Часть 3

Настя с удовольствием поспала бы ещё, но её заставила подняться сильная жажда. Многие уже не спали, но вставать не спешили. Лежали в кроватях и занимались кто чем. Ведьма и Калька тихо о чём-то разговаривали, Шпилька, Заза и Дора играли в карты, НЗ и Кора читали что-то на ПДА. Надя и Грата суетились по хозяйству. Видимо готовили завтрак. Негры не было в помещении. -Доброе утро, — поприветствовала всех Настя. Дождалась ответных пожеланий и решительно села на кровати. Осмотрелась в поисках воды. Глянув на Кору, не забыла сунуть ноги в тапки, и двинулась к столу, на котором обнаружила кувшин с водой. -Можно? — спросила она, подойдя. -Можно, — ответила Надя. — Нет, подожди! Лучше вот из того крана набери. Там очищенная вода прямо из скважины. Кружка вот в том шкафу. Помыть потом кружку можно вон там. Последние слова она говорила Насте в спину. Настя постаралась как можно быстрее найти кружку, и напилась холодной, вкусной воды. Наполнила кружку снова и стала пить маленькими глоточками. С кружкой в руках подошла поближе к Наде. -Может, вам помочь чем? — предложила она. -Иди, поспи ещё немного, — ответила вместо Нади Грата. — Мы и без тебя управимся. Сказано было добродушно, поэтому у Насти не возникло ощущения, будто её прогоняют. Она пожала плечами, спросила, можно ли забрать кружку с собой и, получив утвердительный ответ, пошла к своей кровати. Все были при делах, а ей совершенно нечем было заняться. Говорун учил её, что если тебе нечем заняться, то заниматься надо оружием. Чистить, смазывать, снаряжать обоймы. Обоймы сейчас Настя снаряжать не собиралась, а почистить оружие было бы неплохо. Решив так, Настя начала поиск своих вещей, нашла, начала перебирать и начисто забыла об оружии. В какой-то момент у неё мелькнула мысль о нём, но она решила, что разобрать свои вещи тоже весьма важно и занялась этим. -Девочки! Встаём! — отвлёк её голос Нади. — Полчаса вам, на всё! Через полчаса идите к столу! Шпилька, Калька и Ведьма сразу побежали в ванную. Остальные почему-то не спешили. Видя недоумевающую Настю, Кора пояснила: -Им на дежурство после Негры. У Ведьмы дела какие-то есть. Они хотят первыми позавтракать и уйти. У нас видишь?.. стол маленький. Нам всем за ним сразу не поместиться. Можно два стола рядом поставить, а на них доску положить, но проще поесть в три смены. Ты как хочешь поесть? В какую смену? -Я не знаю, — ответила Настя. — Мне всё равно. Как скажете, так и сделаю. -Тогда мы сядем за стол вместе. Я обещала Говоруну за тобой присматривать, поэтому на сегодня ты будешь постоянно рядом со мной. Хорошо? -Да, — кивнула Настя. — А я вам не помешаю? Может, у вас какие-то планы есть? -Мы же вчера на «ты» перешли, — обиделась Кора. -Я имею в виду вас всех, — поправилась Настя. — Я не испорчу планы кого-нибудь из девочек? -Девочка здесь только ты! — вклинилась в разговор Заза. -Я имею в виду… — Настя растерялась. -Не обращай на неё внимания, — отмахнулась Кора. — Заза такая и есть. Зараза с первым неприличным словом. У нас вчера хороший день был. Твой подарок очень нам… В общем, мы решили, что сегодня у нас выходной. -Не сегодня, а всю неделю! — вновь влезла Заза. -Поэтому у нас никаких дел не намечается. Посидим здесь. Отдохнём. Ты разве не хочешь отдохнуть? Мы, после выхода в Зону, дня три в себя приходим, а ты, очень неплохо держишься. Ладно, хватит трепаться! Сейчас девочки выйдут, нам нужно будет ванную занять. Приготовь полотенце, зубную щётку… Настя подхватилась и полезла в рюкзак. Как назло, она куда-то засунула предметы гигиены и теперь не могла найти. Пока перебирала вещи, они постоянно под руку лезли, а теперь пропали. В конце концов, Настя уже была готова вытряхнуть всё из рюкзака, когда к ней подошла Заза. -Чего потеряла? — лениво поинтересовалась она. -Зубную пасту, мыло, полотенце… — пробормотала в ответ Настя. -Совсем не можешь найти? — вновь поинтересовалась Заза. -Не могу, — уже с раздражением ответила Настя. -Совсем, совсем не можешь? — уже ехидно спросила Заза. -Если тебе есть, что сказать — говори! — разозлившись, рявкнула Настя. -Нет, нет, я ничего… — сделала постное лицо Заза и отошла. Настя вновь хотела перерыть рюкзак, но поведение Зазы её насторожило. Она задумалась, а потом осмотрелась вокруг. Пакет, лежащий на кровати, она заметила, осматриваясь повторно. Вспомнила, что все необходимые вещи уже давно приготовила и сложила отдельно. Тихо ругнулась и принялась укладывать распотрошенный рюкзак. Краем уха услышала хихиканье Зазы, но обращать внимание, сочла ниже своего достоинства. Пока Настя, Кора и НЗ завтракали, их никто не беспокоил. Сразу, как только Кора встала из-за стола, к ней подошла сменившаяся с дежурства Негра и что-то сказала по-английски. Настя не поняла ни слова, но услышала, как Негра произнесла: «Говорун». Настя вопросительно посмотрела на Кору. -Говорун пропал, — пояснила она. — Его с утра ищут, но не могут найти. Спрашивали, не у нас ли он. -Что случилось? — забеспокоилась Настя. — Зачем его ищут? Кора переговорила с Негрой. Кивнула ей и Негра села завтракать. Кора поманила Настю, и они прошли к другому столу, стоящему в другом конце помещения. Здесь ещё стояла пара кресел и шкаф с несколькими книжками и пачками распечаток. Своеобразный уголок отдыха. Кора села в одно из кресел и предложила Насте сесть в другое. -Говоруна хотели расспросить о чём-то, — сказала она, — но не нашли. Территорию он не покидал, как говорят часовые, поэтому его стали искать. Ищут. Всем уже просто интересно, куда он делся. У тебя с ним никаких контактов нет? Да? Ну, ладно. Найдётся. Чем хочешь заняться? Тут книжки есть. Можешь посмотреть рисунки карт Зоны. Это здесь. А вот здесь собраны сведения о мутантах Зоны. Тоже можешь посмотреть. В общем, отдыхай. Если что, то обращайся без стеснений, к кому хочешь. Я пойду, посмотрю, чем поиски Говоруна закончатся. Кора ушла. Настя подумала и взяла распечатки со сведениями о мутантах. Просмотрела. Очень удивилась скудному количеству информации. По сути, из сведений можно было узнать, какой мутант из себя. При встрече с мутантом советовали в него стрелять и убегать. Повадки мутанта, как от него отбиваться, что он ест: всё это было не указано. Говорун рассказывал о мутантах гораздо больше. Например, что псевдопёс не нападёт, если выставить вперёд руку и направить на него раскрытую ладонь. Почему так, Говорун не знал, но клялся, что метод работает. Про то, что «плоть» опасна только в стае, а одинокая особь весьма труслива. Что мутанты псионики могут подчинить человека, только когда он не сосредоточен на чём-то. И ещё множество сведений, которых не было в распечатках. С картами дело обстояло ещё хуже. Настя не могла понять, зачем хранить сведения, которые совершенно не нужны. Зона постоянно меняется. Карты устаревают ещё до того, как их нарисуют. Кстати, это понимали и рисовавшие. Под каждыми картой, схемой, планом было подробно, текстом, записано, кто как шёл и основные приметы пути. Настя просмотрела всё мельком и решила серьёзно поговорить с Корой. Кору Настя нашла на улице. Она, Ведьма, Калька и Шпилька ругались через забор с группой мужчин. Настя подошла поближе. На неё не обратили внимания, и она смогла послушать и понять о чём спор. Мужчины думали, что Говорун скрывается в доме у женщин. Кора отвечала, что Говоруна у них нет. Мужчины требовали выдать им Говоруна или Настю. На такие требования они получали пожелание идти долго и по конкретному маршруту. После таких пожеланий весь спор уходил на новый круг. Настя ничего не поняла, но решила вмешаться. -А зачем вам Говорун? — спросила она. -Да ё… Ты Настя? Во, слушай! Тут Лёха твой, сказал, что вы через «молочный лабиринт» прошли! Как вы это?! -Ну… — Настя растерялась. — Просто, шли. -Настя, — вмешался ещё один мужчина, — давай ты с нами пройдёшь и всё подробно расскажешь. -Да пошёл ты!!! — взвилась Кора. — Никуда она с вами не пойдёт! Знаем мы вас!.. Она всё нам расскажет, если захочет, а мы потом вам перескажем… -Если захотите! — закончил за Кору мужчина. — Ты понимаешь, что нас это не устраивает?! Она пойдёт с нами и всё расскажет! -Не пойдёт она с вами! -Пойду! — вмешалась Настя. — Если они предложат мне что-то, что может компенсировать мне потраченное время. -А что бы вы хотели? — поинтересовался третий мужчина. -Для начала — представьтесь. Вы знаете, как меня зовут, а я совершенно не знаю вас. -Простите, это весьма невежливо с моей стороны, — мужчина до этого стоял немного сзади, а теперь выступил вперёд. — Я — Калан. Заместитель командира по хозяйственной части. -Меня вы знаете, — кивнула Настя. — И что вы можете мне предложить, чтобы я потратила своё время и поделилась с вами информацией. -Ничего, — ответил Калан и усмехнулся её недоумению. — Я только замечу, что поделившись с нами информацией, вы спасёте не одну жизнь. Не поделившись, вы соответственно всех умерших в аномалии будете иметь на своей совести. Настя опешила от такого поворота событий. Она ожидала, что с ней будут торговаться, и можно будет набивать цену, пока пришедшие за ней не откажутся от своих планов, но теперь она поняла, что попала в этическую ловушку. Не поделившись информацией, она действительно была ответственна за тех, кто по незнанию мог погибнуть в аномалии. Это было для Насти неприемлемо. -Я подумаю и сообщу вам своё решение, — сказала Настя, чтобы что-нибудь сказать. -Я оставлю здесь пару бойцов для сопровождения, — кивнул Калан. Он не сомневался, что Настя придёт к воротам. Настя тоже в этом не сомневалась. Кора, Ведьма и Настя вернулись в дом. Как только они зашли в помещение, Кора набросилась на Настю с упрёками. -Ты что делаешь?! Ты зачем вышла?! Ты что, не понимаешь, что они тебя на допрос тащат? Они тебе все нервы вымотают! Хорошо, если бить не будут. -Зачем им меня бить? — удивилась Настя. -Да чтоб свою мужскую силу показать! Превосходство самца! Не понравится им что-то, сразу по морде получишь! -Я с ней схожу, — вмешалась Ведьма. — Посмотрю, чтобы её не обидели. -Да что ты можешь сделать?! — вызверилась на неё Кора. — Сама тоже без оружия будешь! Свою морду вместо её подставишь?! -Хватит! — приказала Настя. — Я не собираюсь… В конце концов, есть ещё Говорун. Неужели вы думаете, что он за меня не вступится. Сами вчера говорили, что его боятся. -Говорун пропал, — вздохнула Кора. — Неизвестно, вернётся ли он. Да и могут, на пару минут про него забыть, а за это время тебе в ухо заехать. Могут решить, что Говорун за тебя мстить не будет. Всё, что угодно могут решить. Тем более, что я за тебя отвечаю. Если с тобой что-то случится, то претензии от Говоруна ко мне будут. -Я сейчас, при всех, в здравом уме и твёрдой памяти, подтвержу, что иду на допрос вопреки твоему прямому приказу. У Говоруна к тебе претензий не будет. -Ох, как бы хотелось, — с сомнением сказала Кора. Настя решительно прошла к своему спальному месту и принялась тщательно одеваться. Как будто она выходит в Зону. Автомат брать не стала, но пистолеты проверила и взяла дополнительные обоймы. Даже сумку с маской взяла. Встала, попрыгала, под хихиканье Зазы, и сообщила всем, что идёт на допрос вопреки приказу Коры. Надя, НЗ и Негра приняли это неодобрительно, Дора — равнодушно, а Заза насмешливо. Настя, поворачиваясь к двери, в глазах Ведьмы тоже заметила насмешку, но решила, что не будет обращать на это внимания. Говорун всегда учил её, что выходя куда-либо в Зоне на минутку, готовься так, как будто ты идёшь на несколько дней. Если же они смеялись над её решением идти на допрос, то это вообще не их дело. За воротами её и Ведьму ждали два человека оставленные Каланом. Они должны были их проводить и охранять по дороге. Настя не возражала против этого, но когда мужчины пристроились за их спинами, а один из них подтолкнул Настю, чтобы шла быстрее, её взгляды на необходимость охраны немного поменялись на противоположные. Она развернулась и оказалась лицом к лицу с толкнувшим её. -Как тебя зовут? — спросила она. -Твоё какое дело? — вопросом ответил он. — Шагай, давай! Он толкнул её, чтобы она развернулась и шла. Настя отвела плечо, и его рука прошла дальше, не встретив препятствия. Он потерял равновесие, качнулся вперёд и открылся. Настя могла ударить его, но прекрасно понимала, что она слаба и её удар только разозлит его. Поэтому мужчина замер с Настиным пистолетом, упёртым ему в подбородок. -Как ты думаешь, если я сейчас вышибу тебе мозги, хватит ли у Говоруна денег, чтобы штраф заплатить? — с ласковой злостью спросила Настя. -Ты не выстрелишь, — процедил мужчина. — Тебя потом тоже убьют. За убийство никакого штрафа… -Что ж, — вздохнула Настя, — я не могу тебя убить. Ведьма, скажи, а могу я штраф потребовать? Он со мной грубо обращался и обидел. Сколько я с него за это могу потребовать? -Ты — нисколько, — улыбнулась Ведьма, — а вот Говорун может и потребовать что-то за обиду своей ученицы. -А ты ведь будешь свидетелем? — утвердительно спросила Настя. — Подтвердишь, что он так грубо со мной обращался, что мне пришлось с оружием отбиваться. -Ничего я не грубо! — возмутился мужчина. — Очень даже нормально! -Так это нормально, так со всеми обращаться? Знаете, я передумала. Я не пойду туда, где такое обращение считают нормой. Идите, и доложите, что я не приду. Настя убрала оружие, обошла мужчин, зашла за ворота, подождала, пока ворота пройдёт Ведьма и захлопнула их. Ведьма ворота придержала, задвинула засов и сделала так, чтобы его нельзя было сдвинуть. Они не торопясь пошли к двери здания. Сзади раздался щелчок затвора, но на крыше показалась целящаяся вниз Калька. -Дай мне повод! — крикнула она. Под ругань мужчин Ведьма и Настя зашли в дом. -Настя, зачем ты их провоцировала? — спросила Ведьма. -Я?! — показала удивление Настя. — По моему, это они первые начали меня в спину толкать. Обращались как с пленной. Говорун мне всегда внушал, что надо отстаивать свой статус. Я не пленная. Я приглашённый гость. С гостями так себя не ведут. -Что случилось? — спросила вышедшая из основного помещения Кора. За её спиной маячили остальные. Видимо, услышали громкие Настины слова, и вышли посмотреть, почему они вернулись. -Насте не понравилось, как её в гости звали, — наябедничала Ведьма. -Настя, ну почему от тебя одни проблемы? — задала риторический вопрос Кора. — Кальку верните в дом. Я пойду. Буду там стоять… -Не надо ничего делать, — сказала Настя. — Сейчас они придут, и будут извиняться. -Не будут они! — рявкнула Кора. — Их мужское самолюбие не позволит извиниться перед девкой! Ты, Настя, мужчин не знаешь! Они все… -Кора, достаточно, — спокойно сказала Надя. — Я согласна с Настей. Они хотят, чтобы она им что-то рассказала. Если им это нужно, то пусть ведут себя прилично. И они будут себя так вести. Никуда не денутся. Давно надо было дать им отпор. Они уже забыли, что мы не их собственность, и не их игрушки для развлечения. Твоя политика сглаживания… -Моя политика работает! — крикнула Кора. -Сейчас — да, а что дальше? Мы стараемся никого не раздражать, но к чему это приводит. Нам уже на улицу не выйти. Мужчины, не получая жёсткого отпора, всё больше наглеют. -А у нас есть силы, чтобы давать отпор?! Рыпнемся мы, так они быстро переловят нас, запрут и будут пользоваться! Как раньше всё будет! Или ещё хуже. -Я не знаю, как было раньше, — сказала Настя, — но я знаю одно. Я не позволю обращаться с собой, как с… Не знаю, как сказать. Просто все должны понимать, что я не отступлю от своих принципов. Если кто-то будет пытаться что-то делать со мной, я буду стрелять. -И этим начнёшь войну, — мрачно вставила Кора. -Да! Начну! Плевать мне, что будет потом! Вот только, если я выживу, то потом, я точно знаю, никто не посмеет напасть на меня. Он будет знать, что я могу и убить. Настя подумала, что ещё месяц назад, она не могла и подумать о том, чтобы кого-то убить. Сейчас она чувствовала, что действительно готова была убить того мужчину, если бы он сделал что-нибудь угрожающее ей. Она поймала себя на этом и испугалась. Испугалась того, что превращается в бездушного убийцу, о которых упоминал Говорун. Она замерла, пытаясь разобраться в себе и не принимая участия в споре. Спор вполне теперь продолжался и без неё. Женщины разделились на два лагеря. Одни поддерживали точку зрения Коры, другие Настину. Сторонниц Настиной точки зрения было больше, но Кора давила на то, что у них не хватит сил противостоять мужчинам. И дело даже не в этом, а в неизбежных потерях, которые возникнут во время противостояния. Терять кого-то Кора не хотела. Спор прекратила Калька. Она сунулась в дверь, пару секунд послушала, о чём спорят, и громким «Эй!», привлекла внимание. -Там Калан пришёл и пяток мужиков с ним. Требуют Настю. Кора выругалась. Дора начала проверять оружие. Все как-то засуетились. Начали одеваться, разбирать автоматы. -Вы чего? — удивилась Настя. — Они извиняться пришли. Сейчас я к ним выйду. -Сиди здесь! — скомандовала Кора. — Они сейчас тебя уволокут, а потом Говорун с нас головы снимет. Вместо ответа, Настя скользнула к двери. Никто не успел её остановить, и она выскочила на улицу. Увидев Калана с весьма представительной свитой, вооружённой до зубов, Настя немного испугалась. Не показав этого, без промедления, она подошла к воротам. -Знаете Настя, — начал Калан, — у нас конечно анархия декларируется, но не исполняется. Если вас вызывает второй человек после командира, то надо всё бросить и идти к нему на встречу. И не нападать на его людей, и не угрожать им оружием. Что ж вы так себя ведёте? -Да вот, привыкла у Говоруна в ученицах так себя вести, — развела руками Настя. — Я иду с вами. Мне вот только интересно, когда Говорун вернётся, как вы думаете, что он скажет на то, что его ученицу взяли в плен? -Мы вас не взяли в плен, — удивился Калан. — Мы вас пригласили, а вы напали на моих людей. Настя услышала, как сзади к ней подходят. Оглянулась и увидела Ведьму и Кору. -Я напала на ваших людей? — показательно удивилась Настя. — Всё было немного иначе. Совсем чуть-чуть. С точностью до наоборот. Вот этот… напал на меня. Ведьма, подтверди. Я вынуждена была защищаться. Он не ожидал от меня этого. Потом, когда мы обратно шли, он нам в спину целился. -Я не целился!!! — завопил мужчина. -Ну, хотел, — отмахнулась Настя. — Если бы не Калька, то он вполне мог убить нас. -Да не слушайте вы её! Калан, ты кому веришь?! -Я тебя предупреждал насчёт твоих косяков? — повернулся к мужчине Калан. — Пшёл вон! Калан повернулся к Насте, больше не обращая на мужчину никакого внимания. Двое из сопровождавших навели на мужчину оружие. Тот попытался что-то сказать, но его ткнули стволом, он развернулся и пошёл куда-то в сторону. -Встретимся в Зоне! — крикнула ему вслед Настя. -Смелое пожелание, — сказал Калан. — Вы знаете, что оно означает? -Знаю, — ответила Настя. — Как я понимаю, вы теперь заявите, что раз вы наказали моего обидчика, я теперь должна идти с вами? -Ни в коем случае, — ужаснулся Калан. — Анастасия, не могли бы вы пройти к нам в штаб и ответить на несколько вопросов. Я надеюсь, это нисколько вас не затруднит. Обещаю накормить вас обедом и вечером проводить обратно. -А мы что, до вечера будем сидеть? — удивилась Настя. -Мы будем сидеть столько, сколько захотите. Если вы устанете раньше, то мы вас отпустим раньше. Вы не пленница, а почётная гостья. -Я с ней пойду и прослежу, — сказала Ведьма. -Ведьма, тебя мы всегда рады видеть у нас в гостях. Кора, а ты? -Я не пойду, — отмахнулась Кора. — У меня тут дела есть. Только верните Настю до вечера. -Непременно вернём. Настя, прошу вас… Калан посторонился и замер в полупоклоне около закрытых ворот. Его локоть был отставлен. Он как будто предлагал Насте выйти и зацепиться за его локоть. Настя открыла ворота, вышла и, проигнорировав локоть, пошла вперёд. Её обогнали, взяли в коробочку. Калан догнал и пошёл рядом. Ведьма шла сзади и с кем-то оживлённо флиртовала. Настя чувствовала себя победительницей, но её беспокоила судьба того мужчины, которого из-за неё выгнали. -Простите, — обратилась она к Калану, — а что будет с тем, кого вы прогнали? -Не знаю, — пожал плечами Калан. — Он мог бы примкнуть к кому-нибудь, но его никто не возьмёт. У него всегда своё мнение на всё, приказы не выполняет. Разговаривать нормально вообще не умеет. На всех бросается, чуть только ему скажешь что, не так. -На вас он не бросался, — заметила Настя. -Так он только на подчинённых и нижестоящих голос повышает. Перед начальством только хвостиком машет. Сейчас на меня Кресту жалуется. Ну и чёрт с ним. Пусть в охране Креста сидит, а я с ним работать больше не буду. Он чуть войну с Говоруном не спровоцировал. Это уже последняя капля… Они зашли в здание штаба и Калана окликнул часовой. Они о чём-то тихо переговорили и Калан, пожав плечами, отошёл. Отдал приказ отдыхать своим людям и пригласил Настю и Ведьму подняться за ним на второй этаж. Настя догадалась, что они перед кабинетом Креста, когда заметила, что Калан одёрнул свою одежду, а Ведьма поправила причёску. Понятно было, что заходят они не просто в помещение, а в помещение, где сидит начальство. Иначе, не стали бы её сопровождающие суетиться. Настя суетиться не стала, Крест был для неё никто, но тоже осмотрела себя, ища беспорядок в одежде, вздохнув об отсутствии зеркала. Крест оказался кряжистым пожилым мужиком. Вид у него был бандитский. Если бы на улице, такой как он, попросил у Насти кошелёк, отдала бы не задумываясь. Настя присмотрелась внимательнее. Заметила на кисти руки татуировку якоря. Она не знала, что означает эта татуировка, но почему-то решила, что Крест был моряком. За спиной у Креста стоял тот, кого пять минут назад прогнал Калан. Он был доволен, чуть не улыбался. Настя почувствовала неприятности. -Что ж ты Калан людей выгоняешь? Было бы за что, а то из-за бабы. Да ё… Баб так много, а хороших людей мало. Что скажешь? -Давайте тогда мы уйдём, а вы тут будете друг с другом разговаривать, — сказала Настя. -Ишь, какая борзая, — ухмыльнулся Крест. -Я не борзая, — сказала Настя. — Просто то, что вы при посторонних выясняете отношения с подчинёнными, показывает, что вы плохой командир. Вдобавок к этому, мне совсем не доставляет удовольствия смотреть на ваши скандалы. Если вы хотите, чтобы я вам что-то рассказала, то давайте начнём, а свои склоки вы отложите на неопределённое время. Крест на секунду замер, после того как Настя закончила говорить, а потом расхохотался. -Не, ты слышал, как она завернула, — обратился он к Калану, продолжая смеяться. — Такая вежливая. Это Говорун вас так выучил? Ну, тебя и этого… Как его? Лёху! Тот тоже заворачивал. И покруче тебя. -У Алексея своеобразная манера речи, — сказала Настя и вызвала новый приступ хохота. -Ой, не могу! — надрывался Крест. — Мы тут что, на светском рауте?! Давай, выдай ещё чего-нибудь! -Не буду я больше ничего выдавать, — обиделась Настя. — Вообще, сейчас уйду. Настя повернулась к двери. -Погоди, постой! — взмахами руки попытался остановить её Крест. Настя взялась за ручку двери, но открыть не смогла. Калан просто поставил ногу и не давал двери открыться. Ведьма взялась было за оружие, но отпустила и замерла. Настя обернулась и увидела, что стоящий за спиной Креста мужчина, навёл на них автомат. Настя прикинула, что можно прикрыться от автомата телом Калана и оттуда выстрелить в автоматчика. Даже если пули насквозь прошьют тело, то на ней бронежилет, и она вполне может… Дальше Настя ничего придумать не успела. В руке у Креста появился пистолет, он чуть скосил глаза назад, поднял руку и выстрелил. Пуля вошла автоматчику куда-то в челюсть и вышла из затылка, разбрызгивая мозги на стену и потолок. Настя думала, что уже привычная ко всему, но тут почему-то почувствовала, как мир наклоняется в сторону, услышала звон в ушах и потеряла сознание. Очнувшись, она ощутила себя лежащей на полу. Её голову держала на коленях Ведьма и вовсю ругала Креста и Калана. Мужчины, совершенно растерянные, неумело оправдывались. -Да кто ж знал, что так будет? — бубнил Крест. — Она так лихо всех строила. Я ж думал, что она уже того… Умеет всё… Ну, опыт у неё есть. -Да вы вообще соображаете?! — шипела на них Ведьма. — У неё может быть, это первый случай. Чтобы вот так. Раз и убили человека. Из-за ваших игр мне теперь Кора втык сделает. Да и не понятно, сможет ли она с вами разговаривать. -Да она нам всю тактику допроса поломала! — возмутился Калан. — Если бы не это… -Ага! Значит, это она виновата? — с угрозой спросила Ведьма. — А вы значит не при чём? Что теперь делать будете, если она заикой станет? -Водки ей нальём, — сразу предложил Крест. -Это вы, алкоголики, водкой спасаетесь, а она девочка интеллигентная, водку не пьёт. -Ну, мы щас коновала позовём. Пусть накапает ей чего-нибудь успокоительного. -При стрессе помогает сладкое, — вмешалась Настя. — Хочу торт. -Э-э-э… Нет у нас торта, — развёл руками Крест, — но поляну накроем по высшему разряду. Пойдёмте в другую комнату. Крест легко подхватил Настю на руки. Калан раскрыл дверь, но Крест сначала вежливо пропустил вперёд Ведьму, а потом уже вышел сам, с Настей на руках. Ведьма видимо знала, куда идти, поэтому не задержалась около двери. Крест пошёл вслед за ней. Калан остался отдать какие-то распоряжения подбежавшим людям. Видимо, насчёт уборки трупа. Поляну действительно накрыли шикарную. По меркам Зоны, разумеется. Соки, печенье, мёд, какие-то не портящиеся пирожные, овощи, рыбу. Как овощи сочетаются с пирожными — Настя не знала, но не стала придираться. На стол выставили самое дорогое, а то, что оно не сочетается, так мужчины в этом ничего не понимают. Им главное, чтобы стояло, а как — не важно. Настя боялась, что вновь придётся пить водку, но мужчины взяли по банке пива, а водку отставили в сторону. Настя порадовалась этому, а потом налегла на сладкое. Ведьма, в свою очередь, делала себе гамбургер из листьев капусты, а между ними: помидор, огурцов, лука и оливок. Настя вспомнила, что Говорун объяснял ей про авитаминоз в Зоне. Судя по всему, Ведьма запасалась витаминами надолго, раз есть такая возможность. Когда Настя подчистила стол от сладкого, а Ведьма от овощей, мужчины допили пиво и сочли возможным напомнить им, что они собрались здесь не для того, чтобы поесть. -Что вы хотите узнать? — благодушно спросила Настя. -Для начала, хотелось бы узнать, как вы попали в Зону? — ответил Калан. — Ну, а потом мы будем задавать вопросы в процессе вашего рассказа. -Хорошо, — кивнула Настя. — В Зону я попала из-за Кости… Настя рассказывала всё, как можно подробнее, но о некоторых вещах умалчивала. Беседа проходила в форме допроса. Сначала, видимо, мужчины хотели сыграть в доброго и злого следователя, где Крест — злой, а Калан — добрый. Видя, что Настя ничего не утаивает и без проблем отвечает на вопросы они не стали играть в игры, а просто спрашивали. Всё бы ничего, но их вопросы становились всё настырнее. Их всё больше интересовали подробности в той или иной ситуации. Они начали наседать на Настю, требуя, чтобы она рассказывала подробнее. Ведьма, которая должна была защищать Настю от этого, сама хотела знать больше и в свою очередь тоже наседала на Настю. В основном их интересовало, как Говорун учил Настю добывать артефакты. Что рассказывал об аномалиях, мутантах. В конце концов, Настя вспылила и сказала, что Говорун не рассказывал ей, а показывал. Вопрос отложили, но сразу же спросили Настю о том, как они прошли через молочный лабиринт? Главное, что их интересовало, как из него выбралась Настя, когда осталась одна? Настя объяснила, что ничего про этот лабиринт не знала и когда осталась одна просто шла вперёд, не зная, что это невозможно. Видимо, поэтому и вышла. Говорили долго. Настя несколько раз подливала себе сока потому, что в горле у неё пересыхало. В какой-то момент Ведьма поднялась и куда-то ушла. Назад она не вернулась, но Настя не беспокоилась. Мужчины уже показали себя вполне цивилизованными людьми, а не дикарями. Настя не думала, что Ведьме что-то здесь может угрожать. На всякий случай она спросила насчёт неё, но от вопроса отмахнулись, как от чего-то несущественного, и сказали, что всё в порядке. Настя поверила и вновь начала рассказывать про то, как она жила в Зоне. Наконец, вопросы иссякли. Нет, их было ещё множество, но Настя не знала, как на них ответить. Говорун не давал ей названий артефактов, аномалий, мутантов, поэтому она могла только догадываться, что имеют в виду мужчины, когда называют ту, или иную аномалию. Теперь, когда её спрашивали об аномалиях и поиске артефактов, она отвечала, что это не объяснить, а можно только показать. Такой ответ вполне принимался. Наконец Крест сказал, что пойдёт и вышел. Настя и Калан остались в комнате одни. -Настя, я принесу ужин, — предложил Калан. — Поедим, а потом я тебя кое о чём попрошу. -А почему не сейчас? — удивилась Настя. -Нет, после ужина, — сказал Калан. Он сходил и принёс пару банок консервов. Поставил их на конфорки электрической плитки, стоящей в комнате, и разогрел содержимое. В банках оказалась не банальная тушёнка, а что-то мясное, но со специями и овощами. Банка была на килограмм и Настя с трудом заставила себя проглотить последнюю ложку. Консервы были очень питательны. Калан всю банку не осилил и отставил в сторону примерно половину. Настя уже не хотела есть, но оставленную еду проводила взглядом. Потом с упрёком посмотрела на Калана. Калан развёл руками. -Не хожу я в Зону! Не хожу! Кстати, я тебя прекрасно понимаю. Сам, когда ходил, не мог смотреть на оставленную еду. И аппетит свой помню. Поэтому взял две банки, а не одну на двоих. Понравились консервы? -Да, очень вкусно, — ответила Настя. — Спасибо. -Утка с яблоками. Американское производство. Все витамины, вкус и калории сохраняются. Не знаю, как они это делают, но вкусно и полезно. Настя, вы очень нам помогли. И ты и Алексей. Мы вам благодарны, но есть ещё одна просьба. Ты говорила, что надо показывать. Не могла бы ты завтра показать? Пройти до аномалий и вытащить оттуда артефакт. Мы оплатим риск. Ты не хотела бы иметь деньги, заработанные лично тобой, без необходимости делиться с Говоруном? -Как это? — удивилась Настя. -Мы тебе деньги сейчас платить не будем. Скажем, что ты просто так согласилась нам показать, что ты умеешь. Когда Говорун выучит тебя, мы переведём тебе деньги, и не придётся с ним делиться. -Как я могу быть уверена, что меня не обманут? — спросила Настя без какой-либо конкретики. -Моё слово — закон, — ответил Калан. — Если пойдёт слух, что я кого-то обманул, то я не смогу быть командиром. Мне не будут доверять. В «Долге», если ты командир, то тебя все слушаются. Ты можешь предать, обмануть, подставить кого-то из своих людей и всё равно останешься командиром. У нас не так. Если в командире начинают сомневаться, то он себе никогда команду не наберёт. Узнают, что командир не держит слово, сразу же сместят. -Хорошо, я помогу вам, — сказала Настя. — Только учтите, что я не собираюсь неоправданно рисковать. Если я решу, что риск от попыток достать артефакт слишком велик, то я откажусь. -Подожди, ты же ещё не оговорила сумму. Мы не договорились, как артефакты будем делить… -Я вам доверяю, — отмахнулась Настя. -Спасибо, но доверие — это одно, а сделку необходимо сначала обговорить. Настя, ты ещё не знаешь, а в мире, все живут по американскому правилу: сделку надо обсуждать до мелочей, чтобы партнёр тебя не кинул. Говорун тебя этому не учил. Он и сам не умеет обсуждать сделки. Давай я научу тебя, как нужно добиваться своего при заключении сделки. Минут сорок Калан рассказывал Насте, как она должна действовать, чтобы Калан не обманул её при заключении сделки. У Насти начала болеть голова от всех этих хитростей и неписаных правил. В конце концов, они подтвердили заключение сделки рукопожатием. Настя решила, что пора откланяться. Она поинтересовалась насчёт Ведьмы и охраны для них. Калан засуетился и сказал, что сейчас всё организует. Настя должна посидеть здесь и подождать, а он пойдёт и приведёт Ведьму. Калан ушёл, а Настя насторожилась. Что-то было не так. Калан слишком суетился. Настя выглянула в коридор. Никого не увидела. Быстро дошла до лестницы. Спустилась и сильно удивилась. Дверь на улицу была закрыта, но при этом у двери никто не сидел. Настя подошла и подёргала дверь. Дверь была заперта, но это не объясняло отсутствие часового. Весь дом, как будто вымер. Настя прислушалась. Ей показалось, что слева доносится какой-то звук. Она пошла по коридору и вышла к небольшой лестнице в подвал. Спустилась. Звуки стали слышны сильнее, но не разборчиво. Настя потянула дверь и заглянула в подвал. Звуки обрушились на неё. Крики, ругань, смех. Настя подумала, что случайно заглянула в баню, но потом подсознание пропустило в мозг то, что она видит. Настя на мгновение задохнулась, а потом выхватила пистолет. Кто-то набросился на неё сзади, зажал кисть, не давая выстрелить, повалил, и стал выкручивать оружие из рук. Настя кричала, сопротивлялась, как могла, но набросившийся сзади был намного сильнее, и к нему на помощь подбежали ещё двое. Настя решила не даваться живой и сопротивлялась, как могла, но оружие у неё отобрали, скрутили, связали, Калан подхватил её на руки и поднялся с ней наверх. В какой-то комнате он усадил Настю на стол и начал развязывать верёвки. -Я тебя развяжу, но ты не делай глупости. Всё в порядке. Ты всё не так поняла. -Что я не поняла? — процедила Настя. — Групповое изнасилование можно понять как-то по-другому? -Настя, Ведьма сама этого хотела, — сказал Калан. — У неё такой бзик. Ей надо, чтобы её несколько мужиков брали, а она была совершенно беспомощной. Ещё ей надо, чтобы её избивали. -Да что ты несёшь?! — взорвалась Настя. — Ты думаешь, что я в это поверю?! -Ведьма сама тебе об этом скажет, когда сюда придёт. Там уже всё заканчивается… -Заканчивается!!! — завопила Настя. — Я сейчас приду и сама там всё закончу!!! Перебью всех!!! -Настя, — попытался вставить Калан. -Что, Настя?! Хочешь, чтобы я тут осталась, пока там не закончат?! Хочешь сказать, что Ведьме нравится, когда её десять человек разом имеют?! -Да!!! — заорал Калан. — Да!!! У всех в Зоне крыша едет! У всех психоз появляется! У Ведьмы он такой, а Надежда Николаевна своего сына разыскивает, и деньги шлет, если ей скажут, что его в Зоне видели! Кора мужчин ненавидит! Шпилька китайцев боится до ужаса! Калька в тварь Зоны превращается! У тебя ещё крыша не поехала?! Скоро поедет! Знать будешь, что с ума сходишь, а всё равно сойдёшь! Ведьма того, что с ней творится, совершенно не выносит, а ничего с собой сделать не может. Как припрёт, так сюда бежит. Сегодня она ещё сдерживается, а так всю ночь мужиков принимает. Потом неделю лежит и лечится. И ничего не может сделать! Через пару месяцев снова сюда бежит! Калан сел, обхватив голову руками. Видно было, что он сильно переживает за Ведьму. Настя не могла ему не поверить. Она подошла к нему и положила руку ему на плечо. -Не надо так переживать, — сказала она. -Да что ты понимаешь?! Я же люблю её! Я ей предложение делал! Уже к свадьбе готовились, а её сорвало! Я её простил, но она сама себя простить не может! Понимаешь ты… -Я понимаю, вам тяжело… -Да ничего ты не понимаешь! Никто не понимает! Ни меня, ни её. Повисла пауза. Настя не представляла, что можно сказать в такой ситуации. Конечно, неплохо бы было как-то утешить Калана, но что, кроме банальностей, Настя могла бы сказать? Вполне возможно, что глупое утешение только ещё больше расстроит Калана. Насте захотелось уйти и оставить его одного. Вспомнила, что Говорун учил её, что лучшее лекарство от хандры — какое-нибудь дело. Чтобы не зацикливаться на плохих мыслях и думать о чём-нибудь другом. Придумать прямо сейчас Калану дело она не могла. Решила попробовать отвлечь его разговором. -Скажите, а вы слышали про то, что из Зоны выбраться можно? — спросила она. -Слышал, и не раз, — проворчал Калан. -Не раз?! — уточнила Настя. -Конечно не раз, — вздохнув, ответил Калан. — Я тут уже почти восемь лет. Такие разговоры не один раз возникали. Люди хотят верить в это, поэтому любой слух об этом разрастается в геометрической прогрессии. Всегда это заканчивается фигнёй и общим обломом. Один парень руки на себя наложил, когда узнал, что выхода из Зоны нет. Поэтому не верь тем, кто говорит, что из Зоны есть выход. Тебя не выпустят, а если сама выберешься, то в лучшем случае, вернут обратно в Зону. Или пристрелят… А что лучше из этого, ты выбирай сама. -Но неужели все эти слухи, ни на чём не были основаны? -Слухи просто так не появляются, — пожал плечами Калан. — Всегда кому-то это выгодно. Один случай мне запомнился потому, что я непосредственно стал его участником. Тогда несколько… жуликов придумали возможность легко срубить бабла. Разыграли с парой чинуш комбинацию и несколько человек лихо кинули на бабки. Я, со своими людьми искал потом этих… нехороших людей, чтобы наказать, поэтому всю историю знаю от и до. Афёра это всё была, а слух потом ещё полгода по Зоне гулял. Был бы хоть маленький шанс на то, что можно из Зоны свалить, то здесь бы такой кипеш поднялся… В этом отношении ко всем один подход у тех… которые там. Из Зоны никого не выпускают. Выпустят одного, потом бунт будет. Все скажут: «А мы чем хуже?», и начнётся… дурдом. Никому этого не надо, поэтому выхода нет. Калан достал пачку сигарет и вытащил одну. Поискал в карманах зажигалку. Не нашёл и прошёлся по комнате в поисках. Как ни удивительно, но нашёл. -Слушай, — обратился он к Насте, — давай на улицу выйдем. Я всё понимаю, но не привык курить в комнате. -Что вы понимаете? — не поняла Настя. Калан открыл дверь и кивком головы предложил Насте выйти. Настя подчинилась. Они прошли до входной двери. Прежде чем открыть её, Калан проверил свой автомат, взвёл его и снял с предохранителя. Настя, глядя на это, тоже взвела свой пистолет. Они вышли на крыльцо. Уже началась ночь, и было темно. Калан пошарил рукой и включил свет над крыльцом. Прикурил, затянулся. -Настя, ты новичок в Зоне, но должны же были тебе объяснить, как опасны мутанты. Неужели ты их не боишься? Никто не пойдёт на улицу ночью, чтобы покурить. Я бы тоже не выходил, но я немного знаю мутантов. Точнее, я занимаюсь мутантами… Нет, не правильно сказал. У нас на территории живут несколько псевдопсов. Я ими занимаюсь. Подкармливаю… В общем, они меня не трогают. И я уверен, что если на территории окажется посторонний мутант, псевдопсы поднимут шум. Поэтому ни псевдопсов, ни других мутантов я не боюсь. Другие в этом не уверены и стараются не выходить ночью, без крайней надобности. Боятся мутантов. Сейчас я тоже опасаюсь гулять ночью. Но покурить выйти — это святое. -А почему вы опасаетесь сейчас выходить? — спросила Настя. -Там сука ощенилась, — кивнул в темноту Калан. — Щенки бегают в темноте. Налетишь на какого-нибудь, а его мамаша тебя порвёт. -Почему? — удивилась Настя. — Я с ними играла. Никто не собирался меня рвать. -С кем ты играла? — удивился Калан. -Со щенками, — ответила Настя. — Меня Говорун около них оставил, я их покормила, а потом мы с ними играли. Чего их так боятся? Калан глубоко затянулся сигаретой. Видимо так глубоко, что начал тлеть фильтр. Калан закашлялся и со злостью отшвырнул окурок. -Да что Говорун делает?! — задал он риторический вопрос. — Совсем у него мозги… крыша… поехали! Настя, ты не понимаешь, но тебя могли убить… Да ты вообще ничего не понимаешь! Ты веришь Говоруну, а он тебя за дуру держит! Ты, наверное, и аномалий не боишься?! Ты просто не понимаешь. Он показал тебе, как легко он добывает артефакты, а ты и купилась! Теперь без страха около аномалий ходишь! Он тебе внушил, что мутанты не опасны. Настя, мутанты невероятно опасны! Я их кормлю, я много времени провожу рядом с ними, но даже я невероятно рискую! Я не могу предсказать, как они себя поведут в следующий момент! И это знакомые мутанты, а я даже не представляю, что с дикими… Калан закашлялся. -Я прекрасно всё понимаю, — спокойно сказала Настя, воспользовавшись паузой. — Я вовсе не считаю мутантов милыми зверюшками. Я вам рассказывала про химеру. Помните, я вам говорила, что она хотела меня съесть? Так вот, щенки меня съесть не хотели. Они не рассматривали меня как добычу. -Это не то, — покачал головой Калан. — Ты не знаешь… Сейчас они тебя съесть не хотят, а потом схарчат за милую душу. Мутанты непредсказуемы и поэтому опасны. -А как же Говорун? — удивилась Настя. — Он же с мутантами нормально общается. Я же вам рассказывала и про контролёра, и про кровососов. Говорун считал, что с ними вполне можно договориться. -Говорун уже давно непонятно кто. — Калан закурил ещё одну сигарету. — Его многие уже за человека не считают. Когда человек долго ходит по Зоне, он превращается в тварь Зоны. Про Говоруна давно уже ходят слухи, что он переродился. Ты за ним ничего такого не замечала? Настя вспомнила пару моментов и содрогнулась. Это не укрылось от Калана. -Во-о-от! — наставительно сказал он. — Ты сама всё понимаешь. Уходила бы ты от него. Оставайся с нашими девчонками. Не знаю, что тебе сказала Катя, но у нас им неплохо живётся… -Простите, — перебила Настя, — а кто такая Катя? -Кора, — пояснил Калан. -Понятно, — кивнула Настя. — Знаете Калан, вы отнюдь не первый, кто делает мне предложение уйти от Говоруна. Я отказывалась от других предложений. Почему я должна принять ваше? Настя не ждала ответа на свой вопрос. Калан это понял. Они стояли на крыльце. Калан курил, а Настя пыталась придумать тему для разговора. Ничего придумать не смогла. Калан докурил и осмотрелся. Понял, что молчание затягивается и первым его нарушил. -Настя, если ты сегодня откажешься идти к аномалиям, я пойму. Если ты откажешься завтра, то я может и пойму, но другие не поймут. -Я не откажусь, — ответила Настя на незаданный вопрос. -Как знаешь, — пробормотал Калан. — Пойдём в штаб. Едва они закрыли дверь, как здание наполнилось звуками. Смехом, весёлыми возгласами. Из подвала поднимались мужики. Настя пошла им навстречу. Миновала их, не обращая внимания на их шуточки в её адрес, и спустилась в подвал. Ведьма, вопреки её опасениям, была жива и относительно здорова. Она медленно одевалась, морщась, когда приходилось напрягать избитое тело. Настя бросилась на помощь. -Отстань! — отмахнулась Ведьма. — Я сама! Настя не послушалась и принялась помогать. Ведьма поворчала и приняла помощь. Одевшись с помощью Насти, Ведьма попросила её принести ей оружие. Её автомат, пистолет и нож лежали в углу. Настя принесла, но отдавать не спешила. Ведьма с трудом передвигалась, скорее всего, она не смогла бы стрелять. По крайней мере, быстро и точно. -Ведьма, а давай я твой автомат понесу, — предложила Настя. — Да и… -Не делай из меня инвалида! — с угрозой сказала Ведьма. — Это всего лишь секс. Это нормально для женщины. -Да что ты говоришь?! — удивилась Настя. — Ты на ногах не стоишь. Это, наверное, от оргазмов? -Да что ты понимаешь?! — взвилась Ведьма. — Нравится мне это!!! Нравится!!! И оргазмы у меня были! Ты хоть знаешь, что это такое?! Люблю я так… сексом заниматься. Всегда мне это нравилось. Это Кора… Устроила тут… А я хочу, чтобы иногда меня мужики любили! Все!!! А меня все за извращенку держат! Мне от Коры нотаций хватит. От тебя ещё выслушивать… Ведьма отобрала своё оружие и пошла на выход из подвала. Теперь Настя поняла, что значит идти раскорякой и чего от неё когда-то хотел Говорун. На крыльце их ждал Калан и ещё два человека. -Мы вас проводим, — сказал Калан. -Сами дойдём! — огрызнулась Ведьма и пошла вперёд. -Извините, — сказала Настя, шагая за ней, — но мы действительно дойдём сами. Не беспокойтесь. До завтра. Последнее она прокричала из темноты. Ведьма шла быстро, и Насте пришлось бежать за ней, если не хотела потерять её в темноте. Мужчины за ними не пошли. Стояли в свете лампочки над крыльцом и вглядывались в темноту, как будто могли их увидеть. -Настя! — тихо позвала Ведьма. — Ты иди первой. Да, и если увидишь мутанта, не стреляй, пока не нападёт. Здесь псевдопсы бегают… -Я знаю, — перебила Настя. — Я их видела. Настя ждала вопросов, но Ведьма ничего не спросила. Не разговаривая, они дошли до огороженного здания. -Ну, наконец-то! — встретила их Кора. — А мы уже хотели за вами идти. Проходите скорее! Настя и Ведьма сняли верхнюю одежду и прошли в жилое помещение. Ведьма зашла вслед за Настей и все увидели её лицо. -Опять? — спросила Надя. Ведьма кивнула и, молча, прошла к своей кровати. К ней подсела НЗ. Обняла, стала утешать. Они сели на кровать, потом легли. НЗ обняла Ведьму. Судя по вздрагивающим плечам, Ведьма беззвучно плакала. К кровати подошла Калька, присела рядом и тоже стала утешать. Насте тяжело было смотреть на это. Она почему-то чувствовала свою вину за случившееся. Ещё она чувствовала себя лишней. Все здесь были близки друг другу, многое друг о друге знали. Может быть, если бы её не было, Ведьма не плакала тихо, а дала волю слезам, не стесняясь незнакомого человека. Настя спиной вперёд вышла в дверь и зашла в туалет. Здесь она присела на унитаз и задумалась о том, что ей делать дальше. Обдумав всё, она поняла, что поступила глупо. Сбежала, как последняя трусиха. Выдала реакцию глупой девочки, а ведь она уже не такая. Правда, как поступить она пока не знает, но и убегать от проблемы это не выход. Настя привела себя в порядок, раз уж всё равно в туалете, и вышла, готовая принять то, что встретит её в комнате. Такого она не ожидала. Кора и Ведьма вцепились друг в друга. Они кружили по комнате, как будто в странном танце. Если бы не удары, которые они наносили друг другу, Настя не поняла бы, что они дерутся. Не было ни визга, ни криков, обычных спутников женской драки. В углу Калька зажала Негру и не давала ей выйти, атакуя каждый раз, когда она хотела добраться до дерущихся. Шпильку и Надю сдерживали Дора и НЗ. Заза стояла у стены и тихо подбадривала непонятно кого: «Давай! Давай! Всыпь ей!». Граты в комнате не было. -Что здесь происходит?! — спросила Настя. Ей никто не ответил. На неё вообще не обратили внимания. Насте очень захотелось вновь сбежать отсюда. Происходило что-то, чего она не понимала. Это могло быть опасно. Настя вспомнила совет Говоруна: «Если чувствуешь опасность, то первым делом хватайся за оружие, а только потом беги». Вместо того, чтобы убежать, Настя подошла к своему рюкзаку, достала светошумовую гранату из кармашка, активировала, кинула на середину комнаты и сунула голову под подушку. Грохнуло. Даже под подушкой Настю слегка оглушило. Около кровати она встала уже с пистолетом в руке. -Что… Здесь… Происходит?! — повторила она вопрос. На него вновь никто не ответил. Всем вновь было не до неё. Заза ругалась, зажимая ладонями глаза. Остальные закрывали уши и тоже ругались. Говорун уверял Настю, что это слабая граната. Настя поверила, не ожидая ничего страшного от цилиндра пяти сантиметров в длину. «Интересно», — подумала Настя, — «а какой эффект будет от сильной гранаты»? Впрочем, сейчас это было не важно. Настя хотела получить ответ на свой вопрос. -Хватит ругаться! — приказала она. — Что здесь происходит?! -Кора Ведьму бьёт, — ответила Шпилька. — Ведьма лечащий артефакт попросила. Вот Кора и сорвалась. -Да я этой… — заорала Кора. — Она развлекаться будет, а нам её потом лечить?! Да пошла она!!! Щаз я ей ещё врежу! -Тихо! — приказала Настя. — Кора, дай Ведьме лечащий артефакт. Она не виновата в том, что не может себя контролировать… -А не дам! И что?! Ты меня убьёшь? Ты для этого пистолет взяла?! -Нет, — покачала головой Настя, — не для этого. Я просто не могла поверить, что вы можете драться друг с другом. Поэтому, я решила, что где-то рядом контролёр и вы под его воздействием. Я уже хотела бежать и искать его. -С пистолетом на контролёра? — показательно удивилась Заза. — Хорошая отмазка. Да, ты точно дура! На контролёра надо не меньше чем втроём выходить, и с автоматами, а лучше и гранаты к подствольникам иметь… -Девочки, прекратите! — потребовала Надя. — Настя права. Мы тут сцепились непонятно из-за чего… -Очень даже понятно, — перебила Калька. — Кора решила Ведьму не лечить. А наше мнение спросить забыла. -Хватит! — рявкнула Кора. — А то и ты получишь! Мне надоело тратить на неё артефакты. Она развлекается, а потом её лечить надо… -Кора, — окликнула Настя. — Она не развлекается. То, что с ней происходит — это форма сумасшествия. Она с ума сошла и не контролирует себя. При этом она знает, что сошла с ума, но ничего сделать не может. -Ага! — кивнула Кора. — Я вот тоже с ума сошла! И все остальные с ума сошли! Одна ты нормальная! Давай ты нас всех лечить будешь. Артефакты для нас доставать… Раз мы все сумасшедшие, то лечиться от своих сумасшествий должны сами! Не надо сходить с ума, а потом артефакты просить… -Кора! — крикнула Настя. — Ты сама слышишь, какой бред несёшь?! -Так я же сумасшедшая. Мне можно. И артефакты я не дам. Мне от сумасшествия тоже лечиться надо. Ты нормальная, вот ты и давай ей артефакты. -Бред какой-то, — пробормотала Настя. — Знаешь, Кора, а ведь я тоже сошла с ума. При мне сегодня убили человека. Можно сказать, что из-за меня его убили… А мне всё равно. Вот, представляешь? Всё равно. И даже теперь… Вот раньше, мне даже в голову не пришло бы, кинуть гранату на середину комнаты. Я бы испугалась это сделать. Я бы плакала, просила вас не драться, визжала, но кинуть гранату… А теперь я сошла с ума и совершенно спокойно достала и кинула. И плевать на то, что я могу кого-то убить. Я тоже сумасшедшая. -Девочки, хватит. — Вмешалась Надя. — Вы обе с ума сошли и бредите. Кора, ты не можешь решать за всех. Давайте проголосуем. Кто за то, чтобы дать Ведьме лечащий артефакт? -Не будет никакого голосования! — отрезала Кора. — Я сказала, артефакт не давать! -Не много ли ты на себя берёшь? — ехидно поинтересовалась Ведьма. -Ура! Снова драка! — закричала Заза. -Да что же это такое?! — возмутилась Настя. — Кора, я завтра все собранные артефакты тебе отдам! Дай сегодня Ведьме лечебный артефакт! -Какие собранные артефакты? Что ты несёшь? — заинтересовалась Кора. -Я завтра иду показывать, как Говорун учил меня собирать артефакты. Мне показывают место, а я собираю. Мне за это три четверти добычи отдадут. -И ты согласилась? — как-то тоскливо спросила Кора. -Ну… Да, согласилась, — осторожно ответила Настя. -А ты куда смотрела?! — набросилась на Ведьму Кора. — Развлекалась там, пока девочке мозги пудрили! Мало я тебе врезала! А на тебе ещё! Кора принялась бить Ведьму. Та не уклонялась и не сопротивлялась. Только прикрывалась от некоторых ударов. Настя ничего не поняла, но потребовала прекратить. Её никто не послушался. К Коре присоединилась Шпилька. Дора подошла, но бить Ведьму не стала, а начала ругаться. Из её ругани Настя поняла, что Ведьма должна была охранять Настю и не справилась. Не трудно было догадаться, от чего Ведьма не уберегла Настю. -Да прекратите вы!!! — взвыла Настя. — Что вы все меня хороните? Я могу отказаться, если это будет сложно. Приду на место и осмотрюсь. Если не смогу, то так и скажу. Если сложностей не будет, то я без проблем достану несколько артефактов. -Да ты с ума сошла!!! — накинулась на неё НЗ. — Говорить заранее такое! Мама Зона обидится, и ты даже до аномалий завтра не дойдёшь! Я предлагаю ей ногу прострелить. Сдадим её Говоруну покоцаной, но живой. Пусть сам разбирается. Зато завтра конкретная отмазка будет. И не придерёшься. Настя вдруг поняла, что не слышит возражений на такое предложение. Калька вдруг стала обходить её сбоку. С другой стороны к ней стала подбираться Заза. Даже Надя как-то осторожно стала подходить к ней, как будто собираясь напасть. -Девочки вы что?.. — неуверенно спросила она. — Вы… Вы с ума сошли! Не вздумайте! Я… Я стрелять буду! В этот момент она поняла, что никто не шутит, и её всерьёз пытаются скрутить, отобрать пистолет и прострелить ногу. Если бы у неё в руках не было пистолета, НЗ или Негра уже бы выстрелили. Останавливало их только то, что Настя держала оружие в руке, а у них оно было в кобуре. Они не знали, что у Насти нет рефлекса жителя Зоны, и она не выстрелит сразу, как увидит, что кто-то вытаскивает оружие после угроз в её адрес. Понимание этого как будто окатило её холодным душем. Настя направила пистолет на НЗ. -Оружие на пол! — приказала она. — Всем отойти туда. Подальше от двери. -А ты что, выйти хочешь? — ехидно поинтересовалась Заза. -Да уж с вами не останусь, — ответила Настя. -И куда ты пойдёшь? — спросила Кора. — К мужикам? Так они тебя быстро оприходуют. Говоруну потом скажут, что ты сама пришла. И не возразишь. -Не знаю, как меня оприходуют там, — сказала Настя, — но с вами я точно не останусь. Вы мне, из лучших побуждений, ногу хотите прострелить. Вдруг вам в голову придёт, что для моей безопасности меня убить надо? Вы меня во сне придушите. Нет уж. С вами я не останусь. Кора помотала головой и пару раз шлёпнула себя по щекам. -Так! Стоп! Что происходит?! Мы что, все дружно сошли с ума? Девочки, отставить! Настя, убери оружие! Никто на тебя не нападёт. Чего это мы все? Ведь, если подумать, мы действительно какие-то неадекватные. -А вдруг и правда контролёр, — с ужасом выдохнула Шпилька. -Разобрать оружие! — скомандовала Кора. — К бою! Выходить не менее чем по трое! Прикрывайте друг друга! Где Грата? Кто и когда её последний раз видел? Все замерли. Начали выяснять. Настя не стала слушать. Пользуясь тем, что на неё перестали обращать внимание, выскользнула за дверь и постаралась побыстрее одеться. Опыт у неё уже был большой и поэтому самое долгое время, потраченное на одевание, заняла шнуровка ботинок. Вышла на улицу и осмотрелась. Она не верила в контролёра. Контролёр берёт под контроль не так. У неё уже был опыт. Здесь было что-то другое. На улице она осмотрелась и увидела чуть в стороне какие-то тени и стоящего человека. -Грата? — спросила Настя, подойдя ближе и держа руку на оружии. -Настя, отходи, — прошипела Грата. — Позови всех… От стены к Насте метнулись несколько тёмных комков. Настя чуть не выстрелила, но случайно узнала щенков, с которыми не так давно играла. Она присела, вытянула руку. Руку тут же укусили, облизали, толкнули головой, напрашиваясь на ласку. Настя была атакована со всех сторон. Не удержалась сидя на корточках и упала. Щенки бросились на неё и начали облизывать лицо, кусать за руки. -Тише, тише. Фу! Прекратите! — отбивалась от них Настя. Щенки не слушались. — А ну-ка, хватит! — рассердилась Настя. Она начала отбиваться всерьёз. Пара щенков получила по носу и обиженно взвизгнув, отбежала в сторону. Другие последовали за ними. Настя привстала и оказалась нос к носу со скалящимся взрослым псевдопсом. Настя догадалась, что это мать щенков. Она начала мысленно выражать презрение к воспитательским способностям собаки, но поняла, что собака её мыслей просто не понимает. Тогда она упростила свои мысли до требования держать щенков под контролем. Собака рыкнула, и щенки послушно встали за ней. Настя сама не ожидала, но её поняли и требование выполнили. -Настя, — прошипела Грата, — ты жива? -Конечно, жива, — ответила Настя. — А чего ты так тихо говоришь? -Да тут этих тварей… Позови остальных. -Зачем? Они сейчас сами подойдут. А там около тебя, кажется, ещё псевдопсы есть? -Да они тут все. Щенков выгуливают. Окружили, я шевельнуться боюсь. -Да ты не бойся. — Настя подошла и жестами отогнала собак. — Они щенков охраняют. Им до тебя дела нет. Пойдём. Надо остальным сказать, что всё в порядке. И ещё хочу спросить. У вас можно пару банок тушёнки взять. Я щенков покормлю. Уловив её желание покормить, щенки бросились к ней под ноги. Настя шла, расталкивая их ногами и не обращая внимания. Грата шла осторожно, стараясь в темноте не ступать рядом с каким-нибудь щенком. От этого она стала передвигаться какими-то нелепыми прыжками. Когда самый наглый щенок решил перед Настей забежать в открытую дверь, Настя поймала его и шлёпнула. Услышала, как с ужасом выдохнула Грата, а потом ещё раз, когда мать щенков рычанием позвала их к себе. Чтобы щенки не вздумали проникнуть в помещение, Настя тщательно закрыла дверь. В помещении, где оставляли уличную одежду и переодевались Настю и Грату ждали все. Почти все были вооружены. -А мы уже думали, что и тебя спасать придётся, — сказала Насте Кора. — Уже и выходить собрались. Услышали, как вы идёте и не стали торопиться. Грата, что случилось? -На меня наши мутанты напали. Ну, не напали, а просто блокировали. Окружили, мне двинуться было невозможно. Хорошо, их Настя отогнала. -А что мутанты делают здесь? — удивилась Кора. -Щенков, наверное, выгуливают, — пожала плечами Настя. — Да, кто-нибудь, дайте пару банок тушёнки, я щенков покормлю. Я отдам. То есть, заплачу. -Надя, выдели из неприкосновенного запаса, — скомандовала Кора. Надя быстро переоделась и зашла в основное помещение. Быстро вернулась, неся охапку консервов. Отдала консервы Насте, и Настя вышла на улицу. Щенки закрутились у неё под ногами. Помня, как пёс Проглот грыз закрытую банку, она побоялась класть банки на землю. Какой-нибудь щенок мог закрытую банку утащить и попортить себе зубы. Открыть хоть одну банку, держа в руках остальные, она не могла. Настя замерла в растерянности. -Ты чего, — послышался сзади голос Ведьмы, — отдай им тушёнку, и пойдём. -Я не могу, — растерянно ответила Настя. — Вот, слушай, подержи банки! Я у тебя по одной брать буду. Интерес щенков был устремлён не на Настю, а на консервы. Как-то они догадались, что это еда. Неудивительно, что когда консервы оказались в руках у Ведьмы, интерес щенков переключился на неё. Они даже в помещение проникли, но Настя не стала их прогонять. Вместо этого, она взяла банку, открыла и высыпала содержимое рядом с крыльцом. Щенки тут же оставили Ведьму и бросились к еде. Настя открыла и высыпала ещё пару банок. Пустые банки она кидала в темноту, туда, где смутными тенями передвигались псевдопсы. Судя по рычанию и коротким взвизгам, псы быстро разобрались, кому вылизывать банки. Впрочем, банок хватило на всех. То, что не доели щенки, съели несколько подошедших взрослых собак. Настя не стала смотреть, чем это закончится и вернулась в дом. Её и Ведьму все ждали. Все были готовы бежать им на помощь и спасать с помощью оружия, если придётся. Когда они вошли их встретил общий вздох облегчения. -Вы представляете, — восторженно сказала Ведьма, — она псевдопсами командует и нисколько их не боится! -Дура, — вынесла вердикт Заза. -Нет, она ими действительно командует! -Настя, так ты что, всё-таки можешь с мутантами разговаривать? — поинтересовалась Кора. -Нет, я с ними не разговариваю, — ответила Настя. — Я просто мысленно внушаю им, чего я хочу, а они делают. -А говоришь, что не разговариваешь, — с упрёком сказала Калька. -Это совсем другое, — возразила Настя. — Я не могу так сразу объяснить… -И не надо, — прервала её Кора. — Мутанты ушли? -Я не знаю, — ответила Настя. — Я сейчас пойду и посмотрю. -Стой! — приказала Кора. — Никуда ты не пойдёшь. Все, переодеваемся и в дом! Никаких больше разговоров сегодня. Все ложимся спать. Завтра идём и страхуем Настю. Надо выспаться. -Если мутанты не уйдут, то спать будет плохо, — капризно пожаловалась Заза. — Пусть Настя их прогонит. -Потерпим, — отрезала Кора. — Двадцать минут до отбоя! Ведьме на ночь дайте лечащий артефакт. За двадцать минут до отбоя Настя успела поговорить с Калькой и Шпилькой и узнала, что оказывается любой мутант-псионик, так или иначе, но воздействует на человека. То, что ей хотели всерьёз прострелить ногу, объяснялось тем, что рядом были мутанты. И то, что Кора для Ведьмы пожалела артефакт, объяснялось именно этим. На самом деле, Кора, конечно, поругалась бы на Ведьму, но артефакт дала. Она очень добрая, только старается выглядеть злой. В свою очередь Настю стали расспрашивать, как ей удалось командовать мутантами. Ничего вразумительного Настя сказать не смогла. Объяснила только, что мутанты на неё не нападали, поэтому она их не боялась. Больше ничего объяснить не смогла. Она старалась, но искренне не понимала, почему мутантов боятся, из-за этого не могла объяснить, почему не боится. И не командовала она мутантами, а скорее просила их сделать что-либо. Девочки ничего не поняли и списали всё на Настино умение разговаривать с мутантами. Они ещё начали разговор о том, на что Настя подписалась, но Кора, как строгая мать, разогнала их по койкам, скомандовала отбой и велела спать. Потом подошла к Настиной кровати, присела на край и начала объяснять, что если Насте будет мерещиться всякое, то обращать внимание на это не нужно. Это от того, что рядом мутанты. Бояться тоже не стоит. Предложила, чтобы Насте не было страшно, лечь с ней рядом. Настя была благодарна за заботу, но помня, какой Кора ориентации, отказалась. Засыпая, думала о Говоруне. Подумала, что его она хотела бы видеть в своей кровати. Фыркнув от таких мыслей, Настя ещё немного полежала, а потом заснула. Что бы ни говорила Кора, а кошмары ей не снились. Проснувшись, она помнила, что ей что-то снилось, но что именно, не помнила. Вспомнить это ей не дала Кора. Она не дала Насте полежать, вспомнить, а заставила встать и идти умываться. Завтракать Настя должна была в первую смену, а потом ждать, когда за ней придут. Женщины тоже собирались. Они решили идти, чтобы самим посмотреть, как Настя будет добывать артефакты. Заодно, чтобы отстаивать её интересы, если кто-то будет на неё давить, заставляя рисковать понапрасну. Когда Настя увидела, сколько народу идёт смотреть, как она добывает артефакты, ей захотелось разом отказаться от всей этой затеи. Здесь если и не присутствовали все жители базы Свободы, то только за немногим исключением, состоящим из дежурящих на вышках, и занятых неотложными хозяйственными делами. Выставлять себя на всеобщее обозрение в планы Насти не входило. Она хотела потребовать, чтобы лишние люди ушли, но не знала, кого можно считать лишним. Спасительная догадка мелькнула у неё в голове. Настя сосредоточилась и выловила мысль. Она подошла к Кресту. -Я извиняюсь, — вежливо сказала она, — но не стоит дразнить Маму-Зону и идти такой толпой. Мама-Зона вряд ли захочет всем подряд раскрывать свои тайны. Где-то ещё такая чушь не могла служить оправданием, но в Зоне этого было достаточно для того, чтобы после десяти минут криков и ругани группа уменьшилась до десяти человек. Креста и Калана среди них не было. Поскольку люди были новыми, Настя предложила им представиться. Все немного посмеялись над её вежливостью и представились своими прозвищами. Настя их не запомнила, сама не поняла почему. Повинилась в этом. Все пожали плечами и сказали, что в процессе общения познакомятся. Спросили, готова ли Настя идти? Настя ответила, что надо подождать девочек. Все оживились и даже постарались немного привести себя в порядок. Вышедших женщин встретил строй бравых солдат, а не сборище бродяг Зоны. Настя вновь шла по Зоне. В этот раз она шла в середине отряда и могла немного расслабиться. Вернее, могла бы, но не получалось. Ей приходилось смотреть по сторонам, отслеживать, что происходит сзади и стараться смотреть вперёд, потому, что идущие впереди постоянно отвлекались. Собрать группу из мужчин и женщин для прохода по Зоне — было не лучшей идеей. Настя утешалась тем, что идея не её. Мужчины, если и смотрели по сторонам, то всё равно ничего не видели. Всё их внимание занимали женщины. Женщины тоже вели себя не как сталкеры, а как женщины. Их больше занимало, как они выглядят перед мужчинами, и как им выглядеть лучше. Только Кора не отвлекалась, но она одна не могла держать всё под контролем. Разумеется, это должно было плохо кончиться. Идущий первым парень не заметил ловушку, так как уже минуту смотрел большей частью назад, слушая, как другой парень разговаривает с Калькой. Ловушку заметила Настя. Она закричала, командуя остановку, но парень сделал ещё пару шагов, прежде чем остановился. При возникновении опасности все переменились и вновь стали людьми Зоны. Отряд в секунду стал напоминать ежа, ощетинившегося стволами оружия вместо иголок. Опасность отслеживали со всех сторон, даже с воздуха. Секунд через десять напряжённой тишины у Насти поинтересовались, в чём дело? Настя не смогла ответить. Она только показала на то место, где должен был быть парень, а теперь его не было. Ловушка, или аномалия, теперь Настя не была уверена, поглотила его мгновенно и бесшумно. -Ну вот… — сказал кто-то. — Теперь мы принесли жертву Маме-Зоне. -Да… Жаль Криса. Пусть Мама-Зона будет добра к нему. — Без всякого сожаления сказала Калька. Мужчина, с которым флиртовала Негра, сказал что-то на английском. Многие улыбнулись, а некоторые засмеялись. -Вы… Вы… Вы что?.. Вы… Он же умер! — смогла произнести Настя. -Настя, ты чего? — удивилась Калька. -У тебя первый раз? — утверждающе спросила Дора. — Ты чего, не видела раньше, как в аномалиях умирают? Настя помотала головой отрицая. -Мужики, поворачиваем назад, — приказала НЗ. — Она не сможет сегодня что-то показать. -Э, нет! Стоп! — сказал один из мужчин. — Чё за динамо такое, я не понял? Она подписалась показать новый способ добычи хабара. Мы подгоним делянку. Чё не так? У неё чё, нервишки шалят? А нам теперь назад чапать? Чё за гонево? Мы уже отмычку Маме-Зоне подставили. Нам чё, теперь по-новой отмычку искать? Нам срать на то, что ей чёто не так. Она подписалась. Не надо задний ход включать. -Блин! — ругнулась Кора. — Да её счас колбасить начнёт! Какая, к чёрту, добыча хабара? -Такая… Если не хочет, то пусть по-другому отрабатывает! А лучше… Пусть засунет свой расколбас себе между ног, дойдёт до делянки и отработает, на что подписалась! То, что Настя замерла и стоит в ступоре, все ошибочно приняли за её страх. На самом деле Настя была полна ярости. Ей хотелось убивать. Только многолетняя привычка сдерживать эмоции и не показывать их на людях, не давала ей начать убивать всех подряд. Причина такой ярости была проста. Настя узнала, что паренька специально подставили, чтобы принести в жертву. Говорун тоже подставлял Настю, но это всегда было чем-то оправдано. Здесь же, парня подставили просто так. Всего лишь из-за какого-то суеверия. -Можно спросить? — поинтересовалась Настя, ни к кому конкретно не обращаясь. — Если этот парень был отмычкой, то почему он был вооружён? -Он не был отмычкой, — ответила Кора. — Он был новичком, но совершенно не умел ходить по Зоне. Его поставили первым… То есть, он сам вызвался идти первым… В общем… -Короче, — вмешался мужчина, который требовал от Насти выполнения обязательств, — потом ей всё расскажешь. Сейчас все быстро чапаем к делянке. Будете фигнёй страдать — получите по морде. Шагайте туда! Стволом автомата мужчина указал направление. Настя посмотрела ему в глаза. Ей хотелось многое ему сказать, но она промолчала. У неё появилось знание того, что эта жертва была напрасна. Многие, если не все, сегодня не вернутся на базу. Она не стала делиться этим знанием, а повернулась и пошла. Встала первой в колонне. Её отругали и задвинули в середину. Как объяснила Шпилька, Настя не должна идти первой, так как если она погибнет, то вся их затея ничего не будет стоить. Настя на это только пожала плечами. Первое время отряд шёл в напряжённом молчании. Грубость командира не осталась без последствий. Хоть и была она направлена на Настю и Кору, и исходила только от командира, но женщины приняли её и на свой счёт, а расплачиваться заставили всех мужчин. Попытки заигрывания, да и просто попытки заговорить, встречались презрительными взглядами и брезгливым выражением лица. Это отбивало охоту разговаривать. Настя начала подозревать, что командир отряда был не так уж глуп и хамоват. Теперь люди не отвлекались на разговоры, а исполняли свои обязанности охранников. Даже обнаружили и подстрелили какого-то мутанта. Настя пожалела зверюшку. Судя по всему, она ничем отряду не угрожала. Как бы там ни было, но со временем мужчин простили и вновь начались разговоры, флирт, подшучивания. Вновь все стали отвлекаться. Окрики Коры и командира помогали только на пару минут, а потом вновь всё начиналось заново. Настя подумала, что если бы она позволила себе такое, когда шла по Зоне с Говоруном, он бы прострелил ей ногу, а потом заставил идти дальше с простреленной ногой. Сейчас она была вполне согласна с таким наказанием. Ей самой хотелось прострелить ногу Шпильке за то, что кокетничала с каким-то мужиком, отвлекаясь сама и отвлекая его. Единственное, что Настя не могла понять, почему в отряде до сих пор больше никто не умер. Наверное, только потому, что до делянки было совсем недалеко. Настя даже не поняла сначала, что это делянка. Она удивилась тому, что отряд остановился, и посмотрела по сторонам, чтобы понять, почему. Пару минут назад, увидев впереди аномалии, прикинула проход сквозь них и посмотрела по сторонам, намечая пути обхода. Поняв, что все стали занимать круговую оборону и пара человек начала доставать детекторы из рюкзаков, догадалась, что они пришли. Как всегда, это было обычное поле аномалий, которое все почему-то считали невероятно опасным. Говорун новичков «Долга» учил проходить по гораздо более опасному полю, с большим количеством аномалий. Что уж говорить о Настином обучении. Нет, Настя не считала, что ей есть чем гордиться, раз она лучше этих людей умеет проходить сквозь аномалии. Просто она сравнивала себя не с ними, а с Говоруном и понимала, как мало она умеет. -Настя! — позвала её Кора. — Ты сможешь достать пару артефактов из этих аномалий, или не будешь рисковать? -Мы что, зря сюда шли?! — тут же возмутился командир отряда. -Не спорьте! — вмешалась Настя. — Если здесь есть артефакты, то я их найду. -Есть здесь артефакты, — подошёл к ним мужчина с прибором. — Вот, у меня на дисплее видно. Только не видно где. Сейчас оборудование достанем и укажем точно. -Я пока пройду и осмотрюсь, — сказала Настя. -Можно тебя на минутку, — позвала её Кора. Они отошли немного в сторону. -Настя, ты действительно в порядке? — озабоченно спросила Кора. — Ты вроде расстроилась из-за смерти Криса… -Я не расстроилась, я разозлилась, — ответила Настя. — Неужели действительно нужно было его убивать? -Да мы его не убивали, — смутилась Кора. — Он сам попался. Ты ему кричала… Да он вообще по Зоне ходить не умел! Через пару дней хотел один по Зоне за артефактами пройтись! Так и так гробанулся бы! -Знаешь Кора, я ведь действительно сошла с ума. Раньше я бы переживала из-за чьей-нибудь смерти, а теперь мне всё равно. Представляешь? Совершенно всё равно. Это сумасшествие. -Блин, Настя, не говори, как сумасшедшая! Если хочешь, давай всё отменим. Копыль поругается, но согласится. Была такая договорённость. Стой здесь, я пойду, поговорю с ним. Кора пошла к командиру отряда, который о чём-то ругался с техниками. Настя не стала смотреть и слушать о чём они договорятся. Она повернулась к аномалиям. Внимательно их осмотрела. Ей показалось, что в одной из них есть артефакт. Подойдя ближе, она в этом убедилась. Не долго думая, она зашла на поле аномалий и подошла к месту, где удобнее было бы извлечь артефакт. Вспомнила, что ничего не взяла, чтобы кинуть в аномалию. На земле ничего не оказалось и, следуя рекомендациям Говоруна, никогда не возвращаться по своим следам через поле аномалий, Настя прошла поле насквозь. Вернулась другим маршрутом с камнем в руке. Кинула камень и подхватила выпавший артефакт. Отругала себя за глупость. Она не знала, какой артефакт выпадет и подхватывать его руками, даже в перчатках, предварительно не рассмотрев, было глупостью. Тем не менее, ей повезло. Артефакт не обжёг ей руки, не телепортировал, даже не был радиоактивен. Настя не стала выкидывать его наружу, а вышла с поля аномалий прямо с ним. Выйдя с поля аномалий, она попала в эпицентр скандала. Кора отстаивала её право отказаться собирать артефакты, а Копыль, командир отряда, требовал выполнения договора. Все следили за перепалкой. Настины похождения остались без внимания. Настя вновь удивилась, как эти люди до сих пор остались живы. Говорун Настю ругал за гораздо меньшую невнимательность. Сам он, хоть и играл невнимательного ротозея, но видел всё. От Насти требовал того же самого. Теперь Настя могла оценить его уровень, свой уровень и уровень этих людей. Среди всех присутствующих только Калька не обращала внимания на скандал, но она демонстративно смотрела туда, откуда они пришли, высматривая мутантов, которые могли их преследовать. Только поэтому она не заметила Настину выходку. Остальные всё своё внимание уделяли скандалу, даже не осматриваясь вокруг. -Кора, не надо скандалить, — примирительно сказала Настя. — Я согласна достать артефакты. Хоть все. Только я не уверена, что там вообще есть артефакты. -Есть, — сразу отреагировал Копыль. — Мы, когда артефакты собирали, детекторами засекали, что они есть, но не видели где. Теперь вот, оборудование принесли… -Настя, — не дала ему договорить Кора, — ты что, не понимаешь, что туда идти опасно?! Риск нужно делить на всех. Они уже все артефакты собрали, а теперь хотят, чтобы ты одна им все остальные вытащила. -Она на это подписалась!!! — рявкнул Копыль. -Я не на это подписалась!!! — в ответ рявкнула Настя. — Договор с Каланом был на то, что я показываю, как Говорун меня учил доставать артефакты. Если это опасно, то я отказываюсь. Кстати, где Калан? Почему его здесь нет? -Калан нам передал право на тебя. По договорённости ты должна достать хоть один артефакт. Если ты этого не сделаешь… Что будет Настя так и не узнала. Копыль подавился своими словами, когда увидел, как Настя протянула ему артефакт. Несколько секунд он его разглядывал, не веря собственным глазам, а потом решился и протянул руку. Настя вложила в неё артефакт. Невероятная тишина сменилась общим громким выдохом. -Ты артефакт по дороге нашла? — спросила Шпилька. — Как? Ты же из строя не выходила. -Я его там подобрала, — показала Настя на аномалии. — Вы сумасшедшие. Так вести себя в Зоне… Вы вообще по сторонам смотрите? Говорун меня ругал, стоило мне только на минуту отвлечься. Я там минуты три ходила, а вы не заметили. Да как вы ещё живы?! На её вопрос никто не обратил внимания. Только Калька одобрительно посмотрела на Настю и кивнула. Зато кто-то обратили внимание на другие Настины слова. -Ты за три минуты нашла и достала артефакт? — спросил Настю кто-то. -Да нет, — вместо Насти ответил Копыль. — Или вы про… проворонили, или какой мутант попал в аномалию и вышиб артефакт. А может аномалии сдвинулись и тоже артефакт вышибли, вот она и подобрала. -Всё может быть, — кивнула Настя. — Но я вам артефакт достала. Теперь сами можете действовать. С моей стороны условия выполнены. -Точно, — кивнула Кора. — Ты сам условия озвучил. Артефакт у тебя в руках. Чего тебе ещё? -Так, она обещала показать!!! — возмутился Копыль. — Кора, ты же с нами пошла для этого! Ну, чтобы посмотреть, как она будет артефакты доставать. Ну, способ Говоруна. Как он её учил. -Неа! — покачала головой Кора. — Я пошла, чтобы ты её не обижал. Я тебя знаю. Ты ведь её загонял бы на делянку, пока все артефакты не достал. Не пойдёт. Теперь давай… Копыль перебил её длинной матерной фразой. Кора ответила не менее витиевато. Они вновь начали ругаться. Настя поймала себя на том, что больше следит за скандалом, чем за обстановкой и вновь себя ругнула. Наступила на те же грабли. Чтобы прекратить ругань, она громко сказала: -Если мне укажут, где артефакт, то я попытаюсь его вытащить! Все вновь посмотрели на неё. Копыль опомнился, и пока Настя не передумала начал подгонять техников, чтобы они быстрее собирали своё оборудование. Кора насела на Настю, выговаривая ей за то, что она согласилась вновь идти и вытаскивать артефакт. Настя её игнорировала. Все как-то засуетились и, подчиняясь командам Копыля, организовали что-то похожее на оборону. Говорун за такую организацию дал бы Насте подзатыльник. У кустов выставили пять человек, а в сторону, где кустов не было, смотрели всего двое. А ведь и так понятно, что по кустам быстро и бесшумно не проберёшься, а пробежать сто метров открытого пространства мутанты могут за пять секунд. Внезапной атака будет скорее с открытого пространства, а не из кустов. Настя дала совет, но её не послушали и вообще, велели заткнуться. О том, что обязательно надо организовать второе кольцо обороны Настя говорить не стала. Только посоветовала Шпильке, которую поставили охранять техников, держаться поближе к аномалиям и если что, не бояться, а бежать мимо них. Настю высмеяли. Сказали, что она перестраховщица. При таком количестве стволов любого мутанта встретит такая плотность огня, что он даже не добежит до часовых. А уж до техников и их охраны ни один мутант не доберётся. Настя возражать не стала. Техники сказали, что всё подключили и готовы дать указания, или пусть Настя сама посмотрит. Настя посмотрела и ничего не поняла. Попросила пальцем показать, где именно находится артефакт. Техники с превосходством усмехнулись и начали что-то делать. Ходить около делянки с приборами, переговариваться с помощью каких-то терминов. Настя вдруг поняла, что они специально предложили ей посмотреть, чтобы она ничего не поняла. Так техники доказывали свою полезность, а заодно самоутверждались, выставляя сталкеров дураками. Наконец, они показали на четыре аномалии, в которых могли быть артефакты. Спросили, из какой Настя будет добывать артефакт? Настя указала на ту, которая была самой трудной. Техники с сомнением покачали головами и принялись более точно вычислять местоположение артефакта. Раньше Настя думала, что добывать артефакты не сложно. Когда они шли от убежища до базы Свободы, то в разных аномалиях набрали довольно много, особо не задерживаясь. Не получалось быстро достать артефакт, они не старались, а оставляли его и шли к другой аномалии. Говорун добывал артефакты играюче. Насте было сложнее, но и она неплохо справлялась. Обрабатывать делянку, полностью выбирая с неё артефакты — это оказалось тяжелейшим трудом. Последний артефакт Настя просто отказалась брать. Она не устала. Она просто невероятно вымоталась. Если первый артефакт она взяла относительно легко, то с остальными пришлось повозиться. То попасть чем-нибудь в аномалию так, чтобы выбить артефакт, не удавалось. То ей неправильно давали координаты артефакта в аномалии. То аномалии начинали вдруг взрываться, и приходилось от них убегать, а потом вновь выискивать сменивший местоположение артефакт. Кора постоянно требовала, чтобы Настя прекратила рисковать, а Копыль, чтобы продолжала, потому, что у неё хорошо получается. В общем, проблем было много, и на последнем артефакте Настя сдалась. -Всё, — сказала она. — Я уже четвёртый раз за ним иду. С меня хватит! В конце концов, может кто-нибудь другой кинуть камень и забрать артефакт? Я и так камнем точно кинуть не могу, а сегодня так много поднимала и кидала, что руки дрожат. Я устала! -Настя, да ты воще!.. — восхитилась Шпилька. — Ты все артефакты вытащила! -Не все, — влез Копыль. — Последний остался. -А ты её хочешь и за последним отправить?! — возмутилась Кора. -Кора. Заткнись! — раздражённо велел Копыль. — Ничего я не хочу. Хрен с ним, с этим артефактом. И так набрали больше, чем рассчитывали. -То есть, артефакт тебе не нужен и мы можем его забрать? — ехидно поинтересовалась Кора. -А-а, забирайте! — махнул рукой Копыль. -Калька! — позвала Кора. — Забери, пожалуйста, артефакт. Он наш целиком, поэтому стоит его вытащить. -Хорошо, — отозвалась Калька, — но пусть моё направление возьмут на себя Ведьма и Дора. -Да мы присмотрим! — одновременно сказали двое мужчин, стоящих в охранении по обе стороны от Кальки. Калька ничего не сказала, но не двинулась с места, пока к ней не подошли подруги. Мужчины обиделись. Ведьма и Дора заняли позицию, а Калька подошла к краю делянки. Внимательно всё осмотрела. Заметила, где находится артефакт, который Настя почти вытолкнула из аномалии, и также как Настя, играюче, достала его. Выкинула Коре под ноги, а сама сделала небольшой круг по полю аномалий. -Ну и зачем так рисковать? — спросила Кора, когда Калька подошла к ним. — Зачем ты туда бежала, а назад не вышла? -Назад идти было опаснее, — пояснила Калька. — Там аномалии спокойные, а здесь их уже несколько раз будоражили. В любой момент могли взорваться. -Да чтоб вас!.. — ругнулась Кора. — Что ты, что Настя! Говорун вас глупому риску учит, а вы потом подставляетесь! Видя недоумение Насти, Калька пояснила. -Я с Говоруном как-то месяц по Зоне ходила. Он меня всему учил. Сейчас мужики только убедиться хотели, что он тебя тому же учил. Сами они его метод усвоить не могут, поэтому не верят, что так добывать артефакты возможно. -Всё мы можем, — вмешался в разговор Копыль. — Просто это неоправданный риск. Да и Мама-Зона не любит жадных. Не стоит выбирать делянку до конца. Надо оставить что-то… Техники сейчас оборудование соберут, и мы возвращаемся. Идём обратно по своим следам… -Простите, — перебила Настя, — но Говорун мне говорил, что по своим следам возвращаться нельзя. Надо возвращаться другой дорогой. -Ну, если хочешь, то можешь другой дорогой идти, — развёл руками Копыль, — а мы пойдём по своей дороге. -Хорошо, — согласилась Настя. — Примерное направление я знаю, так что дойду. -Э-э-э… — смешался Копыль. — Ты чего?! Куда ты одна пойдёшь? У тебя оружия даже нет. -У меня пистолет, — показала на кобуру Настя. -Тем более, что она не одна пойдёт, — сказала Калька. — Я иду с ней. Я с ней абсолютно согласна. По пройденной дороге не возвращаются. -Значит так, девочки! — разозлился Копыль. — Здесь я командир! Все слушаются меня! Мы пойдём так, как я сказал! -С чего это вдруг? — спросила молчавшая Кора. — Девочки всё правильно говорят. Нельзя возвращаться по своим следам. Там мутанты могут быть… -Зато там аномалий не будет!!! — взорвался Копыль. — Чего я своими людьми рисковать буду?! Может быть, вы первыми пойдёте?! Мы всегда по своим следам возвращаемся! Бывают мутанты, но у нас автоматы и дробовики не просто так на шее висят! Мы мутантов на раз отстреливаем! Поэтому не хрен!.. Идём назад так, как я сказал!!! -Я больше доверяю Говоруну, — спокойно сказала Настя. — Если он сказал делать так, а не иначе, я буду делать так. И первой я могу идти, но только при условии, что меня будут прикрывать сзади. -Никто тебя прикрывать не будет! Одна пойдёшь! — сказал Копыль. -Я тоже с ней пойду! — вмешалась Шпилька. -Мы все с ней пойдём! — громко сказала Кора. — Правда, девочки?! -Да идите вы на… !!! — заорал Копыль. — Вам бабам как взбредёт в голову!.. Мужики, вы готовы?! Всё!!! Двигаемся обратно! Ты, пойдёшь первым! Бабы с нами не пойдут! Им матка на мочевой пузырь надавила, и содержимое в голову дало! Уходим!!! Сразу уйти не получилось. Мужчины не оставили попыток уговорить женщин идти с ними. Негру даже уговорили. Она пыталась уговорить Кору, приводила вполне разумные аргументы, вроде количества бойцов в отряде, или наличия в отряде Копыля нескольких продвинутых детекторов аномалий. Но Кора на все её доводы отвечала, что Настя права, а Негра, если хочет, вполне может идти с кем хочет, никаких обид. Когда мужчины уходили от делянки, Кора с грустью смотрела на то, как Негра флиртует с парнем, оказавшимся, как Настя предполагала, американцем. Про то, что «никаких обид», Кора соврала. Ей было обидно, что Негра выбрала не их отряд. -Ну, вот… — как-то неопределённо сказала Кора, когда мужчины ушли довольно далеко и скрылись из вида за кустами. -Кора, не переживай, — подошла к ней Шпилька. — Она тебя не бросит. Ей просто поговорить хочется с… земляком. -Да я понимаю, — вздохнула Кора, — но всё равно… И волнуюсь я за неё. Настя, ты зачем сказала, что с ними не пойдёшь? -Затем, — ответила Настя и пояснила. — Вы все постоянно на мужиков отвлекаетесь. По сторонам не смотрите. Ведёте себя, как на прогулке. -Точно, — вставила Калька. -Мужики тоже на вас отвлекаются, — продолжила Настя. — О чём вы вообще думаете? Надеетесь, что они вас защитят? Да они кроме вас ничего не видят! Тот парень в аномалию попал потому, что на вас отвлёкся. -Нет, — возразила Калька, — он в аномалию попал потому, что по Зоне ходить не научился! -Да если бы ты его не отвлекла!.. — начала Настя. -Как я его отвлекла?! — набросилась на неё Калька. -Тихо! — скомандовала Кора. — Девочки, вам вместе работать. Не ссорьтесь. Калька, задай направление. Настя, ты сама вызвалась идти первой. Ведьма, Дора, НЗ, Шпилька прикрываете нас справа и слева. Я иду крайней и меняюсь с Гратой. Идёмте. Нам надо прийти не намного позже мужиков, а то они без нас хабар скинут и с барыгой сговорятся. Насте денег почти не достанется. Настя шла первой. Старалась идти быстрее, но не спешила. Отдельных аномалий было мало, но ловушки в этой местности попадались часто. В некоторых местах Настя делала шаг вперёд, только кинув перед собой камень или палку. Калька, ворча, дала ей несколько гаек с привязанными кусками бинта. Настя не заметила особой разницы между ними и камнями. По её мнению, камни были даже лучше для обнаружения ловушек. Гайки всё-таки были нужны для обнаружения аномалий. Кидая их далеко вперёд и следя за полётом, можно было догадаться об аномалиях на пути, а выявлять ловушки было проще тяжёлыми камнями, бросая их прямо перед собой. Чтобы не обидеть Кальку ещё больше, Настя взяла гайки, поблагодарила и стала ими пользоваться, но иногда всё-таки кидала перед собой камни. Калька на Настю обиделась. Наверное, чувствовала свою вину за смерть парня и поэтому ворчала на Настю, за то, что та напомнила ей об этом. Поскольку Калька шла прямо за Настей, то её ворчание слышно было превосходно. Настя узнала, что Калька думает о некоторых, кто выходит в Зону без оружия, без снаряжения, без запаса еды, да и много ещё без чего. Настя согласна была с оценкой её умственных способностей из уст Кальки. В своё оправдание она могла бы сказать, что собиралась недалеко и ненадолго, но прекрасно понимала, что это не оправдание. Говорун всегда учил её, что выходя в Зоне куда-то на минуту, экипироваться нужно так, как будто идёшь на неделю. Настя забыла это правило, о чём сейчас под тяжестью упрёков Кальки, весьма сожалела. Вспомнив о Говоруне, спросила Кальку, где она с ним познакомилась и когда. Калька начала рассказывать, но Кора запретила ей, мотивировав тем, что Настя отвлекается. Настя хотела ей возразить, но поймала себя на том, что действительно стала отвлекаться. Все возражения она задавила в себе, хотя ей очень хотелось узнать про Говоруна и Кальку, и пошла дальше, старательно просматривая путь. Выстрелы впереди и левее заставили Настю остановиться и присесть. Калька чуть не налетела на неё и ругнулась. -Нарвались они, — сказала она. — Как ты и предсказывала. -Это они стреляют? — спросила Настя. -Вряд ли здесь кто-то ещё бродит, — подойдя, сказала Кора. Женщины рассредоточились, занимая оборону. -Отбой, девочки! — крикнула Кора. — Они далеко. Никакой мутант сюда не добежит. Прогремело несколько взрывов. -Чёрт! — выдохнула Калька. Кто-то из женщин выругался. — Если до гранат дошло… -Нам надо скорее туда! — всполошилась Кора. — Настя, давай туда! Как можно быстрее! У тебя хорошо получается дорогу находить… -Да побежали уже! — крикнула Ведьма. Настя сорвалась с места и побежала в сторону не утихающих выстрелов. -Не беги! — выдохнула, догнав её, Калька. — Если попадёшься… Им не поможешь… И сама погибнешь… Иди быстрым шагом. Они пошли рядом. Их отряд разделился на два. Половина шла за Настей, а половина за Калькой. Настя, ни к кому конкретно не обращаясь, спросила, зачем это нужно. НЗ, идущая за ней, пояснила, что они, возможно, с ходу должны будут ввязаться в бой, а с разделением отряда у них будет больше возможностей для манёвра. Велела Насте не отвлекаться и идти быстрее. Настя старалась, как могла. Всё равно, быстро не получалось. Аномалий было мало, но в этой местности ловушек было столько, что через каждые двадцать шагов приходилось менять направление движения, чтобы не угодить в ловушку. Путь получался весьма извилистым. Настя настолько привыкла к постоянно попадающимся ловушкам, что если шла прямо больше двадцати метров, то начинала нервничать и высматривать пропущенные ею ловушки. Калька вела себя также. В какой-то момент ловушек стало гораздо меньше. Калька перешла на бег. Настя сделала то же самое. Ещё через пару минут они выскочили к месту боя. Настя прокляла тот миг, когда решила не брать автомат, чтобы не таскать лишнюю тяжесть. Здесь было несколько снорков и ещё какие-то мутанты, напоминающие камни на ножках. Снорки и мутанты дрались за тела убитых людей. Только благодаря этому три раненных человека, лежащих немного в стороне, с трудом отбивались от, то и дело атакующих их, мутантов. Настя, не раздумывая, выхватила оружие и бросилась вперёд, чтобы защитить раненых. Убить снорка из пистолета с такого расстояния — нечего было и пытаться. НЗ перехватила её и откинула назад. -Прикрывай меня! — велела она. -Всех нас прикрывай! — крикнула Дора. Женщины выстроились полукругом и начали стрелять в мутантов. Снорки бросились на них. Пули рвали их тела, но они всё равно старались добраться до женщин. Из пяти снорков двое не добежали, но оставшиеся врезались в строй и разметали его. Дора и Ведьма получили удары когтями, но бронежилеты выдержали, и они только отшатнулись в стороны. НЗ получила удар задними лапами в живот. Куртку разорвало, а сама НЗ отлетела назад и упала, или мёртвой, или без сознания. Чтобы снорк не бросился и не добил её, Настя несколько раз выстрелила в него. Снорк бросил добычу и повернулся к Насте. Настя подобралась, готовясь стрелять. Снорк прыгнул и Настя, как учил Говорун, с самого близкого расстояния всадила пулю снорку чуть ниже шеи. Видимо промахнулась. Говорун рассказывал, что если точно попасть, можно убить снорка сразу. Этот снорк не умер, но ему заметно поплохело. Он налетел на Настю, сбил с ног, ударил лапой, но промахнулся. Вместо шеи, его когти прошлись по шлему. Удар был слаб, и Настина голова не оторвалась, как могла бы, а только мотнулась в сторону. Настя прижала пистолет к телу снорка и жала на спуск до щелчка, показавшего, что обойма пуста. Снорк не умер и после этого, но был уже на последнем издыхании. Он попытался вцепиться в шлем зубами, и даже сделал это, но сил прогрызть шлем у него не осталось. Вот только и у Насти не осталось сил, чтобы скинуть тварь с себя. Так они и лежали бы. Снорк обгладывая шлем и залечивая раны. А Настя, пытаясь преодолеть навалившуюся апатию и собираясь с силами, чтобы продолжить бой. Зубы снорка скользнули по шлему и воткнулись Насте в кожу где-то около глаза. Апатию как рукой сняло. Силы взялись неизвестно откуда. Настя закричала, попыталась столкнуть с себя снорка, но не смогла, хотя и оторвала его от себя. Снорк поднял голову к небу и взревел. Больше он ничего сделать не успел. Несколько пуль, прилетевших с разных сторон, буквально оторвали его голову от шеи. Настя отвела в сторону падающее тело и, после того как снорк рухнул рядом, откатилась в сторону и поднялась. Первое, что она сделала — перезарядила оружие. Потом не выдержала и попыталась соскрести с лица кровь снорка, уже немного подсохшую. Краем глаза заметила, что все, кроме НЗ, в порядке и отстреливают мутантов. Снорков выбили всех и теперь разбирались с похожими на камни мутантами. -Настя, тебя сильно порвал?.. — приблизилась и спросила Ведьма. — Попробуй оттащить НЗ в сторону. Мутантов не пытайся убить. С твоей пукалкой против них много не навоюешь. Настя подошла к лежащей НЗ, схватила за шиворот и потащила. НЗ застонала. Раньше Настя тут же бросилась бы выяснять, что у неё болит, а теперь только порадовалась, что жива и продолжила тащить. Оттащив НЗ за кусты, Настя постаралась оказать первую помощь. Поклялась, что если выберется из Зоны, пойдёт учиться на врача. Хотя бы для того, чтобы не сидеть перед раненым человеком не зная, что делать. Сообразила пошарить в рюкзаке у НЗ. Нашла аптечку, но что делать дальше не знала. В аптечке были лекарства, шприцы, лекарства в шприцах, но Настя про них ничего не знала. Она не придумала ничего лучше, чем похлопать НЗ по щекам, надеясь, что она придёт в себя. Её надежды оправдались. НЗ открыла глаза. -Я ничего не понимаю в лекарствах, — сразу сказала Настя. — Я не знаю, как тебе помочь. НЗ попробовала сесть, охнула и откинулась обратно. Попробовала повернуться на бок и вновь застонала. -Не шевелись! — приказала Настя. -Со мной всё в порядке, — сказала НЗ. — Этот гад мне в живот ударил. Похоже, что рёбра сломал. Жить буду. Как там?.. Все живы? Настя выглянула из-за куста и осмотрелась. Похоже, что всё было в порядке. Добивали двух последних мутантов, а те, в свою очередь, пытались сбежать. Все были живы. У Коры была разорвана штанина и виднелась кровь, но она почти не хромала и активно добивала мутантов вместе со всеми. -Всё в порядке, — сказала Настя, вернувшись к НЗ. -Помоги встать, — сказала та. -Нельзя тебе вставать, — усомнилась Настя. -Я обезболивающее вколола. Сейчас подействует. Давай, я должна понять могу ли идти, пока обезболивающее не начало действовать. Помоги встать! Настя подчинилась. НЗ пыталась встать несколько раз. С помощью Насти, ей это, в конце концов, удалось. Она охала, кривилась от боли, но сделала несколько шагов. -Вещи мои ты понесёшь, — приказным тоном сказала она. — И оружие теперь на тебе. Я стрелять не смогу. Не надо мне помогать! Лучше следи за окрестностями. НЗ отмахнулась от Настиной помощи и поковыляла туда, где минуту назад стихли выстрелы. Настя осмотрелась, а потом подобрала вещи и оружие НЗ, и отправилась вслед за ней. -НЗ, ты в порядке?! — услышала Настя голос Коры. — Где Настя?! Настя, ты как?! Хорошо, что нормально! Нам надо уходить! Забираем то, что может пригодиться и хабар! Покойников полностью не обирать! Подхватили то, что плохо лежит и уходим! Негра, потом его оплакивать будешь! Нам уходить надо! НЗ тебя нести надо? А то у нас есть двое раненых. Сами они не дойдут. Настя, пойдёшь первой! Чёрт! У нас людей не хватает! Негра рыдала над телом своего земляка. Двое парней из отряда Копыля сидели и тупо смотрели перед собой, находясь в состоянии шока. Одежда на них была порвана и вся заляпана кровью. Около них суетилась Калька, обматывая бинтами прямо поверх одежды. Женщины быстро обирали убитых и стаскивали их в одну кучу. Настя посмотрела на это и её замутило. Она отвернулась, несколько секунд держалась, но потом, после очередного чавкающе-хлюпающего звука, её вырвало. Потом ещё раз. И ещё. К ней подошла Кора. -У тебя сотрясение мозга? Тебя поэтому рвёт? Голова кружится, трясёт? Настя помотала головой. -Нет, просто я… Когда тела… Я сейчас буду в порядке. -Вот те раз! — удивилась проходящая мимо Ведьма. — Ты вроде бы уже видела покойников. Ты же бандитов обирала, когда их всех Говорун перебил. Или заливала нам? -Что заливала? — не поняла сразу Настя. — Я… А, нет. Просто… Я там их не складывала так… Как будто они мясные туши. — Настю вновь замутило. — Простите… -Потом будешь страдать! — Кора дала Насте лёгкий подзатыльник. — Ты вроде не ранена. Давай, собирай всё, что можешь унести. У тебя пара минут. Девочки, закругляйтесь! У вас пара минут, а потом уходим! Ведьма, Дора… Нет. Я и Дора понесём раненых! Остальные, забирайте всё, что можете забрать за минуту! Грата, приведи Негру в порядок! Калька, что с ранеными?! Кора пошла к раненым, на ходу раздавая указания. Настя решила выполнить приказ и собрать что можно. Осмотрелась и поняла, что собирать ничего не надо. Всё уже было собрано. Вещи разложены и отсортированы. Осталось только их сложить в рюкзак. Рюкзаки на этот выход все брали полупустыми, поэтому Настя постаралась набить рюкзак НЗ под завязку. Почти набив рюкзак, она вынуждена была вытряхивать всё обратно. Дело в том, что она не спросила, что нужно брать и запихивала в рюкзак кучу пистолетов, пока это не заметила Дора. Дора отругала Настю и объяснила, что оружие — не самая большая ценность в Зоне. Гораздо ценнее патроны и обоймы. Вещи тоже ценны, но консервы, сухпай и вода ценятся гораздо выше. Объяснила, что в их ситуации надо сначала брать вещи, а уж потом воду и еду. Поэтому Настя должна, сначала взять обоймы с патронами, потом вещи, потом еду и воду, и только потом оружие. Больше Дора ничего объяснить не успела. Кора дала команду на начало движения и Настя судорожно принялась набивать рюкзак обоймами. Дора ей помогала. В рюкзак вошли только обоймы. Не считая обязательного минимума для выживания, обязательного в каждом рюкзаке, места ни для чего больше не осталось. Тяжесть получилась невероятная. Если бы Дора не помогла, то Настя не смогла бы поднять рюкзак. Надев его на спину, Настя смогла идти, но с большим трудом. Кора видимо хотела отругать её за задержку отряда, но увидев, как она нагрузилась, не стала. И первой её не поставила. Засунула в середину отряда, вместе с Негрой, НЗ, и ходячим раненым. Настя пошла за Дорой, идущей впереди. Дора несла раненого, который не мог идти сам. По дороге Настя узнала, что случилось, и как сталкеры попали в засаду. Раненый, что шёл за ней был в шоке. Ему надо было выговориться, и он рассказывал, что случилось. Просто так. Ему неважно было, слушают его или нет. Как Настя и предполагала все были довольны добычей и уверены в своих силах. Смотреть внимательно по сторонам даже не думали. Когда на них выскочили снорки, все сразу не смогли выстрелить. Кто-то не успел среагировать, у кого-то оружие не было взведено. Плотной стены огня не получилось, поэтому снорки прорвались и рассыпали строй. Настя видела, как это происходит. После этого каждый стал сам за себя. Возможно, сталкеры смогли бы отбиться, но на них напали ещё и «каменные пауки». Эти мутанты не боялись автоматных пуль и сильно мешались под ногами. В сущности, они не слишком опасны, но в сочетании со снорками оказались смертельной угрозой. В конце концов, остались только трое, из которых только Негра не была ранена. Если бы не подоспевшая помощь, то шансов у них не было. Патронов почти не осталось, а снорки, разобравшись с «каменными пауками», занялись бы ими. И без проблем порвали бы на куски, потому, что противопоставить им хоть что-то — сталкеры не могли. Парень рассказывал сбивчиво. Вспоминал, кто и как умер. Срывался на воспоминания о них. Настя не перебивала его. Впрочем, она его почти не слушала. Ей нужно было тащить рюкзак, следить за окрестностями, высматривая мутантов, да и просто смотреть, куда ставить ноги. Парень был на последнем месте в списке её дел. Да он и не претендовал на большее. Не дёргал её, требуя, чтобы она слушала, не старался кричать, чтобы привлечь внимание. Просто говорил. Сам для себя. Негра шла ближе к концу их колонны. Настя слышала, что она никак не может успокоиться. Её истерика не проходила. Негра постоянно что-то говорила то на английском, то на русском, но понять её было невозможно ни на том языке ни на этом. По крайней мере, Настя не понимала. Кроме того, что Негра громко что-то говорила, она ещё и била кого-то идущего рядом с ней. Настя слышала шлёпающие звуки, обычно после того, как у Негры повышался и срывался голос. Насте было интересно, кто же позволяет Негре себя бить, но она не могла из-за рюкзака этого увидеть. Разворачиваться всем корпусом назад только ради этого, Настя не стала. Впереди уже виднелась стена огораживающая базу, когда НЗ свалилась, и у неё начались судороги. Строй смешался. Все суетились, пытаясь что-то сделать, но только мешали друг другу. Кора приняла решение бросать всё, делать носилки из подручных материалов и бегом бежать на базу. Возражений не последовало и Дора с Гратой сразу начали искать, что можно пустить на палки для носилок. Неизвестно что бы у них получилось, но тут им навстречу вышел отряд, в котором были несколько свободных от оружия человек и две пары носилок. Оказалось, что бой слышали и на базе. Пока решали, нужно ли идти, пока собирались, прошло довольно много времени. Кора проворчала, что шли не спасать, а собрать то, что осталось. Настя хотела возразить, что тогда бы не брали носилки, но не стала. Кора просто злилась и пыталась свою злость выцедить с помощью вот такого ворчания. Начни Настя ей возражать, и она сорвётся. Впрочем, в чём-то Кора была права. НЗ и раненого погрузили на носилки. Зафиксировали. Четверо из пришедших понесли носилки, а остальные пошли дальше, чтобы собрать то, что не собрал отряд Коры. Настя поразилась такому цинизму, но ещё больше её поразил цинизм Коры. Когда несущие носилки отказались бежать на базу, а сказали, что останутся с отрядом и пойдут так быстро, как идёт он, Кора не приказала бросить вещи и бежать вперёд, а велела продолжить движение в том же темпе. Настя, рискуя вызвать её гнев, всё же спросила, почему она отдала такой приказ? -Эх, Настя, — вздохнула Кора. — Это я по глупости сказала, что бросим всё и донесём НЗ. Не подумала. На самом деле, если мы её донесём, то всё только начнётся. Нам с лепилой потом надо будет расплачиваться. Сколько он запросит? Лекарства тоже не дешёвые. Здесь одними бинтами не обойдёшься. Артефакт мы можем потянуть, но ведь потом на что-то жить надо. Если сейчас всё бросим, то потом, хоть на панель иди. -Кто такой лепила? — спросила Настя, обдумав слова Коры. -Врач, — коротко пояснила Кора, и тут же взорвалась праведным гневом. — Да какой он врач?! Коновал! Пользуется тем, что никого лучше нет! Если он сейчас пьян будет, то я его за яйца таскать буду, пока не протрезвеет! -Он будет пьян, — сказал один из несущих носилки. — С утра, с пузырём, в больничке заперся. Кора только выругалась. Они относительно быстро дошли до ворот. НЗ, когда её положили на носилки, пришла в сознание, но была неадекватна. Когда проходили через ворота, она вновь потеряла сознание. Десять метров по проходу сквозь колючую проволоку несущие носилки пробежали и были остановлены Говоруном. Пока до поставленных на землю носилок дошли остальные, с грузом, Говорун успел быстро осмотреть раненых. -Говорун, привет! — радостно крикнула Калька. Говорун не отозвался и никак не отреагировал. -Что с ней произошло? — задал он вопрос, указав на НЗ. -Её снорк ударил, — ответила Настя. — В живот. Она сначала не могла подняться, а потом поднялась. Потом шла и ей плохо стало. -Скорее всего, разрыв печени, или селезёнки, — сказал Говорун. — И она ещё шла… Кора, какого хрена?! Тебе что, так хабар нужен был? -Да, нужен! — взвилась Кора. — Она сказала, что может идти… -Достаточно! — прервал её Говорун. — Несите её к бабам в барак, — приказал он носильщикам. -Меня не посмотришь, Говорун? — подал голос раненый на носилках. -Уже посмотрел, — сказал ему Говорун. — Серьёзные раны, но поверхностные. Кровь остановилась, так что опасности не представляют. Лепила протрезвеет, зашьёт. Раненый вздохнул с облегчением. Носилки подхватили и потащили в разные стороны. Настя побежала за теми, на которых понесли НЗ. Настя представить себе не могла, что Говорун оказывается великолепный хирург и врач. Он приказал принести ему из больнички оборудование для операции. Среди встречающих отряд был Крест, и он сразу отдал распоряжение. Несколько человек убежали выполнять. Крест спросил Говоруна, почему тот не хочет воспользоваться больничкой для операции НЗ? Говорун ответил, что больничка отвечает его представлениям о санитарии гораздо меньше, чем дом следящих за порядком женщин. Крест спросил, надо ли что-то ещё, и сказал, что оставит пару человек, для связи, если что понадобится. В барак к женщинам никто из мужчин, кроме Говоруна, не пошёл. Когда Говорун закончил мыть руки, поругавшись, что нет горячей воды, принесли всё им заказанное. Говорун усадил Надю и Зазу стерилизовать предметы спиртом. Остальных заставил мыть стол, кипятить воду, снять всю одежду с НЗ и протереть её тело спиртом, где только можно. Отодвинуть всё, что можно, подальше, чтобы у него было место рядом со столом. Потом ему помогли продезинфицировать его руки. Потом он привёл НЗ в чувство и ввёл в транс с помощью артефакта. А потом, он одним движением ножа вскрыл НЗ от горла и до паха. Когда из живого человека полезли кишки, Настя не выдержала и рухнула в обморок. Последней её мыслью было: «Что? Опять?!», а потом Настя блаженно ушла в темноту. Очнулась Настя на кровати. Осмотрелась. Рядом, на придвинутой кровати, лежала Шпилька. Чуть дальше, на соседней койке, лежала Заза. Они посмотрели на неё. -Очнулась? — спросила Заза. — Как ты в обморок грохнулась! Думала к себе внимание привлечь? А фиг тебе! Говорун занят и до тебя ему дела нет! Он даже не посмотрел, что тебе плохо… -Заза, заткнись, — недобро сказала Шпилька. — Сама тоже в обморок грохнулась… -Ой, а ты-то… — начала Заза. -Тихо! — подошла к ним Кора. — Настя, ты очнулась? Лежи, не вставай. Мы у тебя почти полтора литра крови взяли. У вас с НЗ одна группа, а ей очень было надо. Ты себя теперь плохо будешь чувствовать… -Завтра с ней всё будет нормально! — крикнул Говорун. — Ещё пару дней слабости и всё пройдёт! Если бы у этого козла было в достатке капельниц, то завтра бы уже живчиком бегала! -Ты зашивай, давай! — прикрикнула на него Надя. — Надо ж додуматься, чтобы проверить селезёнку, человека полностью вскрыл. -Не селезёнку, а брюшную полость. — Наставительно сказал Говорун. — Надо было всё проверить… -Да что там проверять! — возмутилась Надя. — Хрипов нет, печень не повреждена… -Убедиться надо было, — ответил Говорун. — И с печенью, далеко не всё так ясно… Они перешли на медицинские термины. Настя понимала с пятое на десятое, но из того, что поняла, сделала вывод, что Говорун действительно зря вскрыл НЗ. Как всегда, ему просто хотелось развлечься. То, что теперь НЗ будет больше двух месяцев приходить в норму, а потом ещё полгода не сможет ничего толком делать, его не волновало. -Наденька, ну чего ты на меня наезжаешь? — в конце спора примирительно сказал Говорун. — Я артефактами её лечить буду. Она через пару дней на ноги встанет. Всё, я зашил! Оставим её на столе, или перенесём на кровать? -На столе, — сразу ответила Надя. — Только у нас нет стерильных… Ничего стерильного, чем мы могли бы её накрыть. -Можно просто одеялом, — пожал плечами Говорун. — Артефакт не даст начаться воспалению… Короче, накройте, чем сможете и не волнуйтесь. Сейчас я за артефактом сбегаю. Через полчаса Говорун сидел в кресле и его обхаживали Шпилька и Калька. Они о чём-то тихо переговаривались и тихо смеялись. Настя лежала на кровати и страдала от ревности. Она внушала себе, что Говорун не её собственность, что ревновать не стоит, что Говорун ничего ей не обещал, что она всего лишь его ученица. Но как же ей хотелось вцепиться в волосы этим двум… нехорошим женщинам. Говорун тоже хорош. На неё практически не обращал внимания. Интересно, а где он пропадал? -Говорун! — тихо позвала Настя. Говорун встал и быстро подошёл к ней. -Всё в порядке? — деловито поинтересовался он. -Да, — ответила Настя. — Говорун, а где ты был? Почему тебя никто найти не мог? Судя по тому, как заинтересовались Шпилька и Калька, они тоже не знали. Заза навострила ушки. Дора лежала на кровати и читала, но судя по тому, как дрогнули её руки, держащие книгу, она тоже заинтересовалась. -Я прятался, — ответил Говорун. — Я больше трёх суток не спал. Мне надо было выспаться. Поэтому я спрятался, чтобы меня не могли найти и спал. -А почему ты мне ничего не сказал? — спросила Настя. — Я волновалась. -Извини, — пожал плечами Говорун, — но я не мог. Скажи ты кому об этом и меня искали бы по-другому. И вполне могли найти. Во сне я беззащитен, поэтому предпочитаю, чтобы меня никто не нашёл. -Так вот куда ты тогда пропал! — воскликнула Калька. — Я тебя тогда не спрашивала… -Вот и умница, — перебил её Говорун. — Не надо задавать лишних вопросов. -Ты мне не доверяешь? — удивилась и обиделась Настя. -Вот, Настя, учись. — Говорун указал на Кальку. — Она всё сама узнавала. Никаких неудобных вопросов не задавала. А ты? Эх ты… -Да ты столько всего рассказывал, — засмеялась Калька. — Какие вопросы? Я не успевала запоминать то, что ты говорил. -Вот! Хоть кто-то мою говорливость оценил. -Я твою говорливость тоже ценю, — сказала Настя, — но иногда она так не вовремя… Не вовремя… В общем, не вовремя. -Настя, с тобой всё в порядке? — обеспокоился Говорун. — Ты раньше мысль никогда не теряла. По крайней мере, в спокойной обстановке. -Ой, у меня что-то голова кружится! — воскликнула Настя. — И мысли путаются. Посиди со мной. Вдруг мне станет хуже. Можешь даже лечь рядом. Нет, лучше сядь и помоги мне сесть. Настя понимала, что ведёт себя плохо, но ничего не смогла с собой поделать. Она