Часть 3

«Дорогая бабушка, мы снова живём счастливо! С того момента, как нам помогли Универсамовские, я могу дышать полной грудью. Мама сказала, что как только дядька появился у нас дома, папка сразу же стал вести себя прилично, а потом и вовсе сбежал, пока она была на работе. Уж как неделю от него ни слуху, ни духу. Мы привели квартиру в порядок, она чистая и не пахнет дурно! Мама устроилась на хорошую работу, а Наташа помогает мне освоить первую медицинскую. Обещаю, как только ты приедешь, я тебя со всеми познакомлю, они и тебе помогут! С любовью, Дина и Ларка!»

***

      Как говорится, в светлую голову и ум приходит…Так это и есть! Как только условия жизни Дины улучшились, то и успеваемость по школе возросла, к ней впервые потянулись люди. Улыбка не сходила с её лица, та и она дарила её всем, слишком уж наивна и добра она, а жаль…       Утро понедельника. Очередной обычный школьный день, полон уморающей рутины, но что-то в нём не так. Люди уже не так тянулись к Динке, а наоборот – отдалялись и так омерзительно корчили рожи. Противно. Так продлились первые два урока, настроение и вовсе не упало в ноль, ни одна мышка мимики не шевельнулась, они снова замерли в ожидании лучиков счастья и радость, но видимо, суждено им ждать уж долго…       - Чего такая грустная, Дин? Не уж-то Разъезд больше не утешает? – с насмешкой вымолвила задира Машка. Ни сколько задирать, сколько завидовать любила Машка, никто её не любил-то, вот она и подыгрывала злодейку-одиночку, но сегодня шумный коллектив был на её стороне, что удивляло и пугало одновременно.       - Что ты несёшь… Какой Разъезд? Они-то тут при чём? – на мгновение показалось, что лицо Дины сразу же начало кривится, то ли от боли, то ли от отвращения от хамского поведения девчонки. Дина понимала, о чём гласит Машка, долго та терпела, чтобы не рассказать эту новость, слишком много, ведь специально давала забыть, дабы надавить на больное с пущей силой. Машка ведь жила на районе обидчиков, всё наверняка узнала в тот же вечер, людей мало, новость быстро разносятся.       - Наша мышка-норушка оказалась не такой уж и тихой… Даже у стен есть глаза и уши, а рот им не нужен, за них это сделает район… Вафлёрша! – крикнула Машка, тыча на девчонку, чуть ли бы не в лицо. Верить Машке – себе же дороже, но сейчас этого никто не понимал, новые темы всегда подогревали интерес лишних ушей. – Всё я видела, всё слышала, не последний человек я так.       Сердце провались далеко под фундамент школы, кожа побледнела, а глаза налились слезами. Так её даже отец не задевал, так больно не было, даже от ремня с бляшкой, от сильных мужицких рук. Тело вмиг начало трясти, а разум будто плыл, а на фоне всё тише и тише были слышны смех и свист. «Я не чиста…? Но ведь это не правда…Это ложь…Не было же ничего»       До конца учебного дня оставались долго тянущиеся 4 часа, ни сил, ни желания не было терпеть их. Было принято решение отпроситься домой, в веду плохого самочувствие, а ведь так оно и было. Вот как просто в наше время можно осквернить человека, его деятельность, разрушить жизнь. Дина даже не собиралась идти домой, там праздник, веселье, мамин день рождение, первый за 20 лет, отец был против каких-либо гулянок, кроме затеянных ним же. Мысли затуманены, тело бросало то в жар, то в холод, а ноги вели в уже до боли родное место… Качалка.       Как раз нужные люди были в сборе. Кощей, Адидас старший, Адидас младший, Пальто, Турбо и Зима. Верные защитники. Странно наверно бы было, если бы парнишки по младше просто бы заглянули в качалку во время уроков, тем более в период контрольных. Андрей хоть и пацан, но учёбу предпочитал не забрасывать, маму жалко было огорчать, и так ей не легко. Они всё знали, пришли и старших уведомить. Внесясь в качалку бессильной тушей, Дина посмотрела на обнадёженные лица скорлупы и злое выражение Кощея и Турбо. Красные глаза, заплаканное лицо… Прям как в тот день…       - Разве я не ясно говорил, чтобы ты туда больше не совалась?! Ты хоть понимаешь, что теперь будет?! – яростно подорвался Турбо, несясь со злостью на лице к Дине, чуть ли бы не замахиваясь на неё. Но