Глава 3

Проснулся я с первыми лучами солнца, что было крайне необычно для моего режима. Выспавшийся, в лучшем расположении духа я спустился в ванную комнату, дабы умыться. Крепкий сон в такой глуши явно пошёл на пользу как телу, так и разуму. Возможно, дело в том, что вчера был «тихий час». Или быть может всё же то издевательство дубовым веником действительно работает? Тем не менее, что бы ни вызвало такую лёгкость в душе, это приятно. После утренних процедур я вышел из ванной и столкнулся с матерью. — Ничего себе, кто у нас так рано проснулся, — она поправила мне волосы. — Проходи на кухню тогда, там бабушка с дедушкой уже завтракают. Было несколько удивительно, что в деревне мама даёт мне больше пространства для воздуха, чем в городе. Но допытываться я не стал, боясь того, что благодаря расспросам появится обратный эффект, поэтому промямлил «доброе утро» с улыбкой и пошёл в гостиную. Там за столом сидела пожилая пара, мило беседуя. Помню, как они в детстве рассказывали мне про свою историю знакомства, — на танцплощадке объявили белый танец, а моя бабушка, недавно приехавшая, ещё никого не знала. Но храбрости у неё было не занимать, и она пригласила того, кто больше понравился ей внешне — моего дедушку. Как оказалось, у них было много всего общего, они любили одну и ту же литературу, одну и ту же музыку, могли разговаривать часами напролёт и им никогда не надоедало. Дедушка всегда говорил: «Если это не судьба, то как мне могло так повезти?» Спустя столько лет с той встречи, они всё ещё тут, вдвоём, вместе завтракают. Эта картина вызвала умиление и даже не хотелось мешать, но мимо меня прошёл дядя Гриша и громко произнёс: — Так, я сейчас в город поеду. Вам что-нибудь привезти? — Нет, ничего не нужно, сынок, — ответила бабушка. — Миша, проходи, я тут оладушки напекла. Я кивнул и пошёл наливать чай. — Пойдёшь на рыбалку со мной? — обратился ко мне дедушка. — Мы там недолго будем, до часов одиннадцати. Наверное, в обычном состоянии я бы отказался, но именно сегодня не хотелось сидеть дома целый день, а сходить к реке было бы здорово. — Да, можно, — я помокал пару раз чайный пакетик. Дядя Гриша удивлённо на меня посмотрел, но ничего не сказал и только усмехнулся, выходя из комнаты. После завтрака бабушка попросила ей помочь и полить огород, пока ещё раннее утро. Она показала, где находятся лейки, откуда набирать воду, и я принялся за дело. Погода на улице была приятной, — на небе мало облаков, да и те, что есть, были пушистыми и вальяжно плыли в своём направлении. Было не душно и не жарко, а наоборот даже слегка прохладно и свежо. Солнышко неназойливо грело мне спину через футболку, пока я поливал картошку. Звук лившейся воды иногда вводил меня в транс, и как оказалось, поливка огорода — то ещё методичное дело. Не спеша обходишь участок, заполняешь лейку, наблюдаешь за теми, кто проходит за забором. Очередной раз, вот так вот отвлекаясь, я увидел Маринку, — младшую сестру Риты. Она катила рядышком свой розовый велосипед, в корзинке которого лежала бутыль молока. В голову взбрело тоже позвать их со мной и дедушкой, чтоб было веселее. — Маря! — окликнул я её, и она повернулась. — Не хотите с сестрой пойти на рыбалку? — Хм, — девочка комично поднесла указательный пальчик к щеке, будто задумываясь. — Я хочу, но нужно ещё Риту уломать… — Но ты же справишься, маленький дипломат? — Посмотрим, — ехидно сказала Марина и пошла дальше по своим делам. Я крикнул ей вдогонку: — Если что, собираемся возле этого дома через полчаса! Закончив с поливом, я стал помогать дедушке собирать всё необходимое для одного из его любимых хобби. Мама постоянно доставала меня с тем, чтоб я оделся потеплее, ведь видите ли у реки будет ещё прохладнее! Быть капустой с огорода совсем не хотелось, отчего я старательно игнорировал замечания. Но перед выходом она всё же всунула мне в руки толстовку с капюшоном: — Потом ещё спасибо скажешь. Я вздохнул, но не стал расстраивать мать ссорой и смиренно положил одежду в рюкзак. Мы с дедушкой вышли из дома, возле забора стояли Маргарита с сестрёнкой. Дедушка как-то чудно на меня посмотрел и улыбнулся, не сказав ни слова. Девчата поздоровались с нами, затем наша компания взяла путь к реке. Дедуля рассказывал всю дорогу о том, почему надо рыбачить до полудня, какие рыбы водятся у нас и какая, по его мнению, самая вкусная. Марине, судя по всему, нравилась информация, которую до нас пытались донести, — она без устали спрашивала старика о рыбалке, об удочках и сетях. Рита лишь улыбалась, наблюдая за своей гиперактивной младшей