Часть 1. Убежище для восьмерых. Глава 8. Ёсан

Жизнь Ёсана была полностью распланирована его родителями. Учеба в престижной школе. Отличные оценки по всем предметам. Занятия скрипкой в качестве благородного хобби. Друзья с идеальной биографией и высокопоставленными родителями. Позже – поступление в лучший ВУЗ и блестящая карьера адвоката. В такой жизни не было изъяна. Свободы тоже. Единственное время, когда Ёсан мог выйти из замкнутого круга – когда он разбирал и собирал разные механизмы. Все началось с детали старенького радио, которое он разбил, когда эмоциям нужно было дать выход. Сначала он хотел растоптать и динамик. Но внезапно механизм привлек его внимание. Ёсан нашел в подсобке отвертку и маленький гаечный ключ. Он потратил на разборку кучу времени и нервов, порезался о скол корпуса, понял, что ключ не подходит по размеру, вместо него приспособил ножницы, пару раз прошипел фразы, о неуместности которых, его родители прочитали бы целую лекцию. И все же добился результата – маленькие детали лежали перед ним аккуратными рядами. Собирая их воедино, Кан провозился еще дольше, и когда закончил, было уже далеко заполночь. Времени на сон почти не осталось. Но Кан был счастлив – впервые за столько лет он сделал что-то по собственному желанию, а не потому что этого требовали родители или учителя. В ту ночь он не видел тревожных снов и несмотря на ранний подъем проснулся в прекрасном настроении. Новое увлечение настолько захватило его, что он перебрал все, что смог отыскать дома: старинные часы с маятником, спрятанные в кладовке, утюг из прачечной, коптер, который он когда-то купил втайне от родителей, но так и не решился запустить. Ёсан научился справляться с раздражающим тремором. Дрожь не прошла совсем, но почти не мешала. Также он увлекся литературой по электронике и механике. Поначалу книги казались трактатами на мертвом языке. Но воспитанная в нем усидчивость и неподдельный интерес помогли преодолеть трудности. Когда в доме закончились подходящие приборы, он решил отыскать лавку старьевщика, чтобы купить что-то еще. В элитном районе, где он жил, подобных магазинов не было. Пришлось ехать на окраину. Ёсан пробыл у старьевщика почти час. Скупил кучу хлама. Брендовый рюкзак теперь едва не лопался по швам, а лямки больно впивались в плечи. Кан надеялся, что такси приедет быстро, и он сможет поскорее сбросить ношу. Но именно в этот момент телефон предательски мигнул и отключился. С утра Ёсан был так увлечен мыслями о поездке, что забыл зарядить мобильник и даже не подумал закинуть в рюкзак пауэрбанк. Возвращаться к старьевщику было неловко, и парень решил самостоятельно отыскать дорогу до остановки. То, что он заблудился, Ёсан понял, когда дома сменились корпусами заброшенного завода. Кан собирался повернуть назад, но его привлекла музыка, звучавшая со склада. Парень подошел ближе. Дверь была приоткрыта, и он заглянул внутрь. Семеро ребят танцевали. Было заметно, что они очень устали. Но улыбки не сходили с побледневших лиц, а движения были полны силы, несмотря на тяжелое дыхание парней. Ёсан никогда не встречал настолько увлеченных людей. В школе, где он занимался скрипкой, их учили, что к мелодии нужно относится с благоговением и что любая неверно сыгранная нота – ужасное оскорбление великих композиторов. Поэтому Кан даже не думал, что от музыки можно получать удовольствие. Но эти ребята были доказательством обратного. Трек закончился. Шестеро бессильно повалились на пол. На ногах остался только один. – Уёни, твоя хоряга нас когда-нибудь убьет, – простонал один из лежавших. – Мои ноги! – поддержал второй. – Хорош ныть, – отмахнулся тот, что остался стоять. Он уперся ладонями в колени и наклонился, переводя дух. – Вышло же здорово? С пола раздались неразборчивые, но явно утвердительные возгласы. – Еще раз прогоним, и можем хоть на МАМЕ выступать. На этот раз энтузиазма в ответах было куда меньше. – Подъем, подъем, – безжалостно скомандовал Уён, глянул в зеркало и удивленно воскликнул. – О, привет! Ёсан не сразу понял, что парень обращался к его отражению. А когда до него дошла суть происходящего, захотел поскорее исчезнуть, но рюкзак предательски зацепился за дверную ручку. Ёсан комично дернулся и замер. Ребята подошли к нему. – Я не подглядывал, честно! – Запаниковал Кан. – Минги, отойди, ты его пугаешь, – невысокий крепкий парень мягко отстранил друга. Тот был выше него, а осветленные взъерошенные волосы, взгляд исподлобья и пластырь на ободранной щеке и правда добавляли ему суровости. – Я?! – оскорбленно