2. Носок

      Много лет назад ещё первой своей домработнице Александр запретил трогать одежду в его гардеробе. Стирать и гладить, сдавать в химчистку и забирать — это пожалуйста. Но развешивать рубашки и костюмы, раскладывать бельё по ящикам и полкам — этим он занимался сам.       С тех пор ничего не изменилось. Ему нравилось, что в комоде и шкафах всё расположено по цветам — от светлого к тёмному, клетка отдельно от горошка и ёлочки, — а не вперемешку. То же касалось и носков: тёмно-синие, зелёные, серые, коричневые, бежевые лежали в одном ящике; для чёрных отводился отдельный.       Раз в году Александр полностью менял «парк» чёрных носков, как наиболее часто используемых. Он загодя покупал несколько десятков пар одной модели, чтобы потом не мучиться поисками потерявшегося носка из пары. Безжалостно выбрасывал старые в мусорное ведро, и неважно, что они были целые, чистые и выглаженные. Срок их жизни истёк.       Александр содрогался от одной только мысли, что может где-нибудь случайно предстать в дырявом носке. И не разделял умиления фанатов английского короля, который, посещая мечеть в бангладешской общине, вынужден был снять обувь, и выяснилось, что у него в носке дырка. «Король Чарльз действительно один из нас! У большинства есть хотя бы одна пара носков с дыркой», — защищали короля сторонники. Александр был солидарен с теми, кто советовал монарху сменить прислугу, готовившую ему комплект одежды для выхода.       Сегодня, складывая в пакет отслужившие своё носки, Александр снова, как и много лет подряд, вытянул из уголка ящика один — кружевной, нежно-розовый, — совершенно инородный среди чёрных хлопковых собратьев. В то утро, собирая свою разбросанную по всей квартире одежду, Алиса так и не смогла отыскать один носочек, сильно расстроилась и после несколько раз спрашивала с надеждой, не нашёлся ли. Вечером после уборки домработница аккуратно положила его на стиральную машину, но Александр отнекивался, утверждая, что носочек сгинул безвозвратно.       Сжав невесомое кружево в кулаке, Александр приложил его к лицу, потёрся. Он не крохобор, хранящий «памятный» хлам. Это другое. Хотя лучше бы Алиса оставила трусики…