Глава 1

Я нажал на кнопку блокировки телефона. На экране высветились дата и время — 1 июля, 7:45. Утренние лучи неприятно слепили сонные глаза через окно машины, и лишь кроны буйных деревьев иногда спасали от этой пытки. Зевнув, я взглянул на маму, которая разговаривала с моим дядей, сидевшим за рулём. К счастью, мне их не было слышно из-за музыки в наушниках. По крайней мере, до момента, пока не перестало ловить связь. Надо было скачать себе хотя бы пару треков, а не надеяться на интернет... Вдруг начала чувствоваться сильная духота в старенькой копейке дяди Гриши, о кондиционере не приходилось и мечтать. Мама, увидев, что я снял наушники и открыл окно, громко рявкнула: – Миша, продует! Закрой обратно! – Дышать нечем, а так хоть воздух циркулировать начнёт, – возразил я. Излишняя опека матери – не самое плохое в моей жизни, да и за столько прожитых лет привыкаешь. Правда, изредка всё равно возникает жгучее желание отстоять своё мнение. – Вот ещё не хватает, чтобы ты заболел в этом глухом месте. Не доставляй нам проблем, пожалуйста, – продолжила мама и вновь обратилась к дяде, явно давая понять — разговор со мной на этом закончен. – Так чего там с баней? Её точно в этом году ремонтировать надо, пол весь прогнил. Мужчина тяжело вздохнул, смотря на дорогу, и ответил: – Да-да, я договорюсь со своими ребятами, починим. Дядя Гриша работал в строительной компании прорабом, поэтому если в нашей семье ломалось нечто серьёзное, все сразу обращались к нему. Язык у него был хорошо подвешен, — привлечь к домашним хлопотам знакомых коллег никогда не составляло труда. Несмотря на свою должность, дядюшка получал мало, да и к тому же ему приходилось содержать свою жену и двух маленьких дочерей. От этого платил он своим коллегам за помощь немного, хотя для них главной наградой почти всегда был шашлычок на природе по завершению работы. Но даже дяде со своим умением общаться не удастся переплюнуть упрямство моей матери. После того, как отец ушёл из семьи, она сильно изменилась. Мы разговаривали на эту тему, мама объяснила мне: в те тяжёлые времена к ней пришла мысль — рассчитывать можно только на себя. Мысль хорошая, однако жаль, что она отразилась на моей судьбе в том числе, и теперь эта женщина пытается взять под контроль мою жизнь. – А ты документы в университет уже подал? – вытащил меня из раздумий дядя Гриша. Мама, видимо, решила ответить за меня: – Да, он у меня такой молодец, экзамены хорошо сдал, на программиста поступает! Как это обычно бывает, разговор у них постепенно перетёк в другое русло, под конец поездки они обсуждали политику и цены на продукты. Я же был рад, ведь мы наконец-то приехали в наш пункт назначения. Я выглянул в окно, предвкушая, когда мы заедем на наш участок. Деревенские домики открылись моему взору, из-за небольшой скорости автомобиля можно было разглядеть каждый из них. Вот маленькая избушка, как будто сошедшая со страниц сказки, с деревянными ставнями, а вокруг участка расположился старенький заборчик, на котором непослушно росла виноградная лоза. Вот дом, построенный, видимо, недавно — из кирпича и со стеклопакетами. На его черепичной крыше красовалась спутниковая антенна, вместо огорода у хозяев было прям-таки буйство цветов. Пару бабушек сидели на лавочке возле третьего жилища, мирно разговаривая, пока молодой мужчина рубил дрова. Где-то дети плескались в маленьком надувном бассейне, где-то старшее поколение занималось хозяйством. Пока меня отвлекала рутина местных жителей, копейка начала заворачивать на участок, и как только дядя припарковался, я вышел первым. Пусть деревенская жизнь явно не предназначена для меня, но вдохнуть