Глава 14. Как ты себя чувствуешь?

В доме номер двенадцать по площади Гриммо, на кухне Сириуса, в воздухе витали аромат мяты и волнение в преддверии собрания Ордена Феникса. Некоторые участники уже прибыли, другие были на подходе, а за окном темнела зимняя ночь. За длинным деревянным столом уже разместились Сириус, Тонкс и Флетчер. Ремус и Артур Уизли до кухни пока не добрались, увлекшись разговором в коридоре. Молли занималась домашними делами, командуя Биллом. Молли поставила перед Сириусом чашку мятного чая и одарила его сердечной улыбкой. Он молча поблагодарил её и снова с непонятным раздражением уставился на мрак за кухонными окнами. Он не мог понять, что именно его беспокоит. Но что-то было не так. А может, просто вид на ночную темень навевал скуку. Неделю назад он избавился от занавесок в цветочек, оставшихся от покойной матери, – похоже, что зря, хотя занавески были поистине ужасны. Он поправил волосы и устало потёр лоб. Засада в Лунолесье потрепала его сильнее, чем он готов был признать. Любое движение причиняло боль, дышать было тяжело, и даже размышлять он сейчас мог разве что о страшных занавесках своей мамаши. Это о многом говорило. Он надеялся, что собрание Ордена поскорее начнется и ещё быстрее закончится. Хотя, честно говоря, шансов на это было немного. – Нужно ещё раз сменить повязку, – не терпящим возражения тоном сказала Молли, поправляя фартук на пышных бедрах. – Лучше сейчас, чем после собрания. Так что – быстро снимай рубашку! – Молли, в этом нет необходимости. Я в порядке. Повязка в порядке. Всё в порядке, правда. Для убедительности Сириус хотел было помахать раненой рукой, но для этого рука была не настолько в порядке. Брови Молли сдвинулись в хмуром неодобрении, её полное лицо покраснело и приняло строгое выражение, и Сириус благоразумно решил не искушать судьбу. Удивительно, как при росте шесть футов два дюйма Сириус мог опасаться кого-то размером с Молли. Но что поделать, он знал свои пределы и мог лишь принять поражение. Через десять минут рубашка была снята, старая повязка тоже, безобразная рана под плечом снова очищена, а Сириус старался сохранять невозмутимое лицо, пока Молли накладывала свежий бинт. – Ты видел кого-нибудь из них? – спросил Билл, подвинув стул, чтобы сесть рядом с Сириусом. – Оставь его в покое, – отмахнулась Молли от сына. – Скоро всё узнаешь на собрании. – Мам, я только… – Всё в порядке, Молли, – сказал Сириус. – Нет, это не так, и не тебе тут решать. Тебе нужен отдых, и чем больше, тем лучше. Сириус был тронут заботой Молли и по-настоящему благодарен за неё. Но в то же время вся эта суета вокруг вызывала у него неприятный зуд из-за ощущения, что он этой заботы недостоин. Он кивнул и улыбнулся, решив, что это самый простой способ закончить всё это поскорее. Молли понимающе улыбнулась в ответ и на секунду отошла, тут же вернувшись с тарелкой печенья, которую она поставила перед Сириусом – с ещё одной доброй улыбкой. – Спасибо, – ответил Сириус, жалея, что не может уползти в какую-нибудь нору и прятаться там, пока все не уйдут. К несчастью, его дом не оборудован такими убежищами. – Билл, найди аптечку и принеси ему настойку тысячелистника, ладно? – сказала Молли. – Всё в порядке, я сам возьму, – сказал Сириус, но Билл уже ушёл. Сириус послушно надел рубашку, двигаясь скованно и стараясь игнорировать протесты сломанных рёбер, раненой руки, да и всех остальных частей тела тоже. После Лунолесья Молли была ниспослана небесами или, скорее, Дамблдором. Как мать шестерых сыновей она прекрасно управлялась с аптечкой и своим арсеналом волшебных трюков, и хотя это не шло ни в какое сравнение с полноценным визитом к целителю, Сириус не мог просить большего. Она даже сварила ему бульон. И всё это только усиливало его чувство вины из-за того, что прямо сейчас он ни с кем не хотел разговаривать. Кроме Ремуса. Но Ремус всё ещё был в коридоре, увлечённый восторженным рассказом Артура о последнем добытом им маггловском артефакте. – Они называют это “зажигалка”, – восторженно говорил Артур, – это как магия, только без палочки. Смотри! Брови Ремуса удивлённо подпрыгнули, и он улыбнулся в каштановые усы. Из-за угла Сириус видел не всё, но он уже знал, что вызвало этот ажиотаж: карманный огнетворящий стержень. Только что Артур подарил его Сириусу, чтобы поднять ему настроение. А теперь ненадолго