато почесывая затылок. — Я слышала об этом от морских драконов, но никогда не пыталась проверить. Так что, если бы у меня ничего не вышло, я бы, наверное, выглядела глупо.       Девушка с удовольствием пропустила воду через жабры и поднимая лицо вверх.       — Осмотрись. Тут так красиво, — проговорила русалка, глядя по сторонам. Вокруг и правда было невероятно. Всюду водные блики солнца, аккуратная разноцветная галька, песок, заросли водорослей и крохотные серебристые рыбки, плывущие прямо над головами. Несмотря на то, что они были под водой, юноша мог ее расслышать так, словно они были в пещере, с эхом, но тем не менее четко. — Габриэль, тебе нравится? Габриэль молча осмотрелся вокруг, смотря на проплывающих мимо рыб, растения. Но это не так сильно его удивляло, как то, что сейчас он дышит под водой и может спокойно говорить с Айседорой.       – Да, тут красиво, – парень кивнул, ещё раз окинув все своим взглядом. – Думаю, нам пора идти, Айседора. Ты достаточно накупалась?       Айседора улыбнулась уголками губ, после чего протянула к нему ладони и взяла за руки, медленно приподнимаясь и начиная тащить в воду, но еще глубже. Там, где выпрямившись, не смогут нависнуть над водой.       — Идём, поплаваем еще. Мы же только пришли. Я не хочу так скоро уходить отсюда. Мы можем здесь стольким заняться! Хотя в океане лучше, конечно...       Айседора тихо выдохнула, из-за чего из под жабр крошечные пузырьки взвились вверх. Здесь и правда было «не так», но вода есть вода, и благодаря ей Айседора все еще жива.       — Может соберем ракушки? Не все же тебе с оружием бегать, — предложила русалка, заглядывая в его глаза и отпуская его руки.       Габриэлю не хотелось долго здесь находиться, ведь их могли преследовать рыцари, которые явно уже разузнали о смерти своих братьев по оружию. Ему хотелось, что они застали их врасплох голыми, без оружия да ещё и с жабрами на теле.       — Послушай, нам надо немного поторопиться. — охотник посмотрел девушке в глаза, надеясь, что она поймет его. — Есть люди, которым точно не понравится то, что я убил двух рыцарей и нас могут искать.       Взгляд девушки очень сильно влиял на Габриэля и он не удержался, молча кивнув.       — Хорошо. Поплаваем ещё десять минут, но не больше. — Вельмонт поплыл за девушкой, пытаясь не смотреть на нее сзади. — Ракушки? Да, как скажешь.       Девушка очаровательно улыбнулась ему, услышав согласие, после чего продолжила плыть вперед до тех пор, пока не увидела одну из больших ракушек, зарытую в песок. Присев на дно, та начала осторожно раскапывать эту ракушку. Вокруг валялись ещё несколько, так что их она оставила на Габриэля. Юноша начал наблюдать за тем, как Айседора собирает ракушки, не опуская свой взгляд ниже дозволенного. Конечно, он мог воспользоваться непониманием со стороны русалки, пялится на неё, но охотник был не тем человеком и попросту не мог себе этого позволить. Он не стал собирать ракушки, посчитав это очень странным занятием. Пусть этим занимается Айседора, ведь она всё это затеяла.       — Под водой нас не найдут, даже если очень сильно начнут искать, — тихо проговорила девушка, приподнимая на него лицо. После она начала замечать то, как он прячет взгляд, стараясь не смотреть. — Эй, все нормально? Почему ты на меня не смотришь? Или при тебе тоже нельзя в таком виде появляться?       Девушка с легким недоумением наклонила голову к плечу, наблюдая за юношей и его реакцией на свою догадку. При других ведь она и правда не слишком спешила оголяться, а он... он другой какой-то. Как будто при нем ничего особенного нет.       – Все не так просто, – он поднял свой взгляд наверх, посмотрев на солнце сквозь неровную поверхность воды. – Но тебе об этом думать не обязательно. Если что, я со всем разберусь. Ты умеешь читать? Может, книги лучше объяснят тебе, чем я... Опять это ужасное смущение, которое раздражало Габриэля.       – Да, при мне тоже не желательно появляться в таком виде.       — Читать? Умею. Но сомневаюсь, что ваши и наши книги написаны на одном языке, — проговорила русалочка, легонько пожав плечами и собирая ещё одну ракушку, рассматривая ее на предмет сколов и трещин. Судя по всему ее она устроила, поэтому девушка решила ее сохранить. Габриэлю стало интересно, на каком языке общаются русалки, что они пишут, есть ли у них какие-то книги и истории. Он решил не расспрашивать её об этом, ведь на это уйдет много времени, а им надо было уходить.       – Тогда, я возьму тебе несколько книг и буду читать и сразу же учить тебя, чтобы потом ты читала сама, когда захочешь, – парень улыбнулся, но улыбка быстро исчезла с его лица, когда Айседора подплыла к нему сзади и крепко обняла за широкие плечи, прижавшись к нему. Тем самым она закрыла окончательно своё тело от его взора, и как раз вовремя, поскольку он сказал, что при нем так тоже делать нельзя. Вельмонт чувствовал ее грудь, которая прижималась к его израненной спине, чувствовал её волосы и еле слышное дыхание, которое чуть успокаивало его.       — Объясни мне. Ты ведь лучше всех на свете объясняешь, — попросила девушка, глядя на него краем глаза. — Почему при тебе тоже нельзя? Тебе не нравятся женские тела?       – Нет, мне очень нравятся женские тела, они красивые, но... Их не показывают каждому встречному и даже другу, ведь это нечто интимное, такое должен видеть только человек, который любит тебя и которого любишь ты.       Габриэль решил рассказать Айседоре о том, как появляются дети и как это делается у людей, ведь она должна была это знать и понять, почему ее обнаженное тело смущает Габриэля. Девушка слушала очень внимательно каждое его слово, поражаясь тому, как у них это все происходит. У русалок все было намного, намного проще, а о какой-то любви не было даже речи. Русалки не испытывали этого чувства, разве что к отцу-океану и то, лишь потому, что он давал им жизнь, а без них они зачахнут, как и любая рыба без воды. Габриэль заметил удивление на лице Айседоры и сразу же понял, что у них все совсем по другому. Он рассказывал ей всё, говорил, что некоторые люди просто занимаются любовью для получения удовольствия, а не зачатия.       – Надеюсь, я не сильно нагрузил твою голову информацией, – Габриэль опять засмущался, когда закончил свой короткий рассказ о телах и зачатии детей. – Думаю, нам пора.       Немного отстранившись от юноши, русалка посмотрела на его жабры, мягко проводя по ним пальцами, словно пытаясь понять, насколько их осталось. На самом деле совсем немного и все, поэтому и правда нужно было выплывать.       — Тогда мне вечно придётся ходить одетой. Никто и никогда не полюбит морское чудовище, — произнесла русалка, однако, без всякой грусти в голосе, а как само собой разумеющееся. — В общем, не занудствуй. На земле мне вряд ли будет кто-то ближе тебя. А теперь плыви отсюда, пока жабры не исчезли. Мне нужно ненадолго задержаться. Буквально на пару минут.       – А ты хочешь, чтобы тебя кто-то полюбил? – с лёгкой ухмылкой на лице, спросил охотник, но спустя несколько секунд, он посмотрел девушке в глаза и добавил серьезным тоном. – Послушай, если ты найдешь хорошего человека, то ему будет плевать, что у тебя на шее жабры, поверь мне. Ему будет плевать, что ты русалка и что чуть-чуть отличаешься от других людей. Он будет любить тебя такой, какая ты есть и поверь мне, у тебя есть такие качества, которых в людях не достаёт. Возможно, ты человечнее многих на земле.       Габриэль остановился, поняв, какими речами начал разбрасываться. Девушка слушала его молча, даже замерев на короткие мгновения. Айседора не ожидала услышать таких слов от него, но почему-то стало немного теплее в груди и та невольно улыбнулась. Она отпустила юношу и поплыла в сторону водорослей, раздвигая их руками и исчезая за ними. Порой они неестественно резко подрагивали, что означало, что она там что-то ищет. Парень же поспешил скрыться из воды подальше от неловких разговоров. Габриэль выбрался на берег и начал одеваться, думая над своими словами. Он никогда подобного не говорил людям, считая, что они просто не заслужили таких слов, но за несколько дней, Айседора показала ему, как он может ошибаться в людях и существах чем-то похожих на них.       Теперь, если он снова станет охотником, он будет задумываться над убийством русалок, будет думать, а не просто убивать, как делал это раньше.