свежий воздух полной грудью — отдельное удовольствие, ради которого можно пожертвовать комфортом. Но только иногда! Запах свежескошенной травы меня отчего-то расслабил и даже успокоил. Я проверил телефон, какая-никакая связь была. Пожилая женщина с улыбкой на лице выбежала ко мне на встречу. – Ой, Миша! Как ты вырос, какой большой стал! – сказала бабушка, обняв меня, и за долю секунды расплакалась. В самом деле, мы с бабушкой и дедушкой не виделись года четыре, наше общение происходило в формате телефонного разговора, который шёл от силы пару минут. В деревне меня не было и вовсе лет десять. – Приехал-таки домосед наш, – старик облокотился об деревянную колонну крыльца и ухмыльнулся. – А чего, Гриш, твои не приехали? Дядя, вытаскивая вещи из багажника, выкрикнул в ответ: – Нет, пап, Лена с детьми дома остались. Да и я к вам на пару деньков. Оценю состояние бани и обратно в город. Надо ещё с ребятами договориться, материалы купить, сам понимаешь. Бабушка расцеловала мои щёки и вроде успокоилась. К нам подошла мама, старушка начала обнимать её вместо меня. Родственные нежности были неловкими в моём понимании с самого детства, нет знания, как на них правильно реагировать и реагировать ли вообще. Неожиданно меня окликнул дядюшка: – Миша, ну помоги мне! Лишний раз вступать в конфронтацию не хотелось, а потому я послушно пошёл доставать привезённый груз. Большую часть из них составляли продукты питания — мясо, фрукты, колбасы чуть ли не всех видов, различные консервы, каши, целый ящик минеральной воды.. Как будто у них здесь магазина нет! Я вопросительно посмотрел на дядю Гришу. – Что? Цены в деревнях бывают кусачие, и идти до ближайшего магазина далековато, – словно прочитав мои мысли, сказал он. – Хотя мы бы могли сделать из тебя временного курьера... – Спасибо, не стоит, – я взял минералку и понёс в дом. Признаюсь, было тяжело. Пусть я не был совсем худым, но и не являлся накачанным Аполлоном, который может одной левой донести этот несчастный паллет. В домике тело окутала лёгкая прохлада. За десять лет интерьер, естественно, изменился. Он стал посовременнее, появилась нормальная сантехника, заменили мебель. Видно, как мама и дядя стараются для своих родителей, которые не могут на свою пенсию позволить себе что-либо, кроме покупки продуктов и оплаты счетов. Я прошёл на светлую кухню, совмещённую с небольшой гостиной, и поставил ящик возле холодильника. – Вы, наверное, в дороге проголодались? – в дом зашла бабушка, которая и нарушила тишину дома, а за ней следовали мама и дядя Гриша с пакетами. – Давайте я сейчас супчик подогрею, а ты, Ань, пока салат сделай. Мама кивнула и стала заниматься порученным ей заданием, меня же ждал оставшийся багаж. Выйдя на крыльцо, я увидел за небольшим заборчиком русоволосую девушку. Она отчаянно пыталась кого-то разглядеть в окнах нашего дома. – Мне их позвать? – спросил я, а затем спустился и подошёл к забору поближе. Молодая особа убрала прядку за ухо и произнесла: – Тётя Аня приехала? Дочки дяди Гриши тоже тут? – она посмотрела на припаркованную машину. – Моя мама в доме, а вот двоюродные сёстры в городе остались. – Твоя мама? Ой, кажется я тебя помню! Ты... Миша вроде, да? Мы с тобой дружили в детстве, когда ты чаще приезжал. Нахмурившись, я отчаянно пытался вспомнить некую подругу детства. У меня всегда было плохо с запоминанием людей, которые не так активно принимали участие в моей жизни. – Не помнишь? Ну, ничего страшного, будем снова знакомы, – девушка протянула мне руку. – Я Маргарита. – Миша, – ответил я, и мы скрепили наше второе, по всей видимости, знакомство рукопожатием над забором. От чего-то мне