Турбо же не такой… Не хватит смелость ударить девушку, та и толкнуть он даже не в силе…Повысит голос при пацанах, а сам волосы принялся бы рвать на себе, за то, что женский слабый пол обижает… Не по пацански это…       - Никуда я не ходила! Марат и Андрей подтвердят! Я их по учёбе подтягивала! Наташа скажет, что я у неё была в свободное время! Мама начнёт хвастаться, что я вся в учёбе и домашних делах! Ничего не было! – упав на колени перед Турбо, Дина начала заливаться слезами. Никогда прежде не было у неё столько слёз, будто бы где-то внутри прорвало дамбу, будто вся жидкость в организме вскоре выйдет через слёзы.       - Встань… Встань! – повелительно крикнул Турбо, подхватывая под руки Динку и ведя её в коморку, подальше от испуганных глаз ребят.       - Эта девка…Стерва та ещё…С Разъездовскими она, стопудово пиздит на неё из зависти, за неё никто не заступится, а мы за ней горой ходим, вот и мылит всем глаза…- тихо в пол промолвил Андрей. Они хоть и были в разных классах с разницей в 2 года, но её Андрей хорошо знал, много чего не хорошего было у него с ней. Не хорошая она ко всем, уж больно завистливая.       - Знаю я всё, Маратка говорил когда-то про неё, Айгуль тоже была её жертвой, до нас… - также скрывая глаз промычал Адидас. Жалко ему таких, не заслужили они такой «славы», всех хотелось защитить, но какой ценой…       - Как бы сделать так…Чтобы утереть ей нос, уничтожить её…- пробубнил Зима, потирая свою лысину и смотря в потолок.       - А что бы ты сделал? – покуривая снова какое-то «палёное говно» и расслабившись, монотонно проговорил Кощей, вероятнее всего прежде «убитый синькой». Человек-слово из него никудышный, обещание даст, да по белой горячке забудет, а позже предъявами кидается.       - Защищал бы, как и обещал, Кощей! Разве не ты тут руками махался и клялся, что в обиду не дашь, что как дочь воспитывать будешь, а сейчас… Эх! – воскликнул всё ещё не успокоившийся Турбо, подойдя к Кощею, который был не хуже половой тряпки в глазах окружающих. Даже самый грязный и побитый пёс уже не казался таким противным и мерзким для Дины, как Кощей.       - Да ты что… А кто же первый молвил, что она грязная…Теперь и «защищай», Валерка…- промычал Кощей, прежде чем его глаза не закрылись от усталости, а точнее от водки, коей было слишком много в нём. Воцарила тишина, благородная тишина. Плач уже давно стих и сменился на безэмоциональность и отчаяние. «Слезам горю не поможешь», ни как иначе.       - Вов, хоть ты скажи, что делать… - взявшись за голову, вымолвил Валерка. Не хотел он оставлять этот случай. Впервые он шел против закона улицы, что страшило больше всего. Что же движет такими «героическими» поступками. Злость? Безысходность? Жалость? Иные чувства, которые ему не передать словами, не переживаемы ранее…       Спустя долгие 15 минут молчания, Адидас старший всё же выдохнул с облегчением, будто, не то чтобы камень, гора упала с плеч. Он всегда мыслил долго и здраво, будто пытаясь предугадать возможный исход событий и найти новую лазейку к праведному решению.       - Значит так… - переведя в последний раз взгляд на «бездыханное» тело старшего товарища, тот твердо устремил свой строгий, но щенячий, взгляд на остальных ребят – Завтра идём на Разъезд, выясняем всё без драк и потасовок, чтобы угомонили девчонку, затем берём кого-то из их старших и идём в школу, там он за базар перед всеми объяснит, раз какая-то шавка трындит о группировке, наверняка они даже не в курсе о ней…       - Она там не последний человек…Её все знают… - сдерживая всхлипы от грядущей истерики и сжимая подол своего пальто, вымолвила виновница данной «шумихи».       - О чём ты… Искандер даже о ней не знает, зато она там «не последняя»! Бред всё это…- возмущенно перебил речь девушки Марат, чьи слова жестом подтвердил Пальто.       - Тем более, раз она там никто… То и разбираться они буду с ней сами… Наше дело – пресечь, их дело – разобраться и искоренить… - прикуривая сигарету с добрейшей улыбкой на лице, сказал старший.       - А сегодня нельзя никак...? Чего уж ждать…- сказал Зима, косясь в сторону Дины с состраданием в глазах.