***

      — Вот же глупый. Неужели он думает, что меня кто-то примет кроме него? — проговорила та, когда услышала, что он покинул воду. Ей нравилось разговаривать вслух с собой. — А на его любовь... Нужно ли рассчитывать?       Девушка медленно опустила взгляд на руку и стянула с неё ткань, что закрывала глубокий порез. Рана была чёрная из-за спекшейся крови. Выглядело это так себе, поэтому она решила заменить тканевую повязку на водоросли. Пусть и не так практично, зато закроет руку и не попадёт зараза. Так и поступила, благо водоросли в этой реке были довольно прочными. После продолжила поиски того, зачем сюда полезла.       Вернулась она и правда спустя несколько минут, после чего выжала волосы и залезла в одежду, не забыв накинуть на себя накидку, дабы ей прикрыть шею. Подойдя к Габриэлю, та посмотрела ему в лицо и как-то хитро улыбнулась.       — Наклонись немного ко мне, — попросила та, но более ничего объяснять не стала.       – Что у тебя там? – спросил Вельмонт, смотря на девушку с любопытством. Он послушался её и наклонился.       — Закрывай глаза! — задорно приказала та и дождавшись, пока он это сделает с заинтересованной улыбкой, немного приблизилась, накидывая на его шею нечто. Затем она отстранилась и погладила его по мокрым волосам, давая понять, что глаза он может открыть и рассмотреть подарок.       На его сильной шее, где уже не было и следа от жабр, была надета влажная веревочка от рыболовных сетей, но не в клеточку, как обычные сети, а просто ровная толстая нить. На груди его теперь висела плоская, красивая ракушка, которая поблескивала от влаги. Ее можно было открыть, а внутри были светящиеся буквы на неясном для него языке. На русалочьем.       Охотник улыбнулся, чувствуя какую-то лёгкую тяжесть на своей шее. Он почему-то догадывался, что она сделает что-то в этом роде, но даже такой подарок очень его порадовал. Ему никто и никогда не дарил подарков, а она... Она за эти несколько дней успела столько сделать для него.       — Эта штука тебя однажды спасёт, когда меня не будет рядом. Рано или поздно мне нужно будет вернуться домой, — проговорила та спокойно с лёгкой улыбкой на губах.       – Обещаю, он всегда будет со мной, Айседора, – благодарно проговорил охотник.       — Идём уже. Сколько купаться можно?       С этими словами та рассмеялась, как будто не она их задерживала, после чего двинулась в сторону дороги, поглядывая себе под ноги.       Габриэль обернулся и тут же понял, что ноги русалки прошли, ведь она резвилась и бегала, как маленький ребенок.       – Пошли, лошадь придется купить в другой деревне, поэтому... – Габриэль поднял взгляд на небо. – Поэтому, нам придется два дня идти пешком. Не бесись так, иначе устанешь, а путь долгий.

***

      Путь был неблизкий, поэтому девушка и правда притормозила. Но даже идя не особенно быстро, начала уставать. Так они шли около восьми часов, пока Габриэль не остановился. Им нужен был отдых, Айседоре нужен был отдых.       – Тут спокойно, можем сделать небольшой привал и отдохнуть.       Девушка облегченно вздохнула и присела под дерево, вытягивая ножки и скидывая с них обувь. Немного задрав подол, та начала массировать ноги, порой поглядывая на юношу.       — Уф... Два дня, говоришь? Мне кажется, я завтра просто не встану. Мне казалось боль прошла, но это, оказывается, ненадолго… — проговорила русалка, глядя на него снизу вверх.       Габриэль опустился на одно колено и посмотрел, как девушка массирует свои ноги.       – Ты немного неправильно это делаешь, – он потянулся к её ноге рукой, но вовремя остановился. – Ты не против, если я дотронусь?       — Нет, не против, конечно, — проговорила девушка, немного перемещая ноги в его сторону, чтобы ему было удобнее.       Парень начал аккуратно массировать ноги Айседоры, делая все медленно, чтобы она знала, как правильно. Она чувствовала его грубые пальцы на своих ногах, но они были такими из-за того, что он очень много работал на корабле, полностью отдавая себя. От его прикосновения девушка вздрогнула, а затем просто обмякла, наслаждаясь его руками. Пусть его пальцы и были грубыми, стертыми работой на судне, но приносили ей безумное удовольствие.       – Так будет намного лучше и ноги будут меньше болеть, поверь мне, – с этими словами, парень поднялся с колена и осмотрелся по сторонам. – Дай своим ногам отдохнуть, я пока займусь костром.       Когда он отстранился от неё, та провожала его сожалеющим взглядом, поскольку совершенно не хотела, чтобы он останавливался. Но теперь она действительно поняла, как правильно нужно массажировать свои болезненные конечности. Спустя какое-то время, Габриэль вернулся с ветками и какими-то деревяшками, а в другой руке у него было что-то красное.       – Мы называем это яблоко, – он отдал его девушке и начал разводить костер. – Попробуй.       