переспросил Минги, он широко распахнул глаза и приоткрыл рот, мгновенно потеряв весь свой грозный вид. – Это ты у нас яблоки голыми руками ломаешь! – Если вы оба не замолчите, он подумает, что мы какие-то бандиты, – предупредил тот, кого они назвали Уёном. – Привет, – еще раз поздоровался он. – Как тебя зовут? Ты местный или издалека? Понравился наш танец? А сам танцуешь? – он сыпал вопросами без перерыва, словно ему совсем не нужен был воздух. – Уён, пожалуйста, дыши и дай человеку ответить хотя бы на один вопрос. – Парень в огромной толстовке, явно расписанной вручную, и с ярко-синими волосами вышел вперед. – Заблудился? – легко догадался он. – Угу, – кивнул Ёсан, – телефон сдох, а у вас тут ни одного указателя. – Есть такое, – подтвердил синеволосый. Помог отцепить рюкзак от ручки, охнул, почувствовал его тяжесть. – Ты кирпичи на заброшке собирал что ли? Кан мотнул головой, с тревогой ожидая продолжение допроса. Он не думал, что его увлечение могут посчитать чем-то стоящим, поэтому не хотел говорить, что делал на самом деле. Минги заметил его реакцию и аккуратно потянул капитана за толстовку, но Хонджун и сам понял, что стоит остановиться, и перевел тему: – Можешь подзарядить телефон у нас и пока отдохнуть, – увидев, как парень болезненно поморщился, поправляя лямки рюкзака, предложил Ким. От таких ребят Кан привык держаться подальше. Их яркие волосы, потрепанная одежда, манера говорить очень громко и так же смеяться, музыкальные вкусы, место, где они обитали – все слишком контрастировало с тем, к чему Ёсан привык. Это пугало и влекло одновременно. В этот раз раз он не позволил себе сбежать, и, благодарно кивнув, последовал за ребятами. – Думаю, ты уже понял, что это Минги и Уён, – по дороге представлял ребят синеволосый, – я – Хонджун. Это Чонхо, Сонхва, Сан и Юнхо, – ребята по очереди махнули Ёсану рукой. Знакомство получалось несколько сумбурным, но Кан без труда запомнил их имена и представился сам. Ёсана усадили на диван, протянули зарядку и перемотанный изолентой удлинитель. Кан боялся, что ребята продолжат заваливать его вопросами. Но они заметили, что ему неуютно, и сбавили напор. Большинство вернулось к тренировке. Рядом с Ёсаном остались только Хонджун и Уён. Первый включил ноутбук и полностью погрузился в работу. Второй заявил, что с дивана ему виднее ошибки в хореографии, и нагло от работы отлынивал. Музыка зазвучала вновь, парни продолжили оттачивать связки. Хоть движения и были одинаковыми, стиль каждого немного отличался. Это не создавало хаоса, наоборот добавляло особенной красоты. Хотелось пересмотреть танец много раз, чтобы заметить фишки каждого из ребят. – Хочешь присоединиться? — раздался над ухом вкрадчивый голос. Ёсан шарахнулся в сторону, запутался в проводах, музыка тут же захлебнулась – Я могу починить! – немедленно воскликнул Кан, не понятно, от чего спасаясь в первую очередь: от гнева ребят или вопроса Уёна. Хонджун прикрыл ноутбук и перевел взгляд на Ёсана. – Ты умеешь это делать? –спросил скорее с надеждой, чем с подозрением. Кан кивнул. И поспешил объяснить: – У вас провод перетерся, просто. Там работы на пять минут, зачистить да смотать по новой. Только нужен острый нож и изолента. Хонджун посмотрел на Уёна. – Сейчас принесу! – кивнул Чон. – Извини за Уёна, – мягко произнес Хонджун, когда друг скрылся в бытовке, – он бывает излишне напористым, – он взглянул на ребят. Музыки не было, но Юнхо вел счет, и остальные следовали за ним, – Мы все такие. Очень боимся упустить момент. Или человека, который может стать частью нашей команды. – Ёсан закашлялся, это вызвало у Кима грустную улыбку, – Вот видишь, я тоже слишком спешу. А потом Уён принес нож и изоленту. В забавную желто-зеленую полоску. Ёсана это развеселило, и он почувствовал, как уходит напряжение. Удлинитель он починил даже быстрее, чем предполагал. А потом сделал то, на что не рассчитывал совершенно – рассказал о своем увлечении. И вместо пренебрежения, получил похвалу. – Ты говорил, что пересобрал дрон, – к моменту, как Ёсан закончил рассказ, все ребята сидели вокруг него. Так что тихий голос Юнхо Кан услышал без проблем, – А ты умеешь им управлять? – Никогда этому не учился, – честно ответил Ёсан. – А хочешь попробовать? – Юнхо смотрел на него с надеждой, но в этом взгляде не было давления, которое Кан привык ощущать от родителей или учителей. В этот раз Ёсан мог сказать "нет", и его отказ был бы принят, как окончательное решение. – Хочу! – выпалил Ёсан, глядя, как добрая улыбка освещает лицо Юнхо, – и танцевать тоже.