3 глава — 16 ЯНВАРЯ

«Бойся в святки исполнителей бесовских, ибо страшнее они хозяев своих, ведь они средь людей прячутся, потому что сами когда-то людьми были».

«Святочный бестиарий города М», Климентий Бодунов

Игорь проснулся и снова не почувствовал, что хоть сколько-то выспался. Кажется, он вырубился на пару часов после того, как заснул волк, но настоящим сном это было трудно назвать. Все тело ломило, как будто Игорь сам всю ночь носился по городу и грыз всяких демонических тварей. — Все нормально? — уточнил дядя, внимательно разглядывая помятого Игоря, практически выползшего на кухню. — Ты где ночью был? — Дома, — хрипло ответил тот, доставая первую попавшуюся большую кружку и нажимая на кнопку кофемашины. Аппарат неприятно загудел: это говорило о том, что в нем закончилась вода. — Твою мать. — Не выражайся, — спокойно обрубил его Климентий и встал, чтобы помочь страждущему племяннику. — А если честно? — он отодвинул племянника, залил воду, проверил наличие кофе и снова запустил кофемашину. — По лесу бегал и нечисть искал, — огрызнулся Игорь. — Ага, конечно, — хмыкнул Климентий. — Что-то не так? — хрипло и недовольно спросил Игорь, делая большой глоток кофе. Горячо, зараза. — Да весь ты не так, начиная от твоего внешнего вида и тона и заканчивая выдуманными отговорками. Игорь закатил глаза к потолку и промолчал, только рыкнул. — Чего скалишься? Как будто звереныш какой-то, ей Богу, — Клим покачал головой. — Много кого поймал, охотник на нечисть? — Кикимору, парочку леших и упыря, — Игорь наиграно улыбнулся. — Успокойся, сплю плохо, вот и все. Извини, — он сел за стол и свесил голову, наблюдая за жидкостью в кружке и буквально моля о том, чтобы она его поскорее взбодрила. Игорь не любил такие вымотанные состояния, потому что всегда радел за максимальную ясность ума. Дядя выглядел так, словно хотел что-то спросить, но в последний момент передумал. Странно: обычно Климентий говорил все, что думал, желательно сразу, а спрашивал еще быстрее, особенно если это касалось Игоря. Но в итоге он грустно пробурчал что-то себе под нос и оставил племянника одного. Игорь решил, что разберется с этим после, тем более что Ника прислала уже семь сообщений-напоминаний о том, что они все договорились встретиться «уже через полчаса, Игорь» Кофе подействовал, но очень ненадолго. Поэтому, когда Игорь зашел в кафе и нашел глазами столик, за которым его уже ждали друзья, он тихо застонал: они все выглядели ужасающе бодро и настолько свежо, что он от злости и усталости стиснул зубы. Как же он хотел, чтобы хоть кто-то из них так же уставал, как и он. Они же все были двоедушниками, почему же тогда только он страдал от бессонницы? Если это было его способностью, то Игорь уже был готов отказаться и все поскорее забыть. Лишь бы поспать. — Чтоб вы знали, я вас всех ненавижу. Всех до единого, — сказал он и сел рядом с Никой, дежурно поцеловав ее. — Ты чего это? — нахмурилась она, чуть отстранившись, чтобы разглядеть его получше. — Плохо спал? — Проще сказать, вообще не спал, — Игорь развалился на диванчике, подкладывая под шею одну из подушек и вытягивая ноги. Минимальное удобство, но на долгое сидение с прямой спиной он еще не был готов даже морально. — Ты хоть дома был? — ухмыльнулся Яр. — Конечно дома, — огрызнулся Игорь. Со вчерашнего дня Ярослав его бесил больше обычного, но у Игоря не было сил даже особенно на него злиться. — А чего тогда не спал? — спросил Арс. — Мы как раз обсудили, что вырубились, как только домой приехали. — Мне срань какая-то снилась, — скривился Игорь. — Бесы всякие, — с небольшой паузой добавил он. Почему-то решил, что не стоит рассказывать остальным, что именно он видит ночью. «Правильно», — заговорил внутренний голос. — «Лучше держи меня при себе. Не поймут». С каких пор у внутренних голосов есть свое мнение? — Кошмар что ли приснился? — хохотнул Ярослав. — Ты прям нарываешься, — сощурился Игорь. — Боже святый, очень страшно, — Ярослав рассмеялся. — Прекратите, — Арс чуть повысил голос. — Ты уверен, что все в порядке? Ты единственный из нас плохо спишь с момента встречи с Владимиром. «Соври». — Может, моя человеческая душа сопротивляется демонической, — устало усмехнулся Игорь, но не нашел в друзьях адекватной реакции на иронию. — Честно, не знаю. Наверное, мозг так переваривает происходящее. — А мне и правда кошмар приснился! Очень реальный и жуткий! — чуть громче и веселее, чем ожидается в приличном обществе, заявила