сходила с ума, думая о том, что Говорун оставит её и пойдёт веселиться с Калькой и Шпилькой. Чтобы этого не произошло, Настя притворилась жутко больной. Попросила, чтобы Говорун её посадил. Потом, чтобы положил, потому, что ей стало хуже. Когда приготовили ужин, или поздний обед, Настя сделала вид, что не может удержать ложку и потребовала, чтобы Говорун её покормил. Хоть ей очень хотелось есть, но она ела не спеша, капризничала, гоняла Говоруна за солью и галетами. Возможно, ей стало бы лучше, но рядом постоянно крутились две девицы, поэтому Настя всё больше капризничала. После еды Настя увлеклась. Она забыла, что Говорун прекрасно читает людей. Её ревность не была для него секретом. Он терпел её капризы до определённого предела. Когда Настя погнала его за каким-то пустяком в третий раз, он сказал, что для стимуляции выработки крови ей нужен массаж. Перевернул её на живот, стянул пижамные штаны и отшлёпал по попе. Не сильно, но унизительно. Все посмеялись, а Настя чуть не сгорела от стыда. Она завернулась в одеяло и никого не хотела видеть. Слышала, как Говорун, с двумя своими… Вернулся в кресло, и они там вновь о чём-то заговорили. Довольно долго Настя лежала одна. Она бы уснула, но ревность, злость и обида не давали уснуть. А потом к ней на кровать сел Говорун. Настя была обижена на него, поэтому только дёргала плечом, когда он пытался её тормошить. Он понял, что просто так она его не простит. Склонился к её уху и начал просить прощения. Пригрозил, что если она его не простит, он уйдёт спать к Кальке, или Шпильке. Настя повернулась к нему и сказала, что прощает. И только чтобы он не думал, что это из-за его угрозы. Она его прощает только из-за того, что у неё такой отходчивый характер. Говорун с этим согласился. Пристроился рядом на узкой кровати и попросил Настю рассказать, как она провела сегодняшний день. Настя вспомнила и расплакалась. Она ничего не могла с собой поделать. Вспоминая нападение мутантов, тела погибших, аномалии и ловушки, Настя не могла сдержать слёз. Она тихо рассказывала Говоруну, как она доставала артефакты, как шла через аномалии, как убивала мутантов, а слёзы текли из глаз и почему-то Настя не могла их остановить. Говорун не мешал ей выговариваться, не перебивал. Он держал её в объятиях, чуть сжимая их, когда Настя начинала говорить эмоциональнее и повышать голос. Это Настю успокаивало, и она вновь рассказывала о событиях этого дня. Наконец Настя выговорилась, перестала плакать. Они с Говоруном полежали, ничего не говоря и думая каждый о своём. Настя была благодарна Говоруну за его молчаливую поддержку, но думала, что он мог бы что-нибудь сказать в ответ на её слова. Он как будто прочитал её мысли. Вот только говорить начал о своём, а не о том, о чём говорила она. -Настя, не ревнуй меня. Это глупо. Я только Кальку здесь знаю, а с остальными почти незнаком. И кстати, между нами ничего не было. Мы с ней переспали всего один раз. Но тогда я со всеми здесь спал. Без удовольствия. Как по обязанности. Понимаешь? Настя неуверенно кивнула. -Пока не понимаешь, — вздохнул Говорун. — Пойми, я ко всем здесь отношусь, как к друзьям. Как тебе объяснить?.. -Не надо, я поняла, — сказала Настя, стараясь, чтобы даже в мыслях эта ложь звучала убедительно. — Я не буду ревновать. Только… Нет… Ничего. -Тогда ты не против, если девочки к нам присоединятся? Девчата, давайте к нам! Настя разрешила! Первыми подошли Калька и Шпилька. За ними подошла Заза. Негру привела Надя, но сама не осталась. Дора похмыкала с сомнением, и подходить не стала. Ведьма присоединилась, но почти сразу ушла в компанию к Доре и пришедшей в сознание НЗ. Грата принесла пакет с вином и одноразовые стаканчики. Вина всем досталось по небольшому стаканчику, но Грата принесла бутылку водки и сказала, что кто хочет, тот может продолжить. Все выпили вино. Сдвинули вместе несколько кроватей и устроили небольшой девичник. Кора попыталась прекратить безобразие, но её обругали и прогнали. Она попыталась выдворить Говоруна на улицу, но ей этого тоже не позволили. Кора попыталась привлечь Настю на свою сторону, прямо сказав ей, что сегодня ночью Говоруна придётся делить на всех. Настя чуть не умерла от ревности, но она обещала не ревновать, поэтому сделала вид, что слова Коры её не задевают. Водку пили только Заза и Говорун. Говорун не пьянел, а Заза довольно быстро напилась, и Говорун отнёс её на кровать. Она попыталась соблазнить его, но он не соблазнился и, накрыв её одеялом, оставил, и вернулся в их компанию. Вот теперь Настя поняла, что значит, когда мужчина дружит с женщиной. Говорун вел себя даже не как джентльмен, а как ещё одна подружка на девичнике. Он совершенно преобразился. Вёл себя совсем как женщина. Жесты стали более плавными, речь манерной. Настя даже вспомнила, что про них с Серым ходили слухи, и засомневалась, действительно ли эти слухи неверны. В присутствии Говоруна, обсуждать мужиков не стали. Сначала утешали Негру, потом переключились на события этого дня. Говорун не принимал участия в обсуждении, но всегда, в конце, выдавал своё мнение, которое никто не смел оспорить. Не потому, что боялись Говоруна, а потому, что его мнение было на сто процентов верным. Например, он рассказал, почему приносят жертву Маме-Зоне и осудил тех, кто так делает. Оказалось, что традиция возникла от того, что потерявшие человека в первые минуты выхода, потом вели себя сдержаннее, напрасно не рисковали, внимательнее следили за обстановкой. Следовательно, чаще возвращались. Потом кто-то заметил закономерность, и это стало традицией. Вперёд пускали неумеху и он попадался. Говорун цинично осуждал не то, что человека отправляют на смерть, а то, что его смерть становится бесполезной. Успокоившись принесением жертвы, люди совершают глупые ошибки, следовательно, смерть жертвы становится напрасной. Он объяснил, как убивать камни на ножках так, чтобы не тратить гранаты. Оказалось, что у них есть слабое место в панцире. Автомат вполне способен пробить дырку, если выстрелить очередью. Пистолетом тоже можно попытаться, но сложно и требуется много патронов. Объяснил, как подходить к этим мутантам и как их бить, чтобы они перевернулись и подставили менее защищённое брюхо. Рассказал женщинам то, что Настя уже знала. Как убивать снорков даже из пистолета. Вежливо выслушал другие версии и быстро их раскритиковал, ссылаясь на анатомию мутантов и баллистические характеристики разного оружия. Настя это не очень поняла, но остальные, даже если не понимали, слушали очень внимательно. Потом разговор перетёк на добычу. Оказалось, что собрали они не так уж и много. Всей добычи, меньше чем на полмиллиона. Настя удивилась, ведь полмиллиона — та сумма, которую она подарила женщинам ранее. Чем сейчас она их не устраивает? На Настю посмотрели как на больную, и разъяснили, что тогда это было полмиллиона евро, а теперь рублей. Настя чуть в обморок не упала, когда услышала, какие деньги она отдала. Спросила Говоруна, почему он не объяснил ей стоимость артефактов? Говорун начал длинно рассказывать какую-то свою теорию, которую Настя свела к одной фразе: «Не зная цены артефакта, можешь набрать огромное количество и не обидеть жадностью Маму-Зону». Все поспорили, так ли это, но логика Говоруна пересилила и все с ним согласились. Тем более, что теперь Говорун, согласно собственной теории, не мог потребовать артефакты назад, дабы не показать себя жадным. Настя захотела узнать цены в Зоне. Что и сколько стоит? Говорун уточнил, что важно ещё и где. У Сидоровича, на окраине Зоны, цены выше примерно в десять раз, чем за пределами Зоны. Здесь в двадцать. На базе Долга в пятнадцать. Всё приблизительно, потому, что цена зависит от многих факторов. -Настя, помнишь, когда мы только познакомились, ты пила минералку? — напомнил Говорун. — И очень удивилась, узнав её цену. Тебе казалось, что нет ничего проще минералки, поэтому ты её заказала. На самом деле, минералка здесь очень дорогой напиток. Никто не будет везти воду в Зону. Возьмут сок, пиво, лимонад, а минералку не повезут. То, что тебе принесли, держат для особых случаев. Например, кто-то хочет провести переговоры и, чтобы произвести впечатление, выставляет на стол не простую воду, а минералку в бутылках. Понимаешь? Соответственно и стоит такая бутылочка дофига. -Подожди, — прервала его Настя, — но мне Вадим посоветовал заказать минералку. -А это, — усмехнулся Говорун. Все вокруг тоже улыбнулись. — Видишь ли… Как тебе объяснить? Новичка в Зоне сразу стараются обобрать. Он с деньгами приехал, надо его денег лишить. Сделать зависимым. Он заказывает… Ты видела меню у Сидоровича? Видела, что там, рядом с названиями блюд, цена не указана? Это потому, что цены для всех разные. С новичка возьмут одну цену, с меня другую. Ну и к тому же, старожилам даже в голову не придёт заказать минералку. Лучше уж чай или кофе. Они намного дешевле. Почему? Проще привезти. -Но Вадим уже не был новичком… — заметила Настя. -А ему всё равно никто не объяснил политику цен, — подхватил Говорун. — Это даёт тебе представление о том, как его уважали. Новичка обирают вначале, а потом начинают уважать и не разводят. Вадим платил постоянно полную цену. Ему никто не сказал, как можно сэкономить. Все заговорили, вспоминая, как и кого обобрали первый раз. Настя поняла, что двадцать две тысячи её заначки она могла бы потратить за один ужин. Слушая сейчас рассказы женщин о схемах, которыми обманывали новичков, она начала осознавать, от чего её спас Говорун, взяв под свою защиту. Чтобы выразить ему свою благодарность, Настя сильнее прижалась к нему и потёрлась щекой о его плечо. Говорун глянул искоса, но ничего не сказал. Зато сказали женщины. После того, как их посиделки закончились и все начали укладываться спать, Настя выскочила в туалет. Там её и зажали Ведьма и Грата. -Настя, — проникновенно начала Грата, — ты понимаешь, что нам тоже мужика хочется? Настя осторожно кивнула. -Тогда какого?! — грубо начала Ведьма, но Грата её прервала жестом. -Настя, — всё также спокойно обратилась она, — тогда объясни, пожалуйста, чего ты так к Говоруну липнешь? Ты с ним потом покувыркаться можешь. Сейчас мы хотим. -Чего вы хотите? — грубовато спросила Настя, уже догадываясь об ответе. -Мужика мы хотим, — сказала Ведьма. — Нам обидно, что Говорун весь тебе достанется. Ты с ним спать будешь, а нам завидовать? Давай так, ты с ним спишь первая, а потом уже мы. По очереди. -Давайте так, — предложила Настя. — Я с ним не сплю, и вы с ним не спите. Впрочем, я не буду ревновать, если он с кем-нибудь из вас переспит. Я с ним сегодня спать не собираюсь. -А чего тогда всё время к нему прижималась? — спросила Грата. -Просто так, — ответила Настя и попробовала выбраться из угла, куда её зажали. Ей не позволили. У женщин ещё были к ней вопросы, но они ещё не успели их сформулировать. Грата прижала Настю к стене и задумалась. Неизвестно чем бы это кончилось, но в туалет заглянул Говорун. Он ехидно улыбнулся и поинтересовался наличием его ученицы и возможностью её забрать. Женщины обругали Говоруна за то, что лезет к ним в туалет, но Настю выпустили. Настя быстро переместилась за спину Говоруна, под его защиту. Хотела ещё показать женщинам язык, но не стала, хотя очень хотелось. Дверь в туалет закрылась, и Настя с Говоруном остались в тёмном помещении. -Ты хоть на горшок сесть успела? — поинтересовался Говорун. -Ты знал?! — утвердительно спросила Настя. -Конечно, знал, — пожал плечами Говорун. — Когда ты вышла и все перемигнулись, а потом за тобой пошли… Тут даже ты бы догадалась. -Ну, знаешь ли!.. — возмутилась Настя. -Знаю. Ты наивная и взглядов, перемигиваний, жестов не замечаешь. Как ты до своего возраста дожила? Я думал, ты в Зоне жить не умеешь, а ты и в социуме не ориентируешься. -Всё я умею, — возразила Настя, чтобы хоть что-то возразить. -Не умеешь, — отмахнулся Говорун. — Буду тебя учить, но не сейчас. А вообще, сама научишься. Ты ж не совсем… ку-ку. Что посоветуешь делать в данной ситуации? Меня все к тебе ревнуют. Требуют поделиться. Какие будут предложения? -И всё-то ты знаешь! — съехидничала Настя. — Только вот зачем-то у меня совета требуешь. Всё равно, сделаешь, как сам решишь. -Вдруг ты посоветуешь что-то лучшее, чем моё решение… -Мы очень извиняемся, — пробормотала Ведьма, выходя из туалета. — У вас тут свои разборки, но нам холодно в туалете ждать. Мы пройдём тихонько… -Так, всё!!! — рыкнула Настя. — Говорун, ты можешь идти туда… куда хочешь. Ты же не хочешь, чтобы мы из-за тебя передрались? Значит, не будешь ночевать здесь. Если вы меня прогоните, — обратилась Настя к Ведьме и Грате, — то я к мутантам уйду ночевать… -Настя, успокойся, — тихо смеясь, приказал Говорун. — Никто тебя не прогонит, а я, пожалуй, действительно уйду. -Говорун, ты что? — возмутилась Ведьма. — Куда ты пойдёшь? Оставайся. Мы просто с Настей хотели поговорить, чтобы она сегодня тебя не привечала. Ну, или чтобы ты всем достался. -А меня спросить вы не подумали? — возмутился Говорун. Ведьма ничего не ответила, но посмотрела так, что сразу стало понятно, в данной ситуации мнение Говоруна ничего не значит. Не заинтересуется — соблазнят, не захочет — заставят. Настя поняла, что теперь единственное, что спасёт Говоруна — это она. -Значит так, — веско сказала она. — Говорун не будет спать ни с кем. Ни со мной, ни с кем ещё. Понятно? Если нет, то я Кору попрошу, чтобы разъяснила. Настя правильно угадала. Вскинувшаяся, чтобы возразить на её слова Ведьма, услышав о Коре, сникла и не стала возражать. Настя сама не знала, как догадалась, что Кору вполне можно привлечь себе в союзники. Это было озарение. Только благодаря этому ей не пришлось ругаться и что-то доказывать Ведьме. -А вообще, — продолжила Настя, — мне всё равно. Мне надоело со всеми ругаться, от каждого ждать удара в спину. Надоело, что каждый от меня что-то требует, как будто, я всем должна. Надоело доказывать, что это не так. Делайте, что хотите. Я спать пойду. Настя развернулась и пошла в основное помещение. Там, не обращая ни на кого внимания, легла на свою кровать и накрылась одеялом с головой. Хотелось плакать. Хотелось, чтобы кто-нибудь утешил, и никого не хотелось видеть. Хотелось остаться одной, и чтобы кто-нибудь был рядом. Когда Настя почувствовала руку на своём плече, она дёрнулась, сбрасывая эту руку. Рука была настойчивой и цепкой. Сбросить не получилось. Настя повернулась, чтобы рявкнуть и обругать ту, которая её беспокоит, но увидела перед собой Говоруна и смолчала. Говорун быстро скинул с себя одежду, оставшись в одних трусах, и полез к Насте под одеяло. Пока она, онемев от такой наглости, думала, с каким скандалом его прогонит, он устроился на кровати, обнял её, прижал к себе… Настя поняла, что ей хотелось именно этого. Чувствовать защищённость в его объятиях. Знать, что из всех, он выбрал только её. Мечтать о том, что она для него единственная, а все остальные не важны. Да что там мечтать? Знать это. Если не вспоминать прошлое и не думать о будущем, здесь и сейчас, он с ней, а она с ним. Все остальные не существуют. Только они и только вместе. Настя поудобнее устроилась рядом с Говоруном и расслабилась в его объятиях. Вымотавшись за день, не заметила, как уснула. Проснулась Настя от грохота. Глухой удар и что-то с грохотом упало. Поднялась, ошарашено озираясь. Грохот не повторился. Все вели себя спокойно, на грохот не обратили внимания. Настя успокоилась и снова легла. Чуда не случилось. Говоруна рядом не было. Судя по тому, что его запах уже выветрился с простыни и подушки, ушёл он уже давно. Насте стало обидно. Пока она спала, кто знает, чем он, и с кем, занимался? Настя почувствовала себя обманутой. Удары возобновились. Грохота больше не было, но мерные удары в стену стали слышны отчётливее. Настя поднялась и недоумённо осмотрелась. Все вели себя спокойно. Занимались кто чем. Шпилька заметила, что Настя недоумённо осматривается, и подошла к её кровати. Уселась на край. -Это Говорун, — пояснила она, указывая на стенку, за которой слышались удары. — Он нам бойлер принёс и устанавливает. Мы теперь… У нас теперь горячая вода будет! Можно будет мыться каждый день! Представляешь?! -Представляю, — проворчала Настя. — А что там за грохот? -Говорун стенку пробивает, чтобы трубы проложить. Он до последнего тянул. Не хотел тебя будить. Но теперь дальше никак. Тебе завтрак подогреть? Ты вставать будешь? -Буду, — кивнула Настя. — А умыться можно? Или пока он не закончит — никак не получится? -На кухне можно, — сказала Шпилька. — Давай, вставай и умывайся, а я тебе поесть сделаю. За завтраком вокруг Насти суетились Шпилька, Заза, Надя и Грата. Приносили, уносили, чуть ложку в рот не несли. Настя догадалась, что это из-за Говоруна. Он столько для женщин сделал, что они были ему невероятно благодарны. Часть этой благодарности излилась и на Настю, как женщину Говоруна. Насте не столько была приятна забота, сколько то, что женщины признали, что Говорун принадлежит ей. Равно, как и она ему. Но после завтрака она, разговаривая с Калькой, узнала совершенно невероятное. Оказалось, что за ней так ухаживают потому, что невероятно благодарны именно ей. Почему-то женщины решили, что именно она принесла им удачу. Настя начала выспрашивать подробности, но объяснения, на её взгляд, были какими-то надуманными. Что с того, что она подарила им кучу артефактов? Она просто не знала их стоимости. Что с того, что она отговорила их идти вместе с отрядом Копыля? Калька тоже не хотела идти по пройденному пути. А уж то, что Говорун принёс им водонагреватель и устанавливает его, это уж точно не её заслуга. Так что не стоит так уж верить в её удачу и делать из неё какой-то талисман. Она себя удачливой не считает. Настю тут же стали уверять в обратном. Под количеством неопровержимых аргументов она вынуждена была согласиться. Ей вообще очень везло. К бандитам она не попала — это раз. Говоруна встретила — это два. Он стал её учить — это три. Военные в её судьбе большое участие приняли — это четыре. Вспомнили ещё про пять, шесть и так далее, но уже не столь важное. -Если ей так дальше везти будет, то она, возможно, из Зоны выход найдёт, — пошутила Калька. Все грустно посмеялись и стали вспоминать таких же везунчиков, как Настя, и спорить, были ли они более везучими. Вспоминали о тех, кто по слухам всё-таки выбрался из Зоны и теперь живёт где-то там. Спорили, правда эти слухи, или вымысел? За разговорами время пролетело незаметно. Говорун вдруг вошёл в помещение и громко объявил, что всё закончил и как мастер будет сейчас первым пробовать изделие. Желающие помыться пусть занимают очередь за ним. Все обрадовано засуетились. Говоруну дали полотенце и пожелали лёгкого пара. Говорун ушёл снимать пробу, а женщины стали спорить о порядке очерёдности. Настя в споре не принимала участия. Ей было всё равно, когда мыться, первой или последней. Её больше занимало то, что у неё нет шампуня, хорошего полотенца, других предметов и средств по уходу за телом. Если все женщины будут мыться разом, то выделят ли они что-нибудь из имеющегося у них для неё? Её раздумья прервала Заза. -Думаешь о том, что Говорун без тебя тут останется, пока намываться будешь? Это — да. Как быстро ты не мойся, а уведут его у тебя. -Я же сказала, что ревновать не буду, — сказала Настя. — И не старайся. Не уведёшь ты его. -Это почему это?! — возмутилась Заза. — Да я прям счас пойду и уведу! Что, не веришь? Ну, смотри. Заза подхватила полотенце и вышла. Прежде чем дверь закрылась, слышно было, как открылась дверь ванной. Все посмотрели на Настю. -Я не ревную, — соврала она. — Если кто-то ещё хочет… Я не могу за Говоруна решать. И не могу претендовать на него. Я понимаю. Вам надо… Последние слова Настя говорила сквозь слёзы. Не сдержалась. Она думала о том, что если Говорун соблазнится Зазой, то это всё равно будет предательство, хоть их отношения далеки от отношений влюблённых. Калька и Шпилька присели рядом с ней и стали утешать. Говорили ей, что Заза — она и есть Заза. Что Говорун и не посмотрит на неё. А даже если посмотрит, даже соблазнится, то что с того? Всё равно он потом останется с Настей. Зазу никто долго терпеть не может. Настя всё это понимала, но ревность и обида не проходили. Слёзы полились сильнее. Настя рыдала на плече у Кальки, а Шпилька, утешая, гладила её по спине. Женщины окружили её. Каждая пыталась утешить. Кто-то предложил сходить и прервать свидание Зазы и Говоруна. Надя посоветовала оставить Настю и Говоруна одних до вечера, чтобы они помирились. Дора предложила набить Зазе морду. Ведьма предложила подержать Говоруна, пока его будет бить Настя. Утешения и предложения прервала открывающаяся дверь. В помещение вошла Заза. Видно было, что она раздражена, и похоже, что в бешенстве, только сдерживается. Увидев обращённые на неё недобрые взгляды, она остановилась посреди комнаты. -Что?! — раздражённо спросила она. — Не надо на меня так смотреть. Ничего не было. -Не было? — уточнила Грата. -Не было, не было! — отмахнулась Заза. -А почему? — спросила Ведьма. -Я передумала, — беспечно ответила Заза. -Мне кажется, что ты врёшь, — с угрозой сказала Дора. Настя начала догадываться, что случилось. -В чём я вру? В том, что ничего не было? -Нет, — сказала Ведьма. — Ты врёшь, что передумала. Говорун сам тебя отшил. -Да не отшил он меня! — возмутилась Заза. — Не встал у него! Он теперь импотент! Так что, все могут к нему по очереди идти. Хентая не будет. -Настя, это правда? — с ужасом спросила Калька. — Говорун теперь совсем… Он больше не мужчина? Настя совсем забыла про эту особенность Говоруна. Получалось, что ревновала она его зря. Вернее, не зря, а… Впрочем — это не важно. Главное то, что теперь за все свои муки Настя может отомстить Говоруну, объявив его импотентом. Мысль промелькнула и ушла. Настя знала, что ни в коем случае не сделает этого. Она ещё секунду подумала, а потом рассмеялась. -Нет, — смеясь ответила она Кальке, — Говорун не импотент. Он просто себя очень хорошо контролирует. -Да как бы мужик себя не контролировал, — возмутилась Заза, — а всё равно у него бы встал! -А вот на тебя не поднялся, — сказала Грата. — Говорун тебя хорошо знает. Ты его тогда так достала… -При чём тут это?! — закричала Заза. — Я ему… Вошёл Говорун. Штаны на нём были мокрыми. Похоже, что он надел их не вытираясь. С волос он стряхивал капли воды. Капли разбрызгивались вокруг и впитывались в полотенце, висящее у него на плечах. -О чём кричим? — спросил он. -Мы спорим… — начала Калька и поправилась… — Заза говорит, что ты больше не мужчина, а Настя говорит, что с тобой всё в порядке. -Со мной всё в порядке, — пожав плечами, подтвердил Говорун. -Да не верьте вы ему! — снова закричала Заза. — Врёт он всё! И она врёт! -Делать мне больше нечего, — фыркнула Настя. -А вы проверьте, — вдруг предложила Заза. — Пусть он покажет. Прямо здесь. -Я те что, клоун! — недобро рыкнул Говорун. — Я тебя предупреждал. Говорил, что будешь стервой, со мной у тебя ничего не получится. Чего ты теперь выступаешь? -А того! Ты теперь не мужик! Эта… Она тебя покрывает! -Так! — недобро прорычал Говорун. — Хватит!!! Калька, иди за мной! Они вышли. В молчании прошло минуты три. Говорун и Калька вернулись. Калька была довольная, раскрасневшаяся. Настя чуть не умерла от ревности. Она поняла, что Говорун ей вполне мог соврать, а на самом деле с ним всё в порядке. Вот только, зачем он врал, Настя не понимала. -Всё с Говоруном в порядке, — сказала всем Калька. — Он вполне… -Ты его тоже покрываешь! — крикнула Заза. -Вот уж фиг, — ответила Калька. — Это на тебя у мужиков уже не поднимается, а… -Ах ты!.. Заза бросилась на Кальку, но Говорун плавно скользнул вперёд, отвёл руки Зазы, которыми она тянулась к Кальке, а потом с размаху залепил ей пощёчину. Заза на секунду замерла, потом отшатнулась, а потом бросилась на Говоруна. Говорун не стал с ней долго возиться. Он уклонился и двумя ударами уложил Зазу на пол. Пожал плечами и пошёл к выделенной ему койке, на которой лежали его вещи. Заза хватала ртом воздух и не могла встать. Она упиралась ногами, но при большем усилии ноги разъезжались в стороны, и Заза утыкалась носом в пол. Руки её тоже не держали. Настя испугалась, что Говорун совсем Зазе что-то внутри сломал, и она вот-вот умрёт, но судя по реакции остальных, ничего особо страшного не произошло. К Зазе подошли, помогли подняться, а потом Надя что-то сделала и Заза задышала ровно. Через несколько секунд откашлялась и стала дышать нормально. Надя повела её в ванную, чтобы она умылась. Из носа несильно текла кровь. Через секунду о происшествии забыли. Женщины заговорили, заспорили, кто первой пойдёт мыться? На Говоруна больше не обращали внимания, как будто он перестал существовать. Никто ни пол слова не сказал о произошедшем. Настя чего-то не понимала. Ей очень хотелось понять, что вообще произошло? Получить ответы можно было у Говоруна, но Настя была уверена, что при таком количестве народа, он ни на один вопрос не ответит. Или ответит так, что его и не поймёшь. Настя несколько секунд думала о том, как остаться с Говоруном наедине. Придумала, и мысленно похвалила себя за это. -Говорун, я хочу сходить покормить мутантов. Ты не мог бы сходить со мной? -Пойдём, — сказал Говорун, встал и начал быстро одеваться, как для дальнего перехода. Настя тоже натянула на себя уже выстиранную сетку. Закончила одеваться позже Говоруна, но не намного. Забирать консервы у женщин не стали. Говорун сказал, что вполне можно взять специальную еду для мутантов на складе Свободы. На склад Настя зашла одна. Когда она сказала, что хочет покормить мутантов, на неё посмотрели, как на сумасшедшую. Судя по лицам, уже готовились прогнать, но увидели Говоруна и без вопросов и высказываний выдали коробку с консервированным собачьим кормом. Коробку забрал Говорун и они пошли к логову мутантов. -Ну, и зачем ты хотела остаться со мной наедине? — спросил Говорун, когда коробка была пуста, а Настя вдоволь набегалась и наигралась со щенками. -Зачем? — не поняла Настя. — А!.. Я тебе вопросы хотела задать. -Только я не помню какие, — покаялась Настя. — Сейчас вспомню и спрошу. Она несколько секунд вспоминала. Вспомнила главный вопрос и смутилась. -На этот вопрос я отвечать не буду, — сказал Говорун. -Откуда ты знаешь, что я хотела спросить?! — возмутилась Настя. -Ты хотела спросить, не притворяюсь ли я импотентом? И зачем мне это надо? Я не буду отвечать. -Нет, я хотела спросить не об этом. Вот о чём твои мысли… Нет. Я хотела спросить… Я не хотела выглядеть глупо, поэтому и хотела остаться с тобой одна. В смысле, наедине. -Настя! Просто, спроси. -Да! Объясни мне, что там произошло. В смысле, зачем ты избил Зазу? Почему на это так спокойно отреагировали? Ну, и ещё у меня, наверное, появятся вопросы. Ответь на них, пожалуйста. -Даже не знаю, как объяснить, — засомневался Говорун. — Понимаешь Настя, так, как я бил Зазу, так женщин не бьют. -Женщин вообще не бьют, — сказала на это Настя, — так что, не понимаю. -Женщин бьют, — возразил Говорун, — но не так. Женщинам не наносят увечий. Не заставляют… Цель избиения женщины — сделать так, чтобы она досталась мужчине. В слезах и соплях, но целая и невредимая. Чтобы она потом могла с ним спариться и родить от него детей. Если мужчина начинает женщину избивать так, что она может стать калекой… Нет, не так. Понимаешь, Заза заигралась. Жестоко избив её, я показал, что играть не намерен. Если она не угомонится, я могу её убить. Женщины поняли это и не стали меня провоцировать. Сделали вид, как будто ничего не случилось. Поняла? -Нет, — покачала головой Настя, — не поняла. Я не понимаю, откуда ты набрался такой ерунды. Про женщин и про то, что их можно бить… -Настя! Когда мужчина один, а вокруг много баб, у которых не только язык, когти и визг, но ещё и оружие есть, он должен наводить порядок жёстко, жестоко. Если бы женщины заметили, хоть малейший признак моей слабости, меня ждал бы скандал с неизвестными последствиями. Женщины не прощают мужчинам слабости. Мне бы позже пришлось бить не только Зазу, но и остальных, доказывая, что я мужчина, я сильнее и я главный. Кстати, сама подумай, почему ты не высказала мне, что женщин бить нельзя, сразу после того, как Зазу отвели умываться? Ведь хотела. Я это видел. -Ну, ты был такой… — Настя не смогла объяснить. -Какой? — ехидно поинтересовался Говорун. — Может быть — страшный. -Ты иногда бываешь страшным. Не в том смысле… Просто к тебе подходить не хочется. -Верно, — кивнул Говорун. — Когда мужчина не в настроении, то женщина инстинктивно старается держаться от него подальше. Чтобы не прилетело. В современном обществе женщины немного потеряли границы и нарушают это правило. Есть милиция, есть общественное порицание. Мораль, в конце концов. А здесь этого нет. Здесь первобытное общество. Никто не осудит мужчину, если он избил и изнасиловал женщину. Он сильнее — значит прав. Заза немного потеряла границы. Решила, раз я добрый, то можно меня провоцировать. Если бы я стерпел, то потом меня бы все женщины гоняли. Я им поставил бойлер, баню организовал. Всё бесплатно. Проигнорировал то, что ты подарила артефакты. Стерпи я ещё и выходки Зазы, я бы расписался в собственной слабости. А так… Теперь понимаешь? -Не знаю, — призналась Настя. — Говорун, по мне, так это всё полная чушь. Ты своё поведение оправдываешь какой-то философией. Признайся, что тебе просто нравится бить женщин, запугивать и унижать. -Совсем не нравится, — отмахнулся Говорун. — Для примера. Что было бы с тобой, если бы я тебя не запугал и не заставил себя беспрекословно слушаться? -Ты меня не запугивал. Вернее, запугивал, но не запугал. И слушалась я тебя не поэтому. -М-да-м… Неудачный пример. Но, тем не менее, мысль мою ты поняла. -Не совсем. Как можно бить женщин на примере Зазы — я поняла. Это один пример. А как можно бить женщин по-другому? И чем это отличается от этого? Говорун встал. Они с Настей сидели на крыльце разрушенного дома, в котором было логово мутантов, и когда Говорун встал, да ещё и на ступеньку выше, он показался Насте настоящим великаном. Его лицо стало пугающе отрешённым. Он склонился над Настей, схватил её за куртку и рывком поднял. -Не надо на мне показывать… — попыталась высвободиться Настя. -Заткнись! — тихим рыком приказал Говорун. Он тряхнул Настю. Волоком, всё также держа одной рукой за куртку, затащил внутрь логова. Там с силой приложил к одной из оставшихся стен. Настя не понимала, что происходит. Ей стало страшно. Вдруг Говорун сошёл с ума. Она пыталась возмутиться его действиям. -Я сказал: «Заткнись»! — вновь рыкнул Говорун. Он вновь тряхнул Настю и с силой приложил к стенке. Настя попыталась сопротивляться. Говорун отбил все её попытки сопротивления, сбил с ног, поднял и вновь стукнул о стенку. Настя почувствовала его руку у себя между ног. Она возмутилась таким произволом. Попыталась его ударить, вырваться. Он зарычал и ударил её по рукам, потом по ногам, заставив болезненно охнуть. Настины ноги разъехались, и она повисла на руке, которая была у неё между ног. Стало больно. Настя зашипела. Говорун убрал руку, но не дал ей упасть. Тут же перехватил за талию и всем телом прижал к стене. Настя оказалась в его объятиях. Он схватил её за лицо и поднял его вверх, так, чтобы его губы оказались рядом с её губами. Настя попыталась отвернуться, но получила пощёчину. Ей было так обидно, что она не выдержала и заплакала. Тут же Говорун ослабил хватку, перестал с силой прижимать её к стене, рука на её лице стала мягкой, ласкающей. Осторожно, ласково Говорун заставил Настю повернуться к нему. Провёл по щеке рукой, стирая слёзы. Его губы были близко-близко. Настя вновь почувствовала, как его рука касается запретного, но у неё не было сил сопротивляться. Ей хотелось этого. Хотелось чтобы… Их губы слились. Настя почувствовала, что сейчас упадёт. И упала бы, ноги подкосились, но Говорун держал её крепко. Его поцелуй снова был жадным, ищущим, напористым. И в то же время, он был податлив, осторожен, чуток. Настя хотела обнять Говоруна. Сделать так, чтобы этот поцелуй не кончался, но руки отказывались служить и висели плетями. Она подалась вперёд, припадая к нему, задыхаясь, жадно хватала последние мгновения поцелуя. У Насти никогда ещё не было так. Она знала, что сделает ради Говоруна всё. Любой приказ, любой каприз. Она будет его верной рабыней. Всё только ради того, чтобы почувствовать ещё раз нечто такое, а может быть, что-то большее. Настя чувствовала, как колотится у неё сердце, не могла выровнять дыхание, во рту было сухо, а в горле стоял ком. Настя с трудом смогла что-то сказать. -Говорун, я… — произнесла она хрипло. Говорун отстранился. -Поняла теперь, как мужчина должен бить женщину? -Что? — не поняла Настя. Говорун сделал шаг назад. -Я тебя бил. Сильно бил. Домогался, хотел изнасиловать. Вроде ты меня за это ненавидеть должна, а ты вроде как не в претензии. -Подожди, — прервала его Настя. — Так это всё… это всё… Только, чтобы что-то мне показать? -Ну, да, — кивнул Говорун. — Ты спросила, а я показал. Ответил на твой вопрос. Чем сто раз объяснять, лучше один раз показать. -Ты-ы-ы!.. — выдохнула Настя. — Ты-ы-ы! Да ты… Да я тебя… Видеть тебя не хочу!!! Попробуй только меня ещё раз тронуть!!! Я тебя убью!!! Слышишь?! Убью!!! Настя вырвалась и выскочила из развалин дома. Говорун вышел за ней. Настя обернулась, чтобы сказать ему много нехороших слов, но увидела мутантов и сделала глупость. В оправдание себя она могла сказать, что очень злилась на Говоруна. Она указала на Говоруна пальцем и приказала мутантам: -Взять!!! Настя не ожидала такого, но вся стая рванулась вперёд и бросилась на Говоруна. Говорун мгновенно скрылся в развалинах. Стая погналась за ним. Псевдопсы миновали дверной проём и Настя перестала видеть что происходит. Однако слышала прекрасно. Рычание и взлаивание псевдопсов, гонящихся за Говоруном, вдруг сменилось визгом боли, а потом завизжал ещё один пёс и ещё. Настя бегом поднялась по крыльцу и заглянула в дверной проём. Она боялась увидеть, как Говоруна разорвут, или, как он сам рвёт мутантов на куски, но увидела совершенно другое. Говорун не убивал мутантов. Стая догнала его и окружила, а потом Говорун бросился на них. Для другого человека это было бы актом отчаяния, попыткой продать свою жизнь за жизнь одного из преследователей, но не для Говоруна. Он двигался небыстро, но не делал ни одного лишнего движения. Псы пытались схватить его, но не успевали. Вот на него бросились два мутанта. Говорун крутанулся, схватил одного и направил его прыжок на второго. Они столкнулись и покатились. Одновременно он ногой толкнул ещё одного мутанта, сбивая ему попытку прыгнуть на него. Следующим движением он захватил ещё одного пса и кинул на стоящего рядом. Он как будто бы знал, что мутанты предпримут в следующее мгновение, и сбивал своими действиями все их планы. После нескольких атак, мутанты поняли, что им не справиться с Говоруном и, окружив его, стали обороняться, не давая уйти, но и не нападая. Говорун же, то и дело хватал какого-нибудь пса за шкирку и кидал в сторону. Псы, падая, визжали от боли, вставали на лапы, но больше желания нападать не выказывали, стояли в стороне и в окружение не возвращались. Наконец, Говорун схватил самого большого пса, видимо вожака, и, подняв, приблизил к своему лицу. Остальная стая сразу разорвала круг и отошла. Говорун и пёс, оба, были оскалены и рычали друг на друга. Говорун поставил пса на землю и начал давить на него своим весом. Веса не хватало, вожак твёрдо стоял на лапах. Говорун ударил его. Они сошлись в драке. Несколько секунд возились на остатках пола, а потом вновь замерли в той же позе. Настя повернулась и пошла прочь. В том, что Говорун победит, она не сомневалась. Настя пока шла, обдумывала то, что случилось. Говорун конечно был… не мужчиной, так сказать… Но это не давало ему право так поступать с Настей. То, что он сделал, нельзя прощать. Вернее можно, но только если он очень сильно попросит прощения. Такого от Говоруна не дождёшься, поэтому их отношения закончатся сегодня. Надо будет поговорить с Корой и устраиваться здесь. Женщины вполне могут взять её к себе в команду. Правда, есть вопросы по их жизни здесь, но со временем их вполне можно решить. С Говоруном у неё всё кончено. Настя остановилась и задумалась. Если бы какой-то мужчина напал на неё так, как напал Говорун и захотел изнасиловать, то она бы ненавидела этого мужчину. Говоруна она ненавидела за то, что он её не изнасиловал. Получалось, что она хотела его. Хотела, чтобы он… Настя помотала головой. Она вспомнила, что он с ней делал, и ей стало жарко. Она почувствовала, как тянет у неё внизу живота. Она вспомнила, как потом он её целовал. С Костей у неё никогда такого не было. Потом она вспомнила, чем всё закончилось, и зло оскалилась. Говоруна она не простит. Никто особенно не обратил на Настю внимания, когда она зашла в помещение. Когда она начала собирать вещи Говоруна кто-то из женщин, возможно, удивился, но никто не счёл нужным как-то на это реагировать. Настя услышала чей-то удивлённый возглас, когда понесла вещи на улицу. Выкинув вещи, она вернулась и оказалась в фокусе внимания. На неё смотрели все. -Что случилось? — спросила Кора. -Можно я с вами останусь? — спросила Настя. — Я больше не хочу быть с Говоруном. -Что случилось? — повторила вопрос Кора. — Что он сделал? -Да он… Импотент! Скотина! Сволочь! Ничего он не сделал!!! -И что же он не сделал? — усмехнувшись, спросила Заза. — Я же говорила, что он импотент. Зазря ты Калька его покрывала. Правда, она всегда наружу вылезет. -Точно! — подтвердила Настя. — Зря ты его покрывала! -Да что случилось то?! — чуть не хором спросили все у Насти. Настя не придумала ничего лучше, чем рассказать. Когда она закончила свой рассказ, несколько секунд длилась тишина, затем Калька и Шпилька переглянулись и почти хором выдали: -Вот козёл!!! Все остальные промолчали, но судя по лицам, были согласны с такой характеристикой Говоруна. Настю усадили за стол, налили чаю, дали галету, посоветовали не переживать и успокоиться. Кора сказала, что Настю без проблем можно принять к ним. Все с ней согласились. Начали обсуждать бытовые мелочи. Куда Настю разместить, как и какую ей заказывать одежду, насколько вырастет количество заказываемых продуктов. И ещё множество подобных мелочей, из которых складывается повседневная жизнь в Зоне. Настя не участвовала в обсуждении. Она ничего не могла посоветовать и сказать. Такой жизни она не знала. Ей всегда казалось, что жизнь в Зоне — это поход за артефактами, приключения, возвращение, а потом траты свалившихся на тебя денег. По рассказам в интернете получалось именно так. Там никто не задумывался о такой ерунде, как увеличение расхода воды с возрастанием количества проживающих на одного человека. Или, где брать дополнительное постельное бельё, и где его стирать, сушить, гладить? И кто всем этим будет заниматься? И тут Настя поняла, что ей оказали огромную честь. И не тем, что приняли, а тем, что приняли её сразу как равную. Говорун рассказывал, как принимают новичков в отряд. К новичку присматриваются все члены отряда. Потом все решают, будет ли он полезен в отряде. Если есть те, кто против, то вопрос снимается и про новичка забывают. Если же новичка приняли, то он становится самым младшим в отряде. Выполняет всякую неприятную работу, идёт первым на выходе, чистит оружие для других, стирает. Только со временем он становится равным в отряде. Здесь и сейчас никто не возразил против кандидатуры Насти. Все согласились, что она будет полезна. И никто не вспомнил, что она новичок и должна делать грязную работу. Наоборот, Кора и Надя спорили о том, что Наде прибавится работы и нужна будет помошница, но о Насте никто и не вспомнил, когда обсуждали, кто будет помогать. И вообще, Кора сказала, что им давно нужен ещё один лидер группы, а Настя для этого вполне подходит. И никто ей не возразил. Настю сразу признали лидером. Хлопнула наружная дверь, а через пару секунд в помещение ворвался Говорун. Выцепил взглядом Настю и рванулся к ней. Настя вскочила готовая к драке, но драться не пришлось. Рядом щёлкнул затвор, и Кора навела дуло на Говоруна. Настя не сомневалась, что Кора выстрелит. Говорун в этом тоже не сомневался, поэтому замер, не дойдя до Насти пару шагов. -Говорун, пошёл вон! — приказала Кора. -Она на меня мутантов натравила, — проворчал Говорун. -Ты её сильно обидел, — сказала Калька. — Она теперь с нами останется. Никакие претензии от тебя не принимаются. Уходи. -Ладно. Уйду. Говорун пожал плечами, развернулся и пошёл на выход. В дверях остановился, обернулся, посмотрел прямо на Настю. Несколько секунд раздумывал, но потом всё-таки решил сказать. -Ты к мутантам больше не ходи. Они на тебя очень злые. Они думали, что ты им слабую добычу подставляешь или поможешь меня завалить, а ты их очень неслабо кинула. Сказав это, Говорун развернулся и вышел. На этот раз окончательно. Все прислушивались к тому, как он выходил, а когда он вышел облегчённо выдохнули. Вновь возобновился спор о том, куда пристроить Настю, и как в связи с её появлением изменится распорядок их женского общежития. Спор прервала Настя. -Давайте не будем сейчас загадывать, — сказала она. — Я пока не гожусь в командиры. И если мне пока не получается подобрать дело, то я думаю, что со временем дело найдётся. В конце концов, я могу и Наде помочь первое время, а потом видно будет. Все с ней согласились. Женщины разошлись и занялись своими делами. У Насти дел не было. По крайней мере, она не могла придумать себе сейчас занятие. Голова не хотела думать, а руки опускались, когда Настя представляла, что ей надо будет работать. Лежать просто так тоже не хотелось. Настя вызвалась помочь Наде. До вечера работала под её руководством, готовя ужин и узнавая, где и что находится, чтобы потом делать всё без указки. Улёгшись спать, она так и не решилась обдумать то, что сегодня произошло. Голова была пустой, мысли и думы не мешались в ней не давая заснуть, поэтому Настя быстро уснула. Насте снилось, что она ползает перед Говоруном на коленях, кланяется ему и умоляет не бросать её. Кается в том, что сказала и сделала. Говорун отпихивает её и уходит. Настя на коленях ползёт за ним, хватает его за руку. Он вырывает руку из её хватки и вновь отпихивает её. Настя не отпихивается, как будто что-то держит её со спины, поэтому он пихает её всё сильнее и сильнее, а потом начинает трясти. -Настя! Настя, проснись! — кричала Кора, тряся её за плечо. -А?! Что?! — вскинулась Настя. -Тебе кошмар приснился. Ты плакала и стонала во сне. Я тебя разбудила. -Что же тебе такое снилось? — спросила Заза, которая тоже стояла у Настиной кровати. — Может быть, у тебя не кошмар был, а эротический сон? Тогда прости, что разбудили. -Нет, у меня был кошмар, — ответила Настя. -Ты нас не обманываешь? Дай-ка я проверю. Вдруг у тебя между ног мокро — значит обманываешь. Заза полезла к Насте под одеяло. Настя брезгливо отбросила её руку, а когда не помогло, пнула ногой. Заза рассмеялась, но попыток залезть под одеяло больше не делала. Настя с удивлением поняла, что у неё действительно мокро между ног. Она удивилась, но списала это на то, что вспотела. На всякий случай проверила рукой. Пальцы наткнулись на что-то странное. Настя вытащила руку и увидела кровь. Зашипев от досады, она вскочила и бросилась в душевую. Месячные начались как-то вдруг. Настя обычно просыпалась, чувствуя дискомфорт. На белье оставалось небольшое пятнышко, а потом Настя пользовалась прокладкой. Сейчас выделения были обильными, а самое главное, что Настя не почувствовала, когда они начались. Настя прикинула свой график и поняла, что они уже давно должны были начаться. Произошла задержка, а теперь кровотечение было сильным и не таким, как обычно. Настя испугалась. Из лекций по гинекологии она знала, что такое выкидыш. Знала, что при этом бывает. По симптомам у неё как раз было что-то похожее, но она ведь, ни с кем, ни разу. Если только Говорун не отключил её артефактом и не воспользовался, пока она была без сознания. Но тогда… Тогда… -Настя, с тобой всё в порядке? — сунулась в дверь Кора. -Кора, у вас есть врач? — вместо ответа спросила Настя. -Что с тобой? — обеспокоенно спросила Кора, войдя в душевую. -У меня была задержка, а теперь сильное кровотечение. Я не знаю, что делать. -Боли есть, — сразу стала деловитой Кора, — ты вчера ни обо что не ударялась? Подожди, сейчас я Надю позову. Она у нас доктор. Ты пока подмойся и на стиральную машину сядь. У нас тут гинекологических кресел нет, поэтому, как можем… Да… Ты не волнуйся. В Зоне это нормально. Здесь забеременеть почти невозможно. Каждая из нас через это проходила. Мы уже не раз детей сбрасывали. Настя, ты что?! Настя не слышала. Её повело, и она почти упала, но удержалась на ногах и только потом села на пол. Её просто убила фраза о том, что женщины несколько раз теряли детей и считают это нормальным. Обморок не продлился и нескольких секунд. Кора только и успела, что подбежать к ней и начать звать на помощь, а Настя уже пришла в себя. Она попробовала подняться, но почувствовала слабость и головокружение, поэтому осталась на полу. Тем более, что Кора настаивала на этом. -Да я в порядке, — сказала Настя. — Просто я представила, что была беременна, а теперь мой ребёнок умер… -Да какой там ребёнок?! — возмутилась Кора. — Нет там никакого ребёнка! Клеточный материал. Если бы ты с этим на аборт пришла, то тебе бы сказали прийти недели через три, не раньше. -Кора, замолчи, пожалуйста, — попросила Настя. — Я… Я… Настя расплакалась. Так их и застали сбежавшиеся женщины. Настя ревела в объятиях Коры, лёжа на полу в окровавленном белье. Кора утешала её, говоря что-то о детях. Всё было настолько непонятно, что все с любопытством собрались вокруг, желая разъяснений. Кора объяснила, что у Насти выкидыш. Все разочарованно покивали и разошлись. Ничего невероятного не случилось. Для женщин это было нормально и Настин плачь они считали глупой блажью. Остались только Кора, Калька, Шпилька и Надя. Калька и Шпилька, чтобы выразить сочувствие. Надя, как врач. -Так, ну-ка все вон отсюда! — скомандовала Надя. — Настя, садись на стиральную машину. Сейчас я тебя осмотрю. Девочки, вы всё ещё здесь? Я же сказала: Брысь отсюда! -А если помочь чем надо будет? — проворчала Кора. -Без вас справлюсь, — отрезала Надя. — Выходите. И не стойте под дверью. Идите, мы тут сами… Все вышли. Надя осмотрела Настю. Помяла живот, поинтересовалась болями. Попросила припомнить, когда по графику должны были быть месячные. Настя припомнила, и получилось, что больше двух недель назад. Надя задумалась, задала ещё несколько вопросов. Осматривать Настю больше не стала. Посоветовала вымыться и ушла. Настя последовала совету. Вернувшись с бельём и прокладками, Надя велела одеваться. -Знаешь, Настя, — задумчиво сказала она, — я не врач, но думаю, что у тебя обычные месячные. Не было у тебя никакой беременности. Задержка произошла от стресса и сильных нагрузок. Тем более, что ты… У тебя после нагрузок мог характер регул поменяться. Раньше были слабые, а теперь намного сильнее. Это нормально. Если через пару дней не прекратятся, то тогда и будем думать, чем и как тебя лечить. Хорошо? -Значит, я не была беременной? — спросила Настя. -Я не знаю, — пожала плечами Надя, — но, скорее всего, нет. Но даже если и была, то что с того? В Зоне выносить ребёнка невозможно. Если бы не это, то мы бы все здесь ходили постоянно беременные. Девочки беременеют и скидывают клеточный материал как регулы, с небольшой задержкой. Ребёнок в Зоне не развивается, и организм избавляется от него. -Я не хочу про это слышать! Это ужасно! -Что тут такого ужасного? — удивилась Надя. — Ты же не стенаешь каждый месяц о невинно загубленной жизни, которую не оплодотворили внутри тебя? Относись к этому также. -Боже мой, ну почему в Зоне все так циничны?! — воззвала Настя. -Ты такой же станешь, — напророчила ей Надя. -Нет уж! — возразила Настя. — Никогда я не стану… Не буду такой циничной. -Всё к сердцу принимать — никакого сердца не хватит, — вздохнув, сказала Надя. — Я ведь тоже… Не будем об этом. Пойдём. Там все волнуются. Скажем, что ты в порядке. -Пойдём, — согласилась Настя. Они вышли из ванной, и зашли в основное помещение. Их встречали, но не все. Не было Коры, Негры, Граты и Ведьмы. Настя сказала всем, что чувствует себя нормально, а потом поинтересовалась отсутствием нескольких женщин. Ей сказали, что Кора хочет получить что-то с Говоруна, поэтому, с группой поддержки, отправилась его разыскать. Группа поддержки нужна для солидности, и чтобы мужики по дороге, не мешались под ногами, с приставаниями. Что именно хочет вытребовать Кора, никто не знал, но судя по тому, что она предупредила об их долгом отсутствии, обсуждать требуемое она будет долго. Так и произошло. Кора и группа поддержки вернулись ближе к вечеру. Все уже извелись, ожидая их. Вместо ответов на вопросы Кора позвала Настю за собой и вышла из комнаты. Насте ничего не оставалось, кроме как последовать за ней. Они зашли в ванную. Настя подумала о том, что все важные разговоры в Зоне происходят в каких-то неважных местах. Кора предложила Насте сесть на стиральную машину и сама уселась на другую. Примерно минуту Кора молчала, не зная как начать разговор. Настя тоже молчала и не задавала вопросов. -Настя, — наконец сказала Кора, — ты должна простить Говоруна и идти с ним дальше. Я не могу сказать, почему тебе надо его простить, но действительно — надо. Мужики часто бывают бессердечными скотами. Нам, женщинам, надо их за это прощать и жить с ними дальше. То, что вы с Говоруном так поссорились — ерунда, и ты это скоро забудешь, и простишь его. Твои детские обиды тут неуместны. И гордость свою, засунь куда поглубже. Короче. Говорун через два дня уходит, и ты идёшь с ним. -Кора, чем он тебя купил? — спросила Настя. -Ничем, — развела руками Кора. — Просто он сказал мне кое-что. Я теперь тебя пинками за ним погоню, если ты сама не пойдёшь. Настя, поверь мне, ты обязана пойти с Говоруном. Я не могу ничего рассказать, но поверь… -А почему ты не можешь мне всё рассказать?! — взорвалась Настя. — Почему он мне сам ничего не может рассказать?! -Да не может он!!! — заорала в ответ Кора. — Не может! И я не могу! И девчонкам расскажу, и они не смогут!!! Есть то, что тебе нельзя знать! Смирись с этим! -Это насчёт того, что из Зоны есть выход? — осторожно поинтересовалась Настя. — Говорун знает, как выбраться из Зоны? -Может и знает, — пожала плечами Кора. — Тебя-то он к границе Зоны ведёт… Вот! Я поняла! Я поняла, как тебе объяснить! Если я тебе расскажу то, что тебе рассказывать нельзя, то тебя нельзя будет из Зоны вывести. Ты навсегда в Зоне останешься. Поняла? -Нет, не поняла, — сказала Настя. — Я думаю… -Настя, — перебила её Кора, — ты должна верить Говоруну. Если он тебя злит, значит зачем-то это нужно. Всё!!! Я и так слишком много сказала! Как у тебя закончится твоё кровотечение, я сообщу Говоруну, и вы идёте с ним дальше. Поняла? Я спрашиваю, ты поняла?! -Я поняла. Ты меня прогоняешь. Говорун тебе что-то дал, чтобы ты меня прогнала… -Настя, — Кора подошла к Насте, обняла её, — в другой ситуации я бы первая… Да ты сама видела, как я Говоруна прогнала. А ведь рисковала. Начнись стрельба ещё неизвестно, чем бы всё кончилось. Говорун, он… Я не к тому… Просто поверь, мне жаль с тобой расставаться, но ситуация такая, что оставаться тебе нельзя. Я больше ничего тебе не скажу. Решать тебе. Да, если ты решишь-таки, что останешься с нами, то я буду рада. Не думай, что я тебя прогоняю. Вот только это будет самое глупое решение, которое ты примешь в своей жизни. Я всё сказала. Решай! -Мне прямо сейчас надо решить? — спросила Настя. -Нет, что ты! — отмахнулась Кора. — У тебя ещё завтра целый день. И послезавтра. Не торопись. Подумай. Остынь. Подумав и успокоившись, может быть и Говоруна простишь. -Пусть он прощения попросит, — проворчала Настя. -Попросит, — сразу сказала Кора. — Сегодня я к нему не пойду. Э-э-э… Завтра, на всякий случай, тоже. А потом скажу ему, и он прощения у тебя непременно попросит. Ты его простишь, и всё у вас будет хорошо. -Я ещё подумаю, — сказала Настя. -Конечно, конечно, — покивала Кора. — Пойдём. Нас там все ждут. Обсуди всё со Шпилькой и Калькой. Вы вроде подружились? Пойдём. После того, как Кора сказала, что Настя обязана простить Говоруна, Настя не сомневалась, что Говоруна она простит. Ей было интересно, а что же такого пообещал Говорун Коре, раз она их так сводит? И если ничего не пообещал, то почему она сама толкает Настю в его объятия? Или его постель, хотя в постели она ему не нужна. Вопросов было много. Насте срочно нужно было обсудить всё с кем-то. Она, как и советовала Кора, обратилась за помощью к Шпильке и Кальке. Они уселись в уголке с бутылочкой чего-то алкогольного и приговорили её. Говоруна женщины отказались обсуждать, и разговор сразу перешёл на мужиков вообще. Калька и Шпилька поделились опытом, просвещали Настю. К ним подсели Заза, Грата, Дора. Надя заставила всех пересесть к постели выздоравливающей НЗ, чтобы ей не было скучно, кто-то принёс ещё пару бутылок, водку смешали с соком, и обсуждение продолжилось. Получилась тихая вечеринка с болтовнёй о мужиках и некрепкой выпивкой. Все с удовольствием рассказывали Насте и друг другу истории из своей жизни. Осуждали подлость мужчин и глупость женщин. Однако, на Настины вопросы о том, что ей дальше делать с Говоруном, все начинали отнекиваться и переводили разговор на другое. Калька и Шпилька, хоть и стали для Насти подругами, готовы были обсуждать всё что угодно, но только не Говоруна. Единственный совет, который Настя получила, от всех, — сделать вид, что ничего не было и идти с Говоруном дальше. Настя спрашивала, откуда такое единодушие и почему она должна Говоруна простить вопреки своей гордости? Никто ей ответа не давал. Все что-то знали, но отмалчивались, или уводили разговор в сторону. Настя перестала приставать ко всем со своими вопросами, и просто слушала, о чём говорят. Говорили об отношениях между мужчинами и женщинами, приводили примеры, спорили. За разговорами выяснили что: все бабы — дуры, включая присутствующих, все мужики — козлы, включая знакомых, малознакомых и незнакомых. После этого все разругались и на этом вечеринка закончилась. Кора в приказном порядке потребовала, чтобы все готовились ко сну, объявила, что через пятнадцать минут погасит свет. Настя отправилась в туалет. Там её и поймала Заза. -Слушай, чего ты всем глупые вопросы задаёшь? — спросила она Настю. — Правда что ли, сама не понимаешь? Настя покачала головой. -Да тебе девки чуть не прямым текстом сказали… Ай, ладно… Слушай. Такого они тебе точно не расскажут. Помнишь разговор о мужиках? Ну, что все они — козлы? А вот ещё то, что все бабы — дуры, это ты забыла? Так вот… Продолжим мысль. Если все бабы — дуры, как и ты, то по собственной глупости прощают мужикам то, что они козлы. Значит, ты простишь Говоруна за то, что он сделал и пойдёшь с ним дальше по Зоне. -А если не прощу? — спросила Настя. -Простишь, — поморщилась Заза. — Если бы женщины мужиков не прощали, то семей бы не было. Женщины мужчинам всё прощают… Рано, или поздно… И ты простишь. И лучше если рано. Я тебе так скажу. Простишь — будешь дура с мужиком. Не простишь — будешь дура без мужика. Эти, там… Они вроде тебе добра желают, а про вас не говорят потому, что не хотят тебя с Говоруном видеть. Каждая его для себя хочет и на что-то надеется. Тебе могу сказать так: Говорун такой мужик, что лучше с ним, чем без него. -Пусть прощения сначала попросит, — проворчала Настя. -Засунь свою гордость, знаешь куда?! — прошипела Заза. — Ты девочка жизни не знаешь… Что тебе Говорун сделал? Избил так, что ты кровью ссала?! Под своих друзей тебя положил?! С твоей подругой тебе изменял и всем об этом рассказывал? Не оттрахал он тебя! Так у него не стоит! Он тебя дразнит, чтобы ты… -Заза, прости, — перебила Настя, — а зачем ты мне всё это рассказываешь? -Да иди ты… — неуверенно ругнулась Заза. — Веришь, я тоже девочкой была?! И мужик у меня был. И я его бросила. Такой же дурой была. Заза сгорбилась, её взгляд обратился вовнутрь. Она что-то вспоминала. Настя молчала, не желая отвлекать её, но потом не выдержала и спросила. -Так зачем Говорун меня дразнит? Заза вздрогнула и вынырнула из воспоминаний. -Я тебе всё сказала. Дальше сама думай. Сказав это, она вышла и хлопнула дверью. «И почему всегда остаётся какая-то недоговорённость?» — подумала Настя. — «Почему никто ничего не говорит мне до конца?» Она вернулась в комнату, пожелала всем спокойной ночи и легла спать. Думала, что не уснёт, так много было в голове вопросов и сомнений, но провалилась в сон, едва удобно устроилась под одеялом и голова коснулась подушки. Настя решала: идти ей с Говоруном или нет? В быт женского общежития она вписалась хорошо. Не было строгого распорядка кто и что делает, но все работали на себя, поэтому никто не бездельничал и день у каждой женщины проходил в трудах и хлопотах. Настя после завтрака помогала мыть посуду. Потом дежурила вместе с Калькой на крыше. Потом пришёл Говорун проведать НЗ и принёс для неё ещё один артефакт, чтобы выздоровление шло быстрее. Для Насти он принёс новый автомат, и она осваивала его под руководством Граты. Автомат оказался сложнее, чем тот, что у неё был, и они провозились почти до вечера, разбираясь в сложной механике. Все искренне восхищались оружием и агитировали Настю простить Говоруна. Настя не разделяла их восхищения. Более сложная машина требовала более длительного и тщательного ухода. Меньший калибр обладал худшими останавливающими свойствами и требовал точности. Всё это она высказала Грате и всем остальным. -Ничего, — отмахнулась Грата, — начнёшь стрелять из этого автомата — сразу поймёшь, какое это замечательное оружие. Жаль, здесь его не испытать, а то, ты бы сейчас визжала от удовольствия. -Не буду я визжать от удовольствия из-за какой-то железяки, — проворчала Настя. — И Говоруна я ещё не простила. И подарками он меня не купит. Затылок взорвался болью, а в голове зазвенело. Настя не сразу смогла понять, что это Грата ей подзатыльник отвесила. -Послушай меня девочка, — тихо сказала Грата. — Если Говорун дал тебе это оружие, то это значит, что он тебя простил и хочет, чтобы ты шла с ним дальше. Если ты заставишь его просить прощения, то он просто уйдёт. Он имеет право на гордость, а ты нет. Это ты должна будешь попросить у него прощения… -Не буду просить прощения! — сказала Настя с вызовом. — Он меня обидел! Пусть просит прощения, или идёт куда подальше. И не вздумай меня ударить! Какие вы все… Учите меня. Глупую девочку… Своей гордости нет, так хоть мне не мешайте быть гордой! Я от Говоруна хочу извинения услышать! Не подарки, не подачки, а извинения! Мне его жалость не нужна! И ноги о себя я не позволю вытирать! Если бы я что-то сделала не так — я бы извинилась! Но я ничего такого не сделала! Это всё он! И я требую, чтобы он извинился! За всё! И плевать мне на его гордость! У меня тоже гордость есть! Настя только сейчас заметила, что плачет. У неё снова была истерика. Ей захотелось остаться одной. Выплакаться без посторонних глаз. Она выскочила из помещения. Как была, в тапках и футболке, пробежала тамбур и выскочила на улицу. Ей что-то кричала дежурящая на крыше Ведьма, но Настя не обратила внимания. Она справилась с засовом калитки и выскочила за ворота. За воротами Настя пошла небыстро. Ей хотелось найти Говоруна, высказать ему всё, потребовать публичных извинений. Даже избить его хотелось, но она не знала где он, поэтому шла не спеша, осматриваясь, высматривая того, у кого можно будет спросить дорогу. Её догнали, когда она уже увидела пару человек и направилась к ним. На Настю налетели Калька и Грата и сходу ударили. Рефлексы, привитые Говоруном, сработали великолепно. Настя автоматически уклонилась и ударила в ответ. Кальку только слегка задела, а Грата получила полновесный удар ногой. В сущности, сама на выставленную ногу напоролась. Калька развернулась и атаковала Настю. Теперь Настя поняла, как сильно она изменилась. Она без труда сдерживала атаки и, в свою очередь атаковала. Калька была опытнее, но у Насти лучше была развита координация и чувство положения в пространстве. Неизвестно чем бы закончился бой, но Калька получила подмогу. Дора, без всяких приёмов, просто с ходу ударила Настю телом. Настя не удержалась на ногах. Дора рухнула на неё. Она была раза в полтора тяжелее Насти, и, придавив её к земле, лишила всяческого манёвра. Подоспевшие Заза, Шпилька, Кора схватили Настю за руки и за ноги, и окончательно обездвижили её. Настя пробовала вырваться, но могла только дёргаться и рычать от злости. Кора ударила её в солнечное сплетение. Несильно, но достаточно для того, чтобы Настя обмякла, хватая ртом воздух. После удара по затылку мир в глазах Насти поплыл, и она окончательно перестала думать о сопротивлении. Настю избили. Когда пришла в сознание, она ещё пробовала драться, но у Коры было несколько добровольных помошниц, поэтому Настя получила несколько довольно болезненных ударов, а когда продолжила сопротивляться, её начали бить, не сдерживая удары. Настя не могла сопротивляться. Противников было слишком много. После избиения может быть, её и не стали бы больше бить, но теперь Кора отдавала ей чёткие приказы, и любое неповиновение наказывалось ударом. Настя сначала пыталась возмущаться таким обращением, потом плакала и отказывалась выполнять приказы, но, ни возмущение, ни слёзы ничего не меняли. Приказ — неисполнение — удар. Насте ничего не оставалось, как только подчиниться. Настю заставили вымыться под душем. Не доверяя ей, в четыре руки тёрли её мочалками. Спорили, надо ли побрить её налысо, но Шпилька спасла её волосы, сказав, что займётся ими. В процессе мытья волос объяснила Насте, что выйдя без одежды на улицу, она собрала на себя радиоактивную пыль и теперь её от этой пыли отмывают. Больше всего пыли скапливается в волосах, поэтому здесь все ходят стриженные наголо. Если Настя хочет оставить волосы, то без платка, капюшона, шапки она ни в коем случае не должна выходить из помещения. Мягкий разговор успокоил Настю. Она начала понимать, что она сделала. У неё вновь была истерика, но это не оправдание. Надо извиниться перед Гратой за то, что ударила её. Да и перед другими тоже. После мытья Настя попыталась перед всеми извиниться, но получила плюху от Коры и команду заткнуться. Перед Настей поставили стакан с водкой и приказали выпить. Настя без возражений подчинилась. Ей налили ещё, потом ещё. После третьего стакана Настя свалилась. Её подхватили и положили на кровать. Настя не отключилась. Ей было плохо, она ничего не понимала, мир крутился перед глазами, но сознание Настя не теряла, и уснуть никак не могла. В алкогольном бреду, она слышала, что женщины обсуждают её дальнейшую судьбу. Кажется, она слышала голос Говоруна, но с уверенностью сказать, что он там был, она не могла. Наконец, её сознание ушло куда-то в темноту, и Настя уснула. Следующий день напомнил Насте первые дни муштры у Говоруна. Её подняли с кровати и приказали бегом бежать умываться. Секундная растерянность обернулась для Насти затрещиной, причём удара никто не сдерживал. Весь день Дора, Грата, Ведьма, и даже выздоравливающая НЗ гоняли Настю. Душ, физическая подготовка, душ, завтрак, физическая подготовка и так далее. Насте придумывали дело. Иногда, невероятно глупое, например, проверить прочность лестницы на крышу, пробежавшись по ней вверх вниз несколько раз. На любую заминку или возражение следовал удар. Настя выполняла всё. Она признавала право так с ней обращаться. Сейчас её провоцировали на истерику, или просто неповиновение. Ей наглядно показывали, как нужно подчиняться приказам и что будет, если приказ не будет выполнен, или выполнен неправильно. Говорун с ней действительно был излишне мягок. Например, если она неправильно одевалась, он заставлял её одеться заново, но при этом не бил и не кричал в ухо, что она такая и такая, и ничего не умеет, и мозгов у неё нет, и тому подобное. Настя стискивала зубы, забывала про свою гордость и без пререканий терпела оскорбления и удары. К отбою она была такой вымотанной, что уснула, едва упав на кровать. Выспаться ей не дали. Её погнали дежурить вместе с Дорой. К утру разрешили прилечь, а потом подняли, и новый день вновь наполнился криками, ударами и оскорблениями. -"Это надо вытерпеть» — думала Настя. — «Никто не желает мне зла. Им просто надо меня сломать, чтобы я потом не возмущалась, а чётко выполняла приказы. Или поняла, что меня можно сломать, поэтому выполняла приказы». Она вспомнила, как спорила с Говоруном, всегда имела своё мнение и постоянно его высказывала. Проявляла излишнее любопытство и не выполняла его приказы. А ведь он мог также с ней обращаться. Вполне мог… Да все что угодно мог! Но ведь ничего такого не делал. Ругался, но не бил. Почти не бил, но всё равно… Сейчас, вспоминая то, что было, Настя обдумывала, сколько раз он должен был бы ударить её, если бы воспитывал её так, как сейчас воспитывают женщины? Он позволил ей остаться гордой. Он не растоптал её, не сделал забитой рабыней, которая боится даже дышать без приказа. Она этого не ценила. За это он получил кучу проблем с нею, но ведь терпел и не начал делать с ней то, что сейчас с ней делают. И стоит подивиться его терпению. Настя один раз устроила истерику, и женщины сразу начали её воспитывать. А сколько раз Настя устраивала истерики Говоруну? Насте стало невероятно стыдно. Она решила утром сказать Коре, что всё осознала, что ей очень стыдно, и она обязательно попросит прощения у Говоруна, и ничего больше от него требовать не будет. С этой мыслью она уснула. Открыв глаза, Настя увидела сидящего рядом с её кроватью Говоруна. Она растерялась и не успела ничего сказать. Говорун прикрыл ей рот рукой, и сказать что-либо Настя больше никак не могла. Вместо неё заговорил Говорун. -Настя, я всё понимаю, но я, ни за что не буду просить прощения. Я делал то, что нужно. Если ты не понимаешь этого, то я не виноват. Объяснять я ничего не буду. По крайней мере, сейчас. Если для тебя это так важно, то я прошу прощения за то, что сделал, но я ни в чём не раскаиваюсь, и это ничего не изменит. И мне не нужно, чтобы ты меня простила. Наоборот, я хочу, чтобы ты меня ненавидела. Если хочешь идти со мной, то собирайся. Через полтора часа выходим. Говорун встал и направился к двери. -Говорун, подожди! — крикнула Настя. Говорун вернулся к кровати. -Говорун, прости меня. Ты со мной так хорошо обращался, а я не ценила. Я просто не могла сравнить. То есть… Я не ценила того, как ты со мной обращаешься. То есть, я ценила, но не ценила… Я теперь буду тебя слушаться. И команды выполнять. И если ты что-то захочешь со мной сделать, я не буду возражать. Вот. -Кто это?! И куда вы дели Настю?! — закричал Говорун, обращаясь ко всем женщинам. Все засмеялись. Настя тоже улыбнулась. -Собирайся Настя, — приказал Говорун. — Мы в Зону идём. Калька, помоги ей собраться. Сказав это, Говорун развернулся и вышел из комнаты. Настя встала с кровати и посмотрела на женщин. Все смотрели на неё. Насте стало стыдно. Она почувствовала, что краснеет и спрятала лицо в ладонях. Несколько секунд постояла так, но всё-таки решилась, убрала руки и прямо посмотрела на женщин. -Простите меня, — сказала она, стараясь заглянуть в глаза каждой. — И за то, что я сделала. И за то, что я вам наговорила. И спасибо за то, что помогли мне понять, как я была… Как глупо я выглядела со своей гордостью. Вы помогли мне понять, что меня можно сломать. И то, что Говорун мог сломать меня, но не сделал этого. Только за это я должна быть ему благодарна… До конца жизни должна быть благодарна. -Настя! — Кора раскрыла объятия и двинулась к ней. — Настя, мы тебя прощаем! И ты нас прости. Мы так рады, что ты поняла, зачем мы это с тобой делали. -Да-а-ам, — протянула Заза, — девочка рекорд поставила по соображалке. Без шуток. С тобой Калька, сколько возились, пока воспитали? Полторы недели, кажется? -С тобой больше месяца возились, — огрызнулась Калька, — так и не воспитали. Настя, ты молодец! Так быстро всё поняла. Ты прости, что я тебя била. Ты просто так вела себя, что… -Девочки, давайте всё всем простим, а потом пойдём завтракать! Затем поможем Насте собраться! — вмешалась Кора. — У Насти осталась чуть больше часа на сборы. Все засуетились. Настю чуть не на руках усадили за стол, чуть не с ложечки покормили. Потом Калька стала собирать ей рюкзак, Дора и Грата готовили оружие, Надя показывала, какие даёт ей концентраты и как их готовить. Кто-то предлагал взять что-то, кто-то давал советы. Пространство вокруг Насти наполнилось суетой. Настя с трудом вырвалась из этой суеты и сбежала в туалет, но и там её не оставили в покое. Вошедшая Заза принесла её банные принадлежности и посоветовала постоять под горячим душем и хорошенько вымыться. Теперь Насте долго не придётся мыться. Настя последовала совету. Когда-то, во Франции, при дворе Людовика какого-то придворные присутствовали при утреннем одевании короля и подавали ему вещи, или надевали поданную вещь на него. Настя чувствовала себя Людовиком. С той только разницей, что поданные вещи одевала всё же сама. Женщины окружили её и тщательно следили, что и как она одевает. Настя рассказала им пришедшую ей в голову аналогию. Все посмеялись, но не ушли, а продолжили её одевать. Выдача Насти Говоруну была похожа на выдачу невесты жениху перед отправкой в ЗАГС. Прибежала Шпилька и закричала: «Идут! Идут!». Все тут же засуетились, заохали, заахали. Последний раз проверили оружие, экипировку и Кора дала добро на выход. Настя вышла в окружении женщин, Говорун тоже не пришёл один. У ворот две толпы встретились и остановились, недоумённо рассматривая друг друга. Видимо, аналогию со свадьбой увидели все. Все женщины засмеялись, среди мужчин тоже кто-то хохотнул. -Почём невесту отдаёте?! — крикнул кто-то. Все, уже не сдерживаясь, засмеялись. -Где ты невесту увидел?! — обернулся Говорун. — Ни фаты, ни платья… Белого… -Так у нас Зона, — сказал стоящий рядом Крест, — у нас всё не так. И ваще! Чем тебе не невеста? Делай Насте предложение. На свадьбе погуляем! Что, тебе не задержаться на пару дней? Сказано было в шутку, но Настя уловила какую-то недосказанность. Как будто Кресту было важно, чтобы Говорун на пару дней задержался. Говорун эту недосказанность тоже услышал, но никак не отреагировал. -Вам бы только повод найти, чтоб нажраться. Нет, мы уходим! Настя, ты готова? Провожать нас не надо. Мы сами найдём ворота и благополучно выйдем. Всем до встречи! Насте показалось, что Говорун немного выделил слово «благополучно». Возможно, она ошибалась, а возможно что-то было не так, и с Крестом у Говоруна возникли проблемы, из-за которых их могли «благополучно» не выпустить. Настя глянула на Говоруна, но понять по нему, что и как — было невозможно. Как всегда, безмятежен и немного ироничен, когда смотрит на людей. Искренне пожал несколько рук на прощание, дал команду Насте идти первой и они двинулись к воротам. Настя спросила разрешение и, получив его, помахала женщинам, поблагодарила за всё и попрощалась. Получила много искренних добрых напутствий. Помахала ещё раз и бегом заняла место во главе их маленького отряда. Сначала не поняла, что за парень идёт с ними. Даже обернулась пару раз. Только на второй раз узнала Алексея. Он очень изменился. Постригся под ноль, был без очков. Но главное, что его лицо стало каким-то опухшим, на нём виднелась пара залеченных синяков. Про синяки Настя спрашивать не стала, но про очки не могла не спросить. -Алексей, а ты без очков? Как это так? -Представляешь, Говорун мне зрение исправил. Меня два пьяных сталкера избили… -Никакие они не сталкеры! — подал голос Говорун. — Обычные бродяги. Напились и возомнили о себе. Как поняли, чей ты человек и на кого наехали, так чуть не обделались с испуга. Ты Лёха помни, они теперь твои должники. -Я помню, — кивнул Алексей. — Так вот… Когда меня били, то очки дужкой порезали мне глаз. Когда слетали, порезали. Я думал, что у меня теперь совсем глаза не будет, но Говорун мне всё восстановил с помощью сборки артефактов. Заодно и зрение вернул. -За это, ты мне теперь должен — с удовольствием напомнил Говорун. -Я помню, — вновь кивнул Алексей. -Так значит, мы теперь не пойдём к Болотному Доктору? — спросила Настя. — А куда мы теперь идём? -К Доктору мы идём, к доктору, — ответил Говорун. — Надо мне с ним повидаться. Да и Лёха там зависнуть хочет. Только ничего у него не выйдет. Я его к научникам отправлю. На Янтарь, или другую базу. Он отрабатывает, поэтому с нами до конца пойдёт. Но, вот если у учёных приживётся, то я возражать не буду. Оставлю его там. -А почему вы не можете оставить меня у Доктора, а у учёных можете? — поинтересовался Алексей. -А на кой ты мне у Доктора? — показательно удивился Говорун. — Вот в бункере учёных иметь должничка… Вдруг что понадобится, через тебя и достану. Было непонятно, шутит Говорун или нет? Настя решила, что шутит. Однако, потом подумала, что если понадобится, то Говорун не будет испытывать моральных терзаний требуя у Алексея вещь или услугу, шантажируя его старым долгом. С другой стороны, Настя была уверена, что ничего невозможного Говорун у Алексея не попросит. Вспомнить хотя бы то, как он простил долг Дюбелю. Впрочем, Настя не могла судить об этом. Она мало что знала об отношениях людей в Зоне. Предположить, что и как Говорун сделает в будущем, она не могла. Воспоминания о Дюбеле заставили Настю загрустить. Она припомнила всех, кто погиб в тот день и чуть не расплакалась. Разозлилась на себя. Она должна быть сильной. Она идёт по Зоне, а здесь нельзя: расслабиться, поплакать, если захотелось, задуматься о чём-то. Пример того новичка, которого отправили первым, и который попал в аномалию из-за своей невнимательности, наглядно показал, что может с ней случиться. Поэтому она загнала эмоции вглубь сознания и превратилась в машину по поиску аномалий и ловушек. Пошла быстрее, стала чаще бросать гайки и обходить любые подозрительные места. -Настя, — окликнул её Говорун, — не напрягайся и сбавь темп! Нам ещё весь день идти. Плохо будет если ты, или Лёха дыхалку собьёте. И не петляй так. Иди прямо. Я вполне контролирую ситуацию. -Хорошо, — ответила Настя, — но тогда объясни мне, почему мы не должны обходить вон-то пятно? Трава там явно отличается от травы вокруг. Говорун указал Насте на едва заметную тропу, проходящую прямо по пятну чуть более тёмной травы. Сказал, что можно держаться её, а не идти, то правее, то левее. Настя поинтересовалась, почему он раньше не показал ей тропу, а смотрел, как она петляет? Говорун на это ничего не ответил, а начал лекцию на тему, что не всё, что отличается от местности вокруг, является аномалией или ловушкой. Его лекция продолжалась минут пятнадцать. За это время они прошли не меньше километра. Вышки базы Свободы, были уже не видны. Впереди показалось поле аномалий. Тропа отклонялась вправо. -Настя, возьми левее, — приказал Говорун. -Так мы сойдём с тропы, — сказала Настя, но сразу выполнила приказ. -Верно, — сказал Говорун. -Мы пройдём поле насквозь? — поинтересовался Алексей. -Нет, мы сделаем совсем другое. Ещё через пять минут они подошли к зарослям кустов. Говорун поставил Алексея первым и велел проламываться сквозь кусты. Напомнил о насекомых, поэтому все накинули капюшоны и затянули завязки. Лица смазали какой-то вонючей гадостью с острым химическим запахом. Настя не могла не спросить, почему раньше не мазали лица? Ответ был прост: раньше у Говоруна этой жидкости не было. Настя кивнула, показывая, что поняла. Говорун сказал, что пристроит ей на спину ещё и свой рюкзак. Настя без возражений отпустила лямки рюкзака и повернулась к Говоруну спиной. Он пристроил свой рюкзак, и Настя затянула лямки. Два рюкзака стали одним большим. Идти стало гораздо неудобнее. Настя подумала, что раньше обязательно бы возмутилась тем, что ей на спину пристроили дополнительную ношу. Начала бы выяснять, зачем это нужно? Всё равно понесла бы, но перед этим обязательно высказала своё возмущение Говоруну. Настя шла за Алексеем. Алексей проламывался сквозь кусты, и Настя без проблем шла за ним. Говорун скользил рядом невидимым и неслышным призраком. Без рюкзака он легко мог это делать. Настя, даже мысленно, не возмущалась двойной нагрузкой. Раз Говорун сделал так, значит так и надо. Подтверждение этому она увидела через пару минут. В кустах заворочалась какая-то тварь и бросилась на Алексея. Ни он, ни Настя не успели среагировать. Говорун выскочил из кустов наперерез твари и сбил её в сторону. Он не стрелял, а бил тварь ножом. За несколько ударов он отправил её на тот свет. Вытер нож и махнул Насте и Алексею рукой, показывая, чтобы следовали дальше. Сразу развернулся и вновь скрылся в кустах. Настя и Алексей, не сговариваясь, сели там, где стояли. Они задышали, как загнанные лошади, обоих затрясло, адреналин кипел в крови. Идти дальше они могли, но им надо было переждать хоть пару минут и успокоиться. Если бы не Говорун, то один из них точно бы умер меньше минуты назад. Эта мысль крутилась в головах у обоих, и её надо было переварить. -У меня такое уже было, — сказала Настя. — Говорун сказал, что я привыкну, а я вот никак привыкнуть не могу. -Не привыкнешь, — из-за куста сказал Говорун. — Главное, чтобы не так остро реагировала, и слабости в ногах не было. Сколько вам ещё отдыхать надо? -Нисколько, — ответила Настя, прислушавшись к себе, — я вполне могу идти. -Я тоже, — сказал Алексей, — просто присел потому… Я, простите, испугался, поэтому не мог себя контролировать, а значит, не мог идти дальше и чётко отслеживать ситуацию… -Короче, ты выкрутился, — насмешливо сказал Говорун. — Настя, а у тебя какие оправдания? -Те же самые, — ответила Настя. — Значит, я тоже выкрутилась. Кстати, я готова идти. -Лёха, ты готов? — спросил Говорун. — Даже если нет, то всё равно, иди в том же направлении, что и раньше. Осталось меньше двадцати метров. Через двадцать метров Настя и Алексей вышли к ручью с топкими, болотистыми берегами. Говорун ждал их стоя в воде примерно на середине ручья. Ручей был мелким и там, где стоял Говорун был глубиной всего чуть выше щиколоток. Говорун показал им, чтобы они подошли к нему. Велел им оставаться на месте, а сам вышел на противоположный берег и скрылся в зарослях. Вернулся через пару минут, идя спиной вперёд и возвращаясь по своим следам. Видя недоумение Насти, счёл нужным пояснить. -Наши преследователи должны думать, что мы пошли дальше и обошли аномалии. Если они не поверят в это, то всё равно должны будут разделиться, чтобы проверить, куда мы ушли. Пусть лучше делятся на три части, чем на две. -А почему на три? — удивилась Настя и сообразила. -Я поняла, — сказала она. — Вверх, вниз по течению и на тот берег… Лучше скажи, нас кто-то преследует? -Скорее всего, — ответил Говорун. — Папаша Костенко предложил награду не за мою голову, а только за сведения обо мне. Если кто-то пойдёт по моим следам и будет сообщать ему об этом, то тоже получит награду. За любую помощь в моей поимке, можно награду получить. Крест меня не просто так уговаривал задержаться. Не будем об этом. Сейчас нам придётся побегать. Я иду впереди. Вы идёте в двадцати метрах сзади. Удаляться от меня можете, но, ни в коем случае не приближайтесь. Смотрите по сторонам и держите оружие наготове. Лёха, для тебя говорю, стрелять в мутанта, только если он на тебя бросится. Далее, если я останавливаюсь, вы отбегаете назад не меньше, чем на десять метров. Понятно? -Да, — чуть не хором сказали Алексей и Настя. -Хорошо, — кивнул Говорун. — Я отхожу на двадцать метров, вы идёте за мной. Двинулись! Глубина ручья редко была выше колена. Настины штаны оказались непромокаемыми, и она спокойно шла по воде. Комбинезон сталкера, в который был одет Алексей, тоже не пропускал воду. Дно у ручья, вопреки ожиданиям, не было топким. Ноги не вязли в грунте. Вода была прозрачной, и сквозь неё без проблем можно было увидеть, куда ставишь ногу. Ровная, прямая дорога. Не асфальт, но если сравнивать с травой, кустами, грязью, то ручей выигрывал по всем параметрам. Ручей вытекал из небольшого оврага. Перед тем как войти в овраг, Говорун остановился. Показал им, чтобы не отбегали назад, а подошли. Забрал у Насти рюкзак. Предупредил, что теперь пойдёт быстрее, поэтому им придётся пробежаться. Отошёл на десяток метров и велел следовать за ним. Сразу взял хороший темп. Алексей не отставал от него, идя своими широкими шагами, а Насте пришлось временами переходить на бег. Говорун шёл как заведённый, а Настя и Алексей скоро начали уставать. Алексей тоже стал отставать и переходил на бег. Настя ждала, когда он попросит передышку. Сама она решила, что ни за что первая не попросит об отдыхе. Этим она сохранит свою гордость. Когда Настя уже задыхалась и готова была наплевать на свою гордость, Говорун остановился и указал ей и Алексею на маленькую выемку в склоне оврага, по которому они шли. Отдал им свой рюкзак и посоветовал устроиться на отдых. Сам поднялся по склону оврага и скользнул куда-то за гребень. Настя и Алексей повалились на землю и минут пять пытались отдышаться. Потом вспомнили, что они в Зоне и попытались сделать укрытие от мутантов, приготовили оружие. Говорун не появлялся и они с удовольствием пользовались минутами отдыха. Настя обдумывала сегодняшний день. У неё появились вопросы к Алексею. Пару минут она думала, можно ли ему их задать, но потом обозвала себя параноиком и прямо спросила. -Алексей, а ты знал, что за помощь в поимке Говоруна награда назначена? -Знал ли я о награде? — переспросил Алексей. — Да, знал. Многие это обсуждали. Я не только с Говоруном был. Я с другими людьми общался. За его голову предложили самую большую награду за всю историю Зоны. Если бы предложил кто-то другой, то за его головой каждый бы охотился. Три сотни миллионов — внушительная сумма. Алексей многозначительно сделал паузу. Он ожидал, что Настя начнёт выяснять что-то, задавать вопросы, но Настя молчала. Она сама обдумала слова Алексея и сделала выводы. Охотиться за головой Говоруна невероятно опасно. Возможно, кому-то повезет, и он убьёт Говоруна. Вот только нет никакой гарантии, что Костенко сдержит слово и отдаст деньги. Да и что с деньгами делать в Зоне? А выбраться из Зоны… Можно. Есть варианты. Только все они зависят от воли Костенко. Надо быть абсолютно уверенным в его слове, чтобы идти охотиться за Говоруном. -Костенко уже не один раз обманывал сталкеров? — утвердительно спросила Настя. -Да, — немного растерянно кивнул Алексей. -Понятно, — в свою очередь кивнула Настя и задумалась. -Да и он, и сын его, — начал просвещать её Алексей. — Мне про них такое рассказали. Оказывается, Костенко самый главный… Прошу прощения… Он глава организации, которая вербует и поставляет в Зону отмычек. Сын у него, как говорят, насиловал и убивал девушек. Когда про это узнали, то даже Костенко старший не смог замять дело. Сына ему пришлось отправить в Зону, иначе его бы… Не знаю что, но думаю, что убили бы. -Да, наверное, — согласилась Настя. — Послушай, у меня ещё вопрос появился. Если ты знал о награде, то не мог не понимать, что рискуешь, если идёшь с Говоруном. Я не верю, что Говорун вылечил твои глаза и поэтому заставил тебя идти с нами. Он наверняка давал тебе выбор. Почему ты не остался? Тебе ведь сразу предложили стать техником. Или передумали и выгнали тебя? Алексей смутился. Он не хотел отвечать, но Настя смотрела прямо на него, ожидая ответа. Под её взглядом он поёрзал и всё же решился ответить. -Я сам не захотел остаться, — сказал он. — Я не могу объяснить… Вернее, я могу объяснить… Я со многими людьми общался. Говорун тебя оберегает от общения с другими людьми, а я был предоставлен сам себе. Настя, эти люди… Они… Я не могу подобрать слово… Они пустые и примитивные. Позволь я объясню! Меня считают снобом. Я говорю интеллигентно, смотрю на людей снисходительно… Нет, не так… -Я поняла, — вставила Настя. -Да?! Так вот. Мне со многими скучно. Люди не соответствуют моему уровню. Это считают снобизмом, но это факт. Я выше многих по интеллектуальным показателям, у меня великолепное воспитание. Я в чём-то выше многих людей. -Только ростом, — мрачно вставила Настя. -Не обижайся, пожалуйста. Я вовсе не считаю, что ты хуже меня. И все другие люди — не хуже меня. Просто, они другие. И многие из них в чём-то лучше меня. Я не идеален. Понимаешь? Настя неопределённо повела плечами. Жест можно было трактовать по-разному. Алексей истолковал в свою пользу. -Ну, вот! — горячо продолжил он. — Я поэтому вполне готов мириться с недостатками людей. Я сам могу создать свой круг общения, из понравившихся мне людей. Других могу просто игнорировать. Но получилось так, что там, на базе Свободы, я не мог найти, ни одного нормального человека. Понимаешь Настя, они там все… Пустые — по-другому и не скажешь. Я больше всего с техниками общался, поэтому о них у меня первое впечатление сложилось. Они когда-то научились работать с детекторами. Им показали, и они делают так, как им показали. Они ничему новому не учатся, и не хотят. Они не различают электрическое и магнитное поле, а это разные вещи, что бы ни говорили. Я им начал объяснять, а они мне говорят, мол: «Ты покажи, куда на приборе нажимать, а эта заумь нам не нужна». Настя, ты представляешь?! Им плевать на людей, которые погибнут в аномалиях потому, что они показания неправильно прочитают! А ведь им доверяют! И о тех, кто им доверяет. Настя, ты не поверишь, но им наплевать, что техники их могут загнать в аномалии. Им вообще на свою жизнь плевать. Им на всё плевать! Их жизнь… Нет, не лишена смысла, но лишена перспективы, будущего. Они ненавидят свою жизнь. Весь смысл их жизни заключается в том, чтобы пойти, набрать хабара, продать его, а потом напиться. И так по кругу. И разорвать этот круг может только смерть. У них нет будущего, нет мечты. -И ты не остался, чтобы не стать таким, как они? — спросила Настя. -Я не стану таким как они. У меня есть цель, и есть мечта. Я постоянно работаю над собой, стараюсь стать лучше, стараюсь узнать что-то новое, совершенствуюсь. Мне интересно жить. А им жить не интересно. Они цепляются за жизнь, и сами не могут понять зачем. Их жизнь пуста и сами они пустые. И они не видят того, что с ними происходит. Они считают себя великими сталкерами, но боятся добывать хабар. Они воспевают свой героизм и отправляют вперёд отмычек. Они ходят оборванцами и не покупают новую одежду, при этом не хотят тратиться, чтобы постирать старую и помыться. Говорун по сравнению с ними… От него хотя бы не воняет. Алексей выдохся, замолчал. Видимо у него очень накипело. Настя ещё ни разу не видела его таким эмоциональным. Скорее всего, он представлял себе сталкеров героями. В своих мечтах хотел быть похожим на кого-то из них, стать одним из них. Реальность разочаровала, и сейчас он мучительно переживал развенчание мифа. Настя вспомнила разговор с Говоруном. Про то, что человеку надо дать другой миф, иначе он будет несчастен. Она не знала, что сказать Алексею, но решила, при первой же возможности попросить Говоруна поговорить с Алексеем. -Давай поедим, — предложила она. — Я уже проголодалась. Перекусим сухим пайком. Говорун придёт, ему тоже дадим. Не знаю, куда он делся, но думаю, что вернувшись, от еды не откажется. -Да, — согласился Алексей, — давай поедим. Только у меня есть консервы. Они в упаковке… Они саморазогревающиеся. Говорун сказал, что их надо за два дня съесть, а у меня пол рюкзака ими забито. Давай с них начнём, а сухпай оставим на потом. Алексей достал из рюкзака три брикета. Взял один, а другой отдал Насте. Оторвал от стенки пластиковую ложку, к которой была прикреплена леска, уходящая куда-то внутрь брикета. Взялся за ложку, потянул леску. Леска натянулась, потом где-то в брикете оторвалась. Больше ничего не произошло. Алексей показал, чтобы Настя сделала то же самое. Настя сделала. Через пару минут одна сторона брикета с тихим хлопком открылась. Оттуда потянула приятным запахом чего-то мясного. У Насти брикет тоже вскрылся, но чуть позже. Когда они ели, по склону спустился вниз Говорун. Настя прекратила есть и навела на него пистолет. Он одобрительно кивнул и прочитал Алексею лекцию о бдительности. Лекцию он читал не долго, пока не разогрелся его брикет. Потом быстро поел. Хоть и начал есть намного позже Насти и Алексея, но закончил одновременно с ними. Спросил, готовы ли они идти дальше? Отдых был не долгим, но Насте его хватило. Она готова была идти дальше, но промолчала, ожидая ответа Алексея. У неё были тренировки, а ему приходилось тяжелее. Алексей без смущения предложил посидеть ещё немного и не идти сразу после еды. Говорун с ним согласился и уселся рядом с ними. Некоторое время они молчали. -Настя, а почему ты вопросов не задаёшь? — нарушил молчание Говорун. -А зачем? — вопросом ответила Настя. -Не знаю, — пожал плечами Говорун. — Раньше тебе всё было интересно. Что изменилось? -Ничего. Мне и сейчас всё интересно. Просто я не вижу смысла задавать вопросы, на которые не получу ответа. Всё, что мне надо знать, ты мне расскажешь. -Два дня хватило Коре, чтобы привить тебе то, что я пытался привить почти месяц. В чём моя ошибка? -Не знаю. — Настя пожала плечами. — Может быть, ты был со мной слишком добрым? -Да, это недостаток. В Зоне мало женщин. Меня всегда поражали рассказы о них. Мне женщины представлялись какими-то нереальными существами. Когда я впервые увидел женщину, я не мог поверить, что это действительно женщина. Я не был разочарован, но… С детства у меня это осталось. Это потом я понял, что женщины ничем не отличаются от людей. Тем не менее, с женщинами я обращаюсь по-другому. Мягче, почтительнее. -То, как ты со мной обращался — это мягко?! Что же ты тогда с другими делал? -У меня не было учеников, — ответил Говорун. — Я никого не учил. Рассказывал, показывал, но не учил. Э-э-э… Не воспитывал. Так правильнее сказать. Вот пример. Лёха идёт со мной. Я его веду, но не учу жизни, не пристраиваю на ночёвку, не заставляю выполнять функции охранника. Ну, почти. При этом я легко им пожертвую, случись что. -Ну, спасибо, — проворчал Алексей. -Мы с тобой об этом говорили, — напомнил Говорун. — Кстати, Лёха. Я лежал за гребнем и твои слова слышал. Не дай бог тебе повторить их где-то ещё. Тебя пристрелят. Все про себя всё знают, но того, кто это озвучил, пристрелят обязательно. -Я это понимаю, — кивнул Алексей. -Вот и хорошо. И кстати, ты не совсем прав. Во многом, но не во всём. Есть в Зоне люди, которые не опустились. Их меньше, но они есть. Я действительно старался оградить Настю от ненужного общения. Поэтому я удивлён, что она не привела тебе примеров. Тем не менее… Я не буду тебя учить. Думаю, ты и сам найдёшь таких людей. -Надеюсь, вы меня с ними познакомите, — сказал Алексей. -А что ты сделал, чтобы с тобой такие люди знакомились? — спросил Говорун. — Настя другого пола. Это открывает ей все двери в Зоне. А к мужикам другое требование. Мужик должен чем-то выделяться на фоне остальных. Иначе с ним говорить не будут. Чем ты выделяешься? -Я неплохой техник. — Алексей пожал плечами. — Могу калибровать приборы. Починить что-нибудь могу. -Ладно, ладно, — прервал его Говорун, — я всё понял. Если я тебя познакомлю, на тебя особо внимания не обратят. Попробуй как-то сам выделиться. Тогда тебя примут. Я покажу к кому подойти, а там уж сам придумай, что и как. -Я так и поступлю, — кивнул Алексей. Говорун поднялся на ноги. -Вы отдохнули? Как бы там ни было, но нам надо идти. Дистанция двадцать метров. Если останавливаюсь, вы не убегаете, но если падаю на землю, то вы падаете без раздумий. За мной, марш! Команда осталась не выполненной. Настя и Алексей просто не были готовы. Рюкзаки не были надеты, одежда расстёгнута, оружие снято с предохранителя. Чтобы собраться, им надо было по очереди поставить оружие на предохранитель и, пока один охраняет, другой приводит себя в порядок и надевает рюкзак. Говорун не стал их ждать. Подхватив свой рюкзак, он велел догонять его и двинулся дальше по оврагу. Настя и Алексей собрались и двинулись за ним. Говорун уже скрылся за поворотом, но они не переживали. Они будут просто идти, а Говорун сам их найдёт, если они пойдут не в ту сторону. Когда они вышли к разветвлению оврага, Настя нерешительно остановилась. Алексей предложил покричать, но она решительно пресекла это. В Зоне кричат только раненые. Крик привлечёт мутантов. Она почти решилась идти дальше по ручью, но из сухого ответвления послышались шаги, а потом вышел Говорун и позвал за собой. Настя не удержалась от маленькой мести и долго допрашивала его, держа под прицелом, проверяя, действительно ли он Говорун. Когда Говорун, отвечая на её вопросы, начал уже закипать, она милостиво признала в нём Говоруна и пошла к нему. За свою шутку получила от него подзатыльник, но в шлеме только и почувствовала, что её что-то стукнуло, а о боли и говорить не приходилось. Своей шуткой Настя осталась довольна. Говорун повёл их дальше. Он теперь шёл впереди. Злился на Настю, поэтому потребовал от неё обосновать необходимость такого их построения в данной ситуации. Настя, даже не поняла вопроса, в чём честно призналась. Говорун ещё больше разозлился, заставил её идти первой и начал лекцию о построениях в колонне. Что-то похожее он рассказывал новичкам Долга, только не так подробно. Настя слушала внимательно, но постоянно смотрела вперёд и себе под ноги. Узкий проход оврага не предвещал никакой беды, но аномалия внезапно могла проявиться под ногами. -Ложись!!! — заорал вдруг Говорун. Настя ощутила толчок в спину и упала. Сразу потянулась к оружию. -Лежать не шевелиться! — сразу крикнул Говорун и Настя замерла. По стенкам оврага что-то прошелестело. -Вжаться в землю, — тихо приказал Говорун. Настя вжалась в землю, стараясь слиться с землёй. Шелест нарастал. Уже явно можно было различить, что он идёт сзади. Оттуда, откуда они пришли. Он становится сильнее, движется быстрее, проходит над ними и рядом с ними, и уходит дальше, наращивая скорость и удаляясь. -Что это было? — подал голос Алексей. -Лежа-а-ать! — простонал Говорун. — В землю вжатьс-я-я! Настя хотела спросить, всё ли с ним в порядке, но не стала рисковать, а постаралась выполнить приказ. И тут грохнуло. Нет, не так. Грохнуло!!! Земля содрогнулась. Настя почувствовала, как её подбрасывает, а потом прошибает электрическим разрядом, заставляя корчиться и выть от ужаса. Она слышала, как закричал Алексей, но сама стиснула зубы и только тихо застонала. Она ожидала ещё одного разряда, но больше ничего не было. Всё кончилось быстро. -Настя, ты как? — спросил Говорун. -Н-нормально, — ответила Настя. — Можно встать? -Раз спрашиваешь, значит действительно в норме. Вставай. Возможно, нам придётся Лёху нести. -Что с ним? — забеспокоилась Настя. -Я в порядке, — кряхтя, ответил Алексей вставая. — Что это было? -Когда в Зоне идёшь вдоль двух стенок, то между ними возникает разница потенциалов. Разница накапливается и происходит разряд. Или несколько. Шансы выжить есть. Надо упасть и прижаться к земле, тогда получишь только небольшой разряд. Мы вольт двести получили. И примерно шесть ампер было. Больно, неприятно, но не смертельно. -А ведь могло быть и больше? — утвердительно спросила Настя. -Чем шире проход, тем сильнее разряд, — ответил Говорун. — В том овраге, по которому мы шли, нас бы в любом случае убило. Тем более что там ручей. В воде мы бы точно не выжили. -И ты об этом так спокойно говоришь?! — не сдержавшись, закричала Настя. -Да, простите, — вмешался Алексей, — но вы должны были нас предупредить. Объяснить… Возможно, стоило выбрать другой путь. Мы бы имели возможность не идти здесь. Выбрали бы другую дорогу. -Кто это — «мы»? — вкрадчиво спросил Говорун. Настя уже знала этот его тон. Она попыталась помочь Алексею. Сделала шаг, но не успела. -Я и Настя, — честно ответил Алексей. Говорун одним ударом свалил его с ног и принялся избивать. Настя завизжала и бросилась ему на спину. Она не надеялась что-то ему сделать, просто хотела остановить. Может быть, поэтому у неё получилось. Она повисла на рюкзаке Говоруна. Он повернулся, чтобы что-то сделать с ней, но Настя не стояла на ногах, а так и мотнулась на рюкзаке безвольной тряпкой. Говорун не ожидал такого. Инерция Настиного тела потянула его за собой и он упал. Мгновенно сориентировался, расстегнул крепёж рюкзака и вскочил. Встал, весь кипя от злости. Настя сжалась, предвидя побои, но на её счастье в овраг стали прыгать мутанты, похожие на сросшиеся основаниями две актинии, размером чуть меньше Настиной руки. Они забавно передвигались, перегибаясь пополам и вставая на щупальца. Всю злость Говорун выместил на мутантах. Он кидал в них камни, бил подобранной палкой, просто пинал и они отлетали. Настя попробовала помочь, взявшись за пистолет, но Говорун приказал не стрелять, и она убрала оружие. Расправившись с мутантами, Говорун ещё немного подождал, а потом повернулся к Алексею. Вся его злость ушла, но он всё равно был чем-то недоволен. Алексей уже поднялся на ноги и встретил его взгляд без страха. Он считал, что прав и собирался отстаивать свою точку зрения. -Запомните сразу, — спокойно сказал Говорун, — что я не потерплю демократии в отряде. Я сказал — вы сделали. И никак иначе. Настя уже знает, поэтому специально для тебя, Лёха, я скажу так… М-да… Ты можешь сомневаться в правильности моих решений, но ты обязан их выполнять. Если ты не выполнишь приказ, я тебя пристрелю. Всё понятно? -Да, — кивнул Алексей. — Простите, но я неправильно выразился. Я хотел сказать… -Меня не интересует то, что ты хотел сказать! — перебил его Говорун. — Я слышал то, что ты сказал. Я сорвался, и прошу за это прощения, но я всегда бешусь, когда подвергают сомнению мои решения. Сомнение в командире — смерть отряда. Всё понятно? -Мне всё понятно, — чуть поклонился Алексей, — ещё раз прошу меня простить. -Да, фиг с тобой. Прощаю. -Благодарю. -Не за что. -Ну что вы… -Тем не менее… -Хватит! — приказала Настя. — Алексей, перестань провоцировать Говоруна. -О! Ты тоже заметила? — обрадовался Говорун. — Если бы я ему сейчас в бубен настучал, ты бы тоже сказала, что он не виноват? Лёха, не надо доставать меня своей вежливостью. Я понимаю, ты привык, но здесь этого никто не оценит. Тебе сразу по морде дадут, а все вокруг не будут сомневаться, что тебе за дело зубы выбили. И хватит политесы разводить. Мы в одной команде. Кратко и на «ты». Понял? Алексей кивнул и начал собираться. Настя не сомневалась, что начни он вновь вежливо, как привык, отвечать Говоруну, он вновь был бы избит. Она тоже поправила рюкзак, проверила оружие и сообщила, что готова идти дальше. Секундой позже об этом сказал Алексей. Говорун спросил про их состояние. Отдельно поинтересовался у Алексея, не повредил ли он чего ему своими ударами? Услышав, что всё в порядке, приказал идти дальше по оврагу. Начал рассказывать, как опасно идти между двумя возвышениями или стенками в Зоне. Объяснял, как нужно идти, если всё же пришлось, и что делать, если тебя разряд застал так, как застал их. Настя поняла, что выжить в такой аномалии можно, но сделала себе пометку, что лучше между двух возвышений просто не проходить. Не удержалась и спросила Говоруна, зачем они шли по оврагу, если это так опасно? Не ожидала ответа, но Говорун ответил. -Те, кто за нами идёт ни за что не поверят, что мы по оврагу пошли. По оврагу с ручьём — ещё возможно и попробуют преследовать. А по сухому оврагу, ни за что не пойдут за нами. В сухом овраге количество разрядов может быть до трёх на километр пути. По оврагу с водой не больше одного на десяток километров. Да и то, маловероятно. Есть закономерность… Об этом можно прочитать научную статью. Маленович, кажется, написал. Он год этот феномен исследовал. Короче. Захотите — прочитаете. -Прочитаем, — согласилась Настя, — но ты дашь нам… покажешь, где её можно найти. Сейчас ты прав и нам это не важно. А как долго нам ещё идти по этому оврагу? -Метров сто, — ответил Говорун. — Мы почти пришли. А вот дальше, начнётся самое опасное и трудное. Нам придётся идти здесь, чтобы сбросить погоню с хвоста. Они же не психи и не пойдут за нами. -А мы психи? — удивилась Настя. -Настя, люди с оружием — гораздо опаснее, нежели все аномалии, которые встретятся нам на пути. Тем более, что ничего такого опасного мы не встретим. Этот путь не столько опасный, сколько противный. Поэтому здесь и не ходят. Этот путь не опаснее других, но намного тяжелее и неприятнее. Зато он короче. Так мы бы шли четыре дня. Это в лучшем случае. А здесь мы при самом плохом раскладе будем идти три дня. Соотношение рисков оправдано. Стой! Поднимайся на правый склон. Овраг в этом месте был засыпан оползнем. Настя поднялась по осыпи вверх и теперь должна была выйти из оврага по правому склону, который здесь был чуть выше её роста. Она выбрала, куда на склоне ставить ноги и без проблем вылезла наверх. Очень удивилась, когда Говорун подал ей руку, чтобы помочь встать. Она даже отшатнулась испугано, но он подхватил её и поставил на ноги. Настя посмотрела вниз и увидела, что Говорун скинул рюкзак и поднялся по склону чуть раньше, чем она, поэтому, наверху оказался первым. Она отругала его за то, что он её напугал, и получила от него в ответ порцию ругани за то, что не посмотрела, куда лезет. Вместо Говоруна это вполне мог быть мутант, а Настя не посмотрела и оружие не подготовила. Настя замолчала, признавая его правоту. Пока Говорун помогал Алексею вытащить рюкзаки и взобраться наверх, Настя осмотрелась. Не нашла ловушек и аномалий поблизости, но что-то было не так. По правую руку, если стоять лицом к оврагу, местность как-то сильно менялась. Всё было в туманной дымке. Сквозь эту дымку Настя не видела ни кустов, ни деревьев, ни земли. Пустое пространство. Чтобы получше рассмотреть, Настя поднялась на небольшой холмик, чуть больше метра высотой. Присмотрелась и ахнула. -Впечатляет? — ехидно спросил Говорун. -А откуда это?.. — неуверенно спросила Настя. — Здесь такого быть не должно. Или я чего-то путаю? Говорун и Алексей поднялись к ней. -Когда-то, — начал рассказывать Говорун, — был сильный выброс. Примерно тридцать квадратных километров опустились на три десятка метров вниз. Вот, просто так. Взяли и опустились. Никто не знает, отчего и почему. Так и образовалась эта заболоченная котловина. Вид отсюда, да и с края обрыва, потрясающий, правда? Кажется, что ты на вершине мира, а весь мир у твоих ног! При этом, осознавая размер катастрофы, которая здесь произошла, понимаешь, насколько ты ничтожен. Что ты, перед теми силами, которые легко обрушивают миллиарды тонн земли? Ничтожная тварь, дрожащая при мысли о том, что эта сила обратит на тебя внимание, и смахнёт с лика мироздания, даже не прилагая к этому сил. -Ты так говоришь, — заметила Настя, — как будто это не твои слова. Я хочу сказать, что тебе не свойственно так говорить. -Вы всегда говорите конкретно. Вам не свойственно давать образные сравнения и применять обороты речи, уничижающие вас в глазах других людей, — поддержал Настю Алексей. Настя не поняла, что Алексей имел в виду, но кивнула, соглашаясь с ним. -Лёха, ты сам понял, что сказал? — поинтересовался Говорун. — И вообще, мы вроде на «ты» перешли? Да и какая разница, чьи это слова? Я вам ещё укороченный вариант выдал. Мне минут пять пришлось этот бред слушать. К чёрту! Давайте конкретно. Вся эта местность считается аномалией. В какой-то мере это так. Я не буду рассказывать всего. Расскажу только то, что вам пригодится сейчас. Мы пойдём отсюда и вон туда. Видите холм на горизонте? Нам надо дойти до него. Всего километров пять, но идти будем до темноты. -Простите, но тут не более трёх километров, — вмешался Алексей. -Без разницы, всё равно до конца дня идти будем, — отмахнулся Говорун. — Аномалий по пути будет мало, но ловушек и мутантов, дофига и больше. Самое главное, что там нельзя пройти без противогаза и защиты. Видите дымку? Это испарения. Они ядовиты. Через несколько минут отёк гортани и смерть от удушья. Глаза перестают видеть после пары часов контакта с воздухом. На коже появляются язвы через пять часов. Противогазы не снимать, одежду проверить, оружие подготовить. Учтите, в туалет сходить будет сложно, поэтому делайте свои дела сейчас. Настя налево, Лёха направо. Я отсюда караулю. Через десять минут спускаемся и идём. Вопросы? Тогда, готовьтесь. Через несколько минут, сделав свои дела, Настя и Алексей вновь поднялись на холмик. Говорун последнюю минуту смотрел не вокруг, а на что-то вдали, где-то у горизонта. Настя хотела спросить, что он там увидел, но Алексей опередил её. -Я прошу прощения, но хочу узнать. Это те болота, на которых живёт Доктор? И, извиняюсь, у меня ещё вопрос. Почему даже такая большая яма не заполнилась водой и не стала озером? Вода куда-то уходит? -Куда-то уходит, — кивнул Говорун, — иначе здесь было бы озеро. Около Припяти, реки, есть место, где вода фонтаном бьёт из земли. Возможно, что эта вода, отсюда. Я не проверял и не знаю. Возможно, вода куда-то ещё девается. Учёные собираются отправить сюда экспедицию, но никак не соберутся. Зря, как я думаю. Место интересное. Аномалий почти нет, зато мутанты такие, каких нигде больше в Зоне не бывает. Опять меня на лекции потянуло. Потом расскажу. И, отвечая на твой вопрос, нет, Доктор не живёт на этих болотах. Настя, дай мне бинокль. Он в твоём рюкзаке должен быть. А ты Лёха, завязывай со своей вежливостью. Коротко, чётко, по существу. Не растекайся мыслью по бумаге. Говорун получил в руки бинокль и вновь всмотрелся в горизонт. Дал бинокль Лёхе и показал куда смотреть. Спросил, что он видит? -Там что-то тёмное, почти чёрное, — ответил Алексей. — Я не знаю, на что это похоже, но оно идёт вдоль обрыва почти до холма, к которому мы должны дойти. -Уже не должны, — мрачно сказал Говорун. — Стоило ожидать. Не могло же нам везти так долго. Теперь всё стало намного сложнее… Настя взяла бинокль и посмотрела. Из белёсой дымки возле холма поднималось что-то тёмное. Как будто тонкая стена, но что-то другое. Оно простиралось на несколько километров, начисто перекрывая подходы к холму. Казалось, что эта тёмная стена обладает объёмом и что в ней можно утонуть, если дотронуться до неё. Было ощущение, что в ней что-то движется и манит к себе. Настя невольно сделала шаг вперёд, пытаясь рассмотреть это получше, но поняла, что делает это под каким-то воздействием и отпрянула от бинокля. -Чуть не уронила, — проворчал Говорун, забирая у неё бинокль. -Что это? — спросила Настя, указывая перед собой. -Никто не знает, — пожал плечами Говорун. — Если оно так воздействует на тебя издали, представь, что будет с тобой рядом с этой аномалией. От неё смогли уйти несколько человек, но они малость сошли с ума после этого. Я не собираюсь вами рисковать. Возможно, что эта аномалия исчезнет прямо сейчас, а возможно, что до следующего выброса останется. Поэтому, наши планы меняются. Идём в другую сторону. Будет сложнее, придётся сделать немалый круг, но там шансов больше. Сейчас перебираемся на другую сторону оврага и спускаемся с обрыва вниз. Я иду первым, а вы за мной. Внизу меняемся. Я замыкающим. Настя первой. Лёха, возьмёшь два рюкзака. Готовься поддержать нас огнём. Настя, стреляешь во всё, что покажется опасным. Добрых мутантов там нет. Проверяй путь постоянно. Ловушек много. Вопросы? Проверьте одежду и противогазы. Идём по готовности. Этот переход Настя поклялась запомнить на всю жизнь. Так трудно ей никогда ещё не было. Сначала всё было неплохо. Они спустились вниз, и пошли по болоту. Настя и Алексей были отдохнувшими, поэтому бодры и веселы. Не ожидали трудностей, с которыми не могли бы справиться. Нападение мутанта дало дозу адреналина, что взбодрило Настю ещё сильнее. То, что она без помощи Говоруна расстреляла напавшего мутанта, дало ей повод для гордости. Дальше она, поверив в свои силы, чуть не на крыльях летела. Говоруну постоянно приходилось её одёргивать, чтобы она не уходила вперёд. Он и Алексей не могли идти также быстро, как она. Алексей из-за рюкзаков, а Говорун прикрывал его и шёл в его темпе. Потом становилось всё хуже и хуже. Выдирать ноги из трясины становилось всё тяжелее. Настя