сестрой, и, как ни странно, не пыталась завести со мной разговор. Мне показалось это чем-то странным, что не присуще ей. Хотя знаю я её, если не считать детские расплывчатые воспоминания, всего день. Может, она не такая уж и общительная, какой казалась? Мы шли сквозь поле, на котором гулял прохладный ветер. Высокая трава щекотала ноги, а на выходе я увидел на шортах пару репейников. Мы вышли к лесу, на контрасте с полем здесь было темнее, будто уже вечерело. Воздух был пропитан запахом лиственных и хвойных. Маря услышала кукушку и остановилась, задав тот самый вопрос из моего детства. Она внимательно смотрела наверх, считая, сколько же лет ей ещё предстоит прожить. Я невольно улыбнулся от этой картины. — А вы знали, что раньше здесь водились волки? — заговорил дедушка. Маринка перестала считать и насторожилась. Маргарита попыталась её успокоить, поэтому взяла сестру за руку. Я недоверчиво спросил, понимая, что лес не такой уж и большой: — Где? В этом лесу? — Да, именно. Ещё до моего рождения их постоянно гнали отсюда через реку, к которой мы идём. — Дед, ты придумываешь, мне кажется, — я засмеялся. — Я не вру, — он повертел удочкой. — Волки не возвращаются сюда, потому что лес поредел и дичи стало мало. Но вот если переправиться через реку и пройти дальше, то там даже медведи обитают. Я повернулся к девочкам, всё ещё немного смеясь: — Не верьте, он тем ещё сказочником бывает. Марина кивнула и отпустила руку сестры. Мы оказались у реки, где деревьев стало меньше. Запахло сыростью, осокой, илом и даже немного свежей рыбой. От свежести по шее пробежали мурашки. На воде расположился ветхий деревянный причал, которым уже давно, видимо, не пользуются, ведь он весь прогнил. Я достал из рюкзака складной стул для дедушки и поставил его туда, куда мне указали. Рита подошла к нам и стала спрашивать у моего деда про историю с волками, а Марина отдёрнула меня за рукав футболки: — Я хочу с тобой поговорить. Мы отошли поодаль нашей компании. Маря хмуро на меня посмотрела, насупив нос: — Рита вчера грустила, когда ты ушёл. Я непонимающе спросил: — Грустила? Из-за меня? — Ну… — она отвела от меня взгляд на землю и стала по-детски топтаться на месте. — Она была не такой разговорчивой со мной, как обычно, будто размышляла. И я знаю, что это случилось после того, как ты сбежал! Я наблюдала за вами из дома. Так что пойди и извинись. — Извиниться? — я поставил руки в боки. — И за что же? — Сам додумайся, — Марина показала мне язык и резко убежала обратно к моему дедушке. Я остался в замешательстве. Что я мог такого сделать, раз Рита грустила из-за кого-то, с кем так мало знакома? Ещё Маринка нормально ничего не сказала, взяла и… И тут меня осенило. Я привык к тому, что всегда могу просто взять и уйти, ничего не объяснив. Моё окружение было привыкшим к этому, но видимо для неё это что-то обидное. Конечно, а кому понравится, если посреди разговора твой собеседник встанет и уйдёт? Но тут возник другой вопрос… Зачем мне извиняться за своё поведение? Маргарита по факту мне никто, она не сестра, она не подруга и даже не какая-нибудь одноклассница или одногруппница, с которой придётся ещё долго видеться. Но… нам придётся проводить лето вместе, ведь наши бабушки дружат как-никак. Да и она была со мной такой приветливой, пыталась разговорить, даже не огорчилась из-за того, что не помню её. Наверное, не стоит вести себя как дурак и всё-таки ответить ей тем же. Я выкрикнул имя Маргариты, и та удивлённо взглянула на меня, но спустя пару секунд всё же подошла. Я решил начать диалог первым: — Ты прости, что вчера бросил так одну. Я не хотел тебя огорчать, просто… Понимаешь, у меня свои тараканы в голове. Это не относится к тебе. На загорелом лице Риты появилась улыбка. — Не переживай, всё в порядке. Я и не винила тебя ни в чём. — А тогда из-за чего ты вчера грустила? Она посмотрела с наигранной злостью на Маринку и тихо произнесла в шутку: — Предательница. От этого у меня невольно вырвался лёгкий смешок: — Да уж, будь она разведчицей в плену, быстро бы всё разболтала. — Пошли тогда подальше, а то вдруг опять подслушивать будет. Мы подошли вновь ближе к лесу, где Рита присела возле дерева. Я сел напротив неё. В отличие от поля, тут трава была мягкой, отчего захотелось провести по ней рукой. Запрокинув голову, я увидел сквозь кроны деревьев, что небо застелили большие и объёмные облака, а на горизонте стали виднеться тёмно-синие тучи. Маргарита начала собирать землянику рядом с собой в руку. — Так почему ты грустила? — переспросил я, нарушив тишину, в которой было слышно лишь