Ника, ерзая на стуле. — Вы никак не даете мне и слова вставить! — тут же сказала она в ответ на недоуменные взгляды друзей. — Моя ночь точно прошла лучше всех вас вместе взятых! И я была одна, не смотри так на меня, — сказала она Игорю, хотя он даже не собирался что-либо ей говорить. Задумался о том, что еще несколько дней назад приревновал бы к пустому месту, а теперь стало как-то плевать. Он чуть отсел и сурово посмотрел на Нику. Такая восторженность была ей совсем не к лицу, потому что, как и смех накануне вечером, не обещала ничего восторженного. — Вот я выгляжу, как человек, которому приснился кошмар, — он показал руками на себя. — Ты выглядишь так, как будто сбылась твоя мечта стать актрисой. — Я просто люблю хорошие хорроры, — снисходительно улыбнулась Ника, хотя комплимент, конечно же, не пропустила, а как обычно приняла как данность. — Короче! — она села поближе к столу и выровнялась, приготовившись рассказывать. Игорю все еще не нравился ее энтузиазм. — Помните, я Юре вчера про танцы в кошмаре сказала? — все кивнули. — Мне это и приснилось! Все так реально было, я не сразу сообразила! В общем, — она выдохнула и чуть успокоилась, — мы с Юрой танцевали в избе у Пашки. Только темно было, как в подвале. Все вокруг словно неживые были и похожи на зомби. Стояли тихо и молча. Потом Юрка посмотрел на меня, и я как в замедленной съемке увидела, как у него глаза от ужаса округляются, — Ника широко раскрыла ладони у своего лица. — Он кричал, чтобы я его отпустила, а я крепко держала! Вцепилась в его руки, из-под моих ногтей текла кровь, — продолжала Ника все с большим восторгом. — И я говорю ему: «Я же обещала тебе танец в ночном кошмаре!» Мне еще потом подумалось, а почему остальные не танцуют — и все зомби принялись покачиваться и танцевать! Музыка еще была такая… — Зловещая? — усмехнулся Яр, имитируя устрашающий голос рассказчика какой-нибудь заведомо плохой страшилки. Как обычно поддакивал ей, лишь бы обратила внимание. — Тягуче драматичная, — Ника мечтательно задумалась. — По стилистике очень похоже на «Суспирию» Гуаданьино. Помните? Жуть! Причем… — она оглянулась, — стоило мне во сне о чем-то подумать, оно тут же появлялось. Та же музыка, зомби эти танцующие, свет, прожекторы! Мне такого раньше не снилось никогда. Юра был просто в ужасе. Ника вдохновленно смотрела на друзей, закончив рассказ. Игорь по очереди бросил взгляд на Арса и Ярослава: они, как и он, явно не очень представляли, как реагировать. Конечно, они давно знали, что Ника помешана на фильмах ужасов и что практически ничто не способно ее напугать, но такого энтузиазма в ее глазах они видели разве что после просмотра ее любимого «Заклятия». Первой мыслью Игоря было то, что его девушка сошла с ума. Возникло ощущение, что этот кошмар буквально ее взбодрил и воодушевил присутствием их несчастного бывшего одноклассника. — Вы чего застыли? — напомнила о себе Ника, немного повышая голос и придавая ему острые нотки женского психологического давления. — А ты не думала, что это неспроста показалось очень реальным и управляемым? — тихо спросил Арс через еще несколько секунд тишины. — О, я даже не задумывалась об этом! — Ника просияла. — Было бы классно, правда? Вдруг это моя способность — чужие кошмары создавать? Надо найти Юру и расспросить! «Да она у тебя ненормальная», — хмыкнул внутренний голос. Игорь мысленно с ним согласился. Конечно, Ника была очень своеобразной девчонкой, но сегодня она была совсем другой. — Если твоя способность — создавать кошмары, то это странно и глупо, — продолжил Арс. — Владимир говорил, что мы будем бесов в узде держать, а не людям головы морочить. Может, это просто совпадение? Эти способности должны быть людям во благо, разве нет? Снова наступила тишина, потому что, по факту, Арслан был прав. Должен был оказаться прав. Владимир сказал, что двоедушники защищают город от бесов, не дают им творить зла. Как они тогда будут помогать людям, если они им вредят? — Предлагаю не надумывать, а использовать имеющиеся факты, — снова заговорил Арс. — Которых у нас нет. Надо Юру найти и аккуратно расспросить. — Ты слишком много общаешься со своим отцом следователем, — Ярослав закатил глаза к потолку. — Но соглашусь, без Юры ничего не докажем. Разделимся? — О нет, обычно с этого в фильмах начинается лажа, давайте останемся вместе! — взмолилась Ника. — Как только герои разлучаются, кто-то обязательно умрет, — для верности она сильно сжала