Часть 2

Дамиан сначала не обращает внимание на машину, остановившуюся у соседского дома, но, когда водитель выходит из автомобиля и переходит дорогу, прямиком направившись их воротам, парень откладывает нож, которым намазывал на тост с маслом абрикосовый джем, и подходит к окну. Дамиан пытается припомнить незнакомца. Вполне возможно, они познакомились на какой-нибудь пересдаче, записали друг друга в приятели и решили собраться компанией в выходные, но никаких пересдач в ближайшее время в студенческой жизни Дамиана не наблюдалось, а значит, он ни с кем не знакомился. — Маааам! — кричит парень на весь дом. — Тут, кажется, какой-то хозяин одного из твоих питомцев объявился! Откуда он узнал наш адрес?! — Давай потише, милый, — женщина неслышно появляется рядом и улыбается, незаметно выглянув из окна. — Он не хозяин питомца. Он к Далие. — Что?! — Дамиан чуть не роняет из рук ломтик хлеба с не домазанным джемом. — То есть?! София отходит, чтобы убрать беспорядок на столе, оставленный сыном. — Хочешь сказать, что за Дали заезжает какой-то непонятный мальчик и ты спокойно здесь стоишь? — Что я должна сделать? — София окидывает сына любопытным взглядом. — Запереть её? Детей нельзя учить жизни запретами, Дамиан. Запреты всегда хочется нарушить. Ты поймешь меня, когда сам станешь родителем. Мы говорили с Далией об этом. И у тебя взрослая и разумная сестра, если ты еще не в курсе, — смеется, наблюдая, как с каждым её словом меняется выражения лица сына от полного непонимания до отрывочного осмысления сказанного матерью. — Кстати, он не непонятный. Его зовут Анис, он потерял мать еще в детстве, занимается с друзьями баскетболом и учится в параллельном классе с Далией. — Ничего сколько я пропустил! — Дамиан расстроенно опускается на стул. — Почему я не в курсе? — Извини, милый, — женщина склоняется, нежно проведя ладонью по взъерошенным волосам сына. — Твоя сестра решила обсудить это с матерью, а не с братом. Логично, не находишь? — Мам, я ухожу! — Далия забегает на кухню и резко останавливается. — Что-то случилось? — Всё хорошо, — София крепче обнимает Дамиана за плечи. — Надень теплую куртку, Дали. — Это ведь он следил за тобой, да? — Дамиан всё-таки не сдерживается. — Я всегда знал, что он не равнодушен к БиДжи! — Дами, хватит! — Вот почему она не стала обсуждать это с тобой, — проговаривает София так, чтобы слышал только сын, но упрек отчетливо различается в голосе. — Это, походу, взаимно! — не унимается Дамиан. — А я думаю, то-то ты заладила каждый выпуск упоминать баскетболистов! — ДАМИАН! Далия запирает за собой дверь под раскатистый хохот старшего брата довольного заключениями своих наблюдений. — Привет, — она спешит к Анису, поджидающему ее у ворот. — Привет, — улыбается парень. — Достаточно будет, если просто помашу твоему брату, или стоит подойти и заверить, что верну его сестру в целости и сохранности? Он не отходит от окна. — Пошли! — смеется Далия, потянув его за рукав куртки. — Он ведь в курсе, что мне восемнадцать и машина не угнанная? — Анис не перестает смешить девушку, даже когда заводит мотор, и автомобиль осторожно выезжает со двора на центральную дорогу. — Куда мы едем? — спрашивает Далия, наконец-то переставав смеяться и переводя дыхание. — Бывала в ***? — Несколько раз проезжала с родителями, но в сам город не заглядывали. Анис не собирается задерживать взгляд, но мысленно благодарит красный свет светофора и рассматривает девушку подле себя. Тонкие янтарные лучи солнца просачиваются сквозь стекло и теряются меж прядей темных волос. Улыбается, вычитывав что-то на рекламных щитах, и пытается спрятать улыбку за широким горлышком мягкого свитера. Как-то Анис слышал, что большинство людей проводят свои жизни с теми, кого встретили в шестнадцать. Далия ответила бы, что статистика поганая, потому что они так бы и разошлись, если не Ильда и её идея с подкастами. — Давно ты слушаешь Троя? — спрашивает Далия, когда машина трогается с места на зеленом. Она поворачивается к парню всем корпусом и прислоняется одним плечом к спинке сидения, скрещивая руки на груди. Сейчас ее очередь рассматривать сосредоточенный профиль рядом. Кажется, Анис совсем не шутил, когда заверял вернуть её домой в целости и сохранности. Он внимательно следит за дорогой и плавно лавирует в потоке. Далия любит долгие поездки. Они всегда спорят с Дамианом, чей плейлист будет проигрываться, но папа решает этот вопрос совсем просто — одна песня поочередно от каждого, от всех четверых. Так что Далия может безошибочно назвать в хронологическом порядке все альбомы The Rollings Stones, спеть самые популярные песни Linkin Park и через минуту переключиться на таинственный голос Lana Del Ray. Но не сейчас. Не здесь. Не с ним. Тишина в салоне совсем не ощущается пустой. Тишина между ними, она заполнена недосказанным, которому не обязательно быть озвученным. Самое важное ведь уже сказано? Некоторые вещи случаются в жизни лишь однажды. Далия считает, это и есть тот самый единственный раз. И неважно, что им только восемнадцать и, возможно… нет, скорее всего, их пути разойдутся. Ведь как иначе еще они будут