забрал обратно, чтобы демонстрировать всем, кто был готов проявить интерес. Через плечо Артура Ремус бросил на Сириуса извиняющийся взгляд. Его можно было понять: ни у кого никогда не поворачивался язык перебивать такого искреннего и добродушного человека как Артур. Сам факт спокойной беседы Рема и Артура показывал, насколько хорошо справлялись со своей задачей новые шторы, которыми Сириус прикрыл портрет своей покойной матери. Если б не это, она сейчас бы обрушивалась с оскорблениями на всех, кто осмелился ступить на порог резиденции древнейшего и благороднейшего семейства. Впрочем, Сириусу хватало дискомфорта и от одних лишь мыслей о том, что она там, нарисованная в полный рост. – Вот, – сказал Билл, ставя на стол маленькую синюю бутылочку. – Тысячелистник, всё правильно? – Спасибо! – ответил Сириус. – Воды дать? – Всё в порядке. Я сам возьму. – Уже наливаю, – сказал Билл, подходя к раковине за спиной Сириуса, и через мгновение перед Сириусом стоял стакан свежей воды. Он молча кивнул в знак благодарности. – Ты не обязан за мной ухаживать, Билл. Ты ведь это понимаешь? – Это всего лишь вода, – Билл почесал затылок, взъерошив рыжие волосы. – Помочь открыть его? – Флакон? Да ты издеваешься! – Прости, прости, это было слишком! – весело засмеялся Билл. – Чуть-чуть. – Но серьёзно, ты собираешься это пить? Сириус взглянул на флакон. – Подожду ещё немного... Может, выпью после собрания. Билл недоверчиво нахмурился. – Ну, он неплохо облегчает боль, – сказал Сириус. – Правда, влияет на магию. – Если точнее, совершенно снимает боль, но на целые сутки полностью лишает магии, так? – засмеялся Билл. – Да уж, точно. – А зачем тебе сейчас магия? Сириус пожал плечами. Это был хороший вопрос. – Ну, никогда не угадаешь. – Думаешь, со Снейпом дойдёт до дуэли? Сириус мрачно усмехнулся. – Вот уж насчёт этого и правда никогда не угадаешь. – Билл, – позвала Молли сзади. – Достань, пожалуйста, вон тот чайник. – Да, конечно. – Без палочки, – сказала она, – а то уронишь миски. Он там, на верхней полке. Видишь? – М-м. Билл с лёгкостью достал медный чайник из шкафа и передал его Молли. Она выглядела очень довольной. – Да, дружок, ты знавал лучшие деньки, – пробормотала она чайнику и наложила быстрые чары полировки, после чего его медная поверхность ярко заблестела. Сириус воспользовался моментом, чтобы отодвинуть тарелку с печеньем подальше от себя. – Возьму-ка одно, – сказала Тонкс, наклоняясь, чтобы ухватить кусочек печенья. – Вкусные, правда? – Да, – ответил Сириус, взглянув на неё: круглое лицо, ярко-розовые волосы, весёлый блеск тёмных глаз. Она была слишком молода для всего происходящего безумия. Почему никто не скажет ей об этом, не отчитает и не отправит домой? Сколько ей сейчас, двадцать лет? Конечно, можно сказать, что Джеймс, Лили, Рем и он сам в первую войну были так же молоды — пятнадцать лет назад. Ну, и что это им принесло?... Ведь Джеймса и Лили больше нет… – Передай, когда закончишь, ладно? – попросил Флетчер с другой стороны стола, улыбаясь спокойной, но кривоватой улыбкой. Тонкс улыбнулась в ответ и протянула ему тарелку. – Как ты? – спросила она Сириуса, поёрзав на стуле. – Неплохо, вполне неплохо. А ты? – Ничего особенного, знаешь. На работе последние пару дней, пока Аластор был в отъезде, такая суматоха была. Как будто любой желающий может мне поручить что угодно с милой улыбочкой: “займись этим, Тонкс, пока босса нет”, – она засмеялась. – Я на этой неделе раз десять, наверное, это услышала. Сириус понимающе улыбнулся. Тонкс через его плечо кинула взгляд в коридор: Ремус и Артур всё ещё беседовали. Она откинула розовую прядь волос за ухо и немного выпрямилась. – Как поживают твои рёбра? – спросила она. – Почти их не чувствую, – соврал Сириус. – Я в порядке. – Точно? – спросил Муди. Он, казалось, появился из ниоткуда, несмотря на грохот его деревянной ноги, который обычно выдавал его приближение футов за двадцать. – Да, да. Я в порядке, – Сириус пожал плечами, игнорируя дискомфорт от магического глаза Муди, который изучал его с головы до ног прямо сквозь деревянный стол. – Настоящие герои никогда не жалуются, не так ли? – морщинистое лицо Муди расплылось в улыбке, когда он сел на свободный стул между Сириусом и Тонкс. Мне-то откуда знать? Сириус провалил свою миссию, и весь его улов по возвращении домой – два ушибленных ребра