Глава 3 — "Остывший кофе"

— Они же сказали, что более-менее похожая форма именно у этой фирмы. Я же не могу вам принести подтверждение в письменной форме... — начал ворчать стажер, не понимая, к чему может придираться его попечитель. — Да ты только для отчетов и годишься. Скажи спасибо, что я вообще согласился принять у себя стажера, — сухо сказал тот. Николас глубоко вздохнул и посмотрел на здание, перед которым они стояли вместе с Бенджамином. Парень же с растерянным видом перебирал какие-то бумаги, ища что-то, пока Майер взглядом изучал здание. "С этой стороны есть пара окон, но не думаю, что через них преступник сможет сбежать. Если он, конечно, будет здесь..." Перед ними была темно-зеленая дверь с белыми вставками и пара маленьких окон, через которые можно было видеть помещение. Рядом висел плакат, похоже, там было описание предоставляемых фирмой услуг. Над дверью висело название: "Hitex". По данным, которые им прислали раннее, было указано, что это единственное здание этой небольшой компании. Следователь взглянул в сторону своего помощника, который нервно бормотал себе что-то под нос, и небрежно похлопал его по плечу: — Давай не будем тянуть время, раз мы уже сюда прибыли. Бенджамин на минуту расслабился, но тут же собрался, зная, что Майер найдет повод к чему придраться. Следователь открыл дверь, и они вошли внутрь, Николас — спокойно и уверенно, Бенджамин — явно волнуясь. Комната была совсем небольшой и абсолютно пустой, за исключением нескольких стульев у двери, стойки администрации и молодого парня с рыжеватой челкой, сидевшего за ней. Судя по его позе и выражению лица, ему было ужасно скучно, ведь других клиентов в это время не было. — Здравствуйте, чем могу помочь? — неуверенно произнес парень, видя подозрительно серьезных людей в дверях и резко вскакивая со стула. Майер без особого интереса осматривал внутреннюю часть помещения, подходя ближе с стойке. Бенджамин робко взглянул на то, что следователь, как и всегда, очень глубоко задумался, поэтому решил взять инициативу в свои руки, говоря администратору: Его прервал строгий и острый взгляд Николаса, который, услышав, что помощник говорит без его разрешения, тут же повернулся к нему. Администратор в недоумении смотрел то на одного, то на другого, прежде чем старший из двух все же решился заговорить: Мужчина вытащил из кармана ордер и показал парню за стойкой администрации. Ордер на получение бумаг и опрос работников этой компании они взяли ранее еще в полицейском участке. Тот начал нервно бегать глазами по всей комнате, из-за чего он выглядел более подозрительно. Следователь тяжело вздохнул и спокойно добавил: Парень быстро кивнул и скрылся за дверью обслуживающего персонала. На несколько мгновений наступила мертвая тишина, никто из следователей не хотел даже шевельнуться. Но неожиданно для Бенджамина, Николас неожиданно произнес: — Смотри и учись, стажер. Первый подозрительный признак — это растерянность и тревога, а они определяются другими характерным качествами. Только нужно задать вопрос себе: какова причина этих двух эмоций у человека? “Но это правило работает не всегда, в стрессовых ситуациях люди могут реагировать по-разному. Некоторые максимально закрываются в себе, некоторые начинают вести себя агрессивно, а некоторые сильно волнуются. Но этот урок ему предстоит ещё уяснить на опыте…” — подумал про себя следователь. Бенджамин безнадежно вздохнул, не зная что ответить. Это был первый случай, когда старший хоть что-то ему наконец рассказал в работе детектива. Да и раньше он давал ему только письменную работу. Опять наступила тишина... Было слышно только тиканье часов, на которые неотрывно смотрел мужчина. Помощник же неспокойно смотрел на дверь для обслуживающего персонала, ожидая, когда же уже вернется тот парень вместе с начальником. Наконец, через пару минут, появился тот самый рыжеватый парень с густоусым мужчиной. — Чем могу вам помочь, господа? Помощник опять было хотел открыть рот, но тут же остановил себя, давая слово старшему следователю. — Нам нужен список и портфолио всех, кто работал или приходил на работу с 24 по 25 августа, — непринужденно произнес Николас, поворачиваясь к мужчине. Тот же с подозрением посмотрел на следователя, прежде чем осторожно произнести: — Вы уже показывали документ на “обыск” нашей компании? — Конечно. “Похоже у этого свои счеты с полицией. Да и эту шаражку даже компанией не назовешь… “ Он в очередной раз показал ордер, который руководитель