вместе? Вселенная потребует доказать желание, откинув их по разные полюса. Будет ли он желать? Потому что Далия будет. — Недавно, — отвечает Анис, отвлекая девушку от мыслей. — И тебе понравилась Plum больше остальных? — Далия продолжает смотреть на него с улыбкой. — Я только ее и слушал, — кидает на нее виноватый взгляд. И как же он не додумался прослушать что-то еще? — Где ты ее услышал? Трой нравится немногим. Я точно никого такого не встречала. — Меня же встретила! — Ярый фанат с одной знакомой песней не считается! — смеется Далия. Они оставляют машину где-то во дворах и решают пройтись пешком. Через дорогу от выставки в маленьком киоске на углу перекрёстка Далия закупается целым пакетом шоколадных Chupa Chups и решительно утверждает, что ничего вкуснее в своей жизни Анис не пробовал. Анис действительно никогда не пробовал ничего подобного. Разве не все Chupa Chups с фруктовым вкусом? — Вкусов очень много! — Далия разворачивает обертку и протягивает парню леденец. — В одно время были еще с карамельной начинкой! И ванильные еще! Прикольно, да? — улыбается радостно, увидев одобрение во взгляде Аниса. — В детстве я их обожала! Оба успевают полакомиться еще по одному Chupa Chups из припасов, пока гуляют по светлому просторному залу меж высоких стен, завешанных картинами самых разных стилей искусства. — Я знаю этого художника, — говорит Анис, когда они останавливаются перед очередной работой. — Он начинал как уличный художник, рисовал граффити с друзьями в Манхеттене, но быстро набрал популярность и так же быстро всё потерял. В пятнадцать лет я посмотрел биографический фильм о нём. После этого несколько раз разукрасил стены ограждения за домом, — усмехается, но девушка улавливает в голосе грусть от неприятных воспоминаний. — Домашние не оценили. Далия читает небольшую сноску под картиной — «Жан-Мишель Баския. Без названия. 1982 г.» — Я выбрала тему, — записывает имя в заметки в телефоне и поднимает глаза на парня рядом. — И фильм посмотрю. Еще прогуляемся? — Прогуляемся, — Анис берет её за руку, собравшись повести в соседний зал, но недоумевающий вопль за спиной заставляет их обоих замереть на месте. — Ничего себе встреча! А нам ты сказал, что у тебя важные дела! — Это и есть важное дело, — подает голос Икар. — Давай сделаем вид, что не узнали, — шепчет Анис, умоляюще глядя на девушку, и крепче сжимает ее руку. — Даже не думай, что сможешь слинять, дружище! — Вилен, по-видимому, настроен не упускать парочку так просто. — О, Далия! — приветливо машет, когда девушка оглядывается на них через плечо. — Привет, ребят, — Далия разворачивается, заставив Аниса тоже встать лицом к друзьям. Он не выпускает ее руку, надеясь на то, что всё-таки удастся избавиться от заносчивости Вилена и свалить подальше. — Как вы приехали? — спрашивает Икар. — На машине, -отвечает Анис. — А как я предлагаю куда-то съездить на машине, ты отказываешься! — Вилен скрещивает руки на груди, всем видом показывая свою обиду. — Ты вечно лезешь за руль и норовишь угробить нас, не успев выехать из гаража, — обрывает его Икар. — Мы добрались на электричке, кстати. — Вернемся обратно все вместе тогда? — Далия обводит парней взглядом, размышляя над тем, как эти трое сошлись и на чем собственно держится эта дружба. — Пообедаем на дорожку? — ей приходится разбавить тишину, заполняющуюся взрывоопасным молчанием. — Здесь есть крутое место! — Икар подхватывает идею. — Пешком дойдем! Эй, Вилка, пошли! — подталкивает друга торопливо к выходу. — Не называй меня так! — сердится Вилен. — Бабушка ведь зовет! — смеется Икар. — Вилочка! — он убегает вперед, потому что Вилен размахивает рюкзаком, который с точностью баскетболиста приземлится на голове парня. — Далия, — Анис тянет девушку к себе. — Ммм? — Далия обнимает его и терпеливо ждет продолжения. — Прости… — За что? — Я не говорил, что мы будем здесь. — Это самое лучшее свидание в моей жизни, — произносит Далия, понизив голос до шепота. — Раз так, то у тебя их совсем не было, — улыбается Анис. — Ни одного, — кивает. — Значит, оно самое лучшее из всех будущих свиданий. — Думаешь, наши будущие свидания будут настолько ужасные? Далия смеется. А парень мечтает о том, чтобы мир позабыл об их существовании, чтобы разгоняющееся сердце достигло скорости света и унесло их другую галактику, чтобы ладонь, покоящаяся сейчас на плече, касалась только его. Он мечтает о вечности, что будет длиться всю жизнь. — Пошли, — Далия перестает смеяться и лишь улыбается, вглядываясь в черные глаза напротив. — Надо успеть, пока они не перебили друг друга. Обратно они возвращаются вчетвером. Вилен не нарывается сесть за руль, а Икар всю дорогу твердит о том, что им с Ви всё-таки стоило дождаться электрички. В их планы как бы не входило вламываться в планы Аниса и Далии. В очередной раз, когда он пускается в объяснения, виновато поглядывая на Аниса с заднего сидения, Далия протягивает парням по Chupa Chups, и Икар забывает обо всем, что волновало его минуту назад. — Такие еще продаются?! — Ты представь! — Что это? — Вилен недоверчиво наблюдает за тем, как Икар разворачивает обертку и протягивает