и раненое плечо. Если тут и присутствуют герои, то это точно не он. – Северус, – громко прозвучал голос Артура в коридоре, и Сириус немедленно почувствовал головную боль. – Рад тебя видеть. Замечательно! С каких пор такой энтузиазм по поводу присутствия Снейпа? Впрочем, это же Артур, в конце концов: даже если бы в дом вошёл какой-нибудь нечёсаный пудель, он всё равно был бы в восторге. Ну, хорошо, Бродяга от пуделя тоже был бы в восторге. Сириус повернул голову и увидел особенно угрюмого Снейпа, который стоял лицом к лицу с Ремусом и Артуром в коридоре. Снейп поприветствовал обоих отрывистым кивком и, больше не обращая на них внимания, полностью сосредоточился на том, чтобы снять дорожный плащ и аккуратно разместить его на вешалке. Он действовал такими чопорными и выверенными движениями, словно проглотил метлу. Да уж. В нелепом самолюбовании он сегодня достиг просто-таки совершенства. Жаль, что самолюбование не добродетель: в кои-то веки Снейп мог бы превзойти себя в положительном смысле. Идеально размеренным шагом он вошёл на кухню с почти неестественно прямой спиной, мельком взглянул на Сириуса и, пока кто-нибудь не затеял с ним разговора, быстро достал себе стул – как можно дальше от Сириуса – и опустился в него с суровой грацией столетнего монарха. – Будешь чай или кофе? – спросила его Молли, и Снейп кивнул в ответ, не потрудившись уточнить, чего именно он желает. – Кого ещё ждём? – спросила Тонкс. Сириус оглядел комнату. – Наверное, только Дамблдора, Эммелину... и Шеклболта. – Я здесь, – раздался сзади глубокий голос, и на плечо Сириуса легла рука. – Кингсли, – Сириусу пришлось повернуть голову, чтобы увидеть высокого, широкоплечего волшебника. – Привет! – Как ты себя чувствуешь? – Хорошо, – ответил Сириус. Шеклболт, не склонный принимать слова на веру, окинул его внимательным взглядом прежде чем изречь: – Рад это слышать. Сириус смог только кивнуть и от души надеяться, что больше вопросов о его самочувствии ни от кого не последует. – Он победил четверых! – сообщил Муди Шеклболту, когда тот садился слева от Тонкс. – Показал им, на что способны наши ребята! Да уж. Как спасаться бегством – вот что он им показал. – Кингсли, а как там расследование в Министерстве? – спросил Сириус, пытаясь избежать дальнейших неловких комментариев. – Всё еще ищете меня в Тибете? Разговоры на кухне прервались ещё до того, как он успел получить ответ – в дверях появился Альбус Дамблдор. На его лице была крайняя обеспокоенность, и это очень удивило Сириуса, ведь он лично сообщил ему о своём спасении из засады — своевременно и подробно. Ещё более удивительным было то, что Дамблдор, казалось, не обращал на него внимания. Его взгляд заскользил по комнате и остановился не на Сириусе, а на... Снейпе? Он пристально рассматривал Снейпа, и на лице Дамблдора мелькнуло что-то: он чуть заметно нахмурил лоб, Сириус едва не пропустил этот жест. Ещё на несколько секунд взгляд Дамблдора, обычно ясный, затуманился неуверенностью, когда он наблюдал за Снейпом — за каждой чертой его непроницаемого лица. В конце концов, напряжение ушло, и он повернул лицо к Сириусу. – Рад тебя видеть, – сказал Дамблдор слегка рассеянно, как будто его мысли были ещё где-то далеко. Однако через мгновение рассеянность исчезла, и он внимательно посмотрел на Сириуса, лицо его прояснилось, и он заговорил очень мягко. – Я не мог прийти раньше. Как ты себя чувствуешь? – Хорошо. Беспокоиться не о чем, – ответил Сириус. Дамблдор понимающе кивнул и занял своё место. Только теперь Сириус заметил, что тот одет в тёплую серую мантию вместо привычных ярких расцветок и без своих эксцентричных аксессуаров, и даже его кудрявая серебристая борода была аккуратно заправлена за пояс. Он что, собирается куда-то ехать? В кухню вошла Эммелина Вэнс. Поправив своё и без того безупречное платье, она заняла последнее свободное место за столом. – Добрый вечер, – поприветствовал Дамблдор всех собравшихся. Ремус, севший справа от Сириуса, наклонился и прошептал ему на ухо: – Поговорим после. – Ага, – кивнул Сириус. Сириус всё ещё думал о том, как настороженно и пытливо Дамблдор смотрел на Снейпа. Он задавался вопросом: неужели неожиданное нападение в Лунолесье пошатнуло доверие Дамблдора к Снейпу? Это было бы уже кое-что. Возможно, этому бесконечному дамблдоровскому “я ему доверяю” всё-таки пришел конец?