***

      Спустя полчаса, троица и девчонка уже были у входа в гараж, именуемый гордо «СТО», тут-то и строил свой «бизнес» Разъезд. Постучав вежливо три раза, Адидас отодвинул ребят в сторону, намекая этим, что сейчас только его ход. Волнению нет придела. Такие вопросы обычно заканчивались «войной» среди группировок, ведь данной тематика заканчивалась зачастую позором целой «организации», а тут её и машинный бизнес. Дина уже знала это место, была она уже тут, буквально неделю назад. Кощей тогда и поклялся, что она ему теперь кровная дочь. Вероятное было зрелище, прям как цирк и искусным клоуном в главной роли. Турбо и Зима, также находясь не в лучшем настрое, нервно курили в сторонке, осматривая знакомые пейзажи, и стоя на шухере в случае чего.       На стук откликнулся пацанёнок, лет так двенадцати-тринадцати, малёк ещё, но уже в группировке, гордости то сколько.       - Вы кто? Вам кого? – мальчишка знал, что три стука – это далеко не клиенты, а руководители или старшие группировок пришли на разговор, мирный или нет, никому не известно.       - Универсам, Адидас старший, позови автора, разговор по душам есть – с улыбкой до ушей и добром молвил тот, тем самым показывая, что злом от него и не пахнет. Шпанёнок быстро забежал в мастерскую и тут же вывел главного. К слову, авторитет меняется быстро, в виду смертности. Новым автором стал не безызвестный Комар, он же сослуживец Суворова Владимира Кирилловича, весь Афган вместе прошли.       - Что уж там, Вовчик, заходил бы и не стучался! Хороший мой, сколько лет, сколько зим… - с распростертыми руками гордо вышел мужчина, держа в зубах сигаретку.       - Костик, ты что ли… - с недоумением, но с такой же радостью воспел Вова, летя в объятия знакомого.       Данная картина вызывала много эмоций, но в первую очередь недоумение, что с лёгкостью отражалось на лицах окружающих, будь то Турбо и Зима или все Разъездовские.       - Какими судьбами, брат, так ещё и не один… С дамой! –с интересом молвил Костя, глядя на ребят, стоящих подальше в стороне.       - Беда у меня, Комарик…Твои нашу девочку обидели, но это уже улажено, но теперь новая проблема…Есть у вас такая девчонка…Как там её…- отстранившись от крепких объятий, Адидас перевел взгляд на Дину, щёлкая при этом пальцами – Дина, помоги…       - Мария Арнохина, 10б класс… Она сказала, что в Разъезде не последний человек… - спрятав руки за спину, с неуверенность в себе говорила Дина, будто ожидая пинка или шлепка в лицо.       - Да вот…Машка ваша на всю школу твердит, что Динка… Фух… Ваша подстилка, не чиста она…Но это бред, ничего не было, я клянусь…- с переживанием и трепетом в сердце говорил Адидас, глядя в глаза сослуживцу.       - Наслышан я, брат, об этой ситуации… Ещё раз приношу извинения за случившееся…- отводя взгляд в сторону, молвил Комар, потирая свою грязную от пыли шею, механик всё же грязная работа – А вот Машка эта…Хоть убей, не знаю я такой…Может, и девка чья-то…Дай мне время разузнать, а пока прошу в мою коморку…       Хорошо иметь такие отношения между авторитетами, вот она, дружба улиц, жаль, что пацанам её не понять, им бы лица разукрасить и понятиями поравняться. Освободив место для новых гостей, а девушке так и вовсе предложив чай, Комар провел Адидаса в свою коморку, в которой часами мог сидеть, а то и жить в ней. Найдя в блокноте нужный номер, тот, со всей серьезностью, начал интересоваться девочкой, которая так и норовила испортить репутацию обеих группировок.       - И так, брательник, имеется такая девка, пришиться даже пыталась, но… Не наша она в общем-то, но…За её базар мы в ответе, на нашей же улице растёт…Решения я её не принял…Жду твоих предложений! – также нервно твердил Костя, сильно он уважал своего друга, та и группировку свою тоже, не терпел он крыс.       - Сходим завтра в школу, поговорим с этой девкой, чтобы каждый слышал…Такое пресекать нужно! Пойми меня! – твёрдо настаивал Вовка, будто в Динке видит свою Наташку, и защищает её.       - Я понял тебя, Вовка, обязательно сходим…Слово пацана даю! – пожав руку Адидаса, с уверенностью сказал Комар.       - Запомнил я твоё слово…Брат!

***

      Так и случилось. Разъезд сдержал своё слово. В актовом зале скорлупа объяснилась перед всеми за произошедшее ранее. А что же с Машкой? В том же месте, в то же время, на сцену вышел Комар, прося и Машу подняться сюда же. Никогда ещё та не принимала в свой адрес такого позора. Да, её было не в первой, но так, чтобы над ней насмехались и шептались, такого ещё не было. Как и ожидалось, слух был искоренён, Динка снова приобрела интерес у своей компании в классе, проблем больше нет. Не выдержав такого позора, отец Марии в срочном порядке вывез всю семью в Москву, но это не исправило случай, та всё также было клеймом для семьи. Вот так вот! Будучи даже в самой выигрышной ситуации, не забудь убедится в том, что ложь не раскроется. Ложь - что мелкая монета: с ней долго не проживёшь.       Ложь — это порождение злобы, трусости или тщеславия. (Сергей Федин)