ему угощение. — Ты что, не пробовал никогда? — Родители не разрешали мне сладкое, — отвечает Вилен, все еще не забрав из рук друга леденец. — Бабушка с дедушкой тоже. — Бери, тебе понравится, — обещает Анис. — Я тоже впервые пробовал. — Далия, ты выбрала тему? — спрашивает Икар, пряча обертки от двух Chupa Chups в карман джинс. — Граффити-художник 80-х, — девушка оглядывается через плечо. — Жан-Мишель Баския. Анис выбрал, если честно, — улыбается слабо. — У тебя? — Марина Абрамович, — отвечает Икар. — Я выбрал, — подмигивает Вилен. — Она не была представлена на выставке, — припоминает Далия. — И вообще она не пишет картины. — Как вы вообще там оказались? — Знаешь, Вилен, у всех дома есть интернет, где можно найти информацию о музеях и выставках, — замечает Икар. — И не только ты умеешь им пользоваться. Вилен на это решает промолчать и вернуться к разговору с Далией, похрустывая остатками конфеты во рту. — Куда ты поступаешь, Далия? — Факультет гуманитарных и социальных наук в *** — И ты туда?! — Ты тоже? — переспрашивает девушка. — Да, — кивает Вилен довольно. — Исторический факультет. Анис крепче сжимает руль. Он молчит и не смеет оглянуться на Далию, на друзей. У него нет ответа на вопрос, который так легко задают друг другу другие и так же легко отвечают. Он не в силах здесь оставаться, продолжать жить в этом доме, жить с этими людьми. Чужими. Даже с отцом. Но Анис чувствует, что не сможет уехать. Не захочет. Уже не хочет. Он запутался. Далия знает, что эта тема с выпуском, университетом и будущим не нравится Анису. Он ни раз за всю оставшуюся дорогу не произносит ни слова. С друзьями прощается коротким кивком и продолжает молчать, когда они снова остаются одни. Машина стоит в углу, спрятанная в тени высокого платана, и шелест старой кроны проникает тихим шепотом в салон. — Анис? — Далия осторожно берет руку рядом и переплетает пальцы в замок, улыбаясь тому, как идеально ладонь ложится в его. Анис смотрит на их сцепленные руки, готовый прожить так еще сотни лет, не разрывая нежную ткань прикосновения. Познав свою слабость, вряд ли ему удастся отказаться от нее. Тянет её к себе. Надо стать чуточку честнее, смелее. Стоит хотя бы притвориться. Он справится. Всегда справлялся. Не обязательно говорить об этом вслух. Достаточно пообещать. Себе. Ей. Он останется и переживет, иначе… — Будь со мной, — его голос сливается с шуршанием листвы старого дерева, вытянувшегося на краю дороги, и ветер застывает, прислушивавшись к словам, что каждым выдохом срываются с одних губ и без капли сомнения принимаются вдохом губ напротив. — Если когда-нибудь ты решишь оставить меня, то мне придётся уйти. Я не хочу, Далия. Я не хочу уходить далеко от тебя. Отчаяние пробирается в сердце неизведанными до этого путями, врывается внезапно во все уголки и скользит по хрупким стенам, покрывая их страхом потери. Далия поддается вперед, ближе к нему. Она вспоминает свои же мысли о том, что однажды им придется расстаться. Слышала ли Вселенная эти слова? Девушке страшно. Она не хочет расставаться с ним. Даже если расставание сулит встречу. Молчит, но отчаянно молит пощады за свои слова. Короткий невесомый поцелуй служит обещанием для него и прощением для нее. Такой нужный. Значимый. Первый. *** Машина заворачивает во дворы и тормозит перед воротами ярко освещенного дома. Далия натягивает на плечи куртку и подбирает с заднего сидения подарок. Дамиан наблюдает за сестрой, выжидающе барабаня пальцами по рулю. Его не приглашали на праздник. Конечно, его никто и не прогонит, приди он туда с Далией, но его появление в чужом доме может показаться как минимум странно, а затея отыскать причину, чтобы не отпускать сестру одну, никак не желает исчезнуть. Мир вокруг Далии начал меняться с появлением этого Аниса. Ничего необычного парень не предпринимал, но взгляд девушки изменился, улыбка, смех, интонация в голосе. Дамиан вдруг понял, что сестра совсем взрослая. — Я напишу, когда выйду, — Далия открывает дверь, собираясь выйти из машины. — Не заезжай за мной. — Как же доберешься? — С Анисом буду, — отвечает девушка, одной ногой уже оказавшись на асфальте. — Родителей нет, Дали, — сотый раз за поездку напоминает Дамиан. — Ты моей под ответственностью. — Я помню, — Далия переставляет ногу обратно в салон. Серьёзный Дамиан дело редкое, но крайне строгое. Если к этому добавить пунктик с опекой, приправленной просьбой мамы приглядеть за сестренкой, то наставления Дамиана спокойно можно преумножить на квадрат и получить значение в трёхкратном размере. Потому Далия опускает подарок на колени и ждет продолжения от брата. — Ты знаешь, что в некоторых странах совершеннолетие с 21 года? — слова парня совсем не звучат как поучения. — К чему это? — брови тянутся вверх, вопросительно изгибаясь. — К тому, что цифра восемнадцать — это еще не разрешение на все, — Дамиан с трудом выдерживает серьезное выражение лица, потому что цвет лица сестры меняется от бледного непонимающего до красного ужаснувшегося. — Боже, Дамиан, — Далия выскакивает из машины и крепко прижимает к себе коробку в подарочной бумаге. — Я про алкоголь! — смеется