Ведьмаки и ведьмы

Все в комнате оборачиваются на прокуренный голос. Его вид отличается от остальных двух мужчин в цветных рубашках, но гости не обремененны предрассудками. К нему с улыбкой подходит Маргарита. Белое платье в горошек, рыжие волосы зачесаны в ракушку, на ушах красная бижутерия. Она кладет руку на плечо парня. — Ребят, это Валера. Гости легонько машут руками. — Это Таша, – она показывает на блондинку в зеленом платье. – это Марина, – кудрявая брюнетка в длинном красном платье с вышивкой из пайеток. – Даниэля ты уже знаешь. — Найс ту мит ю. – говорит Валера. — И Максим. – кудрявый парень в оранжевой рубашке и пиджаке. — Очень приятно. – улыбается Максим. Сзади открывается дверь. Из нее показываются две светлые головы. — Кто пришел? – спрашивает одна из девочек, смотря на взрослых. — О, пятнадцать копеек! – говорит Валера. Маргарита усмехается. — А почему пятнадцать копеек? – спрашивает вторая. — Ну раз вас двое, то уже тридцать. – он наклоняется к девочкам. – У меня у друга сестрёнка, с вами как две, эээ, три капли воды похожа. Позади слышатся смешки. И не будет же он рассказывать, что за 15 копеек Юлька продала шапку, а то они половину дома на продажу вынесут. — И она постоянно где-то находила 15 копеек. — Ого, круто, а познакомишь? Будем вместе искать копейки и покупать жвачки. — Так, идите на кухню, отнесите торт. – Маргарита передаёт торт из рук Валеры девочкам. – Прости, они у меня болтушки. — Да ладно, дети всё-таки. — Валера, а чем ты занимаешься? – спрашивает Таша потягивая шампанское. — Автослесарь обычный. — О! А какой разряд? – спрашивает Максим. — Третий. – озадаченно смотрит Валера. — Пфф, салага, у меня пятый. — Да ну. Чем докажешь? Максим подходит к нему демонстрируя руки: зажившие швы, ожоги, шрамы на трех пальцах. — Да, ты этими пальцами явно не в жопе ковырялся. Максим смеется. — А вы где вообще такие прикиды нашли? – Валера оглядывает комнату. – В театре костюмеры что-ли? — Хотелось бы. Мы сами шьем. – раздается высокий голос Таши. – Днем работаем, вечером шьем, пару раз в месяц собираемся. — Ты тоже? – он смотрит на Маргариту. — Я, можно сказать, это всё и предложила. Я и мой муж, бывший. – она неловко улыбается. – Так, давайте за знакомство. Она протягивает Валере бокал. — А можно? – он спрашивает шепотом наклонившись к ней поближе. — Чуть-чуть можно. Бокалы осушаются. Даниэль бегает глазами по Валере. Он смотрит в ответ, хочет как минимум кинуть неодобрительный взгляд, но держит себя в руках. Он трогает лицо, вдруг что-то прилипло. — Не, не, — Даниэль отмахивается. – Маргонь, ты не продала еще тот пиджак? — Который? Черно-желтый? — Да-да-да. Щас из тебя тоже стилягу сделаем. – говорит он с улыбкой. — Ты не против? — Да пофиг вообще. — У тебя под кофтой куполов нет? — шепчет Маргарита. — Куполов нет, роза есть. — он тянется снять кофту. – Ща. Он встает в центр комнаты. Маргарита уходит в другую комнату. Она надеется, что дети уже в постели, она не против искать пиджак наощупь, лишь бы девочки легли вовремя. — Мама, – Яна сонно спрашивает. – а как этого дядю зовут? — Валера. – она роется в шкафу. — А он еще придет? — Не знаю, зайка. Ты хочешь чтобы он еще раз пришел? — Да! — Я у него спрошу. Спокойной ночи. – она улыбается и выходит из комнаты. На свету она видит что пиджак именно тот, руки её не обманули. Валера оборачивается. На левом предплечье действительно роза. Без колючей проволоки и кинжала, что радует. Она одевает на него пиджак и показывает на зеркало в конце комнаты. Пиджак запахивается как плащ и застегивается на две золотые пуговицы. Большая часть желтая, рукава повторяют цвет противоположной стороны, как и длинный ворот. — Ну жених. – раздается низкий голос Марины. — Только титьки не натри. – говорит Даниэль. — Давай изолентой заклеим! – из Максима вырывается смешок. Марго шипит подставляя палец к губам. — Пойдемте торта бахнем. – она зовет гостей на кухню. — А какой торт? – шепотом спрашивает Таша. — Киевский. – отвечает Валера. — О, мой любимый. – говорит сзади Марго. — Вот, теперь я знаю как косяки заглаживать. – подмечает Валера. На светлой кухне рубашки парней становятся ярче, платье Марины темнее, а щеки Маргариты краснее. — Мать, ты сколько выпила? – говорит Таша глядя на Марго. Она достает пудру с верха холодильника, смотрится в крошечное зеркальце и замазывает красноту. — Бутылку где-то. Да ладно. Тебе напомнить что ты в последний раз вытворяла? — Так там бутылка водки была. — Вот именно, а я приличная женщина, пью только шампанское и ликер. Даниэль отправляется за тарелками, Максим поставил чайник и нарезает торт. — Приличной женщине Иван Сергеевич весточки не слал? – спрашивает Даниэль. — Да где-то недели две назад звонил, говорит в этом месяце меньше вышлет, у них там продажи вообще не але. – Марго зевает. – Тяжело смол бизнесу. — Год прошел, число сменилось, нихуя не изменилось. – говорит Марина. – Как был ебалаем так и остался, нет бы детям приглашение отправить. Даниэль прикрывает ей рот и жалеет что начал этот разговор. — Че вы меня смущаете? Вот ему и предъявляйте. Только роуминг сами платите. Валера берет ее за руку. — Пойдем покурим. Они заходят на балкон и прикрывают дверь. Марго одной спичкой подкуривает две сигареты и облокачивается на деревянный подоконник. — Иван Сергеевич это бывший муж? — Да. Он в Америке. Свое ателье и типа модный дом, правда со этого всего одни убытки. Говорит три копейки получает, но на те копейки, которые он нам отправляет можно полтора месяца жить. Дианка прям его копия. И внешне и тоже постоянно всякие штучки мастерит. Яна тоже, но больше в меня. — Тебе обидно? — Нет. Я ему благодарна и за детей и за деньги и в принципе за жизнь которой я живу. Грех жаловаться, но...