Часть 27

С улицы повеяло морозцем, в квартире приоткрылась дверь, сначала в коридор ввалился Паша, а после небольшая пушистая ель. – Оль, доставай коробки, будем ёлку наряжать, а ещё, смотри, какой я костюмчик купил. – Ночь на дворе, а ты ёлку припёр. – сокрушалась женщина, – Ты нормальный человек вообще? – Устала? Так я знаю, как это исправить. – на лице Павла красовалась довольная улыбка, он отставил ель в сторону, повесил плюшевый костюм лисички на рейлинг, помыл руки и подошёл к любимой. – Есть будешь? Мы сегодня с Мирой картошку пробовали с котлетами. – Угу. А потом займёмся украшательством, представляешь, как Мирка обрадуется? – Ладно-ладно, но потом мне нужно будет хорошенько отдохнуть. После ужина они принялись устанавливать пушистую красавицу: поначалу Ольга не очень хотела развешивать игрушки, распутывать гирлянду, но, втянувшись в процесс, окунулась в детство. Ужасно захотелось вновь почувствовать знакомый аромат мандаринов и шоколадных конфет, прочитать короткие строки Деду Морозу. – Паш, подай мне звёздочку. – попросила она. Рыков аккуратно придерживал жену за талию, чтобы та не упала, помогал расправлять ветви. Справившись с хлопотами, Оля выдохнула и поцеловала Пашу в губы. – Спасибо. Счастливые они плюхнулись на кровать, держась за руки, растворяясь в любви и принятии друг друга. Суетливое утро тридцать первого декабря встретило семью на редкость ласково и спокойно. – Разбудишь нашу принцессу? Так не хочется вставать. – сладко протянула Ольга. – Отдыхай. Он выглядел куда бодрее супруги, резво встал с постели, подошёл к кроватке и, мягко поглаживая дочку от макушки до пят, разбудил Миру. – Доброе утро, солнышко? Умываться пойдём? Держа девчонку за руку, он вышел в гостиную, Мира удивлённо смотрела на новый предмет интерьера голубыми глазищами. – Какие яги! – воскликнула девчонка, рассматривая пёструю гирлянду. – Это ёлочка, красивая, да? Будем с тобой танцевать около неё? – Неть. Выполнив все утренние процедуры, Паша накормил дочурку кашей, затем усадил на диван, дав ей книжку со стихами и красивыми иллюстрациями, а сам достал из ящика тёплый комбенизон, носочки, варежки, шапочку и крошечные ботинки. И хотя Мира пыхтела, не желая надевать плотную одежду, справился Паша довольно быстро. – Лёль, мы гулять. – Хорошо. Только проследи, чтобы Мирочка не замёрзла и снег не ела. По сугробам не бегать, вы меня поняли? – Ну, ты меня за кого принимаешь-то? На улицу вышли с санками, прихватив с собой снежколеп, быстро свернули на площадку, где Мира дорвалась до свободы. Девочка бегала по тропинке, а после, увидев сугроб, плюхнулась в него со всей мощи и захохотала. – Малыш, а знаешь, как ещё можно? – Паша прилёг в прибитый снег, делая ангела. Мира тотчас повторила действия, а потом забралась на Пашу, ползая по нему. В кармане куртки что-то настойчиво вибрировало, Паша осторожно убрал дочку с себя, освобождая руки и ответил на звонок. – Паш, ну я же просила. – с укором сказала Оля. – Не ругайся, скоро Новый год, а туда нужно входить без обид. – Я не обижаюсь, а переживаю. Вы в снегу валяетесь, веселитесь, а если простудитесь? – Всё будет хорошо, да дочь?