Дамиан. — А ты про что подумала? — Пока! — Шучу, я не только про алкоголь! — кричит Дамиан, потянувшись к двери, которую сестра забыла закрыть за собой. Далия ждет, пока брат соизволит наконец-то уехать, и нажимает на звонок. Хозяин дома не заставляет долго ждать. Икар с счастливой улыбкой открывает дверь. — Привет, — улыбается Далия в ответ. — С днем рождения! — Ух ты! — Икар пропускает девушку в дом и забирает протянутый подарок. — Спасибо, Далия! Но тебе можно было без подарка! — Надеюсь, понравится, — кивает Далия застенчиво. — Куда мне пройти? — Давай сюда! — Икар провожает ее в просторную гостиную. — Можно я не буду знакомить тебя со всеми? — обводит озадаченным взглядом своих гостей. — Можно! — смеется Далия. — Я сейчас, извини, — Икара зовут к домашнему телефону, предупредив, что его спрашивает племянник двоюродной бабушки. Очевидно, этого племянника знают все, потому что почти каждый просит именинника передать ему привет и жалеет, что тот не смог приехать на празднество. Далия медленно отступает назад, но в шаге от примеченного уголочка натыкается на кого-то со спины. — Ох, простите… привет, — шепчет, встретившись со знакомым взглядом. — Привет, — Анис тянет ее за собой. — Пойдем, здесь шумно. Оказавшись в пустой кухне, Далия понимает, что комната действительно было слишком оживленной. Теперь они одни. Те мгновения что они проводят вместе, такие редкие. Им обоим кажется, хватило бы минуты, чтобы встретиться взглядами с разных концов учебных коридоров, но минуты не хватает. Они смотрят друг на друга долго, растягивая каждую встречу на весь отведенный перерыв между занятиями. Ни прозвеневший звонок, ни опустевшие лестничные проемы, ни строгие предупреждения не прерывают безмолвный разговор, протянувшийся в десятки шагов. Они смотрят друг на друга из раза в раз так, словно встретились впервые, чтобы попрощаться навсегда. Приятная мелодия неизвестной песни отдаленно доносится из гостиной. Разговоры, крики и звон стеклянных стаканчиков, наполненных сладкими напитками, растворяются за стенами и сливаются в один монотонный шум. Слова, что напевает голос певца, совсем не различаются. Ноты складываются в звуки и превращаются в музыку, заставляя два сердца биться в плавном ритме. Далия чувствует, как приподнимается край вязаного жакета, как расстилается по шелковой блузке на спине тонкая нить прикосновений, как мнется на талии ткань в руках, как он сжимает ее, пуская еле уловимыми волнами трепет по хрупкому телу в своих объятиях. Невесомые касания кончиков пальцев ощущаются сквозь футболку и оставляют за собой горячие следы на плечах. Анис прикрывает глаза. Приблизившееся дыхание опутывает кожу бархатом, без которого, как ему теперь кажется, он может покрыться морозом. Без нее он замерзает. Замерзнет. Заледеневшее сердце разобьется вдребезги, не успев растаять. Он поднимает руку и замирает, не решаясь на следующий шаг. Боится потревожить покой, скрывающийся меж опущенных ресниц, подрагивающих в такт вздохам. Далия поддается ближе, приникнув щекой к его ладони. Где-то в тесном пространстве между ними планеты срываются с орбит. Анис проводит большим пальцем по бледному контуру полураскрытых губ. Она ждёт и знает, он не в силах отступать. Ни сейчас. Ни потом. Никогда. Ни за что. Неожиданный громкий хлопок срывает завесу, обволокшую их в чувства. Оба вздрагивают и оглядываются на дверь. — Они ведь там не взорвали дом? — шепчет Далия. — Уйдем тогда с кухни, — усмехается Анис. — Здесь есть выход на задний двор. Дверь резко открывается, и из тумана к ним выходит Вилен. — О! Вот куда вы подевались! — он держит в руках разорвавшуюся хлопушку. — Привет, Далия! — Привет, Вилен, — девушка улыбается. — Ты не говорил, что притащишь опять свои игрушки, — говорит Анис. Они с Далией проходят чуть дальше и прислоняются спинами к высокому кухонному столу, не отходя друг от друга ни на шаг. — Сюрприз! — смеется Вилен. — А Икару твой сюрприз понравился? — Далия смеется. — Его никто не спрашивал, — пожимает плечами Вилен. — Кола? — протягивает банку, но девушка отрицательно качает головой. — Я не пью газировку. — Тогда поищем другое, — бормочет парень, залезая в холодильник буквально по пояс. — Яблочный сок? — Пойдет, — кивает Далия, — спасибо, — улыбается, забирая из рук парня налитый в стакан прохладный напиток. — Ну что? — Ви прислоняется плечом к двери холодильника. — О чем следующий подкаст? — Информация не разглашается. — Я думал, что могу знать на правах друга, — хмурится Вилен, переводя взгляд на Аниса. — И ты ничего не скажешь? — Прости. — Ты можешь стать первым гостем в прямом эфире, — предлагает Далия. — Учитывая твою особую любовь к подкастам. — Мы еще не проехали эту тему?! — Вилен выпрямляется и больше обиженно чем рассержено разводит руки в стороны. — Какую тему? — на кухню врывается Икар. — Забей, мне плевать! — отмахивается, когда Ви собирается объяснить. — Далия, где ты их нашла?! — он поднимает стопку комиксов в руках. — Это же ограниченная серия! Их нигде нет! — Откуда ты знаешь про комиксы? — Вилен заглядывает через плечо друга на подарок. — Анис подсказал, — отвечает