руку Игоря, непрозрачно намекая, что он должен был ее поддержать. Игорю даже не пришлось подсказывать: он к этим знакам внимания Ники уже настолько привык, что отрабатывал их, как собака Павлова. — Может, и правда не стоит разделяться, — как всегда деликатно начал он. — Мало ли что случится или у кого-нибудь способность проявится. Мы даже не знаем, чего ждать от друг друга. Арслан скривился, но, на удивление, опустил привычную тираду о том, что у Игоря в присутствии Ники почти всегда пропадало собственное мнение, чему Игорь был несказанно благодарен. Он и без того понимал абсурдность ситуации, но до сих пор не придумал, как обернуть ее в свою сторону. На самом деле Игорь согласился с Никой, потому что не хотел оставлять ее одну наедине со способностью создавать чужие кошмары. Ника в своих увлечениях была неуправляема и очень импульсивна, всегда сначала делала, а потом думала и заставляла Игоря разгребать последствия. Искать Юру до вечера было бессмысленно: первую половину дня жители города М проводили с семьями или на работе, а после собирались на гуляниях и в избах. Игорь как обычно ушел один, потому что магазин его дяди находился в другой части города, а Арслан мог по пути завезти Нику и Яра домой, а сам поехать в отделение помогать отцу разгребать какую-нибудь черновую работу. Раньше Игорь ездил с ними, чтобы проводить Нику до дома, но после понял, что это не ценит никто, даже он сам. Тем более, Ника однажды сказала, что они уже не в тех отношениях, когда он обязан всегда быть при ней, они и так вместе, нечего уже доказывать. Тогда Игорь почему-то расценил это, как необходимость срочно что-то изменить. Например, жениться. Он даже разговаривал с отцом Ники и получил от него предварительное благословение и разрешение свататься по всем канонам святок в обмен на добропорядочное поведение. Под этим он подразумевал, что больше не найдет вскрытую пачку презервативов в мусорке. Но почему-то с того дня, как они убили — Игорь решил напоминать себе об этом почаще — Александра Васильевича, он по-другому посмотрел на Нику. В ней зарождалось что-то новое, что в нем не находило отклика. Она с таким вожделением рассказывала про ночной кошмар Юры, словно напиталась его страхом. А если их обманули? Что если двоедушники — такие же бесы? Он же по ночам убивает нечисть, а вдруг на самом деле это люди? Что если они теперь будут вредить жителям города и туристам? Нет, решил для себя Игорь. Он точно никому не навредит и не позволит своим друзьям этого сделать. Следовало лишь дождаться вечера и надеяться, что Юра не тронулся умом после ночи. Почему-то Игорь был уверен, что Ника действительно ему снилась и что ничем хорошим это не закончится. — Чего подвис? — спросил дядя, наблюдавший за отсутствующим в реальности племянником последние минут десять. — Тебя как за смертью посылать. — А? — Игорь обернулся на его голос и понял, что стоял в руках с книгой напротив стеллажа. Судя по взгляду Клима, стоял долго. — Причем тут смерть? Я это… Задумался. Прости, — он поставил книгу на положенное место. — У тебя точно все в порядке? — Климентий нахмурился и взял книгу с полки. — Уже который день странно себя ведешь. Я вообще-то попросил принести это издание к кассе, а не обратно поставить. — Да говорил же, просто не выспался. Затяжная хандра после дня рождения, наверное, как обычно, — Игорь натянуто улыбнулся и посмотрел на дядю, взглядом умоляя задать любой наводящий вопрос из тех, что так невпопад спрашивают близкие люди. У Клима это всегда отлично получалось, любой родитель скрипел бы зубами от зависти. Он бы задал вопрос, и Игорь обязательно бы ответил. И рассказал бы все, что есть на душе, все страхи и переживания, особенно за последние несколько дней. Но дядя Клим ничего не спросил. Лишь попросил быть внимательнее. Игорь почувствовал горькую обиду, которая в нем довольно быстро растворилась, даже слишком быстро для такого сильного чувства. Он достал наушники и вернулся к работе. Он обещал дяде проверить дальние стеллажи и перебрать книги для починки, если потребуется. Игорь был спокоен к книгам как таковым, но монотонная работа успокаивала мысли. Можно было, например, не думать о Нике, их намеренно развивающихся отношениях и о том, какие способности достались ему и Арсу с Яром. Хотя откуда-то Игорь уже знал, что он — единственный двоедушник, который может причинить вред другой нечисти. Даже в этом он оказался белой вороной в шкуре паршивой овцы.

