Часть 1

***

      У вас когда-нибудь было ощущение, что над вами хорошенько так издеваются? При чем, не кто-то из знакомых или друзей, хотя без этого никуда, а тот, кто сидит где-то сверху и ты даже понятия не имеешь, как он выглядит?       Хан Минджон была уверена, что так и есть.       Во-первых, после вчерашнего скандала с родителями она с самого утра находилась на тренировочной площадке, оттачивая свои навыки. Последние результаты заездов не удовлетворяли её, поэтому девушка решила провести время с пользой.       Отец весь вечер читал нотации о необходимости взяться за голову и сосредоточиться на университете. Говорил о том, что «бесполезные разъезды по городу» ни к чему хорошему не приведут, кроме больничной койки. Мать лишь молчала, ведь была согласна с мужем. Да и вообще она редко отстаивала собственное мнение, поскольку не видела в этом смысла, а Минджон лишний раз убеждалась, что не собирается становиться такой же бесхребетной.       Каждая подобная стычка ни к чему не приводила, поэтому Хан даже уже не пыталась что-то доказать родителям. Только молча уходила в свою комнату, захлопывая дверь, а на утро уезжала, куда глаза глядят. Никто не писал и не искал. Может, оно и к лучшему. — До сих пор слепо надеешься, что выиграешь меня, Хан?       А вот и вторая причина, из-за которой девушка просто уверена, что всевышний насмехается над ней. Другого оправдания внезапному появлению язвы в лице знакомого не нашлось.       Минджон, кинув раздраженный взгляд на нарушителя спокойствия и его компашку, продолжала натирать своего железного коня и параллельно слушать песни, которые подруга давно попросила заценить. Парни проехали мимо, здороваясь с Хан, на что она молча кивала, не выказывая особых эмоций.       В целом, компания была довольно вежливой и доброжелательной, кроме того самого представителя, который любил помотать нервы своей сопернице. Никто из них точно не помнит, как это началось, но Минджон не нравилось уступать знакомому, как и ему ей. Их противостояние длилось уже пару лет и ни для кого не было секретом. Наоборот, многие даже любили наблюдать за этими двоими, гадая, что ещё интересного или необычного может произойти. — Эй, Хан, — снова обратился к ней черноволосый парень, поправляя воротник кожаной куртки. — Чего тебе ещё нужно, Пак Сонхун? — раздраженно и немного устало проговорила Минджон, окончательно сматывая наушники и убирая их в один из карманов. Девушка в упор глядела на собеседника, нахмурившись, а тот лишь довольно ухмылялся, сканируя её внешний вид. Хан давно замечала подобную «привычку» за ним, но до сих пор не поняла, почему Пак так смотрит. — Прокатишься с нами?       Попахивало подвохом, однако девушка не могла отказать себе лишний раз в удовольствии потягаться с черноволосым засранцем, который зачастую вёл себя уж слишком высокомерно. Хан села на мотоцикл и, надев шлем, подъехала к старту, останавливаясь между Сонхуном и другим парнем, которого, кажется, звали Чонвон. — Хочешь, чтобы я надрала вам всем задницы? — хмыкнула Минджон, посмотрев на первого. Ребята рассмеялись, начав газовать, и показали, что они полностью готовы к заезду, хоть и тренировочному. — Радуйся-радуйся, Хан, — улыбнулся черноволосый и тоже надел шлем, еле слышно добавляя, — …пока снова не расстроилась.       Девушка уже не обратила внимание, поскольку шум вокруг усилился, да и шлем подавлял многие звуки. Она сосредоточилась на предстоящей гонке, однако предчувствие подсказывало, что что-то не так. Дыхание подозрительно участилось, однако Минджон пыталась успокоиться, сославшись на то, что снова накручивает себя. Но так ли это на самом деле?       Три.       Руки автоматически вцепились в руль, сжимая его. Тело напряглось и подалось вперёд.       Два.       Сонхун поворачивается к Хан, в последний раз перед стартом встречаясь с ней взглядами, и улыбается, что стало заметно по его сузившимся глазам. Девушка поднимает одну ногу, ставя её на опору, тем самым готовясь к старту.       Один.       