начала уставать, вспотела. У неё не было возможности почесаться, поэтому, как назло, у неё зачесалось, где только можно. После десятого нападения мутантов, новые победы перестали Настю радовать, но мутанты не кончались. Провалившись в бочаг, или что-то подобное, Настя вымокла. Хоть одежда и была пригнана плотно, но вода дырочку нашла. Мокрое бельё стало натирать. Настя обругала себя за то, что прокладки больше не использовала, а трусы на мягкие штанишки не поменяла. Вернее, надела штанишки поверх трусов. Теперь ей было некомфортно, но сделать она ничего не могла. Стекло маски начало запотевать, и Настя стала хуже видеть. У Алексея тоже была такая проблема. Говорун посоветовал Алексею снять противогаз и протереть стекло салфеткой. Насте показал, как включить продув стекла при запотевании. В маске у Насти была и такая функция. Она сделала это, но при этом у неё перестал работать фильтрующий элемент. Настя полной грудью вдохнула наружный воздух и долго откашливалась. Глаза слезились, нос был забит. Даже после того, как Говорун сменил картридж, и Настя задышала очищенным воздухом, ей никак не удавалось откашляться и избавиться от раздирающего лёгкие и горло жжения. Зато глаза промылись и не болели, а носом Настя могла дышать свободно. Алексей тоже кашлял. Настя в маске могла себе это позволить, а ему в противогазе было намного хуже. Он, как мог, старался сдерживаться, но у него не получалось. Чтобы откашляться, он снимал противогаз, а потом вновь сдерживал кашель, глотнув испарений болота. Он жаловался на то, что у него слезятся глаза, и он плохо видит куда идёт. Ему было хуже, но Настя не могла посочувствовать ему. Ей самой было несладко, и она никак не могла ему помочь. Раньше она выражала бы глупое сочувствие, придумывала планы помощи Алексею, суетилась, пытаясь воплотить их в жизнь. У неё мелькала мысль, что можно отдать Алексею свою маску, а самой воспользоваться его противогазом. Вот только разум и логика задушили эти глупые мысли. Настя шла первой, отстреливала мутантов. Зрение и свободные руки были ей нужнее, чем Алексею. И вновь Настя поняла, что изменилась. Раньше логика у неё никогда не превалировала над чувствами. Теперь же логика взяла верх над чувствами, и она просто шла вперёд, отключив эмоции, и делала своё дело. Идти становилось всё тяжелее. Настя вымоталась. Отслеживать мутантов становилось всё труднее. Подчиняясь командам Говоруна, она шла весьма извилистым путём, огибая только Говоруном видимые препятствия и ловушки. Скоро это «петляние» начало сильно раздражать. Настя захотела спрямить путь. Высказать Говоруну за его умение выбирать маршрут и идти «прямо». Она не видела ловушек, препятствий, аномалий, но подчинялась, хотя в ней рос протест. Потом протест перерос себя и сменился равнодушием. Когда Настя не отреагировала на бросившегося на неё мутанта, Говорун наконец-то понял, как она вымоталась. Убив мутанта, он скомандовал привал. Встать на привал оказалось не так просто. Они дошли до засохшего дерева. Говорун подсадил Настю и заставил лезть наверх. Оттуда Настя скинула верёвку и с трудом вытянула три рюкзака. Потом залез Говорун и на верёвке поднял Алексея. Они оставили рюкзаки на нижних ветках, а сами полезли выше. Здесь не было дымки испарений и можно было снять маску и противогаз. Настя только сейчас сообразила, что Говорун шёл только с повязкой вокруг лица и очками, на подобии мотоциклетных. -Говорун, а как ты?.. — Настя показала на его маску и очки. -Я тоже хотел об этом спросить, — тяжело дыша, сказал Алексей. — Мне в противогазе было плохо, а вы… Ты… Неужели бинт с ватой защищают лучше, чем фильтр противогаза? Или они чем-то пропитаны? -Ничем, — покачал головой Говорун, — просто я привычный к такому и у меня от этого не будет сильной аллергической реакции. Не будем обо мне. Лучше посмотрите, сколько мы прошли. Настя осмотрелась. С дерева она прекрасно видела всю местность вокруг. Без помощи Говоруна не смогла сориентироваться и понять, откуда они пришли и куда идут. Он показал, и она горестно застонала. Они прошли чуть больше половины пути. Настя была уверена, что они прошли больше. Она обругала Говоруна за то, что он заставлял их выписывать такие петли. По прямой было не более пяти километров. Час ходьбы. Ну, два, учитывая болото. Настя поинтересовалась, как долго они шли? Разозлилась ещё больше, когда узнала, что шли они без малого пять часов. Всё своё раздражение она выплеснула на Говоруна. Он ничего ей не сказал в ответ. Начал объяснять, что надо сделать, чтобы заночевать на дереве. Настя и Алексей дружно поинтересовались, почему они не пойдут сегодня дальше? -Мы не успеем пройти болота до темноты, — ответил Говорун. — Через пару часов станет темно. В темноте на болотах мы далеко не уйдём. Даже если предположить невероятное… То, что мы до темноты пройдём болота… Там нет укрытия. Нам придётся ночевать прямо на земле, на неподготовленном месте. Лучше уж здесь. -А можно как-то достать из рюкзаков воду? — спросил Алексей. — Я уже не могу больше терпеть. Настя тоже захотела пить. Раньше она гнала такие мысли, подозревая, что они вот-вот пройдут болота и тогда можно будет без помех напиться. Сейчас жажда навалилась на неё. Все мысли были направлены только на воду. Говорун вытащил из-за пазухи флягу. -Пейте, только понемногу. Нам этой фляги должно на всю ночь хватить. -Да тут всего литр! — возмутился Алексей. -Два, — возразил Говорун, и передал ему флягу. Алексей с трудом, но отдал флягу Насте, чтобы она пила первой. Настя открыла флягу и сделала пару глотков, хотя ей хотелось присосаться и пить, пить, пить. Она отдала флягу Алексею. Тот пил дольше. Настя ревниво считала, сколько глотков он сделал. Поймала себя на этом и ей стало стыдно. От Говоруна фляга вновь перешла к ней. Она вновь пересилила себя и не выпила всё. Отдала флягу Алексею. Так, по кругу пуская флягу, они всё и выпили. -А на утро?! — возмутился Алексей. -В рюкзаке канистра, я сейчас наберу. — Сказал Говорун. — Устраивайтесь. Постарайтесь уснуть. Я буду караулить. Говорун ловко спустился к рюкзакам. Настя привязала себя к стволу, как он показывал. Посмотрела, как этой же верёвкой привязывается Алексей. Хотела поговорить с ним. Потом задать вопросы Говоруну. Однако усталость дала о себе знать. Настя свернулась на ветке, прислонилась к стволу и уснула. Когда-то Настя читала приключенческий роман. Там герои постоянно ночевали на деревьях, спасаясь от хищников. Возможно, это были какие-то другие деревья, с более удобными ветками. На этой ветке Настя скоро проснулась от боли в пояснице и отсиженных ногах. Она попыталась переменить позу, но от этого чуть не упала и окончательно проснулась. Постаралась всё же пересесть. У неё получилось сесть на ветку верхом. Было неудобно, но хоть ноги перестали неметь, и их закололо тысячей иголочек. Настя вновь попробовала заснуть. У неё получилось, но очень скоро она проснулась. В такой позе сидеть было ещё хуже. Настя переменила позу. Навалилась жажда. Сырая одежда прилипала к телу. Захотелось есть. Посмотрев вниз, Настя увидела Говоруна. Он сидел ниже и видимо охранял их. Настя спросила его насчёт еды и воды. Он, ничего не сказав, вытащил из-за пазухи паёк и фляжку. Подкинул флягу Насте. Настя не ожидала этого, поэтому не успела поймать. Говорун сам поймал падающую флягу и вновь подкинул. На этот раз Настя поймала. Потом поймала сухпай и вгрызлась в него, запивая водой. Поев, Настя скинула флягу Говоруну, а обёртку сухпая сунула себе в карман. Вновь попыталась устроиться на дереве. Неожиданно, как это бывает в Зоне, навалилась тьма. Настя на секунду испугалась, а потом успокоилась и попыталась уснуть. Спала она или нет, она не поняла, но очнулась от того, что начала замерзать. Попробовала помахать руками, подвигаться, чтобы согреться. Чуть не свалилась вниз и прекратила эксперименты. Пересела по-другому и вновь попыталась уснуть. Она замерзала. Началась дрожь, даже зубы застучали. Выстрелы под ней были совершенно неожиданными и заставили подскочить. Настя чуть не свалилась и высказала Говоруну всё, что она о нём думает. Он ничего не сказал в ответ. Алексей спросил его, что случилось? Говорун кратко ответил: «Мутант», после чего вновь замолчал. Настя и Алексей пошептались между собой, обсуждая происшествие, но долгого разговора не получилось. Алексей твёрдо заявил о намерении, поспать сколько получится. Насте ничего не оставалось, как тоже попытаться заснуть. Всю ночь она просыпалась то от выстрелов, то от холода. Боль в ногах и спине стала привычной и не сильно беспокоила. Под утро она поняла, что больше не уснёт. Тем более, что ей сильно захотелось в туалет. Она не видела в темноте, где Говорун, но кроме как внизу, больше ему быть было негде. -Говорун, — тихо позвала она. -Чего? — нормальным голосом ответил он ей. -Ты не спишь? — задала Настя глупый вопрос. -Сплю, — фыркнул в ответ Говорун. -Говорун, я в туалет хочу, — призналась Настя. -Я тоже, — рядом с ней сказал Алексей. -Потерпите ещё час, — ответил Говорун. — Через час будет светло. Всё будет намного проще. -А может быть, мы фонариком воспользуемся? — спросил Алексей. -Нет, терпите, — возразил Говорун. — Начнёте возиться, шевелиться… Можете сами упасть, а может быть, ветка под вами обломится. Нам за светлое время надо пройти болота и выйти к убежищу. Если кто-то ногу сломает, то придётся его пристрелить, а мне этого не хочется. -Говорун, твои шутки!.. — возмутилась Настя. — Некоторые твои шутки совсем не смешные! -Ну, да, — согласился Говорун. — На самом деле, пристрелить мне кого-нибудь хочется. -Не смешно! — вновь повторила Настя. Раздались выстрелы, и разговор сам собой прервался. Говорун выпустил почти всю обойму в мутанта. Судя по звуку падения, мутант был довольно крупным. Настя вглядывалась в темноту, но ничего не видела. Она уже знала, что Говорун как-то ориентируется в полной темноте. Ей хотелось знать как, но она подозревала, что спросив, ответа не получит. Так и оказалось. Спросила не она, а Алексей. Говорун в ответ отшутился и велел заткнуться и не привлекать мутантов разговорами. Они замерли на дереве и стали ждать рассвета. Свет резанул по глазам. Настя даже вскрикнула. После полной темноты она ещё минуту не могла проморгаться. Алексей испытывал то же самое. Говорун похоже не испытывал такого дискомфорта. Судя по звукам, он сразу, как стало светло, развил бурную деятельность около рюкзаков. Настя думала, что он достанет еду и воду, поэтому, когда нормально смогла видеть, очень удивилась, увидев Говоруна протягивающего ей пачку патронов. -Что это? — спросила Настя. -Патроны, — ответил Говорун. — Ты вчера стреляла, обоймы меняла. Теперь надо обоймы набить. Я вчера не заставил вас это сделать, но сегодня это нужно сделать первым делом. -Первым делом нужен туалет, — сказал Алексей. — Я ещё потерплю, а вот Настя… -А ты на неё не кивай, — повернулся к нему Говорун, — она сама за себя скажет. -Говорун, правда, мне в туалет надо. — Стыдливо призналась Настя. — Нам, наверное, слезть придётся, чтобы… Ну… -Лучше делайте свои дела прямо с дерева. Только спуститесь на ветку с рюкзаками, чтобы на них не попало. И спускайтесь по очереди. Обломит ваш общий вес ветку — «обои» грохнитесь. Оставаться на дереве ещё хоть одну лишнюю минуту никто не хотел, но им пришлось провести на дереве больше часа. Поесть, набить обоймы, проверить одежду и оружие. Старались всё делать быстро, но боязнь что-то уронить, балансирование на ветках, не способствовали быстроте дел. Одним словом — провозились. Спустившись с дерева, были сразу атакованы мутантами. Хорошо, Говорун задержался наверху и караулил. Он перестрелял часть мутантов, пока Настя и Алексей не схватились за своё оружие и не открыли стрельбу. Спустившись, Говорун приказал бежать за ним и сразу взял хороший темп. Не смотря на ужасную ночь, Настя чувствовала себя отдохнувшей. Ей не составило труда бежать по болоту за Говоруном. Алексей тоже отдохнул, но у него не было таких тренировок, как у Насти. Тем более что он был в противогазе. Минут через пять, Настя услышала, как он задыхается. -Говорун! — закричала она. — Алексей больше не может! Говорун остановился, обернулся. Алексей подошёл и согнулся, пытаясь отдышаться. Он что-то сказал, глядя на Говоруна. Настя не разобрала что именно, но поняла, что Говорун сейчас вновь прикажет бежать. Она уже неплохо разбиралась в его мимике, поэтому опередила его, не дав отдать приказ. -Говорун, куда мы так бежим? — спросила она. — За нами что, гонятся? Говорун скинул маску. -Ну, вообще-то, да, — ответил он. — Мутанты, которых я не добил ночью, и которые сожрали убитых мною сородичей, вполне не против нами закусить. Если не оторвёмся, будут преследовать. -А мы разве не оторвались? — удивилась Настя. — Да и ты их столько там, у дерева, убил, что они, небось, побоялись за нами бежать. -Побоялись — вряд ли. А вот то, что остались и доедают своих — вполне возможно. Мы уже столько стоим, а на нас ещё не напали. Мобуть ты права. Дальше пойдём потихоньку. Лёха, отдай Насте рюкзак. Ты пойдёшь первым. Слушай мои команды, но и сам не зевай. Настя, будь готова прикрывать его. Я замыкающим. Вопросы? Действуем. Этот день не стал хуже или лучше предыдущего. Такая же усталость, такая же мокрая от пота одежда, так же болят ноги. Настя теперь шла за Алексеем. Нести два рюкзака было тяжело, но Настя не возражала. Она поняла, что её подготовка гораздо лучше, чем у Алексея. Алексей просто шёл и нёс рюкзаки, а она ещё и отслеживала обстановку, и стреляла, если нужна была помощь. Дважды Алексей не успевал отреагировать на напавшего мутанта. Один раз его спасла Настя, другой раз Говорун. Говорун вообще отстреливал большую часть мутантов. Алексей замечал мутанта и начинал стрелять, почти всегда промахиваясь, а Говорун делал один точный выстрел и убивал мутанта. Редко когда тратил больше одного патрона. Настя не знала, зачем Говорун вчера поставил её идти первой? Без рюкзаков Алексей шёл быстрее, а Настя вполне держала его темп с двумя рюкзаками за спиной. Возможно, он не до конца доверял ей. Возможно, хотел, чтобы она сравнила и поняла, что она намного лучше неподготовленного новичка. Настя решила, что при случае спросит об этом, а сейчас нет смысла гадать. На этих проклятых болотах даже поговорить во время пути невозможно. Около обрыва Алексей окончательно сдал. Настя понимала почему, и не осуждала его. Ей самой хотелось упасть и плакать от счастья. Наконец эти болота кончатся, наконец-то мы дошли! Предыдущий опыт подсказывал Насте, что дойдя до обрыва, они вовсе не дошли до цели. Им ещё надо залезть наверх, а потом дойти до убежища. Только там их путь можно считать оконченным. Поэтому Настя не радовалась и готовилась к новым испытаниям. Алексей поставил себе целью дойти до края болота. Он дошёл и сил поставить себе ещё одну цель у него не осталось. Он просто стоял и смотрел в никуда. Когда Настя сказала ему, что можно отдохнуть, он сел на поваленное дерево и вновь уставился на одну точку перед собой, не реагируя ни на что. Настя пыталась его тормошить, пока Говорун не ругнулся на неё, и велел не отвлекаться, а отслеживать обстановку. Ему нужно было найти место пригодное для подъёма вверх. Настя должна была караулить вещи и следить за состоянием Алексея. Настя указала Говоруну, что состояние Алексея внушает ей опасения. Он хрипел при вдохах и уже начинал временами задыхаться. -Потом с ним разберёмся, — отмахнулся Говорун. — За пару часов он не умрёт. Он ушёл вправо вдоль обрыва. Настя соорудила небольшую баррикаду из рюкзаков и уселась рядом с Алексеем. На них никто не нападал. Настя знала, что делает глупость, но по-другому поступить не могла. Она сняла с себя маску, сорвала противогаз с Алексея и надела маску ему, а на себя натянула противогаз. Она хотела дать Алексею подышать пару минут, а потом забрать маску, но он так схватился за неё, так задышал, что Настя устыдилась просить маску назад. В противогазе было ужасно. Он был велик Насте и воздух с испарениями проникал в него. Глаза у Насти слезились, нос сразу оказался забит. Попытавшись что-то сделать с этим, но, не преуспев, Настя решила, что лучше вообще без противогаза посидит. Она сняла противогаз и убрала в рюкзак. Без противогаза стало гораздо лучше. Глаза по-прежнему слезились, но теперь Настино поле зрения не ограничивали стёкла противогаза. Дышать Настя вполне могла. Видимо организм привык к этой атмосфере за время путешествия по болотам. Часто моргая, Настя без проблем отслеживала обстановку. Видела всё расплывчато, но достаточно ясно. Впрочем, Настя очень надеялась, что на них никто не нападёт до возвращения Говоруна. Не ушёл же он на час, или больше. Говорун вернулся минут через десять. Увидев Настю без маски, ничего не сказал, но посмотрел очень выразительно. Настя оправдываться не стала. Ни к чему. Помогла Алексею надеть два рюкзака. Ей рюкзак подал Говорун. Велел идти по его следам, а сам отправился куда-то в сторону. Настя пожала плечами, и по чётко видимому следу, пошла вдоль обрыва. Алексей двинулся за ней. Следы были чётко видны на влажной почве. Иногда, в лужах, они пропадали, но пройдя лужу, Настя легко их находила. Когда следы закончились, Настя прошла ещё десяток метров, разыскивая их. Только потом поняла, что следы оборвались не в луже, да и Говорун здесь натоптал, осматриваясь, а значит они пришли. Настя посмотрела вверх. По обрыву проходила промоина. Сейчас сухая, но во время дождя по ней наверняка стекала вода. Примерно по такой они спустились с обрыва в начале путешествия по болоту. Только там они спускались из оврага, следовательно, с меньшей высоты. Да и промоина там была шире и глубже, с весьма удобной для спуска лесенкой из перекатов. Здесь же, Настя не могла себе представить, что они смогут подняться на высоту девятиэтажного дома по такой ненадёжной лесенке. Да и лесенки как таковой не было. Просто немного извилистое русло. Раздались выстрелы. Говорун очередью выпустил почти всю обойму. Настя насторожилась. Непонятно было, в кого стреляет Говорун. Обычно он отстреливал мутантов по одному выстрелу. Такая стрельба была для него не характерна. Или мутантов было слишком много, или ему попался такой мутант, которого не так-то просто убить. Настя заметалась, не зная, что делать. Предложила Алексею подняться наверх. Алексей с сомнением посмотрел на склон и малодушно предложил дождаться Говоруна. Настя тоже сомневалась в таком решении, поэтому согласилась ждать. Только потребовала назад свою маску. Если появятся мутанты, ей нужно будет стрелять, и стрелять точно. Алексей сказал, что тоже может стрелять, но Настя возразила, что она стреляет точнее. Алексей не решился продолжать спор и отдал Насте маску. Противогаз просить не стал. Впрочем, он ему не особо и понадобился. Настя ещё не успела закрепить маску, а к ним подбежал Говорун. -Лезем наверх! — закричал он ещё издалека. — Давайте быстрее! Какого-то нового мутанта встретил. Ничего его не берёт. Лезем наверх! -А мы не свалимся? — с сомнением спросил Алексей. -А я не знаю, — ответил Говорун. — Если не захотите, то не свалитесь. Или, если захотите, то не свалитесь. Я вас что, уговаривать должен?! Не дети! Если хотите, то ищите где лучше забираться, а я пошёл. Говорун забрал рюкзак у Алексея и начал подниматься вверх по промоине. Настя пошла за ним. Старалась ставить ноги туда, куда ставит их Говорун, хвататься за те же выступы. Подниматься было тяжело, но не так страшно, как Настя представляла. Она смотрела на Говоруна, не видела на какую высоту забралась, поэтому не боялась. Слышала, как внизу карабкается Алексей. -Лёха, — закричал Говорун, — расклинь себя в расщелине рюкзаком и отдохни! Ты вполне можешь это сделать! Настя глянула вниз. Алексей сильно устал ещё раньше, а теперь он совсем вымотался. Отстал от Насти метров на пять и карабкался еле-еле. Слова Говоруна он принял как команду и бездумно откинулся назад. Как раз в этом месте ему этого делать не следовало. Рюкзак надавил на грунт, тот начал осыпаться и Алексей начал съезжать вниз. Настя в ужасе закричала, но тут сказалось везение Алексея. Он съехал на пару метров вниз, и его заклинило в щели. Поза была неудобной, а Алексей был ошарашен и не осознавал, что происходит. Он попытался сменить позу. Настя увидела, как его начинает сносить в сторону. Ещё немного и он вывернется из щели и упадёт вниз. Высота небольшая, но он всё равно рискует сломать себе что-то. -Не шевелись!!! — закричала Настя. — Не двигайся!!! Упадёшь!!! Алексей послушно замер. Мимо Насти вниз спустился Говорун. Рюкзак он положил на уступ, сделав импровизированный якорь, привязал к лямкам верёвку, и теперь с концом верёвки спускался вниз. Настя прикинула, что верёвки ему не хватит. Вспомнила, что у неё в рюкзаке тоже есть пять метров прочного шнура. Попыталась снять рюкзак, но у неё ничего не получилось. Делать такие трюки, балансируя на высоте пятнадцати метров, она побоялась. -Говорун, что я могу сделать?! — жалобно спросила она. -Лезь наверх, — ответил Говорун. — Вылезешь, скинь нам верёвку. -У меня верёвка тонкая. Она вас не выдержит. Если и выдержит, то вы не сможете по ней залезть. Она вам руки порежет. -Не для нас. Для рюкзаков. Мы сами выберемся. -А если не выберетесь? — задала Настя глупый вопрос. -Лезь давай! — рявкнул Говорун. Настя полезла. До рюкзака Говоруна добралась без проблем. Дальше путь был не разведан, и стало сложнее. Склон был довольно твёрдым, но местами осыпался. Приходилось выбирать, куда ставить ногу. Было тяжело. Оружие мешалось, рюкзак оттягивал спину. Настя сообразила, что Говорун перевесил автомат по-другому перед началом подъёма. Удивилась, что он ей не посоветовал сделать то же самое. Впрочем, она видела, что он делает. Настя перевесила автомат на плечо и удивилась, что не сделала этого сразу. Лезть стало намного проще. Когда до верха осталось всего ничего, Настя увидела довольно неплохую площадку. На ней она оставила рюкзак. Перевесила оружие на спину и достала из рюкзака верёвку. Посмотрела, как внизу Говорун и Алексей. С ними всё было в порядке. Говорун помог Алексею, снял с него рюкзак и теперь они находились рядом. Говорун придерживал Алексея и что-то ему говорил. Рюкзак на верёвке болтался ниже. -Говорун, — крикнула Настя, — вам верёвки не хватит! Даже до твоего рюкзака, отсюда не достанет! Наверное… -Отдохни там, прежде чем наверх выбираться! — посоветовал Говорун. — И не волнуйся! Всё будет в порядке! -Да, конечно, — с сомнением пробормотала Настя. — Тебе помощь не нужна?! — спросила она Говоруна. -Выбирайся! Дальше я скажу, чем ты можешь помочь! Насте немного оставалось. Каких-то три метра. Она привязала верёвку к рюкзаку и полезла вверх. Довольно быстро добралась до края, выглянула, подтянулась и перевалилась через край. Как учил Говорун, сразу приготовила оружие. На неё никто не нападал и она успокоилась. Потянула за верёвку и начала вытаскивать рюкзак. Когда перетаскивала рюкзак через край, глянула вниз и отпрянула в ужасе. Только теперь она поняла, что сделала. По сути, она поднялась на высоту девятиэтажного дома по стене, как скалолаз. Сделала это без страховки, без специальных приспособлений, да ещё и неся на спине рюкзак. С ней на танцы ходила одна девочка, которая занималась ещё и альпинизмом. Так она хвасталась, что в горах, за день, поднялась с группой по отвесному склону на сто метров. Настя подумала, что для неё это теперь не достижение. Она теперь тоже может хвастаться. Настя боялась высоты. Думая только о том, как выбраться из болот, Настя не обращала внимания на высоту. Теперь же, она с трудом подошла к краю и посмотрела вниз. Не смогла увидеть Говоруна и Алексея. В ужасе задохнулась, решив, что они упали. Непроизвольно подалась ещё вперёд и увидела их на стене. Успокоилась, но тут же вновь задохнулась от ужаса. Снизу лез мутант. Говорун смотрел вверх и не видел его. Алексей никуда не смотрел, а просто лез, подталкиваемый Говоруном. Мутант, похожий на комок щупалец с небольшим телом, легко догонял их по стене. -Говору-у-ун!!! — завопила Настя. — Сзади-и-и!!! Говорун отреагировал мгновенно. Он не стал доставать оружие из-за спины. Он просто расстегнул карабин и позволил автомату упасть. Ловко подхватил его за рукоять и спустил курок. Вот только мутант тоже не стоял на месте. Он ускорился, по стене обогнул Говоруна и напал на Алексея. Что он с ним сделал Настя не видела, но Алексей взвыл так, как будто его режут. Говорун схватил мутанта рукой за щупальца. Бросил автомат и выхватил нож. Нанёс мутанту несколько быстрых ударов. На мутанта это не оказало видимого действия, но он, по крайней мере, выпустил Алексея и набросился на Говоруна. Теперь уже взвыл Говорун. Несколько секунд они с мутантом боролись, вися на стене, а затем, Говорун упёрся в стену и со второго раза оторвал от неё мутанта. Вдвоём они рухнули вниз. Настя отвлеклась и не увидела, как они упали. Алексей, ничего не видя и не понимая от боли и ужаса, лез вверх. За эти несколько секунд он каким-то чудом добрался до вершины. Настя помогла ему забраться и вновь посмотрела вниз. Говорун и мутант катались по земле. Мутант оплетал Говоруна щупальцами и рвал на нём одежду, а Говорун достал пистолет и всаживал пули в тело мутанта. Настя прокляла себя за глупость. Она подхватила автомат, прицелилась и замерла. Говорун и мутант постоянно перемещались и переворачивались. Настя не могла стрелять. В какой-то момент Говорун оттолкнул мутанта в сторону, и Настя выпустила очередь куда-то между щупалец. Мутант замер на мгновение, а потом начал быстро перемещаться вглубь болот. Стрелять ему вдогонку Настя не стала. Она посмотрела, что с Говоруном. Говорун медленно поднялся и стал собирать то, что осталось от его одежды. С ним вроде бы всё было в порядке. Настя успокоилась и обернулась к Алексею. Ахнула и бросилась к нему. Алексей был весь красный, распухший, дышал быстро и неглубоко. Настя бросилась к обрыву. -Говору-у-ун!!! — закричала она вниз. — Алексею плохо! Совсем плохо! Что делать?! -В аптечке ампула! — крикнул в ответ Говорун. — Обмотана жёлтой изолентой и на изоленте вырезаны треугольники сверху! Половину ему в вену сразу введи, а половину в течении десяти минут! -Говорун, поднимись и сделай всё сам!!! — рявкнула Настя. — Я не знаю что колоть, я не знаю как колоть! Давай быстрее, а то Алексею стало хуже! Крикнув это, Настя вновь бросилась к Алексею. Секунду обдумывала, чем может помочь, а потом сообразила найти аптечку. Достала аптечку, нашла ампулу, набрала лекарство в шприц и замерла, ожидая Говоруна. В том, что он появится, она не сомневалась. Он прекрасно понимал, что Настя не сумеет оказать помощь в такой ситуации. Странно было, что он до сих пор не оказался наверху. Когда Говорун показался над краем обрыва, Настя хотела ехидно прокомментировать то, что он совсем не спешил. Посмотрела на него и слова застряли в горле. Говорун выглядел не лучше Алексея. Такой же красный и распухший. Плюс к этому, на нём из одежды остались только обрывки ткани, а на теле видны были язвы, как будто кожу протравили кислотой. Настя ахнула, подхватилась бежать к нему, посмотрела на Алексея и осталась на месте. -Говорун, — жалобно сказала она, — ты покажи мне что нужно… как помочь Алёше, а я попробую что-то сделать. Сама… Я просто не знаю… Тебе очень плохо? Что я могу для тебя сделать? Говорун ничего не ответил и подошёл к Алексею. Опустился рядом с ним на колени и взял за руку. Поднял руку, сжал запястье в своих руках и кивнул Насте. -Вену видишь? Вводи иглу в неё. Медленно выдавливай поршень. Будь готова к тому, что у него начнутся судороги. Постарайся удержать иглу в вене. Если чувствуешь, что не сможешь, то сразу вытаскивай. Алексей был совсем плох. Он уже почти не дышал. Его ноги дёргались, сгибались и скребли по земле. Настя решила, что если она сделает что-нибудь неправильно, то хуже ему уже не будет. Она осторожно поднесла иголку к запястью и уколола. Ничего страшного не произошло. Настя начала вводить лекарство. Говорун отпустил запястье Алексея и перехватил его руку и кисть, чтобы сдержать, если будут возможные судороги. Настя медленно, как велел Говорун, ввела лекарство. В шприце осталась половина ампулы. Настя посмотрела на Говоруна, взглядом спрашивая, что ей делать дальше? Говорун посмотрел на Алексея, проверил зачем-то глаза, подняв веки, и велел вытаскивать иглу. Добавил, что через час остаток лекарства нужно будет вновь медленно ввести в вену. Настя закрыла иголку колпачком. Говорун в это время залез в аптечку, достал такую же ампулу и шприц. С трудом отломил горлышко ампулы и попробовал набрать лекарство в шприц. У него ничего не получилось. Распухшие пальцы были неловкими. Руки тряслись, да и его самого потряхивало. По телу то и дело пробегали судороги. Настя отобрала у него ампулу и шприц, набрала лекарство и замерла, не зная куда колоть. Говорун протянул ей руку и сжал запястье, обозначая шарик вены. Настя осторожно ввела иглу и выдавила лекарство. Говорун немного посидел, а потом велел ввести остаток лекарства. Настя спорить не стала. Говорун лучше неё знает, как его надо лечить. Сделала, что ей велел. Говорун кивнул, поблагодарив, и встав, отправился к краю обрыва. -Ты куда? — спросила Настя. -За рюкзаками, — ответил Говорун. -В таком состоянии? — изумилась Настя. — Нет уж! Давай я за рюкзаками полезу, а ты тут побудешь. Тем более, что если с Алёшей что-то случится, я ничем не смогу помочь. Ты ведь хоть что-то сделаешь… -Ничего с ним не случится, — перебил её Говорун. — И хватит тут ныть! «Я не сумею, я не смогу!» — передразнил он Настю. — Это я не сумею! Мне с такими руками ничего толком не сделать. Стероиды я ему точно вколоть не смогу. А ты сможешь. Ты только что это делала. А рюкзаки ты не сможешь вытащить наверх. То есть, сможешь, но не так быстро как я. Поэтому, давай будем делать каждый своё дело. -Подожди хоть… — возразила Настя. — Подожди, пока лекарство подействует. -Нельзя, — с сожалением сказал Говорун, — чем дольше рюкзаки без охраны, тем больше вероятность того, что до них доберутся мутанты. Тот, что внизу, скорее всего уже потрошат. -Да пропади они! Эти рюкзаки. — Воскликнула Настя. — Если ты, в таком состоянии, свалишься, то нам гораздо хуже будет. Как мы тебя наверх затащим? Куда мы без тебя дальше пойдём? Как нам тебя нести, если ты… Говорун, не надо за рюкзаками лезть. Пока не надо. -Я не свалюсь, — усмехнулся Говорун. — Следи за состоянием Лёхи. Я быстро. Настя отвлеклась на Алексея. Его состояние улучшилось. Он не пришёл в сознание, но теперь дышал ровно и глубоко, как спящий. Краснота кожи не прошла, но отёчность снизилась. Настя потрогала его лоб. Температуры не было, но Настя не знала, чем Алексей болен и не знала, нормально ли то, что у него не повышается температура. Она подготовила фляжку и кружку на тот случай если Алексей очнётся и попросит воды. Подумав, приготовила три упаковки саморазогревающейся еды. Поесть им всем не помешает. Пока она всё это делала Говорун успел спуститься и поднять наверх один рюкзак. Он закинул его на край обрыва и полез за другим. Настя подошла забрать первый рюкзак, но Говорун как раз поднялся наверх со вторым рюкзаком. Она помогла ему, сначала вытащив рюкзак, а потом, подав руку, помогая выбраться. К Алексею они вернулись вдвоём. Говорун отругал Настю за то, что она оставила Алексея без сознания одного, да ещё и своё оружие оставила рядом с ним и пошла к обрыву только с пистолетом. -Говорун, но здесь же нет никого, — сказала Настя. — И мы от него всего в десяти метрах. Что может случиться? -Всё, что угодно, — вздохнул Говорун. — Настя, здесь Зона. Не самая середина, где вообще шагу нельзя ступить, но всё равно. Мутанты мозгов не имеют, в большинстве своём… Первого ты убьёшь, второй до тебя дотянется, прежде чем умереть. Десятый убьёт тебя. Осознай это. Пойми. Проникнись. Даже я… Вот пример… Тот мутант, который на нас напал. Я до этого про него ничего не слышал и не знал, а ведь я по Зоне не один год хожу. Я от него еле отбился. С пистолетом ты от него никак не отобьёшься. Только автоматная очередь его останавливает. Заметь, не убивает, а останавливает. Его вообще ничто не берёт. Но я потом гранат наберу, огнемётом разживусь, тварь эту выслежу, поймаю… Проведу вивисекцию и узнаю, как его убить можно! -Очень он тебя задел, — фыркнула Настя, — ты таким кровожадным стал. -Да, — согласился Говорун, — он меня задел. Я хорошо отношусь к мутантам. Ты знаешь. Но от мутантов того же прошу. У него добычи много было. Я за ночь немало настрелял. Вполне мог, поохотиться и уйти. Так нет же, за нами пошёл. Деликатесов ему захотелось. -Он же безмозглый, — напомнила Настя, — и ничего не понимает. -Всё он понимает, — отмахнулся Говорун. — Если бы не понимал… Не важно. Вколи Лёхе остаток стероидов. Можно просто в мышцу. Настя посомневалась и не стала искать мышцу под одеждой. Ввела иглу снова в вену. Говорун напомнил, что вводить лекарство нужно медленно. Настя заинтересовалась этим, и Говорун прочёл ей лекцию на тему: «Использования лекарств с веществами, полученными в Зоне». Оказалось, что в Зоне от обычных лекарств мало толку. Например, при такой аллергической реакции как у Алексея, обычные стероиды могли и не успеть помочь. Поэтому в ампулы было добавлено вещество, полученное из мутантов Зоны, которое помогает организму быстрее усваивать вещества, с которыми его вводят, да ещё и усиливает их действие. Применять такое в повседневной практике нельзя. Очень опасно. Если вколоть сразу и всё, то лекарство, усиленное в несколько раз, будет действовать как яд. Только бродяги и сталкеры настолько сумасшедшие, чтобы применять эту смесь для лечения. Вводят медленно и понемногу, но всё равно, часто бывают случаи смерти. Говорун ещё долго рассказывал. Приводил примеры, объяснял. Настя подумала, что, не имея возможности читать лекции во время перехода по болоту, он теперь будет говорить с удвоенной силой. Впрочем, она не возражала. Она уже успела соскучиться по его лекциям. Спокойный, ровный голос вызывал чувство защищённости, понимания, что всё в порядке. Настя прервала лекцию Говоруна и рассказала ему об этом. Он возразил, что чувство защищённости из-за голоса — всего лишь иллюзия. Обиделся из-за чего-то и замолчал, но надолго его не хватило. Он привёл в сознание Алексея, предложил поесть, а во время еды начал новую лекцию о пайках и тушёнке, сравнивая их питательные качества и вкус. «Что ж», — подумала Настя, — «Говоруна не переделаешь». Они просидели у обрыва ещё пару часов. Алексею было плохо, и он приходил в себя. Но не только из-за него они задержались. Говорун много говорил, шутил, порывался исследовать местность вокруг, но ему тоже было плохо. Язвы на коже сочились сукровицей и не заживали даже под воздействием артефакта. Один его бок был сплошь тёмным от кровоизлияния. Видимо на него он упал, когда свалился с обрыва. Говорун каменел лицом, когда неосторожно, резко поворачивался. Его одежда была разорвана в клочья. Штаны превратились в шорты, от ватника почти ничего не осталось. Куртка, рубашка, футболка. Их просто больше не было. Только сапоги не пострадали. Все эти два часа Говорун из остатков ватника пытался сделать что-то наподобие защиты. В конце концов, плюнув на бесполезные попытки, он приказал собираться и выходить. Настя возразила. Предложила переночевать прямо здесь. Алексей её поддержал. Говорун взбесился. Он несколько минут орал на них, в нецензурной форме интересуясь наличием разума в их головах. Потом неожиданно успокоился и, горестно вздохнув, начал собираться. -Я сам виноват, — спокойно сказал он. — Я вас так веду, что вы думаете, будто это обычный поход с небольшими трудностями. Вы не знаете… Да со мной, вы и не можете узнать, что такое Зона. Поймите, здесь умереть можно в любую секунду. Вы этого не видели, вы никого не теряли. На ночь я всегда находил вам убежище. Где здесь, на ровной площадке, вы видите убежище? Вон там, нас уже караулят мутанты. Их пока мало, но к ночи будет больше. Ночью они станут смелее и нападут. Как вы тут будете от них отстреливаться, если они будут нападать со всех сторон сразу? Это риторический вопрос. Поймите, в Зоне, если ты показываешь слабость — ты покойник. Тебе плохо, у тебя что-то болит? Стисни зубы и иди вперёд. Не можешь идти — ползи. Не можешь ползти? Значит, ты умер. И никак иначе. К слову, о рюкзаках. Настя, ты так просто решила оставить рюкзаки. Запомни, в Зоне ничего оставлять нельзя. Никогда не знаешь, что и когда тебе понадобится. Всё своё несёшь до конца. Найденное, подбираешь и тоже несёшь. Это не жадность. Это опыт. Помнишь, я рассказывал тебе, что опытные бродяги всегда ходят с рюкзаком за спиной. Они всегда готовы что-то подобрать. То, что подарит им Мама-Зона. И от её подарков не принято отказываться. Понятно? -Простите, но вы так сумбурно всё изложили, — сказал Алексей. — Основную мысль я понял. Нам нужно идти. Верно? -Да, — кивнул Говорун. — Идём дальше. Здесь ничего не оставляем. Всё несём с собой. И Лёха, мы, кажется, перешли на «ты»? Не забывай об этом. Они собрались и двинулись дальше. Говорун подобрал даже лохмотья, которые остались от его одежды. Настя вспомнила, что он может восстановить одежду с помощью аномалии и артефактов. Подумала, что Алексей об этом не знает и рассказала ему. Алексей согласился, что в таком случае, нести с собой лохмотья действительно имеет смысл. Если бы они не устали раньше, то этот переход не представлял бы для них никаких трудностей. Местность была ровная, хорошо просматривалась. Мутанты убегали от них, только увидев, да и было их немного. Единственная проблема была в одиночных аномалиях. Их непросто было заметить, но первым шёл Говорун, поэтому Настя не беспокоилась. Теперь они шли не так, как раньше. Первым шёл Говорун, за ним Алексей с одним рюкзаком, а последней Настя, с двумя рюкзаками. Насте приходилось идти постоянно в пол оборота, чтобы отслеживать, что происходит сзади. С двумя рюкзаками это было неудобно, но она не роптала. В отряде она одна осталась не раненной и меньше всех устала. Говорун показывал, что он ещё очень даже крут, но Настя уже изучила его и по малейшим признакам могла догадаться, что ему отнюдь не сладко приходится. Хотя бы то, что он шёл первым и не отрывался от них, уже показывало, что с ним что-то не так. Плюс к этому, он перестал читать свои лекции. Настя не могла придумать чего-то более показательного. Алексей чувствовал себя ужасно. Временами его начинало трясти. Один раз он не смог удержаться на ногах и упал. Настя попросила у Говоруна подождать, дать отдохнуть. Говорун только покачал головой, помог Алексею подняться и пошёл дальше. Настя и Алексей догнали его. Алексей заверил Настю, что вполне может идти. Он не устал, просто ноги иногда почему-то не слушаются. Было такое ощущение, что он не совсем адекватен. Настя хотела спросить об этом Говоруна, но не стала. Чтобы только спросить, надо было бы обогнать Алексея, попросить Говоруна остановиться, вернуться назад. Настя не видела необходимости в этом. Поймала себя на том, что раньше обязательно спросила бы, не смотря ни на что. Полуразрушенное здание они увидели издалека. Направлялись они явно к нему, но Говорун почему-то вёл их какими-то зигзагами. Путь из-за этого удлинялся больше чем в два раза. Настя смолчала, а вот Алексей смолчать не мог. Он не совсем адекватно оценивал обстановку, поэтому вопрос задал, немного не так как задал бы его нормальный человек. -Говорун, а там здание, — сказал он. — Давай пойдём туда. Там укрытие, наверное, можно. Он прервался, как будто закончил мысль. -Мы туда идём, — сказал Говорун, — только аномалии обходим. -Возможные аномалии, — поправился он через секунду. -Я не знаю, сколько ещё смогу идти, — вдруг, совершенно разумно, сказал Алексей. -Не волнуйся, просто иди. Если что, мы с Настей донесём тебя. Немного уже осталось. Настя посмотрела на здание и засомневалась, что они смогут донести до него Алексея. Если идти прямо, то действительно, осталось метров триста. Вот только, они шли не по прямой, поэтому нельзя было сказать, сколько им ещё идти. Нести, дополнительно с рюкзаками, ещё и Алексея, Настя не смогла бы. Даже эти три сотни метров стали бы для неё проблемой. Она догнала Алексея и прошипела ему в спину. -Не вздумай упасть. Говорун тебя бросит. Он заберёт твои вещи и бросит тебя. Бросит умирать. Как отмычку. Шагай, даже если у тебя сил нет. Терпи. Сожми зубы и шагай. -Я понимаю, — сказал Алексей. — Моё желание не меньше. Идти надо пока. Буду думать. Настя вздрогнула. Этот бред Алексей сказал спокойным тоном, как что-то само собой разумеющееся. Это было ужасно. И тут Настя поняла, что все ловушки, аномалии, мутанты — совершеннейшая ерунда. Они не страшны. Страшно — это когда нормальный парень Алёша превращается в такого вот бредящего идиота. При этом ты не знаешь, что делать. Не знаешь, как долго он будет таким и не останется ли он таким навсегда. Ей захотелось сделать что-нибудь. Закричать от страха. Она невероятным усилием воли сдержалась, сжала зубы и молча пошла дальше. Они почти дошли до здания, когда из-за кустов к ним навстречу вышел зомби. Говорун вскинул оружие, но стрелять не стал. Держа зомби на прицеле, он прошёл мимо него. Зомби что-то мычал и тянулся к ним, не сходя с места. Настя тоже держала мертвеца на прицеле. Она удивилась тому, что он к ним не подходит, но выяснять причину этого у неё не было никакого желания. Слишком она устала. Алексей прошёл мимо мертвеца, но вдруг развернулся и посмотрел на него. Хотя, посмотрел — не совсем верное выражение. Настя увидела его глаза, и ноги у неё стали ватными. Она пошатнулась, чуть не упала. Глаза у Алексея были совершенно пустыми и незрячими, как глаза у живого мертвеца. Он остановился напротив зомби и также как и он, замычал и загукал. Казалось, что они переговариваются. Зрелище было жутким. Человек переговаривался с живым мертвецом. Настя не выдержала и завизжала, пытаясь визгом выдавить из себя весь ужас происходящего. Раздался выстрел, и Настя прекратила визжать. Открыла глаза. Алексей лежал на земле. Без сознания, или мёртвый — сразу было не понять. Зомби тоже лежал на земле, но в отличие от Алексея дёргался и пытался подняться. Говорун ещё парой выстрелов прострелил ему колени. Подошёл к Алексею, проверил пульс. Покачал головой и жестом показал Насте, чтобы подошла. -Тебе придётся его нести, — сказал он. — Его, и вещи тоже. Там наверняка будут мутанты. Мне нужно будет их перебить. Я не смогу тебе помочь. Настя только кивнула в ответ. Примерилась и взяла Алексея за руки. Поднять не смогла, поэтому потащила его волоком. Было жутко неудобно. Ноги скользили по земле, рюкзак, на котором ехал Алексей, постоянно цеплялся за неровности земли. Настя боялась при рывке повредить Алексею руки, поэтому ей приходилось подходить и высвобождать рюкзак, а потом тащить дальше, до следующей неровности. Говорун ничем ей не помогал. Он смотрел по сторонам, охраняя их. Как оказалось не зря. Когда на них из здания выскочила стайка мелких мутантов, он мгновенно отреагировал и срезал их одной очередью. Потом он ещё много раз стрелял в мутантов, пока они пробирались внутри здания, но Настя не обращала на это внимания. Всё её внимание было сосредоточено на Алексее. Единственной её заботой стало то, что его необходимо дотащить до безопасного места в целости и сохранности. Охраной от мутантов занимался Говорун. Настина забота была в том, чтобы Алексей не ударился об угол, не зацепился за выступающую арматуру, и так далее, и тому подобное. Отвлекаться ещё и на мутантов Настя не могла. Настя метров пять проволокла Алексея за собой, когда поняла, что Говорун не идёт за ней, а закрывает дверной проём куском железа, лежащего рядом. Она поняла это так, что они пришли. Бросила руки Алексея, перевела дух и осмотрелась. Помещение было довольно большим. Низкие потолки указывали на то, что они находятся в подвале. Часть помещения была затоплена, а в самом дальнем от воды углу было старое кострище и около него несколько топчанов, сколоченных из каких-то досок. Настя, не раздумывая, потащила Алексея туда. -Рюкзаки сними, — посоветовал Говорун, — так проще будет. Настя ничего не ответила, но совету последовала. Потащила Алексея, но тут же, обругала себя за глупость и расстегнула лямки его рюкзака. Без рюкзака и оружия он показался ей совсем лёгким. Настя смогла его поднять и перенести на топчан, только его ноги волочились по земле. Уложив Алексея на топчан, Настя замерла, не зная, что делать дальше. В голове появилась мысль, что надо забрать рюкзаки. Она встала и пошла за ними. Её перехватил Говорун. Несколько раз быстро и больно ударил по лицу. Настя ахнула от неожиданности. Посмотрела на него недоумённо. Почувствовала, как на глаза наворачиваются слёзы. -Не плачь! — приказал Говорун. — Я тебя в сознание привёл. Ещё ничего не кончилось. Нам ещё Лёху лечить. Не ходи, как сомнамбула! Двигайся живее! Говорун подхватил рюкзак и быстро пошёл к топчанам. Настя подхватила два оставшихся и пошла за ним. Когда она подошла, Говорун уже снял с Алексея верхнюю одежду и теперь резал сетку и бельё, чтобы быстрее их снять. На теле Алексея был огромный, незаживающий след от щупальца мутанта. По сути, это была язва, проевшая кожу и уже добравшаяся до мышц. Вокруг язвы всё отекло, и почему-то было жёлтого цвета. Только кожа на самой границе была ало красной, и из-под неё сочился гной. Настя не выдержала и отвернулась. -Воду достань, — приказал Говорун. — На ноги ему сядь. Не давай вывернуться, если дёргаться начнёт. -Что ты хочешь сделать? — спросила Настя, протягивая ему воду. -Рану промою, края иссеку. Не знаю, поможет ли, но надо хоть что-то делать. -Ты не знаешь? — удивилась Настя. — Я думала, ты знаешь всё. -Не иронизируй, — проворчал Говорун. -Нет, я серьёзно. Я думала, что для тебя нет тайн в Зоне. -Есть, — ответил Говорун, что-то делая с Алексеем. — Зону узнать… познать нельзя. Познав Зону, ты сам станешь Зоной. Ну, или её частью. Кстати, ты смотри, что я делаю. Тебе потом придётся делать то же самое. -Зачем? — удивилась Настя. -У меня тоже следы от щупалец на теле. Все я не смогу сам обработать. Два из пяти придётся обрабатывать тебе. -Ой, у тебя же тоже… Тебя же тоже мутант задел, — всполошилась Настя. — Давай быстрее… Ой, а как ты?.. То есть, тебе не плохо? -Я покрепче буду, — хмыкнув, сказал Говорун. — На меня одного мутанта мало. -А почему Алексея так… А тебя нет? — невпопад спросила Настя. -Да вот так, — тоже невпопад ответил Говорун. — Не отвлекай меня. Сейчас будет самое сложное. Настя послушно замолчала. Она сидела на ногах Алексея и всё ждала, когда он будет дёргаться. Он не дёргался и Настя расслабилась. Она достала фляжку. Попила. Убрала фляжку и попробовала сесть поудобнее. Потом почувствовала, как её клонит вперёд. Встрепенулась. Через какое-то время вновь наклонилась вперёд. Вновь поднялась, когда коснулась спины Говоруна. Потом вновь ощутила, что ткнулась лбом ему в спину. Посидела так немного, но он не возражал и Настя расслабилась. С расслабленностью на неё обрушился сон. Настя ничего не могла с собой поделать. Она слишком устала. Проснувшись в полной темноте, Настя не стала сразу вскакивать и что-то делать. Она припомнила произошедшее вчера. Припомнила, как уснула. На ощупь проверила вокруг себя обстановку. Нащупала фонарик. Было похоже на то, что Говорун не стал её будить, когда она уснула, а просто уложил на один из топчанов. Заботливо поставил рядом флягу с водой и оставил фонарик. Насте стало стыдно. Она должна была помочь ему с его ранами. Впрочем, нужна была бы помощь, он мог бы её разбудить. Она зажгла фонарик и осмотрелась. На соседнем топчане кто-то лежал. Больше никого рядом не было. Логично было бы предположить, что нет Говоруна, а лежит Алексей. Настя не знала, куда делся Говорун, но не волновалась за него. Если он ушёл, то так и надо. Он лучше знает, что делать. Она посветила в сторону двери. Баррикада, сделанная Говоруном, была разобрана. Настины предположения подтвердились. Говорун куда-то ушёл. Настя решила проверить состояние Алексея. Стараясь его не разбудить, она осторожно дотронулась до его руки. Рука была совершенно ледяной и какой-то твёрдой на ощупь. Настя забеспокоилась и схватила Алексея за руку. Потрясла, ожидая реакции. Рука почти не двигалась, а Алексей никак не отреагировал. Настя задохнулась от ужаса и посветила ему прямо в лицо, уже не боясь разбудить. Застонала, с трудом сдержав крик. Алексей был мёртв. В другой ситуации Настя не поверила бы сразу. Проверила бы ещё как-нибудь, боясь ошибиться. Но сейчас она поверила в его смерть сразу. С такой гримасой на лице, человек не может быть живым. Казалось, что все мышцы лица у Алексея разом свело. Жутко обнажились зубы, глаза стали узкими, все черты лица заострились. Лицо стало злым, хищным и невероятно пугающим. Лицо живого мертвеца. Настя подумала о живых мертвецах и вскочила в ужасе, выхватив оружие и начав озираться. Ей стало неимоверно страшно. Она хотела позвать Говоруна, но подумала о том, что вместо Говоруна в дверной проём может войти какой-нибудь мутант, привлечённый её криком. Сдержалась и не закричала. Подумала о том, что Алексей теперь может подняться, как поднялся Пирс. Перевела свет фонарика на него. Увидела, что он лежит спокойно и вновь начала осматриваться. Встающий за спиной Алексей вновь возник в её воображении. Ей стало невероятно страшно. Она подумала, и решила, что лучше пойти и найти Говоруна, чем оставаться здесь. Может быть, он рядом? За дверью, караулит. Настя пошла к дверному проёму. Пройти дверной проём тоже было страшно. Настя несколько секунд не решалась сделать шаг. Выглянуть и посмотреть, тоже было очень страшно. Настя собралась и сделала шаг. Сразу посветила по очереди в оба конца коридора. Никаких мутантов не увидела и облегчённо выдохнула. Ещё раз осмотрелась и двинулась по коридору туда, откуда пришла с Говоруном и Алексеем. Страх и воображение вновь заставили её резко обернуться и посветить вдоль коридора. Никаких мутантов не было. Настя двинулась дальше. Теперь она постоянно оборачивалась, решив, что так будет безопаснее. Не учла того, что несколько секунд не видит, куда идёт. Осознала свою ошибку, когда, сделав очередной оборот, нос к носу столкнулась с мутантом. Мутант не был страшным, или противным. Его можно было бы принять за человека в костюме ящерицы. В другое время, Настя отпрыгнула бы назад от неожиданности, может быть, даже не взвизгнув. Или просто обошла мутанта, возможно, даже вежливо поздоровавшись. Вот только сейчас она была напугана, в руке у неё был взведённый пистолет, поэтому Настя сделала то, что любой человек сделал бы на её месте. Она готова была стрелять, поэтому спустила курок. Мутант дёрнулся от попадания и в следующее мгновение бросился на Настю. Он прекрасно знал, что такое оружие. Следующий выстрел в него не попал, а потом он выбил оружие из Настиной руки. Настя ещё пыталась сопротивляться, но все её удары провалились в пустоту. Мутант ловко сместился ей за спину, захватил её шею в удушающий захват и замер, постепенно сжимая Настину шею. Настя почувствовала головокружение, попробовала бить мутанта ногами по его конечностям, потом высвободиться из захвата, просто позвать на помощь, но все её попытки оказались тщетными. Настя потеряла сознание. Очнувшись, она несколько минут пыталась понять, жива она или нет. Она, не шевелясь, лежала в полной темноте и думала о том, что её посмертие какое-то неправильное. В нём не должно было быть: врезающихся в спину досок топчана, боли в горле и голове, ощущения зуда где-то на ноге… Вообще не должно было быть ощущений. По крайней мере, таких неприятных. Но в том, что она жива её убедило сильное желание присесть где-нибудь в уголке. Именно из-за этого Настя поднялась с топчана и попробовала встать. -Говорун! — негромко позвала она. Раздался тихий всхрап и щелчок включаемого фонарика. Настя заслонилась рукой от луча, бьющего в глаза. -Говорун, это ты? — спросила Настя. -Нет, это моё привидение… Мой не упокоенный дух, преследующий тебя, — отозвался Говорун. -Говорун, Алексей умер, — тихо сказала Настя. -Ничего подобного, он жив и почти здоров. Кстати, ты как? Горло не болит? Голова не кружится, не болит? -Горло болит, — ответила Настя. — Голова болит и не кружится. Говорун, я видела мёртвого Алексея. -А ещё чего ты видела? -Твоё ехидство тут совсем неуместно. Ещё меня мутант убил. -Так прямо и убил? — изумился Говорун. -Говорун, что происходит? — прямо спросила Настя. — Я увидела, что Алексей умер. Пошла искать тебя. Встретила мутанта. Он меня душил. Я потеряла сознание. Это было, или нет? -Не знаю, — задумчиво ответил Говорун. — Для тебя — было, для меня — не было. Добро пожаловать в Зону. Здесь бывает так, что идущие вместе напарники, по возвращении, совершенно разное о том, что было рассказывают. И каждый считает, что он прав. -Алексей жив, или нет?! — рассердилась Настя. Вместо ответа Говорун перевёл луч фонарика на топчан справа от себя. На топчане, накрытый обрывками ватника, лежал Алексей. Он был бледен, осунувшийся, но явно живой. Настя подошла и проверила. С Алексеем всё было в порядке, насколько может быть в порядке раненый человек. От Настиного прикосновения он дёрнулся и что-то пробормотал. Настя окончательно поверила в то, что он живой. От облегчения чуть не описалась. -Говорун, мне нужно в туалет, — вспомнила она. -К воде подойди и делай свои дела. Я посвечу, но ты тоже фонарик возьми и проверь местность, перед тем как садиться. Оружие не забудь! -Когда будешь светить — отвернись. Ладно? — попросила Настя. -Нашла время стесняться, — проворчал Говорун, но демонстративно повернулся и стал смотреть на дверь. Настя вернулась через несколько минут и увидела, что Говорун всё также лежит на топчане. Для деятельного Говоруна это было так нехарактерно, что Настя начала подозревать самое худшее. -Говорун, с тобой всё в порядке? Ты вчера тоже был ранен. Я твои раны не посмотрела. Прости меня, пожалуйста. Давай я поесть приготовлю? Или, давай я сейчас посмотрю, что с твоими ранами? И как дела у Алексея? Он без сознания, или спит? -Ты как начнёшь вопросы задавать, так тебя не остановить, — проворчал Говорун. — Не надо ничего смотреть, всё со мной будет в порядке. И с Лёхой тоже. Он сейчас спит, но проснуться ещё пару часов не сможет. -Будет в порядке… — с сомнением повторила Настя. — Значит сейчас с тобой не всё в порядке? Что с тобой? Что я могу для тебя сделать? -Оставь меня в покое, — внушительно произнёс Говорун. -Ага, счаз! — покивала Настя. — Ты мужик крутой. Пока не начнёшь загибаться, помощи не попросишь. Когда ты начнёшь умирать, мне что делать? Ты сможешь мне объяснить, как тебя с того света вытаскивать? -Да не надо меня вытаскивать! — отмахнулся Говорун. — Нет… То есть, надо, конечно, но сейчас не придётся. -Что с тобой? — зло спросила Настя. -Ерунда, — отмахнулся Говорун. -Что с тобой?! — повторила вопрос Настя. — Отвечай, или я сама посмотрю! -Ты ничего не попутала? — тоже разозлился Говорун. -Нет, — ответила Настя. — Если с тобой всё в порядке, то ты меня легко остановишь и не дашь посмотреть. Если ты со мной не справишься, то значит с тобой совсем не всё в порядке. Настя подвинулась к Говоруну и протянула руки, намереваясь стащить с него одеяло и посмотреть что с ним. -Вот ведь, — с досадой сказал Говорун. — Настырная ты, Настя. Да смотри, если хочешь. Дырка у меня в боку. Угадай откуда. Говорун скинул одеяло и задрал вверх футболку. Весь его левый бок был разрезан и зашит. Разрез шёл криво. Швы были наложены кое-как. Из-под шва текла кровь. Настя подумала о том, что больше футболок у Говоруна нет, а эту теперь не отстираешь. Какое-то время она прикидывала возможность отстирать футболку, а потом поняла, что думает совершенно не о том. -Ты что, сам себя резал и зашивал?! — спросила она. -А ты видишь здесь кого-то ещё? — спросил в ответ Говорун. -А ты не мог меня разбудить?! Говорун не ответил, а тихо засмеялся. -Чего такого смешного?.. — начала Настя. -Ты так и не поняла, что произошло? — смеясь, спросил Говорун. — Ты не поняла в кого стреляла? -Я стреляла в мутанта, — удивилась Настя. -Нас ночью контролёр навестил, — сказал Говорун. — Он тебя поднял и к себе повёл. Я ему мешал, поэтому он решил убрать меня твоими руками. Я шёл тебе навстречу, а он вместо меня показал тебе мутанта. Ты и пальнула, сгоряча. Ты всё правильно сделала. Ты умница. А я дурак! Мог бы сообразить, что раз он на тебя воздействует, то он тебе вместо меня кого угодно может показать. -Говорун, прости, — попросила Настя. -Не извиняйся, — отмахнулся Говорун. — Я сам виноват. И пулю правильно получил. Расслабился… Кстати, ты меня уже второй раз подстрелила. На рекорд идёшь. Ещё раз подстрелишь, и первое место твоё. Больше двух раз в меня ещё никто не попадал. -Дурак! — обругала его Настя. Она даже замахнулась, чтобы его стукнуть, но замерла, вспомнив о его ранах. -А как твои ранения после боя с мутантом? — спросила она. -Прошли, — беспечно фыркнул Говорун. — У него слизь была с какими-то ферментами, разъедающими органику. Я примерно знал, что это за ферменты, но эти были… Сильнее, что ли? Как только я придумал, чем их убрать, так сразу и вылечился. И Лёху вылечил. -Значит то, что я видела его мёртвым — вина контролёра? -Э-э-э… Не совсем, — смутился Говорун. — Я не знал, как и чем его лечить. Он умирал. Почти умер. Я ввёл его в состояние смерти. Его жизненные процессы приостановились. Это сложно объяснить… -Он умер, а потом ты его оживил, — помогла ему Настя. -Ну… Примитивно — можно объяснить так. -Ты знаешь, как я напугалась?! -Да если бы не контролёр, ты бы вообще не проснулась! -Ты его убил? — спросила Настя. -Контролёра? Ты из меня маньяка не делай. Он просто хотел на тебя посмотреть. Нужно ли убивать его за это? -Он чуть тебя не убил! — разозлилась Настя. -У него другое мышление. С его точки зрения он всё сделал правильно. -А с моей точки зрения, он просто гад! — продолжала злиться Настя. — Вот попадётся он мне! Уж я ему устрою! Говорун закашлялся и отвёл взгляд в сторону. У Насти появились нехорошие подозрения. -Он что, здесь? — спросила она. — Сидит и внушает мне, что его тут нет? А ну, выходи! -Настя, его тут нет. Только, понимаешь… Он хотел на тебя посмотреть… Говорун отвернулся, пряча улыбку. -Говори как есть, — вздохнув, велела Настя, приготовившись к самому худшему. -Ну, в общем, он придёт ночью. Он приведёт кровососа, чтобы обработать мне рану, а я обещал ему показать тебя. -Вот я ему и задам! — кровожадно пообещала Настя. -Понимаешь, — замялся Говорун, — я не смогу его принять, угостить. -Ничего, я его приму, — многообещающе покивала Настя. -Вот давай, без этого… — поморщился Говорун. — Я совершенно серьёзно. Да, принять его придётся тебе. Угостить и его и кровососа. Ещё ты должна будешь показать себя. -В каком смысле? — насторожилась Настя. -Ну… Ты должна будешь раздеться. Он, возможно, захочет тебя потрогать… -И всего-то? — фыркнула Настя. — Тоже мне, проблема. Да пусть лапает. Что мне с того? Буду я какого-то контролёра стесняться. А ты не боишься, что он на нас нападёт? -Я объяснил ему, как плохо он поступил, поэтому он не нападёт. -А ты уверен? Сам говорил, что у него другое мышление. -Я умею объяснять для любого мышления. Ты говорила что-то про готовку еды. Я проголодался, да и Лёха скоро проснётся. Достань концентраты. Поедим. -Да, конечно, — подхватилась Настя. — В каком они рюкзаке? Готовя концентраты, Настя не переставала думать о том, что ночью придёт контролёр. Он захочет на неё посмотреть, возможно, потрогать. Настя сказала Говоруну, что ей совершенно наплевать, на контролёра и на то, что он будет с ней делать. На самом деле, это было совсем не так. Контролёр разумен, как уверяет Говорун. Значит, раздевшись перед ним, Настя разденется перед мужчиной. Он будет оценивать её, сравнивать с женщинами своего вида… «А есть ли женщины у контролёров?» — задалась вопросом Настя. — «И как контролёр будет реагировать на меня, если он окажется женщиной?» Ничего толком не придумав, Настя отвлеклась на очнувшегося Алексея. Покормила его, помогла дойти до места оправки и обратно, уложила обратно на топчан. Говорун пытался помочь, но Настя на него прикрикнула и потребовала, чтобы он лежал и не смел вставать. Алексея с трудом уговорила, чтобы он не стеснялся её, а делал свои дела. Вспомнила, как Говорун, в похожей ситуации, просто высадил её на горшок, как маленького ребёнка. Вспоминать об этом было противно и мучительно приятно. Настя даже замерла на секунду, пытаясь разобраться в своих ощущениях, но Алексей нуждался в помощи, чуть не валясь с ног, и она решила обдумать это потом. За день у Насти не оказалось времени, чтобы что-то обдумать. Не было времени даже задуматься о чём-то. Говорун был ранен. Алексей был болен. Она одна осталась на ногах. Все дела свалились на неё. У Говоруна в этом убежище был тайник. Нужно было забрать посуду из тайника, вымыть её, приготовить обед из концентратов, вымыть и убрать в тайник посуду. Затем нужно было перебрать вещи и сообщить Говоруну что у них есть, и сколько. Прикинуть, сколько концентратов можно оставить в тайнике и убрать их туда, чтобы дальше идти с пустыми рюкзаками. Помочь Алексею протереться влажными салфетками. Заодно заставить Говоруна сделать это и протереться самой. Выслушать лекцию Говоруна о необходимости экономить средства гигиены и пропустить её мимо ушей. Приготовить ужин из концентратов и помочь Говоруну сделать Алексею укол, от которого тот сразу заснул. В заботах, день мигом пронёсся мимо, и наступила ночь. Настя, наконец, смогла сесть и задуматься. Вспомнилось, что скоро должен прийти контролёр. Злость на него у Насти уже прошла. Сейчас она думала, что не так уж контролёр виноват в том, что он контролёр и поступает по-своему. Он просто не понимал, что делает плохо. Теперь, когда Говорун всё ему объяснил, он так поступать не будет. Теперь с ним вполне можно… поддерживать отношения, как с разумным существом. Эти свои мысли она выложила Говоруну. Он сразу с ней согласился. -Всё так. Наконец ты отбросила эмоции и стала думать логично, — проворчал он. — Ты совершенно права. И кстати… Разум контролёра отличается от человеческого тем, что у него эмоции превалируют над логикой. Я хочу — значит так и должно быть. Как у ребёнка. Я воззвал к его логике, и он понял, что он сделал не так. Ты должна его понять. Ты его тоже убить хотела, пока логику не включила. -Я не ребёнок, — обиделась Настя и сама поняла, как по-детски это звучит. -Ты пока ребёнок, — покачал головой Говорун. — У тебя не было стимулов расти. Развиваться как личность. Твоё окружение не отличалось разнообразием… Мы об этом с тобой уже говорили. Сейчас не до этого. Когда придёт контролёр, ты не должна… Понимаешь… Я не рассчитывал на то, что для тебя будет ерундой раздеться перед контролёром. Я ожидал сопротивления. Что для тебя это будет сложно. Контролёр прочитал бы твои эмоции и знал бы, что для тебя раздевание — очень неприятный процесс. Я бы заставил тебя раздеться и этим сделал его обязанным мне. Понимаешь? -Не очень, — ответила Настя. — Зачем тебе это? Нет, я понимаю, зачем тебе контролёр в должниках. Я не понимаю… Нет, я понимаю, но… -Если контролёр поймёт, что для тебя раздевание неприятно, то он будет думать, что раздевание неприятно для всех женщин. Когда он возьмёт под контроль женщину, он не заставит её отрезать себе руку или ногу в наказание за то, что она сопротивлялась взятию под контроль, а всего лишь заставит раздеться. Я делаю задел на будущее. Поняла? -Поняла, — кивнула Настя. — Кстати… Вот! Почему ты решил, что раздеться перед контролёром для меня ерунда? -Ну, — растерялся Говорун, — когда я сказал, что тебе нужно будет это сделать, ты так спокойно на это отреагировала. Вернее, не спокойно, а пренебрежительно. Я что ошибся?! Неправильно прочитал тебя?! -Да, — кивнула Настя. — Для меня всё-таки неприятно раздеваться перед посторонним человеком. -Контролёр не человек, — сразу отреагировал Говорун. -Всё равно. Он разумное существо. Значит, он на меня смотреть будет, оценивать. Мне это неприятно. -Придётся потерпеть, — развёл руками Говорун. — Утешайся тем, что своим стриптизом ты, возможно, спасёшь какую-нибудь женщину. -Это как это? — искренне удивилась Настя. -Я сейчас стараюсь внушить всем знакомым мутантам, что женщин лучше не есть, а обменять на втрое большее количество еды у мужчин. Бюреры меня уже поняли и согласились на обмен. Теперь буду обрабатывать контролёров, а там возможно и до… химер доберусь. Говорун улыбнулся, показывая, что слова про химер — шутка. Настя юмора не поняла. -А почему раньше никто не сделал этого? — спросила она. — Неужели даже не пытались? -Доктор это пытался сделать. У него получилось, но не совсем то, что он хотел. Около его дома никто никого не убивает. Почти. А вот чуть отойдёшь в сторону, всё возвращается на круги своя. Пытались некоторые наладить с мутантами контакт, но ничем хорошим это не заканчивалось. Мутантам очень трудно держать инстинкты под контролем. Рано или поздно, но контактёров съедали. Сейчас всё изменилось. Многие мутанты живут здесь давно. У них выработались новые рефлексы. Нет, не так. У них… Я не знаю, как объяснить. Проще сказать, они поумнели. Я смог наладить с ними контакт и объяснить схему обмена. Они поняли и согласились, не есть людей сразу, а подождать и совершить обмен. Схему обмена ты видела. Бюреры отпустили двух ребят со мной, а я им принёс три веса мяса. Они остались довольны и в следующий раз не убьют кого-то, а отпустят под честное слово. Я буду гарантом этого слова. Бюреры получат мясо, а я должника. И все довольны. -И то же самое ты хочешь сделать с контролёрами, — продолжила Настя. — Это я понимаю, но не понимаю, зачем мне раздеваться? -Контролёр — не бюрер. Он по запаху не определит кто перед ним. Ему надо первичные половые признаки показать. Чтобы потом он видел, чем женщина от человека отличается. Поэтому мне и надо, чтобы ты разделась. Ну, и ещё есть у меня соображения, но тебе о них пока знать не надо. Потом, если вспомнишь, то объясню. -Если вспомню, — проворчала Настя. — Я столько всего у тебя спросить хотела, а всё забыла. А как вспомню, так момент неподходящий, а потом вновь забываю. -А ты записывай, — посоветовал Говорун. -А куда? — удивилась Настя и только через секунду сообразила, что Говорун пошутил. -Ах ты!.. — возмутилась она. -Тише! — закрылся от неё руками Говорун. — Я раненый! Меня нельзя бить! -Ты в голову раненый? — поинтересовалась Настя. — Нет? Значит, по голове тебя бить можно! Тем более что мне этого хочется! -Это нечестно! Я сдачи дать не могу! -Это замечательно! — восхитилась Настя и принялась бить Говоруна по голове. Била не сильно. Скорее в шутку, чем всерьёз пытаясь причинить вред. Сначала хотела дать пару затрещин, но видя, что Говорун не сопротивляется, продолжила бить, припоминая ему всё. И что он её доводил своими тренировками, и что он женщин за людей не считает, и что он ей не всё рассказывает, и так далее и тому подобное. Говорун закрыл голову руками и кричал, что больше не будет, и что бить его не надо, и что он за всё просит прощения. Настя не реагировала и продолжала бить. В какой-то момент Говорун вдруг выпрямился, схватил Настю и уронил на себя. Через пару секунд возни она была скручена и сама зафиксирована в его объятьях. -Настя, успокойся. — Чётко произнёс Говорун. — Ты уже себя не контролируешь. Ты меня бьешь, не сдерживая силы. -Уже не бью, — возразила Настя. -Била меня, не сдерживая силы, — поправился Говорун. — Это была форма истерики, или ты действительно хотела меня за всё избить? -Говорун, прости меня, пожалуйста. Я не хотела тебя бить. Сама не знаю, что со мной случилось. Может меня контролёр под контроль взял? -Не вали всё на мутантов. Ты сама не контролируешь эмоции. Ты меня побила. Тебе сейчас легче? Ответь честно. Мне можешь соврать, но себе не ври. Тебе лучше стало после того, как на мне отыгралась? -Лучше, — призналась Настя после короткого раздумья. — Мне стыдно, прости меня, но мне действительно стало… Спокойнее как-то… -Это плохо, — покачал головой Говорун. — Настя, ты не должна сбрасывать эмоции, вымещая их на ком-то слабом. Это очень… Это ведёт к деградации личности… -Говорун, прости! Я всё понимаю. Я сама не знаю, как так получилось. Сначала я не хотела, а потом себя не контролировала. Я не должна была… Прости, пожалуйста. -Всё нормально. Я рад, что ты выпустила пар сейчас, а не потом, когда у тебя в руках было бы оружие. Просто хочу, чтобы ты поняла, как плохо ты поступила. Я ранен и слабее тебя, а ты на мне злость вымещаешь. -Ой! Ты же ранен! Я же… Пусти, я же на твоей ране лежу! -Тише ты!!! — взвыл Говорун. — Медленно вставай, а то ты своими мослами… -Мослами? — нехорошим тоном спросила Настя поднимаясь. — Ты видимо давно по голове не получал? Говорун принял игру и закрыл голову руками. -Ой, боюсь, боюсь!!! — завопил он. Настя пару раз стукнула его по рукам, закрывающим голову, и довольная отошла к сложенным кучей рюкзакам. -Давай тебе укол обезболивающего сделаем, — предложила она, доставая аптечку. — Или артефактом воспользуемся… -Мне не надо, — покачал головой Говорун. — Сейчас надо Лёху на ноги поставить, а я обойдусь. Ночью кровосос снимет воспаление и рана у меня быстро заживёт, а вот с Лёхой проблемы могут быть, если артефактом не воспользоваться. -Как знаешь, — пожала плечами Настя. — Ты только не переиграй в супермена. Если ты свалишься, то нам с Алексеем тебя не спасти, да и самим не спастись. Надеюсь, ты это понимаешь. -Это не так, — возразил Говорун. — Ты вполне можешь выйти к людям и вывести Лёху. Ты уже неплохо ходишь по Зоне. Шпилька без всякого опыта и знаний, да и без защитных средств и оружия, от китайцев сбежала и до базы Свободы дошла. Отсюда до китайцев рукой подать. До Добряка ещё ближе. Если идти вглубь Зоны, то на базу Долга выйдешь. Ты в любое место можешь добраться. -А где мы сейчас? — поинтересовалась Настя. -Это Тёмная долина. Мы вернулись к периметру Зоны. Теперь отсюда на базу Долга пойдём, а уже от них к Болотному Доктору. -Подожди, — недоумённо прервала его Настя. — А как Шпилька дошла до базы Свободы? Ты говоришь, что у неё ничего не было. Как она ту… тот провал прошла? -Не проходила, — ответил Говорун. — Просто две недели шла, куда глаза глядят, и вышла к забору вокруг базы. Её потом на лысо остригли и все её пряди себе разобрали. На удачу. Тебе об этом не рассказывали? Странно. Шпилька считается талисманом у женщин. Она — любимица Зоны. -А мне сказали, что это я любимица Зоны, — удивилась Настя. -Ты тоже, — согласился Говорун. — Слушай, давай я посплю до прихода контролёра, а ты подежуришь. А потом я дежурить буду, а ты поспишь. Хорошо? -Да, конечно, — подхватилась Настя. — Ложись, отдыхай. Я покараулю. -Я уже лежу, — съехидничал Говорун. — Спокойного дежурства. Как почувствуешь контролёра, буди меня. -А как я почувствую? — удивилась Настя. Вопрос остался без ответа. Говорун сделал вид, что сразу уснул. Хотя, возможно, что уснул. Его не поймёшь. Настя не стала проверять. Чтобы не уснуть, не стала удобно садиться и не попыталась лечь. Встала, размялась, и начала ходить по помещению, стараясь не шуметь и даже не шуршать мусором на полу. Через какое-то время проверила, как Алексей. Сунулась к Говоруну, но потом передумала и не стала проверять как он. В конце концов, просто села и замерла, стараясь отрешиться от всего, кроме слуха и зрения. Именно с их помощью она контролировала обстановку. Остальные чувства ей сейчас только мешали. Настя никогда не занималась раньше медитациями. Слышала об этом, но не знала толком, что это такое. Сейчас она могла бы гордиться. То, на что другие тратят годы тренировок, у неё получилось с первого раза, легко и непринуждённо. Она вдруг поняла, что не чувствует своего тела. Не шевелит глазами, но видит всё помещение. Зрение и слух обострились невероятно. В тусклом свете фонаря Настя разглядывала трещины штукатурки на стене в десятке метров от неё, а на дальней стене могла без проблем пересчитать кирпичи. Она слышала, как капает вода где-то в коридоре, как на улице, за стеной пробежал какой-то мутант, шурша ветками кустарника. Время замедлилось и одновременно ускорилось. Такое невероятное сочетание напугало Настю. Появились эмоции. Она не смогла взять их под контроль и вышла из этого состояния. Вздохнула и закашлялась. -Что? — коротко спросил Говорун. Настя рассказала, что с ней произошло. -Бывает, — спокойно сказал Говорун и вновь уснул. Настя ради интереса попробовала вновь вернуться в такое странное состояние, но у неё ничего не получилось. Не получилось отрешиться от всего. Её переполняли эмоции. Хотелось что-то сделать, а не просто сидеть. Как ни странно, она чувствовала себя отдохнувшей и бодрой. Только глаза болели и в ушах звенело, но это было несущественно. Чтобы не сидеть просто так, Настя занялась чисткой оружия. С пистолетами справилась быстро, а вот с автоматом пришлось повозиться. Настя ругала себя за то, что не ограничилась частичной разборкой и чисткой ствола, а полезла вглубь механизма. Что-то там напутала, и поршни не хотели вставать на место. Наконец она разобралась и собрала оружие. Вот только в его работоспособности Настя уже не была уверена, поэтому решила утром показать Говоруну, или попросить разрешения сделать пару выстрелов. Как бы там ни было, но заряжать непроверенное оружие она не рискнула. Отложила автомат в сторону и проверила пистолеты. Легко ли их можно достать из кобуры и есть ли патрон в патроннике? Поставила оружие на предохранитель и села дальше ждать контролёра. Ждать долго не пришлось. Когда в дверном проёме появился кровосос, Настя чуть не начала стрелять, но вовремя сообразила, что контролёр должен прийти не один. Она уже хотела разбудить Говоруна, но кровосос забежал в помещение и начал шумно бегать по нему. Он, то пропадал, то появлялся, подбегал к Насте и жутко рычал, топорща щупальца и размахивая лапами с когтями. От такого шума проснулся не только Говорун, но и Алексей. Говорун проснулся сразу готовый к бою, а Алексей был немного неадекватен. Он не мог сфокусировать взгляд и не понимал что происходит. Невнятно задавал вопросы и был как будто пьян. Настя отвлеклась от кровососа и попыталась успокоить Алексея и уложить его спать. Ей легко это удалось. Алексей сказал, что Алиса у него самая лучшая, лёг и почти сразу вновь заснул. Настя ещё несколько секунд гладила его по голове, а потом повернулась к дверному проёму и строго спросила: -Ну, и зачем нужно было поднимать такой шум?! -Он уровень твоей агрессии проверял, — вместо контролёра ответил Говорун. — Будешь ты стрелять в мутанта или нет? Да и обычная тактика контролёров заключается в том, чтобы отправить вперёд малоценную, взятую под контроль особь. -Это понятно, — согласилась Настя, — но шуметь зачем? Говорун пожал плечами. -Я могу только догадываться. В голову к нему, — он кивнул на дверь, — не влезешь. Кстати, ты разрешишь ему войти? Ты здесь самая… целая. Я сказал, что ты у нас главная, на данный момент. Только ты можешь принимать решения. Решай, пустить его или нет. -Пусть входит, — разрешила Настя. Ничего не произошло. -Ему что, особое приглашение надо? — поинтересовалась у Говоруна Настя. -Нет, — помотал он головой, — просто он чувствует твою агрессию и не хочет рисковать. -Правильно чувствует, — согласилась Настя. — Я к нему добрых чувств не испытываю. -Постарайся испытать, — велел Говорун. — Подумай о том, что он такой, какой он есть и другим станет не сегодня и не завтра. Что своей ненавистью к нему ты только сильнее заставляешь его ненавидеть людей. Ты же умнее его. Неужели ты не можешь понять… принять то, что он не такой как ты? -Понять могу, принять — нет. Ладно, пусть заходит. Я не сержусь. Контролёр вошёл осторожно. Робко сделал пару шагов от двери и замер, настороженно глядя на Настю. Настя не стала делать вид, что простила контролёра и не злится на него. Усиленно думая, постаралась внушить ему мысль: «Я на тебя злюсь, но не трону». Настя не могла знать услышана ли её мысль, но продолжала так думать. Контролёр немного поколебался, а потом двинулся вперёд. Подошёл и уселся перед Настей. Некоторое время они сидели и разглядывали друг друга. Потом Настя подвинула контролёру банку тушёнки. Контролёр взял её и с явным намёком поскрёб крышку. Настя подхватилась, достала нож и, забрав банку прямо из лапы контролёра, неумело открыла её и протянула обратно. Достала одноразовую вилку из рюкзака и протянула вдогонку. Контролёр несколько озадаченно начал разглядывать поданную вилку. Настя решила пошутить и проверить свою теорию. Она постаралась в своей голове сформировать несколько картинок. Как держать вилку, как ею доставать тушёнку из банки. Собрала картинки в короткий фильм и отправила контролёру. Контролёр воспользовался вилкой, и Настя поняла, что у неё всё получилось, а контролёры действительно могут читать мысли. Контролёр не смог есть тушёнку вилкой, хоть и очень старался. Его лапы с когтями не могли удержать маленькую вилочку. Толи глазомер был плохой, толи ещё по какой причине, но мелкие куски тушёнки он не мог наколоть и достать из банки. Крупные куски тушёнки он не мог отломить пластиковой вилкой, поэтому его поедание тушёнки с помощью столового прибора свелось к ковырянию в банке, с последующим вытряхиванием крошек тушёнки в рот. Когда пластик не выдержал и сломался, Настя махнула рукой и разрешила контролёру есть руками. -И чего их так боятся? — обратилась Настя к Говоруну. — Мы вполне можем жить дружно. Я имею в виду… Неужели этот контролёр только и думает о том, чтобы взять нас под контроль и съесть? -Он так не думает, — ответил Говорун. — Он уже давно живёт в Зоне и знает чего можно ожидать от людей. И от меня… Понимаешь, мы с ним знакомы не один месяц. Он знает меня, а я его. Мы не друзья, но и не враги. Он вполне может попытаться меня убить, а я вполне могу убить его. Вся загвоздка в том, что он не может понять моих мотивов. Не может понять, почему я его не убиваю, если могу? Я, в свою очередь, не могу предугадать, когда ему придёт в голову меня убить и почему? Я путано объясняю, но ты представь, как всё запутано, если я даже объяснить нормально не могу. -Я не об этом, — покачала головой Настя. — Я не понимаю, почему мутанты нападают на нас, а мы стреляем в мутантов? Ты говорил, что мутанты чувствуют настроение. Почему нельзя, увидев мутанта, послать ему мысленно сигнал, что не нападёшь? Может и он тогда не нападёт? -Настя, вот представь… Ты охотишься на оленя. Ты его выследила, взяла на прицел, а тут он поворачивается к тебе и молвит человеческим голосом: «Я на тебя не нападу, давай дружить». А тебе жрать хочется. А он дружить предлагает. Ты его убьёшь, или с ним рядом пастись будешь? -Говорящего оленя я не убью. Я его в зоопарк сдам… -Хорошенькое дело, — перебил её Говорун. — Друга на всю жизнь в клетку закрыть. Не ожидал от тебя, Настя, не ожидал. -Да нет, — отмахнулась Настя, — я не это имела в виду. Я… Ты меня запутал. Я имею в виду, что твоё сравнение неверно. Я не олень. Я мутанту тушёнку дам… -Где ты столько тушёнки возьмёшь, чтобы всех мутантов кормить? — вновь перебил Говорун. — Тушёнка денег стоит и немалых. Это я богатый и могу позволить себе полную экипировку и излишки запасов, а у обычных бродяг, да и у сталкеров, на весь выход не больше чем десять банок. И неизвестно, на сколько эти десять банок придётся растягивать. В Зоне на продолжительность выхода загадывать нельзя. Покормишь мутанта — завтра сам останешься голодным. Ослабнешь — станешь едой. Этот же мутант тебя и сожрёт, когда больше от тебя тушёнки не получит. Ты не думай, что ты первая до такой схемы додумалась. Было уже такое. Работало даже кое-как, но потом мутанты всё равно людей убивали и съедали. Так?! Говорун задал этот вопрос контролёру. -"Так», — прозвучало у Насти в голове. — «Я много понял, пока вас слушал. Самка, можно я тебя… Воздействую.» -Что? — не поняла Настя. -Воздействуй, — разрешил Говорун. — Она ещё не знает, поэтому за разрешением надо ко мне обращаться. Это я могу разрешить. Контролёр посмотрел на Говоруна, перевёл взгляд на Настю. Несколько секунд они смотрели друг другу в глаза. Потом контролёр отвёл взгляд и вдруг изменился. Теперь, вместо уродливого мутанта, перед Настей сидел крепкий бородатый старик. Ну, или очень пожилой мужчина. Настя поморгала, тряхнула головой. Старик не пропал. Наоборот, он стал ещё реальнее. На нём появился ватник, на штанах появились заплатки, штаны заправились в сапоги, а на голове появилась забавная шапочка. -Это как это?.. — оторопело спросила Настя. -Я тебе рассказывал, что контролёры могут тебе внушить всё, что угодно? — задал вопрос Говорун. — Вот теперь ты в этом убедилась. Настя наклонилась, протянула руку и потрогала старика. Пальцы нащупали ткань ватника. Смешная шапочка была на пару размеров меньше и поэтому не могла толком удержаться на голове. Настя вдруг подумала, что она сейчас свалится и шапочка действительно свалилась. Упала прямо Насте на руку. Настя рефлекторно подхватила её и могла поклясться, что в руках у неё действительно что-то есть. Если бы не видела, как это появилось из ничего меньше минуты назад, ни за что бы не поверила, что этот старик на самом деле контролёр. -Ах, ты ж-ж-ж зараза! — улыбнулась Настя, смотря прямо на контролёра. — Ты вчера не мог в таком виде прийти и тушёнки попросить?! Тебе обязательно меня пугать было нужно?! Говоруна надо было убивать?! Да я тебя сейчас… Настя бросилась на контролёра и принялась бить его, куда придётся. Она совсем забыла уроки Говоруна и била его не кулаками, а открытой ладонью, с размаху и наотмашь. Контролёр укрылся от неё лапами, сбросил маскировку и попытался отодвинуться назад. Настя бросилась за ним и продолжила бить. Говорун что-то кричал, но Настя не слышала его. Она давала выход своей злости. Про кровососа Настя забыла. Он стоял в тёмном углу и вёл себя тихо. Как только Настя начала бить контролёра, он встрепенулся, рыкнул и бросился бежать к выходу. На полпути замер, развернулся и бросился на Настю. Схватил её за шкирку и отбросил от контролёра. Настя вскочила, рефлекторно схватилась за оружие и замерла не в силах пошевелиться. Она пыталась, но тело стало как будто не её. Кровосос вновь кинулся к выходу. На пороге он замер, а Настя почувствовала, что может пошевелиться. Она догадалась, что контролёр не может держать одновременно её и кровососа. Сдерживая её, он ослаблял контроль за другим существом. Настя обрадовалась своей догадливости, но больше никакой пользы от неё не получила. Видимо кровосос смирился с тем, что не может убежать. Он замер посреди помещения, перестав сопротивляться. Контроль над Настей не усилился, но двигаться по своей воле у неё всё равно не получалось. Настя сопротивлялась чужому влиянию, но этим ничего не изменила. Контролёр встал и заставил её посмотреть ему в глаза. -"Я убью тебя, самка», — раздался голос у Насти в голове. -"Не надо»! — мысленно попросила Настя. — «Я прошу прощения. Я не… Я, правда, извиняюсь». -Если ты что-то с ней сделаешь, я тебя убью, — раздался голос Говоруна. -"Она напала на меня», — мысленно высказал претензию контролёр. -Она женщина, — многозначительно произнёс Говорун. — Они не такие, как мужчины. На несколько секунд всё затихло. Настя думала, что контролёр осмысливает сказанное, но на самом деле он общался с Говоруном, а Настя не слышала их мыслей. Через несколько секунд Настя почувствовала, что может шевелиться. Не полностью. Она чувствовала чужое присутствие в своей голове. Однако частичный контроль над телом к ней вернулся. -"Разденься, самка»! — услышала Настя приказ. — «Я хочу посмотреть на тебя». Настя не хотела раздеваться. Ей было стыдно. Нет, не стыдно, а… Настя не могла описать это своё чувство. Одно она знала точно — раздеваться ей не хочется. Несколько секунд она ничего не делала, а потом её руки сами зашарили в районе подбородка и начали расстёгивать куртку. Настя начала сопротивляться. Чем дальше её руки сдвигали вниз молнию, тем сильнее она сопротивлялась. В самом конце застёжка замерла. Настя почувствовала, как усиливается давление у неё в голове. Кровосос вновь бросился бежать. Замер, а Настя почувствовала, как давление ослабло. Она попыталась застегнуться. Кровосос медленно двинулся к выходу. Настя поняла, что выигрывает. -Знаешь Настя, — задумчиво сказал Говорун, — если контролёр сейчас отпустит кровососа, то он сможет взять тебя под контроль. Кровосос убежит, а я останусь с воспалённой раной. Через пару дней свалюсь, а потом умру. Из Насти, как будто выдернули стержень. Она зашаталась и чуть не упала. Почувствовала, как её вновь держит контролёр. Руки вновь начали её раздевать. Настя хотела, чтобы контролёр помог Говоруну. Ради этого она готова была на стриптиз, но вмешательству в свою голову не могла не сопротивляться. Контролёр понял её готовность раздеться, но не понял, почему она сопротивляется. Настя не знала, как это ему объяснить, поэтому сказала Говоруну: -Пусть он меня отпустит, я сделаю, что он хочет. Несколько секунд Говорун мысленно переговаривался с контролёром. Настя ждала и сопротивлялась воздействию изо всех сил. -Он тебе не верит, — сказал Говорун. — Ты обещала не нападать, а потом напала. Что мне ему сказать? -Я же извинилась! — взмутилась Настя. — Он сам виноват. Это он меня разозлил! -Ты думаешь, что можно кого-то избить, потом извиниться и на этом инцидент будет исчерпан? — с искренним удивлением спросил Говорун. -Да, — ответила Настя. — А что ещё нужно? Воздействие на неё прекратилось. Настя даже головой тряхнула от неожиданности. Только теперь она поняла, что это такое, когда тебя держит под контролем контролёр. Это действительно нельзя было понять по рассказам. Это надо было почувствовать. Когда её в прошлый раз брал под контроль мутант, она не поняла этого. Там всё быстро кончилось, да и не сопротивлялась она воздействию. Только противостоя, можно было понять, что такое воздействие на разум. Настя вдруг поняла, что знает теперь, как от этого защититься. В следующий раз её сложнее будет взять под контроль. -Настя, — прервал её мысли Говорун, — мы с тобой потом поговорим об этом, а сейчас, будь добра, разденься. Ему надо на тебя посмотреть. Настя начала раздеваться. Она не хотела этого, но ради Говоруна должна была это сделать. Вспомнились слова Говоруна о том, что этим она спасёт каких-то женщин. Мотивов для стриптиза появилось на один больше. -Помоги пожалуйста Говоруну, — попросила Настя контролёра. Ничего не произошло. Настя хотела повторить свою просьбу, но за секунду до этого кровосос сорвался с места и бросился на Говоруна. Если бы Настя не заметила, как Говорун приподнял футболку, оголяя рану, то решила бы, что кровосос атакует. Вернее, она так и решила, но в последний момент всё поняла и прекратила движение, которым хотела схватить пистолет. Продолжая раздеваться, удивилась тому, что совершенно рефлекторно положила оружие так, чтобы одним движением можно было подхватить его с пола и начать стрелять. -"Продолжай оголяться, самка», — прозвучало у Насти в голове. -Я не самка, — проворчала Настя. — Я женщина. Ты можешь звать меня по имени. Я Настя. А как тебя зовут? Вопрос остался без ответа. Настя разделась, и контролёр обошёл её вокруг. Он внимательно её рассмотрел. Взглядом спросив разрешения, дотронулся до груди. Осмотрел грудь внимательно, со всех сторон. Осмотрел Настю ниже пояса. Смотрел то спереди, то сзади. Настя не понимала такого внимания, пока не почувствовала желания раздвинуть ноги. Ругнулась, но сделала, как хотел контролёр. У неё в голове появились чужие мысли. Детское недоумение от того, что у Насти нет того, что есть у мужчин. Контролёр наивно думал, что Настя это очень быстро прячет, поэтому и проверял так долго. Хотел поймать Говоруна на подлоге. Настя вновь ругнулась и принялась одеваться. Контролёр стоял рядом и не пытался ей помешать. -Ну что, понял, чем женщина от мужчины отличается? — спросила его Настя. -Ты отличаешься от Говоруна, — вдруг задумчиво произнёс контролёр. -Ты можешь говорить?! — искренне удивилась Настя. -Я не говорю, — отозвался контролёр. — Просто тебе удобнее воспринимать не мои мысли в своей голове, а мои мысли переведённые в слова. Я воздействую на тебя через твой аудиоцентр, поэтому ты мои мысли воспринимаешь как звуки моей речи. Мне так неудобно, но так удобно тебе. Настя опешила. Она никак не ожидала от контролёра таких умных мыслей. Уловив её недоумение, контролёр счёл нужным пояснить. -Я не понимаю, что сказал. Мне это рассказал Доктор на болотах. Я только повторяю его слова. Ты должна была понять его слова. Или ты тоже не понимаешь? -Нет, я понимаю, — ответила Настя. — Просто не ожидала от тебя… Прости, что тебе неудобно, но мне действительно так лучше. Привычнее… Когда у меня в голове чужие мысли, мне кажется, что ты на меня воздействуешь… То есть, что ты меня… Прости, я запуталась. Ведь если я тебя слышу, то это значит, что ты всё равно на меня воздействуешь. По-другому ты не можешь. Ведь так? -Так, — согласился контролёр. -Всё равно, воздействуй на меня так, как удобнее мне. Пожалуйста. Я тебя за это покормлю. Тебе тушёнку, или, может быть, концентрат съешь? -Тушёнку, — ответил контролёр. — Я не люблю концентраты. Мне от них плохо. Настя уже оделась и засуетилась по хозяйству. Контролёр попросил приготовить из тушёнки какое-нибудь блюдо. Настя перебрала продукты в тайнике Говоруна и решила сварить рис и размешать в нём тушёнку. Пока она готовила, кровосос оторвался от Говоруна и отошёл в тёмный угол. Там он сел и затих. Говорун попросил воды и долго пил, а потом сказал, что отдохнёт и потерял сознание. Настя забеспокоилась, но контролёр сказал, что с Говоруном всё будет в порядке. После кровососа всегда упадок сил и жажда. Настя спросила почему, но ответа не получила. Контролёр промолчал. Еду контролёр ел совершенно без эмоций. Ни похвалы, ни отвращения. Как будто картон жевал. А ведь Настя старалась. Добавила специй, помешивала, чтобы не пригорало, не отходя, следила за кастрюлей, чтобы вовремя добавить тушёнку. Старалась, как могла, а вместо благодарности получила равнодушие. Настю это сильно задело. Она постаралась не показать эмоции, но от контролёра эмоции утаить было невозможно. -Ты снова на меня злишься, — сказал контролёр, съев всё с тарелки. — Почему? Я даже твоей вилкой пользовался, чтобы тебя не злить. Зачем ты снова хочешь напасть? -Я не хочу напасть! — возразила Настя. -Это правда, — согласился контролёр, — но тогда ты тоже не хотела. Но напала. Почему ты не нападёшь сейчас? Как объяснить контролёру свои эмоции и желания, Настя не могла даже представить. Она сама их толком не понимала, а уж объяснить… Теперь Настя осознала, как сложно наладить отношения двум представителям различных цивилизаций. Могла понять, почему провалились все попытки контактов с мутантами. Восхитилась Говоруном, проделавшим такую сложную работу и добившемуся каких-то результатов. -Я не хотела нападать, — попыталась объяснить Настя, — просто ты меня разозлил и меня захлестнули эмоции. Я не контролировала себя. Но я извинилась… И ещё… Я ведь не хотела тебя убивать. У меня было оружие, но я им не воспользовалась. И била я тебя, хоть и сильно, и больно, но не калеча. Не могла я тебя покалечить, если била не кулаком. Я на тебя напала, но убить не хотела. Я хотела причинить тебе боль. -Это глупо, — сказал контролёр. — Если ты кому-то причинила боль, а потом его не убила, то он захочет убить тебя. Того, кому ты причинила боль, надо убивать. -Ну, знаешь ли! — вспылила Настя. — Получается, что мне тебя надо убить, за то, что ты мне сделал. Кто меня вчера под контроль взял, а потом заставил в Говоруна стрелять? -Осторожнее самка, я могу тебя убить первым. -Не надо никого убивать! — возразила Настя. — Ты меня вчера обидел. Я сегодня тебя за это побила. Мы в расчёте и можем больше об этом не вспоминать. Я извинилась за то, что напала на тебя. Теперь ты должен извиниться за то, что брал меня под контроль. На этом всё закончится. Мы забудем всё, что было и начнём с чистого листа. -Что? — не понял контролёр. -Ну, начнём наши отношения по новой, — пояснила Настя. -Мне надо это обдумать, — сказал контролёр. — Не мешай мне… Настя. Контролёр погрузился в размышления. Настя пожала плечами и решила ему не мешать. Занялась посудой и остатками еды. Посуду надо было вымыть, или хотя бы протереть, а еду надо было завернуть во что-то, чтобы она была тёплой, когда проснутся Говорун и Алексей. Собрав, вымыв и убрав, Настя не стала мешать контролёру. Она сначала села на доски, потом прилегла, а потом и уснула. Спала спокойно и безмятежно, не задумываясь о том, что в одном с ней помещении находятся контролёр и кровосос, и никто не присматривает за ними. Конечно, это была глупость, но Настя не могла поверить в то, что кто-то, с кем она разговаривала, вдруг захочет её убить. Это было невероятно, но её вера оправдалась. До утра контролёр сторожил их сон и не покушался на их жизни. Настю разбудил тихий разговор. Она открыла глаза и осмотрелась. Говорун о чём-то переговаривался с Алексеем. Контролёр в разговоре не участвовал. Сидел, о чём-то задумавшись. Кровососа Настя не смогла найти. Удивилась этому, но беспокоиться не стала. Мало ли почему она не видит кровососа? Говорун утверждал, что она две недели с этой тварью в одной маленькой комнатке жила и не замечала. А здесь помещение побольше. Настя поднялась и повела плечами. Чувствовала она себя прескверно. Она не знала, сколько она спала, но судя по ощущениям — явно не выспалась. Посмотрев на лежанку, Настя отказалась от мысли лечь и ещё поспать. Кривые и занозистые доски топчана ко сну не располагали. Да и сон в одежде не мог дать полноценного отдыха телу, а ведь Настя спала так уже вторую ночь. Решительно поднявшись, Настя направилась к рюкзакам. Достала канистру воды и свернула крышку. -Ты что делаешь?! — настиг её окрик Говоруна. — А ну, положи обратно! -Ты что? — удивилась Настя. — В чём дело? -Это неприкосновенный запас, — пояснил Говорун. — Ты вчера много воды истратила. У нас осталось две канистры. Одна, вот эта, у меня. Мы из неё пить будем. Та, которую ты взяла, остаётся на всякий случай. Например, если мы через три дня к источнику не выйдем. Понятно? -Понятно, — кивнула Настя и убрала канистру в рюкзак. — Полей мне на руки. Мне умыться надо. -Опять чудишь, — покачал головой Говорун. — Мы экономим воду! У нас меньше пяти литров, а нам надо дня два продержаться. -Не ругайся, — поморщилась Настя. — Я не сразу поняла. Не проснулась ещё. Ладно, а что мы есть будем? В смысле… Мне готовить что-нибудь придётся? То есть, я имею в виду… -Мы поняли, что ты имеешь в виду, — сказал Алексей. — Мы не сможем сегодня никуда идти. И я, и Говорун ещё не оправились от ранений. Нам придётся сегодня здесь остаться. Еда у нас есть, а воды мало. Поэтому нам придётся есть только тушёнку. В ней есть вода, а в пайках её нет. Готовить тушёнку тоже не придётся. Есть будем холодную, прямо из банок. -Зачем? — удивилась Настя. -Чтобы при приготовлении… В смысле — разогреве… Вода с паром не уходила. -Чушь какая-то, — покачала головой Настя. — Мы тушёнку что, жарить будем? Всего лишь нагреем… Впрочем, чего это я? Не будем ничего делать, мне же и лучше. А почему?.. Нет… И до этого мне нет дела. Так мы тут будем еще целый день сидеть, а потом заночуем? Говорун кивнул. -Тогда, кто-нибудь должен помочь мне придумать что-то для постели. Я не хочу и не могу спать в одежде на голых досках. -Извини, Настя, — сказал Говорун, — но мы ничем тебе не поможем. Все тряпки мы забрали себе. Мы раненые. Нам комфорт нужнее. А мне, так вообще… Я даже не знаю, что делать. Меня мутант вообще без одежды оставил. Видишь, в чём лежу? Я наоборот хотел тебя попросить, чтобы ты помогла мне из этих лоскутков что-нибудь сшить. Нам это нужно за сегодняшний день сделать. Завтра идти нужно. Иначе есть шанс от жажды загнуться. -Ой, — испугалась Настя, — простите, я совсем забыла, что вы раненые. Вам что-нибудь нужно? Я всё сделаю. Простите, я не выспалась, поэтому так себя веду. Вам поесть что-нибудь дать? -Настя, успокойся, — мягко сказал Говорун. — Если нам что-нибудь будет нужно, то мы обязательно тебя попросим. Ты сама поесть не хочешь? Мы уже успели поесть, так что теперь твоя очередь. Съев пол банки тушёнки, Настя поняла, что больше не хочет. Оставлять еду без присмотра Говорун отучил её давно, поэтому всё, что осталось, она предложила контролёру. Контролёр заметно удивился, но тушёнку взял и съел. Пустую банку, с остатками тушёнки, бросил подбежавшему кровососу. Настя вспомнила, что делала перед тем, как кормить кровососа. Потребовала отнять банку и дать ей воды. Банку контролёр забрал, а воду Говорун посоветовал взять из лужи. Кровососу такая вода не была опасна. Настя зажгла таблетку сухого спирта и подогрела банку. Хотела дать кровососу прямо из рук, но Говорун потребовал, чтобы она поставила банку и отошла. Кровосос подхватил банку с пола, мгновенно высосал содержимое и с пустой банкой отбежал в угол, где продолжил елозить по ней щупальцами. -Чтобы не отобрали, — прокомментировал его поведение Говорун. -Почему я не могла просто отдать ему банку? — спросила Настя. -Потому, что ему банка не интересна. Ему гораздо интереснее и вкуснее твоя рука. Кровосос человека, вернее жидкость из человека, выпивает за секунды. Для этого ему надо подготовиться, но сейчас он уже был готов. Коснувшись жалом твоей руки, он бы выпил тебя, и никто не успел бы ему помешать. -А когда я кормила кровососа, он не мог меня высосать? Ну, тогда… Ну, помнишь? -Ты не путай. Я того кровососа уже почти год воспитываю. Он уже знает, что можно, а что нельзя. Здесь же — дикий зверь. Людоед. Понимаешь теперь, каких кровососов можно убивать, а каких нет? -Понимаю, но как их различить? -Никак, — пожал плечами Говорун. — Поэтому я и требую ото всех, чтобы первыми не стреляли. Только если мутант тебя атакует… -Простите, а как различить, атакует тебя мутант, или нет? — вмешался в разговор Алексей. -Только опыт, — ответил Говорун. — Походишь, посмотришь, наберёшься опыта и тогда сможешь различать. Пока не различаешь, любой бегущий к тебе мутант для тебя угроза. Отправляй ему эмоциональный посыл: «Счас убью!», и если он не отвернёт в сторону, то стреляй на поражение. Понятно? Некоторое время все молчали. Настя и Алексей обдумывали сказанное. Нарушил молчание, как ни странно, контролёр. -Говорун, самка тебя поняла, но не слушается, — сказал он. -Я не самка! — взвилась Настя. — Я Настя! Настя! Это моё имя! Ты можешь его запомнить?! И вообще… Чего ты в наш разговор лезешь?! -Настя, откуда такая агрессия? — удивился Говорун. — Что за тон? Где твои манеры? Чего ты так на нашего гостя вызверилась? -Ты мне ещё про манеры будешь напоминать, — проворчала Настя. — Почему он меня самкой называет?! Это он меня обидеть хочет? -Не обращай внимания, — обратился Говорун к контролёру. — Самки нашего вида очень чувствительны к словам, интонациям, жестам. Если она просила тебя называть её Настя, то назвать её самкой — уже оскорбление. Понимаешь? -Нет, не понимаю, — ответил контролёр, — но самкой больше называть не буду. Буду называть «Настя». -Вот и хорошо, — кивнул Говорун. — А насчёт того, что она меня не слушается, так это очень сложно и долго объяснять. Когда-нибудь встретимся и я тебе объясню. У меня только что появилась идея! Если поймаешь в Зоне самку нашего вида, то не отдавай её сразу, а придержи у себя. Не подавляй её волю, а постарайся воспитывать… -Я не понимаю, что ты мне сейчас говоришь, — перебил Говоруна контролёр. — Я ухожу. Настя, если мы ещё встретимся, и ты меня не узнаешь, то я сделаю вот так. Настя почувствовала, как в голове у неё завыла сирена. Она схватилась за голову и закричала. Всё мгновенно прекратилось. -А можно что-то другое сделать? — спросила Настя. -Я живу там, — контролёр показал лапой, а в голове у Насти возникла картинка полуразрушенного строения. — Ты всегда можешь прийти ко мне. Никто здесь тебя не тронет. Контролёр развернулся и пошёл к выходу. Кровосос сорвался с места, обогнал его и умчался вперёд. Настя не успела попрощаться, а контролёр уже тоже миновал дверной проём и скрылся в коридоре. Настя даже хотела догнать его, но несколько секунд посомневалась, а потом уже было как-то неудобно. Желая спросить совета, она посмотрела на Говоруна. Говорун смотрел на неё как-то странно. -Что?! — не могла не спросить Настя. -Ничего, — покачал головой Говорун. — Настя, ты просто не понимаешь, что сейчас произошло. -А ты объясни. Или скажешь, что мне этого знать не надо? -Надо Настя. Надо. Контролёр всем встречным мутантам внедрит закладку в память, или сознание. Простая закладка: «Не трогать Настю». И твой портрет. Ты только что получила защиту от большинства мутантов в этой местности. Если этот контролёр убедит других контролёров тебя не трогать, то и в других местах мутанты на тебя нападать не будут. -Но ведь он только сказал, что она может приходить к нему в гости, — вмешался Алексей. -Так ей еще дойти нужно. А чтобы она дошла, ей даётся защита от мутантов. Что ты такого контролёру сделала, что он тебе свою защиту дал? Мне с ним пришлось два месяца работать, на тот же результат. -Ничего я ему не делала, — задумчиво ответила Настя. — Мы просто поговорили. -Расскажи, о чём вы говорили, — потребовал Говорун. Настя постаралась как можно подробнее пересказать их вчерашний разговор с контролёром. -Нет никаких причин, чтобы он… — начал Говорун и прервался. — Есть причина! Он тебя мне заложил! Прочитал мысли… твои… и заложил. Теперь ему отдариваться надо. Я ему это объяснял, а потом ты ему сказала то же самое, но другими словами. Он поверил, и теперь будет использовать принцип: ты мне, я тебе. Я непонятно объясняю? Не берите в голову. Мне надо вам пару часов объяснять, чтобы вы поняли. -А мы никуда не спешим, — задумчиво сказал Алексей. — Никуда не уходим… -Сейчас не об этом надо думать, — отмахнулся Говорун. — Настя, попробуй что-то сделать с моей одеждой. Лёха, проверь своё оружие. Я проверю, что у нас с артефактами, а потом помогу Насте. Работаем! Завтра нам выходить надо. Говорун достал и разложил на полу все артефакты, которые у него были. Настя удивилась тому, что их так много. Непонятно было, где Говорун их все прятал. Про некоторые она слышала, некоторые видела в действии, но были и такие, которые Настя не видела и не знала для чего они. Говорун поделил артефакты на две неравные кучки. Большую собрал в пластиковый пакет и отбросил к дверному проёму. Меньшую кучку стал разбирать и распихивать по рюкзакам. Один лечащий артефакт примотал бинтом к себе, а второй отдал Алексею, велев просто прижать к телу. Разобравшись с артефактами, не стал помогать Насте, как обещал, а занялся с Алексеем чисткой оружия. Настя не возражала. Собственно, возражать ей было не с чего. Сама она только изображала какую-то деятельность. Починить одежду Говоруна было невозможно. Дело было даже не в том, что одежда порвана, а в том, что на рваные края мутант воздействовал чем-то вроде кислоты. Ткань стала непрочной и рассыпалась трухой. Сшить её было невозможно. Настя оттягивала момент, когда придётся сообщить об этом Говоруну. Чтобы потянуть время, Настя попросила Говоруна посмотреть ещё и её автомат и проверить, правильно ли она его собрала. Говорун быстро перебрал оружие и поинтересовался Настиным делом. Как бы то ни было, но пришлось сообщить Говоруну о невозможности починить его одежду. -Да, это проблема, — спокойно отреагировал Говорун. — Без минимальной защиты по Зоне ходят только самоубийцы. -Но вы же… Ты же вчера шёл в этой одежде сюда, — сказал Алексей. — Если ты сюда дошёл, то почему ты не сможешь ещё куда-нибудь дойти? -А тут не знаешь… — развёл руками Говорун. — Может, дойдёшь, а может, и нет. Шансы есть, но очень небольшие. Всё от милости Мамы-Зоны зависит. Вот только, дуракам, что голыми из убежища выбираются, она милости не дарует. Она вообще дураков и самонадеянных гордецов не любит. До завтра мне надо придумать, как отсюда выбираться. И что делать, если выбраться не получится. -А возможно такое? — удивилась Настя. -Что именно? — не понял Говорун. -Ну… Что ты ничего не придумаешь, — пояснила Настя. -Возможно, — кивнул Говорун. — Что тут придумать можно? Единственное, что приходит мне в голову — раздеть одного из вас и оставить тут, до возвращения остальных. Дня на два. Только, это самый крайний вариант. -Почему? — в свою очередь задал вопрос Алексей. — Я вполне могу побыть здесь пару дней… -Лёха! Вот давай, ты не будешь изображать героя. А если мы задержимся? А если сюда мутанты толпой ломиться будут? У тебя ни воды, ни умения стрелять… Что ты делать будешь? -А если мы с ним вместе останемся? — предложила вариант Настя. -Ещё хуже, — сразу сказал Говорун. — Воды-то нет. Вдвоём — быстрее загнётесь. Есть у меня мысль. Я её думать буду. Вы тоже подумайте. Вдруг, что интересное предложите. Алексей начал предлагать варианты, а Настя не стала даже думать. У неё не хватало опыта, поэтому её идеи в лучшем случае были просто глупыми. На опыте Алексея она в этом убедилась. Каждую его идею Говорун критиковал несколькими словами, даже ничего не объясняя. Глупость идей была видна сразу. В отличии от Алексея, Настя свою идею не стала высказывать, а решила попробовать самой разобраться, получится или нет. Она решила из имеющейся у них одежды попробовать сделать хоть какую-то защиту для Говоруна. Полезла по рюкзакам. Собрала всё что было, и поняла, что ничего не получится. Рубашки были тонкими, носки ни к чему не годились, а бельё вообще не стоило упоминать. Да и было одежды не так уж и много. -Я думал об этом, — сказал Говорун, понаблюдав за тем, что она делает. — Не получится. Мимо некоторых аномалий мне лучше будет идти голым, чем в рубашке из тонкой ткани. -Вот зачем ты такие рубашки взял? — возмутилась Настя. — У тебя до этого была отличная рубашка из плотной ткани. -Взял что было, — вздохнул Говорун. — Свободе такую одежду поставили. При первой же возможности хотел сменить. Та рубашка у меня вся в крови была. Кровь не отстирывается, а запах мутантов привлекает… -Я поняла, — сказала Настя. — Сделаем так. Ты наденешь эту рубашку, и мою. Я надену куртку прямо на голое тело… -Настя, не торопись, — перебил её Говорун. — Мы ещё не уходим. Я ещё подумаю. Может быть, что-нибудь из рюкзака сошью. Есть ещё варианты… В сущности, сейчас, я из плохих вариантов выбираю лучший. Пока, просто не могу решить, какой выбрать. Твоя идея мне нравится, но есть и другие, так что… Буду думать. -Тогда зачем нас спрашиваешь? — проворчала Настя. -А вдруг вы по наивности что-то предложите такое, до чего я не додумаюсь. Настя ничего не сказала. Алексей тоже промолчал. Разговор сам собой затих. Настя стала собирать вытащенные из рюкзаков вещи. Складывала и убирала обратно в рюкзаки. Алексей разбирал и собирал пистолет, стараясь сделать это как можно быстрее. -Тихо! — вдруг насторожился Говорун. — Идёт кто-то. Быстро, одевайтесь и приготовьте оружие. Настя ничего не слышала, но Говоруну верила безоговорочно, поэтому быстро застегнула куртку, надела шлем, накинула капюшон и взялась за оружие. Взвела пистолет и дослала патрон в автомате. Алексей отреагировал медленнее, но видя, как действует Настя, тоже начал приводить себя в порядок. Действовал он медленно и шумно. От неопытности умудрился даже уронить оружие. Говорун только глянул на него, но ничего не сказал. -Эй! Кто там?! А ну, обзовись! — крикнул кто-то за дверным проёмом. -А сам-то ты кто?! — крикнул в ответ Говорун. -А вот сейчас гранату закину, так сразу узнаешь кто! -Так от меня на раз ответка прилетит, — не сдавался Говорун. -Ишь какой, — раздался уже другой голос. — Я Гусь. -Лапчатый, или Летун? — спросил Говорун. -Летун, — ответил кто-то, но так и не показался. — А ты-то там, кто такой будешь? -Говорун! — представился Говорун. За дверью установилась тишина. После нескольких секунд тишины Говорун вдруг бросился вперёд. Он прыгнул к дверному проёму каким-то нечеловеческим прыжком. Не поднимаясь на ноги, он рванулся вперёд и разостлался над полом. Приземлившись, он, вновь не поднимаясь, снова прыгнул вперёд. Сейчас он чем-то напоминал снорка. Настя