Далия. — Я просто сказал, что ты друзей продашь ради этого, — усмехается Анис. — Ну почти, — Икар с благодарностью смотрит на друзей перед собой. — Это же, наверное, кучу денег стоит. — Не совсем, — Анис откашливается и переводит вопросительный взгляд на девушку рядом. Интересно, по шкале способов приобретения подарков они на нуле или все-таки стремятся к отрицательному значению? — Они нашлись у приятеля Дамиана с университета, — говорит Далия, виновато поглядывая на Икара. — Достались бесплатно, — продолжает за нее Анис. — Парень все равно собирался их выбросить… — Правда? — Вилен зажимает рот кулаком, чтобы не захохотать во весь голос. — То есть это мусор? — Чего ржешь? — Икар прижимает комиксы к себе. — Это издание 2001 года! Их и так мало! Ты вообще ничего не подарил! — В смысле?! А хлопушки?! — Сам будешь подметать, когда все разойдутся, — Икар разворачивается, собравшись выйти с кухни. — То есть я переночую у тебя?! Надо было предупредить, я же не взял свой джойстик! — Еще чего?! — выкрикивает Икар сердито. — В прошлый раз ты запустил в мой Playstation чашкой! — Я промахнулся, — Вилен пожимает плечами. — Икар, — зовет Далия тихо. — Ты ведь не обиделся из-за подарка? Я правда думала, тебе понравится. — Что?! — Икар неверующе округляет глаза. — Это лучшее, что я получал! Спасибо, ребят! Пойдемте, там веселее! Вилен подбирает со стола еще одну банку колы и следует за другом в гостиную, по пути уговаривая его разрешить поиграть в приставку. Никакое разрешение ему не нужно, но побесить Икара обязательный ритуал в их дружбе, на котором, видимо, и держится их общение и, конечно, Анис, который всегда стоит между ними и не позволяет им перебить друг друга. — Пойдем? — Далия тянет Аниса за руку. — Хочу посмотреть на лицо Икара, когда Вилен снова возьмется за хлопушку. — Такое нельзя пропустить, — соглашается парень. Он обнимает девушку за плечи, толкает дверь, и они вместе ныряют в ярко освещенную гостиную, переполненную голосами, смехом и музыкой. *** Ильда не сводит глаз с девушки напротив. Ей не верится. Этот день настал. Далия готова вот-вот выйти в прямой эфир. Ее не пришлось уговорить, просить, убеждать. Ученица постучалась в кабинет как-то после занятий и сказала, что следующей записи не будет, в пятницу во время большой перемены она выйдет в прямой эфир. И сейчас Далия сидит прямо перед ней. Девушка несколько раз хватается за телефон, обеспокоенно вглядываясь в светящийся экран, и расстроенно откладывает его обратно на стол. — Анис знает, что сегодня первый эфир, — поясняет, заметив непонимающий взгляд куратора. — Он обещал прийти. Утром мы не виделись. Я писала ему несколько раз и звонила, но телефон выключен. Дома забыл, наверное. — А его друзья? — Икара нет занятиях, а Вилена не искала. Можно еще подождать? Две минутки? — Не опоздай, — улыбается Ильда и садится за свой рабочий стол. Две минутку проходят необыкновенно быстро. Далия ждет еще две. Четыре минуты, оторванные от эфира, более чем может себе позволить ведущий. Далия закрывает папку перед собой и тянет руку к мигающей кнопке. — И снова пятница! Я, Биджи, значит, с вами! По лицею прошел слушок, что выпускной в этом году ожидается весьма необычный! — ее смех звонкий, сверкающий, заливистый заполняет все уголки учебного заведения и оставляет за собой переливистые отголоски как яркий след, тянущийся за далекой кометой. Далия думает лишь о том, что с минуты на минуту Анис появится в дверях. Она продолжает говорить о предстоящем выпускном, о выборе тематики на мероприятие, шутит насчет того, кто скорее всего согласится приехать к ним на вечер — Snoop Dog или 50 Сent. Оба не самый лучший пример для подростков, поэтому они обойдутся каким-нибудь диджеем из районного дома культуры. Затем уверяет, что диджей все-таки будет на уровне городского клуба. Слово Биджи! А Анис не приходит. Далия прощается с учениками до следующего эфира. — Можно я уйду? Ильда разрешает, решив повременить со своими впечатлениями от эфира. Весь лицей знает, БиДжи выпускница. Через несколько месяцев она навсегда покинет эти стены. Кто-то обязательно захочет освобожденную роль. Но БиДжи не просто веселая ведущая подкастов, она живая душа, палитра, на которой смешались сотни мазков разных чувств и страхов. Ильда вздыхает, когда за ученицей закрывается дверь. Отодвигает от себя ноутбук и звонит тому, кто точно ей поможет. Тренер баскетбольной команды знает о своих подопечных все, вплоть до того, сколько раз за день каждый успел сделать вдохов. После занятий Далия принимается за текст следующего выпуска. Всего эфиров осталось меньше десяти. Однажды она в последний раз поприветствует ребят и впервые попрощается с ними навсегда. Два с лишним года самых смешных шуток и самых грустных воспоминаний. Далия думает над тем, чтобы выйти в эфир в день выпускного. Она будет скучать по БиДжи, но одна из них должна отступить, чтобы другая наконец-то стала собой. — Дали, тут твой телефон не перестает трещать, — Дамиан стучится в приоткрытую дверь. — Где он был? — хмурится, протягивая руку за мобильным. — На диване, — отвечает брат. — Походу, ты