Незнакомка, приехавшая с компанией, машет тканью, и мотоциклы с рёвом срываются со своих мест, уносясь вдаль.       Хан слегка засиделась в собственных мыслях, что стартовала чуть позже остальных. Она нахмурилась и ещё сильнее выкрутила газ, разгоняясь почти до максимума. Всё лишнее сразу выветрилось из головы, как только соперники один за другим оставались позади. Девушка с лёгкостью обгоняла их, искусно маневрируя, будто играла в шашки.       Сейчас не существует просто Минджон. Теперь она одно целое с мотоциклом и лишь цель выиграть эту гонку стояла перед глазами.       На горизонте показался Пак, который двигался в привычном темпе чуть впереди Чонвона, а тот стабильно держался на определённой дистанции. Кажется, парни были совершенно расслаблены и не особо воспринимали заезд всерьёз, что только подлило масла в огонь и ещё больше разожгло сопернический дух в Минджон.       До финиша оставалось совсем чуть-чуть и Сонхун уже заметил её позади, однако девушке показалось, что ведущее колесо начало странно себя вести. Она крепче вжалась в руль и стала притормаживать, поскольку скорость была слишком большой и присутствовал риск просто свалиться на землю. Хан чувствовала, как падало давление в колесе, и ей этот расклад нравился всё меньше и меньше, ведь подобная ситуация свела на нет выигрыш в данном заезде и увеличила количество возможных остроумных подколов со стороны Пака.       Кое-как Хан всё же добралась до места встречи, аккуратно останавливаясь прямо перед парнями, которые с любопытством поглядывали на неё, ведь никак не ожидали, что соперница Сонхуна приедет последней. Минджон поставила мотоцикл на опору и, сняв шлем, слезла с него, не обращая внимание ни на взгляды, ни на довольного черноволосого, который готовился уже что-то выдать. Присела возле переднего колеса и, потрогав его, нахмурилась. Всё так, как Хан и думала. Давление действительно упало, но, кажется, ещё до самого заезда, ведь девушке показалось странным поведение мотоцикла с самого утра, но это сначала было не так заметно. Зато теперь снова придётся отвалить денег за ремонт. — Всё нормально? — Чонвон подошел к знакомой и присел рядом на корточки, пытаясь понять проблему. — У неё колесо спустило, — быстро заключил Хун, остановившийся позади. Минджон бросила на него мимолётный взгляд и встала, будто собираясь уходить, — И куда ты собралась? — Какая тебе разница, Пак Сонхун? — девушка была так зла на себя и волю случая, что всё это отражалась на поведении и тоне, в котором она разговаривала с окружающими. Ей действительно хотелось выиграть пусть хоть этот ничего не значащий заезд, однако с самого утра дела идут под откос по велению самой Вселенной, которая явно недолюбливала Минджон. — Прекрати выпендриваться и послушай меня, — парень закатил глаза и глубоко вздохнул, не позволяя эмоциям взять верх над собой, — Сейчас вызовем одного моего знакомого, и он отвезёт твой мотоцикл к себе в сервис. Поедешь со мной следом. — Никуда я с тобой не собираюсь, — продолжала упираться Хан. Она до последнего не могла приспустить свою гордыню и принять помощь от соперника, поскольку считала, что так покажет свою слабость. Девушка привыкла разбираться с проблемами самостоятельно, поэтому и сейчас собиралась сделать то же самое, хотя понимала, что план Сонхуна значительно облегчит жизнь. — Ну, если так хочешь, то оставайся здесь одна, поскольку домой ты точно не уедешь, а оставлять свою драгоценность не решишься, — Пак пожал плечами и, кивнув Чонвону, направился ко всем остальным, оставляя собеседницу в глубоких раздумьях.       С одной стороны стояла необходимость в ремонте байка, а с другой — перспектива ехать вместе с Сонхуном. Минджон уже представляла, как парень всю дорогу злорадствует и выдает какие-то колкости, капая своим поведением на нервы. Однако починить единственное средство передвижения очень нужно было. — Эй, Пак Сонхун, — окликнула его Хан, заставив остановиться и обернуться с еле заметной улыбкой на лице. Девушка сглотнула образовавшийся ком в горле, мешающий произнести то, что нужно было, однако она всё ещё смогла, — Я согласна.