долго и внимательно рассматривал, видимо, проверяя подлинность. — Все хорошо. Энтони, составь господам список и принеси из моего кабинета папки с портфолио работников, — обратился мужчина к своему работнику. Парень тут же побежал в служебное помещение, тем временем младший следователь оперся рукой об стол, уже надеясь, что это последний раз, когда их заставят ждать. Николас же не сдвинулся с места, все еще глядя на часы, а начальник фирмы подозрительно смотрел на обоих следователей, будто на мошенников. Майер даже не замечал прожигающий его взгляд мужчины, что немного удивляло Хоффмана. И все же он решился спросить у главного по фирме, не боясь замечаний старшего: Мужчина и стажера прожег взглядом, а Николас с озадаченным видом повернулся к своему помощнику. Парень же слегка растерялся, когда все обратили на него внимание, но мужчина с густым усами все же произнес: — Нет, ни в коем случае. Кто же знает, что они с этой формой будут делать? — с достоинством воскликнул мужчина, отводя взгляд в сторону, будто его только что оскорбили. — Ага... Спасибо за ответ... — тихо произнес Бенджамин, глядя вниз. Больше никто ничего не сказал. Скоро список был уже в руках у старшего следователя. Он глубоко вздохнул и открыл папку со списками сотрудников, работавших в тот или иной день. Тем временем Бенджамин держал в руках документ со всем списком работающих в этом небольшом предприятии. Папки с бумагами были довольно толстыми, так что работы у следователей была куча... Через примерно два часа оба следователя успели разобрать папки и выделить для себя трех главных подозреваемых. Опросить нужно было всех, но этих троих — особенно тщательно. Николас решил немного облегчить себе задачу и поручил опрос неважных подозреваемых на Бенджамина, который, в общем, справлялся довольно хорошо. “Все же учиться ему рано или поздно придется, хоть с моей помощью, хоть самому. Чем быстрее выучится, тем быстрее уйдет. А мне только в радость избавиться от одной из проблем…” Стажер же обрадовался хоть какой-то похвале и продолжил работу с большим энтузиазмом. Он понимал, что от Майера другого не стоило ожидать. Можно сказать, что у среднестатистического следователя слишком завышенные ожидания, а можно сказать и то, что он скорее всего просто хочет держать вокруг себя сильных. Или… Ему просто нравится, когда кто-то из кожи вон лезет ради него, знает об этом только Бог. Чтобы особо не заморачиваться и не ехать в отделение, Николас решил опросить всех в этом же здании, в офисе одного из работников компании. Первым зашел подтянутый парень средних лет. Лицо точь в точь как на фотографии в резюме, но единственное, что его отличало от фотографии, это…. — Стоп, вы хотите сказать, что парень уже как минимум месяц ходит покрашенный в рыжий, и мы узнаем об этом только сейчас?! Николас стоял перед главным в отделении с максимальным недоумением на лице. Бенджамин же в это время, не теряя времени, оперативно стал опрашивать следующего подозреваемого. Мужчина покрутился на офисном стуле, непринужденно поднял плечи. — Документы мы меняем не так часто, а вы и сами не говорили мне о деталях дела. Откуда я должен знать о том, что вам важно, что он не рыжий? — Да это же серьезное расследование, а не выступление клоунов, тут каждая мелкая деталь важна! Следователь, не решив заканчивать речь, с раздраженный видом пошел в сторону офиса, где Бенджамин сейчас опрашивал второго человека. Около двери как раз стоял его помощник. Только выражение лица, мягко говоря, не было уже таким радостным, как минуту назад. Николаса это озадачило, уже сожалея что похвалил стажёра, но решил разобраться с этим более спокойно. Когда старший сделал кивок в сторону Хоффмана и вопросительно, но в тоже время требовательно взглянул на него, скрестив руки на груди, тот невнятно пролепетал: — Меня просто заткнули и выгнали из кабинета… Я не мог ничего сделать, понимаете… Он насмехался над моей семьей и матерью, и… Майер глубоко вздохнул, пытаясь оставаться спокойным, и положил руку на плечо стажёра, давая понять, чтобы он остановился. Теперь поняв, что такие дела давать юному помощнику еще рано, тот дал наставление Бену сходить и взять в ближайшей кофейне им обоим по кофе и заняться бумажной работой, пока «взрослый разберется» с этим непростым делом. Для таких моментов нужна особенно железная хватка… — Не кричи на меня, а то сейчас же уйду! — Уже два раза уходил, — хотел закатить глаза Майер, но передумал. — Я с друзьями пил, точно помню! “Может