не понимала, что происходит, но Говорун всегда учил её, что если происходит что-то непонятное, то лучше всего залечь и не высовываться. Она упала там, где стояла. Не сводила взгляда с Говоруна, поэтому увидела, как он отбросил обратно что-то залетевшее в помещение. И тут же за дверью грохнул взрыв. Настю оглушило. Она на секунду потеряла ориентацию в пространстве, но тут же взяла себя под контроль. Взяла на прицел дверной проём. Когда прогремел второй взрыв, она уже была готова к чему-то подобному и даже не дрогнула. Чуть не выстрелила в Говоруна, когда он бросился из помещения наружу. Там загрохотали выстрелы. Настя сначала хотела бежать на помощь, но потом решила остаться на месте. Очень быстро всё кончилось. Сквозь звон в ушах Настя слышала чьи-то крики, но разобрать их не могла. Подумав, Настя поднялась и, держа дверной проём на прицеле, двинулась вперёд. -Не стрелять! — услышала Настя. — Эй! Вы слышите меня?! Не стрелять! -Говорун, это ты?! — спросила Настя. — Это ты мне?! -Тебе! — крикнул в ответ Говорун. — Принимай подарочки! Клади у воды! Держи сволочей на прицеле! Если рыпнутся, вали к чёртовой бабушке! Поняла?! -Да! — крикнула Настя. — Давай их сюда. -Что?! — не расслышал Говорун. -Я говорю, давай их сюда!!! — крикнула Настя. -Принимай! — крикнул Говорун. В помещение залетел какой-то кричащий человек. Он едва не налетел на Настю, но она отпрыгнула в сторону. Навела на него автомат. Думала, что он сам отойдёт в сторону, но он упал и принялся корчиться на полу. Как заставить его отодвинуться к воде Настя не знала. Вспомнила, как действовал Говорун. Прыгнула к человеку и пнула его в спину. -А ну двигайся, а не то пристрелю!!! — заорала она. — А ну, живо поднялся и перешёл туда!!! Живо, а не то пристрелю!!! Настя пнула его ещё раз, но ничего не добилась. Мужчина продолжал корчиться у её ног, никак не реагируя на её пинки и угрозы. Настя растерялась, но думать о том, что делать, у неё не было времени. В помещение Говорун закинул ещё одного человека. Тот тоже был скрючен, но более адекватный. Повинуясь Настиному жесту, поднялся на ноги и отошёл, куда было приказано. Настя вновь поглядела на первого закинутого. И тут, как будто пелена упала у неё с глаз. Настя увидела, что человек был ранен. Ранен в живот. Звон в ушах немного прошёл, и теперь Настя слышала, как человек стонет. От мысли, что она била раненого Насте стало плохо. Голова закружилась и в ушах снова зазвенело. Комната начала вращаться. Настя огромным усилием воли удержалась и не рухнула в обморок. Однако, удержать оружие не смогла. Автомат выпал у неё из рук и повис на ремне. Настя зажмурилась, пытаясь окончательно прийти в чувство. Этим воспользовался тот, кого Говорун закинул в помещение вторым. Увидев, что он больше не под прицелом, он поднялся на ноги и бросился на Настю, выхватив откуда-то маленький нож. Он опоздал всего на секунду. Настя открыла глаза, увидела бросившегося на неё человека с ножом, и отреагировала так, как её учил Говорун. Отвод руки в сторону, блокирование и выбивание оружия, и ответный удар. Из всего списка у неё получилось только отвести руку с ножом в сторону, а потом мужчина навалился на неё. Они упали. Под ещё один удар Настя подставила руку, так как выбора у неё не было, оружие шло точно ей в глаз. Нож не пробил ткань куртки на рукаве и скользнул дальше. Ткнулся Насте в лоб, но удар, остановленный рукой, потерял всю свою силу, и Настя только почувствовала, как лезвие ткнулось в лобную кость, не пробив её. Поняв, что следующий удар будет смертельным, Настя принялась защищаться изо всех сил. Она рванулась и подтянула ноги. Заняв более устойчивую позицию, вновь дёрнулась и почувствовала, что освободила руку. Больше ничего сделать не успела. Мужчина дёрнулся и навалился на неё, разом обмякнув. С запозданием до Насти дошло, что она слышала звук выстрела, а ещё через секунду она поняла, что на неё потоком льётся чужая кровь. Адреналин ещё бушевал в крови, поэтому Настя отреагировала на это спокойно. Она отвела голову мужчины, чтобы кровь не текла на её одежду, а потом прикинула, как будет выбираться, и выбралась, оттолкнув покойника в сторону. Поднялась и осмотрелась. Говорун стоял в дверном проёме с пистолетом. Перед ним стоял на коленях ещё один человек и что-то кричал. Настя почему-то не могла разобрать слов. Вернее, не понимала их. Раненый всё также лежал там, где его оставила Настя. Он тихо мычал сквозь зубы, но больше не катался по полу, а лежал в позе эмбриона. Обводя взглядом помещение, Настя увидела, что Алексей лежит на полу и не шевелится. Она, молча, посмотрела на Говоруна и пальцем указала на эту неправильность. -Лёха! — подхватился Говорун. — Ах, ты ж… Убью! Пристрелю, гада!!! А ну туда! Живо! Лечь, руки за голову!!! Раненый не понял, что обращаются к нему, но после пинка сделал всё, как приказали. Говорун бросился к Алексею. -Лёша! Алёшенька, ты жив? Ты… Уф-ф-ф… Живой. Настя, он живой! Его контузило, малость, но это не беда. Сейчас я его в порядок приведу. Хорошо, что этот артефакт может работать бесконечно. Где он у нас? Посмотри в том рюкзаке… — велел он Насте и поднял на неё глаза. — Что с тобой? -Мне бы умыться, — невпопад сказала Настя. -Да, — согласился Говорун. — Подожди, я сейчас Лёхе помогу и тобой займусь. Настя только кивнула. Она повернулась и пошла к раненому. Не дойдя, остановилась. Вернулась и села на топчан. Смотрела, как Говорун приматывает артефакт к голове Алексея. Потом смотрела, как он достаёт канистру с водой. Подставила руки и смотрела, как он наливает в них воду. Потом смотрела, как вода утекает сквозь её ладони. Она бы и дальше на всё смотрела, но Говорун стукнул её снизу по рукам, и остатки воды плеснули ей в лицо. Настя, как очнулась. -Говору-у-ун… — заревела она. — Я не хотела его бить! Я, вправду, не хотела! А этот на меня напал… Ну, заче-е-ем? Зачем он хотел меня убить? Я его даже не била. Я не знала, что его друг ранен. Я не хотела! Я не знаю… -Тише, тише, — обняв её, бормотал Говорун, — всё кончилось, всё прошло. -Я, правда, не хотела! — продолжала выговариваться Настя. — Я, когда узнала… Я же не знала! Почему?! Почему ты мне не сказал?! Говорун обнял её и пытался утешить. Настя довольно быстро успокоилась. Немного посидела в объятиях Говоруна, всхлипывая и тихо плача, но как-то вдруг, разом пришла в себя. -Я в порядке, — оттолкнула она Говоруна. — Помоги раненому. Я не хочу думать, что он умер от того, что я его била. А если он умрёт, я буду думать именно так. -Зря! — отмахнулся Говорун. — Умрёт он в любом случае. Осколок в брюхе не даст ему никаких шансов. Но ты права. Помочь ему надо, иначе, как я его допрошу? -Подожди, а ты ничего не можешь сделать? — спросила Настя. — Вылечить его? Тебе обязательно надо, чтобы он умер? -Да, обязательно, — ответил Говорун. — Я не хочу и не могу оставлять врагов за спиной. Ведь ты подумай, они ко мне никакой ненависти не испытывают. Они меня просто ради денег убить хотели. -Ты этого не знаешь, — сразу поймала Говоруна Настя. — В смысле, откуда ты можешь знать? -А вот мы его в чувство приведём и спросим. А если говорить не захочет, то у нас ещё один язык есть. Только он немец и ты его ответы не поймёшь. Так что, лучше Гуся немного в чувство привести. Возьми воды и умойся. Я пойду, вещи этих убивцев принесу. Говорун вышел из помещения и вернулся, таща труп и рюкзак. Довольно быстро он перетащил всех покойников в помещение и принёс их рюкзаки. Начал рыться в рюкзаках и достал из одного аптечку. Покопался в ней и достал ампулу и шприц. Ловко и привычно проделав все манипуляции, наполнил шприц и вонзил иглу раненому в ногу, прямо сквозь штанину. Немедленного эффекта не получилось, но через несколько минут раненому стало легче. Настя за это время успела умыться, а потом, по приказу Говоруна, вышла в коридор и собрала оружие убитых, стараясь не замечать пятна крови на полу и стенах. -Ты можешь говорить? — поинтересовался Говорун, когда раненый перестал стонать. -Могу, — ответил раненый, — а на фига? -Умрёшь безболезненно, проживёшь подольше, — перечислил Говорун. Раненый выпрямился. Посмотрел на свою рану. Хотел расстегнуть куртку, но передумал. -Лечить меня не будешь? — спросил он у Говоруна. -Нет, — покачал головой Говорун. — Два весёлых гуся по Зоне больше не полетят. -Понятно, — вздохнул раненый. — Чего хочешь узнать? -Вы за мной специально охотились? — сразу спросил Говорун. -Мы думали, что здесь никого нет. Видели, как отсюда контролёр выходил. Пришли проверить, если что осталось… Мы никого живого тут не ждали. -На кой вы гранату кинули? -Это брат так решил. Он как услышал, что это ты… Ты знаешь, сколько за тебя дают? -Просвети, — коротко ответил Говорун. -Говорун, когда мы уходили, сумма до миллиарда дошла. -Долларов? Евро? — откровенно развеселился Говорун. -Говорят, долларов. Костенко за тебя живого ещё больше обещал. -Он много кому чего обещал, — откровенно развеселился Говорун. — Ни… чего не выполнил. Ему что, вдруг можно стало верить? -Я не знаю, но перекупы за тебя тоже что-то предлагали. И довольно много. Меньше, конечно… Ты сейчас самый ценный приз в Зоне. -И у Долга? — спросил Говорун. -Про них не знаю. Но у Добряка тебе конец. Сразу пристрелят. Всех ведь не завалишь. Кто-нибудь до… -Все-е-ех завалю, — пропел Говорун. Настя заметила у него в глазах искры безумия. — Сейчас пойду… Там никого не останется. Трупы растащат мутанты. Я буду купаться в крови, вывешивать гирлянды из кишок… -Говорун, прекрати!!! — крикнула Настя. — Приди в себя! Что на тебя нашло?! -Прости, Настя, но я всегда бешусь, когда мне угрожают. -Я не угрожаю, — сказал раненый. — Я говорю, что будет. -Ну а я говорю, что по-твоему не будет! Я сам всех убью! -Говорун, — вновь вмешалась Настя. — Тебя ещё никто не убивает. И как они тебя убьют, если ты к ним не пойдёшь? -Специально пойду! Пойду и убью! -Нет, не пойдёшь! И хватит тут изображать из себя… Ты совсем не такой. -А какой я? — немного удивился Говорун. -Ты добрый, — ответила Настя. Раненый засмеялся. -Он добрый, — смеясь, сказал он. — Да он убил больше людей, чем какой-нибудь деревенский мужик за свою жизнь увидел. Ты Настя, да? Это из-за тебя Говорун всех людей Соловья положил? -Соловей жив? — спросил Говорун. -Мёртв, — покачал головой раненый. — Его… Не знаю точно, но до наёмников он не дошёл, и нигде его больше не видели. ПДА у него не работает. Люди Добряка должны были встретить его и Писаря, но никто не пришёл. -Оп-па, — придвинулся к раненому Говорун, — а что там про Писаря? -А ты не знаешь? — немного удивился раненный. — Они с Соловьём последнее время тёрлись вместе. -Врёш-шь, — прошипел Говорун, — не стал бы Писарь с петухом дела проворачивать. Ему западло. Раненый засмеялся, закашлялся. Резко побледнел и покрылся потом, но продолжал смеяться. -Ты что, в эту сказку поверил? — спросил он Говоруна. — Да никакой Писарь не законник и татушки ему уже здесь набили. Он из приблатнённых. Мелкая шавка. Строил из себя… А на самом деле — он никто! -Я дело его читал, — сказал Говорун. -Которое ты из нашей сети выцарапал. Он хакером был и когда залетел на нары… После отсидки себе дело нарисовал и свалил в Зону. Оно только в виде электронном… Только в электронном виде и существует. Он это специально… -Откуда ты знаешь? — спросил Говорун. -Его как-то прижали пацаны Чмыря. Чмырь конечно — чмырь. Короче, он раскололся до жопы. Его, только что не опустили, но на счётчик поставили. А ты веришь в благородных законников. Девяностые кончились почти полвека назад! Говорун, ты ещё совсем пацан если… — Раненный захрипел, задыхаясь. — В сказки веришь… Гуси по Зоне… Отлетались… Он начал бредить. Задыхаясь, бормотал что-то. Настя смотрела, как он умирает и не знала, что делать. Она, молча, показала Говоруну на аптечку. Говорун покачал головой. Достал пистолет и выстрелил раненому в голову. Настя не испугалась того, что Говорун убил человека, но её до ужаса напугало то, как он это сделал. Он сидел, явно обдумывая слова раненного, с задумчивым и отрешённым лицом. Человека он убил, совершенно не меняя выражение лица. Выстрелил и даже не моргнул. Именно это напугало Настю. -Говору-у-ун!!! — закричала она. Говорун вскочил, выхватил оружие и начал осматриваться. Настя набросилась на него и стала бить. Несколько её ударов Говорун блокировал, а потом Насте прилетело в ответ, да так, что она не устояла на ногах. Упала, откатилась в сторону и, видя, что Говорун не нападает, села и заплакала. -Я тебе… А ты… А я… — повторяла она. Говорун честно пытался добыть какую-нибудь информацию из её высказываний, но потом фыркнул, подошёл к ней и брызнул в лицо из фляжки. -Настя, мы уже это проходили, — мягко сказал он. — Ты что, так на каждое убийство будешь реагировать? Ты же убедилась, что он хотел нас убить. Чего тебе переживать из-за его смерти? -Я не из-за этого, — невнятно ответила Настя, продолжая всхлипывать. — Я из-за того, как ты его убил. -И как я его убил? — удивился Говорун. -Равнодушно, — ответила Настя. -А мне что, из-за каждого убитого переживать? — удивился Говорун. — И вообще, я его не убил, а помог. Он через какое-то время должен был прийти в сознание, а потом у него было бы несколько минут агонии. Это очень неприятно и поэтому я избавил его от этого. -Да, но ты мог бы быть не таким… таким… Нельзя так просто убивать людей! -Можно, — возразил Говорун. — Даже нужно. В смысле, убивать именно так и нужно. Без эмоций. На каждого эмоции тратить — так с ума сойдёшь. Ты этого пока не понимаешь, но потом поймёшь. -Не-е-ет, — замотала головой Настя, — нет, нет, нет, нет. Никогда я этого не пойму. -Настя, убивать надо без эмоций. Ты не должна сочувствовать убиваемому. Ты не должна… Я не знаю, как тебе объяснить. Это всё очень сложно, а у нас вновь времени нет. Нам надо собрать оружие, проверить его. Обыскать трупы, снять с них одежду, пока не наступило трупное окоченение. Дел много. Впрочем… Отдыхай. Я сам и мне отмычка поможет. -Какая отмычка? — удивилась Настя. Говорун указал на ещё одного человека в помещении, о котором Настя совершенно забыла. Он тоже старался не напоминать о себе. Лежал, не шевелился и притворялся, что его здесь нет. Впрочем, как только Говорун обратил на него внимание, он сразу перестал притворяться и начал быстро и сбивчиво оправдываться, глядя на Говоруна. Настя не понимала, что он говорит, но просительные нотки в голосе слышала прекрасно. -Говорун, ты его не убивай, пожалуйста, — попросила она. — Тебе от его смерти лучше не будет. -Не собираюсь я его убивать, — отмахнулся Говорун. — Он мне ничего не сделал. Это всё Гусевы затеяли. -Кто? — не поняла Настя. -Братья Гусевы. — Говорун указал на трупы. — Один — Летун. Другой — Лапчатый. Они прославились тем, что собрали отряд из людей разных национальностей. Поляк, немец, латыш, эстонец. Сами они русские. Этот вообще американец. Долго по Зоне таким составом ходили. Уже больше года, вроде как. Вот и отлетались гуси, когда на меня нарвались. Жаль их. Помянем их потом, как полагается. Так я говорю?! Вопрос он задал немцу. -Да, — кивнул немец. — Помьяньем. -А для этого нам нужно до бара дойти. А чтобы до бара дойти, нам нужно сейчас собраться и подготовиться. А для этого нужно работать. А работать будет тот, кто накосячил. И это ты. Говорун ткнул пальцем в немца. Настя ожидала возражений, но немец спокойно поднялся на ноги, деловито уточнил что-то у Говоруна и принялся за работу. Начал раздевать трупы, складывать оружие и снаряжение по кучкам. Говорун занялся разбором вещей в рюкзаках. Настя осталась не у дел, но быстро нашла себе дело. Подошла к Алексею и попыталась привести его в чувство. Ей это довольно быстро удалось. Алексей пожаловался на головокружение и на то, что ему очень неудобно лежать. Настя помогла ему лечь удобнее, принесла воды и помогла напиться. Говорун попросил её приготовить поесть, благо, теперь воду не нужно было экономить. Настя взялась за готовку, ловя себя на том, что у неё это получается уже довольно ловко. У неё даже находилось время, чтобы проверять, всё ли в порядке с Алексеем. Когда еда была готова, она нашла миски, разложила еду по ним, и только потом пригласила всех поесть. Мужчины никак не показали, что оценили, как еда была подана. Взяли миски и стали быстро есть. Алексей попробовал сказать, что сам есть не может, и Настя даже бросилась к нему, в попытке его покормить, но тихое покашливание Говоруна вернуло Алексея к жизни. Он сам сел и принялся за еду, под удивлённым Настиным взглядом. Справившись с удивлением, Настя вдруг поняла, что Алексей действительно, как сказал ей когда-то Крок, «гниловатый пацан». Ведь он специально притворялся больным, чтобы Настя за ним ухаживала. И делал это не из-за какой-то выгоды, а просто так, на автомате. Так, как делал всегда. Настя поняла, что с Алексеем нужно быть осторожнее и полагаться на него полностью, никак нельзя. Поев, немец и Говорун снова занялись переборкой снаряжения. Настя начала чистить посуду, а Алексей снова лёг на топчан. Настя сначала не обратила на это внимания, а потом возмутилась от такой несправедливости. Она готовила, а теперь она же должна и убирать. Её возмущение было так велико, что она подошла к Алексею, пинком подняла его с топчана и погнала чистить посуду, что он и начал делать под её строгим присмотром. Контролируя работу Алексея, Настя могла подумать о том, что она сделала. Обдумав всё, она ужаснулась тому, как она изменилась. Раньше, она не стала бы ничего говорить Алексею. Побоялась бы, что, в общем-то, очень плохо. Нормальный человек мог подойти к Алексею и потребовать, чтобы он взял на себя часть работы. Однако, Настя уже не была нормальной. Она сразу начала бить Алексея, даже не пытаясь поговорить с ним. Постепенно она становилась… Настя не могла придумать, кем она становится, но осознавала, что изменения, происходящие с ней, ей не нравятся. Насте хотелось обсудить это с кем-то. Поговорить, высказать свои мысли, послушать, что скажет собеседник. На роль собеседника никого кроме Говоруна не было. Настя несколько раз пыталась подойти и заговорить с ним, но так получалось, что он всё время был занят. Да к тому же, рядом всегда были Алексей и немец, а Насте хотелось поговорить тет-а-тет. Ближе к вечеру, Говорун отослал немца проверить ближайшие коридоры на наличие мутантов, а Алексея дал ему в прикрытие. Они с Настей остались вдвоём. -Я всех услал, — сказал Говорун, — минут тридцать мы будем одни. О чём ты хотела со мной поговорить? Настя рассказала ему, о чём она думала и что её беспокоит. Ожидала, что он посмеётся над её страхами, скажет, что всё это ерунда и не стоит его внимания, но Говорун отнёсся к её словам весьма серьёзно. -Настя, Зона всем мозги выворачивает. Я тебе об этом уже рассказывал. Постепенно, понемногу, но так, что человек сам не замечает, как становится другим. Хуже, лучше — неважно. Важно, что другим. Поэтому надо стараться замечать изменения в себе и контролировать их. Например, ты пнула Алексея. В следующий раз, когда тебе захочется решить всё одним ударом, просто подумай, а не стоит ли поговорить с человеком? Или сделать что-то другое? Держи в памяти этот момент и сверяй свои поступки с ним. Вот тебе мой совет. -Хороший совет, — задумчиво кивнула Настя. — Мне, наверное, стоит извиниться перед Алексеем? -Ни в коем случае! — вскричал Говорун. — Не извиняйся. Если извинишься, то признаешь вину. Тогда он вновь тебе на шею сядет. Попытается. Тебе вновь придётся его бить. Я не перестаю восхищаться твоей интуицией. Ты, не осознавая, всё делаешь правильно. Если бы ты попросила его помочь тебе, то он бы сказал, что ему плохо, он болен, ну и тому подобное. Ты бы отступила, а он засчитал бы себе победу над тобой. В иерархии нашей группы ты бы заняла последнее место. А так, ты его пнула и сразу указала, что его капризы терпеть не намерена. В лучшем случае, он равен тебе, но никак не выше. Понятно? -Поня-ятно, — протянула Настя, — но только знаешь, я, ни о чём таком даже не думала. Я вообще не понимаю, откуда ты всё это придумал? -Это психология. И ты об этом не думала. Ты действовала интуитивно… -Говорун! — рассердилась Настя. — Я просто его ударила! Захотела и ударила! Ты мне скажи, я в монстра не превращаюсь? -Если замечаешь, что сделала что-то неправильно, то нет. Монстры считают, что всё, что они делают — правильно. Ты засомневалась в себе, но я тебе объясняю, что в этой ситуации ты всё сделала как надо. Ты не монстр. И кстати, насчёт Лёхи… Будь с ним построже. Его все считали слабым очкариком. Он научился пользоваться этим. Понял, что своей слабостью может всеми крутить и вертеть. Не позволяй ему этого. Пресекай. Сразу и окончательно. Понятно? -В общем — да, — неуверенно кивнула Настя. -Я не могу тебя выделять. Любимчики в команде — развалят команду. Поэтому свой статус ты должна у него отвоевать сама, без моей помощи. -Хорошо, — кивнула Настя. — Это я понимаю. Только мне его бить не хочется… -Не бить, — перебил её Говорун. — Гораздо больше будет пользы, если ты свой статус подтвердишь, не ударив его ни разу. -Я уже его била, — напомнила Настя. -А тут он сам прекрасно понимает, что зарвался. Это не считается. Просто не бойся требовать от него выполнения его обязанностей. Пресекай его попытки разжалобить. Он сам потом поймёт, что тобой не получится вертеть, и будет всё делать без вопросов. -Ты так уверенно об этом говоришь, — заметила Настя. — Ты не можешь быть уверен, что всё так будет. -Я уверен, что не ошибаюсь. Как бы там ни было, я тебе всё сказал. Можешь со мной не согласиться, но место в отряде ты должна занять сама. Говорун закончил разговор и повернулся к оружию убитых. Оно было сложено кучей и сейчас Говорун начал эту кучу разбирать. Он вытаскивал ствол, быстро разбирал его неполной разборкой, а потом раскладывал детали оружия на полу. Настя удивилась и не смогла сдержать любопытства. Говорун пояснил, что хочет подобрать что-нибудь, но не абы что, а собрать из нескольких стволов один, но самый лучший. Видя Настину заинтересованность, стал объяснять, что делает и почему. -Вот видишь Настя, здесь механизм чуть не в саже. Хотя, почему чуть? Он забит сажей. Так просто я её сейчас не вычищу, поэтому, механизм убираем. Мне отсюда только ствол пригодится. Почему оставляю ствол? Потому, что здесь использовали патроны с плохим охотничьим порохом. Он слабее, поэтому ствол менее изношенный. Вот здесь посмотри. Видишь? Ствол, как отполирован. Здесь применяли самодельные патроны. Вместо обычного пороха набивали… Скорее всего, порохом из автоматных патронов. А может, и каким-нибудь взрывчатым веществом. Видишь, как здесь ствол раздуло? Почти на миллиметр. Да и затвор заклинить может, после такого. Так что, от этого дробовика я ничего не возьму… -А почему ты берёшь дробовик, а не автомат? — спросила Настя. -У них всего два автомата, да и те изношены. Точности нет, плеваться будут. Группа братьев Гусевых ходила по Зоне правильно. В далёких мутантов не стреляла. Всегда была ориентирована на ближний бой. В ближнем бою дробовики лучше. Ещё у них гранат много… Было… Они на мутантов не охотились. Только защищались. М-да-м… Если бы не изменили этому правилу, и не начали охоту на меня, то сейчас были бы живы. -А как ты понял, что они решили на нас напасть? — спросила Настя. -Щелчок рычага, — ответил Говорун, но увидел Настино непонимание и пояснил. — Они перед тем, как гранату кинуть, кольцо выдернули и секунду подождали. Рычаг слетает с характерным щелчком. Ну и звук капсюля ни с чем не перепутаешь. Я звук характерный услышал и вперёд прыгнул. В воздухе перехватил. Толчком обратно отправил, а у них уже не было времени, среагировать. -А стрелял ты зачем? — спросила Настя. — Если их гранатой всех убило… -Настя, — прервал её Говорун, — мы не в кино. Это там… Разорвалась граната и все убитые. В жизни такое случается, что нарочно не придумаешь. Лацис рядом был, а у него только лёгкое ранение. А вот, например, как Лёху зацепило? Он в стороне был. А вот ты, как раз почти напротив была. А тебе ничего. Я рядом был и тоже ни царапины. У этих, в бронежилетах, наверняка пару осколков засело. Глушануло их, но они сталкеры, поэтому стрелять могут и раненые и без сознания. Если бы я не выскочил и не добил их, то, минут через пять они бы очухались, и мне пришлось бы принимать затяжной бой. Да и не было бы никакого боя. Закидали бы гранатами и всё. Нет, Настя, противника надо добивать. И если ты скажешь, что не согласна, то вот тебе пример. Я Лациса пощадил, а он потом на тебя кинулся, и убить хотел. Скажешь, нет? -Ничего не скажу, — покачала головой Настя. — Ты прав во всём. Я просто ещё ничего не понимаю, поэтому и задаю глупые вопросы. -Ты как-то не так это сказала. Если это был сарказм, то его было сложно заметить. -Это был сарказм, — подтвердила Настя. — Я тебя спросила, а ты мне вместо ответа… Вместе с ответом лекцию прочитал о том, как я должна себя вести. -Не нравится, тогда не спрашивай, — обиделся Говорун. Он отвернулся и вновь занялся оружием. Настя хотела попросить прощения за свою грубость, но потом подумала и не стала. В конце концов, она не виновата, что он ей лекции читает, когда не надо. И вновь поймала себя на том, что изменилась. Раньше она обязательно просила бы прощения. Так её воспитывали. Решив не думать об этом, Настя поискала себе дело. Говорун разбирался с оружием, а Настя решила перебрать продукты. Посмотреть, что лучше съесть сразу, а что подождёт и быстро не испортится. В рюкзаках убитых Настя нашла тридцать пять банок тушёнки, четыре брикета с надписью иероглифами и пять пачек галет. И это на восемь человек? Может быть, они ненадолго шли? Настя не могла себе представить, что такого количества еды, для восьми человек, может хватить больше чем на три дня. К этому времени как раз вернулись Алексей и немец. Настя через Говоруна задала немцу мучающий её вопрос. Немец очень удивился и ничего не сказал. Говорун ответил за него. -Они шли примерно на семь дней, — глянув на количество еды, сказал он. — Одна банка консервов на день, на двух человек. Плюс, куски высококалорийных смесей, разведённые в воде. Экономия: на еде, на весе, на времени приготовления пищи. Ну и по деньгам… Вот только желудок обмана не любит и сам себя начинает переваривать. Я про гастрит говорил? Каждый бродяга в Зоне гастритом болеет. -Или язвой, — вставил Алексей. -А вот и нет, — возразил Говорнун. — Не успевают нажить язву. Гибнут. Плохое питание — меньше сил. Меньше сил — хуже внимание. Хуже внимание — смерть. Тот, кто хорошо питается, язву не наживёт, и не умрёт, как другие. Среди долгожителей Зоны ни у кого язвы нет. Говорун о чём-то спросил немца. Тот ответил. Настя выпала из разговора, потому что не понимала ни слова. Судя по реакции Алексея, он что-то понимал. Настя хотела попросить его о переводе, но Говорун закончил разговор с немцем и повернулся к ней. -Я обсуждал с Зольдом дела их группы. У них давно не было хороших находок. Дела совсем были плохи. Именно поэтому у них так мало еды, и именно поэтому они попытались заполучить мою голову. -Значит, у них всё-таки было мало еды, — задумчиво сказала Настя. — А ты сказал… -Я верно сказал, — перебил её Говорун. — Это недельный паёк такой группы. Просто, у них обычно с едой всё же получше, вот я и подумал, что их дела совсем швах. И оказался прав. -Прошу прощения, но я кое-что не могу понять, — сказал Алексей. — Почему их дела были так плохи? Разве они не могли набрать артефактов? Мы за день пути набрали артефактов больше чем на миллион рублей. При этом мы не искали их специально, а брали то, мимо чего проходили. Если мы за день набрали столько, то почему они не могли набрать на меньшую, но тоже приемлемую сумму? И если миллион это не деньги для Зоны, то объясните мне, пожалуйста, политику цен? -Даже не знаю, что тебе ответить, — развёл руками Говорун. — У нас сейчас есть время, и я могу немного тебе рассказать… Но это долгий разговор и я не думаю, что успею за сегодня рассказать всё. Ладно, хоть что-то расскажу. Ты пока попробуй ПДА реанимировать и один можешь на себя записать. -А мне можно ПДА? — сразу вскинулась Настя. -Нет, — отрезал Говорун. — Все ПДА снятые с трупов сдаются. Торговцам, начальникам гарнизонов, военным сталкерам… Кого найдёшь, тому и сдавай. Потом эти ПДА возвращаются и раздаются поимённо. Это помогает властям контролировать численность населения Зоны. -Почему тогда я могу переписать ПДА на себя? — удивился Алексей. -Я разрешил, — отмахнулся Говорун. -Но ведь ты ПДА не носишь, — заметила Настя. — И отмычкам ПДА не положены. Ты мне сам это говорил. Как тогда осуществляется контроль? Хотя, ты ведь носил ПДА? Но теперь-то не носишь. Я запуталась и ничего не понимаю. -Дело не в том, что я его не ношу, а в том, что я его взял. Этот прибор только называется «персональный детектор аномалий». На самом деле это уже давно не только детектор, но и рация, планшет, записывающее устройство, датчик, сканер объектов и ещё есть возможность заказать несколько дополнительных функций. Есть ещё и не указываемые функции. Например, слежка за человеком. Не другими людьми, а спецслужбами, находящимися за пределами Зоны. Вот они-то и требуют, чтобы ПДА на прошивку отдавались им. Так они контролируют значимых людей Зоны. Отмычки и бродяги ничего не значат. Как только ты набрал денег, чтобы купить ПДА, ты становишься значимым человеком, и тебя ненавязчиво берут под контроль. Потом составляют схему взаимоотношений в Зоне. Контролируют, кто жив, а кто умер… -Мне всё понятно, — перебил Говоруна Алексей. — Вы уклоняетесь от разговора. Я хотел бы знать, цены на товары в Зоне, а также цену артефактам… Настя ожидала взрыва, но Говорун был в хорошем настроении и демарш Алексея проигнорировал. -Настя, тебе тоже всё понятно? — спросил он её, перебив Алексея. — А то Лёха хочет про цены послушать… Настя торопливо кивнула. -Ну, раз понятно… — Говорун вдруг оставил шутливый тон и стал очень серьёзным. — Лёха, ты смог обнулить ПДА? -Да, — кивнул Алексей, — это было не сложно. Только боюсь, все данные из памяти я стёр. Если бы… Вы вновь уклоняетесь от разговора. -Вовсе нет, — возразил Говорун. — Посмотри, в планшете есть два вида памяти. Один модуль зашит в плату, а другой съёмный. Активируй вшитый модуль. Там должна быть карта Зоны. Загрузи её. А пока она грузится, вы слушайте меня внимательно. Вы думаете, что в Зоне так легко набираются артефакты потому, что вам до сих пор постоянно везло. Да и учитель был хороший. Это не хвастовство. Это факт. Настя, скажи, кто из женщин ходит в аномалии? До аномалий доходят все вместе. Кто непосредственно добывает артефакты? -Я не знаю, — растерялась Настя. — Я не спрашивала. -Тогда я отвечу. Артефакты добывает из аномалий только Калька. Сейчас ещё и Шпилька к этому подключилась, а раньше у женщин был только один добытчик. Спросите, почему? Да потому, что добывать артефакты надо уметь. Надо иметь определённый склад характера. Надо ловить кураж от возможной смерти и одновременно чётко контролировать ситуацию. Главное — нельзя бояться аномалий. Страх — это сомнения. Сомнения — это промедление. Заминка в аномалиях — это смерть. Все это понимают, но всё равно боятся. Я вас учил без страха заходить в аномалии. У тебя, Настя, это вполне неплохо получается, а вот Лёха так не может. Нет, Лёха, ты не боишься. Ты просто долго думаешь над каждым шагом. Так что, извини, сталкера из тебя не получится. -А если я потренируюсь? — спросил Алексей. -Помрёшь в процессе тренировок, — отмахнулся Говорун. — Здесь дело в том, что невозможно идти от простого к сложному. Нет простых и сложных аномалий. Все аномалии опасны. Натаскать человека на добычу артефактов не получится. Добыча артефактов — это талант. -Значит, не каждый может добывать артефакты — сделал вывод Алексей. — Но тогда я не совсем понимаю… -Отряд Визела помнишь? Как они добывали артефакты? -Ну… — замялся Алексей. — Я не помню… Я не помню, чтобы они при нас добывали артефакты. -А почему? Почему, когда мы с Настей добывали артефакты на поле аномалий, они не обрабатывали делянку рядом? Я тебе скажу. Они на поле с аномалиями даже не заходят. И не трогают их. Боятся. Артефакты добывают по-другому. Берут те, что около таких полей лежат, когда их чем-нибудь выбьет, или просто случайно в стороне появившийся. Ну, или если аномалия только условно опасная, то тогда рискуют на неё заходить. А в остальных случаях, загоняют на поле отмычку. Цена дорогого артефакта — две, три жизни отмычки. -Я снова не понимаю, — сказал Алексей. — Если цена так велика, то тогда… Нет, я не понимаю. Но ведь мы набрали артефактов. Они были дорогие. И упомянутому вами Визелу, вы отдали добытых артефактов на несколько миллионов. Если артефакты так сложно добывать, то почему в Зоне высокие цены? Если вы так просто… легко добываете артефакты, то почему вы всё ещё в Зоне? Я не верю, что вы не смогли бы за несколько миллионов достать себе разрешение тихо жить где-нибудь за пределами Зоны. Говорун тихо посмеялся над наивностью Алексея. -Я не буду сейчас объяснять тебе это, — сказал он, отсмеявшись, — но скажу, что такое разрешение у меня есть. Мы сейчас говорим не обо мне. Мы говорим о ценах. Ты понял, что артефакты добыть сложно? Хорошо. Теперь загрузим тебе в голову новые данные. Карта на экране высветилась? Можешь показать, как мы шли до базы Свободы? Примерно. Точность не так важна. Говорун посмотрел, как Алексей проводит пальцем по экрану, потом увеличивает масштаб и вновь показывает. Настя не видела со своего места, что он показывает, но вставать и подходить не стала. Если бы было нужно, то Говорун позвал бы её посмотреть. -В целом — верно. Только ты показал прямую, а мы всё-таки немного петляли. В Зоне нет прямых путей. Ладно, это не важно. Теперь покажи наш путь Зольду и спроси о возможности такого маршрута. Алексей так и сделал. Подсел к немцу, ткнул пальцем в экран и спросил что-то по-немецки. Зольд нахмурился, забрал ПДА из рук Алексея, сам поиграл с масштабом и ненадолго задумался. Потом ещё раз посмотрел на экран, покачал головой, отдал ПДА Алексею. -Найн, — сказал он, — ез ист ништ мюглишт. Он ещё что-то говорил, но Настя его не понимала. Главное, что она поняла, его первое слово было — «нет». Немец продолжал что-то объяснять. Забрал ПДА у Алексея и стал что-то показывать на карте, пока его жестом не прервал Говорун. -Лёха, ты понял? — спросил он. -Да, — ответил Алексей. — Я понял не всё, но вполне достаточно. -Я не поняла, — пожаловалась Настя. -А я объясню, — кивнул Говорун. — Он много сказал, но если выделить главное, то всё можно свести к одной фразе. Так никто не ходит! Опасно. Можно уйти и не вернуться. И это подводит нас к следующему выводу. Мы шли там, где никто не ходит, поэтому мы набрали кучу артефактов. И дело даже не в этом. Дело в том, что мало кто рискует идти по какому-то новому пути и искать новые места с артефактами. Все расходятся по знакомым местам и обирают то, что уже было обобрано до выброса. С новым выбросом появляются новые артефакты, но их намного меньше, чем в местах, где никого не было. Проложить новую тропу, разведать новое месторождение — это всё очень серьёзный риск. Лучше не рисковать и собирать понемногу, столько, сколько нужно, чтобы выжить без излишеств. Вот, как отряд братьев Гусевых, или Визела. Говорун замолчал, как будто сказал всё и больше ему нечего добавить. Алексей задумался. Немец переводил взгляд с одного на другого и видимо ждал, что они ещё скажут. Настя подумала, что он не очень хорошо, но понимает русский язык. Сама она не знала, что и думать. С одной стороны, Говорун рисковал их жизнями ведя их по опасным местам, а с другой, он их учил выживать так, как никто не мог научить. Он не учил их бояться аномалий, поэтому они так легко добывали артефакты. Но с другой стороны, они не имели представления о степени риска и не понимали, когда им пытались объяснить. Настя хотела спросить Говоруна обо всём том, что надумала, но никак не могла сформулировать вопрос. Её опередил Алексей. -Позвольте мне вслух сделать выводы в форме предположений, — сказал он. — Я понял, что артефакты добывать очень опасно. Что искать новые места с артефактами тоже опасно, как и идти ещё не разведанными путями. Поэтому мне понятна политика высоких цен на артефакты. Мне непонятно, как… Как, например, я мог бы выжить в Зоне в одиночку? -Никак, — ответил Говорун. — Одиночка в Зоне не выживает. -Но вы пример обратного! — удивился Алексей. -Ты ещё не понимаешь, — усмехнулся Говорун. — Я показываю себя крутым одиночкой, а на самом деле, я тоже всё время напрашиваюсь к кому-нибудь в команду. Или напрашиваюсь, или случайно встречаю в Зоне. Меня в команде все рады видеть. Я сталкер. Я добываю дорогие артефакты, проведу коротким путём, научу, как отбиться от мутантов, всегда найду логово на ночь. Кажется, что это они мною пользуются, а на самом деле… Вы не представляете, как тяжело в Зоне одному. И дело не в аномалиях, мутантах и ловушках. Дело в том, что сама Зона тебя душит, пытается подчинить себе, сделать частью себя. В команде это не замечаешь, а если ты один… Очень часто было, когда люди оставались одни в Зоне и пытались выбраться. Они выходили, но были уже не людьми. Я не объясню. Это надо видеть. Вот, как Пирс, например. -Вы нас пугаете специально, — сказал Алексей. -Я не пугаю, — возразил Говорун. — Я говорю, как есть. -Хорошо, но это не важно. Вопрос в другом. Каким образом первые сталкеры появились? Я имею в виду… Если в Зоне так опасно, то почему сюда люди шли? Потери должны были быть чудовищными… -Потери и были чудовищными, — перебил его Говорун. — А что ты знаешь о ситуации того времени? Сейчас все говорят: «Девяностые годы». Только никто не знает, что это такое. Тогда жрать было нечего. Люди от голода умирали. Не было одежды, еды. Да ничего не было! Вернее — было, но за охренительные деньги, которых ни у кого не было. А теперь представь, что в такое время ты можешь рискнуть и за раз принести артефакт, который тебя на год обеспечит. Тебя и твою семью. Пойдёшь ты за артефактом, или ляжешь и помрёшь вместе с семьёй? Именно так и стоял вопрос. И люди шли. Да, потери были чудовищными, но если из десятка человек уходящих в Зону выбирался лишь один, то за счёт продажи артефактов он обеспечивал безбедное существование семьям погибших на год, а то и более. Артефакты тогда стоили намного дороже, чем сейчас, а оборудование, оружие, защита, намного дешевле. -Откуда вы всё это знаете? — осторожно спросил Алексей, потому, что Говорун замолчал, задумавшись. -От Сидоровича. Настя, он тебе это рассказывал? -Не слишком подробно, — ответила Настя. -Ну, я с ним больше и дольше разговаривал. В двадцатые годы, когда шёл кризис в США, многие американцы рванули в Зону. По тем же причинам, что и люди в девяностых. Надо отдать американцам должное. Они смогли навести относительный порядок вокруг Зоны, и смогли создать систему ценовых взаимоотношений. Теперь именно они её и регулируют. При этом, основной поток артефактов идёт в две страны. Угадайте в какие? Зольд что-то пробормотал, но Говорун его услышал. -Все Европейские исследовательские институты контролируются из США, — сказа он, обращаясь к немцу. — Весь МОИЗ контролируется в основном из США. Только Российские филиалы сохраняют независимость. Да и то, эта независимость — весьма относительная. -Так получается, что Зону контролируют из США? — спросил Алексей. -Никто не контролирует Зону, — засмеялся Говорун. — Контролируют людей в Зоне. С помощью цен. И вот теперь мы подошли к самому первому вопросу, который мне задал Лёха. Каким образом осуществляется политика цен в Зоне? Вы будете слушать, или на сегодня вам хватит информации? -Мы будем слушать, — твёрдо сказал Алексей. -Ну, слушайте. Политика цен основывается на соразмерности спроса и предложения. Если есть спрос, то цены взлетают. Если спроса нет, то цены падают. -Это азы экономики, — вставил Алексей. -Совершенно верно, — согласился Говорун. — В основе всего, всей экономики Зоны, находится пища. Пищи в Зоне нет. Её нужно завозить. Но сколько стоит привезти консервы в Зону? Раньше этого никто не знал. Кто-то привозил в Зону консервы и отдавал задаром. Кто-то требовал такую цену, что его пристрелить хотелось. И стреляли, и меняли артефакты один к одному. Многое было… Было до тех пор, пока в Зону не пришли американцы. Их деловая хватка позволила создать систему. Они взяли на себя организацию доставки пищи в Зону и обмен её на артефакты. Через деньги разумеется, но деньги тут не главное. Не знаю, как правильно объяснить… -Вы хотите сказать, что кто-то полностью контролируя поставки еды в Зону, контролирует цены на артефакты, — сказал Алексей. -Это только вершина айсберга, — покачал головой Говорун. — Всё намного сложнее. Нет, сначала всё было именно так. Американцы организовали несколько каналов поставок еды по фиксированным ценам. Цены были весьма высокими. Накрутка шла, чуть ли не в сто раз, но зато еда стабильно поступала. Люди стали брать еду у американцев. У Добряка, например. Ты всегда знал, что придя в посёлок, или на базу ты получишь еду именно по такой цене. Соответственно, ты мог рассчитывать, сколько тебе надо найти артефактов, чтобы поесть. Постепенно американцы захватили рынок. Вернее, захватили каналы поставки продовольствия, а с их помощью начали регулировать цены. Ещё вернее, они создали и защитили от других каналы поставки продовольствия. Немец вновь что-то сказал. Говорун отрицая покачал головой. Немец стал возражать. Они с Говоруном быстро обменялись несколькими фразами. Говорун задумался, а потом вновь покачал головой в отрицании. -Он считает, что вам это знать не надо, — кивнул Говорун на немца. — Если вы будете знать, то сможете сбить цены. Наивный. Он тоже думает, что всё так просто. Всё гораздо сложнее. -А вы разве не сможете объяснить? — показательно удивился Алексей. -Мне надо вам пару дней лекции читать, чтобы вы поняли. Тут одной фразой не обойдёшься. Тут много уровней сложности. Первый — это обмен еды на артефакты. Второй — подключение к обмену денег и товаров. Третий — обмен денег и артефактов на услуги и защиту. Четвёртый — политика в Зоне. Я только сейчас понял, что к простой формуле это всё не свести. Я и раньше это знал, но не задумывался об этом. Я думал, что объяснить вам всё это будет просто, а это совсем не просто… Давайте я объясню вам только… Да, я разъясню вам часть вопроса. То, что вам пригодится сразу. Остальное, если вам понадобится, то со временем вы это узнаете. Согласны? -Объясните хоть часть, — сказал Алексей. -Первый уровень сложности можно свести к одной фразе. Цены на еду и артефакты держатся так, чтобы у живущих в Зоне не оставалось лишних денег. Вы знаете, что внешнему миру нужно только определённое количество артефактов? Нет, не так. Продавать во внешний мир можно только определённое количество артефактов. Не спрашивайте почему, просто поверьте на слово. В Зоне за год идёт оборот примерно семи тысяч человек. Их нужно кормить. Сколько будет стоить еда на одного человека на день, если её доставлять в Зону? А на семь тысяч? Вот это и есть минимальная сумма на которую внешний мир может купить артефакты. Я уже говорил Насте, что еда стоит в десять — двадцать раз дороже, но не более чем необходимо для того, чтобы даже раненый, контуженный и безногий, мог выйти с базы и набрать артефактов на дневной паёк. Но это именно паёк. Вываренная тушёнка. Калорий много, а витаминов нет. На ней можно выжить, но жить нельзя. Если хочешь жить нормально, то ты должен заработать, принося артефакты подороже, или принося заказанные артефакты. Так ты вполне можешь жить, не отходя далеко от базы. Но человек так устроен, что ему надо больше, чем минимум. Поэтому многие начинают заходить всё дальше и дальше в поисках артефактов. За лучшие артефакты они хотят лучшие куски. Поэтому в Зону поставляются и другие продукты, которые стоят уже дороже. Но вот представьте себе, что появился кто-то, кто не устраивает того, кто контролирует… Нет, не так. Представьте, что появился кто-то, кто достаёт артефакты чуть не тоннами. Я шучу, конечно, но тем не менее. Сколько он должен получить по фиксированным ценам? Миллиард, пять? Он получит, но что он на них купит? Ту же тушёнку, те же галеты. Может быть что-нибудь ещё, но не более чем есть в списке. А если он захочет торт? А ему привезут. Только вопрос, а сколько это ему будет стоить? Торт, для него будет стоить миллиард, потому, что все знают, что он этот миллиард получил. Вернее, знают те, кто контролирует поставки в Зону. -Так вот почему ты не хотел объяснять! — крикнула Настя. — Тебя именно так контролируют. А ты играешь в такого… Настя осеклась под взглядом Говоруна. Взгляд был не злым. Скорее, так смотрят на глупого ребёнка, которому никак не могут объяснить простую истину. -Вот ты не поняла. Ты думаешь, что я своё самолюбие боюсь задеть? Это не так. Я разговор веду к тому, что все люди в Зоне, должны жить, на одном уровне, не выделяясь. Вернее, не должно быть кого-то богаче, чем нужно, за исключением нескольких единиц. Чтобы ни у кого не возникло мысли покинуть Зону и с огромными деньжищами выйти в обычный мир. Ты Лёха, правильно тогда сказал. За взятку вполне можно организовать себе выход. Вот и существует такая политика цен, чтобы деньги на руках не задерживались. Есть минимальный набор продуктов, оборудования, оружия, защиты. На них есть фиксированная цена. И на артефакты цена фиксированная. Почти, но тем не менее. Всё, что выходит за этот минимум оплачивается сверхдорого. -Вы повторяетесь. Я уже всё понял, — сказал Алексей. — Скажите, а я могу накопить денег, живя только на минимуме, по фиксированным ценам, а потом… -На минимуме ты не проживёшь, — отрезал Говорун. — Знаешь, сколько стоили артефакты, чтобы вылечить тебе глаза? Дело даже не в этом. Ты просто не сможешь добыть что-то ценное без оборудования, а чтобы купить оборудование тебе надо рисковать, чтобы найти что-то ценное. Потом, тебя могут на кредит посадить. Могут на счётчик поставить. Я тебе только опушку леса показал. Сквозь лес ты сам должен пробираться. -Нет, вы не поняли… -Да всё я понял, — поморщился Говорун. — Думаешь ты самый умный. Я тебе уже рассказывал, как тебя хотели на кредит посадить. Теперь про счётчик. Приходишь ты к торговцу и просишь у него носки. Обычные носки. Он говорит, что носков сейчас нет. Ты оставляешь заказ и ждёшь. Приходишь за заказом, а тебе вместо обычных носков дают супернавороченные, с начёсом, с прибамбасами… И называют цену, от которой ты выпадаешь в осадок. Ты естественно говоришь, что такого не заказывал. Продавец извиняется, но он уже их заказал, оплатил, привёз. Потратился. Ты должен ему это компенсировать. Он же не виноват, что ты не уточнил, какие носки тебе нужны. -Порядки, как на зоне, — проворчал Алексей. -Оттуда и пришло, — согласился Говорун. Разговор утих. Алексей что-то обдумывал. Настя сидела без какой-либо мысли в голове. У неё не было вопросов. Она просто не могла нормально уложить в голове ту информацию, которая на неё свалилась. Не могла сформулировать вопрос. -Хорошо, — додумался до чего-то Алексей. — Давайте говорить предметно. Сколько мы получили за те артефакты и что у нас осталось? На что мы можем рассчитывать по прибытии туда, куда мы сейчас идём. -Лёха, не стоит загадывать. Пока ты у меня в отряде, ты будешь полностью обеспечен. Если ты хочешь остаться один… -Вы сами нас предупреждали, что вы в любой момент можете погибнуть, и тогда мы останемся одни. Что нам делать в этом случае? -Настя станет сталкером. Ты техником. Войдёте кому-нибудь в отряд… Немец вдруг разразился громкой фразой. Что он сказал — Настя не поняла, но он явно ругался на Говоруна. Говорун в ответ только пожал плечами. Немец обругал Алексея. Алексей попробовал возразить, но получил новую порцию брани. Говорун повернулся к Насте. -Он ругается на то, что мы о будущем загадываем. Очень плохая примета. -Он по-русски понимает? — удивилась Настя. -Немного, но достаточно. Сейчас говорит, чтобы мы перестали болтать, а вместо этого вынесли отсюда покойников. Опасается, что ночью они поднимутся. Настя представила и содрогнулась. -Говорун, а давай и правда их унесём, — предложила она -Нет, мы их не унесём. Если кто-то из них поднимется, то мы его пристроим под рюкзаки… Немец вновь начал ругаться. Настя так поняла, что идею Говоруна он не одобряет. Она спросила почему? Говорун перевёл ответ немца. Оказалось, что Настя очень глупая и никогда не видела живого покойника. Не знает, что поднявшийся покойник сразу набросится на человека и загрызёт. Настя вспомнила поднявшегося Пирса. Спросила об этом Говоруна. Говорун объяснил ей, что поднявшийся покойник совсем не обязательно должен напасть. Зольд, сам никогда только что поднявшегося покойника не видел, поэтому верит суеверию. Настя заметила, что суеверию тоже верит. Хотя бы потому, что не хочет ночевать в одном помещении с покойниками, которые к тому же вполне могут подняться. Она не ждала, что Говорун поменяет свои планы. Так и случилось. Даже немцу не удалось его переубедить. Говорун сказал несколько фраз и немец ошарашено замолчал. Потом, подчиняясь команде Говоруна, начал перетаскивать покойников в дальний угол помещения. Настя заинтересовалась тем, что Говорун сказал немцу. За переводом отправилась к Алексею. Алексей сам не был уверен в правильности того, что он понял, но сказал, что Говорун не хочет, чтобы тела достались мутантам. Говорун их слышал, поэтому посмеялся над таким переводом и дал собственный перевод. Пояснил, что не хочет, чтобы мутанты, полакомившись трупами, решили проверить, откуда эти трупы взялись и всю ночь нападали на них. Настя поняла, почему замолк немец. Ей тоже не хотелось всю ночь отбиваться от мутантов. Дежурства на ночь Говорун распределять не стал. Сказал, что сам отдежурит. Немец пытался возразить, но Говорун вновь поставил его на место парой фраз. Настя даже не стала интересоваться переводом. Ей и так был понятен смысл сказанного. Это говорилось и ей и Алексею. Если Говорун принял решение, то оспаривать его запрещено. Что ж, ей так было лучше. Если Говорун хочет дежурить всю ночь, то она сможет попытаться выспаться. Тряпок из одежды убитых хватало, и Настя постаралась сделать себе удобную постель. Говорун, немец и Алексей тоже постарались устроиться с комфортом, но, по молчаливому согласию, всю чистую одежду отдали Насте, а себе забрали куртки, комбинезоны и штаны. На ночь получилось устроиться с относительным комфортом. Под возмущённым взглядом немца, Говорун, как и остальные, улёгся на сделанную постель, пожелал всем спокойной ночи и предупредил, что через пять минут выключает свет. Настя не волновалась. Говорун, даже спящий, всё равно охраняет лучше, чем они все бодрствующие. Она закрыла глаза и постаралась уснуть. Сон не шёл. Говорун уже давно погасил свет, а Настя вертелась и не засыпала. Она не могла понять причину этого, хоть и пыталась в себе разобраться. Наконец, она не выдержала, встала и пошла туда, где должен был лежать Говорун. Она почти подошла, когда её ослепил луч фонарика. Настя закрылась рукой. Луч ушёл в сторону, а потом опустился ей под ноги. Настя подошла к Говоруну и, ничего не говоря, легла рядом с ним. Прижалась и положила голову ему на грудь. Сразу ей стало как-то спокойно. Настя ещё сильнее прижалась и провалилась в сон. Проснулась Настя от громкого крика. Она вскинулась, пытаясь разобраться, что случилось, но сразу заметила спокойно лежащего Говоруна и опустилась обратно ему на грудь, совершенно ни о чём не беспокоясь. Тут же поняла, что долго лежала не шевелясь, и у неё затекло тело. Настя со стоном начала потягиваться. Зольд продолжал что-то кричать, обращаясь к Говоруну. Говорун смотрел на него, как на малыша, устраивающего истерику в магазине, чтобы ему купили новую игрушку. Настя отодвинулась и, потягиваясь, попыталась сесть. Судя по интонации, немец начал задавать Говоруну какие-то вопросы. Настя отвернулась и стала делать растяжку. Голос немца взвился на высший уровень громкости и закончился выстрелом. Настя испугано посмотрела на Говоруна. Тот невозмутимо убирал пистолет в кобуру. Немец упал там, где стоял. Во лбу у него темнела аккуратная дырочка, а затылка просто не было. Алексей отвернулся и его вырвало. Настя сдержалась, но её тоже замутило. -Говору-ун, ну зачем?! — спросила она. -Он накручивал себя, перед тем как выстрелить, — пояснил Говорун. -В каком смысле? — не поняла Настя. -Убить он меня хотел, — пояснил Говорун. — За меня слишком много предложили… -Постой, — прервала его Настя. — Откуда ты знаешь, что он хотел тебя убить? -Лёха! — позвал Говорун. — Он хотел меня убить? Алексей отошёл в сторону и стоял, отвернувшись к стене. На вопрос Говоруна он не ответил, но, не поворачивая головы, кивнул несколько раз. -Видишь? — указал на него Говорун. — Он вчера Лёхе предлагал меня пристрелить, а потом награду пополам поделить. Лёха отказался, поэтому он свои планы немного пересмотрел. Сегодня он просто накрутил себя и готов был сорваться. Я его опередил. -Откуда вы знаете, что он мне предлагал вас убить? — хрипло спросил Алексей, так и не обернувшись. -Ты, когда вернулся, стал вести себя более независимо. Слова стал вставлять. Мнение своё иметь. Может ты его и раньше имел, но, ни разу не высказывал, а тут таким храбрым стал. И взгляд у тебя изменился. Зольд был тёртым малым и почти сумел скрыть свои чувства, а тебе опыта не хватило. Ты на меня смотрел так… Мол, не такой уж ты крутой, дядя. -Почему вы тогда и меня не убили? — спросил Алексей. -Потому, что ты на меня смотрел с превосходством, но без всякого оценочного интереса. Вот Зольд, он прямо так и рассматривал меня, как мешок с деньгами. Твой интерес был совсем другим. Тебе надо было ощутить надо мной немного превосходства. По типу: «Ты крут, но я мог сговориться с ним и убить тебя. Ты крут, но я тебе жизнь подарил». Оглянись. Слышишь?! Оглянись! Для тебя всё кончилось бы так же. Алексей повернулся, выполняя приказ Говоруна, посмотрел на немца и тут же повернулся обратно. Его снова начало тошнить. -Говорун, а как он бы тебя убил? — спросила Настя. — У него и оружия-то нет. -Есть. — Говорун встал и подошёл к немцу. — У него… У всех бродяг Зоны всегда один ствол припрятан куда подальше. Как раз на случай, когда его в плен возьмут, а обыскать толком не сумеют. Редко такое случается, но иногда такой ствол действительно спасает. Я сам видел, как такой заныканный ствол от мародеров спас. Говорун, пока объяснял всё это Насте, подошёл к немцу, обыскал его, и из кармана штанов достал маленький пистолет. Кинул Насте. Она поймала и рассмотрела. Это был пистолет Коровина. Насте показывали его, когда она выбирала себе оружие. Он ей понравился своими небольшими размерами и поэтому запомнился. Настя решила оставить этот пистолет себе. -Не спеши, — прервал её мысли Говорун. — Сначала разбери оружие, проверь механизм, отстреляй, проверь количество боезапаса, и только потом можешь брать. И, да. Я прочитал твои мысли. -Ничего ты не прочитал, — отмахнулась Настя. — Просто я своими действиями как-то себя выдала. -Ну, да, — подтвердил Говорун. — Ты сначала на него просто смотрела, а потом… -Давай не будем сейчас об этом, — раздражённо сказала Настя. — Сколько сейчас времени? -Ещё не утро, — ответил Говорун, даже не глянув на часы. — Можно ещё поспать. -Какое уж теперь «спать»? — развела руками Настя. — Сон у меня начисто отбило. -Сейчас пять минут пятого, — сказал Алексей, посмотрев на экран ПДА. -Говорун, я тоже ПДА хочу! — сказала Настя. -Нет, — коротко ответил Говорун. -Нет, и всё? — удивилась Настя. — Ты даже не объяснишь почему? -Через ПДА за тобой следить можно, — сказал Говорун. — Это все объяснения и понимай, как хочешь. Говорун отвернулся, подошёл к телу немца, подхватил за ноги и потащил его к выходу. Скрылся в коридоре за проёмом двери. Настя пожала плечами и повернулась к Алексею. -Ты как? — спросила она. -Нормально, — ответил Алексей. — Я уже говорил, что не переношу, когда так… Говорун вернётся, наверное есть захочет. Ты не могла бы что-нибудь приготовить? -Да, конечно, — кивнула Настя. — Я сама есть хочу. Ставя котелок с водой на газовую горелку, Настя поймала себя на том, что совершенно не переживает об убитом немце. Более того, её оставило равнодушной то, что его убили у неё на глазах. У неё даже аппетит не испортился. Настя подумала, что когда выберется из Зоны… Если выберется… Ей будет очень сложно вернуться к нормальной жизни. И тут она подумала о законе, который запрещает выпускать людей из Зоны. В чём-то она сейчас была с ним согласна. Если она так изменилась за неполный месяц, то, что бывает с теми, кто живёт здесь больше года? А то и нескольких лет. Им же вообще невозможно вернуться к нормальной жизни. Взять, к примеру, Говоруна. Он же сам рассказывал, что убил человека только за то, что тот его обругал. Он порядки Зоны переносит в обычную жизнь. Настя ужаснулась, представив на улице сотню таких, как Говорун. Совершенно неуправляемых, вооружённых, стреляющих в ответ на любую угрозу. Настя мысленно согласилась с теми, кто принял закон о невозможности сталкерам покинуть Зону. Она уже и не знала, хочет ли она сама вернуться домой. Настя стала убеждать себя, что дома всё по-другому. Там ей не понадобится оружие, там не надо всё время ходить с оглядкой, там её никто не убьёт. Настя представила себя без оружия и содрогнулась. И одна только эта непроизвольная судорога свела на нет все её рассуждения. Она нигде и никогда не станет прежней. От размышлений её оторвал Алексей. Он подошёл и сам предложил помощь. Настя ответила, что в помощи не нуждается, но очень хотела бы, чтобы Алексей сторожил с оружием в руках. Объяснила, что даже если в помещение войдёт Говорун, надо взять его на прицел и спросить о чём-нибудь. Алексей усмехнулся и возразил, что взяв Говоруна на прицел, он вполне может умереть в ту же секунду. Говорун ему не доверяет, и любой его провокационный жест может расценивать, как угрозу. Предложил Насте покараулить, а он продолжит приготовление варева. Настя отказалась. Посоветовала, просто не целиться прямо в Говоруна, а чуть отвести ствол в сторону. Пока они так препирались вернулся Говорун. Он вошёл так тихо, что они его не сразу заметили. Не стал ругать их за невнимательность, просто посмотрел так, что им обоим стало стыдно. Приказал Алексею помочь ему и они, взяв два трупа, потащили их на выход. Настя вдогонку спросила, зачем нужно уносить трупы, но Говорун не ответил. Лишь поев, и после этого берясь за очередной труп, пояснил, что не хочет мутантов наводить на это логово. Вернее, не хочет, чтобы в этом помещении плодились падальщики, поэтому трупы уничтожает в аномалии. Приказал Насте и Алексею собрать необходимые их отряду вещи и быть готовыми к выходу. Настя припомнила все лекции Говоруна, чтобы собраться в путь, как можно тщательнее. Она не знала, как долго они будут идти, поэтому еды взяла, как минимум недельный запас. Остальное убрала в приготовленный тайник. Патроны забрала все, какие были. Оружие взяла только то, которое отобрал Говорун, ну и своё, разумеется. К аномалии, с очередным трупом, погнала Алексея, а Говоруна заставила примерить и подогнать отобранную им для себя одежду. В конце концов, Говорун не нашёл к чему придраться и они покинули давшее им приют логово. Как сказал Говорун, им за день вполне реально дойти до базы Долга. Настя надеялась, что приключений в этот раз у них не будет. В общем, так и получилось. В самом начале пути Алексей спросил у Говоруна, куда они идут? Говорун ответил, что на базу Долга. Показал направление и стал объяснять приблизительный маршрут. Алексей выслушал и выразил сомнение в том, что им стоит заходить на базу Долга, учитывая, что за Говоруна назначена награда. Говорун начал объяснять, что Долг не питает особой любви к Костенко. Этим грешат только хохлы, поляки, американцы и прочая нерусь. А вот русские, из которых по большей части и состоит командование Долгом, относятся к Костенко очень плохо и ни одному его слову или обещанию не верят. Так что, база Долга для Говоруна сейчас самое безопасное место из всех человеческих поселений. Дальше разговор перешёл на мутантов. Как они живут, где, что едят. Говорун многое знал, и умело рассказывал. Настя тоже заслушалась и упустила аномалию. Она шла первой. Рюкзаки были тяжеленные и в качестве носильщика, не сговариваясь, выбрали Алексея. Он нёс два рюкзака и шёл посередине. Первой шла Настя, а замыкающим Говорун с рюкзаком. Говорун успевал отследить обстановку сзади и иногда подправить выбранный Настей маршрут и сообщить об аномалии впереди. Большинство этих аномалий Настя замечала не позже него, просто не видела смысла обходить их по большому кругу. Но заслушавшись и расслабившись, Настя не заметила аномалию и влетела в неё. -Сто-о-ой!!! — заорал сзади Говорун, но было поздно. Настя ракетой взлетела вверх метров на двадцать и начала падать. Это было так ужасно… Как в кошмарном сне. Настя задохнулась от ужаса и пожелала проснуться. Когда до земли оставались сантиметры, Настя решила, что ей конец, но тут падение замедлилось и, едва коснувшись земли, Настя снова взлетела вверх. Всё повторилось. Настя так и летала туда-сюда, не зная, как выбраться. Сначала было страшно, но потом Настя привыкла. Она даже смогла рассмотреть, что Говорун бегает вокруг невидимой аномалии и что-то делает около неё, держа в руках бинты с привязанными к ним гайками. -Говорун! Вытащи меня! — потребовала Настя. -Проще подождать! — закричал Говорун, когда она упала вниз. — Аномалия выдохнется к вечеру! -Ты издеваешься?!!! — завопила Настя, летя вверх. -Совсем чуть-чуть, — ответил Говорун. — Попробуй снять автомат, но, ни в коем случае не отпускай! Держи прижатым к себе! Не смотря на то, что Настя то взлетала, то падала, она находилась как бы внутри какого-то потока и сама была в состоянии невесомости. Она вполне могла расслабиться, закрыть глаза и парить. Закрыв глаза, Настя поняла, что так действительно не страшно, потому что не видно приближающейся и удаляющейся земли. Настя решила не открывать глаз, а автомат снять она может, не видя его. Что она и проделала. Вот только через некоторое время Говорун потребовал, чтобы она открыла глаза и выполняла его инструкции. Насте ничего не оставалось делать, кроме как подчиниться. Впрочем, после этого она была занята выполнением инструкций Говоруна, и ей было не до страха. Насте надо было поймать брошенную ей верёвку и накинуть петлю на дуло автомата. Когда ты постоянно взлетаешь и падаешь, это оказывается не таким простым делом. Настя взмокла и с пятой попытки поймала верёвку, а с десятой, или пятнадцатой, смогла накинуть петлю. Автомат она сначала не выпустила, но потом не смогла удержать. Могучая сила несущего её потока просто вырвала оружие из рук. Привязанный автомат двигался в потоке медленнее Насти, и удержать его она не смогла. Оружие пролетело пару раз мимо неё, а потом Говорун рывком вытащил его из аномалии. Настя обрадовалась, ожидая, что сейчас он вытащит и её, но он не кинул ей верёвку, пока не рассказал, что будет делать, и что в это время должна будет делать Настя. Заставил её повторить и только потом подал ей конец с петлёй. Насте нужно было опоясаться верёвкой и сжаться, чтобы стать как можно меньше. Узел верёвки нужно было поместить в строго определённое место на теле. При этом всё нужно было сделать как можно быстрее потому, что Говорун то и дело бегал с верёвкой то от аномалии, то к ней, выбирая и прибавляя длину верёвки. Наконец Настя справилась и свернулась клубочком, как и было приказано. Даже глаза закрыла, так как от неё больше ничего не зависело. Некоторое время ничего не происходило, а потом Настя почувствовала сильный рывок, от которого верёвка впилась в тело даже через одежду. Длилось это не больше секунды, а потом Настя рухнула на землю около аномалии. Она попыталась откатиться, как ей велел Говорун, но что-то держало её и тащило в аномалию. Настя открыла глаза и увидела, что сумка с маской осталась в аномалии, и её потоком тянет вверх. Она уже хотела сбросить ремень, на котором висела сумка, но подскочивший Говорун схватился за ремень и с трудом, но вытащил сумку из аномалии. Алексей подошёл, схватил Настю и Говоруна и рывками стал оттаскивать от аномалии. -Лёха! Лёха! Всё! Всё нормально! Ты нас вытащил! — закричал Говорун, когда Алексей оттащил их метров на пять. Алексей оставил их, и повалился рядом, тяжело дыша. -Вот так это и бывает, — сказал Говорун. — Это слабый трамплин. Почти незаметен издали. Не особо опасен, но… Если идёшь один и попадаешься, то выбраться уже не можешь. Аномалия не выпустит. Будешь болтаться, пока не умрёшь от голода, или жажды. Или выброса… Или… Я сам не видел, но мне рассказывали, что кто-то попал в эту аномалию с рюкзаком. Скинул рюкзак и он стал летать отдельно. Так пока его пытались вытащить, его этим рюкзаком до смерти забило. Он вниз, а рюкзак вверх. Ну и при встрече… -Ты поэтому велел мне не бросать автомат, — спросила Настя. -Да. Но было ещё и такое соображение. А как бы ты его достала потом? Или, как бы мы его потом достали? Видишь ли, поток идёт с одной скоростью, но предметы разной массы движутся по нему с разными скоростями. Есть теория, что поток это овеществлённая гравитация. Не спрашивайте, не объясню. Человек обладает своим гравитационным полем. Предметы, находящиеся в его поле, воспринимаются потоком как одно с ним целое. Выдвинутые на определённое расстояние, уже отдельное тело со своими свойствами, которое взаимодействует с потоком. Удержать предмет рукой нельзя. Иногда даже руку, или ногу начинает отрывать… -Это поэтому ты велел мне сжаться? — вновь спросила Настя. -Да, — кивнул Говорун. — Чем компактнее тело, тем проще его вытащить. -Простите, а верёвка? — недоумённо спросил Алексей. -А ты видел, как я с ней бегал? — вопросом ответил Говорун. — Если бы у нас, теоретически, была бесконечная верёвка, то мы могли бы создать узел бесконечной плотности. Верёвка бы шла в аномалию бесконечно и там… -Всё это очень интересно, но может мы уже пойдём, — перебила Говоруна Настя. -Настя, ты в порядке? — удивлённо спросил Говорун. — Тебе не надо посидеть, отдохнуть? -Ну, мы посидели, — недоумённо ответила Настя. — Я думала, что отдохнуть надо вам. -Ты не волнуешься? Не переживаешь от того, что чуть не умерла? — продолжал допытываться Говорун. -Ты к чему ведёшь? — насторожилась Настя. -Нет, нет, — сразу пошёл на попятный Говорун, — я ничего не имею в виду. Ты в порядке, отдохнула, готова идти? -Ну, да, — немного растеряно ответила Настя. -Замечательно! — просиял Говорун. — Собираемся! Уходим! Они вновь пошли прежним порядком. Настя впереди, за ней Алексей с рюкзаками и Говорун в конце. Настя теперь старалась ещё больше следить за тем, куда идёт и что творится впереди. Говорун как бы невзначай заметил, что у Алексея есть детектор аномалий и его писк Настя вполне может расслышать. К чему он это сказал, Настя сообразила, только когда они проходили недалеко от аномалии. Детектор, вместо того чтобы мерно попискивать, заверещал как будто его режут. Настя про себя ругнулась и подумала, что она ещё совсем не годится в сталкеры. Сталкер должен учитывать всё вокруг, что поможет выявить аномалию, а она не учла даже детектор. Больше она такой ошибки не сделает. Настя стала прислушиваться к попискиванию прибора. На разговор Говоруна и Алексея совсем перестала обращать внимание. Она и раньше не особо вслушивалась. Говорун и Алексей обсуждали какую-то теорию бесконечной верёвки и проверку с её помощью свойств аномалии. Рассуждения были абсолютно абстрактными, но парни спорили до хрипоты. Вернее, до хрипоты спорил Говорун, а Алексей сохранял спокойствие и невозмутимость. Неизвестно чем бы всё это кончилось, Говорун всё сильнее заводился, но тут на них напали мутанты. Самое интересное было то, что напали мутанты сзади, а Говорун, разгорячённый спором, их не заметил. Мутантов случайно обнаружила Настя, когда они были уже в нескольких шагах от Говоруна. -Говорун!!! — крикнула она. Надо отдать должное Говоруну. Он, ни секунды не раздумывая, скинул рюкзак и отбросил его назад. Мутанты, видя, что обнаружены, рывком сократили расстояние и прыгнули. Тот, который нацелился на Говоруна, был остановлен скинутым рюкзаком. Стукнулся в него и принялся рвать ткань. Нацелившийся на Алексея, получил заряд дроби от Говоруна и был отброшен в сторону. Третий мутант до Насти не допрыгнул за один прыжок, но успел сделать второй. Именно в этот момент Настя и выпустила в него очередь на три патрона. Попала, но мутант всё равно летел прямо на неё. Настя подкорректировала его полёт, ударив прикладом, а потом, в упавшего мутанта, выпустила ещё одну очередь. Развернулась и прицелилась в того, который рвал рюкзак Говоруна. Мимолётно удивилась, что Говорун не добил его, и выстрелила два раза короткими очередями. Мутант завертелся на месте, а Настя повернулась к тому, которого подстрелила первым. Его на месте не оказалось. Настя быстро завертелась, ища, куда он делся, и только через несколько секунд поняла, что всё закончилось. Она опустила автомат и выдохнула. Мутанты удирали. Настя не видела их, но слышала, как шуршит трава. Когда звук перестал доноситься, Настя немного обеспокоилась этим. Мутанты вполне вновь могли начать подкрадываться. Она припомнила, что делал Говорун в похожей ситуации, и встала на один из рюкзаков, брошенный Алексеем. Видно стало дальше, но мутантов Настя всё равно не увидела. Только услышав вдалеке чей-то пронзительный визг, Настя успокоилась. Или кто-то ел мутантов, или мутанты нашли кого-то, чтобы съесть, но так или иначе, а от их отряда они, скорее всего, отстанут. Настя осмотрелась, проверяя, что с Алексеем и Говоруном. С ними всё было в порядке. Говорун замер с дробовиком в руках, вслушиваясь в происходящее вокруг. Алексей отряхивал одежду от земли, в которой умудрился испачкаться. Настя ещё раз осмотрелась и спрыгнула с рюкзака. Подошла к Алексею. С размаху ударила его ладонью в ухо. Алексей не ожидал этого, поэтому не блокировал удар, и даже не отодвинулся в сторону. После удара он не устоял на ногах и медленно завалился, ошарашено тряся головой. -Не смей больше провоцировать Говоруна на спор, — строго сказала ему Настя. — Ты слышишь? Алексей сидел на земле и тряс головой, потирая место на шлеме, куда пришёлся удар. -Ты понял, что я сказала? — вновь спросила Настя. Алексей вдруг глянул на неё и вскочил, явно пытаясь ударить. Настя не была готова к этому, но после тренировок с Говоруном тело отреагировало само. Уклониться от прямой атаки, отвести удар и ударить в ответ. Алексей не имел никакого опыта драк, поэтому у Насти всё получилось, как будто он ей поддавался, и он вновь оказался на земле. Попытался вскочить, чтобы снова напасть, но Настя не дала ему этого сделать. Она сама двинулась к нему и при попытке подняться ударила ногой в корпус. Бронежилет и комбинезон погасили удар, но Алексей всё равно не удержался на ногах и завалился. Инстинктивно он ухватился за Настину ногу, но она ожидала этого, поэтому не упала, а двинулась вперёд и встала ногой ему на живот, а потом и присела, перенося на эту ногу весь свой вес. Теперь он не мог подняться, не скинув Настю, а Настино колено было нацелено ему прямо в лицо. При желании Настя могла ему стукнуть коленом в нос, а чуть сместив стопу, налечь поперёк груди не давая подняться. При этом блокируя левую руку, а правую контролируя. Всё это Настя поняла, уже после того, как сделала. Получилось великолепно, как на тренировке. Говорун мог бы гордиться своей ученицей. -Брейк! — последовала команда Говоруна. — Настя, Алексей, вы понимаете, что происходит? -Что, «происходит»? — не поняла Настя. -Вы ведёте себя так, как вам не свойственно, — пояснил Говорун. — На вас воздействуют. -Кто воздействует? — спросила Настя, и сразу потянулась за оружием. -Зона воздействует, — пояснил Говорун. — Ну, или какой-то мелкий мутант, который провоцирует драку между крупными хищниками, а затем лакомится падалью. -Нам надо уходить отсюда, — сделала вывод Настя. Она поднялась с Алексея и подала ему руку, чтобы помочь подняться. Алексей её руку проигнорировал, и когда поднимался, старательно отводил взгляд. Насте это не понравилось, но она списала всё на постороннее воздействие. Как бы там ни было, но они быстро собрались и прежним строем пошли дальше. Теперь Настя пресекала все попытки Говоруна заговорить на отвлечённые темы. Когда он стал разбирать недавнее нападение и каяться в собственных ошибках и невнимательности, Настя ему не препятствовала. Но как только он начал рассказывать какие-то байки и спрашивать мнение Насти и Алексея о том, или ином случае, Настя сразу прекратила разговор. Во всяком случае, попыталась. Говорун не мог не разговаривать. Он замолкал на несколько минут, а потом вновь начинал что-то говорить. Настя не знала что делать, пока её не осенило. Она предложила Говоруну охранять их на расстоянии. Как когда-то он охранял её и новичков Долга. Говорун посомневался, но потом решительно свернул в сторону и пошёл вперёд, обгоняя их. По пути скинул рюкзак и вручил Насте. Настя рюкзак надела и двинулась дальше. Теперь она не волновалась, что Говорун будет их отвлекать и сам отвлечётся. Возрос риск попадания в аномалию, но Настя просто решила идти медленнее и осторожней. Потом поняла, что и этот риск минимален. Говорун передвигался намного быстрее, чем она и Алексей, поэтому он делал круги, выявляя аномалии и ловушки. Пару раз он посоветовал Насте обойти едва заметные неправильности пейзажа, но, в основном, все ловушки заранее выявила Настя. Говорун акулой кружил вокруг, то появляясь в поле зрения, то куда-то пропадая. Когда она увидела его стоящим у довольно большого камня, она немного удивилась, а потом взяла его на прицел. -Говорун! — крикнула она. — Докажи, что ты Говорун! -Умничка ти моя! — закричал Говорун распахивая объятия. — Иди, я тебя обниму и поцелую! Наконец ты чему-то научилась! -Не смешно, — ответила Настя, не убирая оружие. — Почему ты здесь стоишь? -Потому, что мы пришли, — ответил Говорун. — Там дальше аномалии, поле, а за ними блокпост Долга. Мне туда без разведки соваться не стоит. Вы будете моей разведкой. -Как это? — удивилась Настя. -Вы пойдёте туда и узнаете, будут там охотиться за моей головой, или нет, а потом скажете мне об этом. -Как мы скажем тебе… — начала Настя, но её перебил Алексей. -А нас там не убьют, когда узнают, с кем мы вместе идём? -Никого там не убьют. Я не опасаюсь, что меня там подстрелят. Я опасаюсь снайперов. Опознают меня и подстрелят, а потом скажут, что не узнали издали… За зомби приняли. -А нас не примут за зомби? — вновь спросил Алексей. -Даже если и примут, всё равно, позволят подойти, чтобы поинтересоваться, что зомби у них потеряли. Я боюсь не того, что меня примут за зомби, я боюсь того, что меня примут за меня. -Понятно, — кивнула Настя. — Как мы тебе сообщим, что можно подойти? -Или нельзя, — вставил Алексей. -Если можно, то вы ничего делать не будете. Если нельзя, то вы выйдите и помашите мне руками. -А если нас не выпустят, чтобы помахать руками? — удивилась Настя. -В том-то весь прикол, — весело ответил Говорун. — Вас спросят, какой сигнал вы должны будете подать, а вы скажете, что надо выйти и помахать руками. Выйдите, помашите, а я не приду. Вы не волнуйтесь. Я вас потом выручу. В темноте перебью всех и выручу. -Как-то всё это… — неопределённо сказала Настя. -Да, план сыроват, — согласился Говорун, — но по ходу доработаем. Лёха, вот тебе дробовик и заряды к нему, а мне дай автомат. Настя, вот там аномалии, и за ними увидите блокпост. Можете аномалии обойти справа. Там все ходят. В общем, дерзайте. -А ты куда? — поинтересовалась Настя. -А я на вот этот холмик поднимусь и посмотрю, как вас на блокпосту встретят. Настя не успела больше ничего сказать. Её всегда поражало умение Говоруна, двигаясь плавно, вроде и не быстро, практически мгновенно куда-то исчезать. Вот и сейчас, он как-то разом переместился к зарослям кустарника, а потом скрылся за ними. Кричать ему вслед было бы глупо. Настя вздохнула и повернулась к Алексею. Проверила его готовность идти. Забрала у него второй рюкзак и пошла через аномалии, велев следовать за ней след в след. Вспомнила, что это не правильно, что расстояние между идущими, должно быть не менее чем два шага, но команды решила не менять. Если её накроет аномалией, то перед Лёхой ей вряд ли придётся отвечать на этом свете. А так, она на том свете быстрее попросит у него прощения. Настя поймала себя на том, что стала циничнее, и без какого-либо трепета стала относиться к чужой жизни. Пройдя аномалии, они увидели блокпост. До него было метров двести. С такого расстояния мало что можно было разглядеть. Настя заметила только бетонные блоки, сваленные вроде бы без системы, и колючую проволоку, накиданную между ними кое-как. Настя не знала, может ли такая преграда остановить мутантов, но для неё и Алексея это была существенная помеха. Настя остановилась, выискивая какой-нибудь проход. Присмотревшись, она его нашла и пошла прямо к нему. Метров через пятьдесят что-то заставило её остановиться. Она не понимала, что именно, но подсознание просто вопило об опасности и требовало оставаться на месте. Настя замерла и потребовала от Алексея, чтобы он тоже замер. -Что? — не выдержал Алексей через какое-то время. -Тише! — потребовала Настя. — Я не могу понять… Ты ничего не замечаешь? -Нет, — недоумённо ответил Алексей. — Всё в порядке. Аномалий вроде бы нет… -Да, — согласилась Настя, — аномалий нет. Но что-то есть, хотя я не могу понять что? -Может быть, назад пойдём? — спросил Алексей. -Нет! — сразу ответила Настя. — Стой на месте! Я должна понять, что происходит. -Стоять!!! — заорали вдруг от блокпоста. — Стоять не двигаться!!! Замрите там, и чтобы не дышали!!! -Мы стоим! — отозвалась Настя и на всякий случай подняла руки вверх. -Стойте и не двигайтесь!!! — заорал другой голос. — Откуда вы там взялись?! Стойте на месте, там мины!!! Настя поняла, что её обеспокоило. Земля была перекопана, кое-где, если присмотреться, можно было увидеть натянутую леску и рычажки механизмов взрывателей. Всё встало на свои места. Она не имела опыта выявления мин, но подсознание отреагировало на угрозу. Говорун показывал ей похожие механизмы в посёлке Сидоровича и рассказывал о растяжках и «запутах». Сознательно она их не заметила, а подсознательно… Сейчас Настя, уже зная, что искать, ясно видела, где стоят мины, где проходят тяги механических взрывателей, как можно пройти через всё это. Она уже хотела двинуться вперёд, но вспомнила, как Говорун предостерегал её от излишней самоуверенности, и осталась на месте. Их видели и, наверняка, им сейчас помогут пройти. Настя начала наглядно объяснять Алексею про мины. -Говорун чт-то… нас специально на мины загнал? — спросил Алексей. Настя похолодела. Она не подумала об этом сразу, но получалось именно так. Он предложил им идти через аномалии. Про обходной путь упомянул мельком. У любого человека могло сложиться впечатление, что путь через аномалии самый лучший. И это вполне соответствует характеру Говоруна. Загнать их на мины и посмотреть, смогут ли они выбраться. Проверить делом. Настя ещё подумала и засомневалась. Говорун загонял её в аномалии, но при этом он всегда её страховал. Не отправил бы он их на мины, вот так, без подстраховки. Впрочем, всё это как-то непонятно. Встретятся они с Говоруном, тогда всё и выяснится. Настя давно поняла, что сомневаться в Говоруне не стоит. Эти свои соображения она и высказала Алексею. Он ничего не сказал в ответ, но Настя видела, что её словам он не поверил. Пока они стояли и разговаривали, к ним от блокпоста пошёл человек. Двигался неторопливо, тщательно вглядываясь под ноги. Иногда делал большие шаги, а иногда семенил, едва переставляя ноги. Когда расстояние до него стало таким, что можно было разговаривать не крича, Настя спросила зачем он так идёт? -Запоминайте, как я иду. Вам придётся именно так за мной идти, — зло бросил он. — Здесь датчики так настроены, что если будет нажато меньше определённого количества за раз, то мина сработает. -Так может быть, мы просто назад пойдём… — начала предложение Настя. -Стойте и не двигайтесь!!! — рявкнул мужчина. — Даже с ноги на ногу не переступайте! Сейчас я тяги сниму, мины отключу, и можно будет пройти. Ещё довольно долго мужчина ходил по небольшому пятачку и что-то нащупывал, отсоединял, отпускал и натягивал. Его действия были на вид совершенно бессистемными. Настя только уловила, что двигается он на определённом пятачке, а что он делает, как и почему, этого она понять не могла. Наконец мужчина остановился, осмотрелся и махнул рукой, подзывая их. -Идите сюда. Сейчас пройдёте мимо меня и идёте прямо на тот бугорок. Доходите до бугорка… Это мина, поэтому обходите её только справа. И смотрите правее. Вон, видите, две палки на колючке висят? Крестом таким… Вот, идёте прямо на них так, чтобы перекрестье всё время перед вами было. Как дойдёте куда надо, вас бойцы позовут, и пойдёте прямо на них. Всё понятно? -Да, — кивнула Настя. — А вы с нами не пойдёте? Ведь было бы проще, чтобы вы… -А я останусь здесь и буду снова всё обратно подключать, — пояснил мужчина. — Понятно? Давайте, проходите. Настя быстрым шагом пошла вперёд. Пробегая мимо мужчины, пискнула «Извините». Этим она просила у него прощения за всё. И за то, что они влезли на минное поле, и за то, что ему пришлось его разминировать, и за то, что теперь ему придётся всё возвращать обратно. Мужчина только рукой махнул, и рыкнул, чтобы не бежала, а шла не торопясь. Впрочем, рычал он весьма добродушно. Настя это чувствовала. Их встретили и провели на блокпост. Как и все сооружения в Зоне, построенные человеком, блокпост по архитектуре отдалённо был похож на средневековую крепость. Стены, и безопасный внутренний двор. Посреди двора здание. Даже башня имелась. Из здания, вверх метров на десять, вырастала конструкция из арматуры. Наверху была небольшая площадка, по которой ходил часовой, оглядывая окрестности. И не важно, что стены были не каменными, а из сваленных кое-как бетонных блоков и колючей проволоки, что здание посреди двора было маленьким и приземистым, да и башня, на башню мало была похожа, у Насти всё равно почему-то появилась ассоциация именно с маленьким средневековым замком. Во дворе, её и Алексея окружили несколько человек и стали откровенно рассматривать. Раньше Настя смутилась бы, а теперь начала без стеснения разглядывать бойцов Долга в ответ. Рассматривали в основном её. Алексею практически не уделили внимания. Мазнули взглядами и сразу уставились на Настю. Никто ничего не говорил. Настя подумала, что эта пауза создана нарочно, чтобы смутить её и заставить заговорить первой. Своего рода проверка на прочность. Она решила, что ни в коем случае не откроет рот первой. -Ты Настя? — раздался вдруг голос из-за спин стоящих бойцов. Бойцы расступились, и Настя увидела, что от строения к ним идёт командир здешнего гарнизона. Настя никогда раньше его не видела, но каким-то образом сразу поняла, что он тут самый главный. Возможно, по тому, как при виде этого человека все вокруг начали вытягиваться по стойке смирно. -Как вы тут оказались? — спросил командир, дойдя до них и не услышав ответ на первый вопрос. — И где Говорун? Настя подумала, что теперь можно ответить на все вопросы сразу. -Здравствуйте. Да, я Настя. Это Алексей. Сюда мы пришли пешком от базы Свободы. Говорун остался там. — Настя указала себе за спину. -К-хак?! — невероятно удивившись, выдохнул командир. Его бойцы выражали не меньшее удивление. Настя поняла, что снова сказала что-то не то. Не смогла понять, что именно и решила пояснить с подробностями. -Говорун отправил нас вперёд, чтобы мы выяснили, не охотится ли… Не хотят ли здесь получить награду за его голову? Потом мы должны будем… Настю прервал искренний смех всех находящихся во дворе. Все, смеясь, начали что-то обсуждать между собой. В общем гомоне Настя улавливала некоторые слова, но общего смысла понять не могла. Всё разъяснил командир. -Награду за его голову большую обещают, но никто не верит обещаниям того, кто ни разу не сдержал слова. А Костенко из таких. Да и ссориться с Говоруном — себе дороже. Только многие этого не понимают. У нас тут даже ставки делают, скольких он теперь убьёт, пока дураки поймут, что с ним связываться не надо. Здесь… На нашей земле, Говоруну нечего опасаться. И никогда не говори, что кто-то остался в Зоне. Остался — значит, не вернётся. Говори — задержался. -Глупое суеверие, — сказал кто-то сзади. -Смирно! — Командир разом стал командиром. — Кто сказал?! Имя?! Звание?! -Я сказал, — лениво сказал один из бойцов в противогазе. Он снял противогаз и оказался Говоруном. В форменной куртке Долга, он был неотличим от остальных находящихся здесь людей. -Говорун, а как ты… Ты же там был. Ты не мог… — Настя никак не могла закончить мысль. -Ну вот, смог, — развёл руками Говорун. -Сволочь ты, Говорун, — с чувством сказал командир блокпоста. — Чтобы нас отвлечь, ты их на мины загнал. -А сначала в аномалии, — добавил кто-то. -Какие мины? — удивился Говорун. -А чёрт! Ты же не знаешь, — процедил командир. — Мы за аномалиями мины поставили, чтоб во время прорыва там людей не держать. Говорун испугано и растеряно посмотрел на Настю и Алексея. Всмотрелся пристальнее, и на лице у него проявилось облегчение. -Во-во, — подтвердил его мысли командир. — Хорошо, мы заметили… -Мы пойдём, — перебил его Говорун. — Нам идти надо. До ночи устроиться надо. Много чего надо. Всем, до встречи. Откройте нам, пожалуйста, калиточку. Он подхватил Настю и Алексея под руки и повлёк за собой. Все так растерялись от его напора, что без возражений расступились и позволили пройти. У ворот им пришлось остановиться. Им никто ничего не открыл. Говорун обернулся и посмотрел на командира блокпоста. Настя и Алексей тоже обернулись. -Где ты нашу куртку взял?! — спросил Говоруна командир. -В тайнике лежала, — сразу ответил Говорун. — Как ещё мне к вам незаметно подойти можно? -Иди отсюда! — махнул рукой командир. После разрешения на выход, кто-то, сидящий в небольшой будочке у ворот, дёрнул за верёвку и привёл в действие запирающий механизм. Ворота не открылись, в их петли были вставлены штыри, не дающие петлям сгибаться, но открылась маленькая калиточка. Калитка была настолько узкой, что Настя без сомнений скинула один рюкзак на руки Говоруну. Даже с одним рюкзаком, она с трудом протиснулась в щель, с двумя рюкзаками точно бы не прошла. Говорун и Алексей вышли за ней следом. Как только калитка закрылась, за спиной послышался голос командира блокпоста. -Кто там, на вышке дежурит?! А ну, иди сюда! Ты, у ворот! А ну, тоже сюда иди! Я тебе сейчас… Обещания были громогласны, продолжительны и совершенно неприличны. Настя, уходя, слушала их и чувствовала, что краснеет. Такого мата, она до попадания в Зону ни разу не слышала, поэтому до сих пор ещё краснела. Говорун заметил её смущение. -Слушай, слушай. — Посоветовал он. — Слушай и запоминай. Шершень с морфлота сюда пришёл. У него лексикон боха-атый. Надо будет кого-то обругать, так лучше сказать не сможешь, поэтому можешь даже записать, чтобы… -Про «записать» — это шутка. Я уже знаю, — сказала Настя. — А вообще, конечно, это очень… Настя замялась, не зная, как объяснить. -Образное повествование, — подсказал Алексей. -М-да-м, — согласилась Настя. -А почему… Шершень… так на солдат набросился? — спросил Алексей. -Так тот солдат меня на территорию без доклада пустил. Этот тоже виноват. Он на вышке не заметил, откуда я пришёл. За такое их неделю… На неделю любимой женой сделают. -Командир что, будет… Будет… Настя покраснела ещё больше и не смогла закончить мысль. -Нет, — ответил Говорун на невысказанный вопрос. — Просто будут всё время чем-то заняты на глазах у начальства. Двор ломом подметать, или на вышку за докладом дежурного каждые пять минут лазить. В общем, работать будут без передыху. Воспитываться трудотерапией. -Понятно, — успокоилась Настя. — А как ты там оказался? То есть… -Давайте уже, пойдём, — сказал Говорун. — По дороге всё расскажу. Они двинулись от ограды блокпоста. Настя, как всегда первой, последним Говорун. В этот раз Говорун не стал нагружать Алексея двумя рюкзаками. Каждый нёс по рюкзаку. Говорун пояснил, что дорога впереди относительно безопасная, поэтому всем достанется равная доля лишений. Настя посоветовала не уводить разговор в сторону, а рассказать, о том, о чём она спросила. Говорун поинтересовался, о чём она спросила? Настя зарычала. Говорун засмеялся и начал рассказывать. -Я не думал, что вы через аномалии пойдёте. Я же сказал, что есть обход, и даже показал где. Настя, зачем вы пошли через аномалии? Зачем вам лишний риск? Ох… Чему я вас научил? Вы теперь не понимаете, что аномалии опасны. Настя, вспомни. Если есть возможность обойти, то я всегда обхожу поле аномалий. А вы напрямую пошли. Лёха, где были твои мозги? -Ты так поставил вопрос, что я не подумал о том, что можно поле аномалий обойти, — оправдываясь, сказал Алексей. -Какой вопрос я поставил? — ехидно поинтересовался Говорун. — Впрочем — неважно. Прошли милостью мамы-Зоны и ладно. Мне надо было, чтобы вы отвлекли своим появлением всех, находящихся на блокпосту. Вы отлично с этим справились. Сразу скажу, про мины я не знал. Месяц назад их не было. Когда мутанты прорываются из центра Зоны, то на этот блокпост они выходят со стороны Тёмной долины. Основная масса… На поле аномалий они застревают и прорываются единицы. Раньше там стояли стрелки и отстреливали прорвавшихся, а теперь поставили мины и стрелки высвободились на другие, более сложные, направления. Блокпост перекрывает дорогу, по которой мы идём. Он нужен, чтобы мутанты массой не лезли с этой стороны на базу Долга. Со стороны, обращённой к центру Зоны, база Долга и без этого атакуется мутантами, которых с трудом сдерживают. -А почему? — поинтересовался Алексей. -Почему с трудом сдерживают? — переспросил Говорун. — Да потому, что мутанты, хоть и действуют инстинктивно, но всё равно, соображают, что по ровной дороге, они быстрее добегут, чем по пересечённой местности. База Долга организована на развалинах завода. Давным-давно здесь заводик стоял. К нему, от Припяти дороги шли. Много дорог сходилось у ворот заводика. Теперь по ним мутанты массой прут и остановить их непросто. -Но ведь если поставить пулемёты… — начал Алексей. -Так, стоп! — приказала Настя. — Говорун ты снова ушёл от темы. -Вернусь я к теме, — досадливо сказал Говорун. -Вернись сейчас, — потребовала Настя. -Хорошо, хорошо, — сказал Говорун. — Видишь ли, Лёха… Стволы оружия имеют свойство перегреваться. Ты сам видел, какой волной идут мутанты… -Говорун! — возмутилась Настя. -Ну, ладно, ладно. Ты спрашивала, как я оказался на блокпосту почти одновременно с вами? Очень просто. Я перенёсся во времени. -Что сделал?! — не поверила Настя. -Перенёсся во времени, — ответил Говорун. — В Зоне это не такая уж и редкость. Просто я случайно здесь недалеко нашёл аномалию, которая переносит человека на несколько часов назад и только назад. -А такие, или другие аномалии попадаются часто? — поинтересовался Алексей. — В смысле те, которые переносят во времени. -Довольно часто, — кивнул Говорун. — Между прочим, весьма опасная штука. Можно встретиться с самим собой и тогда неизвестно, что будет. -Неизвестно, или просто ты исчезнешь? — уточнил Алексей. -Неизвестно. — Дал Говорун однозначный ответ. — Я эту аномалию нашёл… Шарился около блокпоста. Проходы, подходы выискивал. Вдруг смотрю, мне навстречу я иду. Я за оружие взялся, а тот я мне на холм показывает и делает жест… В общем, показывает, чтобы я туда шёл. Разворачивается и уходит. Я ему в спину целюсь, а выстрелить не могу. Сам не понимаю почему, а не могу. Залез я на этот холм. Лазил там. Всё, вдоль и поперёк… Ничего не нашёл. Спускаюсь с холма. А вот он я! Около блокпоста шарюсь. Ну и встретились, как я уже рассказывал. Только теперь я, уже с другой стороны был. И тогда я понял, почему выстрелить не мог. И когда мне в голову мысль пришла, подстрелить себя… Того, который раньше был. Мне так поплохело. Думал, загнусь. -Знаешь, если бы ты себя подстрелил, то тебе бы тоже поплохело, — заметил Алексей. — А бывало такое, что кто-то себе что-то передал? Говорил сам с собой… -Я таких случаев не знаю. Может быть и можно, самому себе «здрасте» сказать, но пока, ни у кого не получалось. Рисковать никто не хочет. Считается, что увидеть себя к несчастью. Если уж увидел, то разворачивайся и уходи назад. Только это тоже неправильно, как я считаю. Надо дождаться инструкций от себя из будущего. Вот только потом придётся чётко им следовать. Поэтому я сам с собой и не рискнул встретиться. -Тебе не нравится чётко следовать инструкциям? — спросил Алексей. -Лёха, вот представь. Ты попадаешь в аномалию. Нет, не так. Ты встречаешь в Зоне себя. Покалеченного, чуть не умирающего. И ты, умирающий, говоришь себе не умирающему, что надо идти… Ну, например, туда, а не сюда. Ты пойдёшь? Хотя, куда ты денешься? Ты пойдёшь и там попадёшь в аномалии. Тебя перекрутит, завернёт и вывернет. Сплющит и расплющит. Подбросит и уронит. Под конец, ты, каким-то чудом, выберешься из аномалий и попадёшь в последнюю, которая перенесёт тебя во времени. И ты увидишь себя и должен будешь сказать, что идти надо… Ты скажешь? -Я бы не сказала, — покачала головой Настя. -И тут же умерла бы. Поверь, я со всех сил пытался подстрелить себя. У меня не получилось, а ведь ты знаешь, какой я упрямый. -Сказала бы я, какой ты, но ругаться не хочется. -Настя, — с весёлым изумлением вскинулся Говорун, — да не уж-то ты меня оскорбить пытаешься? Если так дальше пойдёт, то ты матом научишься ругаться. Разрешаю тренироваться на мне. Так какой я? -На голову больной, — вздохнув, сделала вывод Настя. -Простите, что помешал вам, — вмешался Алексей, — но мне хотелось бы знать… На какой срок в прошлое или будущее аномалия может перенести человека? -Не знаю, — пожал плечами Говорун. — Я как-то немецкий танк нашёл. -Тигр! — подсказала Настя. -Что? — удивился Говорун. — А… Нет. Обычный танк. Троечка, начала войны. Я по орудию определил. В начале войны для мощных орудий не было брони. Именно поэтому на советских танках стояло такое слабое вооружение. На немецких было тоже самое… -Простите, — перебил Алексей, — а куда вы потом этот танк дели? Он же прямое доказательство перемещения во времени. Его нужно было изучить… -Кому это нужно, Лёха? Кто этим будет заниматься? Хочешь изучать танк, так езжай в Кубинку и изучай, сколько влезет. Нет никаких доказательств, что танк из прошлого. Вернее, он из прошлого, но нет доказательств, что он из него перенёсся. Проверить его на аномальную активность? Он из Зоны! Рядом с ним любой прибор зашкалит. Так что, оставил я этот танк себе и использовал, не по назначению. -А как вы его использовали? — спросил Алексей. -На Марс на нём летал, — ответил Говорун. -Понятно, — кивнул Алексей. — Резюмируя. Вы оставили нас с Настей около аномалий и перебрались к аномалии, которая переносит во времени. Перенеслись и зашли на блокпост с другой стороны. У вас было время, чтобы переодеться в форменную куртку Долга и прокрасться на эту дорогу. Когда все отвлеклись на нас, вы показались на дороге и без проблем вошли во двор. Разыграли что-то вроде гонца с донесением. Вы хотели сами послушать, что о вас скажут, поэтому всё это и затеяли. Мне только непонятно… Вы действительно имели в мыслях такой план, или импровизировали? -Почти такой, — ответил Говорун. — Но, конечно же, импровизировал. Вы должны были отвлечь всех своим появлением, но основной свой прорыв я наметил на то время, когда вы уже будете на территории. Про мины я не знал и думал, что на вас отвлеклись, когда вы от поля аномалий шли. Там никто не ходит, поэтому ваше появление могло вызвать такую реакцию. Увидел, что все отвлеклись и рискнул. Ну и… К тому времени, как я хотел объявиться, вы уже должны были подорвать дисциплину на блокпосту, и Шершень должен был хотеть нас выгнать. Предвидя вопрос. Настя, ты просто не понимаешь, как женщина в Зоне может подорвать дисциплину только своим присутствием. Я потом расскажу пару случаев… М-да-м… Шершень своих бойцов в строгости держит. Да и женщин он недолюбливает. От него жена… В общем, он считает, что женщина — к несчастью. Ну и бойцы наверняка стали бы тебе Настя подарки делать, знаки внимания оказывать, а как я на это отреагирую — он не знал. В сущности, я хотел объявиться и сыграть сцену ревности, чтобы мы побыстрее оттуда ушли. Но Шершень и так всё понял и отправил нас дальше, чтобы у начальства голова болела, что с нами делать, а не у него. Я путано объясняю, но мне иначе надо очень много всего рассказывать, чтобы вы поняли мои мотивы, или мотивы… -Не надо мотивов, мы всё поняли, — перебил Говоруна Алексей. — Скажите… Скажи, а ты… -Лёха!!! — перебил его Говорун. — Торжественно разрешаю тебе, называть меня на «Вы»! Тебе так привычнее, поэтому давай уж так, чтобы ты не заикался на каждом слове. -Да, спасибо, — поблагодарил Алексей. — Скажите, а вы не думали, что план может не сработать? Мне кажется, что вы были слишком самоуверенны. -Тебе кажется, — проворчал Говорун. -Да, но всё же… Вы должны были объяснить нам ваш план, чтобы если что мы могли вам помочь, подыграть. -Кто эти мы? — зло спросил Говорун. — Честная Настя? Или ты, которого никто здесь ни во что не ставит? И что бы вы сделали? Поддержали огнём? Так вы бы и пары очередей не выпустили. Человека убивать — это уметь надо. Я имею в виду, вооружённого человека. Бойца, который натаскан на убийство. -А как это, «натаскан на убийство»? — спросила Настя. -Трудно объяснить, — задумался Говорун. — Я вот тебя стрелять учил. Я мишень в виде человека не рисовал. Я учил тебя стрелять в цель, а не в человека. Ты не понимаешь разницы, но поверь, она есть. -Я уже убивала, — напомнила Настя. — Я Вадима убила. Ты тогда хотел, чтобы его убила я. Таким образом, ты меня на убийство натаскивал? -Вот видишь. Ты не поняла. Мы с тобой в тир сходим. Там я тебе наглядно покажу. -Ладно, покажешь, — согласилась Настя. — Слушай, а что ты все-таки с танком сделал? -Я же сказал. Я на Марс на нём отправился. -Не хочешь, не говори, — обиделась Настя. -Да нет, я серьёзно. Я решил отправиться на Марс. Многоразовые телепорты имеют такое свойство… Им нужно только, чтобы ты представлял место, куда отправиться хочешь. Фотографии Марса у меня были. Скафандр я заказал. Мне нужно было только кое-что взять с собой, что на себе не унесёшь, а космического корабля у меня не было. Танк железный, крепкий. Он смог заменить космический корабль. Взял я несколько телепортов, несколько артефактов, танк. Собрал всё это вместе в определённую конструкцию и отправился. -И долетели? — спросил Алексей. -Не за раз, но добрался. Погулял по Марсу, посмотрел на гору Олимп. Сделал фильм о Марсе. Собрал образцы грунта и минералов. И вернулся, но уже без танка. Танк на Марсе остался. -Почему? — спросила Настя. -Потому, что на путешествие без танка мне всего два телепорта понадобилось. А так я их потратил почти четыре десятка. Каждый по полмиллиона. Посчитай, во что мне такое путешествие обошлось. -Двадцать миллионов, — задумчиво сказал Алексей. — Да, не дешёвая поездочка. -Всё равно окупилась, — фыркнул Говорун. — Я почву Марса и фильм продал почти за сто миллиардов. -Кто ж вам столько заплатил? — недоверчиво спросил Алексей. -Правительства: США, России, Японии, Индии, Китая, Бразилии, Евросоюза. Катор, тоже. Частные коллекционеры. Мировые институты. Я там такую афёру замутил, при поддержке правительства России. Они хотели потом меня кинуть и деньги себе забрать, а получилось, что это я их кинул. Правда и заплатили они меньше всех. В довесок, правда, ещё звёздочку дали, так что, я на них не в обиде. -Звёздочку. Это звезду героя? — спросил Алексей. — А где она? -В Кремле, на ответственном хранении. Я её даже не видел. Сказали что выдали, то есть присвоили, а потом, когда я их кинул, хотели отобрать, но потом решили оставить. Вот так дело было. -Ты был на Марсе? — спросила Настя. -Я же только что рассказал, — сказал Говорун. -Знаешь, а я тебе не верю, — сказала Настя. — Ты это всё придумал, чтобы говорить, пока мы идём. Тебе нравиться болтать, поэтому ты и выбрал тему, которую… При которой мы тебя не попросим замолчать. -Выдумал, так выдумал, — согласился Говорун. — Доказать что-то сейчас я всё равно не смогу. Даже если сейчас под ноги нам попадутся два телепорта, мы не сможем отправиться на Марс потому, что у нас нет скафандров. Кстати, мы, под разговор, практически пришли. Говорун немного соврал. Настя давно уже видела вдалеке здание и трубу, похожую на трубу старой ТЭЦ. Увидеть их было непросто. Постоянно мешали кусты и деревья. Теперь они вышли на открытый участок, и здание открылось им во всей красе. Однако, до него было ещё не меньше километра, поэтому утверждение Говоруна было ложным. Настя не стала ловить его на лжи, а согласилась с ним и пошла дальше. До базы Долга они дошли минут через двадцать. Около здания им пришлось преодолеть ряды колючей проволоки с останками мутантов на ней. Потом, по подъёмному мосту, они перешли через ров и вновь начали пробираться между рядов колючки. Алексей заметил, что если здесь столько колючки, то непонятно, зачем здесь дорога, ведь проехать по ней невозможно. Говорун указал ему, что колючая проволока не закреплена на столбах, а намотана на сдвигаемые треножники и в случае подхода транспорта проволоку относительно быстро убирают. Транспорт приходит так редко, что трудозатраты на уборку и восстановление проволочных заграждений вполне стоят того, чтобы чувствовать себя в относительной безопасности. За рядами колючей проволоки стоял забор. За забором высились несколько сторожевых вышек. На них Настя рассмотрела снайперов и какие-то приборы, вероятно предназначенные для наблюдения. На воротах, в которые упиралась дорога, тоже был пост. Несколько человек внимательно провожали их передвижение нацеленным оружием. Метров за десять до ворот их окликнули. Говорун сказал, совершенно бредовую фразу и получил не менее бредовый ответ. Вновь сказал какой-то бред и спокойно пошёл вперёд. Настя и Алексей пошли за ним. Проходя ворота, Настя просто чувствовала, как взглядами её раздели, облапали и изнасиловали. Она даже ускорила шаг и обогнала Говоруна, чтобы он был защитой между ней и теми, кто охранял ворота. -Говорун, здесь что, совсем нет женщин? — спросила она. -Есть, — ответил Говорун, — но дорого. Видя недоумение Насти, счёл нужным расширить ответ. -Свободных женщин здесь нет. Только в заведении мадам Джонс. Впрочем, эти парни вполне могут себе такое позволить. Ты испугалась их реакции на тебя? Не волнуйся, они не нападут. Ты под моей защитой. Да и если бы не было никакой защиты, всё равно бы не напали. Видишь ли, в Зоне собрались люди определённого склада характера. Они — авантюристы, нарушители закона, асоциальные личности. Кто угодно, но не законопослушные граждане. Их реакция на женщин отличается от реакции законопослушного гражданина. Вне Зоны, их сдерживали нормы морали, а здесь они сами решают, что морально, а что законно. Они на тебя смотрят, а этим вреда не причиняют — это норма поведения. Ты к этому ещё не привыкла. Потом… Я тебе потом лекцию прочитаю о том, как себя нужно вести. Мы пришли. Лёха, здесь мы с тобой расстанемся. По негласному договору, ты получаешь за этот выход около трёх сотен тысяч. Я не буду жмотиться и добавлю тебе премию. Так что, можешь смело рассчитывать на полмиллиона. -Долларов? — спросил Алексей. -Хитрый, — сказал Говорун, после того, как откашлялся. — Нет, рублей. На такую сумму в долларах ты не заработал. Я тебя оставляю. Сам тут крутись. Рассказывать можешь всё, что угодно. Запретов тебе никаких не даю. Что, сколько стоит — сам разберись. -Простите, а как я могу получить деньги? — совершенно спокойно спросил Алексей. -Вот там, банк. Зайдёшь и скажешь, чтобы тебе с моего счёта перевели пол лимона. Дальше сам… Да что я тебе говорю! Не мальчик. Справишься. -Простите, но у нас был договор, о том, что мы дойдём до болот вместе. -А ты меня убить хотел! — рявкнул Говорун. — Договор расторгнут. И вообще, чем ты недоволен? Я у тебя рюкзак не отбираю. Ты экипирован, с оружием, здоров, да ещё и при деньгах. Если ты кому-то скажешь, что я при таких условиях тебя из отряда выгнал и поэтому: негодяй, гад и… просто плохой человек, то на тебя, как на придурка смотреть будут. И относиться к тебе также. -Понятно, — кивнул Алексей. — А не могли бы вы показать мне, где здесь что? Мне бы помыться… -Эй, ты! — закричал Говорун. — Да, ты! А подойди-ка сюда! Проходящий мимо молодой человек в форменной куртке Долга остановился и немного нерешительно подошёл. -Я Говорун! — представился Говорун. — Этот новичок шёл со мной по Зоне. Сейчас я его сюда привёл и оставляю. Отведи его к своему начальству и доложи. Потом покажешь ему всё здесь. Вопросы есть? Молодой человек явно был в растерянности. -Новенький? — спросил Говорун. Парень кивнул. -Тогда так… — Говорун чуть задумался. — Принять этого человека под охрану! Сопроводить к старшему по званию! Об исполнении доложить! Смирно! Вольно! Вопросы есть? Парень немного удивлённо моргал, не понимая, почему он выполнял команды какого-то бродяги. Настя вспомнила, как раньше Говорун тоже командовал военными. Парень проморгался и в голове у него началась работа мысли. -А кому мне доложить об исполнении? — чуть удивлённо спросил он. -Своему непосредственному командиру, балда, — сказал Говорун. — Вопросов нет! Кругом! Шагом марш! Лёха, тебе за ним. До встречи. Говорун подхватил Настю под локоть и пошёл к небольшому, довольно хорошо сохранившемуся зданию. Насте ничего не оставалось делать, кроме как идти рядом с ним. Из хватки Говоруна вырваться было сложно. Она хотела спросить об Алексее и почему Говорун его выгнал, но не стала. У Говоруна наверняка найдётся объяснение его действиям. Вместо этого она вдруг вспомнила, в каком она виде. И что теперь она находится в обитаемом месте. Вымыться и переодеться стало для неё первоочередной задачей. -Говорун, я тоже хочу вымыться. Я хочу ванну. Можно и душ, но лучше ванну. И мне постирать надо. И в порядок себя привести. А куда мы идём? -В бордель, — ответил Говорун. — Кстати, мы уже пришли. Они как раз подошли к зданию. Вблизи Настя увидела, что здание не сохранившееся, а восстановленное. Вид нежилого ему придавали заделанные кирпичом и бетоном оконные проёмы и ржавые металлические ставни на некоторых из них. Говорун завёл Настю в какой-то закуток за зданием и остановился перед железной дверью. Стал стучать по ней ногой. Стучал несколько раз, но ему не открывали. -Если ты всё-таки решил продать меня в бордель, то я попытаюсь тебя убить, — сказала Настя. — Знаю, что не получится, но попытаюсь. -Серьёзная угроза, — кивнул Говорун. — Верю. Я не собираюсь тебя продавать. Просто самый высокий комфорт обслуживания именно в борделе. Невероятно дорого, но… Тем более, что в других местах, мне постоянно придётся драться, чтобы отваживать от тебя похотливых самцов. Да что же они не открывают? -А у Сидоровича ты не боялся, что тебе придётся отваживать от меня… -Там Сидорович в любом случае мою сторону принял бы. Здесь я не уверен, что без последствий смогу кого-то убить. Командующий Долгом, не смотря на приказ, может многое мне припомнить. -Какой приказ? — полюбопытствовала Настя, но тут дверь открылась, и вопрос остался без ответа. -Говорун! — обрадовано закричал какой-то мужик. — Ты к нам? И новую девочку привёл! Заходи скорее! Говорун, ничего не ответив, шагнул в дверной проём, столкнув мужика с дороги. Настя прошла за ним следом, смерив мужика презрительным взглядом. Мужик захлопнул дверь и поспешил вслед за ними. -Как хорошо, что ты пришёл! — выкрикивал мужик через Настину голову, догнав их и идя сзади. — Мадам так и думала, что ты доведёшь новенькую! Ты её уже объездил, или, как я вижу… Такого Настя стерпеть не смогла. Мужик замер с пистолетом у шеи, Настя с бешенством глядела ему в глаза. -Настя, Настенька, — забормотал мужик. — Не надо меня убивать. Не надо… Попутал малость. Я тебя не хотел обидеть. Ты меня ведь не убьёшь, пожалуйста. Настя убрала оружие. -Спасибо, спасибо, — мужик