Стихло ветра дыхание, 

Вихрем кружит над головой белая птица. 

Ты не можешь понять, почему тебе снится 

Эта чёрная колесница, 

Чёртова кровь на руках и ресницах, 

И опять эти лица.

Успокой мои раны. 

Мне не больно, я с вами до утра. 

Переплыв океаны, 

Белым вороном стану. 

Подними…

«Белый ворон», Drummatix, BANGER ZONE, 2022 г.

— Игорь! — закричал громче Ярослав и хлопнул друга по плечу. Тот от неожиданности подался вперед и чуть не упал на тележку с книгами. Он обернулся и зло посмотрел на него, вытаскивая наушники. — Тебе мертвые будут кричать, не услышишь. — Да что вы все про смерть сегодня… — Игорь нахмурился и покачал головой. Посмотрел на время: прошло три часа. Увлекся. — Позвонить не мог? — Я-то мог, только ты всех обрубил, — Ярослав закатил глаза к потолку. — Мы тебе все звонили, Ника очень злая. Игорь скривился и достал телефон. Он и правда случайно выключил все уведомления. От каждого из друзей множество пропущенных вызовов, примерно столько же гневных сообщений от Ники. — Ее проблемы, — почему-то огрызнулся он и положил телефон обратно в карман. — У тебя все в порядке, брат? — удивился Яр. — Ты сам не свой. — Без понятия. Вы на Арсе приехали? — Ага, Ника сидит в машине и продумывает, как бы подольше тебя игнорировать. — Да пожалуйста, — хмыкнул Игорь и направился вслед за другом к выходу. Забрал парку, предупредил дядю, что уезжает и что вернется до полуночи. Сам не понял, зачем добавил про полночь, но внутренний голос подсказывал, что нельзя задерживаться. Они вообще не представляли, откуда начинать поиски Юры: найти кого-то во время святок, предварительно не договорившись о встрече, было практически нереально. Почти все жители ходили в костюмах или просто в масках, на улицах людей было в три, а то и в пять раз больше обычного. Тем более Юра, как они помнили еще с школьных времен, вообще не часто выбирался на гуляния, особенно под конец праздников. Сравнение с иголкой в стоге сена было как нельзя кстати. Только вот иголка уже была подцеплена на ниточку. — Ника? — не то вопросительно, не то утвердительно сказал Юра. — Ника? — позвал он ее еще раз, но уже чуть увереннее. Она обернулась, и лицо Юры сначала растянулось в глупой широкой улыбке, а потом сменилось гримасой ужаса. — Юра! — Ника радостно улыбнулась и протянула к нему руки. — Ты чего это? Все хорошо? — Юр, — Игорь появился между ними и взял его за плечи. — Ты в порядке? Ты как будто призрака увидел, — одноклассник чуть выдохнул и шумно сглотнул. Моргнул несколько раз и мотнул головой, словно сбрасывая с себя какое-то наваждение. — Да нормально все, — Юра натужно и неуверенно улыбнулся. — Чего-то голова не на месте, спал плохо. Представляете, сам толком понять не могу, зачем пришел на ярмарку. Я вообще-то собирался встретиться с друзьями. Вроде бы, — говорил он путанно и странно. — Прикинь, Ник, — он потянулся к ней из-за плеча Игоря, — ты вот сказала, что танцевать со мной в кошмарах будешь, мне так и приснилось. Натуральный ужастик, тебе бы понравилось, — он нервно хихикнул. — Какой ты впечатлительный, — Ника радостно ухмыльнулась и подошла к нему ближе. — Выдыхай, это всего лишь сон, — она легко коснулась его плеча и подмигнула ему. — Иди развейся, на святки веселиться надо. — Веселиться? — тихо уточнил Юра. — Не знаю, поучаствуй в бесчинствах что ли наконец, — Ника пожала плечами. — Надень маску, разрисуй чью-нибудь дверь, притворись амбарником и напугай гадающих на рожь девчонок. Что скажешь? — Должно быть весело, — странно и на выдохе ответил Юра, а потом отошел от Ники, словно вспомнил что-то очень важное и срочное. — Ладно, простите, я вообще в другое место шел… Вроде бы, — он улыбнулся и направился в противоположную сторону, засунув руки в карманы и поджав шею, чтобы воротник доставал до носа. Дзинь! Игорю показалось, что он задел какую-то тонкую струну, звук которой пробрался куда-то глубоко в мозг, заставив его поморщиться. — Все хорошо? — спросил Арс. — Ага, — после небольшой паузы ответил Игорь. — Вы ничего странного сейчас не слышали? — остальные отрицательно покачали головами. Блеск. Игорь точно увидел, как что-то сверкнуло в темноте. Снег? Навряд ли. Он пригляделся: от уходящего Юры тянулась нить. Прямиком к Нике. — Это было очень стремно, — первым заговорил Ярослав. — Никогда Юру таким пришибленным не видел. — Зато кое-что мы знаем наверняка, — продолжил Игорь, нахмурившись. — Ника точно умеет создавать кошмары. Нормальный человек — нормальный в представлении Игоря — должен был хотя бы испугаться или сделать вид, что переживает. Но Ника светилась и сияла ярче любой новогодней гирлянды. Смотрела вслед Юре и радостно облизывала губы от нетерпения, предвкушая что-то интересное. Игорь достаточно хорошо знал Нику, чтобы четко определить ее настроение. Сейчас она становилась одержимой идеей. И