быть, он просто заговаривает зубы? Притворяется дурачком, чтобы его скорее отпустили? Если так, то притворяться идиотом у него талант”, — безнадежно подумал про себя следователь. — А.. Эм.. Нет.? Нет.. Нет, я не пил с друзьями, пили мы на прошлой неделе! — Боже помоги, —Майер опустил голову вниз, уже чуть ли не молясь и не зная что делать с этой неразберихой, и проговорил полушепотом, — Говорить научился бы сначала, а потом уже все остальное… — Футбол я смотрел, футбол! С матерью своей так разговаривать будешь, а не со мной. — Что? Щенок, тебе лет хоть сколько? Семнадцать? С матерью своей так разговаривать будешь! Я следствие веду, а не в игрушки играю, — не сдержался Николас, прежде чем через минуту взять себя в руки: — Брат сможет подтвердить, что ты находился с ним? Николас глубоко вдохнул воздух и выдохнул с большим облегчением. Два часа он добивался информации, где находился этот парень во время суицида…. Николасу сразу показалось это подозрительным, но в ходе опроса он понял, что сам человек такой, а не ситуация. Все же с такимм людьми на допросе будто в первый раз. В конечном итоге Бенджамин купил кофе, который остался стоять нетронутым в комнате, предоставленной им для расследования. Они уже выходили на парковку из третьей проверенной ими службы доставки за сегодня, когда Николас решил взглянуть на свои наручные часы: — Уже четыре часа дня! А мы возимся с этими опросами подозреваемых с девяти утра. Может, лучше сделать перерыв… — с зевком произнес следователь, поворачиваясь к помощнику. Хоффман же уставился в бумаги, полученные в ходе опросов подозреваемых, и даже не услышал старшего. Через мгновение парень внезапно взволнованно воскликнул, так и не услышав старшего: — Да нет, вроде.. Да я думаю, эта бумага не очень-то и нужна сейчас. — Ну знаете, всякое может быть. Нас уже чуть не прижали к стенке один раз из-за того, что у нас мало доказательств того, что мы из правоохранительных органов… — ещё с большой неуверенностью закончил фразу Бенджамин. “А ведь и правда, лучше сейчас сделать характеристику и пару бумаг насчет расследования. Заодно они будут готовы, и я сразу выдам их в отчете. К тому же, пока Бен будет писать документы, я смогу и отдохнуть.” — Решено. После такого насыщенного переговорами и спорами дня лучше хотя бы час отдохнуть в офисе. Помощник кивнул в знак согласия, прежде чем они оба сели в служебную машину. На этот раз они уезжали с парковки большого предприятия, больше похожего на склад. Это была третья фирма, которую они посетили за сегодня. Николасу уже было тошно смотреть на это здание, поэтому он с радостью завел машину, а Бенджамин с некоторым сожалением покидал это место, думая, что, возможно, они собрали в этом месте еще не всю информацию. Остальные полчаса поездки оба следователя провели молча. Каждому было о чем подумать: Майер волновался насчет бумажной работы, а Хоффман думал об их последнем посещении одной из фирм. Наконец они зашли за порог главной двери следственного комитета в полицейском участке. Следователь глубоко вздохнул, когда проходил через приемную в офисы. Он был не в лучшем настроении для навязчивых вопросов, поэтому быстро прошел через коридор, закрывая лицо папкой с документами. Но все же его выдало присутствие Бенджамина… Обычно в такое время все обедают, поэтому Николаса в придачу с помощником осыпало меньшим количеством ненужных фраз, чем обычно. Наконец они оба, вроде целые и невредимые, добрались до кабинета старшего следователя Майера. Николас нахмурился, когда повернулся лицом к окну. В его раздраженные глаза попал яркий свет от солнца, которое освещало пространство всей комнаты. Он медленно подошел к столу и устало упал на стул, командным голосом говоря стажеру: Пока Хоффман усаживался в кресле напротив компьютера, следователь нагнулся к полу, ища в полке какие-то бумаги. Николас достал из полки записи, написанные от руки и буквально за десять минут продиктовал своему помощнику список бумаг, часть которых пойдет на отчет для расследования. За эти десять минут он уже сделал очередной вывод о том, что иметь такого помощника не так уж и плохо. “Под ногами особо не путается, зато иногда выполняет скучную работу. Интересно, Мюллер так же думал про меня? Хотя я всегда совал нос не в свои дела и делал все больше неприятностей…” — подумал с усмешкой следователь, вспоминая каким бунтарем он был моложе. Он отрывая глаза от записей и посмотрел на Бенджамина, который сосредоточенно что-то читал. Он