упал на колени и стал кланяться. — Я всё… Всё, что могу для тебя сделаю. Хочешь наказать меня? Я был плохой мальчик. Я тебе… -Ты! — рыкнул Говорун. — Исчезни. Мужчина, не вставая с колен, одним прыжком назад, отскочил к портьере, нырнул за неё и, судя по звуку открывающейся двери, покинул коридор. Говорун тронул Настю за руку и показал, чтобы она шла за ним. Они поднялись по лестнице, прошли ещё один коридор и зашли в большой зал. Это явно был бар. Чем-то это место было похоже на бар Сидоровича. Только у одной стены была сцена с пилоном и барная стойка находилась посреди зала. Были и ещё какие-то отличия, но Настя никак не могла понять какие? Потом, словно пелена упала с её глаз. В оформлении зала явно чувствовалась женская рука. Цветы на столиках, драпировки и занавески, декоративные светильники, расставленные в определённом порядке. Зал был прибран и все предметы мебели в нём занимали строго отведённые им места. Главное, что тут не было запаха пота и грязи, как в баре Сидоровича. Говорун дал ей несколько секунд полюбоваться и легонько подтолкнул к барной стойке, намекая, что не стоит стоять в дверях. Настя вошла в бар и направилась к стойке. Сзади шёл Говорун. За стойкой стояла женщина в весьма откровенном наряде. Она посмотрела на Настю и в её взгляде Настя увидела, как она грязна, вонюча и противна. Раньше она этого не замечала, а теперь ей стало так противно, от этого, что у неё даже дыхание перехватило, и на глаза выступили слёзы. Настя отвернулась от женщины, но тут её взгляд наткнулся на двух девиц, сидящих за столом. Они смотрели на неё. Потом одна из них что-то прошептала другой на ушко, и они захихикали, вновь глядя на неё. Настя пожелала провалиться на месте. Ничего не случилось, но её смущение заметил Говорун. -Настя, ты что? — немного удивлённо спросил он. — Ты что, их… перед ними… Ты своего вида стесняешься? Настя, ты сталкер, а они шлюхи. Ты их обеих сейчас можешь купить и обрить налысо. Ты, за этот выход заработала больше, чем они за десять лет заработают, сколько бы мужиков они не обслужили. Ты что? Давай я с мадам договорюсь. Ты можешь их себе на неделю взять в служанки. Если слушаться не будут, можешь у мадам плётку попросить. Или просто так их плёткой побить. Что хочешь, можешь сделать, только плати. И поверь мне, денег у тебя хватит, даже чтобы убить их особо жестоким способом. -А сколько у меня денег? — спросила Настя, чтобы что-то спросить. -Ну, учитывая, что ты почти семь сотен тысяч евро отдала Коре, то тебе осталось около четырёх миллионов долларов. Лёхину долю я из своих вычел. -Сколько?! — удивилась Настя. — Это же такие деньги… -Настя, это очень небольшие деньги, если заказать номер в борделе, еду по высшему разряду, девочек в служанки, ну и прочие удовольствия. Если брать оружие на заказ, да ещё и патроны к нему, да обслуживаться у оружейника вне очереди… В общем, если всё это делать, то четыре миллиона — очень небольшая сумма. Я Лёху отправил с полумиллионом, так поверь, ему этого за глаза хватит, если не лоханётся. И помыться, и постираться, и переночевать сможет без проблем. Месяц так сможет жить, пока деньги не кончатся. -Полмиллиона за месяц, — задумчиво сказала Настя. — Надо же, какие цены… -Можно и ещё дешевле жить, но я не знаю как. Если у меня не было денег на нормальное жильё и питание, то я уходил в Зону и жил там. Так, мадам идёт. Не реагируй на её слова. Настя обернулась и посмотрела туда, куда смотрел Говорун. От белых дверей с золотыми узорами к ним спешила полная женщина в возрасте. Она была со вкусом и дорого одета и вся усыпана украшениями. Не доходя до них несколько шагов, женщина остановилась и всплеснула руками. -Chatterer, I'm so glad to see you. How nice that you're here. The girls miss you so much. Настя поняла, что Говоруна рады здесь видеть и что девушки пропустили его так много раз. Фраза получилась бредовой, но у Насти в школе была плохая подготовка по английскому языку. -По русски, по русски, — сказал Говорун. — Настя не понимает. -О-о-о… — показала удивление женщина. — There is a woman that could be interested to you? Well… Прхиятно познокомитса. Джонс, Хенриет Джонс. You are Nastya. Glad to see you to. Потшему вы не сньали рьюкзаки? Идьитье. Я прикажу. Вас там втрьетят. Вы устать… устхали. Отдихаите. Говорун чуть поклонился и двинулся к дверям, через которые они вошли в зал. Настя пошла за ним. В дверях обернулась и увидела, как-то место, где они стояли и всё вокруг, тщательно намывают два мужичка. Настя не могла не приветствовать такую страсть к чистоте, но ей всё равно было обидно. Могли бы, и подождать пока они выйдут. Говорун совершенно свободно ориентировался в этом доме. Видно было, что он здесь завсегдатай. Настя удивлялась этому, ведь Говоруну не нужны были женщины, но потом сообразила, что здесь самое лучшее обслуживание и только поэтому Говорун останавливался здесь. Однако, где-то глубоко внутри её грыз червячок сомнения и она мучилась ревностью. Вслед за Говоруном она вошла в помещение, в котором вдоль стены стояли большие железные шкафы. Посередине помещения стояла скамейка. Говорун бросил свой рюкзак на пол и пристроил оружие к одному из шкафов. Показал Насте: «Делай как я», и стал раздеваться. Настя также положила оружие и рюкзак, и стала раздеваться вслед за ним. Когда она почти разделась, в помещение вбежал мужчина, который их встретил. Всплеснув руками, он начал причитать о том, что чуть не опоздал и, достав из-за спины небольшой рюкзачок, направился к Насте. Когда он положил руки ей на талию, Настя развернулась и с размаху впечатала кулак ему в ухо. Мужчина не успел уклониться и немного поплыл. Настя не стала развивать нападение и посмотрела на Говоруна. Тот стоял и никак не собирался мстить за покушение на её честь. Более того, этот негодяй ещё и смеялся беззвучно. Его такая ситуация забавляла. -Говорун, я требую объяснений, — нехорошим тоном сказала Настя. -Он просто хотел тебе помочь раздеться, — пояснил Говорун. -А с чего это я ему должна позволить помочь мне? И почему он разрешения не спросил? -Простите госпожа!!! — завопил мужик. — Простите! Простите! Он рухнул на колени и вновь, как в коридоре, принялся кланяться. Более того, он вдруг обхватил Настину ногу и принялся её целовать. Настя взвизгнула от неожиданности и не придумала ничего лучше, чем отпрыгнуть назад. Её нога была захвачена мужиком и отпускать он её не собирался. Настя стала падать. Она уже представляла, как ей будет больно, но тут её подхватил Говорун. Настя убедилась, что он держит её крепко и поэтому, перенеся на него весь свой вес, она второй ногой принялась отпихивать сумасшедшего мужика. У неё не получилось. Кончилось всё тем, что мужик завладел и другой ногой и тоже принялся целовать. Настя взвыла. Она не знала теперь, как избавиться от психа. Видя, что Настя уже почти невменяема, вот-вот вывернется и схватится за оружие, Говорун решил прекращать веселье. Он шагнул вперёд, подняв Настю вверх на вытянутых руках, и пнул мужика. -Пошёл вон отсюда! Мы без тебя разберёмся, — сказал он и пнул мужика ещё раз. Мужчина, так и не вставая с колен, пополз к двери и скрылся за ней, тщательно прикрыв её за собой. Настя отдышалась и повернулась к Говоруну. Он сразу всё понял и начал объяснять. -Я не виноват, — сразу сказал он. — Вавик безобиден, но иногда у него окончательно сносит крышу. Он был бродягой, а потом попал на мину и ему там всё оторвало. Операцию сделали, зашили, но вновь всё восстановить не… Не смогли, или не стали — я не знаю. Он долго страдал, а потом нашёл себе работу в борделе. Потом случайно выяснилось, что он получает удовольствие от боли и унижений. В смысле, когда ему унизительно и больно. Так он и стал здесь незаменимым работником. Провоцирует драки и получает по морде ото всех. Девочкам подставляется после особо тяжёлых клиентов. Тебя он хотел спровоцировать на побои. Чтобы ты сорвалась на него, а потом не срывалась на других. После Зоны некоторым такая разрядка нужна. -Чушь какая-то, — пробормотала Настя. — Я его чуть не убила. -Да, я видел, — кивнул Говорун. — Он знал, что я слежу и не дам тебе схватиться за оружие. Поэтому и не отстал, при первых признаках испуга. -Я не испугалась! — возразила Настя. — Я просто не знала, что делать, поэтому… -Испугалась и запаниковала, — закончил за неё Говорун. — Было, проехали, едем дальше! Снимай всё. Сейчас пойдём в душ, а потом в баню. От нас воняет и на нас прямо-таки виден слой грязи. Все разговоры потом. В душ! В душевой Настя немного растерялась поначалу, но Говорун сказал, что за всё уплочено, поэтому она без стеснения стала пользоваться довольно дорогим шампунем и скрабом. Стоя под струями горячей воды, Настя понимала, что рай существует, и на данный момент он здесь. Блаженную идиллию нарушил Говорун. Он вытащил Настю из душевой и быстро промокнул жёстким полотенцем. Потом они вышли в другое помещение и там надели пару безразмерных халатов, похожих на медицинские. Настя начала замерзать. Она хотела спросить у Говоруна в чём дело, но не успела. Они вновь прошли в другое помещение, скинули халаты и вошли в парилку. Для Насти рай переместился в маленькую комнатку с высокими потолками. Она сразу полезла на верхний полок. Говорун поддал пару и сказал, что сейчас распарит веники. Настя ответила, что не хочет сейчас париться, а просто полежит несколько минут. Говорун с ней согласился. Сказал, что в любой момент она может выйти из парилки, но только не в ту дверь, в которую они вошли, а в дверь напротив. Он набрал в таз кипятка и замочил веники, а через минуту Настя осталась одна. Говорун зачем-то вернулся туда, откуда они пришли. На верхнем полоке было жарко и немного душно. Настя не любила русскую баню именно за эту влажную духоту. Но сейчас ей важно было то, что здесь жарко и можно прогреться, пропотеть, согнать с тела въевшуюся грязь. Она даже была согласна на то, чтобы её парил Говорун, хотя последние воспоминания об этом вызывали мало приятных эмоций. Настя вытянулась на полоке, перевернулась на спину и закинула руки за голову, подставляя живот теплу. Пока Говоруна нет, можно полежать кверху пузиком. Потом он начнёт поддавать пару и находиться в бане станет невозможно. Но, пока его не было, Настя расслабилась и постаралась, ни о чём не думать. Долго одной ей оставаться не пришлось. Говорун вернулся скорее, чем она ожидала. Зашёл, вытащил мокрые веники и принялся их вытряхивать на камни, поддавая пару. Вновь сунул веники в таз и полез к Насте на полок. Настя думала, что он её сгонит вниз, но он уселся на краешек и принялся массировать Настины ноги. Массаж был мягкий, ласкающий. Настя расслабилась и аж застонала от удовольствия. Говорун усмехнулся и продолжил. Через несколько минут он быстро и сильно массировал каждую ногу по отдельности, а Настя вскрикивала от боли, когда он нажимал особенно сильно. -Говору-ун! Ну, заче-ем! — не выдержав, заныла Настя. -Да чтобы ноги отошли, — непонятно ответил он и пояснил: — Ты завтра посидишь или полежишь отдыхая, а послезавтра ноги у тебя узлом завяжет с непривычки. Особо незаметно, но скорость реакции упадёт, точность движений при ходьбе ухудшится. -Ой, я знаю! — подхватила Настя. — Нам всегда говорили, что надо упражнения на растяжку делать каждое утро. После танцев и вообще… А ты откуда знаешь, что так бывает? -Серый рассказал, — ответил Говорун. Настя подумала, что зря спросила. Напоминать Говоруну о Сером — было неправильно. Неизвестно, что их связывало, но это было что-то… Наверное, это можно назвать настоящей дружбой. Говоруну наверняка неприятно было вспоминать, что он его убил. Настя подумала, что нужно, чтобы Говорун поговорил с ней об этом. Рассказав всё, ему стало бы легче. Вот только она не знала, как начать разговор, поэтому молчала. -Ты какая-то задумчивая стала, — заметил Говорун. — Я тебя разминаю, а ты даже не охаешь. Серого вспомнила? Давай потом его помянем, а сейчас выкинь это всё из головы. Ну вот, опять напряглась. Настя, если расслабишься, то будет не так больно. -Я знаю, — сказала Настя. — Мне очень нравится то, что ты делаешь. Просто ты иногда очень сильно надавливаешь… -Подожди, — перебил её Говорун. — Так, тебе больно? — спросил он и сжал Настино бедро. -Да! — ответила Настя. — То есть, нет, но если ты начнёшь массировать, то будет больно. Говорун ослабил хватку. Вновь начал массаж. Настя сказала, что так очень хорошо, и он продолжил, постепенно переходя на её спину. Иногда он увлекался, но стоило Насте выказать неудовольствие, он начинал проминать её слабее. Под конец, Настя чуть не уснула, но Говорун, едва заметив, что она засыпает, начал тормошить её и требовать, чтобы она не спала. Настя не успела спросить, зачем это нужно. Говорун закончил массаж и взялся за веники. Настя сжалась на полоке. Всё оказалось не так страшно. Говорун не поддавал пару сверх всякой меры, часто проходился вениками по спине. Настя даже почувствовала, что со временем сможет полюбить русскую баню. Распарив, Говорун отправил её под холодный душ, а сам вернулся и продолжил париться. Настя осмотрелась. Эта душевая отличалась от той, где они мылись, когда сюда вошли. Там скраб и шампунь смотрелись явно принесёнными, а здесь они были на своих местах. Всё в этом помещении выдавало то, что им часто пользуются женщины. И следят за ним тоже женщины. Впрочем, в этом не было ничего удивительного, ведь здесь же бордель. Странным было то, что та душевая была совершенно другой. Казалось, что женщин там никогда и не бывало. Контраст прямо-таки бросался в глаза. Настя не могла не спросить Говоруна об этом. -Да, я тебе не объяснил, — покаялся он. — Мы зашли с улицы. Та душевая для первичной обработки. Там можно помыться перед тем, как зайти во внутренние помещения. Баня — это как шлюз между внешним и внутренним миром. Мы вымылись, пропарились в бане и теперь можем пройти дальше. Если бы мне не доверяли, то с нами вместе мылись и парились бы два банщика, а на самом деле, два наблюдателя, которые следят, чтобы на теле не было какой-нибудь заразы Зоны. Если видят что-то подозрительное, то дальше парилки тебя не пропустят, а парилку потом будут долго обрабатывать всякой химией. Её и после нас будут обрабатывать, но не так сильно. А вот ту душевую сейчас чуть ли не зальют разными средствами. Поэтому там нет ничего из пластика, ничего не лежит и не висит. При обработке всё расползётся, или сгорит, если обрабатывать будут огнём. -А что, и такое может быть? — удивилась Настя. -Конечно, — кивнул Говорун. — Иногда из Зоны такое приносят, чему и названия нет. -Подожди, а как же тогда?.. Как тогда?.. Человек, который это принёс. Как он жив остаётся? И вообще, зачем он сюда приходит мыться? -Здесь у Долга есть карантин. Потом посмотришь, если захочешь. Есть просто душевая для всех, куда, скорее всего, сейчас отправился Лёха. А есть бордель, в котором всё очень дорого, но иногда кто-то прямо из Зоны идёт сюда. Вот для них это всё и приготовлено. Ты не замёрзла под холодной водой? Давай пойдём в парилку, погреемся. Нет, парить тебя не буду. Просто посидим. В парилке они вернулись к прерванной теме. -И для карантина и для душевой и для борделя правила обработки одинаковые. Только в общественной душевой они не особо соблюдаются, а здесь вся обработка за счёт клиента. То есть, появилась после тебя какая-то странная плесень, вся обработка за твой счёт, плюс простой борделя на время обработки. Поэтому даже самые богатые предпочитают, сначала пройти карантин и подождать недельку, прежде чем сюда идти. Ну и правила санитарии тут выполняются безукоризненно. Клиента обязательно моют перед обслуживанием, не пропустят в общий зал, если он не соответствует стандарту чистоты. Ну, например, если с него грязь сыпется и он воняет. Видела сцену с шестом? На неё нельзя залезать, как бы ни хотелось. Пристрелят. Правила такие строгие для того, чтобы девочки могли чувствовать себя в относительной безопасности. Они не заболеют, их не изуродуют… -А ты сказал, что я могу купить шлюх и обрить. То есть, я могу причинить им вред. -Волосы новые вырастут, — отмахнулся Говорун. — Захочешь избить — пожалуйста, но лечение артефактами за твой счёт. Можно всё, но за очень большие деньги. Только убивать нельзя. За это тебя сразу на куски порвут. Причём даже не охрана борделя, а те, кому теперь женщины не достанется. -Понятно, — сказала Настя. — Я уже больше не могу здесь сидеть. Можем мы пойти куда-нибудь? -Да, конечно. Пойдём, посидим в комнате отдыха. Через душевую они прошли в маленькую комнатку без окон. Говорун растёр Настю мягким полотенцем и укутал в махровый халат. Спросил, будет ли она пиво и предложил попить воды, когда она отказалась. Настя удивилась тому, что кроме воды здесь ничего нет, но Говорун объяснил, что соки и лимонады здесь есть, но привозные и их лучше не пить. -А пиво можно? — с сарказмом спросила Настя. -Пиво — это спиртосодержащая жидкость, — ответил Говорун. — Сюда напитки идут через Зону, и неизвестно как долго. Какая бы ни была упаковка, а мутировавшие микроорганизмы Зоны всё равно просачиваются. Поэтому близко к центру Зоны сладкие напитки лучше не пить. Пиво тоже лучше не пить, но в нём есть спирт и всякая дрянь, специально, туда не полезет. В лимонады тоже не полезет. Там кислота. Вот только напиться лимонадом не получится. Лучше пить воду. Хочешь сладкого, тогда размешай в воде сахар. Здесь сахар должен быть. Тебе нужен? -Нет, не нужен, — ответила Настя. — Слушай! А может быть здесь чай можно попросить? Я с удовольствием попью чаю. -Даже просить не надо. Где-то здесь… Вот он. Сейчас заварю. Тебе какой? В шкафчике были представлены несколько сортов чая. Настя выбрала с бергамотом. Говорун поморщился. Оказалось, что он не любит бергамот. Настя, пока закипала вода, и заваривался чай, агитировала его за пользу чая с бергамотом. Говорун слушал внимательно, но потом сказал, что всё это он знает, но терпеть не может запах бергамота, поэтому чай с бергамотом не пьёт. Как сильно он не любит запах бергамота, Настя поняла, когда стала пить чай. Говорун, под надуманным предлогом, вышел из комнаты. Настя хотела пойти за ним и извиниться, но передумала, хотя и постаралась выпить чай побыстрее. Пока пила чай, что-то вызвало её беспокойство. Какая-то мысль, мелькнувшая на периферии сознания. Говорун велел ей доверять интуиции, поэтому Настя не отмахнулась от этой мысли, а постаралась извлечь её и обдумать сознательно. У неё это получилось и она вскочила, чтобы бежать за Говоруном. Бежать не пришлось. Он как раз вернулся. Увидев испуганную Настю, он мгновенно подобрался и приготовился отражать нападение. Настя чуть расслабилась. Говорун был рядом и всё было в порядке. -Что? — коротко спросил Говорун. -Я вот тут подумала, — начала Настя. -Мне уже страшно, — вставил Говорун. -Мне тоже, — парировала Настя. — Мне страшно потому, что за твою голову назначена награда. При этом ты тут сидишь без оружия, практически голый. Ты так доверяешь… -Настя. — Говорун подхватил её, обнял и уселся вместе с ней на диван. — Я никому не доверяю. Я вообще не склонен доверять. Просто мою голову уже не один раз пытались получить в этом заведении. Первый раз меня пытались отравить, но у меня было противоядие. Я сделал толстый намёк хозяйке заведения и ушёл, без каких либо претензий. Второй раз меня пытались взять голым, прямо в парилке. Я перебил охрану борделя, прихватил хозяйку и ушёл в Зону. Неделю я её там пытал. Убивал и не давал умереть. Когда, через неделю, я её вернул, она писалась только при мысли о том, чтобы меня подставить. Даже сейчас может описаться. Я ей это на рефлекс закрепил. Поэтому я здесь совершенно спокоен. Не обмочилась хозяйка при виде меня — значит, ничего не замышляет. -А как ты?.. Ты и теперь ей доверяешь? После того, как пытал, мучил… Да она должна тебе только из мести яду подсыпать. -Она американка. У них другой менталитет. Она не хочет мне отомстить. Понимаешь… Она меня пыталась убить. Не получилось. По её мышлению, я должен был отомстить ей, но я простил и этим показал слабость. Поэтому последовала вторая попытка. Вот тут я ответил. И ответил адекватно. Не убил, но показал силу. Теперь она признала мою силу и боится… Нет, не боится, а просто не хочет вновь затевать конфликт с сильным соперником. Она прекрасно понимает, что в следующий раз она, после долгих мучений, умрёт. За свой интерес она меня убьёт, не задумываясь, но пока я её интересы не затрагиваю, она на меня покушаться не будет. Понятно? -Не очень, — ответила Настя. -Ну, например… — Говорун задумался. — Если её заведение будут штурмовать, с требованием меня выдать, то она мешать не будет… Защищать меня не будет. А сама ни за что не попробует напасть. Видишь, мы здесь сидим, а к нам ещё ни разу никто не подошёл. Это для того, чтобы я случайный визит не принял за нападение. Понятно? -Понятно, — кивнула Настя. — Знаешь, ты так всё хорошо объяснил. Скажи, а откуда ты так точно знаешь, что творится в чужой голове? Возможно, всё так, как ты сказал. Но ведь есть вероятность, что ты ошибаешься. Все твои доводы основаны на твоей уверенности в правильном понимании мыслей людей. Что если ты ошибся? -Если я ошибся, то меня попробуют взять. Но не тут. В этом здании мне ничего не угрожает. Хозяйка не станет больше подвергать себя опасности. Меня могут попробовать пристрелить из-за угла на улице, но ничего другого мне не угрожает. -А мне? — спросила Настя. -А тебе тем более, — ответил Говорун. — Слушай, пойдём погреемся. Я тебя парить не буду. Просто посидим, а потом я тебя мочалочкой протру. С мыльцем. Ты будешь чистенькая, свеженькая… -Не надо со мной, как с ребёнком сюсюкать! — возмутилась Настя. -У ти моя маленькая. У ти моя сердитенькая. Давай ко мне на ручки. Нет, сначала халатик скинем… Настя попыталась Говоруна побить, но он со смехом выскочил из комнаты. Когда Настя сунулась за ним в дверь, в неё полетел халат Говоруна. Настя отбросила тряпку на диван и решительно села рядом, не собираясь куда-либо идти. Потом решила, что это действительно будет как-то по детски, скинула свой халат и отправилась за Говоруном. После бани они с Говоруном не стали сидеть и напиваться пивом, а сразу отправились в предоставленный им номер. В номере первое, что Настя увидела — огромная кровать. Настя сразу скинула халат и с довольным стоном забралась под одеяло. Она уже забыла, как приятно просто лежать на чистых простынях и укрываться лёгким, мягким, чистым, тёплым одеялом. Посмотрела, как Говорун осматривает помещение, и догадалась, что он ищет следящие устройства. Стоило бы встать и помочь ему, но не было никакого желания. Говорун перешёл в соседнюю комнату. Настя, когда вошла, даже не обратила внимания на то, что эта комната есть. Теперь ей стало любопытно. Она, не выбираясь из-под одеяла, переползла на другой край кровати и заглянула в дверной проём. То, что она увидела, заставило её подскочить и броситься за Говоруном. В комнате было зеркало в рост. Настя, ни на что не обращая внимания, встала перед зеркалом и стала осматривать себя. Издали оценила фигуру. После тренировок у Говоруна она была худой, как больная анорексией. Теперь её фигура немного округлилась, но всё равно, руки были тонкими, ключицы выделялись, ноги выглядели мосластыми. Настя попробовала пошевелить плечами. Расслабить, развернуть выпрямившись. Подала плечи назад и ключицы не так стали заметны, но грудь стала заметно меньше. Настя не могла выбрать что лучше. Торчащие ключицы, или грудь побольше? Вспомнила, что не собирается ни перед кем оголяться и вопрос отпал сам собой. Осмотрела внимательно руки. Пальцы показались какими-то узловатыми. Про маникюр и вспоминать не хотелось. Никогда ещё у Насти не было таких неухоженных рук. Запястья стали тонкими, с прожилками вен и видимыми под кожей сухожилиями. Сами руки были мечтой начинающей женщины-культуриста. Мышцы, хоть и не были накачены, были прорисованы чётко в любом положении рук. Именно из-за небольшого объёма мышц, руки казались тоненькими. Быть культуристом не было Настиной мечтой, поэтому такие руки её расстроили. Порадовали ноги. Настя покачалась с пятки на носок, и прикинула, что на высоком каблуке, сбоку её ноги будут выглядеть великолепно. Особенно если надеть толстые колготки телесного цвета. Осталось только выяснить, есть ли здесь туфли на высоком каблуке и колготки. Конечно, кости таза выпирают по бокам, но с платьем, да и вообще под одеждой, будет незаметно. Шрам на ноге, куда пришёлся удар снорка, был почти незаметен, хотя и выделялся кривой белой полоской. Подумалось о необходимости загара. Настя всегда хотела плоский живот. И вот, её мечта сбылась. Но сбывшаяся мечта не порадовала Настю. Живот был плоским, аккуратным, но стоило только немного напрячься, Настя становилась похожей на борзую собаку, вставшую на задние лапы. Рёбра резко обрывались какой-то ямой, не было плавного перехода от груди к животику. Хотя, если смотреть спереди, то можно было увидеть очень узкую талию, и безразлично было, напряглась в этот момент Настя, или нет. Вот только вид спереди портил жуткий шрам на том месте, где ей в живот вгрызся слепой пёс. Настя тогда, видимо от шока, не чувствовала боли. Да и потом ей было не до своих ран. Между тем, шрам выглядел жутко. Росчерк когтя снорка, а вокруг несколько ран от клыков собаки. Этот шрам зажил хуже, чем на ноге и выделялся на коже жирным розовым червяком, с белыми точками и извивами по краям. Настя подумала, что надо попросить Говоруна излечить этот шрам. Он говорил, что такое возможно. Говорун подошёл сзади. Встал за спиной и обнял. Прижал к себе. Настя откинулась назад, напрашиваясь на ласку. Сделала она это инстинктивно, помимо воли и сознания. Когда поняла, что именно сделала, поздно было что-то менять. Руки Говоруна скользили по её телу. Ласкали грудь, живот, шею. Его губы были у Настиного уха. Он губами прихватил её за ухо, и Настя содрогнулась от удовольствия. -Ты красивая, — прошептал Говорун. — Ты очень красивая. Если кто-то скажет тебе, что это не так, не верь ему. Мне верь. Я не обману. Он говорил ещё что-то, но Настя не слышала. Да и не важны были слова. Настя знала, что сейчас он говорит ей, что она единственная, что лучше неё нет никого на свете, что никакая другая не сравнится с ней. Она отдалась его словам, его рукам. Спиной чувствовала жар его тела. Чувствовала в нём твёрдую опору. Знала, что если сейчас она расслабится и упадёт, он подхватит её на руки, не даст упасть. Настя повернулась, чтобы бросится в его объятия и будь, что будет. Посмотрела ему в глаза и отшатнулась, а потом отступила назад, и упёрлась спиной в зеркало. Глаза у Говоруна были совершенно… Трезвыми. Холодными. Расчётливыми. Равнодушными! Страстный шёпот, ласкающие руки… Совершенно равнодушный взгляд. Это сочетание было настолько невероятным, что пугало. Насте сразу вспомнилось, какие слухи ходили среди жителей Зоны о Говоруне. Якобы он уже не человек. Глядя на него сейчас, Настя начинала сомневаться в том, что эти слухи — только слухи. Она хотела что-нибудь сказать, но не могла подобрать слов. Говорун опередил её и заговорил сам. -А чего ты хотела? — спросил он. — Я импотент. Хентая не будет. Тебе надо было поднять свою самооценку. Я тебе помог. -Сволочь! — выдохнула Настя. — Ну, зачем?! Зачем ты так?! Говорун ничего не ответил и вышел из комнаты. Настя подошла к двери и захлопнула её. Осмотрелась. Комнатка была маленькая. Намного меньше соседней. В комнатке стояли: маленькая кровать, трюмо и маленький шкаф с зеркальной дверцей. Настя подошла к кровати и скинула покрывало. Одеяло, простыня, подушка. Все свежее, чистое. Настя пожала плечами и забралась под одеяло. Свернулась клубочком и стала кусать губы, чтобы не заплакать. Она не понимала, зачем Говорун так себя с ней ведёт. Не могла поверить, что ему просто нравится над ней издеваться. Вернее, поверить могла, но принять эту мысль у неё не получалось. Настя не выдержала и всё-таки заплакала. Когда услышала звук открывающейся двери, постаралась вытереть слёзы. Не хотелось показывать Говоруну свою слабость. Она ожидала, что он сорвёт с неё одеяло, заставит подняться и придумает какое-то срочное дело. Сделает вид, что ничего не случилось, или случилось, но Настя всё равно не имеет право на него обижаться, а обязана выполнять его приказы. Когда он осторожно дотронулся до её ноги и легонько её толкнул, Настя подумала, что он всё осознал и решил попросить прощения. Это было так непохоже на Говоруна, что Настя с изумлением откинула одеяло. Её изумление стало ещё больше, когда вместо Говоруна она увидела хозяйку борделя. Несколько секунд она оторопело рассматривала женщину, а та, в свою очередь, рассматривала её. -Ч-ш-ш-ш, — прошипела Генриетта, приложив палец к губам. — Я принестьи весчи. Одешда. Сюпризэ для Chatterer. -Что? — не поняла Настя. -Одетьсья красьиво, — пояснила женщина. — Нравитьсья Ховорун-у. Она достала из-за спины небольшой чемоданчик, открыла его и принялась выкладывать из него вещи. В основном бельё, в основном весьма эротическое. Настя посмотрела на всё это и поняла, что Говорун приготовил ей ещё один раунд издевательств. Она должна приводить себя в порядок, чтобы понравиться ему, а он… Импотент и этим всё сказано. Она набрала в грудь воздуха и заорала что есть силы. -Пошла вон отсюда вместе со своим Говоруном!!! Вон, или я тебя пристрелю!!! И Говоруна пристрелю!!! И бордель твой сожгу!!! Настя ещё много чего пообещала бы, но тут в комнату ворвался Говорун. Он именно ворвался, снеся с петель дверь и выломав защёлку. По комнате он начал передвигаться какими-то хаотичными скачками, а потом замер за спиной хозяйки борделя и мягко положил руку ей на шею. Спросил что-то на английском. Женщина быстро стала ему отвечать. Так быстро, что Настя не успевала разобрать ни единого слова. Говорун слушал её, а потом перебил и что-то сказал. И вот тут женщина описалась. Настя с изумлением наблюдала, как под Генриеттой растекается лужа. Женщина, казалось, не обратила на это внимания и вновь что-то стала говорить, только ещё быстрее. Её лицо было бесстрастно, но Настя вдруг поняла, что женщина в ужасе. Это подтвердилось через несколько секунд. Женщине не хватило воздуха для очередной фразы, она прервалась, захлебнулась словами, пару секунд пыталась что-то сказать, а потом разрыдалась. Настя бросилась к ней. Настороженность, злость и обида, у Насти мгновенно сменились жалостью. Эта женщина не виновата в интригах Говоруна. Она не должна так страдать от страха перед ним. Настя обняла женщину и отправила Говоруну злой взгляд, а потом также взглядом показала, чтобы он уходил. Говорун хмыкнул, отошёл к двери, но совсем не ушёл. Встал в дверном проёме и стал смотреть, что будет дальше. Настя, как могла, успокаивала женщину. Та что-то лепетала сквозь слёзы, но Настя ничего не могла понять. Кончилось тем, что Настя сама разрыдалась. Они с женщиной сели на кровать и стали плакать вместе. Эту идиллию прекратил Говорун. Он подошёл с кувшином воды, плеснул женщине в лицо, полил себе на руку и брызнул с руки в лицо Насте. Настя и Генриетта сразу перестали плакать. -Ну, наконец-то, — проворчал Говорун, — а то развели сырость. Ладно она… Настя, а ты-то с чего реветь начала? -А просто так, — ответила Настя. — Ты зачем её так довёл? Как тебе не стыдно? -Видишь ли, Настя, — сказал Говорун, и Настя поняла, что сейчас услышит ещё одну лекцию. — Когда я получил эту комнату… Это помещение в своё пользование, оно стало моим с правом полной экстерриториальности. У хозяйки есть ключи от всех дверей заведения, но сюда она не может войти, ни при каких обстоятельствах, пока у меня не кончится оплаченное время. Это мои апартаменты! А теперь представь. Я слышу твой крик, врываюсь в помещение, а там вижу человека, которого не приглашал, не пропускал в комнату, и даже не слышал и не видел. Я принял это за нападение. Когда понял, что это не так, всё равно жёстко допросил мамашу Джонс, чтобы удостовериться. -А как она вошла, если ты её не видел и не слышал? — удивилась Настя. -Через вон ту дверь, — показал Говорун. — Там душевая и туалет. Туалет сделан на два номера. Из соседнего номера она и вошла. Хотела тебя принарядить, чтобы мне приятное сделать. Совсем не ожидала от тебя такой реакции. -А я думала, что ты… Что это ты её мне отправил. -Не, я думал завтра с утра тебе сюрприз сделать. -Простите меня, пожалуйста, — обратилась к Генриетте Настя, — я совсем не хотела, чтобы так получилось. У нас с Говоруном получилось так… Ну… Мы поругались и поэтому я так на вас… Я думала, что вы от него. Задобрить меня хотите. Простите, я не хотела. -I understand, — тихо сказала женщина. — Chatterer, if I could go? -Да, можешь идти, — кивнул Говорун. — Больше не заходи так. Не надо. Женщина кивнула и встала с кровати. Увидела лужу на полу и замерла. -Иди, иди, — махнул рукой Говорун. — Утром пришлёшь кого-нибудь, чтобы убрали. Только скажи, чтобы шумели, а то тихие шаги я рассматриваю, как попытку нападения. Да, для своих скажи, что Говорун заставляет женщин писаться в комнате, в своём присутствии. Настя не могла, поэтому ты заменила Настю. Женщина секунду осмысливала сказанное Говоруном, потом кивнула и пошла прямо к стене. Настя удивилась, но перестала удивляться, когда декоративная панель отошла и открылась дверь в душевую. Хозяйка заведения вышла и закрыла дверь за собой. -Ну, и зачем ты придумал такое… такую гадость? — спросила Настя, как только дверь закрылась. -А как ей объяснить лужу на полу и свои мокрые ноги? — вопросом ответил Говорун, правильно поняв вопрос Насти. -Не хочу об этом даже думать, — поморщилась Настя. — Слушай, а зачем туалет так скрыт от… Почему он не за простой дверью? -Это заведение. Сюда обычно приходят не столько ночевать, сколько трахаться. А вот девочки здесь живут. Им нужно после работы уединиться. Подмыться, гондон вытащить, синяки замазать. -Не надо таких подробностей, — поморщилась Настя. -Там рабочая комната. Здесь комната отдыха и туалет для персонала. Если клиенту надо в туалет, то он может воспользоваться тем, что в конце коридора. После работы девочка может уйти сюда, пока вновь не понадобится клиенту… -Всё, я поняла! — прервала Говоруна Настя. — Не будем больше об этом. Говорун, я хочу отдохнуть. Я не девочка после работы, но ты меня уже… достал. Уйди, пожалуйста, а я тут побуду. -Относительное уединение, — заметил Говорун. — Двери-то нет. Я её снёс. И вообще, я хотел бы, чтобы ты ночевала со мной в одной кровати. Тебя на секунду оставить нельзя. Обязательно приключения на свою… найдёшь. -Верни дверь на место. Хоть как-то. И оставь меня. Перед сном я приду к тебе, но спать мы будем на разных концах кровати. Она широкая, такое вполне возможно. -Ладно, меня устраивает — кивнул Говорун. — Если захочешь убрать лужу, то возьми полотенце в душевой. Или можешь халат использовать. Всё равно мы голыми ходим… Настя только сейчас сообразила, что и она и Говорун совершенно голые. Она ойкнула, попыталась прикрыться, поняла, что это бесполезно и глупо, вытолкала Говоруна в другую комнату и попыталась пристроить на место дверь. Говорун отстранил её и управился с дверью сам, оставшись по ту сторону двери, за что Настя была ему благодарна. Осмотревшись в комнате, Настя решила одеться. Генриетта принесла довольно много вещей, вполне можно было что-то выбрать. Но прежде чем что-то примерять, Настя вымыла пол и стянула с кровати покрывало, на котором сидела Генриетта. После этого занялась собой. Некоторые вещи, принесённые Генриеттой, Настя ни за что не решилась бы надеть. Но, начав с самых обыкновенных вещей, она перешла сначала на весьма эротичные комплекты из чулок, трусиков, комбинашек, а потом примерила и откровенно пошлые наряды. Некоторые она примеряла, глупо хихикая и оглядываясь на дверь, за которой был Говорун, но всё равно примеряла и крутилась перед зеркалом. Надев самый откровенный наряд она не выдержала и, смеясь пошла в комнату к Говоруну. Отставила дверь в сторону и встала в дверном проёме, попытавшись принять соблазнительную позу. -Говорун, как я тебе в этом? — спросила она, и, захохотав, вернулась в комнату. Она не ожидала, но Говорун через некоторое время зашёл к ней. Настя испугалась. Она как раз снимала с себя эту пошлость и снова была почти голой. Попыталась прикрыться. Говорун не обратил на неё внимания, кинул на кровать что-то в пакете. -Я бы хотел видеть тебя в этом. И давай, иди, наконец, спать. Он вышел. Приставил на место дверь. Настя выдохнула и подошла посмотреть, что же он такое принёс. В пакете была обычная тельняшка. Настя разделась и примерила её. Тельняшка оказалась на несколько размеров больше. Настя в ней утонула, но признала, что в качестве ночной рубашки она будет очень даже хороша. Говорун снова заботился о ней. Почему же он, заботясь, постоянно над ней издевается? Настя задумалась. Через какое-то время Настя чуть не вслух обозвала себя дурой. Говорун потерял свою мужскую силу. Может быть и не сознательно, но он мстит за это всем женщинам. Единственная женщина рядом с ним — Настя. Ей и достаётся. Хотя… Нет, не так. Он мстит ей только тогда, когда они заговаривают про секс. Он не может, поэтому жёстко пресекает. Пресекает, чтобы не вспоминать о своём бессилии. Ему просто обидно. Вот и эта тельняшка. Он чуть не прямо сказал, что не хочет видеть её голой. Что ему противно и неприятно. И в то же время, он хочет ночевать с ней в одной кровати, чтобы с ней ничего не случилось. Настя чуть не расплакалась, когда поняла, что он жертвует ради неё своим душевным спокойствием. А если вспомнить девушку, которая его бросила? Он никогда о ней не говорил. Любые разговоры на эту тему пресекал. Да и разговоров, как таковых, не было. Настя припомнила, что она пару раз начинала что-то выспрашивать, но Говорун тот час переходил на другую тему. Ему было больно об этом говорить. Теперь Настя выявила две темы, которые для Говоруна были табу. Секс и его бывшая девушка. От этих тем ему больно. Настя решила больше ни в коем случае не затрагивать эти темы. Приняв решение, Настя встала с кровати и подошла к зеркалу, чтобы посмотреть, как она выглядит и идти к Говоруну. На плечах ворот тельняшки сползал, оголяя то правое, то левое плечо. Сама тельняшка совершенно скрывала фигуру и почти доходила до колен. Настя подумала, что тельняшка предназначена какому-то мутанту Зоны. Не может быть человека таких размеров. Настя приблизилась к зеркалу. Осматривая себя, она не осмотрела своё лицо, потому что её прервал Говорун. Сейчас Настя решила исправить эту оплошность. Её лицо изменилось, и изменения Насте не понравились. Худоба сказалась и тут. Черты лица заострились, стали более заметными. Лицо сразу стало хищным. Лицом стервозной отрицательной героини из кино. При этом, кое где ещё сохранилась какая-то детская округлость. Настя посмотрела вблизи, издали, снова вблизи, и самокритично признала себя уродиной. Да и кожа на лице местами шелушилась. Воздействие Зоны не прошло для неё даром. Настя посмотрела на волосы. Она уже давно ими не занималась. Они были короткими, но всё такими же густыми. Настя всмотрелась и не поверила своим глазам. -Говорун!!! — закричала она. Говорун появился через три секунды, вновь снеся многострадальную дверь. Настя проводила отлетевшую дверь взглядом и посмотрела Говоруну в глаза. С трудом сдержалась и не заплакала. -Прости, я… Говорун, скажи… Только честно скажи. У меня действительно есть седые волосы? -Да, — настороженно ответил Говорун. -Много? — спросила Настя, чувствуя, что сейчас разрыдается. -Нет, почти незаметно, — вновь осторожно ответил Говорун. -Но ведь ты же заметил! — поймала его Настя. -Настя, в чём дело? — спросил Говорун. -У меня… Я… — Настя не выдержала и заплакала. — У меня седые волосы! Я превращаюсь в старуху! Говорун бессердечно захохотал. Настя разрыдалась. Теперь она плакала уже не о том, что седая, а о том, что Говорун не сочувствует ей. И ещё ей было совершенно непонятно, что такого смешного нашёл Говорун в её горе? И если он снова решил поиздеваться, то вроде бы она не давала к этому никаких поводов. Говорун отсмеялся и, подойдя к ней, обнял. Настя хотела, чтобы её пожалели, поэтому доверчиво прижалась к нему. -Говорун, когда у меня появились седые волосы? — спросила она. -Точно не скажу. Ты всё время была в капюшоне, но мне кажется, что после того, как ты в аномалию попала. В так называемый «Молочный лабиринт». По крайней мере, на базе Свободы седина у тебя уже была. Настя вновь зарыдала. Говорун подхватил её на руки и отнёс на кровать. Уложил и помог укрыться одеялом. Лёг рядом. Сказал, что ему холодно. Настя приподняла одеяло, показывая, что он может лечь рядом. Говорун так и сделал. Настя прижалась к нему и стала выплакивать ему своё горе. Вспомнила всё. Всё, что когда-то повергало её в ужас, и сдерживалось где-то в глубине, сейчас выплеснулось в словах, в неудержимом потоке слов. Настя даже почти не плакала. Просто говорила и не могла остановиться. Сбивалась, перескакивала с одного на другое и начинала новую тему. Своего рода это была форма истерики. Настя чувствовала, что может собраться с силами и прекратить это, но ей совершенно не хотелось этого делать. И она была невероятно благодарна Говоруну за то, что он даже не пытается прекратить этот бред, а внимательно её слушает. Ей необходимо было выговориться. Она рассказывала ему о том, как испугалась, когда осталась одна в Зоне. Как испугалась после перестрелки, когда он и Алексей лежали раненые и умирали. Как рухнула в обморок, увидев поднявшегося покойника. Вспомнила про спальный мешок и рассказала Говоруну почему он ей так дорог. Рассказала про отца, которого видела только несколько раз в жизни, и как радовалась каждому его приезду, и как не смогла поехать на его похороны. Рассказала ему про маму, про тётку, про то, как жила до Зоны и как встретила Костю. Про Костю вообще рассказывала долго и обстоятельно. Хотелось оправдаться за то, что так глупо вела себя, позволила делать с собой всё, что угодно. У неё было оправдание. Она любила. Это, как считала Настя, оправдывало всё. Говорун не спорил с ней. Он соглашался со всем, что она ему говорила. Настя заговорила про смерть Вадима, но сослалась на то, что начала уставать, поэтому замолчала. Говорун разгадал её хитрость и сам заговорил о смерти Вадима. Настя не хотела об этом вспоминать, но он сказал, что перед собой у неё не должно быть недосказанностей. И если она решила быть откровенной, то должна быть откровенной в первую очередь перед собой. Поэтому, смерть Вадима замалчивать нельзя, как ни в коем случае нельзя пытаться забыть какой-то эпизод своей жизни. Настя сказала, что ей нечего об этом сказать и тогда заговорил Говорун. -Настя, ты не можешь ничего сказать потому, что не хочешь. Твоё сознание не хочет воспринимать то, что ты стала убийцей. Вот только, подсознательно ты это понимаешь, и это гнетёт тебя. Настя, ты не убийца. То, что случилось с Вадимом — это одна из форм самоубийства. Как я это называю. Вадим целенаправленно делал всё, чтобы умереть. Ты только облегчила его страдания. Ты помогла ему, подарив лёгкую смерть. Ты его ненавидела, когда убивала? Нет, ты его жалела. Хотя, как по мне, так он недостоин жалости. Я его не пожалел. Я его оставил в аномалии на верную мучительную смерть. Ты подарила ему быструю и лёгкую смерть, но не ты его убила. Он сам себя убил, когда сделал всё, чтобы я его оставил в аномалии. Ты это понимаешь? -Я понимаю, но это не имеет значения. Всё равно, его убила я. -Нет не ты! — повысил голос Говорун. — Я тебе уже говорил и ещё раз повторю. Он уже был мёртв, когда ты в него стреляла. Ты стреляла в покойника. Ты поступила правильно и хорошо. Помочь человеку, спасти его от страшной участи — это очень хороший поступок. -Спасти, убив?! — удивилась Настя. -Знаешь Настя, мне как-то пришлось тащить человека, который был… Он был сожжён… Он обгорел… От него осталась обгорелая головешка. У меня кончилось обезболивающее. Он жил за счёт сборки артефактов, но из-за них он также не мог потерять сознание. Он выл от боли, пока я его тащил, и постоянно просил меня, его убить. Я его дотащил. Он выжил. Знала бы ты, как он меня потом ненавидел. Да ещё, от боли он с ума сошёл. Не буду говорить, как это у него проявилось, но он человек пять убил, прежде чем я об этом узнал, его выследил и упокоил. Может быть, ты бы вытащила Вадима. Может быть, он бы спасся сам. Вот только поверь мне на слово, он ни за что не остался бы нормальным после такого. А сумасшедшие люди очень часто становятся массовыми убийцами. Так что, Настя, иногда убийство — единственный выход. Настя долго лежала, осмысливая сказанное. -Говорун, а тебе нравится убивать? — спросила она. -Сейчас я должен сказать, что убивать мне не нравится, — ответил Говорун. — Но я скажу тебе правду. Мне нравится убивать. Мне нравится мучить жертву. Загонять её, не оставляя выхода и видя отчаяние в её глазах. Да, мне это нравится. Вот только я не избиваю девочек в борделе. Я не издеваюсь над отмычками. Я вообще не признаю отмычек! Я не унижаю тех, кто мне не ровня. И я никогда не пытаюсь кого-то убить первым. Мои жертвы сами нападают на меня. Только тех, кто нападает на меня, мне нравится убивать. Помнишь, я рассказывал про мужиков, которые материли меня, когда я первый раз покинул Зону. Я убил одного и не получил никакого удовольствия. И когда я первый раз убил человека, я тоже никакого удовольствия не получил. -А вот ты издеваешься надо мной, — перебила его Настя. — Ты от этого удовольствие получаешь? Ответь честно. -Не получаю, — после короткой паузы, ответил Говорун. — Пойми, если я что-то делаю… Так, давай спать. Есть кое-что, что тебе знать не надо. Сейчас я погашу свет, и мы будем спать. -Говорун, я… -Спать! — приказал Говорун. Насте ничего не оставалось делать, кроме как слушаться его. Она думала, что Говорун сейчас встанет и пойдёт гасить свет. Но Говорун достал из-под подушки пистолет, выщелкнул один патрон и кинул патроном в выключатель. Люстра под потолком погасла. Комната погрузилась в кромешный мрак. Говорун лёг удобнее, и Настя теснее прижалась к нему. Спать не хотелось. В голове не было ни одной мысли. Вернее, мыслей было так много, и они так быстро крутились в голове, что Настя не могла ухватить и обдумать хоть какую-то. Говоруна хотелось спросить обо всём сразу и в то же время, Настя не знала, о чём хочет его спросить. Один вопрос она выхватила из потока мыслей. -Говорун, а вот Генриетта называла тебя как-то… Чартер, или чатер? -Chatterer, — произнёс Говорун. — Так меня зовут на английском. -А я думала, что на английском ты будешь: токер. -Ну, да… — Слышно было, что Говорун смутился. — Правильный перевод — talker. Chatterer — не совсем точный перевод. Скорее это означает — болтун. Тот, кто много говорит и часто рассказывает небылицы. Я здесь отнюдь не лекции читал. Всегда старался что-нибудь весёлое выдать. Так прозвище и получил. -А ты здесь часто бываешь? — спросила Настя. -В этом заведении? — уточнил Говорун. — Нет. По сути, всего пять раз здесь отдыхал. Обычно я с бродягами тусуюсь, или с Долговцами сижу. Сейчас мы здесь из-за тебя. Да, пока не забыл, если мне не удастся тебя из Зоны вытащить, и мы с тобой расстанемся, мало ли что, кто знает, то на базе Долга ты всегда должна сюда идти отдыхать после Зоны. Это люкс здесь стоит дорого, а маленькая комнатка довольно дешёвая. А если ещё пару мужиков согласишься принять, так тебе ещё и доплатят. -Говорун, ну зачем ты гадости говоришь? — спросила Настя отстраняясь. — Неприятно тебе, что я рядом лежу, так и скажи. Я не буду к тебе приближаться. -Да нет, я… — начал Говорун. -Спокойной ночи, — перебила его Настя. Она отвернулась от него и собралась спать. Сначала лежала и думала, что не уснёт, но потом и сама не заметила, как заснула. Насте снилось, что она кормит бюреров. Вот только бюреры были не такие, как в Зоне, а настоящие. Настоящие они были пушистыми, маленькими и очень милыми. Эти маленькие человечки выхватывали еду у Насти из рук и отбегали в сторону, но на их место прибегали другие. Настя кормила их и у неё кончилась еда. Тогда она стала отрывать куски от себя. Малютки также хватали их и, отбегая, съедали. Кто-то наедался, а кто-то возвращался за ещё одним кусочком Насти. Настя боялась того, что её тела не хватит на всех, но продолжала кормить малюток и её тело не кончалось. Потом бюреры окружили её и стали сами выдирать из неё куски. Настя не возражала, когда они отрывали куски от неё спереди, но когда они стали выдирать куски у неё со спины, ей это не понравилось. Она попыталась возражать, но бюреры превратились в тварей Зоны и стали рвать её на куски. В этот момент Настя проснулась. Она лежала на животе, а Говорун (а кто бы ещё это мог быть) пощипывал её спину. Настя дёрнула плечом, показывая, чтобы он прекратил. -Проснулась? — спросил Говорун. -Угу, — утвердительно промычала Настя. -У тебя вчера был тяжёлый день. Ты много плакала. Вдобавок, ты вчера поесть вечером забыла. Сейчас наверняка ты жутко голодная. Вставай. Иди в душ, а потом переходи прямо в смежный номер. Там тебя ждёт завтрак и кое-что приятное. Настя повернулась к Говоруну. Он сидел около кровати полностью одетый для выхода в Зону. Настя заметила, что комбинезон у него новый. Своё удивление его видом Настя выразила вздёрнутой бровью. -Меня вызывают, — пояснил Говорун. — Командование Долгом требует отчёта. Не знаю, в чём я должен отчитываться, но считаю, что стоит это выяснить. Тебя с собой не беру. Мало ли, как получится. -Снова кого-то убьёшь? — проворчала Настя. -Не хочу, но… Как получится. Вставай. Я ушёл. Говорун вышел из помещения, а Настя подумала и поднялась с кровати. Есть действительно хотелось. Странно, что вчера про еду Настя не вспомнила. Хотелось, в пику Говоруну, лечь и ещё поспать, но Настя вспомнила окончание своего сна, решительно встала и направилась в душ. В душевой без стеснения воспользовалась всеми флакончиками, баночками и пузырьками для ухода за телом. После душа намотала полотенце на голову и голышом вышла в соседнее помещение. Зная Говоруна, ожидала увидеть там целую толпу мужиков, но встретила её только одна женщина в возрасте. Женщина взяла с кровати полотенце, подошла к Насте и показала, что хочет помочь вытереться. Настя кивком показала, что не возражает. Женщина вытерла Настю и обернула её полотенцем. Указала на столик. На столике стояли подносы, накрытые крышками. Настя села за столик, женщина сняла крышки. Никаких изысканных блюд на тарелках не было, но обычный рис и котлета были весьма забавно сервированы. Рис скатан шариками, из которых торчали розовые ушки из маринованного имбиря, иголки из тонко нарезанной свежей капусты, глазки из половинок оливок и носик из какой-то ягоды. Получился милый ёжик в двух экземплярах. Котлета была сделана в виде корабля инопланетян со смешными усиками из перьев лука и подпорками из зубочисток. Тарелка инопланетян Насте не понравились, а ёжики весьма впечатлили. Это не помешало ей съесть всё и попросить добавки. Вместо добавки женщина подала ещё одно блюдо и налила в кружку чай. Настя с удовольствием съела все пирожки и запила сладким чаем. После чая почувствовала себя сытой. Посмотрела на женщину, ожидая, что будет дальше. Женщина собрала подносы, сложила на столик с колёсиками и покатила за дверь. За дверью кивнула кому-то и в комнату сунулся молодой человек с длинными волосами, уложенными в странную причёску. -Можно? — спросил он, постучав по дверному косяку. -Вы уже практически внутри, так что переносите свои ноги через порог и давайте знакомиться, — сказала Настя. — Меня зовут Настя. А вас? -Ой, ну что вы, — засмущался молодой человек. — Разве так важно, как меня зовут. Как хотите, называйте, я не буду возражать. -И всё-таки. Как вас зовут? -Голубчик, — смущённо выдавил молодой человек. -Что? — удивилась Настя. -Голубчик, — повторил парень. — Меня все так зовут. -А имя у вас есть, голубчик? — съязвила Настя. -Ну… Женя, — чего-то смущаясь, сказал Женя. -Очень хорошо, — кивнула Настя. — Евгений, а не подскажете мне, зачем вы здесь? -О… А вам не сказали? Я визажист. Я работал визажистом, пока не попал сюда. То есть, пока не попал в Зону. У меня работы не было, а потом мне предложили… Вот так и попал. А потом мадам взяла меня к себе, чтобы я девушек пользовал. Она меня выкупила, и я теперь ей служу. Сейчас мне приказано помочь вам стать красивее. Нет, нет, вы и так красивы! Просто мне сказали, что вас надо немножко привести в порядок. Я не знаю, что вы хотели бы улучшить, но я вам помогу во всём, если вы позволите. -Скажите, а волосы покрасить вы можете? — спросила Настя. -Конечно! — вскричал Женя. — Конечно, могу! Вот только оттенков краски у меня не так много, но надеюсь, мы подберём вам цвет. Или, может быть, вы хотите что-нибудь радикально поменять. Например, стать брюнеткой. -Нет, нет, — отказалась Настя, — брюнеткой я стать не хочу. У вас есть оттенок… Чтобы, как мои волосы… -Такого нет, но есть очень похожий. Я думаю, что смогу развести и будет только чуть темнее. -А с волосами можно что-то сделать? — указала Настя на свои неравномерно остриженные волосы. -Очень сложно, — задумался Евгений. — Такое ощущение, что вас ножом стригли. Вы позволите? Он подошёл к Насте и показал, что хочет дотронуться до головы. Настя кивком позволила ему это. Он ощупал Настину голову, потом поводил руками, проверяя длину волос с разных сторон. Достал из кармана расчёску и попробовал уложить волосы. Похмыкал задумчиво и покачал головой. -Сейчас я ничего не могу придумать. Можно остричь совсем коротко и вам пойдёт, но вас ведь это не устроит. Если позволите, то сейчас сюда принесут оборудование, и мы займёмся вашей причёской. Начнём с неё, а затем продолжим. Итак? Евгений выжидательно посмотрел на Настю. Настя кивнула. Женя похлопал в ладоши. В комнату заглянула женщина, что подавала Насте завтрак. Получив кивок от Жени, она скрылась и через несколько секунд вернулась с халатом и простынёй в руках. Женя отвернулся, и Настя надела халат. Потом женщина отнесла стул, на котором Настя сидела, в угол комнаты и приглашающим жестом предложила Насте сесть. Настя не стала возражать. Села и женщина накрыла её простынёй, от шеи и до пола, оставив на виду только голову. После этого, по ещё одному Жениному похлопыванию, в комнату вошли двое, неся какой-то немаленький шкаф, который занял почти всё оставшееся в комнате место. Через минуту мужчины вышли и принесли странное кресло, чем-то напоминающее кресло зубного врача. Когда они вновь вышли, Евгений предложил Насте пересесть на это кресло. Женщина сняла с неё простыню, а когда Настя, не без опаски, пересела, вновь накрыла её, оставив на виду только голову. Настя не помнила, есть ли одно слово, которым называют рабочее место визажиста. Для себя она окрестила шкаф, стоящий перед ней, большой косметичкой. Женя что-то нажал и шкаф раскрылся. Прямо перед Настей появилось зеркало с подсветкой, выдвинулся рабочий стол. Дверцы шкафа были полны ящичков, полочек и крючков, на которые Женя принялся выкладывать и вешать оборудование. Открыв несколько ящичков, Женя достал краску для волос, косметику, средства для ухода за кожей, щипчики, ножнички и прочую мелочь. Настя поняла, что заниматься ею будут долго. Она не возражала. Хотелось быть красивой. Расстраивало то, что если она будет красивой, то показать это никому кроме Говоруна не получится, а он не оценит. -Займёмся волосами, — задумчиво сказал Евгений. — Сложно. Очень сложно. Вас не устроит короткая стрижка? Почти под ноль. Нет? Я так и думал. Что ж… Попробуем что-то сделать. Вопреки опасениям Насти Женя взялся не за ножницы, а за расчёску. Некоторое время укладывал волосы разными способами, пока не хмыкнул удовлетворённо и не начал покраску волос. Воду для смыва принесла женщина, и Насте не пришлось даже вставать с кресла. Потом Женя что-то делал, крутя Настю в кресле во все стороны, отбегая и смотря издалека, а потом что-то ровняя ножницами, почти утыкаясь носом ей в волосы. Настя видела, как на голове у неё образуется что-то напоминающее воронье гнездо, с торчащими во все стороны прутьями, но молчала. Примерно через час Евгений попросил её закрыть глаза и не открывать. Начал расчёсывать волосы, брызгать на них лаком. Через десять минут он позволил Насте открыть глаза. Настя посмотрела на себя в зеркало и ахнула. -Тот, кто вас стриг гений, — улыбнулся Евгений. — Я всего лишь раскрыл суть причёски и немного подправил отросшие волосы. К сожалению, причёска не будет держаться долго. Завтра вам надо будет снова воспользоваться моими услугами. Настя смотрела на себя в зеркало и не могла насмотреться. Причёска была странной, но очень интересной. Казалось, что Настины волосы только-только растрепало сильным порывом ветра, и они ещё не улеглись. Настя помотала головой, но зафиксированные волосы не распались, причёска сохранила форму. Настя вспомнила, что видела уже такое в зеркальце, когда Говорун её остриг, но тогда, под капюшоном, волосы сразу улеглись, поэтому потом Настя не могла оценить причёску. Теперь она восхищалась тем, как Говорун, всего лишь причёской, раскрыл её характер. Настя задумалась. Разве это буйство и непостоянство у неё на голове — это её характер? Да ни в коем случае. Буйная, непостоянная, отрицающая правила, неподходящая ни под один шаблон. Это то, какой она хотела быть, но никогда не была. Всегда были правила, ограничения, запреты. И она слушалась. Зажимала себя в рамки. И длинные волосы она отрастила по приказу мамы. И никогда не пыталась сделать из них что-либо, а просто расчёсывала, иногда собирая в хвост. Они ей часто мешали, но она даже подумать не могла, чтобы укоротить их. Ведь тогда мама бы расстроилась. Настя подумала, что теперь мамы рядом нет, и она может быть той, какой хотела быть всегда. Например, похожей на Катьку. -"Какую ерунду я выдумала, всего лишь поменяв причёску», — подумала Настя. — Скажите, а сама я смогу сделать себе такую причёску? — спросила она Евгения. -Я точно не смогу сказать, — с сомнением ответил он. — Видите, что у вас сзади? Вот, я зеркало подам. Видите? Сможете вы, не видя, делать движения расчёской, и одновременно брызгать лаком? При этом переборщить с лаком нельзя. Причёска будет смотреться искусственной. -Да, вы правы, — вздохнула Настя. — Я так не смогу. -Не стоит расстраиваться! — вскричал Евгений. — Я всегда к вашим услугам. Пока вы здесь, я буду делать вам причёску каждое утро. Вот только… Евгений смутился. -Что? — спросила Настя. -Простите меня, но лак и всё остальное… Это не моё и принадлежит заведению. Я не могу всем этим распоряжаться. Как мадам скажет… Я вижу, что она для вас… Сегодня я в вашем полном распоряжении, а про завтра я ничего не знаю. -Завтра вы тоже будете в моём распоряжении. По крайней мере, я сама в состоянии оплатить ваши услуги. С причёской мы закончили. Что-нибудь ещё мы будем делать? -Разумеется! — вновь вскричал Евгений. — С причёски мы только начали. Теперь займёмся лицом, а потом руками. Мне велели оказать вам полный комплекс услуг. -Очень хорошо, — кивнула Настя. — Начинайте. Никогда ещё Настя не занималась собой так долго. Для профессиональных косметологов у неё просто не было денег, а сама, или с подругами… У неё никогда не было больше часа времени, чтобы потратить его на уход за собой. Да и делала она что-то, только желая поэкспериментировать со своей внешностью, зачастую возвращая всё назад. Теперь она никуда не спешила. К её услугам был профессиональный визажист. Платил Говорун, и видимо неплохо платил, поэтому Настя решила требовать для себя всего по максимуму. Через несколько часов это уже не казалось ей такой хорошей идеей. Настя попала в руки маньяка с разрешением делать с ней всё, что угодно. Евгений делал. Настя постоянно ждала, когда же она станет красавицей, но зеркало постоянно показывало какую-то образину, то замотанную в тряпки, то с кремом или маской на лице. О многих процедурах, каким её подвергал Евгений, Настя только читала в журналах, а сама даже и не думала, что сможет применить их. Слишком уж они были дороги даже вне Зоны. Сколько они стоят здесь, она не хотела даже думать. Например, для удаления волос с тела использовался не воск, как Настя ожидала, а пирогель, который при сгорании сжигал волосы, не повреждая кожу. Стоил этот препарат невероятных денег, но зато процедура проходила безболезненно. Или препарат, который снимает омертвевшую кожу. Настя заметила, что добывают его в Зоне, поэтому стоить здесь он должен меньше. Женя посмеялся над её наивностью и пояснил, что препарат надо изготовить, а то, что добывается в Зоне не годиться для косметических процедур. В конце концов, Настя прямо спросила, сколько стоит её преображение в красавицу? Женя посмеялся и ничего не сказал. Настя запомнила, что обязательно поинтересуется у Говоруна. Когда из зеркала на Настю стала смотреть, если не красавица, то уже и не ведьма, в комнату вошла мадам. Посмотрела на Настю, всплеснула руками и что-то быстро затараторила на английском. Настя не понимала ни слова, но по тону догадалась, что ею восхищаются. Каким-то шестым чувством Настя уловила фальш в тоне. Восхищение было не искренним. Она глянула на мадам и попросила Женю и его помошницу выйти из комнаты на пару минут. Когда они это сделали, она повернулась к мадам. -Вы говорите по-русски? — спросила она. -Я пльёхо говорью, — ответила мадам. — Но хорошо понимайт… понимай-у. -Я вас вообще не понимаю, когда вы по-английски говорите, — успокоила её Настя. — Поэтому, хоть и плохо, но говорите по-русски. Вообще-то мне кажется, что ваш акцент немного… Вы специально говорите с акцентом. Специально усиливаете его. Зачем? Мадам не ответила. -Хорошо, это ваше дело, — согласилась Настя. — Скажите, зачем вы выражаете мне своё восхищение, если не восхищаетесь мной? -Я восхисчаиюсь, — ответила мадам после короткой паузы. -Врёте, — категорично возразила Настя. — Вам всё равно. Красавица я, или нет, вам нет до этого дела. Зачем вы тогда говорите мне комплименты? -Тхак полагаеться, — ответила мадам. — Я должна ховорить фам кмплимент. И ви есть красавитса. Это есть правьта. Я хотьеть принестьи вьам платье. И хотеть скасать, что бес Хофорунга ви ходьить только с охранай. -Куда ходить? — спросила Настя, чем вызвала у мадам лёгкий ступор. — Тьфу ты! Я имею в виду… Куда я пойду без Говоруна? Разве мне не надо его ждать здесь? Мадам несколько секунд обдумывала её вопрос. -Ньет, — ответила она, — фам не нато его шдать. Вы встретитесь с ним в сале, когда бутите хотофы. -К чему готова? — спросила Настя. -Хотовы, — указала на неё рукой мадам. — Косметик, дресс. I will give you a dress. And shoos. I am sorry. Платье и обуфь. -Вы дадите мне одежду? — уточнила Настя. Мадам кивнула. -А я могу одежду выбрать? И какая у вас есть одежда? -У нас есть отешда, — сказала мадам. — Кокта ви закончить сдесь, Холупшик фас провьести… профодить. -Я поняла, — кивнула Настя, — пригласите его, пожалуйста. После появления Генриетты Евгений стал работать гораздо быстрее. Раньше он тоже делал всё быстро, но часто подолгу смотрел на сделанное, и если ему что-то не нравилось, исправлял. Теперь он не перепроверял свою работу. Быстрыми движениями он наносил последние штрихи и торопил помошницу, чтобы она быстрее заканчивала обработку Настиных рук. Минут через сорок он закончил. Настя посмотрела на себя в зеркало и не могла не признать, что все её мучения стоили того. Евгений оказался настоящим мастером. Взлохмаченные волосы держались причёской как будто сами по себе. Не было заметно и следа лака, а блеск волос казался натуральным. Глаза были выделены так, что казались больше. Подкрашенные брови либо сужали их, либо делали ещё больше, по желанию Насти. На лице не было заметно косметики, но все естественные неровности лица были скрыты. Шрам около глаза, куда попали зубы снорка, не был скрыт косметикой совсем, но так размыт, что не бросался в глаза и его почти нельзя было заметить, если не приглядываться. Ранку на лбу от ножа вообще не было видно. Нос был выделен контуром и казался чуть больше и прямее. Губы смотрелись совершенно естественно, но нарисованы были раза в полтора больше, чем Настины. Скулы тоже были выделены, убирая с лица детство и добавляя Насте пару лет. Шея, каким-то образом стала длиннее. Настя выпрямила спину, повертела головой, улыбнулась, нахмурилась, а потом радостно засмеялась. -Спасибо! Спасибо большое! Евгений, вы чудо! Как вы так смогли сделать?! -Ну, я старался, — ответил польщённый Евгений. — У меня тут нет особых заказов, поэтому мне самому было приятно… Только вы уж простите, но продержится всё не более суток. Все препараты у меня с просроченным сроком годности, поэтому гарантию на них я дать не могу. -Всё равно — прекрасная работа! — искренне похвалила Настя. — А потом это можно снова сделать? Восстановить, когда… Ну, когда это всё… Когда я это смою. Кстати, а чем это смывается? -Можно просто водой, — сказал Женя, — но лучше я вам оставлю пару бутылочек. Здесь средство для снятия макияжа, а здесь средство для ухода за кожей после снятия макияжа. В коробочках есть инструкции, но если вам что-то будет непонятно, то вы всегда можете позвать меня. -Обязательно позову, — кивнула Настя. — А потом вы мне снова сделаете… так? -Простите, но я человек подневольный. Вам об этом с мадам надо договариваться. И, простите, но… Ваш Говорун оплатит мои услуги ещё раз? -Скажите, сколько ваши услуги стоят? — серьёзно спросила Настя. -Это не ко мне, — сразу открестился Евгений. — Это знает только мадам. Она назначает цены. -Хорошо, — кивнула Настя, — я с ней поговорю. -Очень хорошо, — обрадовался чему-то Женя. — Она как раз вас ждёт. Позвольте я вас провожу. Он настойчиво повлёк её из комнаты. Настя удивилась такому напору, но возражать не стала. Запахнув халат, она вперёд Евгения вышла в коридор. Дальше шла по его подсказкам. Идти далеко не пришлось. В конце коридора Евгений обогнал Настю и стукнул в дверь. За дверью что-то сказали и Евгений, открыв её, посторонился, пропуская вперёд Настю. В комнате её радушной улыбкой встретила Генриетта. Подхватила Настю под руку и повлекла за собой. В сторону Евгения мадам сделала небрежный жест, и он ушёл, даже не попрощавшись. Раньше Настя бы обиделась на него, а теперь не придала этому значения, только отметила, что Евгений похоже боится мадам так же, как мадам боится Говоруна. Настя уже хотела начать разговор о том, чтобы Евгений пришёл к ней завтра поправить макияж, но замерла, глядя на стену комнаты. Вдоль стены были развешены платья. Непонятно почему, но Настя не могла себе представить, что она в ближайшее время сможет надеть платье. Она видела, что в зале проститутки сидели в платьях. Генриетта сказала ей, что даст платье. В конце концов, зачем делать макияж и причёску, если тебе нечего надеть? Не выходить же в люди сделав макияж и в комбинезоне сталкера. Работа визажиста предполагает наличие у тебя наряда, однако, пока Настя не увидела эти платья, их реальность была для неё неочевидна. Впрочем, Настя почему-то вообще не думала о том, что она наденет. В приведении себя в порядок ей важен был процесс, а не результат. Вернее, привести себя в порядок она хотела для себя, а не для кого-то. Настя вовсе и не думала, что выйдет из номера. Теперь, увидев развешенные платья, Настины мысли свернули куда-то не туда. Она подумала, что зря хочет остаться в номере. Что вполне может выйти и погулять, хотя бы в зале. Под присмотром Говоруна, или охраны от заведения, она вполне может пофлиртовать с кем-нибудь. Не соблазнять, ни в коем случае, но просто показаться на глаза, чтобы её преображение оценили. Говоруна для этого недостаточно. Насте хотелось, чтобы ею восхищались все. -Я могу выбрать любое платье? — спросила она. -Yes, — ответила Генриетта. — I think that you will suit this dress. -Что? — не поняла Настя. -Примьерь этхо, — сказала Генриетта и подала Насте платье. У Генриетты было великолепное чутьё. Платье подошло Насте почти идеально. Однако, Настя не успокоилась, пока не перемерила почти все имеющиеся платья. Большинство этих платьев были ей, хоть немного, но велики. Настя очень сильно похудела. Генриетта не совсем понятно объяснила, но Настя поняла так, что предложенное ей платье было пошито на очень худую модель, которая за то время, пока платье шили, успела поправиться. Как это платье оказалось в Зоне, Настя не поняла, но не могла не порадоваться этому. Только ростом Настя не вышла, и в груди платье было тесновато, а в остальном сидело идеально, скрывая худобу и увеличивая фигуру там, где надо. Генриетта прямо на Насте булавками подогнала платье, чуть его укоротив, а потом позвала двух женщин и они быстро его подшили. После этого платье село идеально. -Я готова выйти в свет, — сказала Настя, любуясь на себя в зеркало. -What? — удивлённо спросила Генриетта. — I don't think so. You're not ready. Платье — это исчшё не вьсьо. К платью Насте быстро подобрали туфли, а потом мадам потребовала, чтобы Настя подобрала себе бельё. Дошло до скандала. Настя никак не хотела надевать то, что предлагала ей мадам, отговариваясь тем, что для неё это слишком пошло. Мадам ни в какую не желала выпустить её из этой комнаты, если Настя не оденется прилично, так, как приличие понимает мадам. В другое время, Настя не стала бы спорить, и с удовольствием примерила бы что-то новое. Теперь она думала о том, что раздеваться ни перед кем кроме Говоруна она не будет, а ему такая её сексуальность будет весьма неприятна, напоминая о его бессилии. Именно поэтому Настя не желала надевать что-то сексуальное, хотя ей очень этого хотелось. В конце концов, желание Насти и напор мадам победили. Настя решила, что раздеваться перед Говоруном совсем не обязательно. Переодеться она может и в другой комнате. -Тьепьерь тьи готофа, — сказала мадам, поправляя уже надетое Настино платье. — Гордон бутьет тьебьа сопрофошдать. По приказу мадам в дверь вошёл огромный мужчина. -Я ваш охранник, — сказал он с лёгким акцентом. — Буду сопровождать, до появления Говоруна. -Вы будете… Как вы будете меня сопровождать? — не поняла Настя. -Я буду в отдалении, — немного подумав, сказал охранник, — а при любой возможной угрозе вмешаюсь. -Хорошо, — кивнула Настя, — меня это устраивает. Мадам подхватила Настю под руку. -Посфольтье мнье вьсьо фам сдьесь покасать. -Нет! — Настя вырвала свою руку из захвата мадам. — Я не нуждаюсь в том, чтобы мне всё здесь показывали. Мне вполне хватит сопровождения охранника, чтобы дойти до… До куда-нибудь. Мадам была Насте неприятна. За её, вроде бы искренней заботой, чувствовалось какое-то двуличие. Внешне, придраться было не к чему. Вот только Настя чуяла, что при первой же возможности мадам изменит к ней отношение на совершенно противоположное. Об этом ничего не свидетельствовало, но интуиция подавала Насте сигнал, а Говорун всегда учил, что Настя должна доверять своей интуиции. -Што-ш, — мадам посмотрела Насте в глаза. — Как пожелайте. Gordon. Escort her to the bar. Охранник поклонился мадам и повернулся к Насте. Сделал жест, предлагая ей следовать перед ним. Настя кивнула и пошла к двери. На пороге повернулась и вежливо поблагодарила мадам за то, что она для неё сделала. Получила не менее вежливые заверения на смеси русского и английского в том, что для мадам это было удовольствием, но, вновь интуитивно, поняла — всё неправда. Каким-то образом в лице мадам она сумела нажить врага. Решив поговорить об этом с Говоруном, Настя ещё раз поблагодарила и вышла в коридор. -Куда? — спросила Настя охранника, когда дверь в комнату закрылась. -Направо, — немного подумав, ответил он. Настя двинулась направо по коридору. Спустилась по лестнице. Прошла одну незапертую дверь, потом вторую. Третья дверь оказалась заперта. Охранник обошёл её и ткнул в кнопку звонка. Они стали ждать, пока дверь откроется. -А почему Гордон? — спросила охранника Настя. — И если вы американец, то где так хорошо по-русски говорить научились? Простите. Если не хотите отвечать, то не надо. -Мои родители были из России, — сказал охранник. — Любили одну игру. Когда у них родился я, они дали мне имя главного героя игры. В Америке стало плохо жить, и я уехал в Россию. А потом здесь оказался. Про игру — это не шутка. Но вы можете смеяться. Все смеются. -Я не буду, — покачала головой Настя. -Спасибо, — сказал охранник и открыл перед Настей дверь. Сначала Настя подумала, что это какой-то другой зал. Когда она с Говоруном пришла сюда вчера, сцена с пилоном стояла у стены, а теперь находилась посреди зала. Только пройдясь по залу, она увидела в полу полоски металла, похожие на рельсы и догадалась, что сцену просто передвинули, чтобы крутящуюся на пилоне девушку было видно со всех сторон, а так, зал тот же самый. И столики раньше стояли теснее и ближе к одной стене, а теперь были рассредоточены по помещению. Настя спросила охранника о своих догадках и получила полное их подтверждение. Когда Настя была здесь в первый раз, здесь не было клиентов, и проводилась уборка зала. Для этого убирали мебель и сдвигали сцену. Сейчас зал заполняется клиентами, а сцена поставлена так, чтобы всё происходящее на ней было видно со всех сторон. Настя порадовалась своей догадливости и пошла к застеленному скатертью столику. -Простите, но вам нельзя за тот столик, — наклонившись к ней, тихо сказал охранник. -Почему это?! — возмутилась Настя. -Если вы будете за ним сидеть, то к вам никто не подсядет. Это плохо для заведения. -А разве Генриетта вам не сказала? — удивилась Настя. — Я не её девочка. Мне плевать на заведение. Я сталкер, поэтому мне столик нужен самый лучший. -Да, но Говорун… — начал охранник. -Что Говорун?! — перебила его Настя. — Сказал, чтобы меня за обычный столик посадили?! -Нет, — растерялся охранник, — насколько я знаю, он никаких указаний не давал. Просто… Он будет платить за ваше меню принесённое на этот столик? -Я не поняла, — сказала Настя, — но это не важно. Если вы боитесь, то я могу сказать, что сама в состоянии заплатить за себя. Говорун может идти лесом. -Прошу прощения, — кивнул охранник, немного обдумав Настин ответ. — Разрешите мне посидеть у бара. За этот столик мне нельзя садиться, а стоять за вашей спиной мне не хочется. Вам самой будет некомфортно, если я у вас над душой буду стоять. -Да, конечно, — согласилась Настя. — Только у меня два вопроса. Вы не знаете, где Говорун и когда он здесь появится? И второй вопрос, вы сразу броситесь меня защищать, если ко мне кто-то подойдёт, или мне можно будет поговорить с подошедшим? -Про Говоруна я ничего не знаю.- Ответил охранник. — Он с утра ушёл к полковнику Волышеву, главе клана Долг, и с тех пор там завис. Когда вернётся и вернётся ли вообще — это не ко мне вопрос. Охранять я вас буду только тогда, когда на вас нападут, или если вы мне недвусмысленно укажите, что вам кто-то мешает. Если от вас не будет никакого сигнала, то я не буду вмешиваться до тех пор, пока вас не начнут избивать. -Хорошо, — кивнула Настя, — я с этими условиями согласна. Только вот… Не знаю, как сказать, но я без оружия. -Не волнуйтесь, — усмехнулся охранник. — У напавшего на вас тоже не будет оружия. Оружие здесь есть только у работников заведения. -Вот и хорошо, — сказала Настя. — Тогда не вмешивайтесь без моего приказа. С невооружённым человеком я разберусь. Только, как я его… Ну, как только начнётся драка, и я его скручу, вы должны сразу подойти и вывести его. Хорошо? Охранник ничего не ответил. Он как-то странно посмотрел на Настю, кивнул и отошёл к стойке бара. Настя пожала плечами, удивившись его реакции и села за столик. Сидя за этим столиком, можно было осмотреть почти весь зал. Только небольшой участок закрывался сценой, но там было всего несколько столиков и глухой угол. Двери в зал, двери на кухню, бар и выход со сцены были видны великолепно. Настя поняла, что столик поставлен так специально. Для неё в этом было неудобство. Теперь все в зале видели её и откровенно разглядывали. С закрытого сценой участка то и дело кто-то выглядывал, а потом возвращался за столик и видимо делился с остальными впечатлениями о Насте. -Что закажете? — спросил подошедший официант, протягивая Насте меню. -Я бы чего-нибудь съела, — сказала Настя, — но боюсь, при таком пристальном внимании мне кусок в горло не пройдёт. -Не волнуйтесь, — сказал официант, — мы всё делаем для комфорта наших клиентов. Пожалуйста, меню. Настя посмотрела на меню, и даже не потянулась к нему. Хотелось спросить, что официант может сделать для её комфорта, но она сдержалась. -Я первый раз у вас, — сказала она. — Что бы вы мне порекомендовали? -Простите, но я не знаю ваших вкусов, — поклонился официант. — Вы можете посмотреть меню, а я подскажу вам, что лучше выбрать. Рекомендую рыбу, — тихо сказал официант. — Без гарнира, или с гарниром из овощей. У нас её редко заказывают, и повар будет доволен, выполнив ваш заказ. -Прекрасно, — обрадовалась Настя, — давайте рыбу с овощами. Я давно рыбу не ела. -К рыбе подать белое вино? — спросил официант. -Да, — кивнула Настя. — Какое порекомендуете? -Французское Божоле на аперитив, а к рыбе рекомендую «Букет Молдовы». У нас прямой поставщик и вино превосходное, хоть и малоизвестное. -Очень хорошо, я полностью доверяю вашим рекомендациям, — кивнула Настя. -Заказ будет готов минут через сорок, — поклонился официант. — Сейчас вам принесут вино. Он не сдержался и чуть улыбнулся уже уходя. Настя поняла, что её в чём-то обманули. Возвращать официанта и выяснять в чём дело, она не стала, но заволновалась. Усилила бдительность и внимательнее стала оглядывать зал. От неё не укрылось, что официант, уйдя за стойку бара, что-то там быстро сказал бармену, после чего тот кинул ошарашенный взгляд в сторону Насти. Они быстро о чём-то переговорили и официант быстро пошёл на кухню. Едва он скрылся за кухонной дверью, как от барной стойки в сторону Настиного столика двинулся пожилой мужчина. Настя напряглась. Рука автоматически опустилась на бедро, туда, где должен был находиться пистолет в кобуре. -Простите, это вы заказали вино? — спросил подошедший мужчина. -Я, — настороженно ответила Настя. -Хм… А вы знаете, сколько оно стоит? -Нет, — ответила Настя. -У вас денег не хватит, чтобы расплатиться, — усмехнулся мужчина и сел за Настин столик. -А вы не считайте мои деньги! — посоветовала Настя. -Что ж… — усмехнулся мужчина. — Вы довольно самоуверенны. Думаете, что Говорун будет терпеть ваши выходки? -Вы знаете меня, а я не знаю вас, — не отвечая на вопрос, сказала Настя. — Я могла бы попросить охранника выставить вас, но не буду. Только учтите, сразу предупрежу официанта, что кормить вас я не собираюсь. -Да я и не претендую, — засмеялся мужчина. — Просто… Я начальник охраны заведения. Борисов моя фамилия. По фамилии меня все и зовут. Только меняют на Борисыч. Я к вам подсел потому, что получив счёт, вы начнёте возмущаться, качать права. За вас кто-нибудь обязательно вступится, может начаться драка. Это вредит заведению, и я пытаюсь купировать проблему в зародыше. -Так. Сколько стоит вино? — спросила Настя. -Меню перед вами на столе. Мальчик так торопился, что оставил его. Посмотрите. Настя открыла меню. Нашла страницу с напитками и не нашла заказанного ею вина. Подняла глаза на мужчину. Он довольно быстро понял, в чём её трудность. Забрал меню, открыл на нужной странице и вернул книжку Насте. Настя посмотрела и слегка удивилась. В очерченной рамочке, на почти гербовой бумаге, прямо посередине было написано название вина, год изготовления и маленькими циферками внизу указана цена. Настя дважды прочитала цену и подумала, что для такой цены лист в меню должен быть золотым. -Пять сотен тысяч за бутылку, — ахнула она. — Откуда такая цена? -Вы еще, наверное, не поняли, но это цена в евро. Что же вы хотите? Эта бутылка одна на всю Зону. Урожай тридцать третьего года вне Зоны стоит порядка сорока тысяч, а тут накрутка всего в десять раз. Это ещё по-божески. -Да кто же её у вас за такую цену возьмёт? — удивилась Настя. -Кто-нибудь, но возьмёт, — пожал плечами мужчина. — Вы же взяли. -Да, но я не знала, — возмутилась Настя. — И зачем официант мне её предложил? -Вы слишком самоуверенны. Спесивы. Сбить с вас эту спесь очень хочется, вот мальчик и пошутил. -Я спесивая?! — искренне удивилась Настя. — Да как он это мог понять?! Он меня впервые видит! -Ну, у вас профессиональный макияж. Даже не берусь предположить, сколько он стоит. Вы вошли и стали строить охранника. Заняли столик, который вам по статусу не полагается. -Я сталкер!!! — рявкнула Настя. — Это вашим шлюхам такой столик не полагается!!! -Смелое заявление, — вновь усмехнулся мужчина. — Не боитесь, что кто-нибудь пожелает его проверить. Тут Говорун вам не поможет… -Не боюсь! — не дала ему договорить Настя. — Я могу завтра с утра выйти и к вечеру набрать столько артефактов, что куплю всё ваше заведение! -Не буду ловить вас на слове, — сказал мужчина. — Может быть, вы тогда от бутылки вина не откажетесь? -А вы меня на «слабо» берёте? — поинтересовалась Настя. -Что вы, — возмутился мужчина, — я наоборот, советую вам быть скромнее и отказаться от вина. -И за другой столик пересесть, — продолжила Настя, — и с мужиками начать заигрывать, и потом с каким-нибудь из них в комнатке уединиться. Чтобы на заведение работать, чтобы заведению хорошо было. -Ну что вы. Пока Говорун от вас не отказался… Только, если вы будете такие косяки с вином делать, он от вас быстро откажется. И если вы так словами будете разбрасываться… -За совет насчёт слов — спасибо. Я действительно не должна была говорить такое. Но насчёт вина — не ваше дело. Что хочу, то и пью! -Что ж… — мужчина пожал плечами. — Если вы так настаиваете… Вы умеете пить такое вино? Знаете, обидно будет, если вы не сможете до конца понять вкус этого напитка. -Да, вы правы, — согласилась Настя. — Я заказала это вино, но пить его не умею. Если оно такое дорогое… А вы умеете его пить? -Да, — мечтательно улыбнулся мужчина. — Вы позволите вам показать… Научить… -Да, конечно, — согласилась Настя. — Кстати, а где официант? Он уже давно должен был принести вино, если я не ошибаюсь. -Вы не ошибаетесь. Он ждёт, чем разрешится наш маленький спор. Позвольте, я позову его? -Да, конечно. Мне уже самой интересно, что же я такого заказала. -Поверьте, вы не останетесь равнодушны. По жесту Борисова официант быстро подошёл к столику. Получил указание принести вино и с поклоном удалился, чтобы через несколько секунд вернуться с ведёрком льда, в котором стояла бутылка. Борисов приказал поставить ведёрко на специальную подставку рядом со столиком и велел официанту убираться, сказав, что дальше он и без него справится. Вытащил бутылку из ведёрка и обтёр её от воды полотенцем. Поставил бутылку на стол. -У моего отца в Осетии был виноградник. — Сказал Борисов Насте. — Я с детства занимался вином вместе со старшими братьями. Потом поехал по миру и приобрёл себе профессию сомелье. Кое-где даже стал знаменитостью. Ну а потом жизнь завертела, и я оказался здесь. Здесь, конечно, вина нет, но я слежу за выходом новых сортов. Переписываюсь со многими старыми друзьями. Про этот урожай я слышал много хорошего, но попробовать, увы, не мог. Как-то у мадам заказали какого-нибудь элитного вина к определённой дате. Я сразу порекомендовал ей именно это вино. Заказал. Проследил, чтобы привезли, соблюдая все меры предосторожности. Надеялся, что за старания мне перепадёт хоть немного… хоть бокал. Заказавшие вино ребята не вернулись из Зоны, поэтому бутылка осталась невостребованной. Я сам хотел её выкупить, но мадам не согласилась снизить цену. Ещё несколько месяцев и вино можно было бы выливать. Видите ли, «Бордо» не хранится долго в обыкновенном холодильнике. Оно крайне чувствительно к условиям хранения. Как хорошо, что вы его заказали. -Давайте же откроем, — с нетерпением сказала Настя. -Да, теперь можно, — сказал Борисов. — Бутылка должна немного погреться. Нельзя открывать бутылку, когда она прямо с подвала подана. Но и специально греть вино нельзя. И боже упаси ставить бутылку на солнце. Да, я вижу, что вам не терпится. Сейчас я открою вино. Борисов осторожно ввернул штопор и медленно стал тянуть его. Пробка также медленно стала выходить из горлышка. Когда она вышла больше чем наполовину, Борисов выкрутил штопор и стал вытягивать пробку пальцами. Вытянув её, он поднёс её к носу и сосредоточенно понюхал. Поставил бутылку на стол и протянул пробку Насте. — Понюхайте, — предложил он. — Чувствуете аромат фруктов? Он слаб, но его вполне можно почувствовать. При этом заметьте, что аромат ничем не перебивается. Это означает отличное качество вина и что его правильно хранили. Если бы от пробки несло мокрой древесиной, или спиртом, то такое вино даже пробовать не стоит. Теперь вино подышало и можно его разливать. Борисов взял бутылку и тупо уставился на стол. Его лицо в этот момент было настолько забавным, что Настя с трудом не засмеялась, но улыбку сдержать не могла. -Вы сами прогнали официанта, — напомнила она. — Не подумали, что он ещё не принёс бокалы. -Да, действительно, — улыбнулся Борисов, — что-то я напутал. Но он и сам мог понять, что нам бокалы нужны! Иван! Какого чёрта ты там стоишь?! Неси сюда бокалы! Официант быстро подошёл к ним с подносом, на котором стояли два бокала. Немного удивлённо глядя на Настю, с поклоном поставил бокалы на стол. -Что-нибудь ещё желаете? — спросил он. -Подай нам к вину что-нибудь… Ну, ты знаешь… И все закуски пиши на мой счёт. Это самое малое, чем я могу отдариться за такое, — обратился он уже к Насте, указав на бутылку. -А самое большее, чем вы можете отдариться? — сразу уточнила Настя. -А вам палец в рот не клади, — засмеялся Борисов. — Моя дружба вас устроит, в качестве ответной благодарности? -Дружба, в качестве благодарности? — уточнила Настя и покачала головой. — Нет, не устроит. Дружба — или есть, или нет. Насильно мил не будешь. -Ох, Настя, завидую вашей молодости и наивности. Примера Говоруна вам мало? Или вы хотите сказать, что добровольно с ним в Зону пошли? -Так! — Настя повысила голос. — А вот в наши с ним отношения никому лезть не позволено! -Простите. — Тут же пошёл на попятный Борисов. — Я лезу не в своё дело. Давайте забудем об этом. Позвольте налить вам вина. Борисов поставил бокал перед Настей, подхватил бутылку и осмотрел горлышко. Кивнул удовлетворённо и, подойдя справа, осторожно придерживая бутылку, как бы баюкая её на руках, налил Насте половину бокала. Взглядом попросил пока не браться за бокал, подошёл к своей половинке стола и налил вина себе. Осторожно поставил бутылку в ведёрко со льдом и сел. Взял бокал и показал Насте, что она тоже может взять свой. -Не спешите пить, — предупредил он. — Дайте вину немного погреться от вашей руки. Так лучше почувствуете его аромат. -Это же не коньяк, — с сомнением сказала Настя. — Я слышала, что только коньяк так пьют. -Да, но это вино стояло в ведре со льдом. Если вино подают из подвала и не держат его во льду, то тогда его надо сразу пить, я сейчас покажу как. А вот если вино стояло во льду, то его надо немного погреть своей рукой. Уже вполне достаточно. Поставьте бокал, а теперь возьмите его за ножку. Покрутите вино. Вот так. Крутите сильно, но постарайтесь не расплёскивать. Вот. Теперь понюхайте бокал. Какой аромат вы чувствуете? Какие ассоциаций у вас вызывает запах? -Я чувствую запах малины, — с сомнением сказала Настя. — Только не ягод, а веток. И ещё запах травы и земли. Нет, не земли, а… Не могу описать аромат. -Чудесно! — перебил её Борисов. — Вы замечательно всё сказали! Я чувствую то же самое, но для меня это запах смородины и сена. Попробуйте вино. Сделайте маленький глоточек и подержите его во рту. Борисов сделал глоток и прикрыл глаза наслаждаясь. Настя тоже пригубила вино и задержала его во рту. Увидела, что Борисов проглотил вино, и тоже сделала глоток. -Вы уже проглотили? — спросил Борисов. — Вы его хоть подержали? -Я сделала глоток вслед за вами, — ответила Настя. -Вы не должны были следить за мной, — упрекнул её Борисов. — Вы должны были наслаждаться вином. Как вам вкус? Впрочем, у вина вкус не так важен. Как вам послевкусие? -Знаете, я ещё не разобралась, — сказала Настя. — Вкус странный, но приятный. Вино не кислое, но и не сладкое. Как вода, но не вода. И на сок совершенно не похоже. -Так это же и не сок, — засмеялся Борисов. — Настя попробуйте ещё. Выпейте и сосредоточьтесь на послевкусии. На том, как пахнет вино у вас во рту. Запахи и ассоциации в связи с этими запахами. Настя сделала ещё один глоток. Потом допила бокал. Может быть, она просто не могла оценить такое вино, но для неё это был всего лишь напиток. Вкусный, приятный, но ничем не лучше обычного морса. Возможно, морс Настя пила бы с большим удовольствием. Чтобы не расстраивать Борисова, она кивнула и показала, что хочет, чтобы он налил ей ещё. Тот вскочил и выполнил её желание, вновь налив ей половину бокала. -Согласитесь, великолепный вкус, хоть вино и перевозилось — сказал он. — Вы такого ещё ни разу не пробовали. -О да, — искренне согласилась Настя. — Такого я не пробовала. Почему вы себе не наливаете? -Не хочу искуса, — вздохнул Борисов. — Это ваше вино. Наслаждайтесь им. Вы столько за него заплатили, что я не могу даже просить вас… -Что за вздор?! — перебила его Настя. — Немедленно налейте себе бокал и продолжайте рассказывать мне о вине. Когда ещё я с настоящим сомелье познакомлюсь? -О вине не рассказывать надо, — вздохнул Борисов. — Вино надо пробовать. Если уж вы так хотите, то я расскажу вам о вине, но вам много придётся верить мне на слово. Борисов с упоением рассказывал о вине. Он явно был профессионалом виноделия. Он рассказывал о винах, о том, как их готовят, как подают, как пьют. Рассказывал о сортах, и о том, как эти сорта ощущаются пьющим. Рассказывал, как меняются ощущения в зависимости от того, с чем пьётся вино. Привёл в пример вино, которое они пили. Им как раз подали сыр и мясную нарезку, и Борисов попросил Настю выпить вина и с тем и с тем. Настя не заметила разницы, а Борисов долго говорил о разнице оттенков и послевкусия. Насте стало очень интересно, как Борисов попал в Зону и почему он не продолжал заниматься виноделием, раз оно ему так нравится. Однако, эта тема в Зоне была табу, и Настя, хоть с трудом, но сдерживала готовый сорваться вопрос. Возможно, она бы не сдержалась, но её спасла мадам. С озабоченным лицом она подошла к их столику. -Nastija, I heard… Sorry… Я слышать, што ви есть взьать вино. Очьень дорогойе. Ви понимаите, Говорун может это не нравиться. -За вино плачу я, — отмахнулась Настя, — поэтому Говорун может думать, что хочет. Борисов и мадам быстро о чём-то переговорили на английском. Настя вновь не поняла ни слова и дала себе клятву подучить язык. Переговорив, мадам как-то странно посмотрела на Настю. Несколько секунд о чём-то думала, а потом наклонилась к Насте и весьма уважительно, но тихо произнесла: «Ужин за наш счёт», и быстро отошла к барной стойке. -Весьма щедрый комплимент, — удивлённо сказал услышавший слова мадам Борисов. Настя тоже была удивлена. Но не щедростью хозяйки борделя, а тем, что фразу она произнесла почти без акцента. -Я пойду, — встал Борисов. — Простите, но я совсем забыл о своих обязанностях. Мне было очень приятно посидеть с вами. Если вам что-то понадобится, вы любого человека из персонала можете просить о чём угодно от моего имени. Для вас они сделают всё, что сделали бы для меня. Сейчас поднесут ваш заказ. Наслаждайтесь ужином. Надеюсь ещё как-нибудь с вами поговорить. Борисов отошёл к бару и что-то сказал бармену, кивнув при этом на Настю. Бармен бросил на Настю взгляд и кивнул Борисову. Тот же ритуал прошёл с охранниками, а потом Настя не смогла следить за Борисовым, так как ей принесли заказ. Сначала один официант с подносом перекрыл ей обзор, потом ещё один официант и официантка закрутились вокруг неё, раскладывая приборы и ставя на стол посуду. Следить за Борисовым и не показывать этого, стало невозможно. Впрочем, Настя не очень этим расстроилась и легко прекратила слежку. Напоследок обвела взглядом зал и напряглась. -Я не смогу есть, если на меня все будут смотреть, — сказала она одному из официантов. Тот невозмутимо кивнул и продолжил раскладывание приборов. Настя подумала, что над ней издеваются, но тут заметила, как два охранника тащат к её столику ротанговую ширму. Разложив ширму, охранники отделили её столик от большей части зала. Настя оценила такой сервис. Теперь её никто не видел, а она, сквозь маленькие дырочки, видела всех. Когда перед Настей подняли крышку подноса, она даже немного испугалась и отпрянула. На блюде лежал какой-то монстр Зоны. Несколько секунд Настя разглядывала чудовище, на которое даже смотреть было противно, а не то что есть, а потом подняла глаза на официантов, ожидая объяснений. Судя по тому, что стояли они со слишком суровыми лицами и смотрели строго перед собой, это был ещё один розыгрыш новичков. Настя поняла, что сейчас от её реакции многое зависит. Самое малое — отношение к ней персонала заведения. -Скажите, — обратилась Настя к одному из официантов, — как это… эту рыбу едят? Я никогда такого не ела. Возможно, что здесь есть какая-то… Может быть, это надо есть каким-то особенным способом? -Нет, нет, — тут же оживился официант, — это обычная рыба. Начинайте разламывать мясо от верхнего плавника. Вот отсюда. И дальше очищайте скелетик. -Благодарю, — кивнула Настя. -Мы вам ещё нужны? — спросил официант. -Нет, — ответила Настя. — Благодарю вас, я хочу остаться одна. -Мы вас не видим, поэтому, если вам что-то понадобится, то позвоните в колокольчик. К вам сразу подойдут. -Вино откройте, будьте добры, — вспомнила Настя. -Простите. Моё упущение. — Официант взялся за бутылку. — Может быть, вам налить? Настя кивнула. Официант наполнил ей бокал и удалился. Настя осталась один на один с так называемой рыбой. Жуткий монстр пучил на неё множество глаз и всем своим видом вызывал отвращение. Настя осторожно ткнула его вилкой. Вопреки её опасениям монстр не стал дёргать своими отростками, похожими на щупальца. Уже смелее Настя придавила монстра вилкой и ножом провела там, куда указал ей официант. Шкурка легко прорезалась ножом и разошлась, открывая белую плоть. Запах был великолепен. Настя принюхалась, и её рот наполнился слюной. Если раньше она сомневалась, что сможет съесть монстра, то теперь все сомнения развеялись. Настя подцепила вилкой кусок мяса и положила в рот. Съев всё, что было на тарелке, Настя довольная откинулась на стуле и стала медленно пить вино. Вкус у рыбы оказался странным, но великолепным. Надо было отдать должное повару, овощи тоже были приготовлены весьма искусно. Настя не любила капусту, а тут съела всё и захотела добавки. Впрочем, она вдруг с удивлением поняла, что наелась. За последний месяц чувство насыщения забылось, и было приятно вновь осознавать его. Теперь Настя потягивала вино, пытаясь, как учил её Борисов, определить послевкусие. Вино в бокале быстро кончилось. Надо было бы позвать официанта, чтобы вновь наполнил бокал, но Насте не хотелось никого видеть. Она украдкой взяла обе бутылки и сама наполнила два бокала. Решила сравнить вина и их вкус. Божоле понравилось ей больше. У него действительно было более насыщенное послевкусие, и оно было более ароматным. А вот вкус молдавского вина Насте показался лучшим, хоть она была вынуждена признать, что его послевкусие долго не сохраняется, а аромата почти нет. Настя долила в бокал Божоле и с удовольствием начала его смаковать. В уголке, где сидела Настя, было три столика. Они были накрыты скатертями и видимо считались элитными. Несмотря на увеличение количества народа, за последние полчаса за эти столики никто не сел. Когда к соседнему столику подошёл парень, он не мог не обратить на себя Настиного внимания. Настя, с его стороны, тоже была подвергнута тщательному осмотру. Осмотрев Настю, парень принял решение и двинулся к Настиному столику. Настя вздохнула, предчувствуя неприятности. -Новенькая? — обратился к ней парень. — Как звать? -Я Настя, — ответила Настя, думая, что этим решит все вопросы. -Девочка Говоруна? — уточнил парень, усаживаясь напротив Насти. — У негодяя отличный вкус. Он тебе ещё не надоел? А то, хочешь, я у него тебя выкуплю? -Денег не хватит, — фыркнула Настя. -Это чегой-то не хватит? — возмутился парень. — Сколько ты стоишь? -Много, — ответила Настя. — Очень много. Меня ведь не только купить, меня ещё и содержать надо. -А вот это не твоя забота, — вскинулся парень. — Как хозяин решит, так жить и будешь. -И зачем мне такой хозяин? — спросила Настя. -Какой? — удивился парень. -Как это сказать? — повела бокалом Настя. — Скупердяистый. -Не нравится хозяин — можешь отправляться в Зону, — проворчал парень. -Пожалуй, я так и сделаю, — кивнула Настя. -Чего?! — парень посмотрел на неё с весёлым изумлением. — Куда ты пойдёшь?! Тебе сюда дороги мало было? А… Да… Ты же сюда с Говоруном шла. Детка, ты совсем Зоны не знаешь. Сюда с Говоруном девочки приходили, так потом такими крутышками себя воображали, а как сами в Зону выходили, так сюда бегом с полдороги возвращались и больше не чирикали. Это Говорун тебя безопасными тропками водил, а на самом деле Зона — страшное место. Это не объяснишь. Это видеть надо. Я подожду. Ты никого слушать не станешь и в Зону пойдёшь, а когда ты вернёшься, то я тебя у мадам часто заказывать буду. -Ну вот, — расстроилась Настя. — Теперь только заказывать. А хвастался, что выкупит. Так бы сразу и сказал, что денег нет. Всё с тобой понятно. -Что-о-о!!! — взвился парень. — Да я… Да мне… Да Говорун тебя мне просто так отдаст! А денег у меня… Да я за последний выход больше миллиона получил! -Так мало?! — удивилась Настя. -Что-о-о?! Да я… Да это только за последний выход, а так у меня почти десять есть! -Не так уж и много, — пожала плечами Настя. -Тебя купить, мне хватит! Сейчас Говорун придёт, и мы с ним договоримся. -И я вас обоих пристрелю, — веско сказала Настя, но сразу поправилась. — Попытаюсь. Не получится, но попытаюсь. -Погоди, погоди, — удивился парень, — а у тебя что, оружие есть? -Есть, — кивнула Настя. -Так ты чё, не из этих? — кивнул парень в сторону зала. -Не из этих, — подтвердила Настя. -Оп-па… Ошибочка вышла. Меня зовут Черя. -Настя, — автоматически представилась Настя и тут же спохватилась. — Тот самый, знаменитый Черя?! -Другого Чери нет, — усмехнулся парень. — А чем это я знаменит? -Ну… — Настя смутилась. — Мне про вас рассказывали. Женщины на базе Свободы. -А вы там были?! — удивился Черя. — Ну и как они там? Как Заза? Всё такая же ершистая? Расскажи обо всех. Я к ним как-нибудь наведаться хочу, да всё никак не выберусь. Да и не любят нас там… Что ты так удивилась? Я же из Долга, а со Свободой у нас не очень хорошие отношения. -А как ты там тогда оказался, если вас там не любят? — с подозрением спросила Настя. -Так мы перед выбросом рядом оказались. Отказать в убежище во время выброса — это… Э-э-э… Нельзя так делать. А потом, чтобы волну мутантов пересидеть, я к… Э-э-э… женщинам в барак отправился. Не выгонят же нас, пока я от них не вернулся. А потом меня Кабан сменил. -Про него я тоже слышала, но про него не так лестно отзывались. -А про меня что?.. А как про меня отзывались? -Говорили, что самый лучший. Что всю ночь выдержал и всем удовольствие доставил. А про Кабана сказали, что только выдержал… Черя вдруг захохотал. Смеялся самозабвенно, не сдерживаясь и не в силах остановиться. Настя недоумённо смотрела на него. Черя замахал рукой, показывая, что сейчас всё пройдёт и не в силах остановиться захохотал с новой силой. -Может быть, вы скажете мне, над чем смеялись, — холодно предложила Настя, когда смех Чери перешёл в судорожные всхлипы, — тогда мы вместе посмеёмся. -Нет, — помотал головой Черя, — я ничего не скажу. Не надо вам это знать. Просто сама ситуация смешная… Ты не знаешь всего, поэтому не понимаешь, а я не могу объяснить. -Я это уже не раз от Говоруна слышала, — фыркнула Настя. — Он тоже не всё может объяснить. У меня такое ощущение, что есть какая-то тайна и мне её не говорят. -Какая тайна? — удивился Черя. — Да нет никакой тайны! Просто ситуация… Нет, не проси, не объясню. Не хочу себя дураком чувствовать. Блин. Кабану расскажу, он с ума сойдёт. -Мне всё больше непонятно и интересно, — сказала Настя. — Расскажите, а я вас ужином угощу. -За такое я тебя должен ужином угощать. Я сегодня при деньгах. Давай я тебя угощу… А, ты уже поела. Тогда, я оплачиваю твой ужин. Нет, погоди. Платит же Говорун. Давай я тебе мороженное куплю. Ты не думай, я не с подкатом. С Говоруном мы перетрём. От него к тебе претензий не будет. -От него и так претензий не будет, — проворчала Настя. — Но всё равно, оплатить мой ужин не получится. Для меня сегодня всё бесплатно. Кстати, ты не знаешь, где Говорун? -Говорун сегодня половину дня с начальством зависал, а потом пол дня молодых гонял. Пошёл сюда, но его почему-то здесь нет. Странно, он сразу за мной шёл. Может, свернул куда-то… Черя оборвал мысль и бросил на Настю быстрый взгляд. Без нужды посмотрел сквозь ротанговое полотно. Повернулся к Насте, но взглядом с ней встречаться не захотел. Сначала упёр взгляд в стол, а потом посмотрел куда-то в сторону. -А почему для тебя всё бесплатно? — сконфужено спросил он. Настя удивилась тому, что с ним произошло, и удивилась, что он так неловко пытается замять тему Говоруна. Неужели в том, куда он пошёл, может быть какая-то тайна? И тут Настя догадалась. Черя подумал о том, что Говорун пошёл по бабам. Свернул куда-то налево. Решил, что выдал Говоруна ничего не подозревающей Насте. Подставил, и теперь у Говоруна будут с Настей проблемы, скандалы, ревность. Возможно, даже разрыв отношений. Настя подумала, что даже если она не ревнует Говоруна, то, как приличная женщина, всё равно должна устроить ему сцену ревности, когда он придёт сюда. Сцена нужна не для него, а для зрителей, которые не должны сомневаться в том, что у них отношения большие, нежели учитель и ученик. -Я заказала вино, — непринуждённо подхватила тему Настя, — а оно очень дорогое. Поэтому Генриетта сказала, что сегодня я ужинаю за счёт заведения. -А что за вино? — спросил подошедший сзади Говорун. -Приве-ет! — обрадовалась Настя. — Где ты был? Я так соску-училась. -Ты чего? — удивился Говорун, сев рядом за столик. — Привет, Черя. Давно не виделись. Тебе что, баб здесь мало? Чего ты к моей ученице клеишься? Черя не успел ответить. В этом уголке зала как-то сразу стало тесно. Появился Борисов, два охранника, Гордон, два официанта. Все они столпились у столика и нависли над Настей. Казалось, что они готовы в любой момент броситься и прикрыть её собой. Ещё два охранника оказались рядом с Говоруном и Черей. -Говорун, всё нормально, — сказал Борисов. — Ничего кроме разговора не было. Если бы было что-то, мы бы вмешались. -Вернёмся к вину, — сменил тему Говорун. — Что за вино ты заказала? -Вот, — показала Настя на бутылку. Говорун подхватил бутылку и прямо из горлышка сделал пару глотков. -Кисленькая водичка, — сказал он. — Водка лучше. Настя глянула на Борисова. Тот стоял с таким лицом, что Настя испугалась, решив, что сейчас он Говоруна убьёт. -Дура-ак!!! — криком привлекла она к себе внимание. — Не умеешь пить вино, так не трогай бутылку! Дай сюда сей час же! И не смей больше трогать! -Не кричи на меня, — ровным голосом сказал Говорун. Настя знала этот его тон. Когда он говорил так спокойно, надо было срочно вспоминать, что ты сделала неправильно и больше этого не делать. Настя подумала, что повышать на Говоруна голос при посторонних не стоило. -Не буду я на тебя кричать, — ответила она также ровно. — Но тогда ты должен пообещать, что не будешь вести себя как… Не будешь вести себя плохо. И не будешь глупо ревновать. И не будешь… В общем, веди себя хорошо. -Без проблем, — сказал Говорун. — Черя, ты с нами будешь сидеть, или пойдёшь? Слово «пойдёшь» Говорун выделил тоном. -Да, пойду я… — подхватился Черя. — Вы тут сидите… Не буду вам мешать. Черя встал и быстро ушёл. Ушёл не за соседний столик, а куда-то в зал. Борисов тоже ушёл, предварительно попытавшись испепелить Говоруна взглядом. Остались только два официанта и охранники. Охранники переминались и не знали что делать, не получив приказа. Говорун быстро глянул на них и понял их затруднения. -Свободны, — приказал он и поманил официанта. — Мне тоже рыбу и… Чай. Официант немного растерялся от такого заказа, но быстро справился. -Что-нибудь к чаю желаете? — уточнил он. -Я желаю рыбу, чай и проведённого в тишине вечера, — чуть раздражённо сказал Говорун. — Исчезните все, и принесите заказ. И проследите, чтобы нам тут не мешали. Те два столика я тоже откупил. Официант, больше ничего не уточняя, ушёл за ширму. Охранники чуть не бегом ушли за ним. Через несколько секунд вернулись и ещё двумя ширмами полностью отгородили угол от зала. Настя хотела начать разговор, но Говорун предостерегающе поднял палец и она промолчала. Прошло немного времени, и Говорун расслабился. -Ну, вот теперь можно говорить. Нас не подслушают. -А нас подслушивали? — удивилась Настя. -За тобой следили с помощью камеры. Сейчас она повёрнута в сторону. Надеюсь, запись звука тоже отключили. Иначе я кого-то тут убью. -Ты какой-то раздражённый, — заметила Настя. — Что-то случилось? -Случилось, — буркнул Говорун. — Я узнал, что Писарь был… Вернее, я узнал, что Писарь не был… И дело он сам себе нарисовал, и биографию. Самое обидное, что я последним был, кто об этом узнал. Надо мной все потешались. Я ведь, без преувеличения, самый лучший хакер в Зоне. И один из лучших в мире. А вот такой щелчок по носу и чувствуешь себя… Как я мог не заметить подделку? -Не переживай, — посоветовала Настя. — Ты ещё… Ну… Ты же не… Вот! Ты ещё людям веришь. Нет, не так. Ты до сих пор в людей веришь. Ты увидел… ну… Романтический персонаж. Тебе не хотелось его проверять. Тебе хотелось верить, и ты поверил. И все вокруг просто не хотели, чтобы ты разочаровался, поэтому ничего тебе не говорили. А вовсе не потому, что хотели над тобой посмеяться. -Настя, ты что, меня утешаешь? — с подозрением спросил Говорун. -А даже если и утешаю, то что? — вопросом ответила Настя. — Ты весь из себя такой независимый, гордый, крутой… Слушай, а тебя когда-нибудь кто-нибудь жалел? Нет? Бедненький ты… -Так! Не надо меня жалеть! — Говорун отстранился от потянувшейся к нему Насти. — В детстве мне хотелось, чтобы меня пожалели, а сейчас я такой ерунды не хочу. -Врёшь, — безошибочно определила Настя. — Ты хочешь, чтобы тебя пожалели, но не хочешь, чтобы тебя жалела я. Я слабее, а жалость от слабого — ты принять не можешь. -Откуда у тебя такие знания психологии? — удивился Говорун. -Да, ерунда, — отмахнулась Настя. — Открой любой женский журнал. Там обязательно будет статья о суровых мужчинах и как они не любят, когда их жалеют. Там ещё написано, что если мужчина позволяет вам жалеть себя, значит он готов к семейным отношениям. Это было в том журнале, который я читала. Как в других — я не знаю. -Надо же, и в женских журналах пишут что-то умное, — удивился Говорун. -Надо же, мужчина признал это, — в свою очередь удивилась Настя. Они рассмеялись. Настя поняла, что напряжённость ушла. Говорун расслабился, раскрепостился. -Чем ты сегодня занимался? — спросила Настя. -Да так… — неопределённо ответил Говорун. — А ты, я смотрю, время с пользой провела. Выглядишь великолепно. -Да, спасибо тебе. Ты, я смотрю, тоже приоделся. На Говоруне была надета рубашка с меняющей цвет, в зависимости от освещения, ткани. Отглаженные со стрелками брюки и туфли на небольшом каблуке. Привыкшая всегда видеть его в немного грязной, мятой, неопрятной одежде, Настя была впечатлена его новым имиджем. Пристально его разглядывая, Настя не заметила у него оружия, что впечатлило её ещё сильнее. И даже не то, что оружия нет, а то, что Говорун как-то хитро его запрятал, и она не смогла его найти. Поверить в то, что Говорун не вооружён Настя не могла. -Пустяки, — отмахнулся Говорун, — я держу здесь приличную одежду, чтобы иногда производить впечатление на… Но это… Я всего лишь поменял гардероб. Ты вообще полностью изменилась. Я тебя сначала и не узнал. Подумать только, как женщины могут меняться с помощью косметики и одежды. Что ж, я не зря потратился. -Боюсь спрашивать, но, сколько это всё стоит? — спросила Настя. -Не думай об этом, — отмахнулся