Часть 2

***

      - Ну что, дочка, пошли приютим тебя, универсамовские…       Продолжая топнуть в мыслях о произошедшем, главарь группировки «Универсам», будто заботливый отец, когда-то потерявший самое дорогое в его жизни, подошел ближе к девушке и накинул на её мокнущую голову свою шапку, которая всё это время накапливала в себе тепло. Дина не могла понять, откуда в незнакомце столько доброты к ней, то ли от безысходности, то ли от былого воспитания. Раньше людей настоящими растили, не фальшивыми, хотя, может это просто маска, кто его знает.       Под чётким наблюдением старшего, те вскоре пришли к какому-то зданию, хотя, не сколько здание, сколько простенькая комнатушка, напоминающая истинный притон для группировщиков, такой же мрачный и закрытый. Страшило больше всего не то, что этот чужой дядька, ведущий тебя в своё логово, а то, что это самое логово находится вблизи твоего родного дома, в котором тебя ждёт не семья, а праведная смерть, в борьбе за существование и послушание. Подойдя ко входу, Кощей благородно приоткрыл входные двери, сквозь которые так маняще прорывался теплый воздух, с не так уж манящим запахом, но жаловаться не стоило бы, ведь это лучше запаха чистейшего перегара вперемешку с запахом сигарет и, на не удивление, застойного запаха то ли мусорки, то ли сырости. До конца непонятно было, как мать Дины смогла довести до такого состояния квартиру, такая же сильная духом женщина, в момент стала маленьким человечком, загнанным в угол собственной же любовью, боялась она Гришку, но как же она его любила.       Скромно войдя в помещение, девчушка подняла взор на скопление народу, которые также не могла просто так увести взгляд с новой гостью сея заведения, именуемым простенько, «качалка».       - Так, пацаны, не глазеем, а помогаем дамочке! Зима, сделай ей горячий чай, Турбо дай ей свою шапку и куртку, не видишь, она дрожит от холода! – командирским голосом указывал старший, также грозно, как мазал пальцем на то на ребят, то на Дину, а сам направлялся в коморку, в которой до этого точно было дикое пьянствование точно не одного человека.       - А чё я-то… Лампа, у тебя пальто теплее, та и ты сам не замёрзнешь! – с язвитой улыбкой перевел обязанность парень, носящий погоняло «Турбо». Это был парнишка лет двадцати, высокий, кудрявы волосишки, бронзовые глаза с зеленым переливом, в которые хотелось смотреть часами, а то и вечность. Ну а Лампа, что уж Лампа, пухленький мальчуганчик, уж точно не пользующийся авторитетом среди старших, но единственное, что не делало из него хулигана, это доброта в глазах и его беззащитный вид.       - Кощей, и что это за подгончик на ночь? Не уж-то ты не брезгуешь пассиями по моложе? – рыкнул мужчина, точно уж не в шутку, и не с благими намереньем смотрящий на запуганное личико девушки. Это был один из старших ребят группировки, Адидас старший. Дина могла поголовно перечислить клички ребят, не первый раз с ними пересекается, та и вся школа гудела этими «героями».       - Вов, чего уж ты так плохо о девочке… Спас я её, запинать её хотели, скорлупа паршивая… Разъездовские… Если бы не я…Собирали бы деньги всем двором, семья у неё плохая, сбежала… - впервые без доли сарказма и шуточек, а даже с ноткой сострадания, молвил Кощей. Не был он никогда с душой, бесчувственный он, везде ищет выгоду для себя, но сейчас, мягкий наставник, «Леопольд сранный».       - Хах, так может не наша она уже? Не чистая она, Кощей? – подливал масло в огонь Турбо. Уж сильно правильный он, но только тогда, когда это не касалось его.       - Турбо, прекращай! Не было нечего, уж я тебе слово даю, наша и чистая! – грозно закричал Кощей, будто бы защищал не только жертву, но и свой зад. Продолжая уборку своей каморки, тот только и делал, что проронял обрывки фразы, которые имели логическую связь.       - Сегодня она будет здесь… Завтра я пойду к Разъездовским… Завтра пойду к её отцу… Вернём ей в семью, всё с ней будет хорошо… Подойдя поближе, Адидас начал внимательно рассматривать внешность девушки, которая так и пыталась свернуться калачиком, чтобы её никто не видел, не слышал, не трогал.       - Чего ты? Всё уже хорошо, мы пацаны, не тронем тебя! Есть хочешь…? – легонько водил рукой по чернявым волосам Вова. Тот тоже не жалей сострадания по отношению к Дине, уж слишком мягкий он был, не мог корчить из себя строго наставника. Жалко ему таких, жертв несправедливости, неправильно так поступать, она же девочка, не такие пацаны были раньше, да и не пацаны это совсем.       - Маратик, сгоняй домой, принеси сытного чего-то… Диляре объясни всё, она добрая, поможет… - парнишка в синей куртейке махнул головой и мигом выбежал из качалки, по-видимому направился домой, к матери.       