захотелось рассмотреть её загоревшее лицо. На небольшом носу-картошке, — как бы сказала моя мама, — красовались веснушки, а в светло-карих глазах горел непонятный мне огонёк жизни. Непослушные волосы кудрявились и намеревались залезть Рите то ли в нос, то ли в рот. По нынешним стереотипным представлениям красоты нельзя сказать, что она модельной внешности, но была в ней, на мой взгляд, толика очарования. – Риточка! – крикнула ей моя бабушка из окна. – Идём, чай с нами попьёшь. Моя новая знакомая воскликнула: – Хорошо, Светлана Павловна! Сейчас буду! – она посмотрела на открытый багажник машины и спокойным тоном обратилась ко мне. – Тебе помочь с вещами? – Ага, меня дядя Гриша засмеёт, если увидит, как я свою обязанность на девушку сбросил, – пробубнил я, и мы вместе зашагали к автомобилю. – Ты вот это видел? – Рита подняла руку и показала свои мышцы, которые вполне себе можно было разглядеть в полноватом плече. – Я могу воду для бани натаскать, поэтому ваши вещи для меня пустяк. Дабы она не донимала своей «помощью», я отдал девушке рюкзак с ноутбуком, а сам взял оставшиеся пакеты. Зайдя в дом, мой нос сразу учуял сладковатый запах пирожков. Это напомнило о детстве, когда я ещё не ходил в школу и часто приезжал в деревню на целое лето. Бабушка баловала меня различной выпечкой, дедушка водил на рыбалку, где я сачком вовсе ловил не рыбу, а бегал за бабочками. Кажется, в этих воспоминаниях действительно на фоне присутствовала маленькая девочка, — очень несносная и постоянно ищущая приключений. Всё это всплывало в моей голове лишь размытыми эпизодами, без чётких лиц и разговоров, но даже так это вызвало лёгкую улыбку. Беззаботное время, в котором тебе не надо было думать об учёбе, экзаменах и самое приятное — о неизвестном будущем и взрослой жизни. Да, тогда хотелось быстрее вырасти, пойти в школу, потом на работу, стать независимым в конце концов, ведь детский ум не видел в этом никаких недостатков. Эх, ведь мама говорила, мол, ты будешь скучать по раннему детству и не стоит раньше времени хотеть повзрослеть. – Садитесь, уже всё готово! – скомандовала бабушка, разливая порции супа. Я поставил пакеты в остальную кучу привезённых вещей, помыл руки на кухне и сел за стол. Там стоял заправленный сметаной салат с помидорами, огурцами и свежей зеленью. Рядом с ним расположилась корзинка нарезанного домашнего хлеба. Ко мне подсел дядюшка, который потирал руки в ожидании обеда, — такому крупному мужчине явно нужна не тарелка, а целая кастрюля, чтобы наесться. Мама поставила каждому глубокую пиалу с куриным супом. Я взял холодноватую алюминиевую ложку и принялся трапезничать, чуть позже к нам присоединилась Рита с чашкой чая, а затем и бабушка поставила на стол пирожки, которые дедушка тут же принялся лопать. За обедом все обсуждали последние новости и слухи. Из разговоров стало понятно: Рита — моя одногодка, и тоже подала документы в университет, вроде бы её направление будет связано с биологией. После чая пожилая хозяйка дома объявила об ужине и бане у Настасьи Петровны, — бабушки Риты. Судя по всему, эти две старушечки чуть ли не лучшие подруги. Довольно умилительно наблюдать за взаимоотношениями старшего поколения — они вселяют уверенность в то, что даже в пенсионном возрасте я, наверное, не останусь в одиночестве. Все начали расходиться, и бабушка положила Маргарите пару пирожков с собой. Перед уходом моя новоиспечённая подруга, подойдя ко мне, с ноткой радости чуть ли не пропела: – Ты приехал и это так здорово! Я уверена, нам будет очень весело этим летом. Она подмигнула, вышла из дома, размахивая пакетиком с выпечкой, и оставила меня в замешательстве.