***

      Знакомый Сонхуна, занимающийся ремонтом, сказал, что из-за большого количества работы мотоцикл придётся забрать завтра. Конечно, Хан этот расклад совсем не понравился, но смысла срываться в другое место уже не было. Более того, если верить черноволосому, этот сервис проверен буквально всеми его друзьями, поэтому проблем никаких не должно возникнуть.       Выйдя на улицу, Минджон подошла к дороге и открыла приложение для вызова такси, чтобы добраться домой. Железный друг в ремонте, да и уже начинало темнеть, поэтому делать было нечего. Хотя, если честно, совсем не хотелось возвращаться к родителям, поскольку они снова начнут клевать мозги только уже за внезапное исчезновение.       Как всегда, ничего нового.       Понимания от них ноль, зато умение растрачивать свои нервные клетки и ребёнка — все сто пятьдесят процентов. — Поехали, — вдруг нарушил тишину Сонхун, усаживаясь на мотоцикл и держа в руках шлем. Минджон повернулась к нему и вопросительно вскинула брови, не понимая, зачем и куда именно им нужно вместе ехать. Парень вздохнул, — Чонвон устраивает вечеринку у себя дома, поэтому попросил нас приехать. — А я каким боком? Мы даже не общались толком, — хмыкнула девушка и задумалась, сведя брови на переносице. — Вот и спросишь у него. Садись уже, — кажется, Сонхун начинал раздражаться из-за поведения Хан, но продолжал держать себя в руках. Очень странно, но за всё время он даже не пытался поддеть девушку, как обычно любил делать. — Ты что, предпочитаешь доминировать? — абсолютно идиотский вопрос вылетел из уст Минджон, которая только через несколько секунд поняла, что сказала, но отступать не было смысла. Пак усмехнулся и посмотрел прямо в глаза собеседницы. — Хочешь проверить, Хан? — в голосе лишь вызов и ничего более, — Всегда догадывался, что ты ко мне неровно дышишь. — Я тебе сейчас колёса попротыкаю, Пак Сонхун, если не заткнёшься, — фыркнула Минджон и подошла к парню, выхватывая шлем из его рук и ловко надевая на голову. Черноволосый довольно улыбнулся и взялся за руль, дожидаясь, пока спутница усядется сзади. Он готов поклясться, что девушка сейчас мысленно посылает ему много ласковых. — Крепче держись за меня, — произнёс Хун, немного повернув голову в сторону пассажирки, на что послышалось лишь недовольное бурчание. — А ещё что сделать? — Это попозже договоримся, — не мог успокоиться парень, всё сильнее доводя собеседницу до точки кипения. — Слышишь, ты, Пак Сон…ХУН! — вскрикнула вдруг Минджон, вжимаясь в спину водителя всем своим телом после того, как тот неожиданно газанул, что мотоцикл с визгом сорвался с места и помчался по дороге, — Я тебя ненавижу! — Неправда, — улыбался Пак, чувствуя руки девушки вокруг своей талии и, в принципе, всю её за собой, — На самом деле, я тебе нравлюсь, но ты самой себе боишься в этом признаться.       Парню буквально пришлось это прокричать, поскольку сильный ветер заглушал слова, не позволяя расслышать их, как следует. Минджон ничего не ответила, но, продолжая обнимать Сонхуна, впилась ногтями ему в бок, чтобы перестал так радоваться. Она до конца не уверена, прав ли он, однако точно знала одно: Пак любит выводить её из себя и наблюдать за реакцией.       Эмоциональный вампир.       Выехав на трассу, парень сбавил скорость, двигаясь в одной полосе. Хан, почувствовав это, отлипла от водителя и огляделась. Солнце уже почти село, оставляя последние цветные мазки на вечернем небе и отражаясь в тёмных глазах девушки, которая заворожённо наблюдала за данным явлением. Сегодня в море штиль, поэтому пейзаж был уж слишком завораживающим и успокаивающим, в отличие от внутреннего состояния Минджон, где бушевал шквал различных эмоций и чувств, накрывая обладательницу с головой.       