Кофе и камень.

Идалин улыбнулась так широко, что улыбка почти вышла за пределы лица — просто Чеширский кот: — Не парься, девочка. Сейчас никаких енотов — только эти ваши местные зелёные бумажки. И булочки с пирожными из твоего кафе не будут больше хулиганить. Женщина помахала в воздухе двадцатками зажатыми, в отливающих металлом, пальцах — на зависть телерекламе шампуней пышная грива волос, торчит наружу золотой зуб и бионический протез вместо правой руки, но он словно составляет одно целое с телом, не выглядит чужеродным. — Мисс Носеда! — девушка обрадовалась Камилле даже немного больше, чем обычно. Первый нормальный человек за это утро — Джейкоб со своими марсианскими ведьмами довёл бедную баристу почти до мигрени. Опять! — Что ты будешь, Идалин? — обратилась Камилла к пышноволосой женщине. — Тут неплохой кофе. — На твоё усмотрение, подруга! — Идалин словно чертит кружок в воздухе своим металлическим пальцем (девушке показалось, что в воздухе на мгновение появился и исчез маленький круг света) и фотография неведомо как оказывается у Идалин в руках. — Я тут неплохо вышла! Фотография самостоятельно возвращается на место и теперь на снимке красуется — «Идалин Клоуторн. Университет дикой магии Кипящих островов.» Бариста решает, что к докторам она всегда успеет, можно пока плюнуть на всё и принять заказ у этой странной женщины, которая оказалась подругой мисс Носеда, а её то девушка помнит практически с самого детства. Обычная женщина и после очередного посещения Камиллой кафе, пирожные не пытались кусать других посетителей за пальцы. — Привет, Маша, Ви, — улыбается бариста, — рада вас видеть. Вам, как обычно? — Да, — улыбается в ответ Маша, а Ви просто кивает. — Джейкоб заглядывал недавно, — вздыхает бариста, — опять всё про ведьм, демонов и Марс… — Он уже всех достал со своим Марсом и вторжением ведьм оттуда, — недовольно морщится Маша, — просто одержимый… — Он и сейчас здесь — прячется за газетой в дальнем углу, — бариста переходит на шёпот, — опять выслеживает своих марсианских ведьм? — Вижу, — сдавленно и тихо хихикает Маша, — тот ещё сыщик, тайный агент! Маша и Ви подсаживаются к Камилле и Идалин, а бариста пожимает плечами — мало ли у кого бывают какие странные приятели и часто родственники. У неё самой… Про её двоюродную тётушку говорили, что она потомственная колдунья, а её прабабку пытались сжечь на костре, но что-то пошло не так и Люсинда спаслась от жестокой расправы. Бариста ухмыляется — если бы Джейкоб узнал об этом, он бы и саму девушку-баристу заподозрил бы в марсианском происхождении. — С этим одержимым типом надо что-то делать, — перешла на шёпот и недовольно хмурится Ви, — мне надоело постоянно слышать за своей спиной его пыхтение. — Я помню, милая, — вздыхает Камилла, — как он посадил тебя в клетку и был готов препарировать. — Не хотелось бы повторения истории с Белосом, — Ида с кривой ухмылкой наблюдает за одержимым сталкером, используя металлическую ладонь, как зеркало, — он тоже был одержимым… В самом начале обычным человеком, Охотником на ведьм, но без магических способностей. Следует пресечь проблему в зародыше, чтобы потом не расхлёбывать последствия. — Убить? — деловито интересуется Маша. — Не обязательно, — говорит Камилла и сердито смотрит на Машу у которой от смущения горят уши, — остановить не всегда означает убить. Только в крайнем случае. — Надо его заманить в ловушку, — говорит Ви и Маша согласно кивает, — а потом… — Потом и решим, что с ним делать, — говорит Ида, — чтобы он больше не преследовал никого из нас. — Сотрёте память? — говорит Камилла. Ида кивает: — Может быть… Но это тоже оставим на крайний случай. — И что вы хотите, чтобы я сделал? — спрашивает Гас. — Мы не хотим рисковать жизнью и здоровьем Ви, — говорит Ида, — поэтому это должна быть иллюзия, что-то, что привлечёт его