Айседора сначала повертела в руке незнакомый ей предмет, а после осторожно надкусила. Яблоко оказалось сочным и сладким, из-за чего ее опять передернуло, но ей это нравилось до ужаса. Габриэль разводил костер, иногда с улыбкой поглядывая на Айседору. Ему нравилось наблюдать за её реакцией, она была забавной и веселила его.       – По твоему лицу видно, что тебе оно понравилось, – он снова повернулся, но уже в сторону огня, обрадовавшись его появлению. – Наконец-то.       В заботе о Габриэле, Айседора решила не лопать все сама, а оставить и ему. Ведь он тоже наверняка сильно устал. Придвинувшись к юноше, та присела рядом и посмотрела за его попытками развести костёр, сжимая яблочко в ладони. Как только вспыхнуло пламя, девушка приложила к его губам не надкусанную часть плода.       — Ты тоже покушай, — проговорила та, глядя на него. — Оно вкусное. Когда Айседора протянула ему яблоко, он отрицательно помотал головой.       – Это твоё яблоко, Айседора, а я уже съел одно пока шел сюда. – он улыбнулся, чуть отворачиваясь.       Айседора посмотрела на Габриэля подозрительным взглядом, боясь, что он не поел, но решила ему довериться, потому слопала яблочко за обе щеки, ведь со вчерашнего дня ничего не ела, а с утра выпила почти литр воды.       Парень улегся у дерева, подложив под голову плащ, а сам накрылся небольшим пледом. По телу пробежались приятные мурашки и навалилась тяжесть после плавания. Очень знакомые и теплые чувства.       – Ложись рядом, если не хочешь, чтобы утром спина болела. Так будет теплее и удобнее.       Он поднял плед и начал ждать, когда девушка заберется к нему. Габриэль ни о чем неприличном и не думал даже. Просто знал, что спать вот так удобнее, особенно хрупкой девушке       Увидев, как он ее подзывает к себе, та быстренько юркнула к нему и мягко уложила голову на его плечо, рукой касаясь его груди. Так и правда было теплее и удобнее.       — На самом деле хорошо у вас здесь...— проговорила русалка негромко. — Мне обидно за сестёр и братьев за то, что они так враждебны и никогда не смогут увидеть всего этого, потому что их убьют охотники. Я понимаю их, так нужно, но... Так... больно от того, что нельзя жить в мире.       Последнее она выдавила из себя с трудом. Она не испытывала никогда ничего подобного раньше. Ей правда было жаль, что приходится скрываться. Правда было жаль, что ее убьют, если узнают, кто она. А ещё она боялась за Габриэля, ведь та же участь могла постигнуть и его, за содействие ей. Девушка немного приподняла голову, чтобы посмотреть на его лицо.       — Почему все так сложно? — спросила та, глядя на него. — Ты бы смог ужиться с другими русалками?       Габриэль молча опустил грустный взгляд вниз, когда Айседора заговорила о вечной вражде и о жестокости этого мира, не зная, что ей ответить.       Ещё боли добавил тот факт, что Вельмонт с детства занимался охотой и перебил слишком много русалок, подобных Айседоре.       – Если честно, то я не знаю, что ответить на твой вопрос, – ответил он, заметив, что за эти несколько дней она стала испытывать какие-то чувства и больше смахивать на человека. – Иногда люди боятся того, чего не понимают и никак не могут принять. Может, из-за этого происходят такие глупые войны? Не только с русалками, но и когда люди воюют с другими людьми.       Он улыбнулся и аккуратно прижал девушку к себе, чтобы той стало чуть удобнее и теплее.       – Если все русалки такие милые, как ты, то уживусь, – Габриэль негромко рассмеялся, поправляя на девушке плед. – Хватит на сегодня вопросов, Айседора. Давай спать.       Все эти слова юноши вызвали у неё легкую и ненавязчивую улыбку. Ей было приятно, что он считает ее милой, пусть и ей так не казалось. Но было сложно не признать очевидного - она миролюбивей почти всех русалок, которых знала. Она надеялась, что однажды все это закончится.       — Хорошо, молчу, как рыба, — заверила та с негромким смешком, после чего взяла его руку и немного сжала, укладывая их сомкнутые ладони ему же на грудь. Так ей было спокойнее, что он никуда от неё не денется, после чего русалка закрыла глаза и глухо выдохнула. Тепло его тела было совсем не таким, как от огня, и ей оно нравилось больше. Живое тепло. Именно его тепло.       Не прошло и пяти минут, как девушка тихонько засопела, уже погрузившись в царство Авины. Порой она чуть сильнее прижималась к нему во сне, наверное, видя что-то хорошее.       Габриэль ещё долго не мог уснуть, осматриваясь по сторонам и слушая окружающую его природу. Охотник не знал этих мест и не мог сказать точно, опасно тут или нет.       Почувствовав, что девушка сильнее прижалась к нему, мужчина закрыл глаза и чуть сжав её руку, уснул. С каждым днем морская принцесса и человек находили все больше общего, им было так хорошо с друг-другом, будто они знали друг-друга целую жизнь.