ветер и пение птиц где-то вдали. — Как бы объяснить, — она вздохнула, продолжая небольшой сбор ягод. — Я всю жизнь очень общительная, мне не раз говорили, что я липучка или банный лист. И каждый раз, пытаясь исправиться в этом, я всё равно срывалась, когда находила интересных людей. А их это только отпугивало… А те, кто не пугались, быстро уставали от меня. И не так, что им нужен был перерыв, а так, что им не хотелось в целом продолжать общаться. Она посмотрела на меня, в её взгляде была видна грусть. Тяжело было её понять, ведь именно я был именно таким устающим типом людей. — И я подумала, — продолжила Рита. — Что ты тоже устал. Я корила себя за то, что снова начала доставать людей. — Нет, это не так, — пусть я врал отчасти, но мне не хотелось видеть, как эта девушка грустит. — Мне лишь стало не по себе. Были такие темы, которые меня волнуют и съедают изнутри, и я загнался. Нужно было успокоиться. Маргарита протянула руку с земляникой, и я подставил ладонь. Когда она отсыпала чуток ягод, я начал есть их по одной. — Ты часто приезжаешь в деревню? — во мне проснулось чувство, будто я должен продолжать этот диалог. — Как только предоставляется возможность, приезжаю. Без дедушки бабушке стало тяжело. Поэтому я поддерживаю её и стараюсь всячески помочь, — она помолчала. — И здесь я чувствую себя свободнее. Тут гораздо лучше, чем в городе. — Знаешь, — я чуть усмехнулся и посмотрел на траву. — Сегодня я тоже чувствую себя лучше, чем обычно. Но жить в деревне бы не смог, всё же интернет тут плохо ловит, да и к благам в городе привык. Маргарита засмеялась: — Вот оно, современное поколение! — А ты что, в бабульку превратилась уже? — подстегнул я её в ответ с улыбкой. — Дурак, — она игриво толкнула меня, а затем некоторое время молчала, доедая землянику. — Я вот поделилась своими переживаниями. Теперь твоя очередь, всё должно быть честно. Я глубоко вздохнул и лёг на траву, убрав руки за голову. — Переживания? — задумался я. — Когда мы вчера обсуждали будущее, ты прям за ниточки будто дёргала меня. Не знаю отчего, но мне страшно от мысли об этом. Что мне придётся принимать серьёзные решения, от которых будет зависеть вся жизнь. Что я могу сделать неправильный выбор в тот или иной момент. — А почему ты думаешь, что можешь сделать именно неправильный выбор? Ты пессимист что ли? — Маргарита издала еле слышный смешок, но меня это не обидело. — Наверное тяжело жить, когда ты постоянно боишься ошибиться. — Да, — я снова начал загоняться, но решил продолжить разговор. — От этого я и стараюсь, чтобы в моей жизни было меньше выбора, потому что тогда будет мала вероятность того, что я столкнусь с печальными последствиями. Поэтому и… закрылся в своей комнате, в своём мире. В играх всё проще, сделал что-то неправильно — откатился на прошлое сохранение. Написал нерабочий код — переписал. В моих увлечениях всегда можно всё исправить. В реальном мире всё не так. — Это звучит печально. А тебе не хотелось вырваться из своего пузыря? — Конечно хотелось. Я проштудировал много статей об этом, пытался общаться с реальными людьми, знакомясь в интернете и приглашая их на прогулку. Но будучи в своём мире, я растерял много социальных навыков, и в конечном счёте всё возвращалось на круги своя. — Растерял? — Маргарита села рядом со мной и нависла сверху, пока я смотрел на листья деревьев. — Но ты сейчас очень даже успешно общаешься. Я смутился, отведя взгляд в сторону. Неожиданно мы услышали крик Маринки: — Я поймала щуку!!! Мы вернулись к дедушке. Он держал удочку, улыбаясь, а Маря носилась с ведром, в котором плескалась рыба. — Вы представляете, — начала она. — Я решила порыбачить, а тут сразу такой улов! — Ого! — Рита стала рассматривать щуку в ведре. — Какая ты молодец! А что ты будешь с ней делать? Девочка хитро улыбнулась: — Уху сварим. Старик аж поперхнулся, услышав это, и сказал: — Может, ты её обратно в реку выпустишь? — Она сама попалась на приманку, это естественный отбор, — Марина насупилась. — Так что теперь её надо съесть. Маргарита засмеялась и по-доброму посмотрела на моего дедушку: — Вот такая она у нас приземлённая. Я улыбался от всей этой ситуации, но мгновение спустя начал чувствовать, как холодные капли падают на кожу. Взглянув наверх, я понял, что вот-вот будет дождь, и произнёс: — Давайте собираться, а то промокнем сейчас. Пока происходили сборы, осадки лишь усиливались. Я достал свою толстовку из рюкзака и накинул её на Маринку, чтобы она не промокла, и сказал ей, прежде чем мы пошли обратно домой: — Не переживай, я помирился с твоей сестрой.