обычно в этой одержимости Ника шла до конца и по трупам. Игорю не понравилось, что именно это выражение пришло к нему в голову, но иное на язык не просилось. Они просто гуляли по городу, толком нигде не останавливаясь. Негласно они решили, что после встречи с Юрой остался осадок, не дающий даже попытаться повеселиться. Кроме Ники, естественно. Они прошли мимо ярмарок и изб с угощениями, Арс не стал останавливаться у кулачных боев. — Что ты задумала? — спросил Игорь наконец, не выдержав. — Не понимаю, о чем ты, — Ника ухмыльнулась, даже не отвлекаясь от телефона. — Юра, — жестко продолжил Игорь. — Ты что-то придумала для Юры. Я же вижу. — Ох, какой ты проницательный, — она посмотрела на него и криво улыбнулась. — Убери, пожалуйста, осуждение с лица, оно тебе не идет. Ничего я такого не придумала. Я хочу все исправить. — Как? — Яр моментально зацепился за возможность увести их разговор в другое русло, пока они снова не начали ссориться. — Приду к нему во сне, а ты что думал, — важно заявила Ника. — Наколдую ему хороший, красивый сон, пусть успокоится. — Ты даже не уверена, что можешь это сделать, — прервал ее Игорь. — А вдруг ты умеешь насылать только кошмары? А если это вообще на самом деле тебе не подвластно? — Так, может быть, стоит попробовать, чтобы узнать? С каких пор ты стал таким осторожным? — Ника недовольно скривилась. Дзинь. Блеск. Снова эта ниточка. Игорь остановился и попытался разглядеть ее получше: да, это была та самая странная нить, которая тянулась от Ники к Юре. Нить чуть задрожала и снова издала непонятный скрипучий звук. Другой конец вел к большому амбару на границе с частным сектором. «Можешь успеть». Игорь сорвался с места, не став ничего объяснять друзьям. Почувствовал — или ему подсказали? — что так он только потеряет время. У амбара столпились девушки, судя по всему, уже немного выпившие. Это было одно из святочных гаданий: встать у больших дверей и слушать, как нечисть внутри копошится. Вопросы задавать про урожай, про суженых — всегда спрашивали почти одно и то же. Часто в амбарах прятались парни, чтобы девчонок напугать или сразу внутрь затащить, а там уж как повезет. Некоторые девушки только за этим туда гадать и ходили. Собственно, когда еще творить подобную дичь, если не на святки? Игорь зашел с другой стороны, чтобы самому послушать — вдруг и правда какой амбарник копошится в зерне. Может быть, еще есть шанс делать так, как говорил Владимир — спасать людей? «Не отвлекайся», — снова заговорил внутренний голос. Амбар был большой и немного старый. Он помнит, как Ника в свое время тоже прибегала сюда с подружками, а они с Яром прятались внутри и делали вид, что шуршат сеном и зерном. Интересно, а вторую лестницу все еще не закрывают? Игорь нашел место, где они обычно пробирались внутрь: видимо, его специально оставляли без замка, чтобы не лишать молодежь известной забавы. Среди полок стоял Юра и шумно высыпал зерно из большого мешка. «Притворись амбарником и напугай гадающих на рожь девчонок», — подсказала память шутливый наказ Ники. Только вот Юра не очень любил бесчинствовать на святки. Он вообще святки не очень любил, хотя странно не любить этот праздник в городе М. Святочные гуляния были заложенной в ДНК хромосомой, хотя, возможно, любовь к ним не могла быть у всех безоговорочной. Странно. — Юрка? — тихо позвал его Игорь. Тот не отозвался и даже ушел ближе к дверям, за которым стояли хихикающие девушки. — Юра! — он схватил его за плечо и заставил обернуться. Нить, соединявшая его с Никой, торчала из груди. Игорь хотел бы этого не видеть, но невозможно было не заметить яркую блестящую леску. Он легко дернул за нее — вдруг получится — но Юра только притянулся к нему ближе. — Мне надо девчонок напугать, — спокойно и размеренно сказал он, вывернулся из рук Игоря и снова направился к дверям. — Лучку мну, в корзинку кладу, — заговорил кто-то за спиной. Игорь обернулся и увидел, как к ним приближался старичок небольшого роста. Одет он был, как и многие в городе, в кафтан, на ногах — лапти, а на голове — шапка из сена. Нос у него был большой, борода — длинной и кучерявой, а голос поначалу казался тихим, но Игорь мог поклясться, что его было бы слышно из любого угла амбара. — Ты кто такой? — спросил он. — Видишь меня что ли? — старичок остановился и хитро сощурил глаза. — Амбарник я, хозяин я тут. Не мешай, а то ножки тоже намну твои, убежать не сможешь. А мне вот тот паренек нужен, — он указал на Юру толстым коротким пальцем. — Не люблю я, когда замороченные тут ходят. Детишки когда балуются, это ладно. А этому все равно не помочь уже, так мне хоть радость доставит. Амбарник поднял руку, и Игорь увидел, как от него к Юре протянулась такая же нить, как у Ники, только с петлей на конце. Петля вонзилась Юре в руку. — Лучку мну, в корзинку кладу, — повторил бес