Арка 3- Рождение(часть 2- Начало причин начала)

— Ну, рассказывай. Видя, что Итачи уже успокоился, я попросила его рассказать подробности. Он всё ещё лежал головой у меня на коленях, и я продолжала гладить его по волосам — это успокаивало нас обоих. — Ситуация на фронте стала для Конохи неблагоприятной, — начал он тихо. — Верха решили отправить туда всех шиноби, кто сейчас не на передовой. В том числе детей, глав кланов и даже тех, кто уже вышел на пенсию. — Но ты же единственный наследник клана Учиха! — перебила я, не сдержавшись. — Тебя в этом списке быть не должно! — Это так, — Итачи вздохнул. — Но отец хочет, цитирую: «показать мне мир шиноби». — Вот пи... Я осеклась. На меня смотрел четырёхлетний ребёнок. Четырёхлетний, мать его, ребёнок, которого отправляют на войну. — ...пир бы устроить на похоронах тех, кто эту войну затеял, — закончила я, максимально сгладив угол. Итачи непонимающе моргнул, но всё равно согласно кивнул. Милашка. Интересно, сильно ли он изменится, когда вернётся? Я смотрела на его детское лицо, и в сердце поселился холодный комок страха. А вдруг что-то пойдёт не так? Вдруг канон изменится? Вдруг он не вернётся? Мои переживания, видимо, отразились в глазах. Итачи вдруг поднялся с моих коленей и обнял меня. Крепко, по-взрослому, будто хотел сказать: «Не волнуйся, я вернусь. Я обещаю». От этой детской нежности мне стало смешно. Я тихо хихикнула. — Что смешного? — он надул губы. Типичный Учиха: даже обида у них выглядит как произведение искусства. — Не морщись, — я улыбнулась. — А то морщин будет больше, чем букв в слове «морщина». Он фыркнул. А потом мы засмеялись уже вместе. Вот так, сидя в гостиной посреди ночи, обнимая друг друга, мы смеялись. Потому что иначе — только плакать. Ну как? Как ей удаётся заставить меня улыбаться даже в такой ситуации? Не понимаю. Совсем не понимаю. Но как же я рад, что у меня есть Мия. *** После ухода Итачи я, с помощью Химитсу, начала наблюдать за фронтом. Я знала, что всё будет хорошо. Знала, что вместо этой слежки нужно сосредоточиться на тренировках, качать чакру, учить техники. Но стоило мне отключиться от бабочки — и я не могла спать. Ворочалась, смотрела в потолок и представляла самое страшное. Так что я выбрала меньшее из зол. Я смотрела. И то, что я видела, невозможно описать культурными словами. Но в своих мыслях я могу быть собой. Короче, пиздец. И это я смотрела через бабочку — как фильм на экране, отстранённо. А Итачи видел это своими глазами. Нюхал. Трогал. Жил в этом. Неудивительно, что у четырёхлетнего ребёнка мировоззрение перевернулось на сто восемьдесят градусов. Да хоть Гитлера приведи сюда в четыре года — и тот станет пацифистом. Трупы. Повсюду трупы. И даже «трупами» их можно назвать с натяжкой — некоторые тела были изуродованы так, что я отводила взгляд. Я не понимала, что должно случиться с человеком, чтобы не просто убить, а вот так надругаться над мёртвым телом. — Боюсь, я не узнаю Итачи, когда мы встретимся в следующий раз, — шептала я, отжимаясь на холодном полу. Целых пять раз. Прогресс. Дни тянулись бесконечной чередой. От Итачи — ни слуху, ни духу. Если бы не бабочка, я бы сошла с ума. Я занималась рутиной, пыталась жить обычной жизнью, пока в один прекрасный день — точнее, третьего июля — не получила уведомление. Рождение цели: Неджи Хьюга. Из-за постоянных переживаний я совсем забыла, что скоро родится мой принц с бьякуганом. В прошлой жизни я всем придумывала клички, потому что имена запоминала с трудом. Привычка осталась, и теперь я периодически позорилась, называя людей не