внимание и Джейкоб забудет об осторожности. — Я заглянула на его любимые сайты, — вздыхает Маша, — как бы всё это развидеть… — Что там было? — спрашивает Эмити. — Порно? — спрашивает уже Луз и становится малиновой от смущения, когда видит выражение лица матери и иронично приподнятую бровь Иды, Ви прыскает в ладонь, Маша изображает кашель, прикрывая себе рот. — Теории заговора, плоская Земля, инопланетяне… — говорит Маша с трудом погасив улыбку. — Я заглянула в библиотеку и ознакомилась со списком книг, которые он брал за последнее время, — Ви помахивает в воздухе листочком распечатки, — всё то же самое… — Мы, я и Эмити, напишем специально для тебя сценарий, Гас, — говорит Луз, — а потом уточним детали. Думаю, что наш конспиролог и одержимый сталкер купится, если увидит то, что всегда хотел видеть. Марсиан, доказательства того, что Земля плоская и правительство это скрывало… — Джейкоб нашёл собрата или сосетру по разуму, — с иронией фыркает Ида, наблюдая за самой странной парочкой города — Джейкоб и его новая подруга о чём то горячо спорили за стойкой в местной забегаловке со стаканами яблочной крови в руках. Луз улыбается и кивает, Эмити вопросительно смотрит на возлюбленную и Луз поясняет: — Надзиратель отправил Тинеллу Носа в камеру за тоже самое — она, как оказалось, такой же, как Джейкоб, одержимый конспиролог. И талантливый литератор. Не удивлюсь, если они станут соавторами очередного бестселлера… *** — Если тебе неприятно, мы можем поменяться местами, — говорит Маша. Они сидят в кафе и через витрину видна площадь с памятником братьям Виттебейн, но Ви отрицательно качает головой: — Нет. Теперь я просто говорю себе, что Белос был сам обращён в камень в наказание за свои преступления. — Ида забрала постамент на котором выбито её имя себе, — улыбается Маша, — поставила на него кресло и так принимает посетителей в своём кабинете в университете. Мэр города озадаченно чешет в затылке — статую Калеба неизвестный вандал и пальцем не тронул, а изваяние Филиппа… Теперь его лицо закрыто странной рогатой маской, длинный каменный плащ на плечах, но не эта жуткая маска и плащ занимают мысли мэра — а то, что они стали частью изваяния и избавиться от них просто невозможно. Зубило, кайло, даже отбойный молоток не оставили на поверхности и царапины, а ещё эта загадочная плита (из того же самого материала) с надписью на ней: «Император Кипящих островов Белос». Дата рождения совпадает с датой рождения Филиппа Виттебейна, а дата смерти или, как начертано на плите «бесславной гибели»… Если верить выбитому на камне Филипп Виттебейн прожил больше четыреста лет! И стал Императором каких то неведомых земель… Плита не поддавалась даже динамиту, но мэр решил плюнуть на всё — тем более в их городок зачастили туристы и любители всего загадочного и паранормального. Это стало бы для Джейкоба Хопкинса звёздным часом, но он сам пропал неведомо куда. Как и братья Виттебейн когда-то. На фоне памятника Калебу Виттебейну какой то незнакомый молодой парень («Турист», как сразу решил мэр) фотографировался со своей пухлощёкой спутницей в обнимку. У мэра по спине побежали мурашки — незнакомец и Калеб были поразительно схожи лицом, просто близнецы. Мэр так внимательно разглядывал молодого человека, что тот обратил на это внимание: — Это мой прапрапрадед. — Калеб Виттебейн? Но он пропал неведомо куда больше четырёхсот лет назад! — Вот мы из этого неведомого и приехали, — улыбается девушка. На сообщение, что на клумбе возле памятника внезапно выросли, неизвестные современной науке, цветы, мэр даже не отреагировал. Это было не самое странное, что происходило в Грейвсфилде за последние месяцы и даже годы. Говорящие крысы и кусачие пирожные, гарпия в небе и неведомое чудовище в местных лесах. Уфологи зачастили в город и мэр подумывал о строительстве новой гостиницы.