Очень странно, но в данный момент уже не так хотелось придушить Сонхуна, который молча следил за дорогой, мимолётно поглядывая в сторону время от времени. Казалось, будто парень специально позволяет спутнице насладиться красотами данного часа и пытается растянуть время, не повышая скорость и не маневрируя между машинами.       Паку спокойно, хоть сзади и сидит самая большая заноза в его жизни, с которой постоянно что-то происходит, и он каким-то волшебным образом оказывается свидетелем. Парень понимал, что они соперники и далеко не близкие друзья, однако прокатиться с Минджон на одном мотоцикле показалось не такой уж и плохой идеей, как Сонхун думал. Да, спутница помотала ему немного нервов. Да, упиралась и четко отказывалась, однако всё-таки согласилась. Удивительно, но Пак говорил ей «спасибо» где-то в глубине души.       Спустя минут пятнадцать черноволосый остановился на ближайшей заправке, поскольку за день умудрился израсходовать всё, что было в баке до этого. Хан оперативно слезла с мотоцикла, выпуская Сонхуна и попутно снимая шлем. Живот предательски заурчал, что совершенно не удивительно, если не есть весь день, и девушка по привычке накрыла его ладошкой, хмурясь. Минджон лишь надеялась, что Пак уж слишком занят, чтобы услышать это, однако он взглянул на неё почти сразу и выпрямился, сунув руку в карман, как часто делал. — Почему не сказала, что голодная? — задал вопрос Хун и склонил голову на бок, выжидающе смотря на немного растерянную собеседницу. — А должна?       И правда. Они друг другу, по сути, никто, поэтому абсолютно нормально, что Минджон ничего не сказала. Однако Сонхун бы предпочел, чтобы она хотя бы вскользь упомянула об этом. Всё-таки не очень хорошо оставлять человека голодным. — Пойдёшь что-нибудь покупать? — снова заговорил Пак, проведя свободной рукой по волосам. Минджон неоднозначно поджала губы и отрицательно мотнула головой, не смотря на собеседника.       Задумчиво хмыкнув, парень направился в сторону небольшого магазинчика, чтобы оплатить бензин. Хун здесь не впервые, поэтому сразу сделал всё, что хотел, и уже собирался выйти, но кинул мимолётный взгляд на девушку, которая листала что-то в своём телефоне, иногда поднося его к уху. Наверное, слушала голосовые сообщения. — Простите, — вернулся к кассе, обращаясь к работнику, — Можно ещё те две булочки с собой и…два чая, пожалуйста. — Конечно, — кивнул мужчина за прилавком и подошёл к витрине, — Вот эти? — Да-да, и подогрейте, пожалуйста.       Благодаря оперативной работе сотрудника, буквально через пять минут Сонхун вышел на улицу с двумя стаканами и одним пакетом в руках. Заметив это, Минджон уж очень сильно удивилась, распахнув глаза и редко моргая. Она совсем не ожидала такой заботы от собственного соперника.       Пак вручил ей один из стаканов и освободившейся рукой достал булочку, тоже отдавая девушке. Хан не сразу отреагировала, поэтому Хуну пришлось буквально вложить ей еду в ладошку. — На вечеринке вряд ли можно будет что-то поесть, — произнёс парень, нарушая повисшую тишину на пустой заправке, — Чего так смотришь на меня, Хан? Влюбилась? — Боже, какой ты..! — внезапно пришла в себя Минджон, закатывая глаза, — Так раздражаешь! — Охотно верю, — усмехнулся Пак и кивнул в сторону еды, — И да, не за что.