и дернул за ниточку. Юрка вскрикнул от боли. Послышались визги убегающих девчонок. — Какого черта! — закричал Игорь. — Ты своих-то братьев всуе не упоминай, а то налетят да всю славу отберут, — недовольно ответил амбарник и бросил еще одну петлю. — Ножку мну, в корзинку кладу, — Юра снова закричал и упал на землю с вывернутой ногой. — Прекрати! — Игорь встал между ним и амбарником. — Игорь? — закричал Арс снаружи. — Игорь, что там происходит? — Здесь Юра! Живо сюда! Амбарник оскалился и нахмурил брови. Щелкнул пальцами. Послышался лязг закрывающегося замка. — Так это ты, — прошипел он. — Убивец братьев своих, — он подошел к Игорю ближе. Несмотря на его маленький рост, старичок казался выше раза в три, словно он увеличивался в размерах из-за какой-то оптической иллюзии. — Слышал о тебе, двоедушник, да вот думал, что небылицы бесовские. А вот он ты, из плоти и крови. Может, у тебя сразу с головы начать? Думаешь, не справлюсь с тобой? А Велес меня наградит щедро, — амбарник говорил все тише, но Игорь не мог двинуться с места. — Игорь! — кричала Ника. — Здесь закрыто! «Ищи оружие». Игорь заставил себя сделать шаг назад. И еще один. Чуть не споткнулся об корчащегося от боли Юру. Искал глазами, что еще лежало на полках, кроме зерна и муки, за что можно было зацепиться, чем можно было ударить. Амбарник замахнулся петлей, но за Игоря она не зацепилась — крючок просто скользнул по одежде. Бес снова недовольно зашипел. Игорь уткнулся спиной в очередные полки и принялся шарить руками. Наугад схватился за длинную деревянную рукоятку, надеясь, что это было что-то опасное. Старичок замер, внимательно наблюдая за блестящим лезвием топора, оказавшемся так близко к его лицу. — Кишка-то тонка, да? — рассмеялся амбарник. — Волк твой жует своих направо и налево, а ты ребенок еще. Где-то здесь в фильмах и книжках герой говорит какую-то яркую фразу, а после совершает решительное действие, обескураживая противника. У Игоря такой фразы не нашлось: как ему часто говорил дядя, с фантазией у него было так себе, потому что логика в его разуме победила уже очень давно. Когда его друзья наконец проломили амбарную дверь, Игорь сидел рядом с Юрой весь в крови. Неподалеку лежал топор и тело амбарника с пробитым черепом. — Отвезите Юру в больницу, — тихо и спокойно сказал он. — У него сломаны рука и нога. Скажете, что хотел девчонок в амбаре напугать, полез на полку за зерном и неудачно упал. Сейчас святки, придираться не будут. С этим я сам разберусь, — он указал головой на амбарника. — Ты старика-то зачем убил? Еще и карлика? — в ужасе спросил Яр. — Это амбарник, — тем же ровным голосом ответил Игорь. — Я сначала Юру тут нашел, а потом его. Он ему хотел конечности вывернуть и шею свернуть. С первым убитым бесом нас что ли, — он оперся на топор и поднялся на ноги. — Вытаскивайте Юру, я весь в крови, вопросов будет много. Топор вымою, тварь эту закопаю. — Игорь, ты в порядке? — медленно и осторожно спросил Арс, подходя к нему. — Если честно, — Игорь коротко улыбнулся, — чувствую себя восхитительно. Очень легко. Как будто я ничего не сделал. Ника, у тебя также было после ночи? Ника молчала. — Кстати, — он не дождался ее ответа, — похоже, что ты не только в сны проникаешь, ты еще и… — Игорь щелкал пальцами, пытаясь подобрать слово. «Это называется морочить голову или наводить морок». «Откуда знаешь?» «Снизу нашептали». Игорь пожал плечами, соглашаясь с внутренним голосом. В принципе, это было логично, чтобы ему это подсказали откуда-то снизу, все-таки бесы же все из-под земли выходят. И голос этот тоже был оттуда, никаких сомнений. Игорь все чаще склонялся к мысли, что с ним говорил волк. Интересно, а остальные слышат свои вторые души? «Не знаю», — тут же ответил волк его мыслям. — «Не отвлекайся». — Еще и…? — переспросил Ярослав. — Морочишь головы, — ответил Игорь. — Долго не мог придумать, как это назвать. Юра как лунатик выглядел: девчонок запугивал, которые к дверям амбара прибежали. Зерно сыпал. Все, как ты ему велела. Я его хотел остановить, понять, что с ним, а потом появился он, — он посмотрел на амбарника и на всякий случай пнул его ногой, вдруг оживет. — А как ты узнал, что Юра здесь? — спросил Арслан. — Может, Юру таки в больницу отвезете? — Игорь указал на него топором. — Только идите через главный вход, он изнутри открывается, я проверил уже. Арс явно хотел задать еще много вопросов, но сделал на тот момент верный выбор — Юре нужна была помощь. Он перекинул парня через плечо и повел остальных к машине. Выходили они молча, лишь иногда искоса глядя на Игоря, который уже высыпал зерно, чтобы освободить мешок. Вытереть кровь труда не составило — в том амбаре хранили не только продукты и инструменты. Пол был земляной, так что часть улик он фактически перекопал. Почему-то не оставалось сомнений, что даже если