срочно нужна своему куратору. Может, забыла что-то в лицее? — Наверное, — пожимает плечами Далия и набирает Ильду. — Ну слава Богу! — вздыхает облегченно Ильда. — Сколько я уже звоню! — Здравствуйте, извините, — озадаченно проговаривает девушка. — Что-то не так? — Я узнала, почему Аниса не было сегодня на занятиях. Далия не помнит, как срывается с места, оставив Дамиан непонимающе глядеть вслед, как все-таки поддается уговором брата, когда он вызывается помочь сестре. Дорога кажется нескончаемой. Далия на каждом повороте нетерпеливо тянет брата за рукав куртки. Дамиан в ответ берет ее руку и заботливо поглаживает ладонь. — Я написал маме, что мы вместе и будем попозже, — говорит парень, когда они выходят из такси перед большим серым зданием. — Как думаешь, к нему пустят? — спрашивает Далия, поднимаясь за братом к входу в больницу. — Не знаю. Могут и не впустить. — Далия! Девушка оглядывается на знакомый голос. Икар широко улыбается и спешит к ней. Вилен следом выходит из лифта и направляется за ним. — Вы здесь! — Далия торопится к друзьям. — Я же звоню вам с утра! — Прости, — кивает Икар. — Мы думали ничего серьезного… — В смысле? — Далия переводит взволнованный взгляд с одного на другого. — Что случилось? Как Анис? — Вчера ведь все разошлись после день рождения, — начинает Икар, неуверенно поглядывая на девушку. — Анис должен был вернуться ко мне… — Да, он сказал об этом, когда проводил меня. — На обратном пути на него напали, — выдыхает Вилен, догадавшись, что Икар вслух этого не произнесет. — Что это значит? — Дамиан вмешивается в разговор. — Несколько человек избили его на автобусной остановке. — Почему? Кто это сделал? — Здравствуйте! Все четверо испуганно вздрагивают от неожиданности и поворачиваются к женщине, незаметно появившейся рядом. Далия узнает ее. Та самая, что приходила на беседу к директору и называла того парня братом Аниса. — Кажется, вы тоже друзья Аниса? — обращается она к брату с сестрой. — Я Кира. — Дамиан, — кивает коротко парень. — Далия, моя сестра. — Хотите увидеть Аниса? — она улыбается, не переставая рассматривать девушку перед собой. — Он был рад Икару и Вилену. Вам тоже обрадуется. — Можно? Правда? — Далия радостно ступает вперед. — С ним ведь все хорошо? — Сама сейчас увидишь, милая. — Я здесь подожду, — шепчет Дамиан сестре. — Мы тоже подождем, — говорит Икар. — Всё хорошо, Далия. Девушка входит в лифт и устраивается в углу, прислонившись плечом к зеркалу. Кира снова улыбается ей и нажимает на кнопку. — Ты ведь знаешь, кто я? Далия кивает. Робкая улыбка появляется тенью на губах и сразу исчезает. Она не знает, что сказать. Стоит ли что-то говорить. Не самый лучший момент, что-либо объяснять или обсуждать. Далия хочет видеть Аниса. Остальное подождет. — Он в 321 палате, — Кира выходит из лифта, но дальше не идет. — Я буду недалеко. Далия останавливается перед дверью. Короткий стук. Никто не отзывается. В палате задернуты шторы, от чего совсем темно. Девушка проходит чуть вперед и замирает в углу. — Не включайте свет, — голос звучит устало. — Хорошо, — отзывается девушка, не смея шагнуть ближе. — Далия?! — Анис приподнимается на локтях и удивленно смотрит на нее. — Привет! — широко улыбается, стараясь не обращать внимание на жгучую боль в колене. — Тебе больно? — от внимательного взгляда не ускользает, как тяжело ему держаться и не рухнуть обратно на подушку. — Анис, пожалуйста, — она спешит к нему и берет за руку. — Что случилось? — Ничего, — качает головой, пряча теплую ладонь между двумя своими ладонями. — Прости, я пропустил эфир. Ты столько готовилась. — Анис… — Расскажи про выпуск, — просит парень. Он тянет ее к себе, усаживая на койку. — О чем говорила? — Выбирали кто лучше, — отвечает Далия. — Snoop Dog или 50 Cent. — Я бы предпочел Eminem. — Тогда позовем его! — А ты кого хочешь? — Никого, — говорит Далия. — В смысле без разницы, если… если мы будем там вместе. — Анис, — она смелеет и решает задать вопрос, на который наверняка знает ответ. — Это ведь он? Тот парень? — Какой? — Анис старается не смотреть на нее. Хмурится и крепче сжимает ее пальцы. — Наум… — Не произноси его имя, — перебивает резко. — Он не достоит того, чтобы ты произносила его имя, — добавляет чуть мягче, но взгляд все еще не поднимает. — Мы ведь однажды поговорим об этом? — Далия склоняется к нему. — Посмотри на меня. Анис встречается с глазами напротив. Темный взгляд излучает свет. Что-то несовместимое. Необъяснимое. Однажды никогда не наступит. Здесь и сейчас. Он должен сказать всё. Он не увидит её в день выпускного, не проведет с ней эфир, не послушает её смех. Он виноват. Стоило признаться с самого начала. Первым просил ее не уходить, и первым уйдет он сам. — Побудь еще со мной, — он тянет ее к себе и обнимает, когда Далия опускает ниже и кладет голову ему на плечо. Далия не спешит и не торопит Аниса. Для некоторых разговор они еще слишком молоды. Время. Время само подберет ключи ко всем дверям, что они не могут открыть сейчас. *** Анис отстраняется, когда отец протягивает руку, чтобы помочь сыну подняться по лестнице. Анис крепко сжимает деревянное