теми именами. «Эх, а я надеялась, что хоть в этом мире избавлюсь от этой фигни». Неджи мне нравился ещё при первом просмотре. Да, в первом сезоне он бесил, но во втором стал одним из любимейших персонажей. Через несколько часов после уведомления в комнату влетела тётя Каору — привыкай, теперь мама — и объявила о приглашении на банкет в честь дня рождения Неджи. Я стала «химе» клана Яманака, так что посещение подобных мероприятий было обязательным. Неджи хоть и не из основной ветви, но всё ещё ребёнок третьего по силе клана. Я ждала этого дня с нетерпением. Обожала банкеты в прошлой жизни, а тут ещё и шанс увидеть будущего красавчика! И вот настал этот день. Проснулась я неприлично рано — даже раньше обычного, что само по себе чудо. С помощью мамы Каору быстро привела себя в боевую готовность. Надела длинное голубое кимоно — любимый цвет, не изменяю себе — и серёжку с бабочкой. Ту самую, корону. Серёжка была слишком красивой, чтобы её не надеть. Как оказалось, я её больше никогда не сниму. Ослеплённая собственной красотой, я почти без происшествий добралась до территории Хьюга. Почти — потому что пара сломанных туфель не в счёт. Увидев клановый комплекс, я замерла с открытым ртом. Он был выдержан в классическом японском стиле, но при взгляде ближе становилось понятно: эти дома одновременно древние и ультрасовременные. Везде сновали люди, и судя по их лицам — сплошь высокопоставленные шиноби. «Родители» ушли здороваться с давними знакомыми, велев мне найти других детей и развлекаться. Я бродила, глазея по сторонам, и, естественно, не могла не споткнуться. В итоге на кимоно не осталось ни одного чистого места. По этикету, который я учила даже усерднее, чем боевые техники, нельзя представать перед хозяевами в таком виде. Я рванула в менее людное место — приводить себя в порядок. И тут... «Какого хрена они здесь делают?!» Я включила недавно приобретённый навык и забилась под стол. «Скрытие» (МАКС) активировано. Скрытие — навык, скрывающий ваше присутствие на 100%, но при этом уменьшающий урон и защиту на 100%. Основной навык бабочек Химитсу. Я выбила его потом и кровью (буквально), думая: «Вот оно, моё читерское оружие!» Но, как выяснилось, в бою его не применишь — слишком уязвима. — Блин, Мия, не думай сейчас об этом! — зашептала я себе. — Сиди тихо и молись, чтобы не заметили. — Тсс, кого я вижу. — раздался шипящий голос. — Принцесса слизней наконец соизволила вернуться в нашу скромную деревню. — Заткнись, рожа змеиная! — рявкнул женский голос. — Я на длительном задании была! Как будто не знаешь! — О-о-о, Цуна-чан, — голос стал масляным, — как же я скучал по твоим огро-о-омным... кхм... то есть по тебе. Звонкий шлепок разнёсся по комнате. На секунду воцарилась тишина, а потом стало ещё шумнее. — Так зачем старый пердун нас позвал? — спросила Цунаде. — Тсс... — снова зашипел Орочимару. — Выбор следующего Хокаге, может? — Эй, змеюка! — возмутилась Цунаде. — Третий ещё цветёт и пахнет! Ему рано на пенсию! — Прости, Цуна, — вмешался третий голос, такой кислый, что даже я, не видя лица, поняла — Джирая. — Но я согласен с Орочимару. — Тц, думайте что хотите. В любом случае, давайте... — Тихо, Цуна. Джирая жестами приказал замолчать. И, несмотря на вечные ссоры, они подчинились мгновенно. В комнате повисла тишина, пропитанная боевой готовностью. «Чёртовы профессионалы! — мысленно взвыла я. — Навык же на максимуме! Как? КАК они меня учуяли? Чёртова удача, почему я вообще здесь оказалась? Может, выйти и признаться? Я же правда просто хотела привести себя в порядок... Нет, не