Часть 16

Оля вернулась довольно рано, в шесть, встретив супруга с коляской во дворе дома. – Вот вы где, – воскликнула женщина, – давно вышли? – Десять минут назад. – Я так соскучилась. Может, мы зря это, м? – Лёль, мы же всё с тобой обсудили: полгода ты сидела в декрете, теперь моя очередь. Мир, скажи мамочке. Девчонка лучезарно улыбалась и что-то гулила, будто понимая просьбу. Семейная пара шла по аллеям, выписывая круг за кругом, любуясь ненаглядной дочуркой — так они проходили ещё полчаса, пока кроха не уснула. – Вас оставить наедине? – мягко спросил Рыков, ощущая Олину острую нехватку малышки в течение дня. Оля лежала на кровати, прижимая Миру к себе, осторожно касаясь бархатистой кожи. – Иди к нам, только аккуратно. Так они пронежились около часа, пока Мира не начала ворочиться, а потом и ползать по родителям, робко переставляя ладошки. – Девочки, а вам ужинать не пора? – Угу. – промурчала Арефьева. – Я ужасно голодная, р-р-р! – Пойду ужин подогрею. Ольга хотела раствориться в маленькой девчушке, целовала крохотные пальчики и очаровательные пухленькие щёчки Мирославы. Аккуратно женщина сняла резинку с собранного на макушке хвостика, поцеловала девчонку, вдыхая молочный аромат и рассмеялась. – Лёль, паста готова. – прошептал Паша, умиляясь будничной домашней картиной. – Как же я вас люблю! Ужин был поистине семейным: Оля придерживала кроху и надавливала на сосок, чтобы той было легче, чуть морщилась, оттого что теперь у Миры было целых два прорезанных зуба, а Паша шутливо кормил супругу пастой. – Рыков, ну вот что ты делаешь? – рассмеялась Арефьева. – Знаю я тебя: если я не покормлю, ты так и ляжешь голодной. Устала сегодня? – Дурак. – отшутилась она, – А на подстанции как обычно дурдом, короче, ничего интересного. – Как скажешь. Оль, ты знала, что Мирка такая гибкая? Знаешь, она утром ноги ела свои. – Дочь, тебя папка не кормил что ли? – шутливо спросила женщина, в попытках докормить дочку фруктовым пюре. – Ам! Умничка моя. Мира съела пару ложек и увернулась, от чего в пюре было всё вокруг. – Кажется, кому-то пора в ванную умываться. – Пашка, можно я сама? Перед тем, как укладывать малышку, Оля набрала тёплой воды в ванночку, аодготовила полотенце и удалилась в ванную комнату. Мира хлопала ладошками по воде, пока мама мыла ей волосы и заливисто смеялась. – А смотри, какая леечка у нас есть. – ласково произнесла она и потихоньку поливала малышку водой. – Нравится тебе? После купания Оля отнесла малышку в спальню и принелась напевать колыбельную, но кроха капризничала, требуя внимания. Арефьева не придумала ничего лучше, чем позволить себе уложить дочку в их с Пашей постели и вскоре уснула сама. – Оль, а? – вломившись в комнату, спросил Паша. – Спокойной ночи, девчонки. – ласково проговорил он, устраиваясь рядом. Утром, когда женщину разбудил противный писк будильника, она нехотя подтянулась на локтях и лениво опустила ноги на пол, Паша нехотя разомкнул глаза, посмотрел на дочурку и приобнял супругу за талию. – Не хочешь идти? – Не знаю. Скорее, не хочу думать, кем линию закрыть. – Слушай, а если мы маму попросим с Миркой посидеть? – Угу. – поддела его Оля, – А она прям взяла и согласилась. – Давай хотя бы попробуем? – Хорошо. – сухо ответила Арефьева и направилась завтракать. – Кофе будешь? – Лёль, из твоих рук хоть яду. – Балабол!