я не знаю как мне к нему относиться. Так-то пофиг уже, но не знаю короче. — Прилечь не хочешь? — Хочу. Только спать не хочу. Он смотрел в окно на детскую площадку, на заходящее солнце, на руку Марго, которая уже выкидывает бычок. Она поворачивается к нему лицом. Подпитый прищур смотрит прямо ему в глаза. Оба, будто прочитав мысли, склоняются в объятия. — Спасибо, что выслушал. — Обращайся. – он похлопал её по спине. Он внезапно поднимает её на руки. Она охает, но тут же прикрывает рот. Он одним шагом переступает высокий порог в надежде не улететь прямо в стол. Он усаживает ее на край дивана, следя за тем, чтобы прическа не помялась, но Марго прижимается головой к изголовью дивана и съезжает вниз. Валера садится рядом. Она ложится на плечо и шея парня ощущает теплое дыхание. Боже, как хорошо. Из-под ребер по телу разливается наслаждение. Он поворачивает голову, чтобы взглянуть на неё, она поднимает взгляд и тянется ближе. Он накрывает её губы своими на несколько секунд. Отстраняется на пару миллиметров и теперь уже она тянется обратно. Марго обнимает Валеру за шею, а он обнимает её за талию. Держит, будто она сейчас исчезнет. Желание заботиться о ком-то, оберегать, быть рядом действительно добавляет желания жить. — Ты не будешь жалеть об этом когда протрезвеешь? — М-м. – она мотает головой. – Мне интереснее что ты думаешь. — Ну...– он серьезно задумался, но к чему бы он ни пришел, ответ один: – ты мне нравишься. В других обстоятельствах я бы никогда этого не сказал. Ну в смысле не то что я не хотел бы этого говорить. Короче, ты поняла. — Угу. Она улыбается и облокачивается на диван. — Маргоня, – к комнате подкрался Даниэль. – тебе чай с тортом принести? — Да, да, спасибо. — Валер, тебе? — Не-не-не, я сам возьму. – Валера направляется на кухню и Даниэль следует за ним. Вся кухня смотрит на Валеру. — Ну как? – спрашивает Таша. — Да нормально. — Ну смотри, если что, мы тебя запомнили. – говорит Максим. — Ты мне вот что скажи, – к нему поворачивается Даниэль. – где она тебя откопала? — Да там такая история. – он не уверен стоит ли им знать о его прошлом. С одной стороны это её близкие, кто-то наверное уже в курсе, но с другой стороны он не знает насколько они к ней близки и могут разнести, что у приличной милиционерши с двумя детьми какие-то мутки с уголовником. – В общем на работе познакомились. — А! Все понятно. – восклицает Таша. Валера озадаченно смотрит. — Из каталажки вытащила по ходу. – продолжает девушка. – Так что ты лучше не перепивай не в её смену. Максим и Таша сдерживают смешки. Даниэль уходит к Марго. — Я никак не пойму: – Валера решается подать голос. — это же всё очень долго шьется, вы хоть какую-то копейку с этого получаете? Модники кивают головами. — Конечно. – хрустит тортом Марина. – Платят хорошо, но нерегулярно. Обычно как раз театры заказывают, или для конкурсов красоты. Когда всякие мажорики из Москвы заказывают, так вообще песня. — Только иногда такую херню просят, даже не знаешь как потом это в нормальный вид привести. – подключается Таша. – Даже если бы не платили, то все равно бы шили, только реже и медленнее. — У нас это чисто в рамках хобби, мы именно на вот таком олдскуле сконцентрированы. Потому что я например не понимаю как Таша на фабрике шьет по тысячу раз одни и те же трусы и носки. – говорит Максим смотря на девушку. — Ты творец, а я ремесленник, каждый занимается своим делом и всем при этом хорошо. – она переводит взгляд на Валеру. – Ты если в какое-то творческое направление идешь только потому что там платят хорошо, но ты не горишь к этому и вообще терпеть не можешь всё что ты делаешь, то и результат будет соответствующий и по итогу ты просто возненавидишь это. — Да и на деньгах свет клином не сошелся. – говорит сзади Даниэль. – Иван Сергеевич скорее удавится, чем что-то не по своему эскизу сошьет. Это вон, Маргоня с малявками могут на его посылки шиковать, а у них цены другие и он считай им три копейки отстёгивает, а на остальное бизнес тянет. — Хороший мужик видимо. – Валера кивает. – А, кстати, Даниэль. — М? — Может сейчас лишнего спиздану, но че ты такой белый? — У меня папа эфиоп, а мама беларуска. Не выдержали холодного минского климата и перебрались сюда. Но черные всякие разные бывают. У меня сестра маленькая вообще шоколадка. Слушайте, пойдемте Марго проведаем.