Говорун. — Деньги нужны, чтобы их тратить, а мне их не потратить никогда. Даже здесь, в Зоне. -Нет, я к тому, что мне бы хотелось и завтра ещё… -Ещё и завтра?! — изумился Говорун. — Настя, ты прости, но нет. Завтра мы начнём тренировки. Я уже договорился. Нам дадут зал и в тире тоже у нас час будет. Тебе тренироваться надо. -И что, я красивой не смогу тренироваться? — удивилась Настя. -Ты сегодня до вечера красоту наводила. Завтра также будешь весь день занята. Мне тебя такой видеть нравится, но гораздо больше мне нравится видеть тебя натренированной и живой. Да и эта твоя красота… Она неестественная. Красиво, но не живое. Мне больше нравится видеть тебя настоящую. Ну, с минимумом косметики. Естественный макияж — так, кажется, это называется. -Так я тебе об этом и говорю, — сказала Настя. — Мне завтра с утра сделать естественный макияж и причёску. Это много времени не займёт, а потом пойдём на тренировку. -Как знаешь, — пожал плечами Говорун. — Только я уверен, что после тренировки у тебя не будет ни причёски, ни макияжа. Какой тогда смысл их делать? -Я хочу, — упрямо сказала Настя. — В конце концов, я сама могу заплатить за это. -Сама она… — проворчал Говорун. — Если так деньги будешь тратить, то тебе только до завтра их и хватит. Дай я угадаю… Тебе предложили вино, а ты не подумала проверить цену. Настя, я же объяснял тебе, как новичков загоняют в долги. -Ну… Да… — Настя смутилась. — Но у меня же хватит денег, чтобы расплатиться. Ты сказал, что у меня четыре миллиона есть. -Есть, — кивнул Говорун. — Но четыре миллиона это такая мелочь. Настя, ты девушка, поэтому тебе, гораздо сложнее, чем парням. Я, если пришёл сюда без денег, могу и в каком-нибудь подвале с мужиками перекантоваться. Тебе в подвал даже соваться нельзя. Изнасилуют стопроцентно. И даже хуже. Оставят в этом подвале секс игрушкой. В любом другом месте тоже могут изнасиловать. Чтобы такого не случилось, тебе нужно платить за охрану, а охрана стоит дорого. Вообще все услуги в Зоне стоят дорого. Поэтому, тебе надо начинать копить прямо сейчас. Вдруг со мной что-то случится. И если ты будешь заказывать вино за пол ляма, или вот такую рыбу, которая тоже немало стоит, то денег у тебя очень быстро не останется. -Я понимаю, — сказала Настя, — но мне предложили, а я не знала… Тебя ведь рядом не было. -Да, моя вина, — согласился Говорун. — Ты моя ученица. Новичок, ничего не знающий. Я обязан был быть рядом, чтобы объяснить. Ну, вот теперь объяснил. Это мне стоило только денег. Ты ведь не будешь настаивать, самой оплачивать всё это. -Не буду, — кивнула Настя, — но я так понимаю, что ты сам сейчас скажешь, что я должна всё сама оплатить. Говорун изумлённо вздёрнул бровь. -Я всем сказала, что я сталкер, поэтому за всё плачу сама… -А, я понял, — перебил её Говорун и заговорщически наклонился к ней. — Когда принесут раздельный счёт, мы поругаемся. Ты уступишь, и я всё оплачу. -А никто потом не скажет, что я за твой счёт живу? — спросила Настя. -Ты хотела заплатить, а я не дал. Все будут знать, что деньги у тебя есть. Кстати, все уже знают, что ты без моего участия делянку обобрала, с командой из Свободы. Так что, никто не усомнится, что ты можешь деньги зарабатывать. А то, что ты со мной живёшь… Ну, а почему нет? Я тебя учу, ты платишь мне натурой. Нормальный обмен… -Говорун! — возмутилась Настя. — Ну, что ты такое говоришь? -Ой, ты так мило смутилась и покраснела, — восхитился Говорун. -Прекрати меня смущать! — снова возмутилась Настя. Говорун засмеялся. Настя возмущённо на него посмотрела, а потом, сама не зная почему, тоже засмеялась. -Слушай, — отсмеявшись, обратилась она к Говоруну, — а вот эта рыба, это монстр Зоны? -Да. Причём именно монстр, а не мутант. Мутант — это изменившиеся земные организмы. Этот монстр с земным ничего общего не имеет. Вру, имеет, но очень немногое. При этом он невероятно сытный и полезный. Та его часть, которая усваивается. Ты его съела. Тебе ещё есть хочется? -Нет, не хочется, — сказала Настя. — Но если это не изменённый земной организм, тогда откуда он взялся? -А откуда берутся снорки, кровососы, химеры, полтергейсты, бюреры? Все они появляются из другого мира после выброса. Никто толком не знает, как и почему, но возникают врата и оттуда идёт волна мутантов. Многие погибают, но часть оседает в Зоне. Вот такая «рыба» как-то добралась до реки и расплодилась. Рыбка полезная и вкусная, но часто бывает ядовитая. Из сотни, примерно две-три годятся в пищу человеку. Сейчас учёные пытаются вырастить вне Зоны неядовитые экземпляры, для промышленного производства, но что-то у них не ладится. Предрекая твой вопрос, я не знаю, что именно, но, по слухам, рыба не размножается. -Поэтому она такая дорогая? — уточнила Настя. -Естественно, — ответил Говорун. — Сейчас, здесь, наверное, только две таких рыбки и есть. Каждая стоит около ста тысяч. Рублей, но всё равно немаленькая сумма. Причём — для меня. Для тебя всё стоит ещё дороже. -Потому, что я новичок, — кивнула Настя, — ты мне это уже объяснял. А я всё равно не понимаю, почему новичкам всё продают дороже? -Долго объяснять, — поморщился Говорун. — Ты потом сама поймёшь. Это… Как тебе правильно объяснить? Давай, я тебе это как-нибудь в другой раз объясню. Это очень мерзко с моральной точки зрения. Я не хочу сегодняшний вечер портить, а после такого настроение будет вконец убито. Не у меня. У тебя. Но плохое твоё настроение мне вечер не украсит. Давай лучше допьём вино. Потом я поем, а ты на это посмотришь. А потом ещё чего-нибудь придумаем. -А что мы ещё можем придумать? — заинтересовалась Настя. -Например, десерт закажем. На выбор шеф-повара. Он будет счастлив. Случайно попал в Зону и отмычкой дошёл сюда. Здесь его мадам выкупила, и он стал работать на кухне заведения. Вот только, бедняга, не знал он, что именно ему придётся готовить. Люди здесь бесхитростные и у шеф-повара заказывают, что подешевле. Приходится готовить такие блюда, как макароны с тушёнкой. Или подавать рыбу и к ней чай. Профитроли он готовит изумительно. Их есть надо, и восхищаться вкусом. Я сам видел, как их глотали, не жуя, и запивали пивом. Повар, видя это, чуть не плакал. -Как это грустно, — улыбаясь, сказала Настя. — Давай, чтобы повар порадовался, закажем ему эти профитроли. Закажу я. Мне сегодня за вино всё остальное списывается. -Не-а, — помотал головой Говорун, — тебе только твой ужин списывается. Как только я сел за этот столик, плачу за всё я. Я же тебе объяснял это. Скоро мою рыбу принесут. Давай допьём с тобой заказанное вино. Тут осталось всего ничего, как раз нам на пару глотков. Я хочу это вино попробовать. Борисыч так над ним трясся, что мне даже интересно. -Ты же уже его пробовал, — напомнила Настя, пока Говорун разливал вино по бокалам. -Да я его только в рот взял и проглотил. Вино так не пьют. -А ты умеешь пить вино? — удивилась Настя. -Борисыч научил, — салютуя бокалом, сказал Говорун. — Я ему как-то несколько бутылок разного вина принёс без этикеток. Хотел проверить, какой он сомелье. От него после этого и научился. Говорун, по всем правилам, пригубил вино. Настя тоже выпила немного. -И какой он сомелье? — спросила она. -Отличный, — порекомендовал Говорун. — Много знает и умеет учить. В смысле, передавать свои знания. -А как он оказался в Зоне? — шепотом поинтересовалась Настя. -Так для него профессия сомелье — только прикрытие. Так-то он был наёмным убийцей. Ездил по миру, убивал. Потом убили его приёмного отца. Он приехал в Абхазию и поклялся отомстить. Отомстил, но след оставил и его стали ловить. Вот он и скрылся здесь. Устроился к мадам начальником охраны. Неплохо справляется. -Мне показалось, что ты его провоцировал, — сказала Настя. — Он чуть на тебя не бросился. -У нас с ним тёрки, — поморщился Говорун. — Я провоцировал его. Проверял, сможет ли он сдержаться и не убить меня. Он смог и поэтому остался жив. -Снова ты себя крутым выставляешь, — попеняла Говоруну Настя. -Я не выставляю. Если бы он на меня бросился, то оказался бы на койке с переломами. А попытайся убить, так сам бы и умер. Я хотел его превентивно нейтрализовать, чтобы сейчас не сидеть, ожидая выстрела в спину. Или не спину, но всё равно… Он ушёл и, по-моему, не вернётся, пока я здесь. Если вернётся, то я вновь первым попытаюсь его спровоцировать, а он это понимает. -А почему у вас тёрки? — не могла не спросить Настя. -А не надо тебе это знать, — ответил Говорун. — Правда, не надо. Похоже, мне мою рыбу несут. Сейчас поскучай, пока я есть буду. -Хорошо. Я пока осмотрюсь, — согласилась Настя. Говорун получил свою рыбу и начал быстро поедать её. Настя поняла, что долго ей скучать не придётся. Она посмотрела сквозь ширму на зал. В зале заметно прибавилось народа. На сцене около шеста извивалась полуодетая девушка. У девушки не было ни пластики, ни проработанного танца, ни чувства ритма. Впрочем, публика была непритязательна, и девушку рассматривали с искренним восхищением. Настя подумала, что сама могла бы станцевать лучше. Говорун, как обычно, смёл еду с тарелки, взял чайник и налил себе чаю. Чай он стал пить неспешно. Заметил интерес Насти к танцующей девушке и неожиданно предложил: -Давай потанцуем. Настя удивилась, услышав такое от Говоруна, и сразу и категорично отказалась. Занимаясь танцами профессионально, она не понимала тех, кто выходит на танцпол, чтобы просто покачаться из стороны в сторону, делая вид, что танцуют. Катька объясняла ей, что такие танцы нужны не для того, чтобы танцевать, а для того, чтобы пообжиматься с парнем, но Настя и этого не понимала. Для неё дико было то, что можно с парнем при всех, прямо на танцполе, обжиматься, позволять парню вольности, или самой трогать его… как это делала Катька. Настя даже с Костей себе такого не позволила, хотя он очень сильно настаивал. Однако, если Говоруну что-то втемяшилось в голову, то не сделать этого он уже не мог. Настины возражения им не принимались. Когда она заявила, что не встанет со стула, он пожал плечами и вынес её на сцену вместе со стулом. Настя снова попыталась возразить. Она уже согласна была потанцевать с ним, но только за ширмами, чтобы на них не глазели, а лучше в их номере, но Говорун не обратил на её слова никакого внимания. Он согнал со сцены стриптизёршу и громко потребовал сменить музыку. Чтобы объяснить какую музыку нужно поставить, ему пришлось подойти к аппаратуре. Настя почувствовала себя глупо, сидя на стуле и встала. Стул кто-то услужливо подхватил и убрал со сцены. Настя прошлась туда и обратно, шагами меряя сцену. Зазвучала музыка и Говорун двинулся к ней. Что-то в его походке было не так, и Настя вдруг поняла, что движется он плавно и с грацией танцора, чуть пританцовывая в ритме мелодии. Одним прыжком он оказался на сцене и, продолжая подтанцовывать, двинулся вокруг Насти, как бы приглашая её на танец. Сквозь музыку хорошо было слышно, как загудел зал, обсуждая происходящее. Настя улыбнулась и подала Говоруну руку. Он подхватил её, повёл, закружил, и через секунду она оказалась в его объятиях. А потом, с нового такта они начали танец. Их танец начался с осторожного прощупывания умений партнёра. Говорун взял на себя роль ведущего. Настя сначала не доверяла ему. Позволила вести, но всё время готова была как-то выправить его огрехи. Из-за того, что была напряжена, сама делала ошибки. Говорун не знал, сможет ли Настя с ходу понять рисунок его танца, поэтому давал ей время на раздумья там, где не надо, а на более сложных элементах вдруг начинал ускоряться. Поэтому они не попадали в такт, часто застревали на выполнении движения и прерывали связки элементов. Танец двух не новичков, но любителей, совершенно незнакомых друг другу. Когда музыка закончилась, Настя чуть не сгорала от стыда. Танец получился смазанный, дёрганый. Выступать с таким танцем на публике было стыдно. Настя подумала о том, что если бы они с Говоруном потренировались, отработали элементы, проработали танец, то вполне могли бы выступать на каком-нибудь конкурсе. Первое место не заняли бы, но и на последнем не были. А в том виде как сейчас, танец надо танцевать без свидетелей, за закрытыми дверями, в темноте. Что ж, Настя не качалась на сцене под музыку, но всё равно опозорилась. Впрочем, судя по аплодисментам и выкрикам из зала, танец всем понравился. Настя подумала, что здесь отнюдь не областной конкурс бальных танцев и строгих судей, как таковых, нет. Вполне вероятно, что никто из здесь присутствующих, вообще ни разу не видел, в живую, как танцуют даже любители. Что уж говорить о Насте. Да и Говорун танцует вполне неплохо. Их плохонький танец вполне сойдёт здесь за нечто невероятное, потрясающее, великолепное. Настя приняла аплодисменты на свой счёт, поклонилась и прильнула к Говоруну. -Давай уйдём, чтобы все успокоились, — предложила она. -Зачем? — удивился Говорун. — Давай ещё потанцуем. Смотри, как всем нравится. -Да, но наш танец… — начала Настя. -Настя, — перебил её Говорун. — Делай всё как тебе удобно, а я буду подстраиваться. Давай! Музыка уже началась. Вопреки своему обещанию, Говорун сразу начал навязывать Насте свой рисунок танца. Настя возмутилась и начала танцевать по-своему. Он тут же перехватил инициативу и просто заставил её стать ведомой. Настя вновь попыталась перехватить инициативу. Их танец стал какой-то борьбой за лидерство. Настя даже забыла о музыке, о том, что на неё смотрит зал. Она просто хотела стать главной в их паре, в танце подчинить Говоруна, а он никак не давал ей такого шанса и постоянно оказывался ведущим. Настя так увлеклась, что не сразу поняла, что музыки больше нет. Только когда не смогла вырваться из объятий Говоруна, сообразила, что весь зал аплодирует им и музыка кончилась. -Ну, ты и нахалка, — прошептал Насте в ухо Говорун. — В танце мужчина должен вести. Давай-ка без выкрутасов, а не то… ка-а-ак накажу. Не устала? Тогда ещё один танец. Следующая мелодия была медленнее. Что-то в ритме танго. Танго — танец страсти, танец огня. Настя совершенно не умела его танцевать. Все движения знала отлично, но показать страсть, чувство — не могла. Её исполнение всегда подвергалось критике, в нём всегда чего-то не хватало. Поэтому танго Настя не любила, но сейчас, перед неискушённой публикой, решила показать, что умеет. Настя начала танец и через несколько секунд поняла, что ведёт. Говорун не умел танцевать танго и поэтому начал подстраиваться под неё. То, что она не могла сделать специально, вдруг получилось само собой. Настя стала главной, превзошла Говоруна. Её танец наполнился чувством. Теперь Настя понимала, что это такое. Раньше она не могла понять потому, что у неё никогда не было сильных чувств. А если и были, то она сдерживала их, зажимала в себе и никому не показывала. Показывать чувства — неприлично. Её так учили мама и тётя. И хорошо научили, но после того, что ей пришлось пережить эти запреты пали. Настя в танце выказывала то, что у неё на душе. И пусть её чувством была не страсть, а всего лишь торжество победителя, это как-то изменило танец. Не только Настя это почувствовала, но и зал отозвался тихим гулом восхищения. Настя приняла это восхищение на свой счёт и постаралась вложить в танец ещё больше чувства. Настя переоценила своё умение танцевать. Начав вкладывать в танец эмоции, она не смогла контролировать себя и начала совершать ошибки. Танец смазался, потерял свою строгость и правильность. Настя списала это на то, что мелодия не совсем подходит для танго и начала танцевать что-то вроде бочаты. Говорун сразу уловил изменение стиля и вновь повёл. Он очень плохо умел танцевать танцы, где все движения строго выверены и регламентированы, а вот свободный стиль и импровизация получались у него отлично. Настя подстраивалась под него и у них неплохо получалось. Зал приветствовал их танец гулом восхищения. Неожиданно для Насти Говорун начал делать ошибки. Он вдруг не туда стал класть руки, придерживать её там, где должен был отпустить, задерживать движения и не отпускать Настю. Танец смазался. Если это была импровизация, то Насте она не понравилась, но судя по усиливающемуся гулу в зале, тем, кто смотрел, как они танцуют, их танец нравился всё больше и больше. Настя недоумевала, а потом у неё, как будто глаза открылись. Говорун откровенно, прямо на сцене, её домогался. Настя попыталась вырваться, сбежать, но у неё ничего не получилось. Она запаниковала, но через секунду успокоилась и приняла решение. Если Говорун так хочет показать всем, что она принадлежит ему, то почему бы ей не подыграть. Приняв такое решение, Настя почувствовала полную раскрепощённость. Все запреты она отбросила, как ненужный хлам. Она начала танцевать так откровенно, как никогда себе не позволяла. Прижималась к Говоруну, ласкала себя руками и позволяла его рукам ласкать себя. Откровенно задирала платье, позволяя всем в зале видеть не только то, где заканчиваются её чулки, но даже её трусики. Сама прыгала в объятия Говоруна и подставлялась под его руки. Она почувствовала себя совершенно свободной. Стыд, мораль, всё, что её сдерживало, осталось где-то там… Здесь и сейчас была только она, и был мужчина, которому она нравилась, и который при всех утверждал свою власть над ней, и которому она, не стыдясь и не стесняясь, выказывала своё благоволение. Настя поняла, что такое страсть. Она поняла, зачем на танцполе парочки обжимаются, делая вид, что танцуют. То, что они делали с Говоруном было намного круче, чем просто обжимания. Зал ревел от возбуждения, а Говорун и Настя танцевали так откровенно, что казалось, сейчас, прямо на сцене, Говорун сорвёт с Насти одежду и овладеет ей. Настя осознала глубину своего падения. Если бы Говорун решил сделать это, она была бы согласна. Решился бы или нет, Настя не узнала. Музыка закончилась, и Говорун замер держа Настю в объятиях. Они были так близко. Он смотрел ей в глаза. Настя, не осознавая что делает, потянулась к нему губами. Она не просто хотела, она жаждала его поцелуя. Он потянулся к ней, но тут на сцену полез какой-то парень и Говорун резко оторвался от Насти. Он набросился на парня и вышиб его со сцены, а потом прыгнул в толпу вслед за ним. Судя по звукам, он принялся избивать его, но Настя даже не подумала вступиться и защитить. Впервые в жизни ей хотелось, действительно хотелось, увидеть и самой поучаствовать в избиении человека. С трудом сдержавшись и не прыгнув вслед за Говоруном, Настя осталась на сцене. Зазвучала музыка. Что-то ритмичное, но не быстрое. Настя вдруг почувствовала азарт. Она вслушалась, улавливая ритм, потом крикнула, привлекая к себе внимание, а затем изогнулась и провела по своему телу ладонями. Зал на секунду замер, а потом взревел, догадываясь, что сейчас будет. Екатерина Павловна, Настина учитель танцев, была тёткой не злой, но невероятно циничной. Как-то раз, при эпидемии гриппа, от группы осталось всего несколько человек и только девушки. Среди них была и Настя. И вот тогда, Екатерина Павловна показала им, что такое стриптиз. Потом предложила попробовать научиться. Сказала так: «Если по жизни не пригодится, то хоть мужей порадуете». Настя тогда постыдилась попробовать, но с занятий её никто не гнал, поэтому она хорошо запомнила, что и как надо делать. Оставшись дома одна, попробовала повторить. Подошла к этому, как разучиванию нового танца. Как ей казалось, у неё неплохо получилось. Она рискнула показать отрепетированное Екатерине Павловне, когда они остались одни после занятий. Приговор был кратким: «Неплохо, но чувства не хватает. Не танцуй стрип, не твоё это». Сейчас Настю переполняли чувства. Должно было получиться великолепно. По крайней мере, Настя была на сто процентов уверена, что у неё получится лучше, чем у той девушки, что крутилась здесь до того, как её прогнал Говорун. Настин танец не был чем-то отрепетированным. Она импровизировала. Двигалась под музыку, даже не раздеваясь, а только дразня окружавших сцену мужчин весьма двусмысленными движениями. Выгибалась, раздвигала ножки, задирала на мгновение и без того короткую юбку. Старалась при этом танцевать, чётко попадая в ритм. Настя не видела, что происходит в зале. На неё был направлен свет прожектора, который слепил и не давал увидеть ничего дальше пары шагов, но она чувствовала возрастающее в зале возбуждение. Вот, какой-то парень не сдержался и полез на сцену. Что-то налетело на него и сбило с ног, а потом стащило со сцены. По странному оттенку рубашки, Настя опознала Говоруна. Если он прикрывал её, то ей нечего было бояться. Настя начала снимать платье. Настя увлеклась и не следила за музыкой. То, что музыка кончается, она поняла в самый последний момент. На ней ещё были чулки, туфельки и трусики. Трусики Насте очень хотелось снять, поэтому ей пришлось на конечных тактах судорожно завершать танец. Она думала остаться только в чулках и туфлях, а потом, в конце, прикрыться сброшенным платьем. А так, ей пришлось сдёрнуть трусики, и замереть с ними в руке не зная, как закончить танец. Зал ревел, грохотал, свистел, аплодировал и в весь этот шум Настя, повинуясь какому-то наитию, кинула скомканную в руке ткань. В зале началось что-то невообразимое. Там, куда полетел кружевной комочек, началась нешуточная драка. Кто-то полез на сцену. В зале началась стрельба, завизжали пронзительно женщины. Настя испугалась и присела. Сейчас она вдруг поняла, что совершенно беззащитна, а в зале куча распалённых мужиков. Она похолодела от ужаса, ожидая, что сейчас кто-нибудь до неё доберётся, но увидела, как по сцене мечется Говорун, хватая и отбрасывая лезущих к ней мужчин. Настя немного успокоилась, но тут кто-то ухватил Говоруна и они вместе рухнули со сцены. Настя снова испугалась. Сначала за Говоруна, а потом за себя, но почему-то больше никто на сцену не лез. Настя всмотрелась и увидела, что сцену редким кольцом окружили охранники и весьма жёстко осаживают тех, кто желал на сцену забраться. Настя облегчённо выдохнула и вновь обеспокоилась Говоруном. Увидеть что-либо в зале Настя не могла. Только смутные движущиеся тени. Ей мешал прожектор. Чтобы что-то разглядеть, Насте надо было встать и сделать ладонью козырёк. Но она даже подумать не могла о том, что выпрямится и перестанет руками прикрывать тело. В зале стало поспокойнее, но до полного спокойствия было ещё далеко. Говорун появился на сцене, внезапно выскочив откуда-то сбоку. В руках у него был пулемёт. Короткой очередью поверх голов он привёл всех в чувство, а потом навёл пулемёт на толпу. Через пару секунд в зале повисла тишина. Говорун подержал всех несколько секунд под прицелом пулемёта, а затем осторожно поставил пулемёт на сцену. Подошёл к Насте и, схватив сзади за шею, заставил подняться. Несколькими указующими касаниями заставил выпрямиться и перестать прикрываться. Настя слушалась, доверяя ему. Хотя она каким-то неведомым чувством ощущала толпу и понимала, что до полного спокойствия ещё далеко, и всё может вновь сорваться в вакханалию. Говорун заставил её расправить плечи и показать себя во всей красе. Несколько секунд Настя стояла под прицелом десятков глаз, а потом Говорун обхватил её сзади, лаская грудь и живот, целуя её шею. Настя застонала от вожделения. Она ничего не могла с собой поделать, это было сильнее её. Зал встретил её стон дружным выдохом. Настя готова была поклясться, что сейчас всё начнётся вновь, но Говорун мгновенно отстранился от неё и одним движением в кувырке подхватил пулемёт. Зал снова замер. -Это моя девушка, — веско сказал Говорун. В зале стояла невероятная тишина. Потом кто-то что-то сказал неразборчиво, кто-то зааплодировал, и через пару секунд зал вновь наполнился грохотом, свистом и криками. На сцену, однако, никто больше не лез. Говорун вновь поставил пулемёт и повернулся к Насте. Показал ей привычным уже жестом «Иди туда». Настя развернулась и гордой, соблазняющей походкой, виляя бёдрами, никого не боясь и не стыдясь, пошла к краю сцены, где охранники приставили небольшую лестницу. Через зал Настя шла прямо сквозь толпу. Мужчины что-то говорили ей, кто-то даже кричал, но, ни один не посмел протянуть руку и дотронуться, хотя были так близко, что Настя кожей тела чувствовала жар их дыхания. Всё потому, что сзади шёл Говорун. Настя не видела его. Не слышала его шагов. Вообще не была уверена, что он действительно идёт сзади. Но при этом она твёрдо знала, что, ни один человек в Зоне не посмеет даже коснуться её. Даже если Говоруна не будет рядом. Говорун публично заявил на неё своё право, и никто это его право не оспорил. Недвусмысленно Говорун показал, что попытавшегося сделать это, ждёт смерть. Настя дошла до двери. Остановилась. Говорун обошёл её и открыл перед ней дверь. Настя прошла в коридор. Говорун зашёл за нею и закрыл дверь. Шум зала отдалился. В коридоре были только Настя и Говорун. Говорун взял Настю за руку, развернул и посмотрел ей в глаза. Настя хотела что-то сказать, но Говорун вдруг набросился на неё и принялся душить поцелуем. Он целовал её так, как когда-то целовал её Костя. Никакой ласки. Только грубая сила и напор. Костя ещё осторожничал, а Говорун целовал её так, что она застонала от боли. Обычно чуткий Говорун в этот раз не отреагировал и продолжал впиваться ей в губы. Если бы такое произошло в другое время и в другом месте, Настя уже вырывалась бы, отбивалась и плакала. Но сейчас ей почему-то хотелось именно такой грубой, злой ласки. И Настя сама впивалась в губы Говоруна, и позволяла ему причинять себе боль, и сама направляла его руки, чтобы они грубо ласкали её тело, и стонала не только от боли, но и от желания. Сколько это длилось, Настя не могла сказать, но Говорун вдруг отстранился, как будто обжёгшись о Настины губы. Ещё мгновение его глаза были полны страстью, а потом эмоции из них ушли и остался холодный расчёт. Это тоже длилось не больше мгновения и в глазах у Говоруна начали плясать озорные чёртики, а лицо стало каким-то улыбчивым и весёлым. -Настя, а я твоё платье спас! — воскликнул он, как будто только что ничего не случилось. — Его какой-то бродяга уже схватил и утащить хотел, но я отбил. Вот, смотри. Настя не помнила, чтобы платье кто-то хватал. Оно лежало на сцене там, где упало. Возможно, кто-то на него покушался, но чтобы кто-то его схватил, такого не было. Говорун врал, переводил разговор. Делал это грубо, неумело. Может быть ничего лучше не мог придумать, а может быть специально. Логику Говоруна Настя ещё не до конца понимала. Как бы там ни было, хоть ей было очень тяжело, но она ему подыграла. -Ой, спасибо большое! — чуть не закричала она. — Мне это платье так нравится! -Так надевай его скорей! — вскричал Говорун. — И пойдём быстрее в наш номер! -Пойдём! — отозвалась Настя. Она быстро натянула платье прямо на голое тело и они, чуть не бегом, отправились в свой номер. Сразу за дверями номера показной энтузиазм исчез у обоих. Говорун как-то разом стал мрачным, нелюдимым. Оттолкнул Настю и отправился в соседнее помещение. Настя села прямо у двери и зарыдала. Ей было жалко себя, но ещё больше ей было жалко Говоруна. Как ему должно быть тяжело, иметь желание, но не иметь никаких возможностей. Только теперь, когда Настя поняла, что такое страсть, она могла понять всю боль испытываемую Говоруном. Хотя нет, понять не могла, но посочувствовать у неё вполне получалось. И Настя рыдала, выплакивая те слёзы, что не мог выплакать Говорун. Ведь он был настоящий мужчина, а мужчины не плачут. Говорун отсутствовал недолго. Похоже, он просто проверил помещение, как всегда потакая своей паранойе. Увидел, что Настя плачет, подошёл к ней и присел на корточки рядом. Осторожно коснулся и провёл рукой по волосам. -Ну, чего ты? Ну не могу я отпустить тебя. Должен я всем показывать, что ты моя. -Говорун! — Настя бросилась ему на шею. — Прости меня! Я просто не знала, не понимала. Я больше не буду тебя… Ты можешь, как угодно доказывать, что я принадлежу тебе и ты мужчина. И я это всегда буду подтверждать. Прости меня, что я так себя вела. -Как? — немного растерянно спросил Говорун. -Глупо! — самокритично призналась Настя. -Ну, да… Я тебя прощаю. А чего ты тогда ревёшь? Настя рассказала ему то, о чём подумала и сказала, как она его жалеет. Говорун молчал, и она рискнула поднять глаза и посмотреть на него. Говорун был явно озадачен. Озадаченность сменилась лёгким раздражением. -Вечно ты навыдумываешь. Разведёшь теорий. Не надо меня жалеть! Себя пожалей! Ты сегодня без мужика останешься. И пока ты со мной, о других мужчинах можешь забыть. Хочешь, для твоего удовольствия, я тебе девочку закажу? Отработает великолепно. Довольной останешься. -Говорун, я понимаю, что в тебе сейчас злость говорит, но всё равно, не надо мне всякие гадости предлагать. Ты этим не меня, а себя унижаешь. -А мне плевать, — отмахнулся Говорун. — Я спать пошёл, а ты можешь что-нибудь сделать… А можешь ничего не делать, а просто посидеть, посмотреть, как я сплю. -Я ополоснуться хочу под душем. И если хочешь, я потом в той комнате лягу… -Ни в коем случае! — взвился Говорун. — Здесь должна быть одна смятая постель. Там, даже садиться на кровать не вздумай! Предполагается, что мы, как зашли, сразу на койку кинулись. Утром надо будет постель в полный бедлам превратить. Иди, мойся. Настя быстро ополоснулась под душем. Вытерлась полотенцем и вспомнила, что тельняшки, в которой она спала предыдущую ночь, у неё нет. Она её забыла прихватить с собой. Она могла бы завернуться в полотенце, но оно было влажным и неприятно холодным. Настя вновь надела платье и выглянула в комнату к Говоруну. -Говорун, а моя ночнушка… Ну, тельняшка, которую ты мне дал. Она у тебя? Ну, в кровати? Я её одеть хотела… -Не одеть, а надеть, — поправил её Говорун. — Зачем она тебе? Иди сюда. Снимай платье и прыгай под одеяло. Неужели ты будешь стесняться? Ты же на сцене, без проблем голяком выплясывала. -Не выплясывала, а танцевала! — возмутилась Настя. — Говорун, прости, я ведь… Чтобы тебя не раздражать. Я же понимаю… -Да ни… Не понимаешь ты! — разозлился Говорун. — Раздевайся сейчас же, и лезь под одеяло! Настя быстро скинула платье и постаралась побыстрее укрыться одеялом. Говорун ухватил её и подтянул к себе. После короткой борьбы Настя затихла в его объятиях. -Говорун, но тебе ведь неприятно, что я с тобой рядом. Ты же не можешь, а хочешь. От этого ты страдаешь. -Не страдаю я, — возмутился Говорун. — Чего ты придумала? Мне наоборот приятно, что ты лежишь рядом. Такая тёплая, мягкая… -Скажешь тоже, — фыркнула Настя. — Я… От меня только кости под кожей остались. Никакой мягкости. -Не кокетничай. Ты красивая. Если на моё мнение не полагаешься, то мнение всех мужиков в зале, с моим — полностью совпадает. -Говорун, а ты точно импотент? -А ты проверь, — предложил Говорун. Раньше Настя смутилась бы, получив такое предложение. Сейчас она без колебаний запустила руку под одеяло. Спустилась вниз по животу Говоруна и наткнулась на что-то мягкое, горячее, противное. Чуть помяла это и убрала руку. Полежала несколько секунд, а потом ей захотелось вытереть руку, а лучше вымыть. Казалось, что она испачкалась об это. Настя с трудом сдержалась от брезгливой гримасы, понимая, что этим точно обидит Говоруна. -И ничего нельзя сделать? — спросила она. — Есть же лекарства. -Нет лекарств, — веско сказал Говорун. — Я не хочу об этом говорить. -Не надо, — согласилась Настя. — Да и плевать на это. Ты всё равно настоящий мужчина. Ты лучше всех мужчина. Ты самый лучший! Ты меня там защищал, а потом так сказал, что меня никто даже тронуть не посмел. Я даже представить себе не могла, что такие мужчины как ты, бывают. Говорун как-то отдалился от Насти, пока она говорила. Стал каким-то чужим. Смотрел на неё как-то странно. Насте показалось, что со страхом. -Настя, если бы на сцену к стриптизёрше также кто-нибудь полез, я бы её также защищал. Если для защиты надо было бы объявить её своей, я бы сделал это. Дело не в тебе. Я защищал бы любую женщину. И ничего такого я не сказал. У меня пулемёт был. Против пулемёта никто не пошёл, а слова — это всего лишь слова. Будь пулемёт у тебя, тебя бы тоже послушались. -Нет, — не согласилась Настя, — тут не в пулемёте дело. Ты так сказал… Вот я сразу поверила, что я твоя женщина… -Настя, ты моя ученица! Ничего более! Я притворяюсь, что ты моя, чтобы тебя не пытались изнасиловать. Если хочешь, то… Нет, этого не будет… Но всё равно, мы с тобой не пара. Не в том понятии, которое ты в это вкладываешь. -Да, конечно, как скажешь, — согласилась Настя. -Вот так и скажу! Ты мне нравишься, но я тебя не люблю. Совсем. Понятно?! -Да, понятно, — покорно ответила Настя. -Вот и хорошо, — подвёл итог Говорун. — Давай спать. Я гашу свет. Как и вчера, Говорун кинул в выключатель патрон и свет погас. Он заворочался в стороне от Насти и затих. Настя тоже устроилась поудобнее и затихла, не желая беспокоить Говоруна. Она думала о том, что было сказано Говоруном. Понимала, почему он это сказал, но ей всё равно было больно и обидно. Он, наверное, подумал, что она специально его утешает, а она была вполне искренна. Ведь расскажи кому, что один человек так запугал толпу, что через неё невредимой прошла голая девственница, никто бы не поверил, а Настя сама была этой девственницей. И она действительно восхищалась Говоруном. Настя почти решилась сказать об этом Говоруну, но потом передумала. Сейчас, когда он и так расстроен, может получиться только ещё хуже. Она решила, что потом постарается всё ему объяснить. Когда для этого будет подходящее время, а сейчас надо спать. Настя думала, что быстро заснёт. Сон однако не шёл. Мысли зарницами полыхали в голове. Настя ворочалась, вспоминая сегодняшний день. Ей нужно было поговорить с кем-то, обсудить произошедшее. Наконец она не выдержала и повернулась к Говоруну. Уже хотела протянуть руку и нащупать его, но он вдруг сам подал голос. -Ну, и чего ты никак не успокоишься? — спросил он, как будто и не спал. -Я спросить хочу. Где ты научился так танцевать? Настя не ожидала ответа. Говорун мало рассказывал о себе. Она задала этот вопрос, чтобы начать издалека, а потом перевести разговор на сегодняшний вечер. Как ни странно, но Говорун ответил. -Я, когда занялся контрабандой, имел выбор, куда сбывать артефакты. По ряду причин я выбрал латинскую америку. Человек, с которым у меня были дела, подложил мне женщину. Ну, а она меня научила танцевать. В Аргентине не уметь танцевать — просто неприлично. -А потом, что стало с этой женщиной? — спросила Настя. -Я дал ей денег. Она вышла замуж. Сейчас у неё трое детей и муж алкоголик. Она вполне счастлива. -Как это, «муж алкоголик» и «счастлива»? — удивилась Настя. -Вот так. Любит мужа. Любит детей. Все здоровы, сыты, одеты, обуты. Ей для счастья больше и не надо. А что муж её иногда поколачивает, так все так живут. Она в трущёбах выросла. В трущёбы и вернулась. Несколько лет относительно богатой жизни её не испортили. Чистая душа. Совершенно нет корысти, властолюбия, тщеславия. Хотя, в её случае, я считаю, что немного всего этого ей бы не помешало. -Ты ей говорил об этом? -Говорил. Она только отмахнулась. А была такой красавицей. Её прямо с улицы забрали. Очень была красивой. Я за неё человек десять убил. -В смысле? — не поняла Настя. -Я её выкупить хотел. Те, с кем я дела вёл, её даже за выкуп не отдавали. Нет, отдавали, но за такие деньги… Я разозлился, а потом новых партнёров нашёл. Племянника этого же дона. Он после дяди дела под себя подгрёб, а со мной потом был предупредительно вежлив. -Знаешь, я тебе не верю, — сказала Настя. — Девушка для тебя была лишь поводом. Ты просто хотел сменить партнёра. Чем-то тебя старый не устраивал. -Да всем он меня устраивал! Меня прощупывать начали на предмет слабины. А ты знаешь, как я на такое реагирую. Покажи я слабость… Здесь ведь как… Выкупи я девушку за требуемую сумму — слабость. Откажись я от девушки — слабость. Я мог пристрелить её, тогда я, по их понятиям, показал бы себя мужчиной. Вроде как, могу от желаемого отказаться, причём окончательно, только чтобы это было для пользы бизнесу. Я, на такой наезд, ответил неадекватно. Они не ожидали, что я разом похерю весь бизнес. Прямо там и начал всех убивать. Только в кино охранники дерутся до конца. После десятого покойника, охрана сдалась и я ушёл. -А девушка? -Тоже ушла. Я приказал её не трогать. Потом я с ней встретился, и она сказала, что не хочет меня видеть. Я потом ещё раз с ней увиделся, но она вновь отказалась от меня… моей помощи. -Какой помощи? Я думала, ты ей предложил… Ну… Свадьбу. -Она отказалась от меня совсем. И от свадьбы тоже. Я был ей противен. Один из хозяев, которых она терпеть не могла. Она была со мной, но её другом я не был. Только хозяином. А тогда я этого не понимал… Теперь понимаешь, почему у нас с ней ничего не получилось? -Вот это история, — выдохнула Настя. -Банальная, — фыркнул Говорун. -Нет, не правда. Очень интересная история, — принялась возражать Настя. — Ты мог бы… -Что «мог бы»? — спросил Говорун, прервав паузу. -Книжку написать, — стыдливо призналась Настя. Говорун засмеялся. Негромко и как-то безнадёжно. Настя поняла, что снова задела его душевную рану. -Говорун, прости. Я… У меня как-то так получается… Я совсем не хочу тебя расстроить. Я тебя спрашиваю… Скажи, а у тебя в жизни было что-то такое?.. Ну, светлое. -Конечно. Я как-то пил замечательное светлое пиво. -Дурак! Я тебя спрашиваю… У тебя есть что-то такое, что приятно вспомнить? -Пиво было замечательным. Мне приятно его вспомнить. -Дурак! Настя ткнула кулаком в темноту наугад и куда-то попала. Скорее всего, по Говоруну, ведь никого другого рядом не было. Рукой потянулась проверить. Дотронулась до Говоруна, но он вдруг отпрянул. Настя потянулась дальше, коснулась и он вновь отпрянул. -Ты чего? — удивилась Настя. -Я щекотки боюсь, — признался Говорун. -Да-а-а!!! — обрадовалась Настя. — Я нашла оружие против тебя! Если ты не будешь хорошо себя вести, я тебя щекотать буду! А ну, рассказывай мне что-нибудь хорошее из своей жизни! А не то, я тебя… Ой, я же теперь могу у тебя все твои страшные тайны выпытывать. Сейчас, какую-нибудь вспомню… -Не настолько я боюсь щекотки, чтобы тайны выдавать, — проворчал Говорун. -Ну, всё равно, что-нибудь спрошу… Вот, вспомнила! Тебя действительно Саша зовут?! -Меня Говорун зовут, — снова проворчал Говорун. -Спрошу по-другому. Твоё имя Саша? -Тебе я разрешаю звать меня Говорун. Судя по тону, Говорун был не слишком доволен темой, которую подняла Настя. У Насти мелькнула мысль остановиться, но очень уж ей хотелось знать эту тайну. -Ты утверждал, что тебя зовут Алекс Говорун. Если не Алексей, то значит — Александр. Александр, или Саша. Твоё имя Саша? Настя дотянулась и пощекотала Говоруна. Тот не отреагировал. -Да, — сказал он, наконец, — моё имя Саша. -А почему ты из этого тайну делаешь? Саша — очень хорошее имя. -Я не делаю из этого тайны. Просто все меня знают по прозвищу. Да и во всех документах я прохожу как Говорун. Я привык, все привыкли. Зачем что-то менять? -А можно я буду называть тебя Сашей? -Нет! Кроме того, что это будет… Мне не нравится это имя. С ним связана одна история… Я не люблю и не хочу её вспоминать. Ничего доброго и весёлого в ней нет. Поэтому, ни в коем случае не называй меня Саша. Понятно?! Говорун сказал это так, что Настя сразу и навсегда зареклась называть его по имени. Было в его голосе и тоне что-то такое, что отбивало охоту к дальнейшим расспросам. Но, проклятое любопытство. Настя решилась ещё на один вопрос. -А мне рассказывали, что ты назвался у Сидоровича Алексом. Это правда? И если ты… Если тебя можно звать Алексом, то почему тебя зовут Говоруном и никто не зовёт Алекс? -Я тогда ещё молодой был, неопытный. Насели на меня мужики. «Как твоё имя?! Как твоё имя?» Я растерялся и ответил. Вот, как тебе сейчас. Потом поздно было, но меня Сидорович своими подозрениями спас. Называл Лёхой, а я на это имя не реагировал. Со временем прилипло ко мне это: «Говорун». Теперь все так называют. Тебе первой пришло в голову сопоставить информацию. Но Сашей меня называть не надо. -Зря, — вздохнув, сказала Настя, — имя хорошее. -Ага, — согласился Говорун. — Мои родители не могли понять, кто у них родился, и на всякий случай назвали Саша. -Что, правда?! — удивилась Настя. -Нет, я вру. Но всё равно, давай не будем об этом. Мне неприятно… Спроси о чём-нибудь другом. -Не знаю я, о чём тебя спрашивать. А ты разве можешь растеряться? Мне казалось, что ты всё знаешь и никогда не теряешься. -Я всё могу, — хмыкнув, ответил Говорун. — А насчёт того, что я всё знаю… Я знаю, что ничего не знаю. Не помню, кто сказал. И теряюсь я часто, просто не показываю этого. Меня люди иногда до полного изумления доводят. Ты, например. -Это чем же? — не могла не спросить Настя. -Да, хотя бы тем, что убивать никого не хочешь. -Но ты пойми, что нельзя убивать людей. Я понимаю, ты никогда такого не видел… -Видел, — сказал Говорун. — Года три назад, на самом краю Зоны, возникло небольшое поселение. Организовал всё Хозяин. Его так все и называли. И слушались. Все работали на него. Жили в бараке, жрали, что даст. Часто получали по морде, но, ни разу не пробовали восстать. Считали себя крутыми сталкерами, но на самом деле были простыми бродягами. Я долго наблюдал за ними. Мне никак было не понять, почему они так спокойно сносят то, что их бьют, унижают. У них ведь было оружие. Только потом понял, что это слабые люди. Рабы. Им нужен хозяин. Тот, кто скажет, что им делать, кто сначала унизит, а потом возвеличит… Именно для таких людей и нужна мораль запрещающая убийство. Они не способны на поступок, действие. Точнее, они не способны к самостоятельным действиям. Не могут действовать без приказа. По приказу сделают всё. А вот пока нет приказа, ни на что не способны. Если они убьют хозяина, то должны будут жить сами, а это для них ужаснее всего. Настя, скажи мне, ты из таких? Тебе тоже нужен хозяин? Я, например? Нет? Так зачем ты оправдываешь их мораль? Нельзя убивать человека, но если человек возомнил себя твоим хозяином, ты обязана его убить. И убиваешь ты не человека, а хозяина. Того, кто покушается на твою свободу. -А как же Вадим? — спросила Настя. -А он что, не покушался на твою свободу? Да он спал и видел, как он… Знаешь, я вот сейчас сравнил… Он так похож на того… которого Хозяином называли. Ну, прям один в один. Был бы он умнее, мог бы стать таким же «Хозяином». Просто он был глуп и пытался подмять под себя свободных людей. Подминал бы под себя рабов, мобуть какой-никакой авторитет со временем приобрёл. А убил он себя сам. Ты только спасла его от мерзкой смерти. Тебе было тяжело преодолеть себя, но ты решилась на поступок и выстрелила. Этим ты отказалась от морали рабов, хотя другой у тебя ещё не появилось. -Какой «другой»? — спросила Настя. -Ты теперь, для себя, должна создать собственную мораль. Мораль свободного человека. Для тебя не должно быть авторитетов, лидеров, наставников. Ой, нет! Наставники, учителя — должны быть обязательно. Только ты, их поучения должна принимать к сведению, но, ни в коем случае, не следовать им бездумно. Если не согласна, то должна прямо заявлять об этом. Если пытаются навязать своё мнение, то убить. -Подожди, подожди! — прервала Говоруна Настя. — Но ведь ты сейчас навязываешь мне своё мнение! Я, получается, тебя убить должна?! -Я не навязываю. Можешь поступать, как знаешь. Кстати, можешь и убить. Только учти, я очень плохо реагирую на то, что кто-то решает, когда мне умереть. -В твоих рассуждениях есть нестыковка, — заметила Настя. — Получается, что я… Что ты… Подожди, сейчас сформулирую. Получается, что свободного человека, тебя или меня, нельзя ни к чему принудить. И получается, что он ни с кем не может быть вместе… -Ты намекаешь на государство? — перебил её Говорун. — Якобы государство свободных людей не может существовать? Настя, ты так и не выбралась из плена морали рабов. Только государство свободных людей и может существовать. Я, свободной волей, ограничиваю мои свободы, пока ограничения не затронут мою свободную волю. Непонятно? Попробую так. Я готов подчиняться другим, в тех пределах, которые установлены мною, пока установленные мною пределы не будут нарушены. Если сказать по-другому… -Подожди, я, кажется, поняла, — перебила его Настя. — Ты мне объясни, чем это отличается от того, что происходит сейчас. В смысле, государства… -Тем, что подчинение государству, то есть хозяину, введено в закон и мораль. И рамки твоей свободы устанавливаешь не ты, а государство. А если появляется личность способная на поступок, то её давят авторитетом в детстве и законом, когда она становится старше. И никуда не деться. Рабы воспитывают свободных и учат их как им жить. А если личность всё же проявляет себя поступком, то её сразу записывают в преступники и изолируют от общества. При этом, личности, которые всё же смогли совершить что-то и не попасться, поднимаются к вершине общества, но всё равно живут по закону и правилам рабов и со временем деградируют. Они не могут развиваться, они не могут найти в обществе того, кто понял бы их. Да и не могут они жить в таком обществе. Общество их отвергает. Государство отвергает. Даже близкие люди отвергают. Ты ещё поймёшь это, когда из Зоны выберешься. -Я не смогу жить в государстве? -Жить сможешь. Жить счастливо — вряд ли. Понимаешь, ты будешь стремиться вверх по социальной лестнице. Со временем ты заденешь интересы других свободных людей. Тех, которые уже сидят наверху. А они не привыкли, что их интересы задевают. И не привыкли договариваться с рабами. С рабами не договариваются. Рабы не опасны. Рабов можно придавить. И вдруг они понимают, что ты опасна. И не давишься. А понять, что ты свободный человек они не могут. Не могут понять и принять, что кроме них есть ещё свободные люди, с которыми нужно договариваться. Что с тобой после этого будет? -Но я не буду… Не полезу вверх по социальной лестнице! -Рано, или поздно, но даже если ты будешь в самом низу, тебя кто-нибудь заденет. Что ты будешь делать, если тебя менты будут избивать и трахать? Побежишь жаловаться другим ментам, или пристрелишь насильников, даже только заподозрив их в намерении? -Но если у меня не будет оружия… -То ты не будешь сопротивляться, а позволишь им сделать с собой всё, что им захочется. При этом заметь, что по закону, ты не имеешь права сопротивляться. И только если они тебя отпустят потом, ты можешь пойти в прокуратуру и там пожаловаться на них. Их вызовут в прокуратуру и спросят… Сама можешь догадаться что. Они будут всё отрицать. Потом они тебя встретят, изобьют, изнасилуют и велят сказать, что ничего не было. Если не скажешь, то всё повторится. А если ты после всего этого убьёшь насильников, то сразу, в глазах государства, станешь преступницей. И тебя будут судить. И осудят. Так что, ты не сможешь жить в государстве. Вернее, сможешь, но тебе придётся… Ай! Не хочу пророчествовать! -И не надо, — согласилась Настя. — Разговор у нас куда-то не туда зашёл. Давай его закончим. Только я тебе всё-таки скажу, что ты не прав. Ты придумал философию оправдывающую убийство. Значит, ты понимаешь, что убийство это плохо и пытаешься оправдаться… -Убийство, это действительно плохо, — перебил её Говорун. — Убийство — это окончательная точка всего. С этим человеком ты больше не сможешь работать, не сможешь его использовать, не сможешь ничего с него получить. Ты слаб. Ты не смог сделать так, чтобы этого человека не пришлось убивать. Убив, ты расписываешься в своём бессилии. -Нет, ты не понимаешь, — возразила Настя. — Ты смотришь на всё слишком практично. Ты должен понимать, что человека убивать — просто нельзя. -Пусть лучше он тебя убивает, — закончил Говорун. -Нет, но… — Настя замялась, не зная, что сказать. -Просто ты никогда не попадала в ситуации, когда, если ты не убьёшь, то убьют тебя. Мне как-то довелось сидеть с одним бродягой в подземельях. Вход аномалии перекрыли, и нам не выбраться было. Такое часто случается в Зоне. Две недели на нескольких банках тушёнки и пяти литрах воды. У одного шансы выжить были больше, но мне даже в голову не пришло, что я могу его убить. А ему пришло. Угадай, кто из нас жив остался? Не угадала. Оба выжили. Я его все две недели связанным держал, а потом отпустил на все четыре стороны. Он потом с собой покончил. Его совесть заела. Я тебе так скажу. Меня, за мои убийства… ни за одно… совесть не мучает. -Может быть потому, что ты превратился в монстра? — предположила Настя. -Может быть, — согласился Говорун. — Да, вполне возможно. Вот только мне непонятна и твоя крайность. Почему нельзя убить того, без которого многим будет лучше? -Потому, что кому-то без него станет хуже, — сразу ответила Настя. -Вот тут ты меня уела, — сказал Говорун. — Взять, к примеру, Костенко. Он человек сто убил. Не своими руками, но опосредованно… Он бродягам Зоны вываренные патроны продавал. Не все, а один — два на сотню. Когда отстреливаешься от мутантов, а у тебя оружие намертво клинит — это почти верная смерть. Это так он здесь развлекался, а вне Зоны он и не такое делал. Одна история с пыточной чего стоит. Ты не знаешь, как он развлекался. Ловил девушек и детей на улице, а потом насиловал и пытал до смерти. Тебя, кстати, такая же участь ждала. Да-м-м… Так вот… Я подумал, что его отцу без него стало хуже, раз он за мою голову такую награду пообещал. Ты права! Зря я убил младшего Костенко. Зря я вообще в это дело влез. Пусть бы он дальше продолжал убивать. Тебя в частности. -Нет, ты не понял! — крикнула Настя. — Ну, пойми! Никто никого не должен убивать! Люди не должны убивать друг друга! Тогда и не нужно будет ловить убийц… -Настя, ты в каком мире живёшь? — с насмешкой спросил Говорун. -Но если бы… — промямлила Настя. -Нет! — веско сказал Говорун. — Ты живёшь в реальном мире. У тебя должен быть один критерий для решения об убийстве. Покушается ли человек на твою свободу? Выбор простой: можешь ты ему уступить свою свободу или нет? Можешь уступить — не убиваешь. Не можешь — убивай не раздумывая. Пример с насильником. Можешь уступить — будешь изнасилована. Не можешь — один из вас умрёт. И никак иначе. Если ты свободная личность, то за свою свободу ты всегда должна быть готова умереть, или убить. Выбор за тобой, и другого выбора нет. Рабы учат тому, что лучше уступить, покорится, но не убивать. Свободный убивает. -Нет, ты не прав, — после паузы сказала Настя. — Ты не видел того мира. Не знаешь его. Если ты и выбирался из Зоны, то имел дело не с лучшими представителями человечества. От этого у тебя и создалось… появилось… Сформировалось такое мнение. На самом деле, люди вполне могут прожить всю жизнь и никого не убить. И большинство людей именно так и живут. Ты этого просто не знаешь. -Ошибаешься, знаю, — возразил Говорун.- Я не призываю тебя убивать всех подряд. Ну, если кто-то тебе мешает. Я просто хочу сказать, что ты без колебаний должна принимать решение об убийстве, и без особых эмоций приводить приговор в исполнение. Можно жить и никого не убивать, постоянно уступая. Я говорю о том, что в какой-то момент идти на уступки становится невозможно и тогда ты без колебаний должна убивать. -Я подумаю о том, что ты мне сказал. Знаешь что, я, наверное, теперь долго не смогу уснуть. Сможешь меня усыпить? -Я сделаю лучше, — сказал Говорун. Он встал и в темноте прошёл куда-то по комнате. Открыл какую-то дверцу, что-то поискал, а потом Настя увидела знакомое свечение. Она отвернулась, а потом передумала и посмотрела на артефакт. Проснулась Настя в прекрасном настроении. Она знала, что во сне, под воздействием артефакта, нашла неоспоримые аргументы, доказывающие её правоту. И хоть потом она всё забыла, но знание своей правоты у неё осталось. Начинать спор заново она не стала. Настроение было прекрасным, и портить его не хотелось. Говорун уже встал и успел одеться. Увидел, что она проснулась и сел рядом с ней на кровать. Настя удивилась и хотела спросить, как он может в уличной одежде, даже по комнате ходить, не то, что на кровать садиться, но потом увидела, что одежда Говоруна чем-то обработана и вычищена до стерильности. Поинтересовалась, как такой чистоты добиваются? -Я думал, ты мне доброго утра пожелаешь, а ты первым делом про одежду спрашиваешь, — обиженно сказал Говорун. -Прости, прости, — спохватилась Настя. — С добрым утром тебя! С добрым утром! Настя выскочила из-под одеяла и прыгнула к Говоруну. Прежде чем он успел отпрянуть, Настя успела его схватить и поцеловать. Говорун отреагировал как маленький мальчик. Он завопил и начал неумело вырываться. Настя приняла игру и начала нападать на него, пытаясь поцеловать. Некоторое время они, играя, бегали по комнате, а потом Говорун сам схватил Настю и поцеловал. Какое-то время они целовались, пока Настя не поняла, что ей хочется продолжения, а продолжения не будет. Тогда она оторвалась от Говоруна и убежала в другую комнату. Из комнаты сразу перебежала в ванную. В ванной забралась в душевую кабинку и закрыла створки. Отгородившись таким образом, почувствовала себя в безопасности. Ещё бы немного и она набросилась бы на Говоруна и принялась срывать с него одежду, а потом убила его, за то, что он не может её удовлетворить. Сама себе удивилась. Не предполагала, что в ней есть столько страсти. Чтобы успокоиться, пустила воду и встала под душ. Постояла. Почувствовала, что успокаивается, но мыться пока поостереглась. Услышала, как в ванную вошёл Говорун. -Настя, я сейчас уйду. Ты тут без меня справляйся. Твою одежду сейчас принесут и оставят в комнате. Там, где вчера, тебя ждёт этот… как его… который тебя вчера в порядок приводил… Ждёт он тебя. Только ты не увлекайся. Я тебя через два часа жду. У нас тренировка. Спросишь, тебя проводят до тира. Там и встретимся. Всё поняла? -Как ты так одежду вычистил? — спросила Настя, только чтобы что-то спросить. -Артефакты, — коротко ответил Говорун. — Если вопросов нет, то я ушёл. Он выждал ещё несколько секунд и ушёл. Настя перевела дух. Нужно было признаться самой себе. Она хотела Говоруна. Хотела, как мужчину, самца. Настя не знала, любовь ли это? Судя по тем книжкам, которые она иногда читала, это действительно была любовь. Вот только… Настя не могла понять, взаимная эта любовь или нет. У неё не было опыта, и не с кем было поговорить, чтобы разобраться в своих чувствах, а также понять, истинные ли чувства испытывает к ней Говорун. Говорун постоянно говорит ей, что он её не любит, но это ничего не значит. Он прямо ей сказал, что ему не нужно, чтобы она его любила, но это тоже не значит ничего. Поступки Говоруна дают понять обратное. Или ей всё это кажется? Возможно ведь, что она всё придумала? Так ничего не решив, Настя прикрутила кран, облилась холодной водой, отрегулировала температуру и принялась мыться. Когда Женя укладывал ей волосы, в комнату вошла мадам. Настя снова начала думать о своих отношениях с Говоруном и выслушивать, что от неё хочет Генриетта ей не хотелось. Тем более, что мадам говорила с чудовищным акцентом. Видя, что Настя её не слушает, она попробовала выгнать из комнаты Евгения и остаться с Настей наедине. От такого самоуправства, Настя сначала оторопела, а потом вызверилась на мадам, выплёскивая на неё всё своё раздражение. Сама не ожидала, но мадам в ужасе покинула комнату, а Настя даже припомнить не могла, что ей говорила. Когда Генриетта сбежала, в комнату заглянул Женя. -Могу я продолжить? — осторожно осведомился он. -Да, конечно, — кивнула Настя. — Прошу прощения, я обычно так себя не веду. Просто Говорун… Мы с ним… Я… -Он вас ругал, за то, что вы вчера устроили, — подсказал Женя. -Нет, просто… Я не хочу это обсуждать. -Скажите, а вы можете от него уйти? — спросил Женя. — Я понимаю, что вам… Простите, если обидел. -Ничуть не обидели, — сказала Настя. — Я от Говоруна могу в любой момент уйти. А почему вы спрашиваете? -Нет, я ничего… — вдруг чего-то испугался Женя. — Не подумайте, что я чего-то хочу узнать. Просто про вас говорят… -Что говорят? — насторожилась Настя. -Ну, я слышал, что вы его отмычка. Что он вас постоянно первой пускает. И что он вас избивает. Девочки говорили, что он вас… Что вам… Простите. Что вам тяжело с ним в постели. -Откуда вы это взяли? — оторопело спросила Настя. — И откуда кто-то может знать, как нам в постели? -С вами шёл парень. Такой… Очкастый, длинный. Его Долговцы допрашивали. Он всё и рассказал. А насчёт постели. Ну, это девочки по своему опыту знают. -Что они знают? По какому опыту? И что, Алексей рассказал, что Говорун меня избивает? -Я сам не слышал, — тактично сказал Евгений, — но слухи ходят. -Бред! — фыркнула Настя. — Никто ничего не знает, а говорят… Хотя в постели с Говоруном тяжело. Настя грустно усмехнулась понятному только ей юмору последней фразы. -Я закончил, — прервал её размышления Евгений. — Давайте я вам макияж быстренько наложу. Пять минут у вас есть? -Не знаю, — задумчиво сказала Настя. — Наверное, есть. Кстати, где мне позавтракать? Мне в номер принесут, или куда-то идти надо будет? -Как пожелаете, — лаконично ответил Женя. Он занялся Настиным лицом и замолчал, сосредоточившись на том, чтобы сделать всё качественно и быстро. Настя тоже замолчала, чтобы не мешать ему. Заговорила, только когда он почти закончил. -Пожалуй, я схожу и позавтракаю в… Как называется то место, где я вчера танцевала? Не называть же мне его столовой? -Не стоит, — засмеялся Женя. — Мы называем это место «Большой зал». -А есть ещё маленький? — удивилась Настя. -Да. Два. Для приватных танцев. Я закончил. Посмотрите. Вам нравится? -Всё великолепно, — ответила Настя. — Большое вам спасибо! Я вам что-нибудь должна? -Нет, нет, — подхватился Женя. — Говорун всё оплатил. Только… У меня к вам просьба. Не могли бы вы не нападать так на мадам. Вы не знаете, а она, в сущности, очень несчастная женщина. Простите, я лезу не в своё дело… -Ну, что вы? Я просто… Я вовсе не такая стерва, как вы могли подумать. На меня навалилось всё… Я срываюсь иногда. -Я вас прекрасно понимаю! — вскричал Женя. — Вы по Зоне отмычкой шли. Столько натерпелись. У любого нервы сдадут. Я ведь тоже отмычкой был… -Секундочку, — прервала его Настя. — С чего вообще кто-то решил, что я была отмычкой? Я сталкер. Ещё не доучилась, но вполне могу пройти по Зоне. И вполне могу идти первой. Ведь всё равно кто-то должен первым идти. Я не отмычка. Я первой шла для тренировки. Как сталкер, который всегда идёт первым. -Кто вам это сказал? — оторопело уставился на неё Женя. — Сталкеры не идут первыми. Всегда первыми отмычек пускают. Сталкер слишком ценен, чтобы его вперёд пускать. Сталкер только указывает, куда отмычке идти. Настя, Говорун вас обманывает. Он вас как отмычку вперёд пускал, а сам, чаще всего, последним шёл. По крайней мере, я так слышал. Вы просто не знаете… -Нет, это вы не знаете! — рассердилась Настя. — Я первой шла только потому, что у Алексея зрение было плохое, а последней идти гораздо сложнее, чем первой. И на действительно опасных участках Говорун меня подменял и первым шёл! Так всем и скажите! И пусть не выдумывают! -Как скажете, — покорно согласился Женя, хотя видно было, что он не изменил своё мнение. — Я могу идти? -Я вас не держу, — отмахнулась Настя. — Хотя, постойте. Это мне надо идти, а вам остаться и собрать ваши вещи. Что вы меня путаете?! -Простите, — чуть поклонился Евгений, — вы совершенно правы. Позвольте открыть вам дверь… -Я сама, — отмахнулась Настя. Она вышла из комнаты и закрыла дверь за собой. Совершенно случайно получилось, но дверь сильно хлопнула закрываясь. Настя вовсе не хотела, но получилось так, что она выказала себя конченой стервой. По крайней мере, в глазах Евгения. Она подумала о том, что надо как-то загладить это впечатление. Даже хотела вернуться, чтобы попытаться сделать это, но потом поняла, что это будет выглядеть глупо, нелепо. Подумав, она дала себе слово, что потом обязательно попытается что-то сделать, и пошла одеваться. Её одежду принесли и разложили на кресле. Настя рассматривала принесённое и думала о том, что Говорун ей соврал. Он не чистил свою одежду. Он просто купил всё новое. Настя поняла это, когда увидела свой собственный костюм. Он был вычищен весьма тщательно, но не настолько, чтобы быть таким же новым, как у Говоруна. Она подумала о том, что Говорун пожалел на неё денег и не купил ей всё новое, а потом устыдилась своих мыслей. Говорун носил комбинезон сталкера снятый с трупа. Можно было понять его желание сменить его на новую одежду. Настин костюм был в полном порядке и проверен в деле. Менять его на новый было бы несусветной глупостью. Тем более, что Говорун всё равно потратился и всё бельё у Насти было в заводской упаковке. Настя ещё раз устыдилась и принялась тщательно одеваться. До зала Настя дошла сама. В зале было относительно пусто. Несколько человек персонала, человек шесть посетителей. Настя подошла к барной стойке и стала ждать, пока стоящий за ней мужчина обратит на неё внимание. Мужчина был очень занят тем, что протирал стакан и смотрел его на просвет. Он делал вид, что Насти здесь нет, сосредоточив всё внимание на стакане. Насте даже показалось, что он её действительно не видит, но потом она поняла, что хоть краем глаза, но он должен был её заметить. Снова её проверяли. Настя не знала, как должна реагировать, поэтому решила, не реагировать никак. -Чего тебе? — проворчал мужчина, когда игнорировать Настю стало совсем неприлично. Он поднял на неё глаза, секунду рассматривал, а потом расплылся совершенно сальной улыбкой. Настя прямо почувствовала, как у него в мыслях проносится то, что она вчера вытворяла на сцене. Это невероятно разозлило её. Желание быть хорошей девочкой пропало, как будто его и не было. Она вперила в мужика взгляд стервы и тоном, не менее стервозным чем взгляд, приказала: -Мне завтрак. Я сяду за тот столик. На столик расстелить скатерть. Столик отгородить ширмами, как вчера. Вопросы?! Настя поймала себя на том, что копирует Говоруна. -А не слишком ли ты много на себя берёшь? — улыбка мужика перешла в ухмылку. — Для такой как ты столик не положен. На стойке поешь. Ишь, скатерть ей расстели. На койке тебя расстелить за так… Что он хотел сказать, Настя не услышала. Она выхватила пистолет из кобуры и выстрелила в сторону мужика. Пуля прошла от него больше чем в метре, но мужику этого хватило, чтобы рухнуть за стойку и завопить. Зал наполнился шумом, криками, топотом ног. Настя убрала оружие и посмотрела за стойку. Увидела оружие и отпрянула, а потом присела и перекатилась в сторону. Сделала это вовремя. Там, где только что была её голова, стойка разлетелась щепками. Настя вновь выхватила пистолет и замерла выжидая. Когда над стойкой показалась голова, Настя прикинула, где за стойкой находится всё остальное и выпустила в стойку половину обоймы. Судя по воплю, попала. Сразу откатилась в сторону, ожидая ответных выстрелов, но выстрелов не было. -А ну, брось оружие!!! Брось!!! — услышала она со стороны. Настя посмотрела, кто ей кричит, и осторожно положила оружие на пол. Потом, как в кино, оттолкнула его в сторону. В неё целились два охранника и, Настя не сомневалась, что не подчинись она, и они выстрелят. Однако, «лежать мордой в пол», как в кино, она не стала. Медленно поднялась и замерла, показывая, что в руках у неё ничего нет. Охранники чуть расслабились, но тут же напряглись и навели оружие Насте за спину. Настя чуть повернулась и заметила, как из-за стойки показалось дуло дробовика. Не опуская рук, она сместилась, чтобы дать охранникам возможность стрелять. -Что здесь происходит?! — раздался громовой голос. В зал вошёл Борисов. -Вот, — как-то неопределённо сказали охранники, указав на Настю. Они и сами не могли понять, что происходит. -Эта сука мне ногу прострелила!!! — завопил мужик за стойкой. — Она мне чуть башку не прострелила, а потом по ногам стрелять стала! -Руки можно опустить? — спокойно спросила Настя. — И пусть этот уберёт оружие. Или, пусть его держат на прицеле. Мне так спокойнее. -Родик, убери оружие! — приказал Борисов. -Борисыч, да она мне ногу… -Оружие убрал!!! — рявкнул Борисов. Родик неохотно повиновался. -Объяснения, — ни к кому не обращаясь, приказал Борисов. -Да чё объяснять?! — завопил Родик. — Я стою за стойкой, а эта… -Только скажи!!! — крикнула Настя. Родик захлебнулся словами и с опаской посмотрел на Настю. Все в зале тоже посмотрели на неё. -Я не думаю, что Настя просто так начала стрелять, — сказал Борисов. — У неё, наверняка, найдётся объяснение… -Да, просто он меня шлюхой назвал, — сказала Настя. -Не называл я! — открестился Родик. -А как ты меня назвал? — спросила Настя. Родик промолчал. -Почему-то я верю Насте, — задумчиво сказал Борисов. — Почему бы это? -Да не называл я её!!! — закричал Родик. — Подошла такая… Требует от меня непонятно что! А сама — подстилка… Родик осёкся, но было поздно. -Мне всё ясно, — сказал Борисов. Зал загудел десятками голосов. Настя оглянулась. В зале заметно прибавилось народу. Все всё слышали и теперь обменивались мнениями, а также объясняли тем, кто не понял, что происходит. Подошли новые люди. Им тоже стали объяснять. В зале становилось шумно. Борисов быстро отдал какие-то распоряжения охране. Какие — этого Настя не поняла. Борисов говорил на английском. Однако, охранники поняли и быстро стали наводить порядок. Родика взяли под руки и, не смотря на протестующие вопли, чуть не силком выволокли из зала. Кого-то вежливо попросили вернуться за столики, кого-то просто разогнали приказами. Подняли и подали Насте её пистолет. К стойке подошёл человек с пылесосом и быстро убрал куски пластика и щепки. Ещё пара человек начала замывать кровь. Родика заменил новый бармен. Борисов отдал ему распоряжения и подхватил Настю под локоток. -Позвольте, пока вы находитесь в заведении, быть вашим сопровождающим — вежливо, но непреклонно сказал он. -Я сама хотела попросить вас об этом, — соврала Настя. — Простите, что доставила вам неприятности, но очень уж он меня разозлил. -Вы, Настя, тоже простите, но больше я не разрешаю вам ходить по заведению с оружием. Оставляйте оружие там, где его оставляют все. -Простите, я не знаю, где его надо оставлять. И мы позавчера с оружием пришли. И никто не возразил. -Говоруну здесь никто не возражает. Я бы его не пускал вообще, но он… Мадам его любит, поэтому… -Любит?! — искренне удивилась Настя. — Я думала… -Он вам рассказал, — помрачнев, толи спросил, толи утвердил Борисов. — Прошу вас об этом не распространяться. Для мадам и заведения это потеря репутации. Да, мадам Говоруна боится. Его многие боятся. -А почему вы с ним не любите друг друга? — спросила Настя, кляня своё любопытство. — Простите, если не хотите отвечать… -Настя, вы как ребёнок, — засмеялся Борисов. — Что значит «не любим»? Я его терпеть не могу. Вам, и не только вам, он кажется таким героем. Сильный, независимый, никому не подчиняющийся. Знаете, для меня, он всего лишь оболтус, которого я не могу лишить оружия в общественном месте. При этом он постоянно это оружие применяет, потому, что может без проблем заплатить штраф. Знаете кто он? Мажор, с невероятным самомнением и кучей денег. -Почему он мажор? — удивилась Настя. — Он же зарабатывает… -Он вам кое-что про мадам рассказал. Я тоже его тайну вам расскажу. Как с ней поступать — решайте сами. Вы знаете, что все сталкеры откладывают деньги для Болотного Доктора. На один счёт, которым Доктор пользуется. Так вот. Однажды Говорун, довольно большой штраф, заплатил с этого счёта. У него есть к нему доступ, и он им пользуется. Вы мне не верите. Я сам сначала не поверил, поэтому начал проверку. А теперь я вам ещё одну тайну открою. Говорун — сын Доктора. Это точно известно. Сам Доктор признался. И сыночка своего он постоянно от проблем отмазывает. И с Долгом договорился, когда Говорун их охотников убил. И с Монолитом он переговоры вёл. И с наёмниками. Он постоянно делишки своего сынка покрывает. И платит за него тоже он. А Говорун — просто отмороженный убийца и ничего более. Я ему однажды об этом сказал и с тех пор мы с ним на ножах. Вы можете мне не верить, но всё, что я сказал — правда. -Знаете, я даже не знаю, что на это сказать, — подумав, сказала Настя. -А ничего говорить не надо, — усмехнулся Борисов. — Можете верить, можете не верить. Кстати, я слышал, что Говорун вас постоянно отмычкой вперёд пускал. Чем он вас мотивировал? И артефакты вы ему доставали. Мне интересно, что он такое делал, что вы для него жизнью рисковали? Впрочем, не моё дело. Хотите совет. Попросите мадам выкупить вас у него. Поверьте, здесь вы проживёте дольше, чем с ним. Некоторое время они помолчали. Настя обдумывала сказанное Борисовым. Верить она ему не могла. Не верить тоже. Как-то так получилось, что то, что Настя видела, как обыденную жизнь сталкера, оказалось чем-то невероятно рисковым с другой точки зрения. Причём эта точка зрения была точкой зрения большинства. Ещё немного подумав, Настя приняла решение. -Знаете, я не приму это предложение. Мне никак не хочется работать девочкой в борделе. Возможно, я буду сталкером одиночкой. Возможно, войду в чей-то отряд… -Это если Говорун вас отпустит, — вставил Борисов. -Так! — хлопнула ладонью по столу Настя. — Мои отношения с Говоруном совершенно не такие, какими вам кажутся. Я верю вам. Верю в то, что вы сказали. Но только фактам. Откуда вы можете знать, какой Говорун, если вы мне про него одно говорите, а я вижу совершенно другое? Может быть, я ошибаюсь, но тогда мне нужны факты, которые доказывают обратное. Пока, все говорят мне одно, а я своими глазами вижу другое. Скажите, вы сами, верите кому-то или своим собственным глазам? Это риторический вопрос. Ответ очевиден. Поэтому, когда вы мне начинаете рассказывать, какой у него характер, какой он плохой, я не могу поверить ни единому вашему слову. -Вы Настенька не думаете о том, что когда вы получите искомые факты, будет поздно. Вы уже будете умирать в аномалии. Или будете проданы нам в заведение. Или с вами ещё что-нибудь случится. -Пусть так, — согласилась Настя, — но это лучше, чем самой продаться заведению. Или уйти от Говоруна и перейти к другим людям, а потом точно также умирать в аномалии и спрашивать себя, зачем поменяла… -Я вас понял, — прервал её Борисов. — Простите, меня зовут. Возможно, что-то ещё случилось… Мне придётся вас оставить. Будьте добры, отдайте мне оружие. Я сдам его на хранение. Вы вполне сможете получить его после того, как позавтракаете и пойдёте в тир. За стрельбу штраф заплатит Говорун, поэтому не думайте об этом. Да, и на будущее. Если вас оскорбили, и вы не можете этого стерпеть, то вызывайте оскорбившего на арену. Мне надо бежать. Спросите об арене Говоруна. Оружие, пожалуйста. Настя без возражений вытащила пистолет из кобуры и вложила в протянутую руку. Борисов кивнул, развернулся и пошёл к выходу. На выходе с ним заговорил один из охранников, а потом они вместе вышли из зала. Настя удивилась. До последней секунды она была уверена, что Борисов попросит её отдать и остальные пистолеты. Не может быть такого, чтобы никто не пытался оставить ещё какой-нибудь ствол спрятанным в кармане, или ещё где. Не может быть, чтобы здесь всем верили на слово и не обыскивали. Однако, у Насти ещё оставался ПМ в кармане и пистолет Коровина в маленьком кармашке на штанине. Или её не посчитали достойной обыска, или ей верили на слово и знали, что оружие она применять не будет. Пока Настя думала, что ей делать, обижаться или гордиться оказанным доверием, к столику подошли две девицы и нагло сели за столик. И вот тут Настя поняла, что действительно сходит с ума. Её рука легла на пустую кобуру. Но не это напугало Настю. Она поймала себя на желании убить этих девиц, и это было страшно. При этом Настя не могла сказать, за что она хочет убить их. Ей просто хотелось убить. Она мысленно встряхнулась и усилием воли отогнала жажду убийства. С девушками, чувствуя за собой вину, постаралась быть приветливой. -Здравствуйте, — излишне вежливо произнесла она. — И зачем вы ко мне подсели? -А тебе чё, жалко? — презрительно бросила одна из девиц. — Надоели мужики, а если ты за столиком сидишь, они не подсядут. Ты нас охраняешь, поняла? -А зачем вас охранять? — убийственно вежливо спросила Настя и также вежливо улыбнулась. — Вам же клиенты нужны. Чем больше, тем лучше. Идите в зал и ищите. -Да иди ты, — огрызнулась девица. — Слушай, с тобой мадам уже говорила? Ты согласилась? -Не ваше дело, — ровным голосом сказала Настя. Вежливая улыбка застыла на её лице, как приклеенная. Желание убить стало просто невыносимым. Видимо вторая девица заметила это и тронула подругу за плечо. -Да погоди ты! — отмахнулась та и уставилась на Настю. — Чё это не наше дело?! Очень даже наше! Слышь, может откажешься? А мы тебе за это… Мы тебя у Говоруна подменим. Будем меняться в темноте. Даже если поймёт, ему же это плоскопаралельно. Так как? Согласна? -Шли бы вы отсюда, — также ровно сказала Настя, — а не то куплю и наголо обрею. -Ха! Купит она! Ты думаешь, что Говорун тебе денег даст, чтобы нас купить? Он лучше нас сам купит. Мы его лучше обслужим, чем ты! Подошёл официант и принёс Настин завтрак. Настя преувеличенно вежливо поинтересовалась у него, с кем ей надо договориться о покупке этих двух девиц, и указала на сидящих за её столиком. Она знала, как это будет выглядеть, поэтому слегка удивлённый взгляд официанта проигнорировала. Девицы тоже посмотрели на неё немного удивлённо, а потом одна зыркнула глазами прикидывая, как сбежать, а вторая, более глупая, приняла совершенно независимый вид и презрительно посмотрела на Настю. -Ну-ну, — процедила она. — Сейчас мадам придет, и посмотрим до чего вы с ней добазаритесь. Официант пробормотал, что сейчас позовёт мадам и быстро ушёл. Настя принялась за завтрак. Она ела и совершенно не обращала внимания на оскорбления, которыми осыпала её одна из девиц. Но когда умненькая девушка попыталась сбежать, она тут же прервала завтрак и рявкнула на неё, чтобы сидела и не рыпалась. С озабоченным лицом подошла мадам. В стороне появился Борисов. Настя получила огромное удовольствие от того, что малейшее упоминание о ней заставляет стольких людей волноваться и сразу бросать все дела. -Nastya. Are you sure, that you want buy a girl? — спросила мадам. -Я хочу купить этих двух и обрить наголо, — не поняв вопроса, ответила Настя. — Сколько это будет стоить? -I am sorry. I do not understand, — сказала Генриетта и в растерянности повернулась к подошедшему Борисову. Они быстро переговорили. Борисов сохранял каменное выражение лица, но мадам не могла скрыть удивление. Ненадолго задумавшись, она что-то уточнила у Борисова. Не меняя выражения лица, он повернулся к Насте. -Настя, мадам хочет уточнить. Вы хотите купить девушек, обеих, чтобы потом отрезать им волосы? И больше вы ничего не хотите? В смысле… -Больше я ничего не хочу, — перебила его Настя, — не надо делать из меня извращенку. -А то, что вы хотите сделать — не извращение? -Нет, — сразу сказала Настя, — не извращение. Если бы они не принадлежали заведению, то я бы им просто так волосы повыдёргивала. А так, я хочу сделать всё по правилам. За испорченный товар я заплачу. Борисов переговорил с мадам. -Настя, а зачем вы хотите выдернуть девушкам волосы? — спросил он после переговоров. -Догадайтесь, — фыркнула Настя. — Они ко мне подсели без разрешения, вели себя… А самое главное, они меня и себя вровень поставили. Точнее, меня до своего уровня опустили. Как мне поступить в таком случае? Как бы вы сами поступили? -Настя, — проникновенно сказал Борисов, — если девушки себя так вели, то их накажут и без вас… Генриетта вдруг прервала его и быстро заговорила. Борисов несколько секунд выглядел озадаченно, а потом поморщился и вновь стал совершенно бесстрастным. Повернулся к Насте. -Вы можете выпороть ремнём обеих девушек. Вам это будет стоить намного меньше, а наказаны они будут больше. -А почему меньше будет стоить? — поинтересовалась Настя. -Несколько синяков не сильно испортят их товарный вид. -Что ж, меня это вполне устроит. -А Говорун согласится оплатить ваши развлечения? -Я сама оплачу свои развлечения. Где я могу их выпороть? -Есть место… — Борисов немного замялся. — Вы действительно этого хотите? Может быть, вы передумаете, и не будете иметь претензий к девушкам? Они извинятся за своё поведение, и инцидент будет исчерпан. Мадам что-то быстро сказала. Борисов почти незаметно поморщился, но потом повернулся к Насте и перевёл. -Если вы хотите пороть девушек сейчас, то можете пройти с ними в специальную комнату. Вам это будет стоить по сто тысяч за каждую. -Рублей? — уточнила Настя. -Смотря как будете бить, — пожал плечами Борисов. -Меня это устроит, — кивнула Настя. — Я позавтракала и готова. Куда идти? -Следуйте за мной, — кивнул подошедший официант. Настя встала и двинулась за ним. Девушки сидели, не поднимая глаз на протяжении всего разговора. Настя услышала, как мадам отдала им приказ, и они встали и двинулись за ней. Она обернулась. Девушки шли, глядя в пол, одна из них чуть не плакала. Настя фыркнула и ускорила шаг. Официант тоже вынужден был ускориться. Они прошли по коридору, спустились в подвал, прошли пару дверей и остановились перед крепкой дверью, обитой какой-то тканью, с явно толстой подкладкой. Настя выразила удивление, глядя на обивку, и официант счёл нужным пояснить. -Чтобы крики не были слышны. Настя снова не поняла, но тут дверь открылась, и всё стало понятно. Маленькая комнатка представляла собой стилизацию под средневековую пыточную. Какие-то приспособления висящие на крюках вбитых в стенку, деревянные скамейки с прикреплёнными к ним ремнями, стеллажи с кнутами и просто тонкими палками. Ничего особо зловещего, даже уютненько, но Настя всё равно содрогнулась. -Скажите, — обратилась она к мужчине, — а у вас часто здесь клиенты бывают? -Бывают, — ответил он, стараясь быть безразличным. -Ладно, — решилась Настя, — меня это устраивает. Вы будете следить, чтобы я девушек сильно не избила? -Нет, — покачал головой официант. — Вы их купили. Они полностью ваши. Можете делать с ними что угодно. Только, если вы их убьёте, заплатите большой штраф. -Да не собираюсь я их убивать, — поморщилась Настя. — Вы можете идти. А вы, — повернулась она к девушкам, — заходите, давайте. Девушки зашли в комнатку и остановились сразу за дверью. Настя зашла вслед за ними и толкнула, чтобы двинулись дальше. Закрыла дверь. Увидела засов и автоматически задвинула его. Повернулась к своим жертвам. Одна из девушек стояла, глядя в пол, и чуть не плакала. Другая дерзко смотрела прямо Насте в глаза. -Ну что, с какой из нас начнёшь, хозяйка? — спросила дерзкая. — Нам самим раздеться, или ты с нас одежду срывать будешь? Привяжешь, или просто прикажешь лежать? -«Господи, что я здесь делаю»? — мелькнула у Насти мысль. -А вот что прикажу, то и будешь делать! — рявкнула она. — Я тебя купила, поэтому давай-ка, умерь свой тон! -Ха! Купила она! Не ты купила, а Говорун! Это его деньги! Не понравится ему, как ты деньги тратишь, так ты сама на нашем месте окажешься! -Я свои трачу! Говорун тут не при чём! А вам дурам это объяснить не получается. Придётся вбивать через попу. -Через что? — немного удивлённо спросила Настина оппонентка, и хихикнула. Настю переполнило бешенство. Она набросилась на девушку и принялась её бить. С ней уже такое было, и не так давно. Она также набросилась на контролёра, а до этого набрасывалась на Говоруна. Вспомнив об этом, Настя пришла в себя. -«У меня истерика», — отстранённо подумала Настя. — «Надо собраться и прекратить это». -Послушай, — обратилась она к девушке, прекратив избиение, — а зачем ты меня провоцируешь? Ты ведь меня именно провоцируешь, не отрицай. Девушка насуплено смотрела на неё. Настя её придерживала рукой. Не потому, что это было необходимо, а просто, чтобы контролировать возможного противника. Хоть девушка и не сопротивлялась, когда Настя её избивала, а только прикрывалась от её ударов, всё равно, помня, как дерзко она себя вела, Настя ожидала от неё ответного удара. -Твоё-то какое дело? — зло глядя на Настю, ворчливо спросила девушка. — Хотела бить, ну так бей. Бей! Чего ты?! Давай! Ты же нас купила! Давай! Бей! -Да не хочу я вас бить, — отшатнулась Настя. -Не хочешь! А зачем тогда деньги платила?! Зачем нас мадам заложила?! -Что сделала? — не поняла Настя. -Ничего не сделала, — огрызнулась девушка. — Сука! Чтоб ты сдохла! -Ты меня провоцируешь, — сказала Настя. — Я теперь точно это вижу. Зачем? Тебе нравится, когда тебя бьют? -Ты что, дура? — удивилась девушка. -Я дура? — в свою очередь удивилась Настя. — Ты меня провоцируешь. Как иначе мне тебя понимать? Девушка насупившись смотрела на неё. Настя не торопила с ответом. Давала время обдумать и решиться на ответ. Прошло не меньше минуты, прежде чем девушка отвела взгляд и решилась на ответ. -Я тебя завожу, чтобы ты меня била, а Марыське меньше досталось. Я тебя… Я… Это я виновата, что ты на нас разозлилась. Просто мы не думали, что ты с Говоруном так… И совсем его не боишься. -А почему я должна его бояться? — спросила Настя. Обе девушки посмотрели на неё круглыми от удивления глазами. Настя ждала ответа, переводя взгляд с одной на другую. Девушки переглянулись и вновь уставились на Настю. Наконец Марыська решилась что-то сказать. Говорила она с заметным акцентом, но вполне разборчиво. -Говорун убийца, — как будто всё объяснив, сказала она. -Здесь все убийцы, — парировала Настя. -Ну, не скажи, — сказала девица с неизвестным Насте именем. — Другие столько не убивают. Да и вообще… Говорят, что он не человек уже, поэтому так много убивает. Приносит жертву Маме-Зоне. -Нормальный он человек, — пожала плечами Настя. — Со своими тараканами в голове, но у кого их нет. У меня вот тоже появились. Я раньше даже представить себе не могла, что захочу кого-нибудь купить, чтобы выпороть. Девочки, я схожу с ума. Мне об этом говорили… Сказали, что я ничего не смогу с этим сделать. Я схожу с ума-а-а-а!!! Настя разревелась. Двум незнакомым ей девушкам она рассказывала о себе и о том, как сходит с ума. О том, что раньше ни за что не решилась бы раздеться перед толпой мужиков. О том, что даже предположить не могла, что ей придётся кого-то убить. О том, что она совсем не хочет, но постоянно приходится всем доказывать, что она не игрушка Говоруна, а сталкер. О том, что она постепенно превращается в монстра, готового убивать по любой своей прихоти. А сегодня совершенно точно сошла с ума и делает то, что даже вчера делать не стала бы даже за все сокровища мира. Девушки тоже расплакались. В ответ они стали рассказывать ей о своём. О том, как их заставили отправиться в Зону, откуда нет выхода. О том, как их «воспитывали», показывая, что бывает с человеком в Зоне. О том, что не оставили им выбора, кроме борделя. О мужиках, воняющих потом, грязью, гнилью и чёрт знает чем, которых они обязаны обслуживать. И что все их заработанные деньги хранятся у мадам, а они, по сути, являются рабынями, для которых заработок — весьма абстрактная величина. И что за малейшую провинность, мадам отправляет их в эту комнату, где их избивают, иногда клиенты, а иногда и сама мадам. Всё закончилось обоюдными слезами. Настя попросила прощения у девушек. Девушки попросили прощения у Насти. Они все простили друг друга и вновь начали вываливать друг на друга свои проблемы. Наверное, Насте нужна была такая разрядка. Не истерика, а просто выплакаться, рассказать кому-то о своих проблемах, получить глупый совет по их решению, просто поговорить. Самое главное, ей нужно было ощутить, что её проблемы не так уж велики, что у кого-то проблем больше. Вернее, ей нужно было ощутить то, что у кого-то тоже есть проблемы. Ей так не хватало этого при разговорах с Говоруном. Выслушает, посмеётся, расскажет о том, что её проблемы надуманная чушь, а потом уйдёт не посочувствовав. А у самого нет никаких проблем. Рядом с ним Настя чувствовала свою ущербность. Чувствовала себя глупым ребёнком рядом с умным взрослым. Вот и сходила с ума. Сейчас это стало для неё очевидным. Постепенно все выплакались. Настя поймала себя на том, что повторяется, рассказывая о своих проблемах. Девушки могли бы рассказать ещё много историй, но видя, что Настя молчит, тоже замолчали. Какое-то время все сидели молча. Настя решилась нарушить молчание. -Ваши проблемы решаются просто. Вам надо просто уйти из борделя. -И куда мы пойдём? — немного испуганно спросила Марыся. -Вы можете уйти к женщинам на базе Свободы, — предложила Настя. -А как мы туда дойдём? А что мы там будем делать? Да и не надо нам этого. Они же по Зоне ходят. Нас будут первыми пускать, как отмычек. Не-е-е, нам ещё жить хочется. — Вы тут что, хорошо живёте? — удивилась Настя. — Если вам не нравится жить здесь, то вы всегда можете уйти. В конце концов, стоит, наверное, один раз рискнуть. Есть такая цитата: «Лучше ужасная смерть, чем ужас без конца». Как-то так, я точно не помню… -Не, мы не хотим умирать, — покачала головой девушка, имя которой Настя так и не узнала. — Мы не такие безбашенные как ты. -А как тебя зовут? — спросила Настя. — Мы так и не познакомились… -Олеся. А это Марыся. Я с Украины, а она с Польши. Сюда случайно попали. А потом повезло и нас в заведение взяли. Повезло… -Повезло? — удивилась Настя. — Вы же сами только что жаловались на то, что здесь плохо. -Плохо, — согласилась Марыся, — но в других местах хуже. Мы, пока сюда шли, такого натерпелись. Не так, как ты… Нас прикрывали. Может быть, мы только поэтому с ума не сошли. -Мы пять отмычек потеряли, — вставила Олеся. — Троих в аномалиях, а двоих мутанты порвали, и их пришлось добить. Было так страшно. А ты хочешь, чтобы мы сами в Зону пошли! Нет уж! Нам ещё пожить хочется. Настя вспомнила их недавний разговор с Говоруном. Про свободных и рабов. Теперь она согласилась с ним. Сейчас перед ней был пример его правоты. Как ни убеждай Олесю и Марысю в том, что свободными быть лучше, они не захотят рисковать. Сытое рабство привлекает их больше. Страх смерти не даёт им быть свободными. -Вас и здесь в любой момент убить могут, — заметила Настя. — Лучше уж самим принимать решения и нести за них ответственность. Если уж так получится, что умрёте, так хоть по своей воле, а не для чьих-то развлечений. Девушки принялись уверять её, что здесь таких развлечений не бывает. Что мадам девочек в обиду не даёт. Они полностью подтвердили слова Говоруна о рабах. Жалуясь на свою жизнь, они ничего в этой жизни менять не хотели. Они вполне готовы были умереть по чьей-то воле, лишь бы самим не принимать решений и не нести за них ответственность. Настя уже готова была высказать им всё это, но промолчала. Поняла, что бесполезно. Девушки только обозлятся на неё. Они прекрасно всё понимают, но живут иллюзиями. Тот, кто развеет их иллюзию, станет для них врагом номер один. Насте совсем не хотелось заводить себе новых врагов. В дверь постучали. Сначала как-то неуверенно, а потом стали бить ногами. Во всяком случае, массивная дверь начала трястись и лязгать засовом. Настя достала пистолет и подошла к двери. -Кто там?! — громко крикнула она. -Я это. Я! — услышала она голос Говоруна. Настя обрадовалась и открыла дверь. Говорун рыкнул на кого-то, кто собирался сунуться вслед за ним в комнату и вошёл, по-хозяйски осматриваясь. Лицо у него было оскалено злой улыбкой, а сам он всем своим видом показывал, что очень зол. Настя знала, что когда он показывает злость его не стоит бояться, а девушки этого не знали и испуганно сжались, боясь возможных неприятностей. Говорун внимательно на них посмотрел и повернулся к Насте. -Настя, я тебе говорил, что у тебя не так много денег, чтобы тратить их на развлечения? И ладно бы ты развлекалась, а то ведь заплатила только за то, чтобы этих шалав не били. Доброта — это хорошо, но надо и наперёд думать. Тебе может потом, в самый важный момент, этих денег не хватит. Или ты их морально убила? Я смотрю, они слезами умылись… -Я заплатила, чтобы… Я действительно хотела их избить, но потом передумала. Мы тут посидели… В общем, тебе этого не понять. Зачем ты пришёл? -А ты не догадалась? Ты на время посмотреть не хочешь? Я сказал, что у тебя два часа, а сколько прошло? -Я не знаю, сколько прошло, — сказала Настя. — У меня нет часов, ПДА, вообще чего-либо измеряющего время. -Но понять, что… — начал Говорун. — Ай, ладно! Чего просто так пререкаться? Ты не будешь их наказывать? Тогда пойдём. Вы, шалавы, понимаете, как теперь ей должны? -Мы понимаем, — ответила Олеся. -Вот и понимайте, — кивнул Говорун и показал Насте на выход. Настя встала и двинулась к двери, но её перехватила Олеся. -Говорун, можно мы Насте пару слов скажем? Наедине. Она всего на пол минутки задержится. -Пол минутки, — веско сказал Говорун и вышел. -Настя, — быстро затараторила Олеся, — мадам тебя попросит танцевать сегодня вечером. Не соглашайся, пожалуйста. И попробуй Говоруна уговорить, чтобы он тебя не заставил это делать. -А почему? — удивилась Настя. -У нас сегодня ночью куча клиентов была. Я не знаю, как ты с Говоруном, а нам больше пяти мужиков выдержать трудно. Заказывают в основном меня и Марыську. Мы самые здесь красивые. После того, как ты вчера танцевала, мужики все возбудились, и нам всю ночь пришлось работать. Если мадам тебя попросит, то не соглашайся, пожалуйста, сегодня снова танцевать. И постарайся Говоруна… -Время! — крикнул Говорун за дверью. — Настя, живо сюда! Настя, спешно попрощавшись, выскочила из комнаты, но всё равно, Говоруна ей пришлось догонять. Он уже был в конце коридора и, не оборачиваясь, шёл к выходу из подвала. Настя догнала его и пристроилась за спиной. На выходе он задержался у небольшого окошка, и Настя получила оттуда свой пистолет, о котором уже забыла, а потом, также ни слова не говоря, двинулся дальше. -Ты сердишься? — спросила Настя, когда они шли по улице, и рядом никого не было. -А ты не видишь? — вопросом ответил Говорун. — Я всеми правдами и неправдами выбиваю нам тир… -Прости, прости, прости! Ну, прости меня, пожалуйста! Я сегодня сама не своя. На Генриетту наорала, в человека стреляла. Я даже там хотела… Представляешь, я хотела их побить. -Мне уже доложили. Прибежал чувак из заведения. Кричит: «Приходи, забери свою… бешенную!». Что на тебя нашло? Была такой тихой девочкой… -У меня стресс, — пожаловалась Настя. — Мне надо что-то такое сделать, чтобы успокоиться. Я не знаю что… -В меня пострелять не хочешь? — спросил Говорун. — Не смотри на меня так. Я совершенно серьёзно. Устроим дуэль. Я без оружия, а ты с пистолетом. Пощекочешь себе нервы. Постреляешь. -Нет, спасибо, — отказалась Настя. — После такого, я ещё больше с ума сойду. Особенно, если попаду. -Вечером мы с тобой поговорим. И о твоём сумасшествии, и о твоём стрессе. Ты права, это становится проблемой. Ничего, я постараюсь сделать так, чтобы у тебя завтра стресса не было. В последней его фразе Насте показался какой-то подтекст. -Ты что имеешь в виду? — подозрительно спросила она. -Ничего такого, — отмахнулся Говорун. — Мы уже пришли. Они подошли к небольшой двери. Зашли в тамбур, и над следующей дверью Настя прочитала надпись: «Добро пожаловать на Арену». Настя удивилась и оглянулась на Говоруна. Тот плотно закрывал входную дверь, но её удивление заметил. -Здесь Арена для дуэлей и гладиаторских боёв. А когда боёв нет, здесь тренируют новичков Долга. Я выпросил нам два часа тренировок. Осталось полтора. Пойдём, нам надо торопиться. Они вышли в большой зал. Раньше это был цех завода, а сейчас здесь оборудовали какую-то полосу препятствий. Отсюда Настя видела кучу железа, ящики, контейнер. Говорун пояснил, что всё это разбросано по пространству цеха и создавало некий лабиринт. У дальней стены была видна какая-то будка. Весь её второй этаж был застеклён. По верху одной стены шла галерея. Она тоже была застеклена. Настя указала на будку и галерею. -А не может быть такого, что рикошетом пуля в стекло попадёт и разобьёт его вдребезги? — спросила она Говоруна. -Может, но всё стекло пуленепробиваемое. Сделано, чтобы гладиаторские бои смотреть. Там ещё камеры для съёмки висят. Продажа записей гладиаторских боёв — хорошие деньги. С них это стекло и поставили. -И что мы тут делаем? — спросила Настя. — Или ты хочешь, чтобы я в гладиаторских боях участвовала? -Не смешно, — неожиданно зло огрызнулся Говорун. — Нет, я хочу, чтобы по сигналу ты прошла до центра, по пути отстреливая все мишени. Когда дойдёшь, я дам сигнал и проверю тебя на скорость реакции. Ты на площадке будешь стрелять по выдвигающимся мишеням. Они будут выдвигаться всё быстрее и тебе надо будет прострелить их все. Вопросы? -Какой сигнал? -Я думаю, ты поймёшь, — улыбнулся Говорун, — но если нет, то я тебе дам команду. Да, идти к площадке не обязательно по прямой. И старайся не стоять на месте, а крутиться. В смысле, кувырки, перемещения тебе тоже в зачёт идут. Если ты сдвинулась, то мишень тебя не смогла поразить, а значит, тебе не будет минус по очкам. Понятно? -Да, я поняла, — кивнула Настя. -Тогда стой и жди сигнала. Говорун скрылся за контейнером и через минуту Настя увидела, как он поднимается в будку. Ещё через минуту что-то загудело, а потом по залу пронёсся звук сирены. Было бы странно думать, что это не сигнал. Настя вытащила оружие и двинулась вперёд. Лабиринт неожиданно увлёк её. Ей понравилось идти и расстреливать мишени. Первую мишень чуть не упустила. Та поднялась почти бесшумно и Настя только краем глаза заметила движение. Не сразу поняла, что надо стрелять и чуть не промахнулась. Зато потом она реагировала быстро и иногда расстреливала мишени, ещё пока они появлялись. Единственное что ей не нравилось — экономия патронов. Когда она расстреляла одну мишень десятком выстрелов, Говорун через громкоговорители выразил ей своё недовольство. Дальше Настя придерживалась заложенного принципа и тратила не больше одного патрона на мишень, хотя и хотелось всадить в каждую по обойме. Зато в центре лабиринта она оторвалась. Мишени возникали с разных сторон. Иногда по две разом и приходилось крутиться, стреляя с пулемётной скоростью. Настя с трудом успевала менять обоймы. В какой-то момент, она поймала ритм и дальше расстреливала мишени без особых проблем. На мишени были наклеены картинки с кровососами, контролёрами, нарисованные карикатурно, но узнаваемо. Были и типографским способом отпечатанные картинки с террористами в масках, просто вооружёнными людьми и какими-то монстрами, которых Настя никогда не видела, но выглядели они весьма опасно. Подчиняясь ритму, Настя развернулась на звук за спиной и выстрелила. Только после выстрела сообразила, что на мишени фотография женщины с младенцем. Пуля пробила фотографию прямо там, где был нарисован младенец. Следующие две мишени Настя пропустила. Рявкнула сирена и гул прекратился. В зале воцарилась тишина. -Говорун, ну зачем? — простонала Настя. -Помнишь, мы говорили об обученных убийцах? — спросил он, выходя из-за контейнера. — Вот, я дал тебе наглядный пример. Теперь я могу объяснить тебе так, чтобы было понятно. -Что объяснить? — вновь простонала Настя. -Чем обученный убийца отличается от необученного. Кстати, поздравляю. Ты сдала экзамен за первый этап обучения стрельбе. -Ура, блин! — с сарказмом сказала Настя. -О! Ты уже ругаться начала! Пока не очень получается, но лиха беда начало. -Зачем вот это? — Настя указала на мишень с женщиной. -Чтобы мы с тобой предметно разговаривали. Без этого я ничего тебе не смог бы объяснить. Чем обученный убийца отличается от необученного? Тем, что один из них обучен. А как обучают убийц? А вот так! С помощью вот таких тренажёров. Ты не первая, кто замер, когда выстрелил в эту мишень. Все замирают! А вот после этого начинается учёба. Выходит инструктор и кроет новичка матом. За то, что замер и не поразил остальные мишени. Внушает, что это такая же мишень, как и остальные. В следующий раз новичок хитрит. Он ждёт эту мишень и не стреляет в неё. Выходит инструктор и вновь его кроет. Теперь за то, что не стрелял и показывает вот это. Говорун подошёл к мишени и оторвал часть картинки с младенцем. Вместо младенца у женщины на руках теперь был какой-то агрегат, или снаряд, или непонятное Насте оружие. -Новичку внушают, что женщина здесь не просто так, а тоже террористка. В следующий раз он уже без колебаний стреляет в мишень. Ему показывают, что оружия у женщины не было, а был младенец. Короче, в конце обучения спецназовец готов стрелять во всё, что движется. И без колебаний. Знаешь, при спецоперациях кричат: «Всем лежать, работает спецназ!!!». Не дай бог тебе не лечь. Возможно, если будешь просто стоять, то не убьют. Но если сделаешь, хоть одно угрожающее движение… Выстрелят без сомнения. Они вместо людей видят мишени. Их так учили. -Ты меня такому же учишь? — спросила Настя. -Нет! — категорически отверг её предположение Говорун. — Я тебя такому не учу. Я даже удивлён, что ты норматив сдала. Уверен был, что не сдашь. Этот тренажёр подсчитывает твои попадания, скорость реакции, точность выстрелов. Ты полностью сдала норматив. С перекрытием. Ты одна из лучших. Но я был уверен, что ты не сдашь. Что будешь думать перед выстрелом. Ведь на мишенях люди нарисованы… -Говорун, — Настя расплакалась. — Говорун, я схожу с ума. Я стреляю в людей. Говорун подошёл и обнял её за плечи. Сел на песок арены и усадил её рядом. -Не сходишь ты с ума! У тебя просто переоценка ценностей, а это болезненный для психики процесс. Кажется, что ты сходишь с ума, но не волнуйся. Через пару недель всё встанет на свои места. Ты будешь другой, но наверняка, не хуже, чем сейчас. -И я не стану убийцей? -Тебе решать, тебе. -Я не хочу становиться убийцей. Я не хочу убивать. -Приходится убивать, — вздохнув, сказал Говорун. — Мне тоже не хочется быть убийцей, но иначе не получается. Да и не убийца ты. Я уверен, что будь здесь вместо мишеней люди, или даже мутанты, ты бы отказалась стрелять. Да и после выстрела в эту мишень ты замерла. Точнейший тест. Ты не убийца. Знаешь что, давай проведём ещё один тест. Вытри слёзы и прогуляйся по лабиринту. Вновь будут выскакивать мишени. Ты вновь должна будешь в них стрелять. Нет, это вовсе не для того, чтобы над тобой поиздеваться! Просто тебе самой это нужно. Правда, сама увидишь. Просто, побегай и постреляй. Ну… Вперёд! Настя нехотя поднялась и отошла в сторону. Повернулась к Говоруну, желая спросить, где будет он, пока она будет бегать и стрелять, но его уже не было на месте. Настя осмотрелась и не нашла его. В песке были видны следы. Говорун не сказал, что она не может выслеживать его, поэтому Настя двинулась по следам. Раздался короткий сигнал сиреной, и Настя выхватила оружие. В лабиринте начали появляться мишени. Настя теперь старалась стрелять по мишеням так, чтобы нарисованные люди и мутанты считались не убитыми, а ранеными. И вдруг поняла, что стреляет в мишень, но мимо фигуры. Мишени всё равно убирались после попаданий, поэтому Настя продолжила стрелять мимо. Пройти по следам Говоруна не получилось. В небольшом коридорчике лабиринта, куда вели следы, мишени стали выдвигаться так быстро, что Настя с трудом успевала в них прицелиться. Поняв, что при перезарядке она абсолютно точно не успеет поразить все мишени, Настя отступила. И сразу начала искать другой путь в будку. Она уже догадалась, что Говорун прошёл именно туда. Видимо там был пульт управления, благодаря которому всё здесь и работало. Насте стало любопытно посмотреть, как здесь всё управляется. А ещё, она хотела добраться до Говоруна. Просто, чтобы потешить своё самолюбие. Ведь он специально не дал ей пройти по своим следам. В этом Настя не сомневалась. Прорваться в будку, доказать самой себе, что она может сделать это — стало для Насти главной задачей на ближайшие пол часа. Она прорвалась. Несколько раз заходила с разных сторон, но будка была неприступна. В конце концов, Настя нашла выход. Она не пошла медленно, стараясь отслеживать цели, а пробежала опасное место, стреляя во все стороны и не особо заботясь о попаданиях. Такой метод сработал. По крайней мере, сигнал, означающий, что игрок убит, не прозвучал. Настя быстро отыскала лестницу наверх и поднялась к двери. Дверь оказалась не заперта. Настя вошла, ожидая подвоха, но ничего не произошло. Говорун сидел за пультом и смотрел на какие-то графики на мониторе. -Настя, подойди и посмотри. Я никогда не видел таких плохих результатов стрельбы. Он сказал это сварливым голосом, но Настя уже неплохо его знала, поэтому поняла, что на самом деле он очень доволен. Не очень понятно чем, но наверняка он сейчас поругается, а потом объяснит. Она подошла и встала у него за спиной. Всмотрелась в графики и ничего не поняла. Говорун, не дожидаясь вопросов, принялся объяснять. -Вот количество твоих выстрелов. Вот количество промахов. Вот попадания в цель. А вот это — попадания в мишень, но мимо цели. Сейчас я наложу графики… И что же мы видим? Настя, у тебя всего два попадания в цель! Я что, плохо тебя учил? -Хорошо ты меня учил, — сказала Настя. — Очень хорошо. Смотри… Вот это ведь промахи? Сколько их у меня? Чуть больше десятка. Зато смотри, я всего две мишени не поразила. Остальные все убрались. Кстати, а почему я не проиграла, если не попала в мишени?! Ты мне подсуживал?! -Не-е-ет! — засмеялся Говорун. — Всё было честно. Эти две мишени ты не подстрелила, когда прорывалась. А когда они могли в тебя попасть, ты уже ушла из их сектора обстрела. Так что, всё честно. Ты специально стреляла мимо цели? Если да, то поздравляю. Ты снова сдала экзамен. -Мне этот экзамен не нравится, — брезгливо поморщилась Настя. -Врёшь, — сразу уличил её Говорун. — Тебе понравилось. Ты там так бегала, так шарахалась во все стороны, таким суперсолдатом себя воображала. Настя стукнула его по голове. Профилактически. Хоть он и был прав, но чтобы не забывался. У Говоруна это вызвало дополнительную порцию веселья, а Настя почувствовала себя глупым ребёнком. -Хватит надо мной смеяться! — праведно возмутилась она. — Сам говорил, что у меня лучший результат! Я без подготовки экзамен сдала! Я что, не супер?! -Ты супер! — успокоил её Говорун. — Вот только, извини, но совсем в другом. А в стрельбе ты пока весьма посредственна. Ты сдала экзамен для первого этапа обучения. Потенциал у тебя хороший, но пока тебе гордиться нечем. -Говорун, вот зачем ты… -Да для того, чтобы ты не витала в весях, а на нашу грешную землю спустилась! — повысил голос Говорун. — Ты лучше многих, но это не значит, что ты готова для Зоны! Здесь такое умение стрелять… Даже сравнения не подберу… Это как каракули только что научившегося писать. Сначала ты учишься писать. Палочки, крючочки… Потом пишешь сикось-накось, потом тренируешься и пишешь как надо, и только потом вырабатываешь свой почерк. У тебя ещё только каракули. -А у тебя? — не могла не спросить Настя. -А у меня… — Говорун задумался. — А у меня уже есть умение писать любым почерком. Причём не только шариковой ручкой, но и пером, кисточкой, пульверизатором. Чем угодно! -Хвастун, — проворчала Настя. Говорун повернулся к монитору и что-то напечатал на клавиатуре перед ним. Графики изменились и сместились в сторону, а справа на экране появилась таблица. Самым верхним в ней стоял Говорун. Настя посмотрела графики его стрельбы. Ни одного промаха, ни одного условного ранения, самое короткое время прохождения лабиринта. В таблице он, по сумме результатов, превосходил самого лучшего экзаменуемого, чуть меньше, чем в полтора раза. Настя только головой покачала. -Как это у тебя получается? — спросила она. -Тренировки, — пожал плечами Говорун. — А вообще… Знаешь, когда ставка за промах — жизнь, ещё не так стрелять научишься. -А где ты учился стрелять? — спросила Настя. Говорун не ответил. Он к чему-то прислушался, а затем двинул рычажок на пульте. Внизу, под будкой, послышались голоса. Все голоса перекрывал один бас, который крыл матом Говоруна, его бабу и их амурную нужду, которую справлять нужно в другом месте. Говорун выглянул за дверь и потребовал, чтобы все прекратили ругаться. В ответ басом прилетела такая матерная фраза, что Настя её просто не поняла. Говорун явно разозлился и спрыгнул вниз. Настя выглянула, чтобы узнать, куда и зачем он отправился. Предположила, что он вновь хочет кого-то убить. Начала прикидывать, как можно отговорить его от этого, и успеет ли она это сделать. Когда Настя рассмотрела, что происходит внизу, всё было почти так, как она предполагала. За одним исключением. Говорун видимо набросился на обладателя баса, желая физически заставить его не ругаться, но избить его у Говоруна не получилось. Огромный сорокалетний мужик сам его отоварил и сейчас левая половина лица у Говоруна была красной и начинала отекать. Они снова сошлись, но Говорун теперь осторожничал и ходил кругами, делая выпады. Мужик, ухмыляясь, стоял на месте и только поворачивался так, чтобы быть всегда лицом к Говоруну. Выпады Говоруна он парировал скупыми движениями рук. За всеми этими танцами наблюдали не только Настя, но и пара десятков молодых парней. Настя пригляделась и с радостью узнала среди них тех, с кем познакомилась в посёлке Сидоровича. -Здравствуйте! — крикнула она всем, и помахала рукой. Её не дружно, но с энтузиазмом приветствовали. Говорун в этот момент набросился на своего противника, решив, что тот отвлёкся. Это оказалось не так. Говорун попал в захват и получил пару ударов по голове, от которых почти уклонился. Сам он пнул противника в колено, а потом, пользуясь тем, что тот потерял опору, сумел повалить его на землю. Для него это было ошибкой. Противник был как минимум в три раза тяжелее. Поэтому, пользуясь своим весом, зажал Говоруна ещё сильнее и начал скручивать и сминать в объятиях. Говорун пытался вырваться, но у него не получилось. Наконец оба замерли. Говорун был скручен в плотный комок и крепко придавлен к земле, а его противник держал его и не мог ни на миг ослабить хватку. Пат, но проигрыш Говоруна «по очкам» был очевиднее. -Говорун, снова ты в драку полез, — с упрёком сказала Настя. — Хоть бы подумал о том, что есть кто-то посильнее тебя. Давай, тебя отпустят, а ты больше не будешь драться? -Буду драться, — проворчал Говорун. — Если каждый при тебе будет материться, а я его не буду бить, то тогда тебя… Говорун рванулся, чтобы вырваться, но опытный противник ждал от него подвоха и пресёк его попытку. -При мне всё равно кто-нибудь будет ругаться, — пожала плечами Настя. — Не сейчас, так потом. Мне это конечно не нравится, но не драться же мне с каждым ругающимся. -Тебе не надо, — сдавленно просипел Говорун. — За тебя должен драться я. А если меня рядом нет, то ругающегося ты должна предупредить, а потом пристрелить. Если он тебя не уважает, ты в своём праве. -Э-э-э!!! — взревел мужик. — Ты чему её учишь?! Она так пол Зоны перебьёт! А потом и её пристрелят! -Если она не будет стрелять, то её не будут уважать, — спокойно сказал Говорун. — Как она проживёт без уважения? -Блин, Говорун… Мужчина отпустил Говоруна, плавным движением встал и принял стойку, готовясь отражать атаку. Говорун тоже мгновенно оказался на ногах, и вновь пошёл по кругу, готовясь напасть. Настя встала между ними. -Говорун, подожди, не нападай, — сказала она и повернулась к мужчине. — Вы меня оскорбили своими словами. Я требую, чтобы вы извинились. -Я это… — замялся мужчина. — Это я… Ну… Извиняюсь, конечно… Я думал Говорун тут… Это… Вы извините. Я не знал, что вы… Так… У нас тут женщин мало. Отвыкли мы… А вы вчера так отжигали! Мужчина расплылся сальной улыбкой. Настя разозлилась. -Это даёт вам право ругаться при мне, называть меня проституткой, прилюдно оскорблять? — Настя обвела рукой, показывая на молчащих новичков. — Вы думаете, что если такой сильный, то вам позволено всё это? -Я вас не называл, — как будто испугался мужчина, — а ругался только на Говоруна! -Но я это слышала! — перебила его Настя. — Вы думаете, что ваше словоблудие услаждало мой слух? -Э-э-э… — мужчина был растерян и потерян. — Но я же извинился! — нашёл он ещё один аргумент. -Извинения — не раскаяние, — строго глядя на него, веско сказала Настя. — Вы должны осознать глубину своего проступка. И извинения приносить искренние, а не раскидываться ими мимоходом. Идите, и подумайте над своим поведением. А когда будете готовы, приходите и я выслушаю ваши искренние извинения. Настя указала на выход. Мужчина, следуя её жесту, автоматически повернулся и шагнул. Он весь, как будто сдулся. Скрючился, втянул голову в плечи и стал меньше. Если бы не огромный рост, он бы напоминал нашкодившего школьника, которого строго отчитал директор и