явно не был похож на бунтаря. Николас мгновение пустым взглядом смотрел в стол, видимо задумался, прежде чем лениво потянулся к книжному шкафу и достал оттуда случайную книгу. На потертой красной обложке блестели слегка потемневшие от времени золотые буквы: “Основы римского права”. Он открыл титульный лист, где внизу было написано о том, что эту книгу ему, как своему ученику, подарил его учитель Мюллер после окончания его стажировки. Мужчина сузил глаза и, открыв случайную страницу, прочитал начало абзаца. Содержание его не особо впечатлило, и он со вздохом закрыл книгу, отложил ее на угол стола и отметил для себя, что подарок совсем неудачный. Вдруг откуда-то из-под бумаг раздалось раздражающее жужжание. Николас закатил глаза, достал из кучи документов свой телефон и принял звонок, даже не глядя на номер. “Добрый день, Николас” — раздался из трубки приятный женский голос, который будто насмехался над абонентом своей фамильярностью. Николас тут же замер. Звонки от нее редко предвещали что-то хорошее, скорее наоборот. — Добрый, — ответил он, стараясь, чтобы его голос звучал так, словно внезапный звонок его ничуть не побеспокоил. “Как там новое расследование? Нашли что-то?”, — непринужденно продолжила женщина, видимо, не заметив напряжения в голосе мужчины. “Хм. А как Хоффман? Справляется? Не надо его чем-то попроще занять?”, — лилейным голосом поинтересовалась женщина об юном помощнике следователя. — Переживет. Ты вообще зачем звонишь? У меня работы много, не могу сейчас отвлекаться. “Я тебе по работе как раз и звоню. Что-то нигде не могу найти у себя отчет по тому грабежу. Может, случайно выбросила вместе со старыми. Странно, вообщем. У тебя там случайно не сохранилась копия? Занеси, пожалуйста, мне в кабинет”, — уже с большей серьёзностью произнес голос. — Ага, да, уже бегу, — сказал он и, отодвинув телефон подальше от лица, прошептал стажеру, — Бенджамин, откладывай все, срочное дело есть. “Я все слышала”, — холодно сказала женщина, — “Так уж и быть даю вам срок до завтра, но не больше.” “Надеемся всем отделом. Ах да, еще одно. Помнишь последнее дело с тем гиперактивным мотоциклистом?” — Я же все принес, — возмутился Николас. “Я перечитывала отчет и заметила, что там допущено несколько небольших ошибок в оформлении. Будь, пожалуйста, внимательнее. Или хотя бы твой помощник.. Мне не очень хочется исправлять “ваши” косяки” Николас зло посмотрел на Бенджамина. Тот сделал вид, что смотрит только на свои документы. — Извини, больше не повторится, — сдержанно произнес в трубку Майер. Женщина повесила трубку. Николас откинулся на стуле и раздражённо уставился на помощника, говоря ему будто приговор: — Ты накосячил с оформлением отчета. Следователь нахмурился и решил ничего не отвечать. Все же… Он уже второй раз за неделю теряет женское доверие, все-таки теряет хватку. Николас в очередной раз смотрит на часы и думает про себя, осматриваясь вокруг: Вокруг были только шкафы со скучными книгами по типу “Основ Римского права”, и только шелест бумаги добавлял разнообразия в этом тусклом, как и его хозяин, кабинете. Николас пришёл в себя после размышлений и повернулся к помощнику с озадаченным видом. Бенджамин в ту же секунду осознал свою ошибку и с виноватым видом кивнул, опуская голову вниз и пряча глаза от старшего. Тот же глубоко вздохнул и встал с места, поправляя пиджак. — Все за вас приходится делать… Заканчивай с этими документами, я сейчас принесу недостающие. Николас с угрюмым выражением лица пошел по направлению к выходу в коридор. Он широкими шагами прошёл сквозь узкий коридор офиса, не обращая ни на что и ни на кого внимания. Он быстро добрался до главной приемной, через которую обычно проходили все работники полицейского участка. Она находилась прямо у входа в участок, поэтому в день каждый полицейский, работающий здесь, хоть раз проходил через этот зал. Николас сузил глаза, глядя прямо на стойку администрации, и уже хотел шагнуть к ней, когда его внимание привлекло кое-что иное... Около стойки стоял тот самый недоумок Эндрю, который недавно ныл Майеру о жалобе на общежитие. Но он его не особо волновал: рядом с ним стоял парень и о чем-то оправдывался перед недо-следователем. Николас сразу же заметил, что у парня на руках были наручники. Похоже, Эндрю на этот раз поручили более серьезное дело. Но еще кое-что Майер подметил… Задержанный парень стоял в темно-зеленой форме курьера, а его торчащие из-за кепки волосы были густо черными! “Вот это удача!“