вариант. Примут за шпионку. Буду сидеть тихо и надеяться на удачу». Ага. На удачу. Перед моими глазами возникли золотые змеиные глаза, полные такой жажды крови, что, казалось, их обладатель уже мысленно перебирал мои детские косточки. Кровожадная улыбка. Я чудом сдержала крик. Орочимару заглянул под стол. Смотрел долго, внимательно. Потом разочарованно выпрямился: — Тц. Похоже, твои хвалёные инстинкты не такие уж сильные, Джи-Джи. — Не называй меня так, змей. — огрызнулся Джирая. — И убери ки, дышать нечем. — Хватит выпендриваться, оба! — рявкнула Цунаде. — Нас уже ждут, пошли. Дверь закрылась. Тишина. Я ещё долго не осмеливалась отключить навык. Он жрал чакру с пугающей скоростью, но я боялась даже пошевелиться. Когда силы почти кончились, я, всё ещё в режиме невидимости, вылезла через окно. Отбежав на безопасное расстояние, рухнула на землю, тяжело дыша. — Что это было? — прошептала я. — Система, опять ты? Ответа не последовало. Я сидела на грязной земле, пытаясь унять дрожь в коленях. Но потом собрала волю в кулак, кое-как привела себя в порядок и направилась к месту празднования. «Будем считать это простым совпадением. В конце концов, день рождения моего принца нельзя пропустить». Я быстро влилась в толпу и постаралась забыть о случившемся, как о страшном сне. Краем глаза видела главу клана Хьюга и его пока ещё живого брата-близнеца. Они выглядели... добрыми. Настолько, насколько это вообще возможно для членов этого клана. Я пыталась найти Неджи, но в толпе мелькали только взрослые. Увидела его мельком — всего на мгновение, когда мать проносила его мимо. «Что ж, — вздохнула я. — Видеться с Неджи мне предстоит ещё много-много раз. Не стоит расстраиваться». Домой я пришла практически ползком. Эмоции выжали все силы. Я отключилась прямо на полу, даже не раздеваясь. *** После этого дня события понеслись с бешеной скоростью. Будто невидимый зритор ускорил плёнку, чтобы скорее добраться до самого интересного. Бабочка Химитсу, оставленная с Итачи, показывала мне то, что навсегда изменило его. Вот он помогает раненому солдату. Вот смотрит на груды тел. Вот его глаза становятся всё взрослее, всё холоднее. Я видела, как он меняется, и с нетерпением ждала его возвращения. Готовая принять любого. Сегодня мы с Какаши сидели на горе Хокаге, как обычно. Закат догорал, окрашивая небо в кровавые тона. — Мия, — Какаши растянул рот в ухмылке. — Пришло время признать мою гениальность. — О? — я приподняла бровь. — Я стал джонином. Самым молодым в деревне, между прочим. Он смотрел на меня с плохо скрываемым ожиданием. Ждал бурной реакции, восхищения, может, даже прыжков на шею. А я застыла. Внутри всё оборвалось. «Джонин. Самая молодая... это же...» — Эй, — он нахмурился. — Ты чего? Я через силу улыбнулась: — Поздравляю, гений. И как такого, как ты, приняли в джонины? Ох, бедная наша деревня. — Пф, не забывай, — он ткнул меня в плечо, — что я теперь буду тебя защищать. Так что хорошенько обо мне позаботься. Кстати, я не против подарка. — Будет тебе, защитничек, — отшутилась я, стараясь скрыть дрожь в голосе. Мы ещё немного поболтали, но я спешила домой. Мне нужно было переварить эту новость. «Именно после получения звания джонина случилась та трагедия. Скоро. Очень скоро начнётся канон». Через несколько дней Какаши зашёл ко мне. Лицо серьёзное, собранное. — Мия, я на важную миссию. Надолго. Я смотрела в его единственный видимый глаз и чувствовала, как земля уходит из-под ног. — Возвращайся, — только и смогла выдавить я. Он кивнул и растворился в шуншине. Я осталась одна. «Начинается».