пригрозил вызвать в школу родителей. Вот только, сделав шаг, он опомнился и, выпрямившись, повернулся к Насте. -Какое «идите»?! — чуть не взревел он. — У нас занятия! Это вы выметайтесь отсюда! -Извинения, — спокойно напомнил Говорун, и Настя по его тону поняла, что до этого были невинные шутки, а сейчас шутки закончились. Она двинулась к Говоруну, отвлекая на себя внимание. Мужчина мог не знать, что следует после того, как Говорун начинает говорить так спокойно и отрешённо. Насте совершенно не хотелось, чтобы Говорун убил этого человека. Она вообще не хотела, чтобы он кого-то убивал. Тем более, из-за неё и ради неё. -Он потом извинится. Обдумает всё и извинится. И перед тобой тоже извинится. Пойдём, мы тут и так задержались. Наше время давно кончилось. Я уже есть хочу. Пойдём, поедим. А потом ты меня чему-нибудь ещё научишь. -Настя, не надо со мной, как с буйным психом разговаривать. Олег, отойдём, пошепчемся. Они с Олегом отошли за угол. Все молча, с тревогой, ждали, что случится. Но ничего не случилось. Через пару минут, Олег и Говорун вышли обратно. Олег явно был смущён. Говорун был совершенно бесстрастен. -Ну, вот что… — обратился Олег к новичкам. — Я умею признавать свои ошибки… Я должен их признать. В общем… — он повернулся к Насте и склонил голову, — Настя, простите меня. Я был неправ, когда говорил о вас… всякое. Я был несколько расстроен тем, что дверь не открывалась, поэтому, немного… вспылил. Простите меня, пожалуйста. Сейчас он вновь напоминал мальчишку, который нашкодил и теперь просит прощения. Настя вдруг вновь ощутила озарение. У неё появилось точное знание того, что этот человек детство провёл в детдоме. А ещё у неё появилось точное знание того, как сделать этого человека своим преданнейшим рабом. Немного ласки, немного строгости и он будет её на руках носить, и будет при этом счастлив. Настя представила себя хозяйкой такого счастливого раба и содрогнулась, а потом мысленно потрясла головой, чтобы вытряхнуть из неё такие мысли. -Разумеется, я вас прощаю, — сказала она. — Только не просто так. Вы тоже должны будете кого-нибудь простить, и не затевать глупых ссор. -Э-э-э… Хорошо. Ладно. — Закивал Олег. — А вот я этих оболтусов ругать не буду, это считается? -Олег, как вам не стыдно, — с укором сказала Настя. -Всё, всё! Понял, понял! — в шутливом испуге отступил Олег. — Больше никаких косяков от меня. Ну, раз всё порешали, то начнём. А ну, живо построились!!! Разбрелись организованной толпой!.. Вы солдаты или где?! Настя, давай в строй. Говорун тебя мне оставил. Сказал, с нами будешь заниматься. Велел передать вот это. Олег протянул открытую ладонь. На ладони лежал уже знакомый Насте кругляшёк, подающий сигнал, если при опасности его сжать. Настя удивилась, оглянулась, но Говоруна уже не было. -Ушёл он. Его полковник к себе вызвал. Он и так задержался. — Тихо сказал сзади Олег. Настя пожала плечами, повернулась, забрала с ладони маячок и быстро заняла место в конце строя. Очень быстро Настя поняла, что она здесь — лишняя. Олег мог разговаривать без мата, но командовать без мата он не мог. По-видимому, просто не умел. Начиная команду с командирского рыка, он заканчивал невнятно, запинаясь и виновато косясь на Настю. При этом он задумывался, подбирая слова для концовки, не мог ничего придумать и чуть не плакал. Это выглядело так смешно, что меньше чем через минуту в строю началась эпидемия кашля. Олег не мог этого не заметить. Но, когда заметил, не смог подобрать слов, чтобы прекратить насмешки над командиром. Настя решила прекратить это издевательство. -Простите, Олег… — обратилась она. -Что-о-о-о?! — взревел Олег. — Ко мне обращаться: «Товарищ капитан»!!! Понятно?! Я спрашиваю, понятно?! Всё его смущение и растерянность обратились в злость и выплеснулись на Настю. Настя постаралась не провоцировать его. -Так точно!!! — крикнула она. — Товарищ капитан, разрешите обратиться?! -Ишь ты… — хмыкнул капитан. — Вольно боец. Разрешаю. -Товарищ капитан, разрешите покинуть занятие? -А-а-а… Э-э-э… — Олег явно был озадачен. — Так, всем перерыв десять минут. Настя, подойди ко мне. Настя подошла. Капитан посмотрел ей за спину. Настя обернулась. Все присутствующие делали вид, что занимаются своими делами. Вот только по их поведению было видно, что все горят желанием услышать их разговор и уже приготовились «греть уши». Капитан сурово хмыкнул, но все сделали вид, что их это не касается. Выяснять отношения Олег мудро не стал. Он подтолкнул Настю в направлении лестницы и жестом показал, чтобы шла. Зайдя на второй этаж будки, и закрыв дверь, они оба облегчённо выдохнули. Это получилось так синхронно, что оба не выдержали и засмеялись. -Мне казалось, что меня взглядами прострелит, — сквозь смех сказала Настя. — Как они разозлились, когда мы ушли. -Не разозлились, а обиделись, — поправил её Олег. — А вот потом — да. Потом разозлились. -Ой, какие они любопытные. Так им хотелось знать, о чём мы будем говорить. -Настя, а с чего ты вдруг решила уйти с занятий? — вдруг посерьёзнел Олег. — Нет, я понимаю… Просто, Говорун тебя мне доверил… Если ты уйдёшь, а с тобой что-то случится, то у меня с Говоруном будут проблемы. -Простите, но вы сами понимаете, что у вас не получается вести занятие, если я рядом нахожусь и вас слышу. А ругань я действительно не люблю. И что со мной может случиться? Вернусь обратно в… заведение. Уйду в комнату, и даже не буду выходить. -Говорун сказал, чтобы я потом тебя к оружейнику отвёл. Вам оружие надо привести в порядок. -Ну вот, всё и решилось, — обрадовалась Настя. — Я подольше посижу у оружейника, пока меня Говорун не заберёт. Там мне ведь ничего не грозит? А до оружейника я дойду сама. Только объясни мне, как идти. Неужели со мной может что-то случится, пока я к оружейнику иду? -Да нет, ничего такого не должно быть, — задумчиво пробормотал Олег. — Оружие у тебя есть. Как стреляешь? -Говорун сказал, что неплохо, — скромно ответила Настя. -Да? Ну, ладно. Тогда объясню, как пройти. Настя выслушала подробную инструкцию. Капитан не успокоился, пока она эту инструкцию не повторила слово в слово. После этого он, не без сомнений, разрешил ей уйти. Настя скользнула мимо него к двери, но в дверях остановилась. -А можно мне с ребятами поговорить? — сделав жалостливые глаза, спросила она. — Минут пять. Просто узнать, как они дошли, всё ли в порядке. -Иди, — махнул рукой капитан. — Мне несколько минут надо, чтобы прикинуть, кого и к кому в пару ставить. Видя, что Настя не понимает, пояснил. -Я смотрю графики и прикидываю, кого с кем поставить. Сильного со слабым ставлю, чтобы равные пары получились. И чтобы срабатывались друг с другом. И чтобы… Всё, иди. Не трать моё время. Настя не стала что-либо уточнять и вышла из будки. Быстро спустилась по лестнице и мгновенно оказалась в окружении. Вот только что никого не было, и вдруг вокруг неё столпилось пара десятков парней. «Чудеса, не иначе» — подумала Настя. При этом каждый хотел дотронуться до неё, хлопнуть по плечу, даже обнять попытались. Настя сначала растерялась, а потом громко потребовала, чтобы все сделали два шага назад. Когда её требование проигнорировали, пугнула всех капитаном. Якобы он выйдет, если заметит безобразие. Это сработало. Все отшатнулись назад. Настя всматривалась в лица. Многих она видела в посёлке Сидоровича, но были несколько парней, с которыми она не была знакома. Самое главное — она не увидела нескольких знакомых. -А где Михаил и Мёдик? — спросила она. Сразу наступила нехорошая тишина. -Они погибли, — сказал кто-то. -Ка-ак?! — ахнула Настя. -Как все в Зоне, — зло ответил Володя, но тут же смягчился. — Болван всем пытался доказать, что он не болван. Когда отмычку в аномалию потянуло, он за ним прыгнул. Мёдик за ним. Так все втроём и сгинули. Кир… Ты помнишь Кирилла? Он просто ночью куда-то исчез. Утром встали, а его нет. Проводник сказал, что его контролёр увёл. Миха всё командовать пытался. На нас мутанты напали. Он нас прикрывал, пока его не смяли. Проводник сказал, что мы ещё нормально дошли. На последней фразе Володя скривился в такой гримасе, что сразу стало понятно, что он думает о таких нормах. Все скорбно помолчали. Настя боролась с собой, пытаясь сдержать слёзы. С трудом, но ей это удалось. -Пусть Зона будет к ним милостива, — сказала она, когда поняла, что не заплачет когда договорит. -Нет, не так! — громко сказал Володя, а остальные поддержали его. — Это у сталкеров Зона, а мы Зоне не молимся! Мы все верующие. И с нами Бог! И никакая Зона нам не нужна! Понятно?! -Да понятно, понятно, — быстро сказала Настя. — Это просто говорят так… -Это сталкеры и бродяги так говорят, а мы из Долга. Если ты вступаешь в Долг, то тебе надо забыть всякие суеверия. Мы не поклоняемся Зоне. Мы боремся с ней. Ты ещё поймёшь это. -Почему я это пойму? — удивилась Настя. -Тебе объяснят. Сразу, на первом занятии. -Каком занятии? — насторожилась Настя. -На первом, — удивлённо ответил Вова. — Ты же в Долг вступила. Или ещё нет? -Нет, — сказала Настя. — Я не вступила в Долг. И не собираюсь. С чего вы вообще взяли, что я хочу куда-то вступить? -А ты что, хочешь остаться с Говоруном? — удивился Володя. Все вокруг с удивлением посмотрели на Настю. -Ну, да, — неуверенно ответила Настя. — А почему нет? Со всех сторон посыпались объяснения, почему именно Настя не может остаться с Говоруном. Настя узнала такое, от чего не знала, смеяться ей, или плакать. Говорун загонял её в аномалии. Заставлял, как отмычку, собирать артефакты. Продал в рабство Свободе. Когда их взяли в плен бюреры, пытался обменять её, на свою жизнь. При этом Настю постоянно насиловали, избивали и давали ею попользоваться всем встречным. Настя удивилась последнему утверждению и выразила категорический протест. Её стали уверять, что ничего страшного в этом нет и стыдиться этого не надо. Она же ничего не могла сделать. Говорун бы её убил. Настя поинтересовалась источником информации и чуть не застрелилась, когда поняла степень своей глупости. Когда она продавала свою репутацию, она даже предположить не могла такого. Теперь все, кто слышал о её деле с Ворсом, поддакивали и добавляли от себя. Настя узнала, что у Сидоровича она переспала не меньше чем с десятком мужиков. Более того, она переспала со всем отрядом Говоруна. При этом каждый бродяга счёл нужным рассказать, как встретил Настю и Говоруна в Зоне и обменял у Говоруна час Настиной любви на какую-нибудь безделушку. Аргумент у этих выдумок был один, но железный: «У Ворса же получилось». При этом, откуда-то появились свидетели, которые сами с Настей не спали, но видели, как это делают другие. И все им верили. Настя сама закрепила эти слухи, когда вчера танцевала на сцене заведения. -Господи, — простонала Настя, — сделай так, чтобы Говорун об этих сплетнях не узнал. Все замолчали и настороженно посмотрели на неё. -А что, он разозлится? — спросил кто-то. -А вы думаете, что нет? — вопросом ответила Настя. — Да если он узнает… А впрочем — не важно. Я сама убью того, кто обо мне такие слухи распускает. Ребята, как вы можете верить таким слухам? Я вооружена и убью любого, кто на меня будет покушаться. Говоруна в том числе. -Но ведь все говорят… — начал кто-то. -Все врут! — веско ответила Настя. — Если кто-то будет вам говорить подобное, то отправляйте его ко мне. Я с ним сама поговорю, а если что, то и на арену вызову. Или в Зоне с ним встретимся. Все озадаченно молчали. Наконец Володя прервал молчание. -А про то, что Говорун тебя как отмычку использовал. Это тоже слухи? -Да, — кивнула Настя. — Говорун не пользуется отмычками. Я шла первой, но он постоянно меня поправлял, если я шла не туда. Кстати, он же вам говорил, что самое опасное — идти последним в колоне. Он почти всегда шёл последним. Только когда надо было проходить сложный участок с аномалиями, он первым шёл. -Да там, где он нас учил ходить, вообще ходить нельзя! — возмутился Володя. -Ша! — громко крикнул капитан сверху. — Прекратили базар! Ну-ка, поднимитесь все сюда. Настя, ты тоже. Все, с удивлённым молчанием, начали подниматься в будку. Помещение будки было довольно просторным, но когда в неё набилось два десятка человек, в ней стало тесновато. Капитан сидел в кресле перед пультом. Последний входящий прикрыл за собой дверь, и капитан кашлянул, привлекая к себе внимание. -Значит так, сейчас все смотрим на экран. Капитан указал на большой экран, висящий над его головой. Щёлкнул кнопкой клавиатуры и на экране высветились знакомые Насте графики. -Вот это показатели лучших стрелков после трёхмесячного курса обучения. Они сдали зачёт с показателями «отлично». Их индивидуальные показатели мало различаются. Есть лучшие, есть похуже. А теперь… Нет, сначала спрошу. Настя, ты в армии служила? Нет? А стрельбой спортивной занималась? Тоже нет. Ты, до того, как в Зону попала, оружие-то в руки брала? Нет? Что ж… Просматриваю я графики, и угадайте, что я вижу? Капитан крутанул колесо мышки и графики вышли к самому верху. На первом месте, на самом верху красовались результаты Настиной стрельбы. -А вот, что я вижу! — нехорошо обрадовался капитан. — Девочка, которая без году неделя в Зоне, лучшая по результатам стрельбы. Как вы это объясните, товарищи курсанты? А ну-ка все, вон отсюда! И постройтесь там!.. Чтобы когда я вышел, вы не были похожи на… М-да… Живо!!! Всех вымело из будки. В дверях на секунду образовалась давка, а потом в помещении мгновенно стало пусто. Настя тоже хотела бежать вместе со всеми, но она стояла рядом с капитаном, и он её остановил, схватив за руку. -Настя, это действительно твой результат? — спросил он, когда они остались одни. -Да, — кивнула Настя. -Говорун не помогал тебе? Не добавлял очков, не… -Это всё я сама! — немного рассердившись, повысила голос Настя. -А вот это? — спросил капитан, открывая конец списка, где в самом низу красовалось её имя. -Это тоже я, но это я специально. Говорун мне мишень с женщиной и ребёнком подсунул. После этого я в другие мишени специально не попадала. Капитан посмотрел Настины графики. Особенно долго рассматривал худший. Раздосадовано покривил губы. -Это Говорун научил тебя стрелять? — утвердительно спросил он. — Как долго он тебя учил? -Две недели. Хотя, нет. Почти три. А может быть и больше… Он мне так всё объяснял, что я… Вы не ругайтесь на ребят. Они не виноваты. Их не так учили. -Я их учил, — с горечью сказал капитан. — Выходит, что я плохой учитель. -Нет, что вы! — подхватилась Настя. — Просто Говорун занимался со мной одной, а у вас вон, как много учеников. -Да-м, ну ладно. Пойдём. Сейчас я с них стружку снимать буду. Ты попрощайся и уходи. И так сегодня занятия поздно начали. Уже почти час времени потеряли. Они спустились вниз. Настя перед строем быстро со всеми попрощалась и метнулась к двери. Вышла из зала-арены и остановилась перевести дух. Из-за закрытой двери послышались невнятные звуки. Насте стало любопытно и она приоткрыла дверь. -Я вас всех!.. И если вы!.. Не можете делать как надо!.. Девчонка вас!.. Да, кто вы после этого?!. Настя захлопнула дверь. «Какой темперамент» — с восхищением подумала она. — «Но мне с Олегом заниматься было бы некомфортно». Она вышла из здания и, сориентировавшись, пошла к оружейнику. По дороге думала, что с Говоруном, как учителем, ей невероятно повезло. Он тоже ругался на неё, но таких слов не позволял. Хотя, капитан вряд ли позволяет себе рукоприкладство в отношении подчинённых. Говорун же вполне мог ударить Настю, если ему что-то не нравилось в том, что она делает. Правда, ни разу не избил. Размышляя о том, какой учитель лучше, Настя только в последний момент попыталась уклониться от хватающей её руки и не успела. В её плечо вцепился какой-то мужчина, в форменной куртке Долга. Нельзя сказать, что встреча была неожиданна. Настя видела этого человека. Видела, что он шёл по направлению к ней, но ничего не предприняла. Мало ли почему он идёт мимо. Нападения она никак не ожидала. На секунду Настя замерла, а потом попыталась выхватить оружие. Мужчина перехватил её руку и отобрал пистолет. Сделал он это играюче и на Настю накатил страх. Она готова была закричать, но подскочивший со стороны ещё один человек с размаху ударил её кулаком в живот. Настя скорчилась и задохнулась. -Что же вы, Анастасия Кирилловна, на сотрудников госбезопасности нападаете? — участливо сказал схвативший её первым. — Нападение на сотрудника при исполнении — это нехилая такая статья. Как суд решит, но не меньше трёх лет. А вооружённое нападение — это уже на пожизненное тянет. Да и за нападение на клан так просто не откупишься, а я как-никак не последний человек в Долге. Как будем разбираться с вами? По хорошему, или по плохому. -Кто вы такие? — выдавила Настя, с трудом распрямляясь. -Для вас достаточно того, что я здесь представитель власти. Вы напали на меня, когда я хотел задержать вас по подозрению в убийстве. От такой новости Настя забыла и про боль, и про то, что не может говорить, и про то, как говорить. -Кого убийстве? — невнятно спросила она. -Пройдёмте, для дачи показаний, — предложил ей долговец. — Надеюсь, вы не хотите ухудшить своё положение и не станете делать глупости. Если обвинения подтвердятся, вас ждёт виселица. Тут с убийцами не церемонятся. Настя попыталась возразить, но тычок в спину напомнил ей, что сила отнюдь не на её стороне. Она двинулась за долговцем, а сзади её конвоировал его помошник неопределённого вида. То ли военный, то ли бродяга — так просто и не поймёшь. Пока они шли, он ещё и обыскал Настю, да так ловко, что она это заметила только случайно. По результатам обыска, Настя лишилась и пистолета Макарова. Они зашли в какое-то помещение. Похоже, бывший цех. Помещение выглядело заброшенным, но Настя не обратила на это внимания. Она была растеряна и потеряна. Не могла понять, в чём её обвиняют, не знала, как будет оправдываться. Прошла, подгоняемая конвоиром, в ещё одно помещение. Здесь видимо была какая-то мастерская, судя по оставшимся станинам станков. Посреди комнаты стоял стул, на который и усадили Настю. Конвоир остался у неё за спиной, а долговец сел за стол, который, по-видимому, специально сюда притащили. Несколько секунд возился, доставая бумаги из сумки, а потом впёр взгляд в Настю. Настя замерла от ужаса. Взгляд не сулил ей ничего хорошего. -Итак, Анастасия Кирилловна, что вы можете нам рассказать о смерти гражданина Кравцова Вадима Геннадиевича? -Кого? — не поняла Настя. -Вы не помните того, кого убили? Скольких же вы убили потом, если это убийство вы уже успели забыть? -Я никого не убивала! — чуть не в истерике крикнула Настя. -Неужели? — показательно удивился долговец. — А вот у нас есть показания, в которых чётко и ясно отражены события произошедшие не так давно. Из этих показаний нам стало известно, что именно вы убили Вадима Геннадиевича, выстрелив ему в голову из пистолета «Глок». Вы будете утверждать, что этого не было? Настя вдруг начала понимать, о чём ей говорят. В голове сложилось вместе то: что у Вадима и Кости одно отчество, что фамилия Кости — Кравцов, что они братья, что Настя действительно стреляла в Вадима. Она пошатнулась на стуле, вспомнив то, что сделала. При этом, она совсем перестала понимать, что происходит. -Я… Я действительно убила Вадима. Но он пытался убить меня! И не один раз! Он вообще бандитом был! Его бы повесили, когда мы пришли бы сюда! -Возможно, его бы повесили, — задумчиво сказал долговец. — Возможно… Но его повесили бы после суда! Законного и беспристрастного! А вы решили, что вы сами суд и убили его! Вы теперь убийца и судить теперь будут вас! Значит, вы не отрицаете, что убили гражданина Кравцова?! -Нет, — прошептала Настя. -На меня смотреть!!! Громче говорить!!! Так, чтобы я слышал! Вы убили гражданина Кравцова?! -Я!!! — закричала Настя и разрыдалась. — Я!!! -Что ж, я укажу ваше добровольное желание сотрудничать. Суд учтёт это. Возможно, вам виселицу заменят на расстрел. Хотя, возможно, если вы готовы сотрудничать, вас не будут даже судить. Вы ведь можете помочь следствию. Помочь так, что нам не интересно станет привлекать к ответственности вас. Ведь вы явно не сами решили убить столько людей. Вас ведь заставили? -Я больше никого не убивала, — испугалась Настя. -Неужели?! — выказал удивление долговец. — А вот есть ещё несколько показаний… Собственными руками вы никого не убивали, но косвенно вы виновны в смерти почти всех людей из отряда Копыля. Ведь это вы разделили отряд. В результате этого у отряда не хватило огневой мощи, чтобы встретить мутантов, и все погибли. Скажете, что этого не было? -Нет, там было всё не так… — начала Настя, но её прервали. -А как было?! — заорал долговец. — У нас показания незаинтересованных свидетелей! Все женщины дали показания против тебя! Выжившие тоже молчать не стали! Зачем ты решила расправиться с отрядом Копыля?! Тебе не понравилось, что они отмычку в жертву принесли?! На меня смотри! Отвечай, мне в глаза глядя! Ты людей в жертву Маме-Зоне принесла?! Тарасюк, она мне в глаза смотреть не хочет! Конвоир, стоящий сзади, дал Насте затрещину, от которой она чуть не свалилась со стула. Он удержал её, а потом захватил её затылок своей рукой и вывернул её голову так, чтобы она смотрела на долговца. Подержал, как будто желая зафиксировать в таком положении, и отпустил. -Отвечай на вопрос, — проворчал он. -Действительно, — мягко сказал долговец, — давайте поговорим нормально. К чему такие крайности? Думаете, мне доставляет удовольствие то, что вас бьют? Вовсе нет. Мне от вас нужны показания. Давайте не будем всё усложнять. Вы добровольно ответите на вопросы, а способ вашей казни выберет суд. -Какой казни? За что?! -За убийство и за принесение массовой жертвы. Вы уже сознались в этом. Мне только нужны детали для суда. Давайте чуть подробнее остановимся на принесении в жертву… -Я ни в чём не признавалась! — крикнула Настя. -Ну, зачем вы всё усложняете? — увещевательно сказал долговец. — Наша беседа пишется и если вы забыли, то я могу вам дать прослушать запись. Там ясно и чётко будет слышно, как вы признаётесь в убийстве. А вот в принесении жертвы вы не признались. А почему? Может быть, вы не по своей воле принесли жертву? Может быть вас кто-то заставил? И тут Настя поняла всё. Весь этот спектакль был затеян с одной целью. Она замерла на мгновение, а потом постаралась сделать вид, что ничего не случилось. Однако эта её заминка не укрылась от опытного следователя. -Я вижу, мы поняли друг друга. От вас зависит, как вы предстанете перед судом. Вы можете быть виновной, а можете быть просто запутавшейся жертвой. Всё зависит от вас. Настя в смущении начала теребить ворот. На шее у неё висел маячок и она, как будто случайно ухватилась за него, и начала вертеть в пальцах. Пару раз сжала. -Вы хотите, чтобы я дала показания против Говоруна? — спросила она. — Но зачем вам это? Говорун разве подсуден кому-либо? Что вам дают мои показания? Следователь нахмурился. Настя продолжала сдавливать кругляшёк. -Я переоценил вашу способность думать. Мне от вас нужны не показания, а сотрудничество со следствием. -И в чём же будет заключаться моё сотрудничество? — спросила Настя. -Для начала, подпишите вот эту бумагу. Конвоир обошёл Настю и забрал со стола клипборд с листком на нём. Подал Насте. Настя одной рукой взяла, а другой продолжала вертеть и сжимать кругляшёк, якобы в смущении. Вчиталась в написанное. Быстро прочла до конца. Несколько секунд сидела, раздумывая, а потом подняла глаза и посмотрела поочерёдно на обоих мужчин. -Вы понимаете, что со мной сделает Говорун, если узнает, что я подписала? — спросила она. На самом деле, она прекрасно знала, что против Говоруна она может подписать всё, что угодно. Он ей за это ничего не сделает. Но не хотелось разочаровывать мужчин. Они так хотели склонить её к сотрудничеству. Так хотели разделить её и Говоруна. Пусть думают, что она Говоруна боится, и пусть думают, что у них есть метод воздействия на неё. -Он не узнает, — мягко сказал следователь. — По крайней мере, пока вы честно выполняете свою работу. -А вот здесь везде написано: «СБУ». — Настя показала на листок. — Вы ведь из Долга. При чём здесь СБУ? На лице у следователя отразилось всё, что он думает о Настиных мыслительных способностях. Промелькнуло и пропало. В другое время, Настя этого не заметила бы, но сейчас она очень внимательно следила за лицом врага. -Я являюсь старшим следователем по особым делам СБ Украины. Здесь я осуществляю контроль за деятельностью организации под названием Долг. Также провожу операции, планируемые СБ в Зоне. Если вы подпишите эту бумагу, то фактически станете внештатным сотрудником СБУ. -СБУ значит, — Настя сделала лицо, как будто о чём-то думала. — Я слышала, что СБУ самая плохая спецслужба в мире. Там служат последние отбросы, проводятся пытки заключённых, подтасовки фактов, и прочая неприятная, извиняюсь, хрень. Что же вы такое сделали, что вас оттуда выгнали в Зону? Ведь отсюда нет возврата. Вас выпроводили умирать. И не верю я, что вы здесь оказались, что-то не поделив с начальством. Не надо уверять меня в этом. Начальству вы зад вылизывали… В глазах следователя ярким пламенем горело бешенство. Настя уверена была, что он сдержится. Очень уж она ему нужна, чтобы добраться до Говоруна. Потом, конечно не простит, и всё припомнит. Обязательно поглумится, перед тем, как убить, но сейчас будет уговаривать, убеждать, мягкими посулами склонять к сотрудничеству. Она забыла о конвоире. Вернее думала, что тот без приказа не вмешается, но ошиблась. Спину резануло болью, и Настя с криком слетела со стула. — Ах ти ж бісівське поріддя! — ругался он пиная Настю. — Щоб ти знала, ми такіх як ти… -Тарасюк, отставить, — вальяжно приказал следователь. Тарасюк замолчал, но бить Настю не прекратил. Настя свернулась в клубок, прикрывая живот, и зажала кругляшёк намертво. Представляла, что будет с этими двумя, когда здесь появится Говорун. -Тарасюк, я же сказал, отставить. Посади её на стул. Тарасюк легко поднял Настю и усадил обратно на стул. Настя постаралась не шевелиться. Отбитое тело гудело. Бок, куда пришёлся первый удар, простреливал болью при каждом глубоком вдохе. -Что же вы Настенька моего человека доводите? Видите, как он сорвался. — Следователь вроде упрекал Настю, но вид у него был весьма довольный. — Что ж вы так? Не надо так делать, а то вдруг я его в следующий раз сдержать не смогу. Он у меня буйный. -Вы идиоты, — хрипло выдохнула Настя. — Привыкли издеваться над беззащитными заключёнными. Говорун вас на куски порвёт. -Ну, если он узнает… — начал следователь. -А он узнает, — перебила Настя. — Синяки я ещё как-то смогла бы объяснить, а сломанное ребро, как я объясню? На лице у следователя появилось лёгкое беспокойство. -Скажете, что упали… -С какой высоты? И как я объясню, как я на этой высоте оказалась? Кретины. Все ваши бумажки для Говоруна ничего не значат. Он поверит вам только в бреду и под воздействием галлюциногенов. Все ваши угрозы — для меня пустое сотрясение воздуха. И работать на вас я не буду. Я вот подумала, а в СБУ знают об этой бумажке? Настя кивнула на лежащий на полу клипборд с листком. Следователь едва заметно поморщился. Понял, что выдал себя и сбросил маску. -Что ж, давайте на чистоту. Или вы выйдете отсюда, согласившись сотрудничать с нами, или не выйдете вообще. -А чем и как вы обеспечите мою лояльность? — усмехнулась Настя. -Ну, сначала я хотел вас запугать и заставить на меня работать. Теперь… Я предлагаю вам долю. Не совсем долю… Я предлагаю вам присоединиться к нам. За голову Говоруна дают весьма высокую награду. Хватит на всех. -Я слышала, — кивнула Настя. — Сколько миллиардов он уже стоит? Последний раз я слышала про один, но с тех пор может быть, цена поднялась. -Дело не в деньгах, — усмехнулся следователь. — Тот, кто не убьёт, а только поможет убить Говоруна будет выпущен из Зоны. Я немного знаком с Костенко. Он дал мне свои личные гарантии. -Как дал, так и возьмёт назад, — парировала Настя. -Не возьмёт, — покачал головой следователь. — Данное мне слово он побоится назад взять. Нас выпустят из Зоны и более того, сохранят всё, нами здесь накопленное. У вас, почти четыре миллиона евро. Как вы думаете, Настя, хорошо вам будет жить миллионершей где-нибудь на тропическом острове? -Почему на острове? — удивилась Настя. -Да не важно где, — отмахнулся следователь. — С миллионами в кармане вам везде будет хорошо. Подумайте. Вам для этого ничего не надо будет делать. Только маячком наводить на Говоруна охотников. Что вам этот Говорун? Он вас насилует, избивает, своей отмычкой сделал. Или у вас стокгольмский синдром? А может быть, вы мазохистка и вам нравится мучиться? Прекратите дурить и давайте работать вместе. Свобода и четыре миллиона — весьма привлекательная награда за голову мерзавца и убийцы. Все замолчали. Следователь давал Насте время, чтобы подумать. Настя вертела в руках и сдавливала кругляшёк, гадая, почему Говорун ещё не здесь. Наконец, она пришла к выводу, что он там, куда не проходит сигнал, а значит, Настя сама должна выбраться из этой ловушки. Чтобы выбраться, надо соглашаться со всеми предложениями этих людей. И вот тут Настя встала перед выбором. Согласившись работать с этими людьми, а после, рассказав обо всём Говоруну, она совершит предательство. Пусть плохих людей, но предаст. Возможно, уговорит Говоруна не убивать их, но факт предательства это не изменит. И если согласится на них работать, а потом не будет делать то, чего от неё хотят — это тоже будет предательство. Настя размышляла над моральной дилеммой, автоматически крутя в руках и сдавливая кругляшёк. Вдруг мимо её лица промелькнула рука и схватила её за руку. Конвоир вырвал маячок у неё из руки и поднёс поближе, чтобы рассмотреть. -Это маячок!!! — рявкнул он. — Сучка сигнал дала!!! Ах ты тварь! Он ударил Настю, но она этого ждала и уклонилась. Он навалился на неё, следуя инерции удара. Настя не смогла его скинуть, поэтому ей самой пришлось падать на пол. В этот момент она могла бы ногой ударить его в лицо, но сломанное ребро прострелило такой болью, что Настя на секунду потеряла сознание. Когда пришла в себя, конвоир уже вставал с колен, и его ухмылка не сулила Насте ничего хорошего. Настя потянулась к кармашку на ноге. Там у неё лежал пистолет Коровина. От неё никто не ожидал ещё одного ствола, поэтому не спешили добивать, что позволило Насте вытащить оружие. Вот только, увидев пистолет, конвоир выхватил свой и выстрелил. Настя дёрнулась, а потом вся извилась от боли. Следователь крикнул: «Не стрелять!», но Тарасюк выстрелил ещё дважды. Настя почувствовала ещё один удар, а вторая пуля прошла мимо бронежилета, и живот у Насти прожгло раскалённой спицей. Настя закричала бы, но воздуху в груди почему-то не оказалось. -Ты что делаешь?! — кричал следователь. — Сюда на выстрелы сейчас все сбегутся. Уходим! Живо! -Добить бы надо, Степан Кондратьевич, — сказал Тарасюк, кивая на Настю. -Сама сдохнет, — отмахнулся следователь, собирая со стола бумаги. — Чёрт, и не запалить тут всё. Сразу увидят. Уйти не успеем. Что же это за сучка у Говоруна? Другая бы сразу согласилась. Вперёд собственного визга побежала. А эта… Иди, проверь быстро, есть там кто-то или… и возвращайся. Тарасюк вышел. Степан быстро, но аккуратно придавал комнате запущенный вид. Стол перевернул и поставил на бок. Стул отнёс и положил в углу. Следы на пыльном полу затёр тряпкой. Вернулся Тарасюк. -Никого, Степан Кондратьевич. -Хорошо, уходим. Только помоги эту немного сместить, чтобы она на выход смотрела. Тарасюк подошёл, склонился и взялся за Настины ноги. В этот момент Степан вытащил из Настиной руки пистолет и выстрелил прямо в лоб Тарасюку. Тот умер, так ничего не успев понять. Видя, что Настя в сознании, Степан подмигнул ей. -Жаль, что ты умираешь, но так и так, тебя ждал бы такой конец. Только почему же ты сука не дала мне при этом заработать? Он встал и со всей силы ударил Настю в живот. Сознание покинуло Настю мгновенно. Настя очнулась от боли. Кто-то нёс её, и в такт шагам бок выстреливал болью в сознание. Сознание постоянно ускользало, но боль не давала Насте уйти за грань, возвращала обратно. Она чувствовала, что умирает. Даже не чувствовала — знала. Это знание совершенно не пугало её. Ей только хотелось сказать, хоть кому-то, что это не она убила Тарасюка. Где она, что с ней, несёт её кто-то, или ей кажется? Реальность осознавалась как тьма, из которой боль выдёргивает тебя на свет. Тьма, боль, свет. Тьма, боль свет. Круг, отсчитывающий срок жизни. На чём закончится её жизнь — Настя не знала. Будет это тьма, или свет? Насте не хотелось, чтобы её жизнь закончилась болью. И вдруг боль ушла. Исчезла разом. Настя облегчённо вздохнула, и её повлекло в уютную и тихую тьму. -Настя!!! Настя, не смей умирать!!! — услышала она голос. Боль не вернулась, но Настю как будто ударило что-то изнутри. Она разом осознала себя. Вот, она лежит на… Где-то. Вот Говорун теребит её и что-то кричит ей прямо в ухо. Кто-то, срезает с неё одежду, в голос ругая бронежилеты из-за которых инструмент можно сразу выбрасывать. Вокруг море света, но свет слепит и ничего не видно. -Говорун, это не я его убила, — сказала Настя, пока могла говорить. — Я не убивала. Это Степан… -Всё, всё… Успокойся, — слегка хлопнул её по плечу Говорун. — Очнулась, значит, теперь всё будет в порядке. Сейчас мы тебя поправим. А потом отлёживаться будешь. И почему тебя ни на минуту оставить нельзя? Обязательно с тобой что-то случится. -У меня такой характер, — улыбнулась Настя. -Ты хочешь сказать, что это обусловлено твоим характером? — удивился Говорун. — Я предполагал, что у тебя такая судьба. Впрочем, если подумать, то… Говорун начал пространную лекцию, о Настином характере и её судьбе, пытаясь найти между ними точки соприкосновения. Настя улыбалась и не слушала его. Она просто смотрела, пытаясь поймать его взгляд и передать ему, как она к нему относится. Передать взглядом, на слова уже не было сил. Настя последним усилием улыбнулась, и по тёмному туннелю, её сознание скользнуло куда-то вниз. Настя читала про тёмный туннель, про то, что видишь себя со стороны. Ничего такого у неё не было. Просто в какой-то момент у неё вновь появилось ощущение тела. Она почувствовала, что лежит на чём-то мягком, укрыта тёплым, и что ей становится жарко. А ещё, вокруг плохо пахло. Мочой и больницей. Настя принюхалась, пытаясь определить источник запаха. Не смогла, и открыла глаза. Посмотрела направо. Там сидела Марыся и что-то читала. Посмотрела налево. В кресле дремала Олеся. Сама Настя лежала на кровати в их с Говоруном номере. Настя попробовала пошевелится. Руки и ноги двигались без проблем. Настя боялась ими сильно размахивать, но немного сгибать и разгибать могла без проблем. Помня о боли, двигать телом она начала понемногу. Попробовала повернуться и ей это удалось, хоть и с трудом. -O, obudziłaś! — обрадовалась Марыся. — Олеся, она очнулась! Олеся мгновенно проснулась и бросилась к Насте. -Как ты? — спросила она. -Почему ничего не болит? — спросила Настя вместо ответа. -У тебя ничего не должно болеть. Тебя полностью вылечили. Говорун на тебя две, или три сборки артефактов истратил. Я даже представить не могу, сколько он на тебя потратил. В смысле, денег. -Я полностью здорова? — уточнила Настя. — Я могу встать? -Нет! — остановила её попытку Олеся. — Ты не можешь встать. Ты потеряла много крови. Говорун сказал, что воздействовать на тебя артефактами нельзя. Ты и так была под сильным воздействием. Тебе раны залечили, а количество крови должно само восстановиться. Пока не восстановится, ты встать не можешь. Если не веришь, то попробуй приподняться, но лучше не надо. -Где Говорун? — спросила Настя. -Говорун ушёл. — Олеся отвела взгляд. — Сказал, что ему не нужна такая невезучая ученица. Сказал, что отдал тебе долг и больше ничего не должен. -Почему он ушёл?! — вскинулась Настя, и тут же об этом пожалела. С трудом удержавшись на краю сознания, перевела дух и осторожно попыталась сесть. Девушки бросились ей помогать. Вдвоём подняли Настю, и пока Олеся её держала, Марыся подкладывала ей под спину подушки. От таких усилий Настя была вся мокрой от пота. Сердце билось, как пулемёт. Однако, она твёрдо была намеренна получить ответы на все свои вопросы. Особенно, на самый важный. -Куда и почему ушёл Говорун? — спросила она, едва отдышавшись. -Никто не знает, куда он ушёл, — ответила Олеся. — А почему… Он того, кто тебя убить пытался, на арене голыми руками разорвал. Пальцами, как когтями разделал. Мы не видели, но мужики рассказывали. Потом на него кто-то напал, чтобы за его голову награду получить. Прямо здесь, на территории Долга. Он их всех перебил, а потом сказал, что будет убивать по малейшему подозрению. Потом он ещё семь человек убил. Только там не всё так понятно было. Он сказал, что они его убить пытались, а там свидетели были, и они сказали, что он их просто так убил. Потом он с полковником поругался, и полковник его выгнал. То есть, он сам ушёл. Полковник разрешил ему остаться, пока ты не выздоровеешь, но он сказал, что ему до тебя дела нет. Выжила, и он тебе ничего не должен. Он тебя бросил и ушёл. -Как он меня бросил? Почему? — не могла понять Настя. -Я не знаю, — пожала плечами Олеся. — Встанешь на ноги, сходи к полковнику. Он с Говоруном общался. Он больше знает. Нам только приказали за тобой ухаживать, а что и как, этого нам не говорят. -Чушь какая-то, — вынесла вердикт Настя. Она посмотрела на свой живот. — Это меня что, за один день вылечили? -Какой день? — засмеялась Олеся, и ей вторил смех Марыси. — Ты почти неделю провалялась. Сначала в реанимации под капельницей, а потом здесь. Уже выброс был. Говорун как раз перед выбросом ушёл. Это чтобы за ним никто проследить не мог. Тебя сюда уже после выброса перенесли. Врач сказал… Ой, мы же врачу должны сообщить, что ты очнулась. Сейчас… -Стоп! — приказала Настя. — Девочки, я хочу есть, и ещё кое-что. Кое-что сначала. Проводите меня в туалет. -Ты что? Тебе нельзя! — испугалась Олеся. Марыся поступила умнее. Она придержала Настю, вытащила у неё из-за спины подушки и уложила её на оставшуюся. Даже лечь стоило Насте усилий. Она поняла, что встать для неё пока несбыточная мечта. Воспользоваться уткой было унизительно и противно. Марыся, как опытная медсестра, подсунула утку под Настю, а Олеся, как маленького ребёнка уговаривала её пописать. Настя сдалась, когда узнала, что всё это время она исправно писалась, и девушкам приходилось каждый раз мыть Настю и перестилать постель. Поэтому то, что Настя пописает в утку, доставит им невероятное удовольствие. Потом Настю вымыли, передвинули на другой край кровати и перестелили постель. Позвали кого-то в коридоре и через пару минут Насте принесли бульон. Выпив бульон, Настя почувствовала невероятную сонливость. Решила даже, что ей подсыпали снотворное. Загнала свою паранойю на задворки сознания и спокойно уснула. Сквозь сон слышала, как пришёл врач. Ругался с девочками, пытался осмотреть Настю. Настя, не просыпаясь, попыталась отбиться от него. Девочки её поддержали, и врач бежал с поля боя. Настя всецело отдалась сну. Следующие три дня Настя спала и жрала. Не ела, кушала, принимала пищу, а именно жрала. Просыпалась, чтобы съесть любую пищу в пределах досягаемости, и вновь засыпала. Она удивилась такому своему аппетиту и такой сонливости, но добравшийся до неё врач, сказал, что так и должно быть. Настин метаболизм ускорен, а сил у организма нет. Вот и получается, что ей надо только спать и пополнять запас питательных веществ. Вставать врач ей категорически запретил. Но Настя, как только почувствовала, что может сесть и не упасть, отвоевала у Олеси и Марыси право, хоть и с их помощью, посещать туалет. Девочкам так было лучше, поэтому они помогали ей и никому не говорили о нарушении постельного режима. Через три дня Настя проснувшись, вдруг поняла, что ей больше не нужно лежать в кровати. Она сначала встала на ноги, а потом села на шпагат и потянулась. Увидевшая это Марыся, стала требовать, чтобы она немедленно вернулась в кровать, но Настя от неё только отмахнулась. Сделав растяжку, Настя попрыгала, прошлась колесом по комнате, и отработала несколько ударов. Марыся, отчаявшись её успокоить, выскочила из комнаты и вернулась с подмогой в виде Олеси. -И что мы тут видим? — с порога задала вопрос Олеся, ни к кому не обращаясь. — Голая девка по комнате скачет. Дурдом на выезде. Зрелище конечно… Мужики оценят. Марыська, неси камеру. Настя вспомнила, что она не одета. Стесняться ей было некого, но всё равно, Настя вернулась в кровать и прикрылась одеялом. Олеся правильно рассчитала, угроза публичного стриптиза отрезвила Настю, как ведро холодной воды. До этого, она пребывала в лёгкой эйфории от вновь вернувшихся сил. -Представляете, я полностью восстановилась, — сказала Настя девушкам. -Это, как доктор решит, — немного сварливо сказала Олеся. — Нам его сейчас звать, или ты сначала поешь? -Сначала поем, — решила Настя. — А где моя одежда? -Это не к нам, — отозвалась Олеся. — Бельё и одежду тебе мадам должна дать. То есть, тебе через мадам должны передать. То есть… Долг тебе компенсацию выплачивает. Может деньгами, а может всякими вещами. С тобой хотят поговорить насчёт этого. Но только после заключения врача. После того, как поешь, он придёт тебя осмотреть. Врач долго осматривал Настю. Щупал, заставлял приседать, несколько раз мерил давление, пульс. Интересовался, не чувствует ли Настя каких-нибудь странностей в организме? Наконец, он велел Насте залезть под одеяло, и оставил её в покое. Надолго задумался. Настя в нетерпении ждала его вердикта. -Полное восстановление организма за неполную неделю, — как будто для себя пробормотал врач. -Так я восстановилась? Полностью? — поймала его на слове Настя. -Да, вы восстановились, — кивнул врач, — но ещё пару дней у вас ограниченный режим. Из комнаты я рекомендую вам не выходить. Девочки, оставьте меня с пациенткой, а сами пока принесите ей какую-нибудь одежду. Не расхаживать же ей по комнате голяком. Олеся и Марыся вышли. Несколько секунд врач думал о чём-то, а потом подсел к Настиной кровати. Наклонился поближе и тихо заговорил. -Простите, что лезу не в своё дело, но если вы не желаете остаться в заведении, то я хотел бы предложить вам поработать у меня. Не подумайте ничего такого. Вы мне интересны только как объект исследований. Говорун применил к вам новую сборку артефактов. Мне бы хотелось, чтобы вы описали подробно свои ощущения, как вы себя чувствовали в процессе лечения… -А зачем вам это? — спросила Настя. -Не знаю, — доктор немного смущённо отстранился. — Попробую написать… Вдруг опубликуют. Отсюда уже не выбраться. Вот и остаётся только, публиковаться, чтобы тебя там не забыли. -Я не понимаю… — начала Настя. -Ай, не берите в голову! — отмахнулся врач. — Это всего лишь мои мечты. Материалов не хватает. Скажите, вы сильно злитесь на Говоруна? -Вообще не злюсь, — удивлённо ответила Настя. -Да? — слегка удивился врач. — После того, что он с вами сделал, вы не злитесь? Может быть, он на вас как-то воздействовал? Вы осознаёте, что он вас избивал, насиловал, заставлял рисковать понапрасну? -Не осознаю, — покачала головой Настя. -М-да-м-м… Ну, когда встанете на ноги, зайдите ко мне в лабораторию. Я вас проверю на воздействие артефактами. Если Говорун… Но после такого лечения, это будет бесполезно… Впрочем, к чему гадать. Через пару дней мы будем знать точно. -Вы думаете, что Говорун воздействовал на меня артефактами? — уточнила Настя. -Не знаю, — ответил врач. — Но у вас явно снижено критическое восприятие его поступков. -Может быть, оно у вас повышено? — предположила Настя. -Постараемся проверить. Настя, вы тут будете ещё два дня находиться. Я пришлю к вам кое-кого. Вы уж будьте так добры, ответьте на его вопросы. Не подумайте ничего плохого, но мне очень не нравится ваше отношение к Говоруну. В комнату вошла женщина. Именно она помогала Насте в первые дни пребывания в заведении. В руках она несла большую коробку. Врач сразу начал прощаться. Напомнил ещё раз, что от него придёт человек и вышел из комнаты. Женщина поставила коробку на столик, закрыла дверь и жестом показала Насте, чтобы она выбиралась из-под одеяла. Настя вылезла. Женщина открыла коробку, и они вместе с Настей стали перебирать одежду, сложенную в ней. -Вы немая? — спросила Настя постоянно молчащую женщину. -Нет, — равнодушно ответила она. -Как вас зовут? — спросила Настя. -Как вам угодно, — также равнодушно ответила женщина. -Это имя, или фамилия? — пошутила Настя. -Как вам угодно. — Ответ был таким же равнодушным. Настя не стала больше задавать вопросы. Женщина явно не была расположена к диалогу. Механически вытаскивала вещи из коробки, и если вещь Насте не нравилась, откладывала её в сторону. Если Настя хотела вещь примерить, то процесс ненадолго прерывался. Женщина помогала Насте одеться, раздеться, и процесс вновь продолжался. Настя думала о том, что случится, когда вещи в коробке кончатся. Возможно, это прервёт программу этого робота. Вещи кончились, и ничего не случилось. Женщина отложила отобранные Настей вещи в сторону, и принялась также монотонно складывать оставшиеся вещи в коробку. Настя мысленно ругнулась. -Вы можете ответить на мои вопросы? — спросила она. -Да, — ровно ответила женщина. -Где Говорун? — спросила Настя. -Говорун ушёл. -Куда? -Неизвестно. -Когда? -Пять дней назад, до выброса. -Он просил мне что-нибудь передать? -Я не знаю. Меня не просил. Настя задумалась. -Скажите, а если Говоруна нет, то кто оплачивает всё это? — задала она, как ей казалось, весьма хитрый вопрос. -Долг, — последовал ответ. -Что?! Какой долг? — удивилась Настя. -Клан Долг, в лице полковника Волышева, обязался полностью оплатить ваше лечение, поскольку по вине человека, состоящего в клане, вам были нанесены тяжкие телесные повреждения. Лечение бесплатно провёл Говорун, а Долг обязан оплатить ваше полное восстановление. Плюс к этому вы получите компенсацию, размер которой обговорите с полковником отдельно. -Скажите, а вы робот? — не удержалась и спросила Настя. -Как вам будет угодно, — совершенно равнодушно ответила женщина. Настя не знала, о чём можно разговаривать с таким роботом. Женщина не выказывала эмоций, не показывала отношение к самой Насте. Поддерживать разговор она тоже не стремилась. Настя подумала о том, что можно попробовать приказать женщине поболтать с ней, как с подружкой, но устыдилась своей мысли. Если человек не хочет с тобой разговаривать, значит, у него есть на это причины. Не стоит пытаться влезть человеку в душу. -А скажите, — обратилась Настя к женщине, — вы не знаете, где моё оружие? Женщина равнодушно прервала складывание вещей в коробку, встала и подошла к небольшому шкафу. Открыла створки и Настя увидела в шкафу свой автомат. Подойдя ближе, она на полках увидела свои пистолеты и по коробке патронов к ним. К пистолету Коровина патронов не было, а запасные обоймы были только к Глоку, но Настя всё равно была рада. Она, по очереди, проверила оружие. Всё оружие было вычищено, смазано и готово к бою. Настя вставила обоймы и пожалела о том, что не может проверить оружие. Поймав себя на этом желании, она должна была бы ужаснуться, пытаясь понять, кем она стала. Вот только теперь она не стала заниматься глупым самокопанием, а просто улыбнулась своим мыслям и приняла себя такой, какая она есть. Или стала. Чтобы не выглядеть в своих глазах совершеннейшим монстром, Настя не стала проверять автомат. Даже в руки не взяла. Но потакая прежней себе, она взамен сделала уступку своей паранойе и спрятала один пистолет под кровать, второй под подушку, а третий прикрепила к крышке стола снизу, использовав для этого колготки и пару зубочисток. Сама не ожидала от себя таких навыков. Женщина к тому времени закончила собирать не пригодившуюся одежду и ушла. Насте никто не мешал и никто не мог узнать о её тайниках. Сделав тайники и заначки, Настя заскучала. В пустой комнате ей нечем было заняться. Она даже подумала о том, чтобы выйти, но представила, как её встретит кто-нибудь в коридоре, а она в одном белье, и осталась в комнате. Побыв одна ещё около часа, и изучив комнату вдоль и поперёк, Настя уже хотела заняться переборкой автомата, но тут в дверь постучали и, не дожидаясь разрешения, вошли. Вошли Вавик, который вызывал у Насти чувство брезгливости, и мадам, которую Настя видеть не особенно и хотела. Их бесцеремонное вторжение разозлило Настю так, что ей захотелось достать автомат из шкафа и выпроводить незваных гостей. Возможно, она бы так и сделала, но мадам движением руки выгнала Вавика наружу и закрыла дверь на засов. Настя удивилась и повременила выпроваживать гостью. -Настя, я хочу с тобой поговорить, — с акцентом, но внятно сказала Генриетта. -Я так и знала, что ваш акцент чересчур… Неправильный! — обрадовалась Настя. -Да, я могу говорить без акцента, — сказала Генриетта, — но не вижу в этом смысла. Здесь только ты так глупа, что не смогла выучить английский язык. -Мы перешли на «ты»? — удивилась Настя. — Ладно. Ты пришла говорить мне гадости? Если так, то иди ты… Возможно, ты не поймёшь, куда тебе надо идти. Скажу проще: пошла вон отсюда! -А теперь замолчи и слушай, — спокойно сказала Генриетта. — Говорун ушёл и бросил тебя здесь. Ты без него никто и звать тебя никак. Я могу сделать с тобой всё, что захочу. -И что же ты хочешь? — ласково, чуть не пропела Настя, наступая на Генриетту. -Пока, только поговорить, — ответила Генриетта, ничуть не испугавшись. — Давай присядем за стол. Генриетта села за столик. Настя осталась стоять. Она не хотела лишать себя манёвра, в случае, если это какая-то хитрая ловушка и сейчас сюда ворвутся несколько охранников. Она наоборот сместилась к кровати, чтобы в случае чего, быстро добраться до оружия. Пожалела, что обоймы остались в шкафу и не получится перезарядиться. -Можешь сесть на кровать, — неправильно истолковала её перемещение Генриетта, — говорить это нам не помешает. Слушай меня внимательно. Я говорю с тобой без всякого притворства. Я знаю, чем тебя держал Говорун. Он обещал вывести тебя из Зоны. Я предлагаю тебе, то же самое. Не только Говорун знает нужных людей, в чьей власти это сделать. Теперь, когда ты убедилась, что слову Говоруна верить нельзя, я хочу сделать тебе предложение… -Руки и сердца? — пошутила Настя. -Нет, деловое предложение. Я работаю в заведении уже десять лет. У меня скопилась довольно большая сумма. За ещё десять лет работы я думаю заработать не меньше. Через десять лет меня выведут из Зоны. Разумеется, что денег мне не оставят, но свой процент я получу. До конца жизни мне хватит на то, чтобы ни в чём себе не отказывать. Но меня выпустят, только если я найду себе замену. Эта замена быть должна не хуже меня. Я предлагаю этой заменой стать тебе. Десять лет, и ты займёшь моё место. А пока будешь учиться. Настя чуть не минуту переваривала сказанное, а потом расхохоталась. -Да с чего вы вдруг решили, что я хочу стать «мадам» в борделе? — спросила она, немного отсмеявшись. -Ты подумай. Я не просто так тебе такое предложение сделала. Говоруна нет. Куда тебе идти? Сказки про сталкерство рассказывай кому-нибудь… кто не знает жизни в Зоне. В Зоне ты долго не проживёшь. Тебе придётся остаться у меня. Ты выдерживала Говоруна, значит, несколько мужиков за ночь примешь без проблем. У тебя, после Говоруна сохранилось самомнение, значит, у тебя есть характер, и ты не сломаешься за десять лет. Ты умна, потому, что всем показываешь, что ты дура, но если бы ты ею была, то давно бы уже сдохла в Зоне. Ты идеальная кандидатура на замену меня. -Вот только я не хочу тебя заменять, — прорычала Настя. — Рассчитала она… Меня в эти расчёты включить, ты как-то позабыла. Я не собираюсь на тебя работать. -Что ж, перейдём к угрозам, — спокойно сказала мадам. — Говоруна нет. Я это уже говорила. Тебя никто здесь не защитит. Долг оплачивает это помещение и уход за тобой, пока ты не станешь здорова. Потом, то есть, через два дня, ты должна будешь отсюда уйти. Куда ты пойдёшь? Нигде в Зоне ты не будешь в безопасности. Только здесь о тебе будут заботиться. Только здесь безопасно. Согласившись, ты через двадцать лет выберешься отсюда. Это гарантировано. Не согласишься, и станешь такой как Аня. Она тоже не согласилась сначала, а теперь ты видела, что с ней стало. Теперь, если ей предложить выйти из здания, с ней истерика случается, и она пытается самоубиться. -Надо говорить: «Пытается покончить жизнь самоубийством», — поправила Генриетту Настя. -Ты меня поняла, — сказала мадам. — И это тебе надо учить язык, а не поучать меня. Я здесь хозяйка и при мне все должны говорить на моём родном языке. Станешь хозяйкой, заведёшь свои порядки. Тебе надо подумать, или ты ответишь сейчас? -Я отвечу сейчас, — сказала Настя. — Я не принимаю твоё предложение. -Потом я не буду столь щедра. Сейчас я предлагаю тебе хорошие условия… Я их не сказала… -Не трудись, — прервала Генриетту Настя. — Все твои обещания ничего не стоят. Ты можешь посулить мне золотые горы, а потом обмануть. Мне вот пришла в голову мысль. А почему я здесь? Ведь у Долга есть свои помещения, где я могла бы восстанавливать здоровье. Почему меня перенесли сюда? Ты мне чего-то не рассказала. Что-то… Это ведь Говорун приказал тебе забрать меня из больницы Долга? Это он приказал тебе ухаживать за мной. Отвечай! Это так?! -Это не имеет значения в нашем разговоре, — ровно ответила Генриетта. -Имеет, очень даже имеет, — не согласилась Настя. — Почему Говорун приказал тебе обо мне заботится?! Он же меня бросил! Все так говорят. Но может быть, ты мне соврала? Может быть, ты знаешь больше? Может быть, Говорун велел тебе что-то мне передать? Настя рывком приблизилась к Генриетте и, глядя ей в глаза, прошипела. -Мошет пыть, тхы предала Говоруна?! Генриетта обмочилась. Она попыталась сдержаться, но по судорожно сведённым бёдрам Настя поняла, что ей это не удалось. Правда, такого водопада, как когда её допрашивал Говорун, тоже не получилось. -В Зону захотела?! — рявкнула Настя, закрепляя успех. — Не выполнила то, что приказал Говорун?! Ты, наверное, забыла, что он может с тобой сделать?! Хочешь стать такой, как Аня?! Кстати, а кто такая Аня? -Аня теперь будет тебе прислуживать, — пояснила Генриетта. — Девочкам надо работать. Заведение много теряет, пока они здесь с тобой бездельничают. Генриетта взяла себя под контроль и вновь стала «Мадам». Видимо поняла, что Говоруна здесь нет и запугивает её просто какая-то девчонка. -А теперь слушай меня. Говорун приказал о тебе заботится, но только пока Долг за тебя платит. Ты больная ещё два дня. Потом за тебя перестанут платить, и ты должна будешь убраться отсюда. Куда ты пойдёшь — мне не интересно, но если ты вернёшься назад, то будешь работать наравне с другими. Никаких поблажек я тебе делать не буду. И то, что я тебя буду рекомендовать, станет вопросом. И не забывай, что я могу в любой момент приказать убить тебя. И никто не дознается, отчего ты умерла. Тебе всё понятно? -Мне всё понятно, — кивнула Настя. — А теперь послушай меня. Я в любой момент могу тебя убить и всем об этом рассказать. Скажу, что ты желала вызнать, где Говорун и поэтому угрожала мне. Тем более, что это правда. -Это не так! — вскричала мадам. -А кто в это поверит? — спросила Настя. — Я не боюсь смерти. Говорун научил меня этому. А ты боишься умереть? Вижу, что да. Так вот. Научись слушаться меня и убираться с моей дороги и тогда я оставлю тебя живой. Малейшая провокация с твоей стороны и я убью тебя. Если ты убьёшь меня, то Говорун когда-нибудь поинтересуется моей смертью и тогда тебе конец. Ведь он отдал приказ охранять меня не только в борделе. Верно? Ты хочешь не выполнить приказ Говоруна? Судя по судорожно сжатым бёдрам, Генриетта вновь чуть не обмочилась. -Теперь давай поговорим начистоту. Зачем я тебе нужна? Все рассказы про то, что я могу стать новой мадам — пустые сказки. Говори, зачем я тебе нужна?! Несколько секунд Настя и мадам сверлили друг друга взглядами. Мадам первой отвела взгляд. Ещё несколько секунд колебалась, а потом сказала. -Тебе полностью восстановили организм. Полностью. Пока ты была без сознания, я проверила… Ты теперь снова девочка. Тебя можно за большие деньги продать. У меня уже есть два клиента, но может быть больше. -Так, — кивнула Настя. — Так. Я поняла. Уходи. Встань и уйди. И больше никогда не показывайся мне на глаза. Ты мне противна. И не смей у меня что-нибудь просить. Если я тебя увижу, то постараюсь убить. Пошла вон. Генриетта встала, на секунду задержалась, как будто пытаясь что-то сказать, а потом вышла из комнаты. Настя осталась одна. Несколько секунд бездействовала, а потом вытащила из шкафа кобуру. Закрепила кобуру прямо поверх белья. Кобура болталась, но Настя решила, что это не играет сейчас особой роли. Она достала из-под кровати пистолет и вложила в кобуру. Накинула сверху халат, и потренировалась выхватывать оружие, одним движением распахивая халат. Так сразу это у неё не получилось, поэтому Настя не менее часа тренировалась, пока не начало получаться. Она не знала, понадобится ли ей это умение, но всё равно старалась. Закончив тренировки и заскучав, Настя решила поспать. Делать было совершенно нечего. Выходить куда-то было опасно. Дверь в соседнюю комнату и туалет была закрыта. Аня как ушла, так и не возвращалась. Настя не знала, что делать и поэтому прилечь и покемарить было лучшим решением. Однако, Настя вспомнила про туалет. Со временем эта проблема станет серьезнее, и решать её придётся впопыхах. Разобраться со служанкой и туалетом нужно было сейчас. Настя решительно пошла на выход. В коридоре никого не было. Настя вспомнила, что Говорун рассказывал о туалете в конце коридора. Прошла до конца и нашла ванную комнату с туалетом и душевой. Воспользовалась туалетом, а в кабинку душа зайти побоялась. Какая-то она была грязная и обшарпанная. Напомнила себе, что надо добиться от Генриетты разрешения на проход в отдельный туалет и душ. Когда шла по коридору, услышала, как сзади открывается дверь на лестницу. Настя развернулась и перенесла руку так, чтобы можно было быстрее распахнуть халат. Через открытую дверь вкатился в коридор жизнерадостный толстячок в сопровождении Ани. Толстячок осмотрелся, увидел Настю и расплылся в ещё более широкой улыбке, хотя казалось, что больше невозможно. -Каво я ви-ижу-у?! — закричал он. — А мне говорили, что она с постели не встаёт! А она уже вовсю гуляет! Он двинулся к Насте, распахнув объятия. Правда, тут же объятия сменились на протянутую руку, но скорость приближения толстячок только увеличил. -Как я рад познакомиться! — кричал он. — Наконец-то мы встретились! Он подошёл к Насте. Настя так растерялась, что даже не поняла, как её рука оказалась у него в руке. Толстячок пожал ей руку, потом с энтузиазмом потряс, потом приложился к ручке, а потом стал покрывать руку поцелуями. Настя не знала, как остановить его. Сквозь ошеломление его напором она вдруг осознала, что если бы он хотел что-то с ней сделать, то она уже была бы скручена и связана, не оказав никакого сопротивления. Это заставило её собраться и противостоять этому напору. -Я обычно не допускаю до руки не представленных мне мужчин, — сказала она, вспомнив фразу из какого-то женского романа. -О! Это моё упущение! Разрешите представиться! Славик! -Славик и всё? — удивилась Настя. -Будуче на службе государевой, не заслужил чинов и имений, званий и наград. Не сочтите за небрежение, но будьте так милостивы, не гнушаться моим скромным именем, и пригласить меня к себе в будуар всего лишь для скромной беседы, каковой я, с вашего позволения, развлеку вас. -Всенепременно, — ответила Настя, поддерживая игру. — Прошу вас сопровождать меня. Анна, будьте так любезны, принесите нам чаю. То есть, подайте нам чаю. Мне с бергамотом. А вам сударь? -Всецело полагаюсь на ваш вкус, — чуть поклонился Славик. -Принесите чай, — приказала Настя и прошла в свою комнату. В комнате она повернулась к закрывающему дверь Славику и глянула на него, сверля взглядом. -Кто вы, и что вам надо? — спросила она. -Эй-эй! Полегче! — поднял руки Славик. — Я вам не враг! Я по рекомендации Льва Юрьевича. Он сказал, что вас нужно… Э-э-э… Нужно чтобы вы… Рассказали про Говоруна. -Кому нужно? — спросила Настя. -Вам, — сразу ответил Славик. — Он обеспокоен вашим отношением к Говоруну. Ему нужно, чтобы вы в подробностях рассказали о ваших с ним отношениях. А ещё… — Славик замялся. — Я следователь. Расследую преступления на территории Долга. Мне очень нужны ваши показания по делу капитана Зощенко. -Я последнее время, плохо отношусь к следователям, — заметила Настя. -Почему? — с совершенно детской обидой спросил Славик. -Наверное потому, что меня чуть не убили, после того, как я поверила, что меня ведут на допрос, по обвинению в убийстве. -А вот с этого момента поподробнее, — сразу сказал Славик. — И давайте за столик присядем. Мне так удобнее записывать. -Это допрос? — спросила Настя. -Ну, если хотите, то да. Вы допрашиваетесь, как пострадавшая. Суд и казнь уже были, но для СБУ мы должны всё запротоколировать. Если будут какие-то недочёты, то начнётся бюрократическая война ведомств, а никому здесь этого не хочется. Это в СБУ куча народу, которая только и делает, что бумажки пишет, а нам тут самим приходится писать и читать. Поэтому ваши показания и нужны. Умоляю, расскажите, как было дело! Славик состроил умоляющие глаза. Настя не видела, чем она может навредить себе, рассказав о случившемся. У неё не было ни одной причины для отказа. Она, осторожно подбирая слова, начала рассказывать, а потом увлеклась, и рассказывала всё, как было, со своими эмоциями и комментариями. Умение слушать — важное умение для следователя. Настин собеседник обладал им в полной мере. Настя сама не заметила, как рассказала следователю всё, что произошло с ней примерно неделю назад, и перешла на более далёкие времена. Рассказала, как попала в Зону, как встретила Говоруна, как они шли сюда, на базу Долга. Аня принесла им чай, потом перекусить, потом принесла обед, или ужин. Настя удивлялась своей словоохотливости, но продолжала рассказывать. Она подозревала, что есть какой-то артефакт, заставляющий её говорить, но не ощущала на себе никакого воздействия. Когда попыталась скрыть кое-какую информацию, то ей легко это удалось, но Славик заметил недосказанность и впился, как клещ. Не успокоился, пока не вытянул из Насти подробности. При этом у него так легко получилось создать иллюзию беседы, что Настя даже не обиделась за этот допрос. Допрос прекратил врач, Лев Юрьевич. Он постучался и вошел, не дожидаясь разрешения. Сразу отругал Славика за то, что так долго допрашивал Настю. Отругал Настю за то, что не прогнала Славика. Даже тихой Ане досталось за то, что Насте принесли не ту еду, какую велел принести он. Славик тут же мгновенно попрощался и исчез, Аня ушла, ничего не сказав, а Настя осталась один на один с рассерженным врачом. Впрочем, как только они остались одни, он сразу стал добрее. На Настю больше не кричал, разговаривал вежливо. Немного удивился кобуре. Осмотрел Настин бок, помял живот, проверил реакцию зрачков и счёл её замедленной. Велел ложиться спать. Объяснил, что благодаря лечению артефактами, Настя теперь некоторое время не будет чувствовать усталости и сонливости. При этом организму всё равно необходим отдых. Если Настя не будет вовремя отдыхать, то неизвестно к каким последствиям это приведёт. Настя возражать не стала, но заметила, что они со Славиком беседовали не так уж долго. Лев Юрьевич ответил, что прошло уже больше двенадцати часов, как Славик пошёл к Насте. Настя просто перестала осознавать время. Это плохо, но скорее всего это исправится. -Вам Настя надо сейчас поспать ровно десять часов, а потом начать контролировать время. Завтра я вас разбужу и принесу вам ПДА. -Мне не надо ПДА, — вскинулась Настя. -Вы решили остаться в заведении, — понимающе кивнул Лев Юрьевич. -Нет, просто мне ПДА не нужен. Я не хочу им пользоваться. А из заведения я собираюсь уйти. Скажите, я могу у вас в больнице долежать… Ну, пока у меня комнатный режим… -Подождите, подождите, — перебил её Лев Юрьевич. — А вам что-то здесь не нравится? Вам же здесь хорошо. О вас заботятся. -Видите ли, мы не сошлись характерами с Генриеттой. Она обещала меня убить. Я опасаюсь здесь оставаться. -Что-о-о?! — взвился голос Льва Юрьевича. — Да что тут вообще?.. Да что она о себе думает?! О чём думал Говорун?! Кто вообще о чём-то думал?! Сейчас я схожу и принесу тебе одежду. Да! И конвой возьму, чтобы тебя без проблем перевести. Останешься у меня в боксе. Хуже чем здесь, но безопасно. Подумать только, угрожать беззащитной девочке. Лев Юрьевич вышел из комнаты. Настя немного удивилась, но виду не подала. Слышала, как он прошёл по коридору и хлопнул дверью на лестницу. В комнату вошла Аня. Как ни в чём не бывало, продолжила убирать со стола. Настя попросила её помочь снять кобуру. Оружие она держала в руке, а снимать кобуру одной рукой было неудобно. Аня подошла и начала снимать с Насти кобуру. Настя вдруг почувствовала, что в руку с пистолетом ей суётся какая-то бумажка. Она посмотрела вниз и увидела записку. Настя свободной рукой взяла записку, а Аня сделала вид, что поправляет ей халат и закрыла её так, что если слежка камерами и была, то всё равно записку нельзя было заметить. Настя развернула бумажку и прочитала: " Скажи всем, что идёшь к Болотному Доктору. Жду. Говорун. " Настя чуть не выдала себя радостным криком. Говорун не бросил её. Он ждёт её у Болотного Доктора. Она готова была расцеловать Аню, но та совершенно не обращала внимания на её ликование. Сняла кобуру, подала Насте и, как бы между прочим, забрала записку. Настя очень хотела расспросить её, но помня о возможной слежке, не решилась. Тем более что в коридоре возник какой-то шум. Шум подкатился к двери. Дверь распахнулась и в комнату ввалилась разъярённая мадам. На ней повисли Олеся и незнакомая Насте девушка, а сзади маячил Борисов. Мадам разразилась какой-то фразой на английском. Обращалась она к девушкам, но пальцем тыкала в Настю и, судя по всему, говорила о ней. Если также судить по тону, то Настю она отнюдь не хвалила. Настя переводила взгляд поочерёдно на всех присутствующих, надеясь, что ей объяснят, что происходит. Объяснений она не дождалась. Мадам бросилась на неё и начала наотмашь бить. Она даже не побоялась того, что Настя держит в руках оружие. Пару ударов Настя пропустила, но потом решительно дала отпор. Как учил Говорун, не пыталась блокировать удар, а подныривала под руку и снизу била в корпус. На Генриетте был корсет, и удары не давали эффекта. Настя попробовала поднырнуть под удар, выпрямиться и ударить в лицо. У неё получилось, и она пустила Генриетте кровь, попав по носу. Однако уклониться не смогла. Генриетта захватила её волосы и начала дёргать их во все стороны. Настя взвыла от боли и попыталась вырваться. У неё не получилось. Настя прикинула своё положение, поняла, что всё не так уж плохо. Когда мадам в очередной раз подтащила её к себе, она взмахнула руками и хлопнула мадам по ушам. Мадам покачнулась и выпустила Настю. Она была оглушена. Настя, развивая успех, шагнула к ней, зашла за спину и пнула под колено. Мадам завалилась на бок. Настя не дала ей упасть. Одной рукой она придерживала Генриетту, а другую положила ей на горло и сжала трахею. Генриетта захрипела. -Отпусти её, — приказал Насте Борисов. — Отпусти, или я выстрелю. Настя услышала щелчок затвора. Она не сомневалась, что дуло уже смотрит ей в спину. Оглянулась. -Ты выстрелишь, я вырву ей горло, — сказала она, глядя в глаза Борисову. -Не успеешь, — сказал он. -Давай проверим, — предложила Настя. -Давай не будем, — отказался Борисов. — Отпусти Генри, и давай поговорим. -Убери оружие и выйди вон. И нечего ко мне в комнату входить без спроса! Я вот об этом с Генри и поговорю. Уходите! Мы с ней сами разберёмся. -Вот видите! — послышалось из коридора. — Они её уже убивают! -Стоять! — рявкнул кто-то. — Никому не двигаться! Оружие убрали! Все! Быстро! Борисов посмотрел в коридор, медленно показал кому-то в коридоре руку с оружием, направленным вверх, а потом медленно наклонился и положил его на пол. -Здесь больше ни у кого нет оружия, — сказал он в коридор. В дверях, оттеснив Борисова, появился новый персонаж. Немолодой мужчина в форме Долга с погонами. Оглядев комнату, он хмыкнул и задал ожидаемый вопрос. -Что здесь происходит? Все замерли и начали переглядываться, не зная, как в двух словах объяснить происходящее. Настя отпустила Генриетту и она упала на пол. Сразу поднялась и стала приводить себя в порядок. -Они мою пациентку убить хотят! — донёсся из коридора голос врача. — Говорун им поверил, а они его доверием воспользовались и вот, что делают. -И что они делают? — спросил мужчина. Никто ничего не успел ответить. Генриетта закончила отряхивать платье и неожиданно набросилась на Настю. Вот только Настя была к этому готова и встретила Генриетту прямым ударом в горло. На этом всё и закончилось. Борисов бросился к хрипящей Генриетте, а Настя отошла в сторону. -Доктор, тут нужна ваша помощь, — спокойно сказал мужчина. — Пропустите его. Принесите для Анастасии Кирилловны приготовленную ей одежду. Анастасия Кирилловна, вам здесь действительно не стоит оставаться. Заберите отсюда свои вещи. Вы будете жить у нас. Проводите её в соседнюю комнату, чтобы она могла переодеться. Доктор, окажите мадам всю возможную помощь. Если нужно будет какое-то особое лечение, доложите, и мы посмотрим, что можно будет сделать. -Не надо никакого лечения. — Сразу сказал Лев Юрьевич. — Я вправил хрящи. Только неделю будет сложно разговаривать и сутки я рекомендовал бы походить в корсете. Я принесу, у меня есть. -Хорошо, — кивнул мужчина. — Борисов, у тебя есть претензии к Насте? Настя, у тебя есть претензии к заведению? Настя и Борисов, молча, покачали головами. -Хорошо, — кивнул мужчина. — Одежду принесли? Отдайте Насте. Генриетта, ты уйдёшь, или останешься? Генриетта тяжело поднялась и направилась к двери. -Все остальные тоже выходите, — приказал мужчина. — Настя, вам сколько нужно времени, чтобы одеться? -Пять минут, чтобы одеться и ещё минут пять, чтобы вещи собрать, — ответила Настя. -Хорошо. Мои бойцы подождут вас в коридоре. Не торопитесь. Борисов, не уходи далеко. Мне от тебя нужен отчёт о произошедшем. Мужчина ушёл вслед за Борисовым. В комнату бойцы занесли сумку и бросили на пол. Сделали Насте приглашающий жест и ушли. За ними вышли Олеся и незнакомая Насте девушка. Когда комнату покидала Аня, Настя окликнула её. -Аня, задержись. Поможешь мне с вещами. Аня прикрыла дверь и вернулась к Насте. Как же Насте хотелось расспросить её. -Аня, как ты думаешь, за нами сейчас следят? — задала она вопрос. -Я не знаю, — ответила Аня. — Могут следить. -А где здесь есть место, в котором за мной никто не мог бы проследить? -В заведении такого места нет. — Ответ был категоричен. -Значит, поговорить нам не удастся, — вздохнула Настя. — Что ж, помоги мне собрать вещи. Я думаю, все эти вещи мои. Если мадам будет иметь претензии, по поводу этих вещей, пусть передаст их через Борисова. Собирать вещи можно в эту сумку. Сейчас я из неё вытащу верхнюю одежду. Настя достала из довольно большого баула новенькую экипировку. Точно такую же, как была у неё. При этом, шлем и ботинки были старыми, Настя их узнала. Противогазная маска тоже была старой, но в пенале теперь не лежали сиротливо пара картриджей. Пенал был полностью заполнен. Настя прикинула, что если нескромно расходовать картриджи, то их хватит ей на полгода, или даже больше. Отсутствовала, ставшая привычной, сетка. У Насти не было толстых носков, удобного белья. Бронежилет куртки был тонким. У Насти на старой куртке был толще, но всё равно, не справился. Настя решила, что к выходу в Зону она не готова, но пройти по территории сможет. Все её вещи поместились в одну только сумку. Да и та была заполнена чуть больше чем на треть. Настя вспомнила, с каким рюкзаком зашла в Зону и грустно улыбнулась. Вспомнила спальник. Раньше рыдала бы, вспомнив о потере, а сейчас стало просто грустно. Собрала оружие, проверила и уже привычно разместила в кобуре, карманах и на шее. Подойдя к двери, ещё раз осмотрела комнату. Благодарно кивнула Ане и вышла за дверь. Стоящие за дверью парни оживились и вопросительно посмотрели на неё. -Вы конвоиры? — спросила Настя. -Да, мы конвоиры, — немного растерянно ответил один из них. -Понятно, значит, сумку придётся мне нести. — Мы не настолько конвоиры! — возмутились они. У Насти отобрали сумку и жестом пригласили идти за впередиидущим. Настя не возражала. Они спустились, вышли в зал. В зале их в плотное кольцо взяла охрана борделя. Один из них объяснил, что Борисов не хочет эксцессов. В окружении они проследовали на выход и покинули заведение. От заведения до штаба Долга было чуть больше десяти метров. Здания стояли впритык, но от входа до входа расстояние было побольше. Надо было обойти бордель и зайти на внутреннюю территорию Долга. Настя и конвой прошли это расстояние без проблем, хотя Настя, зная свою везучесть, ожидала какой-нибудь пакости. Но всё обошлось, и через несколько минут они зашли в здание. Сразу за порогом их встретил Лев Юрьевич. Он потребовал от Насти немедленно проследовать в бокс и там лечь спать. Сказал, что всё ей необходимое он приготовил. Кто-то напомнил ему, что Настя не прошла дезинфекцию. Лев Юрьевич, оправдывая своё имя, вызверился на него и заявил, что Настя чище дезинфектора в сто раз. Однако даже его власти не хватило, чтобы провести Настю внутрь в уличной одежде. За Настей закрепили шкафчик и заставили оставить там верхнюю одежду и оружие. Поскольку Настя была в одном белье, Лев Юрьевич дал ей свой халат. Сразу сделать это он не догадался, и Настя радовала бойцов своим видом неглиже. Лев Юрьевич на них шикнул, когда он и Настя уходили, но Настя, даже через закрывшуюся дверь, чувствовала пожирающие её взгляды. Пока они шли к боксу, Лев Юрьевич объяснил, что сейчас они находятся в так называемом «чистом» помещении. Вход в уличной одежде сюда запрещён. Есть ещё и рабочие помещения. Туда можно проходить с оружием и в верхней одежде. Такая практика поддерживается для всех помещений в Зоне. Настя припомнила своё пребывание в Зоне и заметила, что они с Говоруном ходили в верхней одежде и у Сидоровича, и в заведении Мамаши Джонс. Доктор сказал, что Говорун является исключением. За ним проще убрать, чем злить его и бояться последствий. Настя хотела попросить привести примеры, но они дошли до бокса и она не успела. Лев Юрьевич категорически потребовал, чтобы она немедленно легла и уснула. Насте ничего не осталось, кроме как подчиниться. Под надзором врача Настя легла на топчан и укрылась одеялом. Лев Юрьевич пожелал ей спокойной ночи и закрыл дверь, оставив Настю одну. Настя попыталась уснуть, но уснуть, никак не получалось. Настя прикидывала свои действия на пару дней вперёд. Подумать было над чем. Самый главный вопрос — действительно ли записку написал Говорун? От этого зависело всё. Настя пожалела, что не расспросила Аню. Из заведения она ушла. Завтра она поговорит с кем-нибудь обладающим властью в Долге и стрясёт с них компенсацию. Послезавтра, разжившись необходимым, надо уходить отсюда. Куда? Если записку писал не Говорун, то куда ей идти? И тут Настя поняла, что записку действительно писал Говорун. Только он мог отправить её к Доктору на болота, при этом зная, что Настя понятия не имеет, где эти болота. Любой нормальный человек, желающий заманить её в ловушку, дал бы более точные координаты. Например: «Пройди от ворот по дороге, сверни налево и у приметного дерева я буду тебя ждать». Ничего такого не было. Настя припомнила, что в записке не сказано, чтобы она шла к Доктору. Там велено сказать, что она идёт к Доктору. Следовательно, Говорун встретит её, когда она выйдет с территории Долга. Он рядом! Настя даже села на топчане от избытка чувств. Говорун только сделал вид, что бросил её. На самом деле он её ждёт. Стоит ей только выйти за ворота, он сразу окажется рядом. У Насти с души свалился огромный камень. Только теперь она поняла, что возможное предательство Говоруна давило на неё всё это время. Теперь ей стало легко и весело. Говорун её не бросил. Настя легла и стала думать о том, как они встретятся. С этими мыслями, она и уснула. Настя проснулась ночью. По тишине в здании и тусклому дежурному освещению в коридоре догадалась, что сейчас ночь. Её ничего не беспокоило, никто и ничто не разбудило её. Просто она выспалась. Учитывая, как рано она вчера легла, и то, что у неё сбился цикл сна и бодрствования, совсем неудивительно было, что у неё такие проблемы со сном. Настя полежала, обдумывая, что ей делать. Ничего лучше, чем сделать разминку и растяжку не придумала. Занималась этим не меньше часа и нисколько не устала. Сначала удивлялась этому, а потом вспомнила предупреждение врача и испугалась. Прекратила тренировку, забралась под одеяло и постаралась расслабиться. То, что она действует правильно, поняла, когда её неудержимо потянуло в сон. Настя не стала противиться и уснула. Сон её был беспокойным. Она то и дело просыпалась. Сначала от того, что кто-то ходил в коридоре. Потом от того, что включили полный свет, видимо наступило утро. Настю никто будить не стал, и она вновь задремала. Потом ей приснился сон. Настя как-то оказалась в борделе и ждала клиентов. К ней в комнату вошёл Говорун. Она ему искренне обрадовалась. Обрадовалась, что он станет её первым клиентом. Говорун посмотрел на неё, скорчил недовольную рожу и ушёл. Настя побежала за ним, но не смогла догнать. А потом были мужики, мужики, мужики… Настя проснулась и выдохнула со всхлипом, поняв, что это лишь сон. Буквально в эту же секунду в дверь постучали, и вошёл Лев Юрьевич. -Настя, просыпайся! О, ты уже проснулась? Вставай. Я тебе сейчас одежду принесу. Мы тебе спортивный костюм подобрали. Да, и Генриетта тебе вещи прислала. Только товарищ полковник просил тебя присланные ею вещи не надевать. Лучше надень спортивный костюм. Хорошо? В нём удобнее. И если ты захочешь выйти из здания, то поверх него можно сразу комбинезон одеть. Вставай. Я сейчас. Настя села на топчане и протёрла руками глаза. Сон как-то повлиял на неё в худшую сторону. Проснувшись ночью, она хотела что-то делать, была полна энергии. Сейчас она чувствовала себя разбитой. Подумала о том, чтобы ополоснуться под душем. Поняла, что очень этого хочет. Принюхалась к себе и скривилась от отвращения. От неё пахло. Не сильно, но заметно. Подумала о том, что она не мылась почти неделю и пришла в ужас. Когда вернулся Лев Юрьевич, Настя так спросила его о возможности вымыться, что он даже испугался. -Настенька, вы что? — пролепетал он, глядя в её бешенные глаза. — Конечно, вы можете помыться. Я вас сейчас отведу. И дам вам мыло, полотенце… Идёмте, только оденьтесь сначала. Настя быстро натянула спортивный костюм, который оказался ей немного великоват. Сейчас это её мало заботило. Она порылась в принесённой врачом сумке, вытащила сменное бельё и вышла в коридор, где её ждал Лев Юрьевич. В коридоре было полно народа. Трое больных, из соседних боксов и куча парней, которым именно сейчас понадобилось навестить больных. Как только Настя вышла, все разговоры прекратились и на неё дружно уставились, раздевая взглядами. Лев Юрьевич на них ругнулся, но никакого впечатления это, ни на кого не произвело. Пока Настя шла по коридору, с ней вежливо здоровались и раздевали взглядами. Однако никто даже не пытался дотронуться до неё. Наоборот, все прятали руки за спину. -Мальчишки, — с непонятной интонацией произнёс Лев Юрьевич, когда они зашли в раздевалку перед душевой. — Вы уж простите их. У них гормоны бурлят, а про вас такие слухи ходят. -Какие? — сразу спросила Настя. -Разные, — уклончиво ответил врач. — Подождите минуточку, я принесу вам всё для мытья. И не волнуйтесь. Пока вы будете мыться, я покараулю у двери. Настя чуть не спросила зачем, но вспомнила парней в коридоре и не стала задавать глупые вопросы. С них станется заглянуть, как будто бы случайно. Лев Юрьевич ушёл, а Настя зашла в соседнюю с душевой дверь. За ней оказался туалет. Воспользовалась туалетом и вышла. Как раз в раздевалку зашёл Лев Юрьевич. Отдал Насте полотенце, шампунь в пакетиках, зубную пасту в маленьком тюбике, зубную щётку. Также, немного смутив, подал ей предметы женской гигиены. Настя сначала не поняла зачем, а потом взяла, решив оставить на потом. Лев Юрьевич остался сторожить, а Настя ушла в душ. Мылась она долго. Ей всё время казалось, что от неё пахнет. В конце концов, она задавила в себе желание ещё раз намылиться и логикой заставила себя понять, что никакого запаха на ней остаться не может. Выключила воду и услышала за дверью голоса. Лев Юрьевич ругался с кем-то. Настя подошла к двери и прислушалась. Ничего не разобрала, но за дверью видимо услышали, что вода перестала шуметь и ругань стала громче. -А я тебе говорю, пусти! — услышала Настя знакомый голос, но не могла вспомнить, чей именно. -…От тебя я такого не ожидал, — раздался голос Льва Юрьевича. -Настя!!! — крикнули за дверью и Настя отшатнулась. — Настя!!! Мне нужно войти!!! -Зачем?! — крикнула Настя. — И, вы кто?! -Это я, Славик!!! Настя, мне нужно войти! Я не могу кричать через дверь! -Минутку, я оденусь! — крикнула Настя. -Нет!!! — рявкнул Славик так, что Настя чуть не подпрыгнула. — Не одевайся!!! Завернись в полотенце! Я вхожу! Настя только и успела, что схватить полотенце и прикрыться. Славик ворвался в душевую и сразу стал озираться, ища что-то. Заметил приготовленное Настей бельё и бросился к нему, как хищник к добыче. -Ага! Вот оно! — обрадовался он. — Настя, оно ведь из тех вещей, что тебе в борделе дали? Настя кивнула. -Не вздумай надевать! — приказал Славик. — Я у тебя все эти тряпки заберу. Настя в недоумении уставилась на Славика. Она не могла представить, что он фетишист. Видимо, её недоумение было столь явным, что Славик счёл нужным оправдаться. -Ты с мадам поссорилась. Я подозреваю, что она могла какую-нибудь твою вещь отравить. Чтобы отомстить… Есть подозрение, что она уже несколько человек так на тот свет отправила. -Ну, это ерунда, — сказал Лев Юрьевич. — Ты подозреваешь… -Моя работа — подозревать, — зло бросил Славик. — Настя, я тебе там кое-что принёс. Надень мною принесённое. Хорошо? Всё, эскулап, пойдём. Настя, мы тебя ждём за дверью раздевалки. -Да, будьте добры, поторопитесь, — спохватился Лев Юрьевич. — Вы очень долго мылись, а вам ещё надо позавтракать, и потом, вас ждут. -Ну, ради неё, старый греховодник подождёт, — сказал Славик выходя. -Я попросил бы вас не… Дальше Настя не услышала. Дверь закрылась, и она осталась одна в душевой. Несколько секунд соображала, что это было, а потом раздумывала, как ей на это реагировать. Ничего не придумала и стала вытираться. В раздевалку Настя сразу выйти побоялась. Сначала выглянула и проверила, вдруг там кто-то есть. Убедилась, что никого нет, и вышла. Проверила принесённое Славиком. Знакомые Насте штанишки, не пропускающие радиацию и кусок ткани вместо лифчика. Настя привычно оделась. Вспомнила, что не чистила зубы. В раздевалке был умывальник. Настя проверила. Вода текла. Она быстро вскрыла упаковку с зубной щёткой и выдавила на неё пасту. Пока она чистила зубы, в раздевалку заглянул Лев Юрьевич. Увидел, чем Настя занята и попросил поторопиться. Настя постаралась закончить побыстрее. Через пару минут, она вышла в коридор. -Вещи забрали? — спросил Лев Юрьевич. — Хорошо. Идёмте скорее. -Сначала я у неё тряпки заберу, — проворчал Славик. -А это не может подождать? — немного раздражённо спросил Лев Юрьевич. -Нет. Если она их наденет… -Что не так с одеждой? — спросила Настя. -Я же говорю… — начал Славик и осёкся. В коридоре больше не было парней, навещающих больных товарищей, но сами больные никуда не делись. Они стояли в коридоре и провожали Настю взглядами. Славик нахмурился и весьма недобро на них посмотрел. -Лев Юрьевич, а я смотрю, ваши пациенты девушками интересуются, — мимоходом заметил он. — Не пора ли их выписывать? Не такие они больные… -Нет, нет! — вскричал Лев Юрьевич. — Я никого не выпишу в угоду вам! И вы меня не запугаете… -Бросьте, — отмахнулся Славик, — никто вас не запугивает. Только вы тоже должны понимать, что нельзя здорового человека выдавать за больного. -Я никого за больного не выдаю! — взвился Лев Юрьевич. — И не смейте мне указывать! Здесь я решаю, кто болен, а кто здоров! И ваши угрозы меня не запугают! -Мне достаточно того, что они запугали ваших пациентов, — коварно улыбнулся Славик. — Проверьте, как они. Вдруг кто-то от страха в штаны наложил. Или у кого-то сердечный приступ случился. Лев Юрьевич смерил Славика презрительным взглядом, но повернулся и скрылся за дверью палаты, в которую юркнул один из пациентов. Как только Славик сказал, что подозревает их в симуляции, все больные исчезли из коридора, спрятавшись в своих палатах. Славик жестом предложил Насте пройти в её бокс. Настя подчинилась. В боксе Славик забрал все вещи, которые Насте дали в борделе. Предложил отдать и те вещи, которые она забрала сама. Настя потребовала объяснений. -Я не могу всего рассказать, — немного смутившись, сказал Славик, — но некоторые люди после борделя плохо себя чувствовали. Жаловались на головокружение. Я сделал подборку. Есть у меня подозрения, что их в борделе травили. И есть подозрение, что через вещи. Пока это ничем не подтвердилось, но лучше не рисковать. Тебе действительно нужны эти вещи? Может всё-таки будешь пользоваться нашими? -Буду, — кивнула Настя. — И к этим вещам я не привязана. Можешь все забирать. Только взамен я потребую не меньше. Мне нужна будет полная экипировка для прохода по Зоне. -Это с полковником обговоришь. Как он решит, так и будет. Все вещи я забираю. Будем Лёву дожидаться? -А где он? — удивилась Настя. -Больных осматривает, — фыркнул Славик. — Очень он мнительный. Но о своих пациентах заботится, как курица наседка. Стоит только упомянуть, что кто-то нуждается в помощи, как он всё бросает и бежит проверять. Не успокоится, пока не проверит. -Вы специально начали говорить про то, что больных здесь нет? Чтобы убрать парней из коридора? -Настя, мы с тобой на «ты» перешли, — напомнил Славик. — Да, специально. Вот только Лёва этого не понял. Он от спецслужб натерпелся, поэтому теперь любой мой выпад рассматривает, как вызов и реагирует слегка неадекватно. Я ведь — служба безопасности. Ищейка. -Я заметила, когда ты меня допрашивал, — кивнула Настя. -Настенька, это была просто милая беседа, — неестественно уверил её Славик. -Значит, допрос проходит по-другому, — сказала Настя. — Мордобой, иголки под ногти, прижигания калёным железом. -По-всякому он проходит, — пробормотал Славик, недобро сощурившись. — Настя, ну хоть ты не начинай! Мне и от нашего эскулапа хватает критики. Это он у нас тут… Правозащитник. Мордобой — низшая форма добычи сведений. Нормальный следователь ловит на противоречиях… -Я знаю, — перебила Славика Настя. — Мне Говорун рассказывал. -Да? — немного удивился Славик. — Тогда ты должна знать, что работа следователя… Из бокса вышел Лев Юрьевич. -Идите без меня, — сказал он. — Я задержусь. И учтите, что я доложу о вашем самоуправстве. Вы нанесли моим пациентам тяжёлую психологическую травму. Их выздоровление теперь под угрозой. Мне придётся задержаться, чтобы оказать им помощь. -Спасибо Лев Юрьевич, мы пойдём, — сказала Настя. Она подхватила Славика под руку и потащила к двери, через которую вчера зашла сюда, решив, что где вход, там и выход. Славик хотел что-то сказать, но Настя ткнула его кулаком в бок и он промолчал. Если бы он ответил, то неизвестно, насколько бы они ещё задержались, а Настю кто-то где-то ждал. Насте уже было любопытно, кто и где. Она могла бы догадаться. Ждал её полковник Волышев, глава Долга. Настя могла бы возгордиться оказанной ей честью, но никаких иллюзий у неё не было. Полковника интересовала не она, а Говорун. Сразу после знакомства и взаимных расшаркиваний, Настя вновь попала на допрос. Славик и полковник насели на неё уже вдвоём. Сначала это была вежливая беседа, а потом маски были сброшены и Настю начали допрашивать, не скрывая этого. Славик принёс показания Алексея и их сравнивали с Настиными показаниями, а потом допытывались до мелочей. Очень им было интересно, как и что делал Говорун в тот или иной момент, пока они шли по Зоне. Настя не видела смысла что-либо скрывать. Она подробно рассказывала всё. И про химеру, и про своё общение с контролёрами, и про кровососов, которые лечили её и Говоруна. Было забавно смотреть, как полковник и Славик ошарашено переглядываются, даже не пытаясь скрыть от Насти своей растерянности. Ещё от Насти просили показать путь, по которому они шли, но тут Настя ничем помочь не смогла. Она даже не представляла, каким путём вёл её сюда Говорун. Карту читать не умела, за ориентирами не следила. Какой информации о пути можно было от неё ожидать? Мужчины это поняли и отстали. Допрос продолжался весь день с перерывом на обед. Настя прекратила его ближе к вечеру, когда мужчины начали лезть в их с Говоруном отношения. Им было интересно, как Настя относится к Говоруну, как он относится к ней? Настя несколько недоумённо посмотрела на них и чётко ответила, что это не их дело. На этом потребовала прекратить допрос. И вот тут Настя узнала, что далеко не всё знает о коварстве спецслужб. Славик согласился с ней. Сказал, что Настины отношения с Говоруном это не их дело. Сказал полковнику, что допрос надо прекратить. И буквально через пару минут задал Насте вполне невинный вопрос о том, как она относилась к Говоруну, когда они только познакомились. Настя стала отвечать. Получив ответ, Славик задал ей ещё один невинный вопрос. Только благодаря тренировкам с Говоруном, Настя в какой-то момент поняла, что начинает рассказывать больше подробностей об их отношениях, чем хотела бы. А начиналось всё с невинного вопроса. -Я сейчас уйду, — предупредила она. Славик бросился её уверять, что он ничего такого не имел в виду, и что Настя вовсе не обязана отвечать. Просто, если она немного поможет им, то потом им будет проще помочь ей… Его жестом прервал Волышев. -Хочешь уйти? Уходи. — Сказал он, глядя Насте в глаза. Настя встала и направилась к выходу из кабинета. Около двери замерла и, вернувшись, села за стол. Посмотрела в глаза полковнику. -Поняла? — спросил он. — Выйти отсюда ты можешь. А куда потом пойдёшь? Ты теперь сама по себе. Одна ты не выживешь. В бордель тебя не возьмут. У тебя только один выход — вступить в Долг. А вот если ты вступаешь в Долг, то всякую сталкерскую вольницу забудь. Здесь у нас подчиняются приказам. Завтра ты ещё числишься больной. Послезавтра выписываешься и получаешь снаряжение. Приписана будешь к хозяйству Славика. Только чтобы не селить тебя в общей казарме. Все тренировки будешь проходить наравне с остальными новичками. Потом подумаем, куда тебя пристроить. Всё. Свободна. Возвращайся в госпиталь. Славик проводи. Славик тут же встал и двинулся к Насте. Он ждал, что она тоже встанет, но она осталась сидеть. Сверлила полковника взглядом и положенную Славиком на плечо руку брезгливо сбросила. -Что-то ещё? — осведомился полковник. -Ваш человек напал на меня, — напомнила Настя. — Он меня чуть не убил. Мне должна быть выплачена компенсация. -И какую же компенсацию ты хочешь? — поинтересовался полковник. — Может тебе денег дать? -Мне не нужны деньги, — ответила Настя и перечислила то, что ей нужно. -А зачем тебе всё это нужно? — немного удивлённо спросил Волышев. -Это моё дело, — ответила Настя, даже не пытаясь показать вежливость. -Я не вижу к этому никаких препятствий, — сказал полковник, переглянувшись со Славиком, — только не понимаю, зачем тебе всё это нужно. Ты и так будешь поставлена на довольствие. И всё, что нужно — ты получишь. Сначала конечно не такое хорошее, но при патрулировании тебе оно и не понадобится… -И не факт, что ты будешь в патрули ходить, — перебил полковника Славик. Полковник быстро глянул на него, но ничего не сказал, хотя видно было, что рассердился, когда его прервали. -Вы дадите мне то, что мне нужно? — спросила Настя, меняя тему. -Насколько я знаю, обмундирование ты уже получила, — задумчиво сказал Волышев. — Хочешь его улучшить? Я не возражаю. Дам приказ на склад. Оружие тебе полностью перебрали и подготовили. Патронами тебя обеспечили. Я не понимаю, зачем тебе столько тушёнки и концентратов, но если хочешь, то возьми на складе. Только знаешь, у нас плохо относятся к тем, кто ест что-то и не делится. Если о запасах тушёнки узнают, то у тебя будут проблемы с товарищами. -С проблемами я разберусь, — отмахнулась Настя. — Я могу сейчас пройти на склад? -Завтра, с утра, — ответил вместо полковника Славик. -Да, — согласился Волышев, — сегодня уже поздно. Я отдам распоряжения, и завтра с утра можешь зайти и выцарапать что-нибудь у нашего хомячка. Славик, проводи её в госпиталь. По дороге в госпиталь Славик агитировал Настю за то, чтобы она не злила полковника и не требовала себе особых привилегий. Объяснял, что ей совершенно не нужны такие ценные вещи, что её ещё ждёт как минимум полгода тренировок. Настя не отвечала ему. И вообще не обращала внимания. Что-то не позволяло ей обижаться на Славика. Возможно, его довольно лёгкий характер, а возможно, та искренняя забота, с которой он пытался делать ей нравоучения. Но всё равно, она решила выказать ему своё недовольство, и теперь не реагировала на него. У дверей госпиталя он с ней попрощался. Настя проигнорировала витиеватое прощание и перешагнула порог. Когда закрывала дверь, мельком глянула в лицо Славика и покраснела. Она вела себя как глупая девочка. Судя по ехидной усмешке, Славик прекрасно понял её игру и смеялся над ней, как над глупым ребёнком. Хорошо, что не видел, как она покраснела, а иначе завтра он бы ей проходу не дал, постоянно подшучивая. Настя быстро отошла от двери, чтобы её не было видно, если Славик заглянет в коридор госпиталя. На её шаги из палаты выглянул Лев Юрьевич. Увидел Настю и всплеснул руками. -Наконец-то! А я уже не знал, что и думать. Они тебя хоть покормили? Ох, но ведь всё равно никакого соблюдения диеты. Что они там себе думают? Давай Настя, проходи к нам. Мы как раз ужинать собрались. Сейчас из столовой принесут. Настя вошла в палату. В палате стояли четыре койки. Настя прикинула, что сейчас они сдвинуты к стене и посередине стоит стол, а в обычном состоянии они стоят по-другому. Её догадки подтвердил Лев Юрьевич. -Мы кровати сдвинули в сторону и организовали здесь столовую, чтобы не носить миски из коридора по палатам. Всё равно, сейчас пациентов мало и палата пустует. Садись вот туда. -Спасибо, но я лучше здесь с краю, — сказала Настя. -На угол сядешь, семь лет замуж не выйдешь, — сказал один из больных. -Карим, — представился другой. — Это Ник и Стэфан. Стэфан плохо говорит по-русски, поэтому за него говорить буду я. Ник по-русски говорит, но только матом, поэтому за него тоже я говорить буду. Возникла лёгкая перебранка. Стэфан и Ник на смеси английского и русского ругали Карима, а потом ругались между собой, приводя аргументы, кто и почему должен говорить с Настей. Карим упирал на то, что, хоть он и татарин, только он умеет говорить по-русски правильно. Ник обзывал всех нерусью поганой, и считал, что кроме него здесь вообще нет достойных разговаривать с Настей. Что говорил Стэфан, Настя не поняла, но он тоже приводил свои аргументы. Спор прекратил Лев Юрьевич. Он вошел, и в палате сразу установилась тишина. -Мальчишки, — укоризненно сказал Лев Юрьевич, и махнул рукой, подзывая кого-то сзади. В палату вошёл парень в белом халате, который нёс поднос с едой. Каша, компот, что-то вроде мясного салата. Поставил поднос на стол и замер, рассматривая Настю. Лев Юрьевич кашлянул, парень отмер и вышел. Вернулся с ещё одним подносом. Настя, за то время пока его не было, передала поднос дальше по столу. Последние два подноса принёс другой парень, также откровенно разглядывая Настю. Лев Юрьевич их выпроводил, а Настя во время ужина не могла не поинтересоваться, почему на неё так реагируют? Парни от вопроса смутились, а Лев Юрьевич, как врач намного циничнее, немного подумав, счёл нужным объяснить. -Здесь мало женщин. Парни не могут позволить себе бордель, а разрядка требуется. Для разрядки необходим образ женщины. И этот образ надо иногда обновлять. Картинки там разные, фотографии. Или как с тобой, посмотреть на женщину. Про тебя столько слухов ходит. Разных… Ты объект их сексуальных желаний. Смотрят на тебя, а потом вспоминают… Плюс то, что про тебя говорят… -Спасибо, — Настя встала из-за стола, — у меня что-то пропал аппетит. -Настя, ты не обижайся… — крикнул ей вслед Лев Юрьевич. Он встал из-за стола и пошёл вслед за Настей. Настя зашла в свой бокс и бросилась на топчан. На двери бокса не было задвижки и Лев Юрьевич, постучавшись для отчёта, вошёл вслед за ней. -Настя, ну это всего лишь физиология. Относись к этому проще. Ты же не девочка. В наше время быть такой брезгливой даже странно как-то. Учитывая, сколько извращений можно найти в интернете, я вообще в ужасе от того, куда уходит ваше поколение. Я даже и не думал, что мои слова так на тебя подействуют. -Оставьте меня, пожалуйста, — сказала Настя, не оборачиваясь. -Да, конечно, — кивнул Лев Юрьевич. — И ещё… Настя, прости меня, что я за тебя не вступился. Я знал, что тебя будут допрашивать… Просто я не могу… Я боюсь идти против системы. Один раз пошёл и оказался здесь. Настя повернулась и посмотрела врачу в глаза. -Я вас ни в чём не виню, — со всей возможной искренностью, сказала она. — Вы совсем не обязаны вникать в мои проблемы. С проблемами я разберусь сама. -Да, ну ладно, — с некоторым облегчением сказал Лев Юрьевич. — Тогда, спокойной ночи. Завтра вас будить со всеми, или вы хотите поспать? -Мне надо завтра на складе снаряжение получить. Думаю с утра это сделать. Во сколько мне надо вставать? -Если завтракать будете в общей столовой, а мыться также долго как сегодня, то я вас разбужу намного раньше, чем остальных. Ещё раз, спокойной ночи. Лев Юрьевич вышел. Настя разделась и легла. Думала о том, как будет завтра действовать, чтобы получить со склада всё необходимое, а потом сбежать. То, что бежать придётся сразу, она не сомневалась. Причём именно бежать. Никто её в Зону не отпустит. Руководствуясь благими намерениями, её будут удерживать здесь силой, но одну в Зону не выпустят. Да и не одну тоже. Настя подумала о том, что здесь она действительно сможет жить. Вступит в Долг, будет служить. Показалось ей, или нет, но, похоже, что Славик хочет оставить её у себя в СБ. Она вполне может сделать карьеру. Вот только с лекарством для мамы будет загвоздка. Впрочем, Говорун тоже ничего ей не обещал, а работая на государственную безопасность, можно попытаться достать дум-мумиё и передать маме. Настя мучительно думала и никак не могла решить. Перспективы с Говоруном были призрачными. Перспективы в Долге были более конкретными, то есть — туманными. Настю ни то, ни то не устраивало. Она засыпала, размышляя, и на самом краю между сном и явью она вспомнила, как на неё смотрели здесь солдаты Долга и бродяги. И в этот момент она поняла, что ни в коем случае не останется здесь. Уйдёт, хоть к Говоруну, хоть в Зону, но не останется. Быть постоянным объектом вожделения озабоченных самцов — это не для неё. Приняв решение, Настя мгновенно уснула. Непонятно почему, но она не выспалась. Когда её разбудил Лев Юрьевич, она с трудом проснулась. Душ немного взбодрил её. В боксе, Настя собрала все свои вещи и сложила в сумку. Сюда она больше не вернётся, так что нечего здесь что-либо оставлять. Посмотрела, чтобы в коридоре никого не было, и быстро ушла из госпиталя. Уже закрывая дверь, громко крикнула «До свидания!» в пустой коридор, но ждать ответного пожелания не стала. Хлопнула дверью и убежала. Ей совсем не хотелось объяснять, почему она забрала все свои вещи. Хотя объяснение она заготовила, но врать, глядя человеку в глаза, ещё не научилась. Лев Юрьевич мог заметить фальш в её словах. А самое главное, Насте было стыдно. Она не знала, что она делает плохого, но чувствовала, что поступает плохо. Столовую она нашла быстро. Вчера шла по коридору, и в одном месте сильно запахло съедобным. Сегодня она остановилась в этом месте и стала открывать все двери подряд. За одной из дверей запах усилился. Настя пошла на запах и вышла прямо в столовую, только со стороны кухни. Какой-то мужчина заругался, поминая всяких, не желающих обойти и прущихся через пищеблок, но увидев Настю, замолчал и только махнул рукой, указывая, куда ей идти. Настя извинилась, поблагодарила, и пошла в указанном направлении. Пройдя ещё одну дверь, оказалась в столовой. Столовая состояла из двух залов. В один зал был вход с улицы, а в другой из здания. Между этими залами располагался пищеблок. Настя оказалась в том зале, где вход был из здания. -Сюда с вещами нельзя! — подскочил к ней молодой парень. -Где мне оставить сумку? — спросила его Настя. -Не знаю. С вещами — только в том зале. -Хорошо, а как мне пройти в тот зал? -А вы вот так пойдёте? Вы что? Там же вход с улицы. Не пойдёте же вы в таком виде на улицу? Вообще-то я могу вам помочь… Я покараулю вашу сумку, пока вы едите… -Очень мило с вашей стороны, — согласилась Настя. -Да, но если меня застукают с сумкой, то у меня неприятности будут. -Что ж, не будем нарываться на неприятности. Куда мне идти? -Нет, ну не такие уж у меня будут неприятности. Сумку, может быть, никто не заметит… Но вот если заметят… -Вы возьмёте сумку или нет?! — рассердилась Настя. -Возьму. Только мне бы… Как бы… Неприятности компенсировать. -Как компенсировать? — спросила Настя. -Ну, как-нибудь… -Как?! -Ну, мы можем закрыться в туалете. Мы быстренько… Договорить он не успел. Такой приём у Насти на тренировках не получался, но сейчас она провела его безукоризненно. Прыжок вверх, выброс ноги и прямой удар в грудь. В последнее мгновение Настя смягчила удар, чтобы не убить паскудника, но парня всё равно унесло. Он выбил дверь и ввалился в пищеблок. Настя сама не ожидала такого, поэтому со страхом заглянула в проём без двери. Парень возился на полу и пытался встать. Настя вошла и осторожно подошла к нему. -Добивать будешь? — деловито спросили у неё за спиной. Настя вздрогнула и повернулась, пытаясь прикрыться сумкой от возможной атаки. -Я не нападаю, — миролюбиво поднял руки мужчина, который разрешил ей пройти через пищеблок. — Я всё слышал. Уже хотел идти и разбираться. Он подошёл к пытающемуся подняться парню и рывком за шкирку поставил его на ноги. -Повезло тебе, что я выйти не успел. Ты бы у меня так просто не отделался. -У меня он тоже так просто не отделается, — сказала Настя. — Я ведь могу вызвать его на арену… -Да на какую арену он пойдёт после такого удара? — сразу пошёл на попятный мужчина. — Да и зачем вам это? Ссора между бойцами Долга не приветствуется, а если до арены дело доходит, тут уж надо такой повод иметь, чтобы даже полковник с ним был согласен. Вы что, каждого дурака из-за пары сказанных слов на арену вызывать будете? -Да, — кивнула Настя, — пока дураки не кончатся. -Ну что вы? Да вы не волнуйтесь. Он на губе десять суток просидит. Посидит, подумает… И он прямо сейчас перед вами извинится. Слышишь?! Извиняйся давай! -Изфинитхе, — просипел парень, который так и не смог совладать с дыханием. -Извинения приняты, — холодно бросила Настя и повернулась, чтобы выйти. В это время в столовой было не так уж много народа. Из-за этого дверной проём был плотно закупорен интересующимися, но сзади на них не напирали и дальше проёма никто не зашёл. Однако выйти Настя не могла. Вместо того, чтобы разойтись, все стояли и молча смотрели на неё. Взгляды были в основном удивлённые, но были и осуждающие, и даже заинтересованные. -Я хочу пройти, — сказала Настя. Её пропустили. Настя прошла, ни на кого не обращая внимания. Чувствовала она себя так, что хоть из столовой беги. Не знала, куда деться от взглядов. Села за столик и украдкой огляделась. Все стояли в очереди у окошка раздачи. Кто-то демонстративно не смотрел на неё, но, то и дело бросал взгляды, кто-то откровенно пялился. В любом случае, ни на секунду Настя не оставалась без надзора. Не обращать внимания на надзор становилось сложнее с каждой секундой. В столовую вошли ещё несколько человек. Они весело о чём-то переговаривались, но заметили Настю и замолчали. Сбежать захотелось ещё сильнее. Но тут в Насте поднялся протест. Почему она должна бежать? Какое ей дело до этих людей и их о ней мнения? Если им что-то в её поведении не понравится, то, что ей до этого? Она будет вести себя так, как ей хочется. И пусть её потом обсуждают, ей до сплетен, нет никакого дела. Настя решительно поставила сумку на соседний стул, встала и пошла к окошку раздачи. Нагло завладела подносом у парня, мимо которого проходила, и сунулась в начало очереди, потеснив стоящего первым. Никто ей ничего не сказал. Насте так понравилось быть невоспитанной хамкой, что она даже столовые приборы нагло забрала с подноса стоящего рядом мужчины. Он выразительно хмыкнул, но Настя впёрлась в него таким злобным взглядом, что он отшатнулся и жестом показал, что никаких претензий не имеет. Продолжая играть так понравившуюся ей роль, Настя нетерпеливо стукнула костяшками пальцев в закрытое окошко раздачи. Никто не открыл. Раньше Настя осталась бы и терпеливо ждала, но теперь она была наглой тварью, поэтому, оставив поднос у окошка, она двинулась на кухню разбираться с этой проблемой. Видимо с улицы пришла группа, и ей выдавали еду в первую очередь. У небольшого шкафчика суетился парень, принимая от знакомого Насте мужчины наполняемые тарелки и расставляя их на поднос. Потом заталкивал поднос в шкафчик и закрывал прозрачную дверцу. После этого открывалась дверца с другой стороны и поднос забирали. Процесс получался небыстрым. Настя прикинула, что мужчина мог бы заполнять тарелки сразу на два окна, и чуть не спросила, почему нет ещё одного человека на раздаче. Вспомнила, что сама не так давно отправила его в полёт. Вспомнив, почувствовала неловкость. В ней проснулась совесть. Это из-за неё не могут поесть люди. Настя взяла тарелку и решительно подошла к мужчине. Тот на неё покосился, но тарелку наполнил. Настя подошла к окошку раздачи, открыла створку и поставила тарелку на поднос. -Это моё, — твёрдо сказала она. — Не трогать! Она взяла ещё одну тарелку. Вновь подошла к мужчине и получила ещё одну порцию. Взяла два компота. Вернулась с тарелкой обратно и сама добавила подливки. Поставила тарелку на поднос и потребовала, чтобы поднос отнесли и поставили на столик. Потом она ещё несколько минут работала на раздаче. За эти минуты мимо прошло довольно много народу, но подходили новые люди и Настя начала беспокоиться, что вообще не сможет поесть. Однако ажиотаж у другого окна спал, и парень-раздатчик вполне смог справиться, работая на два окна. Настя с облегчением передала ему вахту и вышла в зал столовой. Поискала глазами поднос с двумя тарелками. Нашла и поморщилась. За столиком, на котором стоял поднос, сидел мужчина, у которого она отобрала столовые приборы. Настя подошла и села напротив мужчины, с вызовом посмотрела на него. -Я просто сторожу ваш поднос, — пояснил мужчина. — Вы ведёте себя так, что вам в еду хочется плюнуть. Я следил, чтобы этого не произошло. -Спасибо, — поблагодарила Настя. — Вы успели поесть? Можете идти. -Вы всегда такая стерва? — спросил мужчина. -Нет, только сегодня. И только с вами. Настя взяла ложку и принялась за еду. -Что-то непохоже, — усмехнулся мужчина. — Парня вы здорово приложили. Давно занимаетесь? -Чем занимаюсь? — не поняла Настя. -Я не знаю, как у вас это называется… Самбо, дзюдо, карате. Как давно вы занимаетесь рукопашным боем? -Две недели, — ответила Настя, и этим ввергла мужчину в ступор. -Или у вас великолепный талант, или вы мне соврали. Я думаю — второе. -Зря, я действительно начала заниматься только когда попала в Зону. Но до этого я танцами занималась. -А-а-а, — обрадовался мужчина, — теперь понятно. Танцы, рукопашный бой — одно и то же. В основе всего — работа с противником. -В танце — работа с партнёром, — заметила Настя. -Всё равно, умение работать с человеком. Вас кто тренировал? Говорун? -А кто ещё мог меня тренировать? — удивилась