Спустя минут 15, в поле зрения появился и Зима, несущий в руках потрёпанную временем железную кружку с хлопьями черного чая, плавающих буквально в кипятке.       - Как тебя звать-то? – сказал картавый, прежде чем обвернул кружку шарфом, дабы не обжечь руки. Находясь всё ещё в шоковом состоянии, Дина не решилась заговорить с незнакомцем, хватило ей на сегодня знакомств. – Чё ты, малая, мы не сделаем зло – доброжелательно протянул кружку картавый. Не о таких пацанах она слышала, не такие они, слишком добрые.       Обхватив кружку обеими руками, Дина почувствовала запомнившийся ей запах чая, того самого чая из детства с бабушкой, не тот, что в школе. Сделав пару глотков горячего пойла, та вздохнула и всё же решилась заговорить.       - Дина я…Дина Гурьева, живу тут не далеко… А на Разъезде оказалась потому, что от пьяного бати бежала… Бил он нас… Мама к соседке успела забежать, а меня не впустили… Вот он и погнался за мной… - прерываясь на глотки чая, рассказывала та, изредка отвлекаясь и показывая синяки на руках и шее, отвергая ложь и показывая доказательства.       - Гнида, врезать бы ему, чтобы аж кровью захлебнулся…- подал голос Турбо, который уже успел обойти качалку по периметру. Не мог он слушать, как девушки рассказывают о насилии. Драки для него уже стали мелочью жизни, но по отношению к девушкам он не терпел обижательств, грубо сказанное слово в адрес женского пола уже могло накалить ярость Турбо.       - Так, Дина, сегодня заночуешь тут, а завтра… Я всё порешаю и посмотрим… И тебе поможем, и маме поможем… - указал Кощей на перестеленный диван и на удивление чистую коморку. Впервые она такая чистая, уютная. – Старших с тобой оставлю, позаботятся о тебе, а я… Сейчас же пойду на Разъезд, пока это чушпаньё не на звиздели автору…       Как бы ни были добры ребята к Дине, никто не горел желанием оставаться на ночь в этом гнилом местечке, сейчас домашний уют ценился больше, тепло и горячая еда – единственное, что могла держать пацана дома, если бы не сборы. Время шло, пацаны расходились без какого-либо угрызения совести, уж сильно им было плевать на девчонку, не уж-то она им родня какая-то. Только вот старшие чувствовали долю своей вины, что не уследили, хотя, никакого отношения они не имели, просто было жалко дитя, жертву несправедливости и жаркой крови малолеток, жалких малолеток.       - Ладно… Я останусь…Только вот Маратка задерживается…Хавки нет – промолвил Турбо с дальнего угла качалки, смотря в сторону Адидаса и Зимы, только они и остались, смелая троица, настоящие братья по духу. – Вину свою загладить хочу, хуйни сморознул… - продолжил тот, потирая затылок под чудаковатой шапкой.       Ход тишины прервал резко влетевший в комнатушку Маратка, тащащий в сторону Дины тяжеленую сумку, хранящая в себе еду, теплую одежду и старое одеяло, которое было жалко выбросить, по раз пригодится в будущем, то и не жалко отдать нуждающимся. Диляра, мать Маратика, и вправду была добрейшей души женщиной, не было в ней ни капли злого, она даже ругать толком не умела, нравоучения и злое воспитание она предоставляла главе семейства, Кириллу, отцу Маратика и Адидаса. Мягчайшей души человека.       - А я это…Принёс всё… А где все? – резко прервался Маратка, осматривая периметр качалки, в поисках кого-то ещё, но после продолжил разбирать сумку, вываливая гору еды на импровизированный столик. От изобилия еды, Дина даже на мгновение засветилась от счастья, казалось, что она и вовсе не ела, уж сильно худощава она была.       - Спасибо вам, я в долгу не останусь! – резко вскликнула Дина, подорвавшись с диванчика, и принялась клонится ребятам чуть-ли не в ноги, уж настолько не было границ у благодарности девчушки.       - Хватит-хватит! Мы пацаны и должны защищать слабых! – резко подхватил девушку Зима, посадив её обратно на диван – Ешь давай, веточка, худая совсем! Будто бы придерживаясь команде, Динка начала хоть и спешно, но аккуратно кушать, временами запивая еду ранее приготовленным чаем.       «Боже, как же вкусно…Это тебе не самая дешевая каша, тут и мясо, и картошка…Вот он, сытный ужин…»       Подхватив Маратика и Зиму под руки, Адидас лишь подмигнул Турбо и спешно покинул с ними качалку. Вот она, вечерняя тишина и звон ложки по тарелке, запах еды перебивал наступающий запах сигарет, идущий впереди Турбо.       - Поешь и спать, укрывайся хорошо, качалка быстро остывает… - присев рядом с девчонкой, старший аккуратно подправил на ней пальто, укрывая ещё больше спину и плечи, оставив на них свою руку, чтобы то не слетело с узкого плечевого пояса.       «Слишком она жалка, щеночек, ни угла, ни приюта…»

***