кто и найдет что-то подозрительное, не придаст этому значения. С другой стороны, можно было бы потом воспользоваться помощью Владимира, если начнется расследование. Игорь был настолько спокоен, что даже испугался самого себя. Он видел, как некое существо вывернуло конечности человеку и собиралось его мучительно убить. А он без зазрения совести это существо убил. Зверски. Несколькими ударами топора по черепушке. Наверное, следовало отрубить голову, но Игорь в момент опасности не был уверен в эффективности этого решения из-за разницы в росте. Почему он вообще так спокойно анализировал произошедшее? «Потому что страх и последствия убийства забрал я». Точно. Владимир же сказал, что это будет так работать. Игорь довольно облизнул губы. Ему понравились эти ощущения. Амбарника он положил в мешок и закопал подальше в лесу — там, куда обычно даже пьяные туристы не доходят. Может быть, его волк полакомится, хотя в этом Игорь сомневался. За те несколько ночей, что он наблюдал за его охотой, Игорь убедился, что есть бесов волк никогда не хотел. Он не мог его упрекнуть: даже он чувствовал, что на вкус нечисть противнее любой гнили. Попытался смыть кровь с куртки, лица и рук снегом — получилось так себе, но хотя бы теперь он выглядел, как будто его изваляли в сугробе с головы до ног. Благо, цвет крови терялся в ночи на темной одежде. Арс написал в общем чате, что вопрос с Юрой решен. «Не понимаю как, но они поверили всему, что я им нагородил», — значилось в сообщении. Игорь этому даже не удивился, потому что Арслан мог даже мертвого уговорить встать из могилы и помахать рукой церкви. Возвращался Игорь домой быстро: в голове снова начал звенеть внутренний будильник, что нужно успеть до полуночи. Пока ехал в такси, прикинул, что с момента обращения он еще ни разу не уснул позже двенадцати. «Полночь — мое время. Пока не привыкнешь, будешь падать, как медведь в зимнюю спячку». «Спасибо, что предупредил. Раньше не мог?» «А ты не оборзел ли?» «Почему ты вообще в моей голове?» «Потому что ночью ты в моей. Тоже мало приятного, знаешь ли». — Молодой человек, у вас все хорошо? — окликнул его таксист. — Выйти из машины не хотите? На точку приехали. — Чер… — Игорь осекся. — Точно. Простите, задремал, видимо. Он случайно сильно хлопнул дверью, краем уха выслушал гневную тираду таксиста и еще раз прошелся снегом в парке. Если дядя не спал, а он скорей всего не спал, нужно было поддерживать какую-то легенду. — Ты рано, — Климентий вышел не сразу. Игорь заметно выдохнул: куртку можно снять и спрятать. Почистит, когда дядя уйдет работать. Уже легче. — Да что-то разошлись быстро сегодня, — Игорь пожал плечами, отставил ботинки, в ужасе отмечая, что при свете лампы видно кровь на шнурках. — Твою мать, — не удержался он. — Точно все в порядке? Чего суетишься? — спросил Климентий, внимательно глядя на племянника. — Ты уже какой день ходишь сам не свой. — Нормально все, — Игорь встал и поправил свитер. — Устал просто, спать очень хочу, — он бросил взгляд на часы на противоположной стене. Без двадцати двенадцать. Успел. — Чего на часы глядишь? — настороженно спросил Климентий. Подошел вплотную к Игорю, внимательно вглядываясь в его лицо. Игорь напрягся и даже, кажется, задержал дыхание, как будто оно тоже могло его выдать. Климентий тяжело выдохнул и недовольно покачал головой. Открыл шкаф, достал парку и внимательно рассмотрел ее со всех сторон. — Клим, ты чего? — Тебя кто-нибудь видел? — В смысле? Конечно, я же с друзьями был. — В крови тебя кто-нибудь видел? — сурово уточнил дядя. — Что вы учудили опять? — Не понимаю, о чем ты, — Игорь решил, что будет молчать до последнего и придумает, как разобраться с этим в ближайшие пятнадцать минут. — Сними свитер. — Не понял. — Игорь, твою мать, сними свитер и не спорь, — он выхватил его у племянника и показал на кровяное пятно. — Чья? — Не моя. — Это я вижу, — дядя начал заметно раздражаться. — В зал иди. В зал иди, я сказал, — он отвесил ему подзатыльник и пихнул в комнату. Игорь снова посмотрел на часы. До полуночи оставалось мало времени. Интересно, а что будет? Он просто вырубится, и все? «Признавайся уже». — Ну уж нет, — ответил Игорь волку вслух и тут же закрыл рот, заметив сверлящий взгляд дяди. — Ты чего натворил, окаянный? — Климентий нахмурился. — Что вы наделали с друзьями? Игорь то зачесывал волосы назад, то заламывал руки, то просто держал их в карманах, оттягивая джинсы. Закусывал губы уже почти до крови, чесал переносицу, нос, глаза. Ходил из стороны в сторону, но очень хаотично: два шага влево, один вправо, три назад, два вперед, один вправо. Климентий поймал племянника за плечи, заставляя остановиться. — Что вы натворили? — повторил он уже жестче, ставя паузы после каждого слова. Игорь молчал. — Я не буду осуждать, но, если тебе нужна помощь, я должен знать, что