перило и самостоятельно вступает на ступеньку. Нога не выдерживает под весом парня. Колено пронзает боль, которая расползается внезапной молнией по телу. Анис со вскриком наклоняется вперед и садится на колено здоровой ноги. — Все еще считаешь, что тебя не нужно никуда уезжать? — мужчина все-таки подхватывает его и медленно поднимает с места . — А для тебя на причину больше от меня избавиться, — Анис прислоняется плечом к стене дома и ждет, пока отец разберется запертой парадной дверью. — Желать, чтобы сын не страдал, не считается желанием от него избавиться. — Надеюсь, мама этого не слышит, — усмехается парень, пройдя в дом и кинув спортивную сумку на диван в гостиной. — Бедная женщина умерла бы во второй раз от твоей лжи. — Не смей так говорить о своей матери! — разъяренный крик отца заставляет его вздрогнуть, но он не сдвигается с места, глядя на мужчину напротив холодным взглядом. — А что не так? — голос на удивление звучит спокойно. — Мама не сказала ни слова о своей болезни, потому что твое безразличие ничто бы не пересилило. Я даже не хочу знать, что заставило вас пожениться и что развело вас по разным сторонам, потому что при любом раскладе это твоя вина. Ты привел другую женщину в этот дом! В наш дом! Мой и мамы! Привел ее противного сынка! — голос больше не держится на одной волне. Слова срывается с губ огромными лавинами, снося последние заслонки в отношениях отца и сына. — Я избил его! И я не он! Я не поджидал его в темном углу с такими же отвратными приятелями! Не избил и не убежал! Так ведь поступил со мной твой примерный пасынок?! Я набил ему морду дважды! Оба раза заслуженно! И оба раза я понес наказание честно! И уехать должен я! Чтобы ты мог спокойно жить здесь со своей семейкой?! Какого черта я должен учиться на другом конце света?! Почему операцию на колено должны провести где-то в другом месте?! Что это, если не твои усердные попытки от меня избавиться?! — Ты не был таким, — произносит в ответ мужчина, внимательно разглядывая сына. — Несколько месяцев назад ты хотел уехать. Ты ведь сам выбрал университет, куда хочешь поступать. Сказал, что больше не вернешься сюда. — Что? — переспрашивает Анис тихо, хотя прекрасно все расслышал. — Это все из-за той девочки? Она навещала тебя в больнице. — Кира сказала? — перебивает нетерпеливо. — Конечно… — вздыхает устало. — Далия тут ни при чем. Не там ищешь виноватого. — Ты уедешь, Анис, — произносит отец медленно, давая парнишке время, чтобы осознать реальность. — Я договорился. После операции тебе понадобится около полугода на реабилитацию. Не стоит спешить. В это время учебу можно перевести на заочную форму. Как только восстановишься, сможешь посещать занятия. И не смей больше пытаться отозвать заявку на поступление в университет. Анис закрывает лицо ладонями и опускается в кресло. Стоило догадаться, что до родителя дойдет информация о его заведомо провальных попытках бросить учебу, еще не начав. Он не сможет попрощаться. Прощаться. С ней. Возможно, навсегда. Это все, что ярким пламенем горит и светится в голове, превращая все другие мысли, чувства, переживания в пепел. *** Что-то меняется. Далия ощущает изменения кожей, дыханием, взглядами. Что-то невидимое движется прочь от нее, унося с собой то хрупкое равновесие, что разрослось постепенно вокруг девушки. Она уже точно знает, что возвращение Аниса в лицей после произошедшего станет нулевой точкой отсчета чего-то неизбежного. Они так и толком не поговорили. Каждый боится услышать в ответ на свои вопросы не те оправдания, что придумал у себя в голове. И время им совсем не помогает, лишь отдаляет друг от друга. Кто сказал, в восемнадцать легко любить? — Далия! Девушка резко останавливается. Звонок давно прозвенел, но она не спешит на первое занятие. Неспешно оглядывается за спину. Улыбка невольно расцветает на губах при виде парня, стоящего на другом конце пустого учебного коридора и широко раскрывшего в стороны руки. Далия кидает рюкзак на пол и, подпрыгивая от нетерпения, бежит к нему навстречу. — Ты же сказал, что выйдешь на следующей неделе, — шепчет, крепко обнимая парня. — Ох, прости, прости, прости, — бормочет, опомнившись, когда парень слегка отступает. Колено все еще плохо держится и почти не слушается. Анис не может долго стоять на ногах. Далия хорошо помнит об этом, всего лишь забылась на мгновение. — Куда ты? Мне не больно, — Анис удерживает ее в объятиях, когда Далия снова пытается отстраниться. — Прости… — Ты не идешь на урок? Посидим на заднем дворе? — Пойдем к Ильде? Если буду у нее, то не засчитают как пропущенный. Далия убегает за рюкзаком, когда получает в ответ на свое предложение улыбку. — Так ты вернулся на неделю раньше? — спрашивает Далия, уже оказавшись в кабинете своего куратора. Анис молчит, но молчание в его случае не решение проблем и не отсрочка этих решений. Он не знает, что должен сказать. Что говорят в таких случаях? «Извини, я тот еще подонок, втянул тебя в эти отношения и теперь сваливаю». За время, пока Анис лихорадочно подбирает в голове нужную комбинацию слов, Далия убирается на рабочем столе Ильды, переставляет по порядку