***

      Хотелось напиться. Этим вечером уже стало всё равно, как возвращаться домой или где переночевать. Минджон лишь сидела на улице в плетённом кресле с мягкими подушками и попивала один из напитков, который ей намешал какой-то незнакомец, отвечающий за алкоголь на данной вечеринке.       С Сонхуном разошлись сразу, как приехали, поскольку его утянул в толпу знакомый, а девушка решила не следовать за ними, поскольку не видела причины. Они не друзья, не родственники и не пара, только лишь соперники. Да и Пак за всё это время не пытался отыскать Минджон, поэтому она сидела в полном одиночестве, откинувшись на спинку кресла и смотря в ночное небо.       В целом, Хан было комфортно, когда её никто не беспокоит по пустякам или не пристает, пытаясь познакомиться. Она привыкла уживаться с самой собой, поэтому даже друзей можно пересчитать по пальцам одной руки. Знакомых, конечно, намного больше в силу рода её занятий, но девушка ни с кем так и не сблизилась.       Кроме Сонхуна.       Конечно, вряд ли их взаимоотношения можно назвать чем-то адекватным, когда на гоночной трассе они готовы раздавить друг друга, однако парень всё же казался ближе остальных, поскольку часто сам начинал разговор. А после сегодняшних ситуаций Минджон вообще не знала, что и думать.       Одно ясно точно: жизнь без Сонхуна точно была бы намного более скучной, чем сейчас. Да, он раздражал своими абсолютно идиотскими шутками. Своей некой высокомерностью и провокационными высказываниями, но Хан вряд ли бы представила и неделю без всего этого.       Зависимость, получается.       Или от количества выпитого уже поплыл мозг, потому что Минджон прекрасно понимала, что вряд ли сможет спокойно передвигаться. Как минимум, даже ещё один коктейль взять не получится, что слегка расстраивало её. Девушка фыркнула и положила пустой стакан где-то рядом на газон. — Что вздыхаем, Хан?       Послышался прекрасно знакомый голос, и уже через секунду Сонхун приземлился на стул справа. Минджон повернула голову и невидящим взглядом посмотрела на нарушителя спокойствия. Может быть, это всё алкоголь, но девушка только сейчас заметила, как хорошо Пак выглядел сегодня. Уложенные на обе стороны чёрные, как смоль, волосы, кожаная куртка и тёмные джинсы. Вроде он такой каждый день, но Хан продолжала пялиться, буквально сканируя с ног до головы. — Всегда так было? — вопрос вылетел без какого-либо контекста, заставляя собеседника выгнуть бровь. — Ты о чём? — парень, если честно, совсем не понял сути, однако ждал объяснения. Сонхун впервые видел соперницу в подобном состоянии, поэтому с интересом наблюдал за ней. — Ну всё, мне точно оторвало кабину, — продолжала Хан диалог с самой собой и прикрыла глаза двумя ладошками, — Не думай об этом, Минджон, не думай.       Пак всё наблюдал за театром одного актёра, пытаясь найти связь в словах собеседницы, но тщетно. Кажется, только ей известно, что там происходит на самом деле в голове, однако девушку явно терзают какие-то сомнения. — Поехали, я отвезу тебя домой, алкашня, — усмехнулся Хун и встал на ноги, хватая Минджон за запястье, чтобы поднять. Она никак особо не отреагировала, продолжая полулежать в кресле и просто смотреть на небо. — Нет. — Чего? — Я не поеду домой, чтобы меня опять посадили под домашний арест и забрали ключи от мотоцикла, — невнятно пробурчала Хан, отчего парень опешил. Он не готов был к подобному откровению со стороны собеседницы. Ей, кажется, уже всё равно. — Вставай, в любом случае тебе уже хватит пить, — совершенно серьёзно проговорил Пак и, потянув за руку, поднял девушку на ноги, отчего она не удержала равновесие и уткнулась ему прямо в грудь лбом, зашипев. Черноволосый взял девушку за плечи и, отстранив от себя, взглянул в глаза, — Ты идти вообще сможешь? — Это вряд ли, — буркнула Минджон и усмехнулась. Совсем невпопад, но ничего страшного. — Чёрт…