случилось. — Ты ведь веришь в бесов? — спросил Игорь тихо. Климентий отпустил его и сделал шаг назад. — По-настоящему? — Почему спрашиваешь? — Отвечай. Ты мне с детства сказки про кикимор и леших рассказывал. Веришь в них? Климентий посмотрел в сторону, потом — в пол. Зажмурился и тяжело выдохнул. — Верю. А ты? — В первый день святок мы разлили воду на крыльце математика, он поскользнулся и умер, — Игорь сел на диван. — Льда не было. Я узнавал, — Климентий неуверенно уставился на него. — Я сразу на вас подумал, потому что вы каждый год к Васильевичу ходите. Но льда не было. — Так все думают. Дядь Саша накануне ногу подвернул. Напился, чтобы меньше болело, и забыл, что мы крыльцо должны были полить. Поскользнулся, ударился головой о ступеньки. А мы даже скорую не вызвали. — Почему думают, что льда не было? Игорь поднял голову и внимательно посмотрел на дядю. Он ведь должен был спросить, почему не вызвали скорую. Почему не позвонили родным. Почему не позвонил ему. Но он задал настолько правильный вопрос, что Игорю стало не по себе. — Ты не знаешь человека по имени Владимир Третьяков? — перешел он сразу к сути. Климентий устало потер переносицу и поморщился. — Он помог следы замести, да? — Игорь кивнул. — Что попросил взамен? — Выслушать его предложение. Его преемниками стать. Попробовать, — снова это слово. — До конца святок. Если в итоге откажемся, то все забудем. — Или я чего-то не знаю, или правила изменились, — нахмурился Клим. — Хотя, не так важно уже… Вы согласились? — он снова посмотрел на племянника. — Все четверо? — Он сказал, либо все, либо никто. — Я не понял, ты сейчас оправдываешься тем, что это у вас там случилась дружеская солидарность? — Климентий повысил голос и вздернул бровями. — Вот поэтому они и берут детей! — сказал он еще громче, а после ушел на кухню. Вернулся с бутылкой водки. Той самой припасенной на крайний случай, черный день и день, когда он потянется за бутылкой, но в очередной раз героически себя остановит. По факту, это была бутылка для проверки совести на каждый день, но Климентий был уверен, что никакой крайний случай не собьет его с пути. — Клим, ты чего! — закричал Игорь. — Тебе нельзя! — Нельзя принимать предложения от нечисти и становиться двоедушником, — он сделал большой глоток из горла, садясь в кресло напротив. — А нажраться бывшему алкоголику — это так, мелочи, — и еще один глоток. — Откуда ты знаешь про двоедушников? — Игорь широко раскрыл глаза и сел на самый край дивана. — Опыт есть, — Климентий сделал еще один глоток и шумно отставил бутылку. — Надо было догадаться, что ты тоже поведешься. Мамка же твоя повелась. От осинки не родятся апельсинки, или как там. Но важно другое, — он не дал Игорю обрушить на него ворох вопросов, — что вы натворили? — Да вроде ничего, — Игорь сел ровнее. — Точнее… Я пытался друга спасти. Юру Колдопольцева, может, помнишь такого. Долгая история, — он снова посмотрел на часы. — Его амбарник чуть не убил. — Амбарники редко нападают, их разозлить надо. — Этот сказал, что Юра замороченный и его не спасти уже, поэтому он его убить решил. Я помешал. Он напал на меня, а я… Топором его, — он изобразил движение рукой по голове бесовского старичка. Климентий примерно минуту смотрел на племянника и выпил еще водки. Шумно и длинно выдохнул. Потер руками лицо и развалился в кресле. — Двоедушники своих не убивают. — Владимир сказал, что Велес создал двоедушников, чтобы держать бесов в узде на святки. — Ты столько знаешь о нечисти и Велесе в частности и поверил в эту чушь? — Климентий снова повысил голос. — Я тебя зря что ли столько лет натаскивал? Столько времени и сил потрачено, и ради чего! Чтобы ты стал одним из них?! — Да дело вообще не в этом! — закричал Игорь и резко встал на ноги. — Я сегодня убил тварь, которая хотела убить моего друга и меня! Зарубил топором! Топором, Клим! Закопал в лесу в мешке из-под зерна! Я весь в крови! Я уже четвертую ночь подряд не сплю! Моя вторая душа охотится на бесов, грызет их, уничтожает, а я наблюдаю за этим! Я не понимаю, что со мной происходит, а тебе лишь бы меня обвинять! — он заплакал и сел на пол, обхватив себя руками. — Не реви, — остановил его Климентий. — Сам дел натворил, сам и разгребай. Но реветь не смей, я тебя не так воспитывал, — Игорь шумно втянул носом сопли. — Иди сюда, — он смягчился и коротко обнял племянника. — У тебя способности какие-то проявились уже? — Мне кажется, я могу видеть бесов, — Игорь моргал все медленнее. Мозг резко начал отказывать и выключаться. — В смысле, когда обычные люди их не видят. А еще нити. Как петли. Между бесом и… — он облокотился на сидушку дивана и замолчал. — Игорь? — Климентий потряс его за плечи. — Какие нити? Какие петли? Игорь резко дернулся, просыпаясь. Посмотрел на часы. — Полночь, — тихо сказал он и окончательно вырубился.