диски с записями выпусков и даже успевает налить в два бумажных стакана горячей воды и заварить пакетики чая. — Я… остались считаные дни до конца учебного года, — произносит Анис, сжимая между ладонями стаканчик. Обжигает. Сильно. Но парень не выпускает дымящийся напиток. Боль помогает собраться мыслями. — Я не выйду на учебу. Скорее всего, — добавляет, постаравшись смягчить эффект от сказанного. Теперь молчит Далия. Она играется ниточкой, дергая им чайный пакетик в своем стакане. Вдруг поднимает на парня напротив глаза и спрашивает тихо: — Это все из-за меня? — Что? — Анис в волнении поднимается с места. — Нет, нет, Далия? Совсем нет! — Прости… — За что? — Думаю, что за все? — Далия неуверенно пожимает плечами. Анис оставляет стаканчик на столе, опускает обратно на диван и придвигается ближе к девушке. — А на выпускной придешь? — Я не могу пропустить, как ты будешь петь в вечернем платье песни Eminem, — отвечает парень, заметив улыбку на губах девушки. Он мягко берет ее руку и переплетает их пальцы. — А еще дико соскучился по убивающему взгляду твоего брата, когда буду забирать тебя. — Анис, перестань! Они смеются долго и громко, не выпуская рук друг друга. Далия пропускает второй урок. Они обсуждают выпуски, на которых отсутствовал Анис, и придумывают тексты для оставшихся нескольких записей, пока в кабинет наконец-то не возвращается Ильда после собрания заведующих и гонит учеников из своей обители — одного домой долечиваться, а другую учиться дальше. Анис провожает Далию до класса, где будет проводиться следующий урок, и уходит за минуту до звонка, чтобы не попасться на глаза друзьям, которые в общем-то не входили в идею неожиданной встречи. *** Далия снимает крышку с картонной коробки, бережно достаёт туфли и опускает их на пол. Улыбается, разглядывая бежевые лодочки, которые остаются верно дожидаться своего часа. Бисер, расшитый узорами по краю невесомой голубой ткани платья, искрится в свете летнего солнца, просачивающегося сквозь оконное стекло. Девушка кружится вокруг своей оси и смеется. Полы одеяния струятся за ней, создавая переливающиеся волны. Серёжки в форме маленьких перьев звенят, словно сменяются вслед за обладательницей. Далие больше не хочется оказаться в диснеевском мультфильме одной из принцесс. Как когда-то давно в детстве. У нее теперь своя настоящая сказка. — Далия! — кричит ей с первого этажа брат. — Тут к тебе! — Анис? Так рано? — шепчет девушка, схватившись с расческу. — Далия, это я! — раздаётся второй хриплый голос. — Вилен?! Далия забывает обо всем. Босиком выбегает из комнаты и спускается по лестнице, перепрыгивая через ступеньки. — Что с тобой? Вилен стоит, прислонившись ладонями к дверной раме, и тяжело дышит, запыхавшись. Рубашка расстегнута на несколько пуговиц и помято свисает по бокам. Черные классические брюки в каких-то серых брызгах, а когда-то белоснежные кроссовки испачканы грязью. — Я был у Аниса, — проговаривает парень, все ещё не выровняв дыхание. — Мы хотели вместе заехать в Икару, а потом он к тебе должен был… — Вилен! — вскрикивает Далия. — Что случилось?! — Его нет, — Вилен качает головой. — Я прождал у дверей 40 минут. Я без телефона, дома забыл. Потом соседка вышла и сказала, что часа два назад они вышли с чемоданами из дома и уехали. — Он что, вам ничего не сказал? — Дамиан, до этого молча остающийся в стороне, наконец-то вмешивается в разговор. — Я думал, может, Далия что-то знает, поэтому прибежал, — отвечает Вилен. — Икар? — с надеждой спрашивает Далия. — Может, он знает? — Нет, он ведь тоже ждёт дома нас обоих. — Что это значит? — не понимает Далия. — Он куда-то уезжает, — догадывается Дамиан. — Вот что это значит. — Что? — Далия смотрит на брата и не понимает ни слово из сказанного им. — Сообщи Икару, что вашего друга нет, — обращается Дамиан к Вилену. — Если сможете, поезжайте на вокзал. Мы поедем в аэропорт. Скорее всего, если он и вправду уезжает, то удобней воспользоваться воздушными путями, но проверим оба варианта. Далия, обувайся. Далия натягивает первое, что попадает под руки. Красные резиновые сапоги, которые всегда покоятся в уголке у входа. — Мам, я беру ключи от машины! — прощается Дамиан и, не дождавшись ответа от матери, запирает за собой дверь. Далия стоит перед монитором с расписанием рейсов, приподняв полы платья, из-под которого ярко выделяются красные сапоги. Некоторые улыбаются, но многие проходят мимо, не оглядываясь. Девушка стоит неподвижно, снова и снова перечитывая список городов. Они обошли с братом все стойки регистрации. Тщетно. Далия смирилась, но все же чуть-чуть надеется. Анис так не поступил бы. Всё, что она знает. Всё, о чем думает. Всё, что понимает. Он обязательно объявится, расскажет, объяснит. Устало вздыхает и садится у высокого окна на пол. Дамиан возвращается, обойдя в очередной раз зал аэропорта. Садится рядом и берет сестру за руку. — Я ответил на звонок на твоем телефоне. Икар звонил. У них тоже ничего. Далия ничего не говорит. Опускает голову на плечо брата и закрывает глаза. — Я все равно не люблю прощаться, — шепчет, когда брат крепче сжимает её пальцы в ладони.