***

      Всю дорогу Пак плёлся по трассе, как черепаха, поскольку боялся, что пассажирка свалится прямо на дорогу. Хоть хватка её вокруг талии парня была достаточно крепкой, рисковать всё равно не стоило. Минджон даже бы сообразить не успела, случись что.       Остановившись на парковке, Сонхун кое-как слез с мотоцикла и взглянул на девушку, которая вообще не особо находилась в этом мире. Она лишь тяжело вздыхала и что-то бурчала себе под нос. Пак покачал головой и помог Минджон встать на ноги, снимая шлем. Она совсем не помогала, но и не возмущалась, позволяя парню делать буквально всё. Главное условие — не ехать домой. — Залезай, — Сонхун немного присел, чтобы взять девушку на спину, иначе никак. Хан сначала потупила взгляд, но потом пришла в себя на долю секунды и подошла поближе, обвивая руки вокруг шеи черноволосого, позволяя ему подхватить себя под ноги, — Боже, вот зачем надо было столько пить? — Захотелось, — вздохнула девушка и положила голову на плечо Пака. Черноволосый слегка напрягся, почувствовав дыхание на своей коже. К тому же, губы Минджон находились в критической близости с шеей, отчего казалось, что они вот-вот коснутся её.       Пытаясь не обращать внимание на всё происходящее, Хун вошёл в лифт и, нажав на нужную кнопку, повернулся к огромному зеркалу в пол. Девушка, буквально повисшая на черноволосом, сидела с закрытыми глазами на его спине, изредка хмурясь и что-то неразборчиво шепча. Сонхун с любопытством разглядывал её, поскольку раньше как-то было не до этого.       Минджон раздражала парня только своей чрезмерной и иногда совсем неуместной упёртостью, однако сам Пак не сказал бы, что когда-либо недолюбливал соперницу. Она казалась ему забавной, когда злилась или возмущалась из-за совершенно глупых, но достаточно провокационных фраз. Когда пыталась вести себя высокомерно, зная, что совсем не такая.       Сонхун не мог объяснить, почему весь день таскается с Хан. Вряд ли это обычная вежливость, ведь она могла бы закончиться ещё на этапе вызова знакомого на тренировочную трассу. Возможно, парню просто хотелось убедиться, что Минджон не попадёт в передрягу, хотя, на самом деле, знал, что девушка довольно ответственная и может о себе позаботиться.       Открыв дверь, Пак вошёл в квартиру и, быстро сняв кеды, продвинулся в глубь помещения. Включил слабый свет и выгрузил Хан в ванной комнате, сказав подождать буквально минуту. Девушка кивнула и облокотилась бедром на большую тумбу.       Совсем скоро вернулся Сонхун, вручая какую-то одежду, на что Минджон вскинула брови и взглянула на него: — Мне можно начинать раздеваться? — кажется, в трезвом состоянии она дала бы себе подзатыльник за то, что иногда думает медленнее, чем говорит. Наверное, от черноволосого заразилась этими фразочками. — Ага, когда я вый… — Можешь не выходить, — перебила его Минджон, но не сдвинулась с места. Просто смотрела. Сонхун вообще подумал, что ему причудилось, однако он чётко слышал данные слова от собеседницы, и они совсем не укладывались в голове. — Успокойся, ты просто слишком много выпила, Хан, — довольно серьёзно проговорил парень, кладя руку на ручку двери и собираясь уйти, но гостья снова остановила его. Она крепко держала слегка грубую ладонь Хуна, заставив того развернуться и оказаться слишком близко. Пак вздохнул, — Ты же утром будешь жалеть…приди в себя.       Минджон потупила взгляд и закусила губу. Видимо, всё же эффект от алкоголя отходил, но очень-очень медленно. Девушка шумно вздохнула, теперь даже не смотря на стоящего напротив Сонхуна. Он прижал её к себе и погладил по голове, будто успокаивая. На самом деле, его сердце билось, как сумасшедшее, в панике из-за высказываний Хан. Сонхун не мог понять, действительно это говорит она, а не алкоголь. — Давай наступит утро, и мы поговорим.       С этими словами парень покинул ванную комнату, прекрасно понимая, что вряд ли увидит Минджон, когда солнце снова взойдёт на городом…