Настя. -Говорун мог Серого попросить с вами позаниматься. Они когда-то классно проводили спарринги… -Серый умер, — сказала Настя. -Как?! — подхватился мужчина. — Когда?! Настя рассказала. -Вот ведь… — с досадой и какой-то горечью сказал мужчина. — Надо же, как сложилось… Они ведь с Говоруном лучшими друзьями были. А вот так вот… Да-а-а… Настя промолчала. Мужчина тоже замолчал, о чём-то раздумывая, или что-то вспоминая. Насте вспоминать было нечего, поэтому в тишине она доела завтрак с одной тарелки. Когда она меняла перед собой тарелки, мужчина вынырнул из воспоминаний. Хотел было продолжить тему разговора, но увидел полное Настино равнодушие и осёкся. Несколько секунд размышлял над новой темой разговора. Ничего не придумал и решил закончить разговор. -Значит так. Задатки у тебя есть. Жду у себя в зале. Со Славиком договорюсь. Тебе самой разве не хочется продолжить тренировки? -Простите, а мы перешли на «ты»? — холодно поинтересовалась Настя. -Ты мне это брось! — засмеялся мужчина. — Я и по званию выше, и по возрасту старше. Я могу тебе просто приказать, а я уговариваю. Цени! Короче… Жду тебя в зале завтра с утра. Поставлю тебе силовой комплекс, а потом болвана поколотишь. Или, лучше приходи сегодня вечером. Просто побьёшь болвана. Тебе нужно. Я вижу… Понимаю, навалилось на тебя. Ну так, в зале пар и выпустишь. Будешь вместо него Говоруна представлять. Вечером жду. Будь! Мужчина хлопнул её по спине и направился к выходу. Настя немного удивлённо посмотрела ему вслед и принялась за еду. То, что записку написал Говорун, вновь было подвергнуто сомнению. Может быть, здесь в Зоне это нормально, звать человека неизвестно куда и ждать, что он придёт? Настя припомнила весь разговор, и не смогла вспомнить, когда её уговаривали. Может быть, она сходит с ума и не помнит, что было несколько минут назад? Вот только скорее верно то, что с ума сошли другие, а она нормальная. Настя прервала рассуждения, догадываясь, что если продолжит их, то точно сойдёт с ума. -"Какой бред я думаю!», — самокритично призналась она. — «Надо скорее отсюда уходить. Говорун тоже сумасшедший, но его сумасшествие уже привычно и с ним можно сжиться. Останусь здесь, придётся привыкать к сумасшествию новых людей». Подумав так, Настя быстро доела всё, что осталось и, подхватив сумку, вышла из столовой. Найти вещевой склад оказалось не так просто. Первый же остановленный Настей молодой человек ничего про склад не мог сказать, кроме того, что вход в него только с улицы. Настя удивилась этому, а потом решила, что парень не слишком надёжный источник информации. Он так был восхищён ею, что мало понимал, о чём она его спрашивает и никак не мог внятно ответить. Это льстило Настиному самолюбию, но сейчас больше раздражало. Настя оставила парня в коридоре и двинулась дальше, на поиски кого-нибудь вменяемого. Но и ещё один человек, на этот раз вполне зрелый мужчина, подтвердил Насте, что вход на склад находится на улице. Чтобы туда пройти, Настя должна переодеться. Настя вновь удивилась, но отправилась к выходу из здания. В комнате со шкафчиками Настю спросили, куда она идёт, и поинтересовались наличием у неё разрешения на выход. Настя вспылила и наговорила спрашивающим кучу гадостей. Начала переодеваться прямо у всех на виду, чем вогнала всех присутствующих в ступор. Только переодевшись, соизволила услышать робкое обращение одного из дежурящих. Он просил, куда именно идёт Настя, чтобы сделать запись в журнале. Настя ответила, что на склад. Все присутствующие очень удивились и наперебой начали объяснять, что на склад вход только из внутренних помещений здания, а с улицы входа нет. Настя вновь вспылила, но поняла, что выставляет себя дурой. Все вокруг смеялись над ней. Настя напоследок тихо ругнулась и выскочила в небольшой холл, а потом на улицу, позорно сбегая, не дав отпора насмешникам. «Нервы ни к чёрту!» — думала Настя, стоя на улице и глядя на этот проклятый склад. Следуя логичному предположению, что склад находится в этом здании, Настя быстро его нашла, просто идя вдоль стены. Широкие двери и наваленные кучей полеты не давали шанса ошибиться. Вот только ни окон, ни звонка, ни какого-либо устройства, чтобы подать сигнал отсюда, не было. Настя смотрела на закрытую дверь, и ей хотелось плакать. До этого она попинала эту дверь, но тяжеленные, даже на вид, створки не шелохнулись, а звук ударов был глухой, поэтому вряд ли внутри его кто-то слышал. Насте оставалось только развернуться и идти назад. Переодеваться, терпя насмешки, и искать вход на склад из внутренних помещений. Она уже готова была сдаться, но тут увидела, что к ней идут четыре каких-то оборванца. В Зоне никто не думал о том, как он выглядит. Одевали, что придётся. Носили, пока носится. Однако все держали какой-то уровень неопрятности. Например, ни у кого в одежде не было дыр. Никто не позволял себе ходить по улице расстёгнутым. Если было надето что-то с пуговицами, то под этим обязательно было надето что-то из плотной ткани и на молнии. Эти же типы были одеты кое-как, явно с чужого плеча. При этом их одежда была надета в несколько слоёв, чтобы дырки перекрывали друг друга. Молнии не сходились, а пуговиц почти не было. И воняли они какой-то мерзкой кислятиной. А самое главное, у них не было оружия. Настя, как ни старалась, не смогла обнаружить даже признаки его наличия. Когда оборванцы подошли довольно близко, Настя жестом приказала им остановиться и дальше не подходить. -Э-э-э… Здрасьте, — поздоровался стоящий ближе всех. — Мы это… Пришли. Настя не выказала никаких эмоций. -Э-э-э… Нам тут эта… -Да ты погоди! — перебил его ещё один. — Ты глянь. Это ж… -Ой… — только и сказал первый заговоривший, когда поднял глаза на Настю. Мужчины шарахнулись от Насти, как грязнули от Мойдодыра. Отбежали на десяток метров и начали о чём-то совещаться. Настя стояла, не зная, что делать. Чтобы вернуться назад, ей надо было пройти мимо этих мужчин, а какой реакции от них ждать, если она пойдёт в их сторону, Настя не знала. Мужчины посовещались, и один из них двинулся к ней. Другие осторожно последовали за ним. -Это… До-обрый день. — Чуть не кланяясь, и заискивающе глядя Насте в глаза, раболепно проблеял мужчина. -Здравствуйте, — без выражения сказала Настя, но мужчина отчего-то расплылся улыбкой. -Да… Это… Здрастьте… А вы тут стоите… -Стою, — озвучила очевидное Настя. -Караулите? — поинтересовался мужчина и подался вперёд. Настя жестом показала, чтобы он не приближался, и он поспешно отошёл на большее расстояние, чем было до начала разговора. Стоявшие за ним, тоже отбежали. -Я жду, когда двери откроют, — показала Настя себе за спину. -А сегодня должны открыть? — невероятно удивился мужчина. -Нет, но я на это надеюсь, — вздохнув, ответила Настя. — Меня обманули и сказали, что войти на склад можно только с улицы. Теперь, когда я вернусь, надо мной будут смеяться. Вот я и думаю, как мне быть. Мужчина открыл было рот, чтобы что-то сказать, но его за одежду утащил его товарищ. Они все отбежали подальше и начали о чём-то совещаться. То и дело они поглядывали на Настю и поверх её головы на стену. Насте такое внимание не нравилось. Она снова решила уйти и снова не успела. Компания закончила совещание, и все двинулись к Насте. Настя решила, что если сейчас попробует уйти, то это будет похоже на бегство. Да и не так она была воспитана, чтобы игнорировать тех, кто хочет с ней поговорить. На этот раз вперёд выдвинулся другой оборванец. -Слышь… Ты… Это… Там труба есть. Вон… Вентиляторы откроешь и слезешь. Прямо на склад попадёшь. Зуб даю. По выражению Настиного лица, понял, что она ничего не поняла. Принялся с жаром объяснять. -Там вентиляция. В старом дымоходе проложили. Там пролезть можно. Со склада вентиляцию постоянно чистят. Всегда пролазят. Чтобы вентиляторы не снимать… Вон те!.. Их на раме сварной поставили и петлях. А петли на защёлке. Ты туда залезешь, защёлку откроешь и на склад пролезешь. Только никому не говори, что это мы тебе сказали. С Хомячком сама разбирайся. Лады? Настя посмотрела вверх. На стене действительно была закреплена конструкция с коробом и вентиляторами в нём. Несколько вентиляторов слабо крутились. До конструкции было метров пять. Стена была выщербленной. Местами в кладке отсутствовали кирпичи. Залезть было вполне возможно, но Настя на всякий случай поинтересовалась. -И как я туда залезу? -Так ведь, по поддонам, — суетливо ответил один из оборванцев. — Мы сложим, ты залезешь, а мы подержим. Там надо будет дотянуться и открыть, а потом подтянуться и залезть. Вон там, слева, защёлка. Настя прикинула разные варианты и решила лезть наверх самостоятельно. Этим типам она не доверяла. Доверить им, держать конструкцию, на которой она стоит, Настя ни в коем случае не собиралась. При этом, на раме около защёлки, был какой-то нарост, или кусок грязи, или комок прутьев. Во всяком случае, что-то непонятное. Всё непонятное в Зоне — опасно. Шарить рукой рядом с чем-то опасным — несусветная глупость. Лучше залезть повыше и сверху поглядеть, разобраться, а уж потом пытаться проникнуть на склад. Отогнав подозрительных личностей подальше, Настя закинула сумку за спину, повесила автомат так, чтобы не мешал и начала подъём. У неё легко получилось подняться метров на пять, до уровня вентиляторов, но чтобы рассмотреть непонятный комок мусора, нужно было подняться выше. Настя осмотрелась и решительно двинулась вверх. Через минуту она сверху спустилась на короб вентиляторов и осторожно встала на него. Медленно двинулась вдоль стены к краю, готовая схватиться за какой-нибудь выступ, если короб обрушится. Снизу, с довольно большого расстояния за ней наблюдали оборванцы. Их жадный интерес Насте не понравился. Какой-то подвох в их предложении был, но непонятно было какой. Настя подошла к краю и глянула вниз. Комок грязи, прутьев и мусора мог быть только гнездом мутанта. Отсюда это было хорошо видно, а вот снизу Настя бы этого не заметила. Она подумала о том, что оборванцы специально предложили ей залезть и снизу дотянуться до защёлки. Её рука как раз прошла бы в сантиметрах от гнезда. Вот только она не могла понять, зачем им это было нужно, а спросить не могла. Оборванцы куда-то делись, пока она осторожно шла по коробу. Настя не стала забивать себе голову ерундой. Сейчас нужно было подумать, как проверить, есть ли мутант в гнезде и опасен ли он? Сняв автомат, Настя легла на короб и дулом потыкала в гнездо. Никакой реакции не дождалась. Вот только это ничего не доказывало. Судя по размерам гнезда, мутант был небольшим, а такой предпочтёт затаиться и выждать, нежели атаковать более крупного противника. Можно было сунуть дуло в отверстие гнезда, или же просто расстрелять гнездо, но Насте не хотелось ни пугать мутанта, ни убивать. Она убрала автомат, залезла в сумку и с досадой поморщилась. Совсем забыла, что в сумке нет еды. Настя подумала немного, а потом отцепила ремень сумки и спустила его вниз к гнезду. Начала несильно подёргивать его и он заплясал перед отверстием. Как и ожидалось, мутант не мог долго выдержать такое издевательство. Через несколько секунд из гнезда высунулась противная морда и, чем-то похожим на жало, атаковала ремень. Настя потянула ремень вверх. Мутант спрятался. Осторожно, пытаясь не спугнуть, Настя опустила руку и попробовала открыть защёлку. На руку мутант отреагировал гораздо сильнее. Он выскочил из гнезда на стенку и атаковал. Настя с трудом успела убрать руку и чуть не упала с короба. Мутант злобно пискнул на неё и скрылся в гнезде. Когда стало ясно, что мутант не даст ей открыть защёлку, Настя решила спускаться и идти на склад законным путём. Но потом азарт пересилил, и она решила попытаться справиться с мутантом. Сумка была практически пустой. Настя решила, что патронам мутант ничего не сделает. Она скинула вниз ремень и снова начала его дёргать. Мутант высунулся и вцепился. Настя дала ему время, чтобы вцепился посильнее, и потащила вверх. Мутант вытаскивался из гнезда с трудом, но в какой-то момент отцепился от гнезда, и Настя рывком дёрнула его вверх. Мутант, вереща, взлетел на уровень её глаз. Настя несильным ударом свободной руки припечатала его к стене, а потом с трудом, но ухватила так, чтобы он не мог её укусить. Мутант всё равно вцепился ей в руку, но рукав не прокусил. Так они и замерли. Мутант, вцепившись Насте в руку, а Настя, удерживая мутанта. Малейшая попытка ослабить хватку приводила к тому, что мутант пытался не сбежать, а напасть на Настю. При приближении другой руки начинал так отчаянно извиваться, что Настя боялась ему повредить, но и отпустить не могла. Она решила подождать, пока мутант немного не успокоится. Села и принялась рассматривать вцепившегося в неё мутанта. Тот был меньше кошки, но больше хорька. На Настин взгляд — уродливый. Некоторым нравятся кошки сфинксы, но Настя их не любила, и мутант вызывал у неё неприязнь. Лысый, безносый, безухий зверёк. Злобный прищур белёсых, без зрачков, глаз. И как-то совершенно несуразно расположенные кости скелета, которые Настя легко прощупывала даже сквозь перчатку, из-за страшной худобы зверька. Настя скривилась от отвращения, но тут же устыдилась. Не имела она права на отвращение. По сути, она напала на зверька, захватила в плен и теперь издевается. А вдобавок ещё и внушает ему, что он отвратителен. Ведь, как говорил Говорун, все мутанты в Зоне, так или иначе, улавливают мысли. Значит, зверёк чувствует её отвращение. Насте стало стыдно. Она посмотрела на мутанта по-другому. Маленький, всего боящийся, беззащитный. И с чего она решила, что он уродливый? В чём-то он даже симпатичен. Хотя бы, своей отвагой. Вон как защищает от неё своё гнездо. Настя так накрутила себя, что через пару минут чуть не разрыдалась от жалости к мутанту и не прижала его к груди. Только в последний момент успела отдёрнуть его в сторону, иначе жало вполне могло бы войти ей в щёку. -Ах ты негодяй! — возмутилась Настя. — Ты на меня воздействовал! Знаешь что… Полезай-ка в сумку! Видя, что Настя настроена решительно, мутант не стал рисковать и пытаться напасть. Как только Настя его выпустила над открытой сумкой, он юркнул в неё и оттуда злобно зашипел на Настю. Не обращая на это внимания, Настя закрыла сумку и отодвинула в сторону. Сумка постояла, а потом задёргалась. Мутант пытался выбраться. Насте было не до него. Она дотянулась до защёлки и теперь тянула тугую пружину. С трудом, но пружина поддалась, и короб отошёл в сторону. Настя стала медленно удаляться от стены, но успела схватиться за кирпичный выступ и подтянулась обратно. Гнездо мутанта не упало, а осталось висеть прикреплённое к стене. Настя удивилась тому, что в стене, прямо в воздуховод вентиляции, специально было проделано отверстие, для того, чтобы мутант мог пролезать, как наружу, так и внутрь здания. Потом решила, что отверстие было пробито, чтобы можно было задвигать защёлку изнутри, а мутант только им воспользовался. Потом выкинула эти мысли из головы и стала думать, как ей пролезть в вентиляцию. Долго раздумывать ей не пришлось. Всё было очевидно. Настя оттолкнулась от стены и немного отъехала в сторону, а потом села на короб, спустила ноги в вентиляционное отверстие и скользнула вниз. Не подумала и поэтому зацепилась автоматом, но когда поправила его, то без проблем смогла спускаться. На стенках были сделаны специальные ступеньки. Настя даже смогла закрыть за собой раму с вентиляторами. Только защёлку пришлось закрывать не через дыру, а через решётку вентилятора, специально её отгибая, и высовывая руку под очень неудобным углом. Но Настя справилась. Только когда собиралась спускаться вниз, заметила, что по привычке подхватила с собой и сумку с мутантом. Мутант рвался на волю и уже порвал сумку в паре мест. Настя хотела его выпустить, но в узкой трубе мутант был гораздо опаснее. Бросится ли он к себе в гнездо, или нападёт — Настя не знала. Решила отпустить, когда спустится вниз, а пока стукнула по сумке и тихо, с угрозой, зарычала, как когда-то рычал на неё Говорун. Помогло, мутант затих. Настя начала спускаться вниз, но мутант снова задёргался, и она вновь поднесла сумку к лицу и зарычала. Если бы не мутант, Настя спустилась бы за несколько секунд, а так пришлось спускаться больше минуты. Внизу труба расширялась в бывший камин, или разломанную печь. Настя смогла положить сумку в стороне и осмотреться. Такой же короб с вентиляторами, но вентиляторы поменьше, хотя их больше. Здесь также была дырка в стене, но, сколько Настя не искала, а защёлки за ней не обнаружила. Тем временем, мутант разорвал сумку, выбрался и бросился бежать вверх по трубе. Оттуда обложил Настю на своём мутантском языке и сбежал. Настя ещё пару минут прислушивалась, а потом решила, что он не вернется, и занялась своими проблемами. Проблема была только одна. Настя застряла здесь и не могла выбраться. Только через пару минут бесплодных попыток, она поняла, что в ловушке. Здесь выйти она не может, а наверху её ждёт мутант. Настя запаниковала, но потом поняла, что не всё так плохо и успокоилась. У неё в руках оружие и очередью из автомата она вполне может разнести все вентиляторы в щепки. Да и зачем разносить? Можно просто подать сигнал выстрелами. Можно просто покричать, если уж на то пошло. Настя даже улыбнулась, вспомнив свою глупую панику. Она совсем уже решила покричать, но тут услышала голоса. Сначала они звучали неразборчивым эхом, но потом стали слышны явственно. -…И не может быть такого, чтобы это было возможно. Вам просто сказали ерунду, товарищ майор. Они тырят поддоны на дрова, а ходят за ними не в лучшем состоянии. Вот и мерещится им всякое. Уже до голых баб дожрались. Нет, всё проверено и перепроверено. Проникнуть на склад через вентиляцию невозможно. -Куда же тогда девчонка делась? — прозвучал вопрос. -Да мало ли куда! — возмутился говоривший. — Может быть, ушла куда-то. Может быть, вернулась, а ваши, её не заметили… -Такую не заметишь… — с иронией сказал ещё кто-то. -А вам надо лучше смотреть! Вы только и… -Хватит! — с командирскими интонациями перебил говорившего майор. — Бойцы, откройте вентиляцию. Около Настиных ног что-то щёлкнуло и короб с вентиляторами начал открываться. Настя чуть согнулась, чтобы высунуть голову из вентиляционной трубы, и помахала рукой, приветствуя встречающих её. -Завтра же прикажу заварить всё, — сказал майор, как только увидел Настю. Маленький человечек рядом с ним отреагировал неадекватно. Он бросился на Настю, схватил её за шею и тонким голосом завопил: -Где Сс-ы-ы-сса?! Настя отшатнулась от сумасшедшего, но потом руки сами среагировали на захват и человечек получил оглушающий удар по ушам. Настя сама от себя такого не ожидала и бросилась на помощь человеку вместе с остальными. Вот только все решили, что Настя собирается человечка добить, поэтому быстро переключились со спасения на захват и моментально уложили Настю на пол. Она даже крикнуть не успела. -Ну-ка смирно!!! — рявкнул майор. — Хомячок, прекрати дурить! Настя, ещё раз что-нибудь выкинешь, и пять суток губы я тебе обеспечу. Бойцы, сделайте так, чтобы они были несовместимы. Два бойца усмехнулись, но встали так, чтобы стоять между Настей и тем, кого называли хомячок. Он и был похож на хомячка. Маленький, толстенький, да вдобавок в каком-то нелепом плаще, ровняющим его фигуру, он был так явно похож на хомячка, вставшего на задние лапки, что Настя не выдержала и хихикнула. Толстячок злобно на неё посмотрел. -Где моя Сс-ы-ы-сса? — спросил он. — Если ты её убила, то я не знаю, что с тобой сделаю. -А кто такая Сыса? — спросила Настя. -Она вход охраняет. Только не говори, что не видела. Что ты с ней сделала?! -В сумку посадила, — спокойно сказала Настя. — Сейчас уже выпустила. С ней всё в порядке. Толстячок залез в вентиляцию и стал звать мутанта. Все смотрели, чем это кончится. Даже Насте было интересно, придёт мутант, или не придёт. Через пару минут Хомячок сдался и вылез. Мутант не пришёл. -Ты точно ничего ей не сделала? — набросился Хомячок на Настю. -Да всё с ней в порядке! — возмутилась Настя. — Я не вру! Выманила её из гнезда, схватила и сунула в сумку. Никаких травм не нанесла, кроме моральных. -Зачем ты вообще там полезла?! — завопил Хомячок. — Тебе что, нормально пройти, нехватка мозгов не позволяет?! -Мне этот вопрос тоже интересен, — сказал майор. — Зачем ты туда полезла? Почему не зашла через дверь? -Мне сказали, что войти можно только с улицы, — ответила Настя. -Кто тебе такое сказал? — продолжил допрос майор. -Сначала один молодой парень. Явно новичок. Я ему даже не поверила. А потом, довольно взрослый мужчина подтвердил его слова. -Какие слова? — уточнил майор. И тут Настя поняла, какую глупость она сделала. Если новичка она спрашивала о том, как пройти на склад, то мужчину она попросила подтвердить то, что на склад можно пройти с улицы. Если бы она спросила его, как пройти на склад, то он показал бы ей правильный путь, а возможно, что и проводил. А так мужчина действительно подтвердил ей, что с улицы на склад есть вход, а Настя больше ничего не уточняла. Настя ещё раз прокляла настроение, которое было у неё с утра. На все эти мысли ушло несколько секунд. Её заминку с ответом приняли за нежелание отвечать. -Ладно, проехали, — сказал майор. — Когда ты увидела, что здесь в дверь не пройти, почему ты не вернулась? -Ну, я не хотела, чтобы надо мной смеялись, — смущённо сказала Настя. Видя полное непонимание, попыталась объяснить и рассказала о том, что произошло сегодня утром. По ходу рассказа, Хомячок фыркал и высказывался о её умственных способностях. Майор сохранял каменное лицо, но по глазам было видно, что ему хочется расхохотаться. Два бойца, сопровождавшие майора, смотрели на Настю с немым восхищением. Когда Настя закончила рассказ, восхищение сменилось завистью. Им тоже хотелось быть такими сумасбродными, никому не подчинёнными. Майор это заметил и постарался осадить бойцов. Для этого он при всех отчитал Настю. -Меня поражает твоя везучесть, — сказал он. — Ты несколько раз чуть не померла только за сегодняшнее утро. Интересно, как ты выжила в Зоне, пока шла сюда? Как ты могла слушать совет от незнакомых людей? Если бы мутант тебя ужалил, то сейчас бы эти мрази трахали тебя в своём подвале. Ты бы не умерла, а только уснула от яда. Как бы ты себя чувствовала проснувшись? Ты могла сорваться со стенки. Могла застрять в воздуховоде. Только то, что ты такая маленькая дало тебе возможность пролезть. Как вообще можно лезть куда-то без разведки? Тебя этому Говорун научил? Отвыкай! Ты теперь в Долге. Мы своими бойцами дорожим и просто так их никуда лезть, не заставляем. Всегда должна быть разведка, а у разведки подстраховка. Ладно, ты ещё этому научишься. А сейчас, извинись перед Хомячком, и пойдём. Проводим тебя к Славику. Ты теперь в его вертикали ответственности и он сам будет тебе взыскание за твои выходки назначать. -Вот уж нет! — с чувством сказала Настя. — Не пойдёт! Я столько натерпелась, пока сюда пробиралась и просто так я не уйду! Я пришла сюда за вещами и не уйду без них. -Какими вещами?! — вскричал Хомячок. Настя перечислила то, что ей нужно. Все немного обалдели от таких её специфических знаний. Первым отмер Хомячок, и потребовал, чтобы список был предоставлен ему на двух листах и с подписью полковника. Настя сказала, что не видит в этом никакой проблемы и сейчас сбегает и приведёт полковника сюда. Хомячок сразу немного сдулся и потребовал только список, но обязательно на двух листах. Они с Настей начали ругаться. Майор попробовал их разнять, но они оба на него рявкнули и он отошёл, а потом сделал знак бойцам и они ушли со склада. Настя этого даже не заметила. Список пришлось написать. Хомячок оказался настолько жадным хомячком, что Настя просто диву давалась. Каждое Настино требование он подвергал критике. За каждый пункт списка вёл ожесточённую борьбу. При этом он не отказывал и утверждал все пункты, но только после нескольких минут ругани и криков. -Ладно, бельё выдам, но мыло тебе зачем?! — вопил он. — Ты никуда отсюда не денешься в ближайшие три месяца. Всё время будешь в здании, а здесь мыло везде есть. Да и зачем тебе шесть комплектов белья? Да ещё такого дорогого. У тебя его обязательно сопрут. Возьми дешёвое. Потом будешь думать о дорогом. И так по каждому пункту. Настя была вымучена до крайности, а ещё даже не дошла до середины списка. Но она была полна решимости выбить из Хомячка всё ей необходимое и не собиралась отступать. Во время спора Хомячок забылся и упомянул список вещевого довольствия, обязательно полагающегося бойцам. Настя ухватилась за это и потребовала список, чтобы проверить, всё ли она по нему получает. Хомячок сдался через несколько минут. Из предоставленного списка Настя узнала, что не получила сигареты, спирт, чай, и ещё целый список продуктов. Торг пошёл по новой. Настя давила авторитетом полковника. Хомячок защищался должностными инструкциями. Насте всё же пришлось уступить. Она получила всё из списка составленного ею, но оставила на складе продукты и расписалась в получении дополнительного комплекта формы, блока сигарет, противогаза и ещё нескольких предметов. Не получила мыло, но взамен получила тюбик моющей пасты, хотя расписалась за три. Меняя бронежилет, Насте пришлось оставить старый на складе, и никакой расписки Хомячок ей не дал. Во всём Хомячок старался найти выгоду себе. Насте было противно участвовать в таких махинациях, но она прекрасно понимала, что если она не согласится с условиями Хомячка, то не получит ничего. Когда Настя, наконец, получила всё необходимое, снарядила рюкзак и переоделась, Хомячок неожиданно, вполне миролюбиво позвал её на чай. Настя была такой уставшей, и ей так хотелось пить, что она согласилась прежде, чем подумала об отказе. Хомячок зазвал её в подсобку и там шустро разогрел чайник, выложил на стол угощение и заварил свежего чая. Они сели за маленький столик и принялись пить чай. -Ты бери пряники, не стесняйся, — добродушно предложил Хомячок. — Не бойся, за это я с тебя ничего не потребую. -Зачем вы так торговались? — спросила Настя. — Неужели вам так важно… -Характер твой проверял, — перебил её Хомячок. — Молодец, умеешь себя поставить. Только знаешь, зря ты так… Как тебе объяснить? Ты сейчас набрала крутых цацек, а сможешь ли ты их сохранить? Уведут их у тебя. Как только увидят, так и уведут. Не потому, что плохие люди, а потому, что тебе они пока не нужны, а другим пригодятся. Ты пока в Зону не пойдёшь. Учиться будешь. А те, кто ходят в Зону? Вот ты себе затребовала и получила, а ведь не подумала о том, что кто-то останется без этих необходимых вещей. И не думай, я твой этот… эгоизм покрывать не буду. Не хватит у меня вещей, сразу укажу, у кого можно взять. И не со зла, а просто потому, что тебе они не нужны. Хомячок отхлебнул чая. Настя обдумала его слова и получила ещё одну причину уйти в Зону. -У вас тоже… — начала она и прервалась. -Хочешь сказать, что и я не без греха, — усмехнулся Хомячок. — Ну да, как иначе? Вот только я не для себя стараюсь. Знаешь, сколько у меня каждый день людей приходит? И каждый просит чего-нибудь сверх нормы. Что-то порвалось, что-то потерялось, что-то сломалось. И у меня должна быть эта сверхнорма. А по документам всё должно быть идеально. Так откуда мне эту не норму брать? Вот так и живём. И можешь не верить, но налево я товар не толкаю. И за свою доброту бакшиш не требую. И ругаюсь я за каждую вещь не потому… -А потому, что если не будете ругаться, то у ваших дверей очередь просителей выстроится, — подхватила Настя. -Совершенно верно, — просиял Хомячок. — Ты поняла. Я просто обязан ругаться. -А зачем вы мне это рассказываете? — спросила Настя. -Ты теперь у Славика будешь работать. В СБ. Тебе такое знать надо. -Ладно, — кивнула Настя. — Спасибо за чай. Мне идти надо. -Иди. Только сначала сходи, пообедай, а потом уже Славику представляйся. Да, и скажи ему, чтобы за постельным бельём для тебя, сам ко мне зашёл. Скажи, что не смогла получить. Хорошо? -Хорошо! До свидания! -До встречи, — махнул ей рукой Хомячок. Настя встала и собралась уходить, но тут вспомнила, что в разорванной сумке остались кое какие её вещи. Настя хотела сбегать и забрать сумку, но Хомячок поохал, что примета плохая, и сходил сам. Принёс сумку, и Настя достала из неё коробки с патронами, свои вещи, которых осталось всего ничего, а ещё пачку прокладок, которая оказалась разодранной мутантом. Настя расстроилась и спросила Хомячка, есть ли на складе прокладки? Хомячка от её вопроса перекосило. -Есть, как не быть… — процедил он, — но ведь жуткий дефицит. -Прокладки — дефицит?! — изумилась Настя. -А ты, что думаешь? Прокладки сюда поставляют только потому, что положено: на определённое количество мужского персонала иметь определённое количество женского. У нас женского нет, а поставки средств гигиены всё равно обязательны. И разбирают у меня эти прокладки только так. Зачем? Ботинки сушить. Вкладываешь вместо стелек. Они впитывают, и ботинки быстрее сохнут. Пробовали с подгузниками, но не так хорошо получается. Теперь понимаешь, почему я тебе прокладки выдать не могу? -Не понимаю, — ответила Настя. — Мне прокладки нужнее… -Вот что, попроси прокладки у доктора. Он придёт ко мне, а мы с ним порешаем тут… Короче, сейчас тебе прокладки не нужны и я тебе их не дам. Сопрут их у тебя! Не успеешь воспользоваться. Всё. Иди. Мы уже попрощались. Настя поняла, что прокладки не получит. Пока они ей действительно были не нужны, а потом Говорун что-нибудь придумает, чтобы раздобыть прокладки. Она кивнула Хомячку и вытащила из сумки маску. Приладила сверху, а нижнюю часть не стала прикреплять. Уже готова была выйти, когда Хомячок схватил её за куртку и потянул назад. -Подожди, у тебя сменные картриджи для этой маски есть? — с волнением спросил он. -Да, полная коробка, — ответила Настя и показала пенал с картриджами Хомячку. -Так это все они тебе пошли?! — взвыл он. — Да что они там думают?! У меня заявки на них уже полгода лежат, а они тебе всю поставку отдали. А ну, давай сюда! Давай сей час же! Тебе и трети хватит, а у меня люди без фильтров по Зоне ходят. Дай! -Не дам! — крикнула в ответ Настя. — Мне самой не хватит! -Ты что, хочешь круглые сутки в этой маске ходить? Вообще её не снимать? Ведь не сможешь использовать все картриджи. Больше половины просто пропадёт. -Почему? — удивилась Настя. -Инструкцию надо читать! — крикнул Хомячок. — Эти картриджи после вскрытия только три месяца действительны, а потом теряют свои свойства. У тебя должна стоять дата вскрытия на коробке. Вот… А, не стоит. Тогда смотри дату выпуска. Вот, меньше месяца назад. Они новые, но если их почти месяц назад вскрыли, то сейчас им два месяца до списания осталось. Если бы не такой срок картриджей, то сейчас все бы в таких масках ходили, а не противогазами пользовались. Но такие маски у кое-кого есть… Слушай, давай я тебе твою маску поменяю… -Я не буду менять маску, — категорично сказала Настя. — Покажите мне инструкцию. Инструкция была на английском, и Настя мало что поняла, но выделенные шрифтом слова «три месяца», перевести смогла. С трудом прочитав текст рядом, убедилась, что Хомячок прав. Картриджи годны к использованию не позже трёх месяцев после вскрытия упаковки. Чтобы потратить их все, Насте нужно носить маску, никогда её не снимая. -Хорошо, — согласилась Настя. — Я отдам две трети. Что я получу взамен? -Ты… Да ты… Да я… — Хомячок пыхтел, не находя слов, и смешно подпрыгивал от возмущения и злости. — Да ты мне их просто так должна отдать! -С чего вдруг? — показала удивление Настя. — Они мои. Значит, если вы хотите их получить… -Да что тебе надо?! — завопил Хомячок. — Нет у меня ничего! Ты и так уже сверх всего возможного получила! Хочешь, гранат дам? Подствольник новый у меня есть. Спирт, сигареты, шоколад. Особых консервов могу дать, но только немного. -Снова торговаться? — горько вздохнула Настя. — Знаете что, а берите эти картриджи просто так. Вот, берите. Ничего мне от вас не надо. Настя сунула в руки оторопевшего Хомячка примерно две трети картриджей и повернулась, чтобы уйти. Уже открывая дверь, услышала его сдавленный голос. -Подошти. Насте показалось, что Хомячок подавился и теперь просит её о помощи. Она обернулась. -Вернись, я тебе сейчас всё принесу. И дверь закрой. Нечего всяким сюда шастать. Хомячок развернулся и ушёл на склад. Настя повернулась, чтобы закрыть дверь и увидела, как на склад заглядывает один из бойцов сопровождавших майора, а сзади выглядывает второй. Настя вытолкала их, и закрыла дверь на ключ. Встала у стены, дожидаясь Хомячка. Хомячок вернулся минут через десять. В одной руке он тащил едва заполненный, объёмный баул, а в другой небольшой, но видимо, тяжёлый ящик. Отставив баул в сторону, он жестом подозвал Настю и открыл ящик. -У меня тут гранаты. Десять штук. Вкрути взрыватели и пользуйся. И ещё… Вот эти гранаты учебные, но капсюли у них самые обыкновенные. Понимаешь? Если тебя где зажмут, то выдёргиваешь чеку и кидаешь под ноги. Все залягут, а ты будешь знать и сможешь действовать. -Спасибо, конечно, — с сомнением сказала Настя, — но я ни разу не кидала гранаты и не умею ими пользоваться. -Да чего там… — фыркнул Хомячок. — Смотри! Вот так вкручиваешь. Вот так усики разгибаешь. Этот оставляешь вот так, чтобы не сорвать случайно. Теперь, после сильного рывка, усик согнётся и вылетит, рычаг отпустишь, и кидай в сторону врага. Старайся подальше. Всё просто. -Да, но я не пользовалась гранатами, — повторила Настя. — Никогда, — добавила она категорично. -Ладно, — с сомнением сказал Хомячок. — Гранаты я тебе не дам. Но учебные — возьми. Если что, они тебе очень помогут. Вот прямо сейчас и пристрой на разгрузке. -Лишний вес… — с сомнением пробормотала Настя. -Бери, пока даю! — рассердился Хомячок. — И слушай дальше. Вот здесь хавка, сигареты, водка. Сигаретами угости, но просто так не раздавай, как бы ни просили. Стол накроешь через неделю, когда более-менее знакомыми обрастёшь. Водку на что-нибудь поменяй. Сама не пей. За молодыми бойцами следят и если унюхают, то месяц в наряды ходить будешь. Прокладки твои… Носки потом ещё дам, а сейчас больше нет. Вот эти носки держи на виду, чтобы те не спёрли. Что ещё? Вроде, всё сказал. Да! Чай на чифирь не отдавай. Прибереги. Потом поймёшь зачем. Так… Гранаты, оружие, экипировка. Вроде всё. Если что, приходи ко мне в любое время. А сейчас иди. С Богом! Настя присела и затянула клапан сложенного Хомячком рюкзака. Потом закинула рюкзак на спину, наклонилась, обняла Хомячка и поцеловала его в щёку. Он смутился, покраснел, как мальчишка и заворчал на неё, прогоняя. Выходя за дверь, Настя слышала, как он ворчит о том, что терпеть не может всех этих слюнявых нежностей, глупостей и прощаний. Она только усмехнулась. Хомячок от удовольствия даже не заметил, что Настя с ним не попрощалась. За дверью её ждали два бойца, которые приходили на склад с майором. Настя прошла мимо, показательно не обратив на них внимания. Бойцы оторопели от такой её наглости, а потом бросились вдогонку. -Эй, подожди… те! — крикнул один из них. — Нам приказано проводить вас! Настя пожала плечами, не сбавляя шага. -Стойте! Нам не туда! Нам на улицу надо! Настя остановилась и развернулась. -А почему на улицу? — спросила она с подозрением. — Мы же вышли во внутренние помещения, а здесь мы можем пройти куда угодно… -Так мы ведь в верхней одежде, — пояснил один из бойцов. — Нам нельзя во внутренние помещения. Для нас товарищ майор дверь оставил открытой. Мы через улицу должны пройти и через раздевалку вернуться. Настя укорила себя за то, что подозревала парней непонятно в чём. Да ещё и вызверилась на них ни за что. -Куда надо идти, чтобы попасть на улицу? — спросила она. -Туда, — указал один из бойцов. — Та дверь на улицу, а та в чистую зону. А потом нам надо дойти до товарища майора. -Надо — идите, — сказала Настя. — Я вас не держу. -Нет, вам тоже надо. В смысле… Мы вас должны проводить к майору Нечипоренко. Там вас будут… -Не будут, — отрезала Настя. — Мне от вашего майора ничего не нужно, значит мне к нему не надо. Мы так и будем стоять? Чем быстрее мы пойдём, тем быстрее дойдём до столовой. Я хочу есть, а вы? -Э-э-э… Так ведь товарищ майор… -Вам приказано силой доставить меня к нему? Нет? Может быть, мне запрещено сходить и пообедать? Тоже нет? Тогда идёмте, и не выносите мне мозг. Кстати, вы обедали? Заодно покажете мне, где вход в столовую. Идёмте. На улице бойцы за спиной у Насти пошептались, и один из них догнал её и пошёл рядом, хотя и немного отстав. Пару секунд он колебался, а потом спросил. -Скажите, а какое у вас звание? -Нет у меня звания, — ответила Настя. — Я вольный сталкер. -Правда? — не поверил и восхитился боец. — А почему вы тогда так… Ну… Строите всех, а вам это прощается. -Потому, что я не вашего пола, — дала самое простое объяснение Настя. -А-а-а поня-я-атно, — протянул боец. — А правда, что вы в борделе прямо на сцене всех мужиков обслужили? В следующее мгновение он полетел на землю от Настиного удара. Пока он поднимался, Настя успела взвести автомат и выхватить пистолет. Автомат направила на того, который шёл сзади, а пистолет, на поднимающегося с колен. Бойцы замерли и подняли руки. -Вот так, — кивнула Настя. — Руки так и держите, и не опускайте. Ты, вставай и к нему. Медленно, не делая резких движений. -Да что вы?.. Я же просто спросил, — с обидой сказал боец. -А подумать перед тем, как спрашивать не догадался, — съязвила Настя. — Конечно, зачем это нужно? Ведь спрашиваешь всего лишь у какой-то девчонки, да ещё и не из Долга. Чего с ней церемониться? Я так понимаю, пока я кого-то не пристрелю, со мной все так будут разговаривать. Хотите быть теми, кого я пристрелю? -За нас это… Нас нельзя убивать, — испугались бойцы. — Долг никому смерти своих людей не прощает. -А мне плевать! Пристрелю и всё! Кого первого?! Тебя?! Тебя?! Зато потом никто не скажет, что я шлюха! Настя показывала истерику, но внутренне была совершенно спокойна. -Мы тоже не говорим такого! — крикнул один из бойцов. — Мы наоборот… Слухи же… Мы теперь всем будем говорить, что вы не… это… И морды будем бить, если кто-то так скажет. -Правда?! — спросила Настя, наивно распахнув глаза. — Вы будете меня защищать? Как рыцари в романах, будете защищать честь прекрасной дамы? -Ну… Да, — почти хором ответили парни, покосившись друг на друга. Не надо было быть телепатом, чтобы прочесть их мысли. Они явно одновременно подумали, что Настя сбрендила. Настя не стала разубеждать их в этом. Она убрала оружие, подошла к опустившим руки парням и по очереди обняла их. Думала поцеловать в щёку каждого, но бронежилет, разгрузка, автоматы, шлемы очень мешали, и Настя боялась не дотянуться. Ограничилась объятиями. -Как хорошо, что здесь есть такие хорошие ребята, а то меня все обижают, гадости про меня говорят. Вы же теперь будете за меня заступаться? -А то ж… — выпятив грудь сказал один из парней. — Ты только скажи, если чо… Мы всегда… того… -Это замечательно, — чуть не пропела Настя. — Я так рада. Пойдёмте, поедим. Я так проголодалась. -Пойдём, ты это, давай, я рюкзак понесу. Лёшку ты приложила, так он теперь не сможет… -Это почему это я не смогу?! — возмутился другой боец. -"Мне ещё драки между ними не хватало» — раздражённо подумала Настя. -Ребята, вы помните, где мы? — спросила она. — Мы в Зоне. Вы же знаете правила. Я несу рюкзак, а вы меня охраняете. Если кто-то другой возьмёт рюкзак, то мне придётся охранять его, а это неправильно. Ведь это вы мои рыцари. Не спорьте и пойдёмте скорее. Я очень есть хочу. -"Как я теперь от них избавлюсь?» — думала Настя. — «Драку прекратила. Из сложной ситуации вышла наилучшим образом. Кстати, на будущее. Надо быть сдержаннее, чтобы в такие ситуации не попадать. Да, но что теперь делать с этими мальчишками? Они ведь действительно себя рыцарями вообразили. Если я попробую у них на глазах в Зону уйти, свяжут и назад потащат. И будут считать, что правы, что спасают меня. Рыцари. Как можно быть такими наивными? Ведь действительно поверили тому, что я им наговорила. И готовы меня от всего мира защищать. Романтики.» И тут Настя сделала открытие. Открытие было наивным и скорее всего всем известным, но то, что Настя сделала его сама, а не узнала от кого-то, заставило её преисполниться гордости. Настя поняла, почему в Зону идут люди и большинство из них весьма молоды. Они все романтики и идут за приключениями. Все эти молодые ребята — рыцари в душе, и хотят подвигов, приключений, героизма. Настя вспомнила себя и поняла, что она была точно такой. Тоже отправилась сюда за романтикой и приключениями. Поймав себя на этой мысли, Настя испугалась. Подумала о том, что сейчас она уже другая, что изменилась. При этом изменилась так, что даже сама замечает эти изменения, а о себе прежней думает, как о другом человеке. Решив обдумать это позже, Настя вернулась к мыслям о своём открытии. И тут же усомнилась в его правильности. Она вспомнила отмычек, ту банду, которую прямо у КПП перебил Говорун. Неужели те бандиты были немного наивными романтиками? Да ни в коем случае. Но они же ведь отправились в Зону. И тут Настя сделала новое открытие. Вернее, дополнила старое. Дополненное открытие получилось такое: в зону приходят или наивные романтики, или разочаровавшиеся в жизни циники. Настя вспомнила отмычек и добавила к романтикам и циникам, ещё и дураков. Подумав, Настя для прежней себя создала отдельную категорию — «романтичная дура». Пока она так размышляла, они дошли до входа в здание. Через пост охраны прошли в небольшой холл. Направо были помещения раздевалки, а они взяли левее и прошли в столовую. Здесь помещение было побольше, чем то в котором Настя завтракала, но столиков было примерно столько же. При большем количестве столиков в зале было бы не протолкнуться. С улицы многие приходили с оружием и вещами. Ставили рядом с собой и тем сильно сужали проходы. Да и пройти с рюкзаком по узкому проходу было бы весьма затруднительно. Настя в этом убедилась. Даже в широком проходе она случайно задела рюкзаком голову обедающего, а по узкому проходу она бы совсем не смогла пройти. -Настя, иди сюда! — позвали её. Настя посмотрела, кто её зовёт и увидела Славика, майора Нечипоренко и того мужчину, у которого утром отобрала столовые приборы. Идти к ним Настя не хотела, но свободных столиков не было, а подсаживаться к незнакомым людям Настя посчитала более опасным. Она подошла к столику и осторожно принялась снимать рюкзак. Стоявшие за её спиной бойцы бросились ей помогать. Настя совсем забыла о них, и ей за это стало стыдно. Чтобы как-то отблагодарить ребят, она улыбнулась им со всей возможной лаской и искренностью. Парни от этого воспряли энтузиазмом, сдёрнули с неё рюкзак, помогли снять автомат, отодвинули стул и помогли придвинуться к столу, когда Настя на стул села. -Видал? — кивнул майор на эту сцену, обращаясь к Славику. — Всё! Потерял я бойцов! Подошли, на меня даже внимания не обратили… -Виноваты, товарищ майор! — рявкнул один из бойцов и оба вытянулись по стойке смирно. — Разрешите доложить… -Отставить! — приказал майор. — Вольно. Метнитесь к раздаче. Принесите Насте поесть. -Ей двойную порцию, — подал голос мужчина. — Утром она за пять минут две порции умяла. -Слышали? — поинтересовался майор. — Выполняйте. Бойцы ушли к окошку раздачи. Настя посмотрела на мужчин. Мужчины с интересом рассматривали её. -Да-а-а, Славик, — подал голос майор, — нашёл ты себе проблему. Намучаешься ты с ней. Отдай её мне. У меня она… -Не-е-е, хитрован, — засмеялся Славик, — не отдам я её тебе. Девочка — несомненный талант. Бойцов вон как строит. И обрати внимание. У неё полный рюкзак. Под завязку набит. Ты мог себе представить, что кто-то выйдет от Хомячка с полным рюкзаком? -Оп-па, точняк! Да не может такого быть! Она туда каких-нибудь тряпок напихала. А вот мы сейчас посмотрим… -И сляжем в больницу, — подхватила Настя. — Убью любого, кто на мои вещи позарится. -Ты это прекращай, — тихо сказал майор. — Мы старше по званию… -С чего вы это взяли? — спросила Настя, чем ввергла майора в ступор. -Ну, а какое у тебя звание? — спросил он, справившись со столбняком. -Мне ещё не сказали, — пожала плечами Настя. — Схожу к полковнику, узнаю, а пока нечего мне своим званием тыкать. Может, я генерал?! В столовой началась эпидемия кашля. Настя поняла, что все слушают их разговор. Принесший тарелку с супом боец, чуть не пролил суп, но успел поставить тарелку на стол. -Что я такого сказала? — наивно спросила Настя. Славик не выдержал, закрыл лицо руками и взвыл от смеха. Это послужило сигналом всем остальным, и столовая сотряслась от хохота. Майор сидел с красным лицом и постепенно багровел. Глядя на его суровое лицо, Настя ожидала взрыва ругани и криков, но тут майор не сдержался и захохотал вместе со всеми. Славик был самым смешливым и смеялся до слёз, но он же первым заговорил. -Ты Дима учти, что приказа о её назначении пока нет. Так что, действительно, не козыряй званием. А то будешь потом под её командованием… отрабатывать на плацу… Славик не выдержал и снова засмеялся. Кое-где тоже проскочили смешки. Майор насупился, но смолчал. Только обвёл взглядом зал, запоминая смешливых и взглядом не суля им ничего хорошего в будущем. Настя понимала, что провоцирует конфликт, но ничего не могла с собой поделать. -Вы поели? — обратилась она к мужчинам. — Если да, то освободите место для ребят. Им поесть надо. Настя указала на стоявших за её спиной бойцов. Слышала, как они вдохнули со всхлипом и задержали дыхание, боясь дышать. Вперила взгляд в майора, который снова начал багроветь лицом. -Настя, это уже переходит все границы, — спокойно сказал мужчина, звавший Настю утром в спортзал. -Что именно? — наивно спросила Настя. — Они охраняют меня. Им надо поесть. Это можно неплохо совместить. -Настя, это офицерский столик. Бойцам сюда нельзя, — пояснил Славик. -Я не знала, — пожала плечами Настя. -Так, — вмешался Нечипоренко, — бойцы свободны. Марш отсюда! Настя, то, что тебе позволили… -Дима, успокойся, — перебил его Славик. — Завтра начнём её воспитывать. Ты, Настя, кушай, а то всё остынет. -Я не могу есть, когда на меня смотрят, — огрызнулась Настя. -Мы уходим, — встал с места тот, с кем Настя так и не познакомилась. — Славик, молчи! Идёмте. Настя, жду тебя в зале в любое время. Чем скорее, тем лучше. Ничего не говори! Просто приходи в зал. Он жестами заставил двинуться вставших Славика и Нечипоренко, а потом пошёл за ними, подталкивая в спины, когда они задерживались. Они вышли из столовой. Все проводили их немного удивлёнными взглядами, а потом дружно уставились на Настю. Тактично отвернулись, когда она выказала своё возмущение таким вниманием. Настя высказала благодарность, ни к кому конкретно не обращаясь, взяла ложку и принялась за еду. Пока ела, обдумывала своё положение. Настя твёрдо решила уйти в Зону сразу после обеда. Вот только вдруг осознала, что не было никаких логичных доводов за это. Наоборот, если рассуждать логически, то Настя обязана была остаться. Здесь ей предлагали интересное дело, защиту, вполне возможное богатство в будущем и вполне комфортную жизнь сейчас. Всё это она меняла на веру в то, что Говорун действительно её не бросил, а больше у неё ничего не было. Настя даже перестала есть, когда осознала это. Раньше она как-то об этом не задумывалась. Настя искала логические доводы за то, чтобы идти в Зону и не находила их. Наоборот, чем больше она думала об этом, тем меньше ей этого хотелось. Менять комфорт и безопасность, на лишения и возможную смерть — невероятная глупость. Настя задумалась, зачем она это делает? Логика и чувства вступили в противоречия. Настя чувствовала, что уйти в Зону это правильно, но логикой не могла объяснить свои чувства. Говорун советовал ей доверять своим чувствам, поэтому Настя решила просто сделать это не думая, но потом строго себя одёрнула. От её решения сейчас зависит вся её дальнейшая жизнь. Это решение она должна принять не только сердцем, но и разумом. Настя задумалась, пытаясь разобраться в себе и понять, почему ей надо идти в Зону и надо ли? За размышлениями Настя не заметила, как съела всю еду. К ней подошёл парень и спросил, всё ли с ней в порядке? Очень уж долго она сидела с задумчивым видом, скребя ложкой по пустой тарелке. Настя ответила, что всё хорошо. Он хотел отойти, но Настя жестом попросила его остаться. -Скажите… — обратилась она к нему. — Если это не слишком личное, то скажите, пожалуйста, зачем вы отправились в Зону? Я имею в виду… У вас романтические чувства, или может быть вы хотели от чего-то сбежать? Парень осмотрелся, и присел к ней за столик. Задумался на несколько секунд, а потом посмотрел Насте в глаза. Настя не отвела взгляда и всем видом постаралась показать, что ответ для неё очень важен. Парень сдался первым. -Наверное, и то и то, — ответил он, отведя глаза в сторону. — Романтиком я был… Да и сбежать хотелось. Всю жизнь мною командовали. Хотелось свободы. Вот и отправился сюда. -Вступили в Долг? — удивилась Настя. -Какое там! — с горечью сказал парень. — Нас пять человек было. Сюда пришли уже экипированные, с оружием. Хотели здесь свой клан создать, или что-то такое замутить. От пятерых только я… Чудом жив остался. Вступил в Долг уже после того, как понял, что такое свобода. -Спасибо вам большое. Вы мне очень помогли. -Чем помог? А-а-а… Ты не могла решиться и вступить в Долг. Когда тебе зачитают приказ, тебе пять минут на размышление дадут, так ты не думай, а сразу соглашайся принять присягу. В Долге лучше, чем где-то, а особенно на свободе. Когда ты один, ты никто. И в других кланах своими людьми без проблем жертвуют, а Долг о своих людях заботится… -Я это знаю, — перебила его Настя. — Спасибо вам большое. Вы не представляете, как мне помогли. У меня действительно была проблема с… Как это назвать? Проблема морального плана. -Всегда пожалуйста, — с довольной улыбкой сказал парень. — Если что, всегда можешь обращаться. Слушай, а правда, что ты на полигоне лучший результат в стрельбе из пистолета показала? Я слышал, тебя капитан Зарубин к себе забрать хочет. Говорит, что выучит тебя, и через год инструктором поставит. -Я не знаю, — ответила Настя. — Говорун сказал, что я весьма посредственно стреляю. -Да не вспоминай ты его! Он гад, бросил тебя и сбежал. Все знают, как он с тобой поступил. Ты теперь с нами, а мы так со своими не поступаем. -Я это уже поняла, — кивнула Настя. — Я хочу вас отблагодарить. Вы курите? У меня сигареты есть. Я вам дам сейчас… Настя наклонилась и полезла в рюкзак. Достала сигареты и поднялась. Посмотрела на парня и замерла. Что-то было не так. Парень смотрел на её рюкзак с каким-то благоговейным ужасом. -Что-то не так? — осторожно поинтересовалась Настя. -У вас там блок остался, — показал на рюкзак парень. — Как вы два блока на складе получили? По одному даже не дают. Хомячок жмотится… -Только не надо думать всякие пошлости, — сказала Настя всем присутствующим. — Я просто поменяла кое-что и мне дали больше сигарет. -А что ты ещё поменяла? — спросил кто-то. — Я смотрю, у тебя там ещё и водка есть. Вокруг Настиного столика уже собралась толпа. Собираться начала, ещё до того, как парень в разговоре упомянул Говоруна. Видимо желали показать Насте, как здесь ей будут рады и оказать всемерную моральную поддержку. Когда кто-то упомянул водку, то толпа хлынула вперёд, желая посмотреть, а то и пощупать, что ещё есть у Насти в рюкзаке. Настя задавила в себе волну паники. Она уже представляла картину того, как её рюкзак рвут на части, желая добраться до всех тех замечательных вещей, что там лежат. Но через секунду она поняла, как надо действовать. -Смир-но!!! — крикнула Настя вскочив. Это сработало. Все вытянулись и замерли, кто, где стоял. Настя напустила на себя грозный вид. -Вы что себе позволяете? Вы солдаты или кто? Я вот, солдат не вижу. Я вижу толпу каких-то… Настя запнулась, но тут от кухни ей пришла помощь. -Салабонов, — подсказал мужчина, работавший на раздаче. Он вышел через шлюз в этот зал и сейчас стоял с весьма сердитым видом. -Вы что тут устроили? — напустился он на бойцов. — Вам дела нет? Так я найду. И вашим командирам объясню, что бойцы без дела не должны слоняться. Поели? Марш на выход! Все бросились к дверям. Настя заметила, что сбежали даже те, кто ещё не поел. Лишь несколько человек рискнули остаться и вернулись за свои столики. -Ты поела? — обратился к Насте мужчина. — Если да, то тоже выметайся отсюда. От тебя одни неприятности. Правильно Славик сказал. Нельзя тебя на кухню определять. Кто-нибудь обязательно пострадает. Ты провоцируешь несчастные случаи. -Я провоцирую? — возмутилась Настя. — Да я… Да мне это… Я, по-вашему, хочу этого?! -Не хочешь, но провоцируешь, — вздохнул мужчина. — Куда тебе надо идти? Погоди, сейчас сопровождающего найду. -Не надо мне сопровождающего! — отказалась Настя. — Лучше скажите, те ребята, что со мной сюда пришли, они где? В смысле, куда они ушли? -Ну, если так подумать, то дежурят на выходе из здания. Они из группы усиления. Товарищ майор их оттуда забрал. А если не оттуда, то переоделись и вернулись в казарму. Сначала ты в караулке посмотри… -Спасибо, вы мне очень помогли, — сказала Настя, закидывая на плечо рюкзак. — До свидания. -Да чего прощаться? За ужином увидимся, — добродушно прогудел ей в спину мужчина. Настя не обернулась. Она вышла в холл и подошла к окошечку проходной, за которым сидел молодой парень. При её приближении он вскочил, вытянулся по стойке смирно и как-то нелепо дёрнул правой рукой. Быстро опустил её, как будто чего-то испугавшись, и замер в стойке с испугом пуча глаза на Настю. Настю такая реакция удивила, и она тоже замерла, не понимая, как на это реагировать. Сбоку открылась дверь, и вышел ещё один парень. Он вышел чуть не строевым шагом, но увидел Настю и обмяк, расслабился. -Фу-у, блин, — выдохнул он. — Думал, начальство нагрянуло. Расслабься молодой, перед ней так тянуться не надо! Ты к нам? Давай, заходи. Расскажи, чем ты так майора достала, что он тут кипятком ссался? Настя вошла, молча смерила его взглядом и повернулась к молодому бойцу. Хоть он и считался молодым, но был старше Насти лет на пять. Однако под её взглядом расслабившийся боец вновь выпрямился, выпятил грудь, и даже немного щёлкнул каблуками. -Докладывайте, — ровным голосом сказала Настя. -Товарищ… — боец замялся. -Командир, — подсказала Настя. -Товарищ командир, за время моего дежурства никаких происшествий не было! Докладывал рядовой Лавров! -Ой, приду-уро-ок! — простонал парень, открывший Насте дверь. — Ты чё творишь?! Ты приказ о её назначении видел? Ты чего перед ней тянешься? Ты кому рапортуешь? Ты что должен сделать, если постороннего на посту увидел? -Тревогу поднять… — неуверенно начал боец. -Приду-урок! Спрошу по-другому. Чего ты не должен делать? Рапортовать ты не должен! -Так вы же её привели, товарищ сержант, — попытался оправдаться боец. -Я завтра чмыря какого приведу! Ты и ему рапортовать будешь?! -Так она же… И не… Не чмырь она. Она же у нас служить будет… -Вы можете потом разобраться между собой?! — поинтересовалась Настя. — Я хочу узнать, здесь ли те два бойца, что сопровождали меня, когда я в столовую шла? Вы не могли их не видеть. -А они тебе зачем? — спросил сержант. -А вот нужны, — ответила ему в тон Настя. -Мы здесь! — выглянули бойцы из-за двери в соседнее помещение. -А ну, скройтесь! — рявкнул на них сержант. — Слышь ты, — повернулся он к Насте, — ты пока здесь никто. И даже если ты станешь кем-то, то по уставу я тут старший и у меня есть свой командир. На других командиров я клал с прибором. Так что ты тут не выступай и давай, выметайся отсюда. Хочешь чего, так через товарища майора можешь действовать. А без его приказа, хрен тебе, а не мои бойцы. Ясно?! -Ясно, — кивнула Настя. — Зови сюда майора! -Чёй-то… — опешил сержант. — Э-э-э… Как я его позову? Зачем я его звать буду? -Чтобы он пришёл сюда и подтвердил тебе, что эти бойцы меня охраняют по его приказу, — ответила на последний вопрос Настя. -Да не пойдёт он. И вообще… Давай, ты к нему иди! Тебе охрана нужна… -Пойду, — согласилась Настя, — но если со мной что-то случится, пока я его искать буду, то… Впрочем, мне без разницы, кто крайним останется. Настя скинула рюкзак с одного плеча и надела лямки на оба. Застегнулась, проверила оружие и пошла к выходу на улицу. -Ээ-э-э! Погоди! Ты куда?! — закричал сержант. -Искать майора! — крикнула Настя, не сбавляя шага. -Куда?! Стой! Стой, тебе говорю! Настя проскочила дверь и оказалась на улице. Сразу бросилась бежать и через несколько секунд свернула за угол. Она не питала иллюзий. Убежать она никак не могла. Сержант легко догонит её. Он без рюкзака. Странно было то, что Настя успела забежать за угол, прежде чем он выскочил на улицу. Все надежды у Насти были на то, что сержант за ней не погонится, но надежды эти были призрачными. Поэтому она сразу начала искать место, чтобы спрятаться. Вот только ни одного такого места не было. Вся местность была расчищена. Не было ни куч мусора, ни обломков, ни кустов. Даже травы не было, а землю кто-то старательно вымел. Настя удивилась, но вспомнила о мутантах и почти полностью ядовитой флоре Зоны. Вопросы отпали сами собой. Насте оставалось надеяться только на лень сержанта. Она прислонилась к стене, но тут утреннее происшествие подтолкнуло её к ещё одному безумному поступку. Настя прямо с рюкзаком полезла по стене наверх. Идея была глупой, но неожиданно сработала. Настя поднялась чуть выше двух метров, когда сержант выскочил из-за угла. Он кинул взгляд на пустое пространство, развернулся и бросился бежать обратно. -Она в другую сторону пошла! — крикнул он кому-то. Настя перевела дыхание и спрыгнула. Не учла, что на плечах тяжёлый рюкзак, поэтому удар по ногам был довольно силён, а потом Настя потеряла равновесие и упала. Несколько секунд потратила, чтобы скинуть лямки и распутать их и ремень автомата, но потом быстро собралась и бегом побежала через двор. Ей надо было уйти от бдительного сержанта и попытаться выбраться в Зону, пока её не начали ловить. То, что её будут ловить, она не сомневалась. Оказалось, что на территории Долга есть территория Долга. Огороженный участок, на который доступ всем, кроме бойцов Долга был закрыт. Однако выпускали с территории без проблем. Охранники только поинтересовались у Насти её маршрутом, и, получив хриплый, невнятный ответ, отстали. Конечно, они не пропустили бы её, если бы узнали, но увидев пост охраны, Настя нацепила маску и стала обезличенным сталкером. А ещё охранники, похоже, приняли её за кого-то другого. Вслед пожелали донести все, не расплескав, а потом посмеялись количеству имеющегося у неё оружия. Насте было интересно, с кем её перепутали, но она благоразумно не стала возвращаться и уточнять. Здесь ей повезло, но дальше могло не повезти. Ей нужно было скорее выбираться. Охранники дождутся того, кто должен здесь пройти и поймут, что пропустили кого-то не того. Если они доложат, а они, скорее всего, доложат, то все начнут искать Настю за пределами своей территории. При этом будут знать, куда она пошла. Или не будут, потому, что Настя сама толком не знает, куда идёт. Здесь, вне внутренней территории Долга, народу было больше. То и дело, то тут, то там проходили люди. Три человека шли по дорожке навстречу Насте. Они прошли мимо. Один даже задел её рюкзак и извинился. Настя хотела спросить у них дорогу к выходу с территории, но не решилась. Впрочем, ни секунды не стала об этом жалеть и решила, что найдёт выход сама. Двинулась вперёд, не глазея по сторонам и делая вид, что не просто бродит без цели, а куда-то направляется, по очень важным делам. Благодаря такой немудрёной маскировке она ничем не выделялась среди людей, то и дело попадающихся ей на улице. И всё равно, чем-то она себя выдала. В какой-то момент она заметила, что за ней кто-то идёт. Настя не стала волноваться. Человек вполне мог идти в том же направлении. Но когда она пару раз свернула и двинулась в обратном направлении, а человек пошёл за ней, все сомнения рассеялись. Самое обидное, что сомнения рассеялись, как раз тогда, когда Настя увидела выход в Зону. Именно тот, через который они с Говоруном зашли сюда. Пытаться идти через пост охраны с хвостом, было бы глупостью. Настя не знала, что нужно преследователю и как он отреагирует, если она попробует уйти. Единственное, что она могла сделать, это подойти к преследователю и разобраться с ним. Настя уже хотела так и поступить, но потом решила, что лучше сделать это не на виду у Долговцев. Она двинулась мимо выхода и пошла в сторону самого, на её взгляд, глухого уголка территории. Преследователь двинулся за ней. Настя не верила в добрые намерения преследователя. Приготовила оружие и шла, то и дело оглядываясь, чтобы не упускать его из виду. Когда он приблизился метров на десять, Настя резко ускорила шаг и нырнула в какой-то проход между зданиями. Проход оказался тупиком. Настя решила, что это даже хорошо. Не надо опасаться атаки со спины. Здесь Настя решила поговорить с преследователем, выяснить, что ему нужно и отвадить его от себя. Она дошла до кучи мусора, которая и создавала тупик, развернулась и вскинула автомат. Преследователь зашёл в тупик. Не сразу увидел нацеленный на него автомат и не успел отшатнуться обратно, хоть и попытался это сделать. -Стоять! — гаркнула Настя. Преследователь замер и поднял руки. -Настя? — неуверенно спросил он. — Настя, это ты?! Вместо ответа Настя скинула маску. -Настя, как хорошо, что это ты! Ты чего? Это я, Алексей! Ты чего? Мы с тобой и Говоруном по Зоне вместе шли. -Подойди, — приказала Настя. Алексей подошёл ближе. Только по росту Настя и смогла его узнать. Лицо опухшее, походка кривая. Его явно избили. И весь он стал какой-то суетливый, дёрганый. Одежда грязная, воняющая какой-то химией, а местами даже с дырками. И это была не та одежда, в которой его оставили Настя и Говорун. Никак этот человек не напоминал прежнего спокойного, язвительного, опрятного и держащегося с достоинством Алексея. -Алексей? — на всякий случай уточнила Настя. -Да! Да, это я! — закричал Алексей. — Ты меня помнишь! Я тебя тоже помню! Я тебя узнал! Я так удивился, когда тебя узнал! Я думал, ты теперь в Долге. -Лёша, прервись, — попросила Настя. — Скажи, как ты меня узнал? -По походке, — сразу ответил Алексей. — У меня зрение было плохое, а очки я носить не любил. Вот и различал людей по походке. У всех людей походка разная. А твою — я хорошо помню. Я долго за тобой шёл. У тебя попка так характерно крутится, очень… -Стоп! Прервись. — Настя дополнила слова жестом и Алексей послушно замолчал. — Что ты здесь делаешь и зачем преследовал меня? -Настя, у тебя есть сигареты?! — спросил Алексей, как будто не услышав её вопроса. -Я не курю, — автоматически ответила Настя. — А ты что, курить начал? -Да, ты не куришь! Но ты сейчас в Долге. Может быть, там кто-то курит, и ты сможешь попросить у него… Пачку… Настя, я отработаю. Честное слово, я… Ты же знаешь, я могу ремонтировать приборы. И техником я могу… Ты не могла бы попросить, чтобы меня взяли в клан? Я отказался. Но ведь я тогда не знал… Алексей чуть не плакал. Он смотрел на Настю, как когда-то смотрел на неё Вадим, прежде чем она его убила. Настя не смогла выдержать этого и отвернулась. Перевела дыхание. -Так, — обратилась она к Алексею, — ты должен мне всё рассказать. Я ничего не поняла. Что случилось после того, как мы с Говоруном ушли? Рассказывай. Алексей постоянно сбивался, перескакивал с одного на другое, менял тему чуть не посреди предложения. При этом он, то шептал, то вдруг повышал голос до крика. Он явно был под воздействием какого-то наркотика. Настя не всё поняла из его рассказа, но основные события ухватила. Оставленный бойцу Алексей, был сопровождён к непосредственному командиру, и уже им был сдан Славику на допрос. Славик не стал сразу задавать вопросы, а отправил Алексея в баню и отдыхать. Алексей сутки отдыхал и отъедался, а потом ему всё же пришлось отвечать на вопросы Славика. На допросах Алексей пытался хитрить и придержать информацию. Дотошный Славик сначала пытался с ним по-хорошему, но видя, что Алексей с ним сотрудничать не хочет, начал давить. Алексею это жутко не понравилось, но делать было нечего, и он рассказал всё, что знал. Потом его отправили в казарму, где почти сразу после вселения он сорвал своё плохое настроение на соседе по комнате, и в результате получил по морде. Потом, на разборе происшествия, он высказал претензии полковнику Волышеву, за поведение его людей. Самой главной его ошибкой было то, что на вопрос полковника, желает ли он вступить в Долг, он ответил… В этом месте рассказа, Алексей стал объяснять, что он совсем не то имел в виду, когда разговаривал с полковником. Волышев его просто не так понял. Он начал объяснять Насте, что именно он сказал, но Настя знала его манеру разговора. Он с иронией окунал собеседника с головой, при этом так играя словами, что всегда мог сказать, что его неправильно поняли. Вот только, ему не дали возможности объясниться и теперь Алексей объяснял всё Насте, умоляя передать эти объяснения полковнику. Настя думала о том, что передаст она объяснения полковнику, или нет, но в Долг Алексея теперь не возьмут, ни в коем случае. Если отбросить натянутые объяснения Алексея, то суть его слов можно понять, как оскорбление всего клана. Настя поняла слова именно так, а полковник был не глупее её. Мог ли он оставить оскорбление клана без наказания? Ни в коем случае. Он ещё очень мягко наказал Алексея. Говорун не раз предупреждал Настю, да и Алексея, что в Зоне и за меньшее убивают. Настя сказала, что всё поняла и потребовала, чтобы Алексей рассказывал дальше. Алексей ещё несколько раз спросил, поняла ли она его объяснения правильно, прежде чем продолжить рассказ. После всего сказанного, полковник приказал вернуть Алексею всё, что у него было и вышвырнуть за пределы штабной территории. Что и было сделано. Так Алексей стал вольным бродягой. Собственно дальше можно было не рассказывать. Всё и так было понятно. Детали Настю не интересовали, а общая картина была эпическим полотном падения из князей в грязь. Всё, от чего предостерегал Настю Говорун, досталось Алексею. Разве только, его не изнасиловали, но не было никакой уверенности, что скоро это не произойдёт. Почти сразу он познакомился с какими-то бродягами. Совершенно им не доверяя, он всё же отправился с ними потому, что ему некуда было идти. Его привели в бар и даже помогли в баре снять комнату на ночь. Два дня он спокойно прожил в гостинице при баре, а потом была спровоцирована драка. Во время этой драки он лишился оружия, части вещей и целостности организма. Через два дня, Настя не поняла как, но он лишился всех денег, вещей и начал работать в баре мальчиком на побегушках. При этом для любого желающего он стал мальчиком для битья. Ему давали задание, которое он не мог выполнить, а после били за невыполнение. Сейчас ему поручили достать пачку сигарет. Достать сигареты он не мог, поэтому по возвращении его ждало избиение. Настя поинтересовалась его состоянием. Спросила, почему он так говорит? Почему он постоянно дёргается и неадекватен? -Так мне наркоту дают, чтобы я двигаться мог. Я если дозу не приму, то шевельнуться не могу! Меня ведь бьют постоянно. Вот, смотри! Алексей расстегнул свою куртку, задрал футболку и Настя увидела, что всё его тело в синяках. Местами гематомы были чёрными и, похоже, что у Алексея были сломаны рёбра, но точно Настя сказать не могла. Настя могла представить, как ему было больно. У неё тоже были такие синяки, ей тоже ломали рёбра. Теперь стало понятно, почему Алексей не совсем адекватный. Странно было, что он может ходить под такой дозой наркотиков, а не лежит пластом. -Тебе совсем не больно? — деловито уточнила Настя. -Мне больно, но я терплю, — ответил Алексей. — С наркотой можно терпеть. Настя, можно найти сигареты? Когда бьют, то ничего не помогает. Мне тогда больно. Очень больно. -Я дам тебе сигареты, — сказала Настя. — Только это ведь проблему не решит. Получив сигареты, тебя ещё за чем-нибудь отправят. Надо что-то делать… -Настя, поговори с полковником. Скажи, что я хочу вступить в Долг. Скажи, что я не то имел в виду! Скажи, что я всё сделаю! Я буду работать! Служить! Я уставы выучу! -Успокойся! — прикрикнула Настя. — Я не могу поговорить с полковником. Я ушла из Долга. -Ты что?! Ты дурра?! Ты понимаешь, что ты сделала?! -Да, понимаю, — ровно сказала Настя. — Не кричи на меня. -Да ничего ты не понимаешь!!! Ты теперь сама по себе! Никто за тебя не заступится! С тобой сделают то же самое, что и со мной! Рустам, или кто-то другой. Кому первому попадёшься, тот тебя и захватит себе. Настя, беги обратно и проси полковника, чтобы взял тебя… -Это не обсуждается! — прикрикнула Настя. — Я не вернусь в Долг! Алексей смотрел на неё с выражением дикого изумления. Несколько секунд он так стоял, а потом выражение его лица изменилось. Он поморщился, отвёл взгляд и процедил сквозь зубы, вдруг став прежним Алексеем. -Ну и где ты тогда возьмёшь сигареты? Настя скинула рюкзак и расстегнула клапан. Увидев её богатства, Алексей выдохнул со всхлипом и закашлялся. -Настя, а ты… Ты не могла бы… -Я дам тебе целый блок, — ответила Настя на невысказанный вопрос. — Мне не жалко. Вот только… -А меня ещё за водкой посылали, — перебил её Алексей. Настя вытащила две бутылки из трёх и протянула ему. Алексей взял сигареты, бутылки и расплакался. Слёзы текли, а он не мог их смахнуть потому, что держал в руках сигареты и бутылки. От этого он дёргал шеей, пытаясь вытереть слёзы о плечо, и у него ничего не получалось. Двигать плечами он не мог, боясь уронить бутылки. Настя закрыла рюкзак и вытащила из кармана бумажную салфетку. Промокнула Алексею слёзы. -Ну, хватит плакать. Ты же мужчина. Пойдём, разберёмся с теми, кто тебя обижает. Алексей испугался до ужаса. Мгновенно прекратил плакать и чуть не выронил прижимаемые к груди бутылки. -Ты с ума сошла! Настя, беги отсюда! Хоть в Зону, беги! Вернись в Долг и умоляй взять тебя обратно. -Хватит!!! — в бешенстве рявкнула Настя. — До чего вам всем нравится советовать мне, чтобы я под кого-то легла! Я свободный человек и не желаю кому-то отдавать свою свободу! Ни Долгу, ни бандитам, ни Говоруну! Свою судьбу я буду решать сама! -Говоруну! — перебил её Алексей. — А ты с Говоруном что, много свободы имела?! Сама за себя решала?! -Да, сама! Говорун меня учил! Требовал от меня, чтобы слушалась! Но никогда не мешал мне принимать решения! Наоборот… Поэтому я всегда оставалась с ним. Он за меня мою судьбу не решал. -Не решал? — с прежней иронией спросил Алексей. — Он тебя отговорил на контракт идти. Он тебя отговорил у Визела остаться. Он тебя от всех отличных предложений отговорил. С женщинами на базе Свободы… Что он им пообещал, чтобы они тебя с ним оставили? -Про контракт он при тебе рассказывал. С Визелом и ты не захотел остаться, — парировала Настя. — А насчёт женщин даже не заикайся. Ты не знаешь, а там всё сложно. -Да, с Визелом я не остался, — согласился Алексей. — Но я тогда верил Говоруну и думал, что с ним дойду до Болотного Доктора. Тебя он тоже предал и бросил. Так что? Стоило тебе быть с ним? И не говори мне про то, что он тебя чему-то научил. Все твои умения, в Зоне ничего не стоят. Тебя кто-то приберёт себе и не для того, чтобы в Зону отпускать. Объяснить, зачем ты будешь нужна? -Мне это Говорун при нашем первом разговоре объяснил, — проворчала Настя. — Ты так и не понял, чему меня научил Говорун. Он и тебя этому учил, но ты оказался плохим учеником. -Это чему же он меня учил? — поинтересовался Алексей. -Тому, что ты уже мёртв, а бояться этого бессмысленно. -Что? — удивился Алексей. — Настя, ты с ума сошла? -Да, — вздохнув, ответила Настя, — я сошла с ума. Если бы не это, я бы осталась в Долге. Но теперь я свободу ценю выше собственной жизни, а это сумасшествие. -Какая свобода?! При чём тут свобода?! Тебе предложили работу! Ты что, работать не хочешь? Не получится! Тебе всё равно придётся добывать себе на жизнь… -Да, но это я буду делать сама, — перебила Настя. — Сама буду решать, сама отвечать за свои решения. Никто не будет говорить мне, что делать. -Не будешь ты решать, — чуть не простонал Алексей. — Тебя кто-нибудь себе заберет, и будешь ты ему принадлежать. Будешь вещью. Вот и вся твоя свобода. -Ты так ничего и не понял, — улыбнулась Настя. — Что ж… Пойдём, попробуем сделать что-нибудь с теми, кто тебя обижает. Веди, я не знаю, куда идти. -Ты хочешь идти… Ты понимаешь, что там с тобой сделают? -Идём. И по пути рассказывай. Я должна знать, с кем предстоит иметь дело. Алексей после каждого сказанного предложения уговаривал её вернуться к Долговцам, но тем не менее успел рассказать всё, что Настя хотела знать, ещё до того, как они подошли ко входу в подвал, где располагался бар. Бар принадлежал Рустаму и его головорезам. Настя только не поняла, почему Алексей считает их головорезами? Обычная компания пришедших в Зону людей, которая оказала услугу американцам, а за это получила возможность получать продукты напрямую. Торговать продуктами не стали, а открыли бар. При этом никого не убили, не потеснили с рынка, не создали сильной конкуренции. В их баре даже скупкой артефактов не занимались. Вполне приличные люди. Настя недоумевала от того, что с Алексеем в этом баре так обошлись. Единственная возможная версия была в том, что Алексей чего-то недоговаривал. -Ты мне всё рассказал? — спросила Настя перед входом в бар. -Всё. Честное слово. — Алексей посмотрел прямо Насте в глаза. — Я всё тебе рассказал, что знаю. Настя, не ходи туда. С тобой там также как со мной поступят. И даже хуже. Вместо ответа Настя отодвинула его в сторону и спустилась по лесенке. С трудом открыла тяжёлую дверь и, чуть пригнувшись из-за низкого прохода, вошла в бар. Место было намного хуже, чем бар Сидоровича. Оно скорее напоминало то убежище, где они прятались от волны мутантов, после выброса. Впрочем, это помещение было в чём-то даже хуже. Низкие потолки, плохая вентиляция, везде пыль и грязь. Запахов не было. Сквозь сигаретный дым не пробивалось ничего. -О-о-о! Кого мы видим?! — заорали откуда-то из угла. Настя отнесла это к себе, но оказалось, что за ней зашёл Алексей и выкрик предназначался ему. -Гляньте, Глист явился! Что, принёс сигареты?! Настя двинулась вперёд к кричащему. Услышала, что Алексей идёт сзади. Сбоку подошёл какой-то типчик неопределённой наружности и ткнул Алексея в плечо. -Ну чё, где сигареты? — с ленцой спросил он. — Опять будешь ныть, что нету? Алексей судорожным движением вытянул руки. Спрашивающий удивился. -Э-э-э! Гляньте! Он где-то целый блок спёр! Э-э-э! Да у него ещё и водка есть! Слышь, ты кого ограбил, придурок?! -Ты спроси, может он ещё и бабу привёл? — посоветовали со стороны. -Слышь, ты бабу привёл?! — под общий хохот спросил типчик. Настя сняла маску и скинула капюшон. В полной тишине, воцарившейся в зале, она убрала маску в сумку. -Баба, — сказал типчик. — Красивая. Охренеть, чур я с ней первый! Настя обернулась и схватила типчика за ухо. Дёрнула так, что он взвыл. -Ты ведь не Рустам? — спросила его Настя. — Так чего ты выступаешь? Бабу хочешь? Давай я тебе всё отстрелю, и не будешь хотеть. Впрочем, не будем действовать столь радикальными методами. Для начала, я тебе пару раз туда врежу. Хотеться долго не будет. Настя коленкой двинула типчику между ног. Когда он согнулся, она его развернула и пнула под зад. Он отлетел на пару метров и скорчился на полу. -Если ещё раз увижу, — сказала Настя, — то решу, что тебе понравилось не хотеть, тогда и применю радикальный метод. Всё понятно? Впрочем, можешь не отвечать. Кто ещё бабу хочет?! Смелее. Лишаю желания с гарантией. -Это кто тут в моём баре бузит?! — спросил входящий в комнату мужчина. — Кто тут моих людей бьёт?! Рустам оказался мужчиной лет пятидесяти. Коренастый, с пивным животиком, круглолицый и каким-то жизнерадостным выражением лица. Судя по его виду, он не сердился на творящийся произвол, но Настя уже знала, что нельзя доверять только виду. Она насторожилась, но постаралась, чтобы этого никто не заметил. -Вы плохо воспитываете своих людей, — сказала она так, что её тоном можно было продукты замораживать. — Мне самой пришлось заняться их воспитанием. -А вы считаете, что у вас есть право заниматься воспитанием моих людей? — спросил Рустам с такой же жизнерадостной физиономией, но в словах явно прозвучала угроза. -По крайней мере, когда их грубость касается меня, — сказала Настя. — Вы Рустам? У меня к вам разговор есть. -Ну, раз есть, то разговор надо разговаривать. Мы его здесь будем разговаривать? -Если есть другое место, где мы можем поговорить, то, наверное, лучше там. -Пойдёмте со мной, — предложил Рустам. Посторонившись, жестом показал, чтобы Настя шла первой. Настя также жестом показала, что пропускает первым его. Он не стал ломать комедию, повернулся и пошёл. Настя двинулась за ним. В комнатке, куда они вошли, Рустам повернулся к Насте и никакой радости у него на лице Настя не увидела. -Ты Настя, — сказал он так, как будто обвинял её в чём-то. — Зачем ты здесь? -Я пришла поговорить об Алексее. Зачем вы так его обижаете? -Что? — не понял Рустам. — А-а-а… Ты об этом. Так, а как нам с ним надо поступать? Нет, молчи. Он сюда пришёл и начал всех чморить. Типа, я крут, а вы все быдло. Ему вежливо сказали, пару раз, а он не понял. Потом ему врезали и он зассался. А когда зассался, тут уже его гнобить стали. Чего ты за него выступаешь? Он ссыкун и слабак. Старших не уважает. Таких учить надо. -Но зачем вы его так бьёте? Зачем вы ему невыполнимые задания даёте? -Невыполнимые, это какие? — сощурился Рустам. — Сигареты принести? Настрелять пачку сигарет можно без проблем. За пол дня. Только для этого унижаться надо, а он не хочет. Мы его с дерьмом мешаем, чтобы он понял, что он из такого же дерьма, как и мы. И вот когда он это поймёт, тогда он сможет стать равным среди нас. Потом и в люди сможет выбиться, а пока… Вас Говорун этому не учил? Не объяснял, что людей уважать надо? -Объяснял, — вздохнула Настя, — но видимо плохо. -Что там у вас случилось с Долгом? — спросил Рустам. — Сначала этого выгнали. Теперь вот, ты здесь, а бойцы Долга всех трясут и тебя ищут. -Это долго объяснять, — сказала Настя. — Я хочу, чтобы Алексею вернули его снаряжение и оружие. Он уйдёт со мной. -Куда это? — удивился Рустам. -Мы пойдём к Доктору, на болота. -С кем вы пойдёте? Нет, я не спрашиваю, мне не интересно. Не буду лезть в чужие дела. Вернёмся к нашему делу. Как ты себе представляешь возврат вещей этого Глиста? -А разве они не у вас? — удивилась Настя. -Нет, — развёл руками Рустам. — Он не только мне вещи отдавал. Он всем тут… давал. Его даже не били, только угрожали, и он сразу делал, что от него хотели. -Не били! — возмутилась Настя. — Да на нём места живого нет! -Так, когда у него больше ничего не осталось, тогда его бить и начали. Он слишком вёл себя… Если ты слабак, то не надо быть таким гордым. А он, ни хрена не имея, на всех смотрел, как будто он царь, а все вокруг плебеи. -Какое образное выражение, — усмехнулась Настя. -Ну, если хочешь, могу матом объяснить… -Спасибо, не надо, — отмахнулась Настя. Они помолчали. -Ты поняла? — спросил Рустам, прервав молчание. — Что мне было делать? Заступаться за него? Чтобы он потом меня не уважал? Пока он не поймёт, никто за него не заступится. Он должен дойти до такого, чтобы помощь со слезами благодарности принимал, чтобы руки целовал спасающему, чтобы верным потом был. И вот тогда ему помогут. Возьмут в команду, и он станет… -Отмычкой, я знаю, — перебила Настя. — Мне Говорун рассказывал. -Его себе уже Штуцер присмотрел. Хочет к себе в мастерскую взять. Этот парень отмычкой не будет. Давай так… Ты хочешь парня себе забрать. Я не спрашиваю, для кого ты его берёшь, но точно знаю, что он в Зоне будет отмычкой. Скажешь тем, кто тебя сюда отправил, что парень не может идти в Зону. Что у него нога сломана. Ты парня не забираешь, а я вам пару отмычек подгоню. Правда, не сейчас, но через пару дней они будут. Настя задумалась. Рустам не врал, он действительно хотел поменять Алексея на двух отмычек. Значит, Алексей был ему нужен. Брать Алексея с собой не хотелось. Он ей мешал. Если Алексей нужен, значит, о нём позаботятся. Хорошо, или плохо, но он не умрёт. В Зоне шансы умереть выше и намного. Для блага Алексея его надо оставить здесь. Но вправе ли она решать за него? Алексею надо всё объяснить, а потом пусть он решает. Но как ему объяснить и при этом не раскрыть то, что ему знать не надо? -Я в замешательстве, — призналась Настя Рустаму. — С одной стороны, вы правы. С другой, я обещала Алексею, что его мучения кончатся. -Твои мучения кончатся, когда ты помрёшь, — перебил её Рустам. — В Зоне он что, мучиться не будет? Оставляй его здесь. Скажи, что ничего со мной сделать не смогла. -Я бы оставила, но только если вы перестанете над ним издеваться. -А я бы его ещё недельки две погнобил. Он пока не готов принять помощь с должной благодарностью. -Да он у вас через неделю помрёт! — возмутилась Настя. — На нём живого места нет. А если вы думаете, что наркотики ему потом работать помогут… -Какие наркотики?! — взвился Рустам. — Кто ему наркоту толкает?! И нафига?! -Кто не знаю, а зачем, или, как вы говорите, нафига, то тут я могу вам объяснить. У него рёбра сломаны, и весь он сильно избит. Если бы не доза наркотика, он от боли передвигаться бы не смог. Рустам теперь выглядел страшно. Он не кривил лицо в злобной гримасе, не ругался, не бил кулаками по столу, но его спокойствие было намного страшнее. Глаза его стали пустыми, лицо разгладилось маской Будды. Он медленно поднялся из-за стола и двинулся мимо Насти к выходу из комнаты. -Оставь рюкзак здесь, — сказал он. — Никто его не тронет. Пойдём. Они вышли и направились в бар. Войдя, Настя увидела мерзкую картину. Опущенный Настей типчик теперь восстанавливал свою самооценку, издеваясь над Алексеем. Он заставлял его подпрыгивать и хвататься за выступ на потолке, потом поджимать ноги и висеть, цепляясь за выступ пальцами. Когда пальцы срывались и Алексей падал, типчик бил его ногами и заставлял вновь подниматься и повисать. Всё это проходило под одобрительный хохот присутствующих. Они делали небольшие ставки на то, сколько Алексей провисит в этот раз. -Настя, крикни, чтобы все заткнулись, — ровным голосом попросил Рустам. Вместо того, чтобы кричать, Настя пальнула очередью из автомата. Говорун очень долго внушал ей, как опасен рикошет, поэтому очередь на три патрона она выпустила в стойку бара. Как и ожидалось, рикошета не было. Настя похвалила себя, но тут же поняла свою ошибку. Секунда полной тишины сменилась на ужасный шум. Кто-то ругался и кричал, кто-то выхватил оружие и высматривал, куда стрелять, кто-то пытался убежать, но свалился и свалил столик. Тишины не было. Настя виновато посмотрела на Рустама и в ответ нарвалась на его ровный взгляд, от которого её пробрало морозом по коже. -А ну, заткнулись все!!! — рявкнул кто-то. — Тихо, я сказал!!! Не сразу, но это помогло. Все прекратили панику и начали приходить в себя. Пара человек все же решила сбежать. Когда все увидели, что они беспрепятственно покинули бар, то паника совершенно улеглась и все начали посматривать на Настю и Рустама. Два человека, по видимому охранники бара, прошлись по помещению и встали рядом с Рустамом. -Оружие у неё заберите, — приказал Рустам. -Только через ваши трупы, — сразу сказала Настя. -Автомат у неё заберите, — поправился Рустам. Насте очень не хотелось, но она отдала автомат одному из охранников. -Ты, — указал на Алексея Рустам, — подойди сюда. Алексей с трудом встал и подошёл. Получив приказ снять куртку, он не смог этого сделать. Руки у него тряслись и пальцы не сжимались. Куртку с него снял один из охранников. Потом задрал футболку и зал ахнул. -Всё ясно, — процедил сквозь зубы Рустам. — Этого в госпиталь. Лепиле скажите, чтобы всё сделал как надо. Охранники осторожно повели Алексея к выходу. Не дойдя до выхода, Алексей вдруг свалился в обморок. Когда Настя подбежала к нему, то не смогла протолкнуться. Вокруг толпилась куча народу, и каждый желал оказать помощь. Настя подивилась двуличию этих людей, но потом вспомнила, что они ничего не знали. Как только узнали, насколько сильно Алексей избит, так сразу пришли на помощь. -Носилки! — закричал кто-то. — Нужны носилки! -Так дотащим, — ответили ему. — А ну, расступись! Давай вместе… Голову ему придержите. Нужно сделать так, чтобы он сел. Его руки не трогайте, рёбра могут сместиться. На три. Раз, два, три! Алексея подняли и понесли к выходу. Им открыли дверь, и они вышли на улицу. Настя повернулась к Рустаму, желая выяснить, куда понесли Алексея и можно ли ей бежать за ним, или сначала забрать рюкзак? И поняла, что Рустама сейчас лучше не беспокоить. Настя первый раз видела, как человек «наливается яростью». -Подойди сюда, — приказал он типчику. -Да чё я то?.. — начал бубнить типчик. -Тебе что хозяин сказал? — нарисовался рядом с ним охранник. — Давай Шнырь, чапай к хозяину. -Да я только приказ выполнял! — завопил Шнырь. — Рустам, ты сам велел Глисту чморить! Я всё делал, как ты велел! -Я велел тебе его инвалидом сделать?! — проревел Рустам. — Он десятка таких как ты стоит!!! Сдохнет он, ты вместо него на приборы сядешь?! -Да не сдохнет он, — отмахнулся Шнырь. — Отлежится. -Значит так, — тихо сказал Рустам, и в зале повисла тишина. — Ты мне больше не нужен. Пошёл вон. -Рустам, ты что? — испугался Шнырь. — Рустам, так нельзя! Я же всё для тебя… Я же только с тобой работаю. Я же никому… -Ты где марафет брал, сволочь?! — рявкнул Рустам. — И на какие бабки?! Вон отсюда! Считаю до трёх, а потом пристрелю! -Рустам, погоди, — поднялся из-за столика какой-то скользкий тип. — Ты не прав. Нет, ты в своём праве! И всегда можешь завалить того, кого не хочешь видеть в своём баре, но есть маленькая загвоздка. Тут девочка обещала, что отстрелит ему хотелку, если ещё раз увидит. Он здесь, она его видит. Обещания надо выполнять. Все взгляды сосредоточились на Насте. Скользкий тип ехидно улыбался. Ему хотелось увидеть замешательство Насти, увидеть, как она будет пытаться выкрутиться, и не делать этого. Впрочем, зрелищем убийства он тоже насладится. Настя поняла это и содрогнулась от омерзения. Тип принял её вздрагивание за страх и ещё шире и ехиднее улыбнулся. -Мне можно это сделать? — обратилась Настя к Рустаму. -Нет, — сразу сказал Рустам. — Никакой стрельбы в моём баре. Ты и так уже устроила… За стойку со мной расплатишься, тогда автомат обратно получишь. Прох, если хочешь, чтобы она пристрелила Шныря, то сведи их где-нибудь, но не в моём баре. Лады? -Нехорошо получается Рустам, — покачал головой Прох. — Слово было сказано. Слово нужно держать. Пусть они на улицу выйдут и там разберутся. Зал загудел. Все обсуждали слова Проха. Большинство было за то, что Настя должна выполнить то, что сказала. Кое-где завязалась перепалка. Шнырь хотел сбежать, но ему не дали. Рустам ругался и требовал, чтобы Шныря выкинули на улицу, а до чужих слов ему дела нет. Насте тоже захотелось сбежать, но тут осталось её оружие, рюкзак, да и понимала она, что если сейчас сбежит, то потом с ней будет, то же самое, что было с Алексеем. -Можно мне сказать?! — крикнула она. Её голос произвёл эффект вылитой на всех холодной воды. Все замерли, а потом дружно посмотрели на неё, ожидая, что она скажет. -Я не думаю, что он будет стоять на улице и ждать, когда я ему что-нибудь отстрелю. Гоняться за ним я не собираюсь. Если он сбежит, я сделаю вид, что его не видела. -Неправильно это девочка, — ухмыльнулся Прох. -Если вы хотите, чтобы я стреляла, то подержите его, а я выстрелю. Только прямо здесь. И если что, то ко мне претензий не предъявлять. -Каких претензий? — спросил кто-то. -Никаких, — отрезала Настя. Шныря и так держали, а после Настиных слов его схватили уже двое. Тот понял к чему идёт дело и начал вырываться, но теперь уже у него не было шансов. К партии желающих насладиться зрелищем неожиданно примкнул Рустам. Он сказал, что даёт Насте разрешение стрелять в его баре. А также, если она попадёт Шнырю не туда куда целилась, возьмёт все проблемы на себя. Это решило дело. Насте велели стрелять, а Шныря растянули между двумя держащими его добровольцами. Настя ещё раз напомнила, что за последствия не отвечает. Все с ней согласились и приготовились наслаждаться зрелищем. Шнырь вопил и дёргался. Настя медленно, играя на публику, вытащила пистолет из кобуры и навела в сторону Шныря. Шнырь начал бросаться из стороны в сторону. В какой-то момент он пнул охранника и вырвался. В этот момент Настя выстрелила. Охранники прыгнули в разные стороны. Настя специально целилась так, чтобы пуля прошла рядом с одним из них. Шнырь заметался по бару, а Настя начала стрелять, направляя его перемещения. Когда он оказался на одной линии с Прохом, Настя выстрелила точно в цель. Скрывавшийся за опрокинутым столом Прох, рухнул назад и окрасил стену своими мозгами. Настя двинулась вперёд, всаживая пули в стену вокруг Шныря. Она старалась не попасть в него, а только не дать сдвинуться с места. Когда она к нему подошла, он сидел на полу, сжавшись и закрыв глаза руками. -Посмотри на меня! — приказала Настя. Шнырь убрал руки и поднял на неё взгляд. Взгляд задержался на пистолете и не поднялся выше. -В глаза мне смотри, — приказала Настя. Шнырь отвернулся и застонал. -Пожалуйста, не надо, — попросил он. — Рустам, пожалуйста, я у Бисера товар брал. Я не хотел, он меня заставил. Он сказал, что тебя Долговцы должны прижать с товаром. Я тебе все закладки покажу, которые сделал. Рустам, пожалуйста, убери её от меня. -Я тебя к себе взял. Своим человеком сделал, — сказал подошедший Рустам. — Ты был одним из нас. Я думал, что ты… А ты нас предал. А теперь ещё и Бисера предал. К кому ты теперь пойдёшь? Настя, пристрели его. -Нет, нет!!! Я закладки покажу! Это не Бисер тебя подставить хотел. Это Прох с Вычегой. Они с Бисером договорились, что когда они твой бар заберут, то будут тут дурь толкать. Долг должен был в твоём баре наркоту найти, и тебя за это кончить, а они потом… -Я понял, — спокойно сказал Рустам. — Все слышали? Где Прох? Все посмотрели туда, где должен был быть Прох. После секундного молчания все разом заговорили. Стоящий рядом с мёртвым Прохом бродяга, матерясь, отпрыгнул в сторону и стал пытаться счистить кровь с ботинка, потом судорожно принялся проверять свою одежду. -Блин, ну случайность, — сказал кто-то, — девчонка ведь предупреждала. Все заговорили, и большинством голосов было принято считать, что это действительно была случайность. За это время, Шнырь решил, что Настя отвлеклась и попробовал уползти к выходу. Настя подождала, пока он отползёт, а потом встанет на четвереньки и со всего маху двинула ему ногой сзади между ног. Она ожидала, что он заорёт, но он только захрипел и повалился, скорчившись и держась за промежность. -Это тебе за Лёшу, — склонившись к нему, сказала Настя. В зале вновь повисла тишина. -Я не смогла отстрелить, поэтому отбила напрочь, — указывая на Шныря, пояснила Настя. После сказанных Настей слов вновь стало шумно. Кто-то ругался, кто-то хохотал, но равнодушных наблюдателей не было. Сегодня в баре был интересный день, полный событий. Кое-кто уже обсуждал, кому он расскажет о случившемся сегодня, и кто потом будет ему завидовать, что не был сегодня здесь. Однако, события этого вечера ещё не кончились. В общем гуле голосов выделился вопрос. Кто-то спросил, почему до сих пор нет Долговцев? Без них скучно. И буквально через секунду в двери с криками: «Ни с места!», ввалились несколько молодых парней в форменных куртках Долга. Их встретили взрывом хохота, отчего парни растерянно замерли посреди зала, выставив во все стороны оружие. Так их никогда ещё не встречали. Вслед за парнями в зал вошёл сам полковник Волышев. Смех моментально стих. -Что ж, слухи о том, что здесь толкают наркоту, находят подтверждение, — сказал полковник. Все стали уверять его, что это не так. Поскольку все говорили разом, и каждый говорил своё, то неудивительно, что полковник ничего не понял. Но суть он уловил. Наркотиков здесь нет. -Чего тогда ржёте, как полоумные? — спросил он, и тут же об этом пожалел. Ему вновь начали объяснять. Снова все и разом. При этом, то и дело кто-то начинал хохотать, а кто-то даже пытался воспроизвести всё произошедшее в действии. Глядя на эти пантомимы, даже Настя усомнилась, что наркотиков здесь нет. Бойцы Долга глядели на всё это с невероятным изумлением. И только Настя, полковник и Рустам сохраняли спокойствие. Шум понемногу стихал. Все поняли, что объяснять произошедшее должен кто-то один. Большинство взглядов сосредоточилось на Рустаме. Когда почти стало тихо, Рустам решился объяснить, но Волышев его опередил. -Где Настя? — строго спросил он. -Я здесь, — подала голос Настя. Полковник повернулся к ней всем корпусом. Осмотрел с головы до ног и неопределённо хмыкнул. -Вы с Говоруном так похожи. Что ты, что он. Там, где появляетесь, всё время что-то происходит, и появляются трупы. Что здесь происходит?! Почему отсюда раненые в госпиталь идут?! Почему тут убитые?! Кто их убил?! -Вы меня спрашиваете? — осторожно уточнила Настя, когда полковник прервался, чтобы набрать воздуха. -А знаешь… — Полковник на секунду задумался. — Пожалуй, тебя. Потом послушаю, что они мне врать будут. А сейчас тебя первой послушаю. Начинай врать. Полковник забрал стул от одного из столиков и демонстративно уселся на него перед Настей. Всем своим видом он показал готовность слушать. Настя немного смутилась, но потом решительно начала. -Я врать не буду. Значит, всё было так. Вот этот бил Алексея. Долго бил. Пока я в больнице была, и до этого тоже. А я думала, что это Рустам его бьёт. Вот я и пошла к Рустаму, чтобы приказать ему не бить Алексея. А Рустам тут не причём. Но я об этом не знала, поэтому пришла к нему. Он очень разозлился и сказал, чтобы я всем велела замолчать. А я сделала глупость и выстрелила в стойку бара. А потом Прох захотел, чтобы я кого-то убила, и я его убила. Но я не нарочно. Просто, так получилось. Ой, я не сказала! Я обещала… вот… его, лишить желания. Я в него стреляла, но не попала, поэтому стукнула, и теперь у него желания нет. Вот так. Была у Насти в классе девочка, которая именно так пересказывала прочитанное. В классе её иногда вызывали к доске, учителям тоже иногда хочется посмеяться, а потом весь класс сползал под парты от смеха и просил повторить на бис. У девочки был лёгкий характер, и она не обижалась. Наоборот, даже бравировала этим своим антиталантом. Сейчас Настя вспомнила её и зачем-то решила ей подражать. Видимо, подсознательно ей хотелось превратить эту трагедию в фарс. После её слов в зале, в который раз, стало тихо. Все осмысливали сказанное ею. То тут, то там, то и дело сдавленно смеялись. Потом волна смеха прокатилась по залу из конца в конец и затихла. Все ждали решения полковника. -Понятно, что ничего не понятно, — задумчиво сказал полковник. — Ладно. Рустам, мы с тобой сейчас поговорим… Надеюсь, от тебя я получу полную информацию. Так, бойцы, проводите Настю в расположение и сдайте майору… Нет, сдайте её Славику. Пусть это будет его головная боль. Все, кто хочет и может сообщить что-то по этому делу должны остаться в баре. Остальные могут быть свободны, но только под запись на выходе. Всем всё понятно? -Мне непонятно, — сказала Настя. — Я задержана? Я ни в чём не виновата. У меня куча свидетелей, которые подтвердят, что я всех предупреждала. Я плохо стреляю, и вполне могла не попасть. Я случайно попала. -Хватит, — прорычал полковник. — Знаешь что… Такая проблема как ты, Долгу не нужна. Ты теперь сама по себе. -Товарищ полковник… — начал один из бойцов. -Нет! — рявкнул полковник. — Хватит! Она над нами издевается! Хочет быть свободной, так пусть будет! Пусть своего Говоруна ищет. Без него она быстро поймёт, что такое свобода. Настя вдруг осталась одна. Все действия вокруг неё проходили без её участия. Все её игнорировали. Настя подошла к стойке бара, но даже там бармен не обратил на неё внимания. Убирали труп, рассказывали полковнику, как он появился. Отправили в госпиталь Шныря. При этом о Насте говорили, как о несуществующем человеке. Вроде как: пришла девка, навела беспорядок, а потом исчезла неизвестно куда. Настя удивилась, но постаралась не показать виду. Уселась прямо на стойку и стала с умным видом наблюдать за суетой в баре. Суета понемногу сходила на нет. Труп убрали, кровь замыли, мозги со стенки соскребли. Посетители разошлись, между собой переговариваясь о том, что сегодня уже не получится посидеть. Бойцы Долга не пускали внутрь новых посетителей и любопытствующих. Бар опустел. Только за одним столиком сидело три человека, да охранники топтались у двери. Даже бармен куда-то ушёл, а бойцы Долга вышли на улицу и назад не вернулись. Стало скучно. У Насти начался отходняк, навалилась усталость. Полковник и Рустам вышли в бар только через час. Увидев полковника, Настя вдруг чётко поняла, что если она сейчас бросится к нему и будет умолять взять её в клан, полковник не откажет. Поругается, но простит. И это её последний шанс. Потом полковник простить её не сможет. Она сидела и смотрела, как он прощается с Рустамом, как идёт к двери, как выходит и закрывает дверь за собой. С закрытой двери Настя перевела взгляд на Рустама. Тот снова был весёлым и радостным. Как тогда, когда Настя первый раз его увидела. -Тебе кто на стойке сидеть разрешил?! — с весёлым изумлением спросил он. -Мне никто не запрещал, — огрызнулась Настя, слезая со стойки. -Да? — удивился Рустам. — Ну, ладненько. Ты уходишь, или остаёшься? -Мой рюкзак, мой автомат, — напомнила Настя. -Моя стойка, — указал на стойку Рустам. — Ты мне малёха должна. -Давай, кто кому должен обсудим без посторонних, — предложила Настя. -Идёт, — согласился Рустам. — Прошу ко мне в кабинет. -Только после вас, — с показной вежливостью возразила Настя. — Боюсь не вспомнить пути и заблудиться. -Давай Рустам! Поимей её как следует! — раздались выкрики из-за столика с немногими посетителями. Настя проигнорировала выкрики и пошла вслед за Рустамом. В кабинете Рустама она первым делом высмотрела свой рюкзак. Открыла и начала перебирать вещи. -Да не трогали мы твой рюкзак, — раздражённо сказал Рустам. — Или ты думаешь, что нам с полковником было интересно, что у тебя в рюкзаке? -Я думаю, что вы про него даже не вспомнили, но всё равно проверю, чтобы убедиться. -Как хочешь, — пожал плечами Рустам. — Слушай, объясни мне одну вещь. Ты зачем над полковником издевалась? Он ведь не шутил, когда сказал, что теперь Долг от тебя откажется. Я не понимаю, ты много о себе думаешь, или у тебя есть запасной аэродром? -В смысле? — уточнила Настя, закладывая вещи обратно в рюкзак. -В смысле… Тебе есть куда пойти, к кому приткнуться? -Нет, но я поищу. Вдруг найду что-нибудь получше, чем Долг. -В Зоне нет никого, кто предоставляет лучшие условия членам клана. К тому же они расширяться начали. Ты видела, сколько у них молодых бойцов? Они бы тебя с удовольствием взяли, а ты их послала. Зачем? -Не хочу присягу давать, — ответила Настя. — Её ведь выполнять придётся. -Не хочешь, не говори, — усмехнулся Рустам. — Проверила рюкзак? Давай теперь вернёмся к нашим делам. Ты мне за стойку должна. С тебя миллион и разойдёмся бортами. -Миллион, — повторила Настя. — С чего вдруг у тебя в голове высветилась такая сумма? -Как с чего? Я за свою стойку назначаю ту цену, которую хочу. -Кстати, где мой автомат? — спохватилась Настя. -Автомат получишь, когда за стойку рассчитаешься, — ответил Рустам. -Чудно! — воскликнула Настя. — Тогда с тебя девять миллионов. Я за свой автомат назначаю ту цену, которую хочу. -Не-е-е-т! — засмеялся Рустам. — Автомат имеет цену. Он продаётся. А вот новую стойку я в Зоне не куплю. Её придётся заказать. Три панели по сто тысяч, доставка пол ляма, установка две сотни. Итого: миллион. -Тогда, мне проще оставить тебе автомат и купить себе новый, — сказала Настя. -Где ты такой автомат меньше чем за полтора миллиона возьмёшь? — показательно удивился Рустам. -Что-о-о?! Полтора миллиона?! — возмутилась Настя. — Да у Сидоровича за пять сотен «Шёпот» можно купить! -Пять сотен чего? — спросил Рустам. — Я про рубли говорю. Настя замолчала, обдумывая сказанное. -А сколько сейчас времени? — спохватилась она. -Восьмой час, а что? — посмотрев на наручные часы, сказал Рустам. -Так значит, на улице уже темно? -Как у негра… Ну, ты поняла. Так чего ты так подхватилась? -О, я у тебя переночую, — решила Настя. -Где? — удивился Рустам. -В гостинице. Мне Алексей сказал, что у тебя тут гостиница есть… Рустам захохотал, не дослушав Настю. Смеялся с виду искренне, а глаза оставались внимательными, следили за Настей неотрывно. Настя приготовилась выхватить пистолет при первом признаке угрозы. -Да кого ты слушаешь? — спросил Рустам отсмеявшись. — Нет никакой гостиницы. Я его в комнату к… одному своему человеку поселил. Его сейчас здесь нет, поэтому этот лох его комнату и занял. -А если его нет, могу я его комнату занять? На одну ночь. Завтра я уйду. -Куда ты уйдёшь? Кто тебя здесь примет? В Зону пойдёшь? Без оружия? Поняла теперь в какой ты заднице? -Ладно. — Настя хлопнула ладонью по столу. — Вот мои условия. Я ночую у тебя. За это я тебе плачу миллион рублей. Утром мы разбегаемся. Я остаюсь при своих, а ты с миллионом и при своих. Устраивает? Рустам подумал. Похмыкал. Выдержал паузу и протянул Насте руку. -Устраивает. Только ты, утром точно уйдёшь. -Уйду, — сказала Настя, пожимая ему руку. — Где мой автомат? И проводи меня ко мне в комнату. -Стоп, стоп, стоп, — покачал головой Рустам. — Я ещё не видел денег. -Я не таскаю с собой наличность, — отмахнулась Настя. — Говорун сказал, что здесь где-то есть банк. -Ты там ещё не была? — удивился Рустам. — Тогда как я смогу без тебя получить деньги? -Никак, — не меньше его удивилась Настя. — Как ты можешь получить мои деньги? Они ведь мои. -Говорун тебе не объяснил, как это работает? Ну, тогда, я тебе расскажу. Тут всё просто. Ты даёшь мне разрешение на снятие оговоренной нами суммы… Нет, погоди, я не с того начал. Ты набрала артефактов, пришла и сдала их скупщику. Он дал тебе расписку на ту сумму, за которую ты продала артефакты. Ты с этой распиской идёшь в банк и там создаёшь виртуальный счёт, на который кладётся эта сумма. Потом ты идёшь ко мне. Ешь, пьёшь, спишь. За это я беру с тебя деньги. Мы договариваемся о сумме, и я иду в банк. Там я называю сумму, и её переводят на мой счёт. В общем, это работает так. Есть нюансы. Тебя пока никто не знает, поэтому в банк тебе надо будет зайти. Потом тебе надо будет подписывать платёжки. Без них никто твоих денег никому не даст. Как это делается, тебе покажут в банке. И только когда ты станешь проверенным клиентом, тебе будут верить на слово и переводить на твой счёт, или снимать с твоего счёта любые суммы. У всех сразу возникает вопрос. Получается, что любой может прийти и сказать, что кто-то должен ему миллион. Получит ли он этот миллион? Получит. Только если вскроется, что он обманул банк, то жить ему останется до того момента, как его обман раскроется, а потом он будет существовать в качестве отмычки и много раз проклянёт тот момент, когда задумал афёру. Понятно? -Понятно, — кивнула Настя. — Только я всё равно не понимаю, как это работает. Можно ведь… -Настя, не ты первая, и не с тобой первой такой разговор. И всяких предположений я наслушался так, что сыт по горло. Зона — большая деревня, где все, всё, про всех знают. Скрыть что-то невозможно. Появился человек с деньгами, через сутки уже все знают, откуда он эти деньги взял. Если он жулик, то это мгновенно выяснится. Даже если он по мелочи воровать будет, всё равно об этом узнают. С банком тут не шутят. Настя, храни тебя Аллах только подумать о том, чтобы пои… надуть банк. Пожалеешь. -А если, например… — начала Настя. -Даже не думай! — предостерёг Рустам. -Нет, я не об этом, — отмахнулась Настя. — Если, например кто-то ел, пил спал, и при этом превысил… Потратил больше денег, чем у него есть. Что тогда будет? -Рабом он будет, — усмехнулся Рустам. — Если мы завтра придём в банк, а там не окажется миллиона на твоём счёте, то ты будешь моей. Я тебя, наверное… -Секундочку! — прервала мечты Рустама Настя. — Вот тут возникает вопрос. Если миллиона не будет, то… Нет, вопрос не в этом. Мы завтра придём в банк, и там я скажу, что никакого миллиона не должна. Что тогда? -Вот тогда ты поймёшь, что такое проверенный и непроверенный клиент. Меня уже знают, а тебя первый раз видят. Поверят мне, а не тебе. -Тебе поверят на слово? Но тогда получается… -Было уже такое, — кивнул Рустам. — И даже работало. Примерно год один торговец так развлекался. То есть, их там трое было, но придумал всё один. А потом банк понял, что его обманули и… Сама понимаешь. Серьёзно пострадало несколько человек. Им банк выплатил компенсации. Два человека погибли. Только, обманувшие банк позавидовали этим умершим. Их убивали больше месяца. Нет, девочка, я не хочу так закончить. -Понятно… Скажи, а вот цены на продукты и вещи, как они образуются? Говорун мне объяснял, но я не поняла. -Странно, — пожал плечами Рустам, — Говорун обычно всё чётко объясняет. После его лекций новички такие умные становятся, что аж противно. Я тебе об этом не расскажу. Это у кого-нибудь другого спрашивай. Но тебе, наверное, никто ничего не объяснит. Ты новичок. Новичкам ничего не объясняют. -Чтобы они быстрее потратили деньги и влезли в долги, — добавила Настя. -Видишь, — улыбнулся Рустам, — а говорила, что ничего не понимаешь. -Что-то понимаю… — пробормотала Настя задумавшись. — Послушай, мы уже договорились на миллион. Я от своих слов не отказываюсь. Скажи, сколько бы ты взял за стойку с Говоруна? Скажи честно. -Честно, — повторил Рустам, задумавшись. — Если честно, то к Говоруну я бы с таким не подошёл. Он же на всю голову больной. Ты не замечала? Но если бы я рискнул к нему подойти… Хм-м… Ну, сами панели по тридцатке, доставка тысяч… ну, скажем двести это максимум. Собрать стойку это вообще бесплатно. Не, не бесплатно, но не более десяти тысяч. А, ещё крышка. Она вроде как дорогая. Ну, положим на неё тысяч сто. Итого: триста пятьдесят тысяч. Ну, пусть будет четыреста. -Подожди, но три панели по… -Я давно хотел новую стойку поставить, — отмахнулся Рустам. -Ты меня обманул! — констатировала Настя. -Ну, ты же цен не знаешь. Грех не воспользоваться. -Ладно, не буду спорить. Где моя комната? -Не твоя, а моя, — поправил её Рустам. — Я тебе свою комнату уступлю. Переночуешь у меня. Пойдём. Сразу ложись спать. Завтра я тебя разбужу ещё до того, как светло станет. Банк работает круглосуточно, поэтому мы туда пойдём ещё в темноте, чтобы народу было поменьше. Мне завтра ещё дела решать с Долгом. Надо успеть обернуться. Комната Рустама поражала аскетизмом. Стол, стул, топчан. Другой мебели не было. На топчане лежали матрас, одеяло и подушка. Постельного белья не было. В комнате, помимо входной, были ещё две двери. За одной из них оказался шкаф. Рустам быстро собрал свои разбросанные вещи и кучей кинул их в этот шкаф. -Да, небогато, — развёл он руками. — Но зато гляди, что у меня есть. Он открыл вторую дверь и показал, что за ней. Настя равнодушно посмотрела на унитаз. Рустама такое равнодушие задело, и он стал с жаром рассказывать Насте, как строил себе здесь автономную канализацию. На Настю вдруг навалилась усталость. Слова Рустама стали восприниматься, как далёкий шум. Она автоматически поддакивала на его слова, но не понимала их смысла. Ей хотелось только прилечь. Только сейчас она поняла, как устала. В какой-то момент Рустам заметил её состояние и прервался. Посмотрел сочувственно, а потом попросил подождать несколько минут и вышел за дверь. Настя села и стала ждать. На всякий случай приготовила оружие. Чуть не выстрелила, когда увидела в проёме открытой двери автомат, но вовремя сдержалась. Вернулся Рустам. В одной руке у него был Настин автомат, а в другой сложенное полотно. Он положил автомат на стол, жестом согнал Настю с топчана и застелил его этим полотном. Получился конверт. Полотно пополам. Снизу матрас и подушка, а сверху одеяло. Немного неудобно, но спать можно. -Вот, отдыхай, — показал Рустам. — Запрись и до утра тебя никто не побеспокоит. Я пойду, а завтра тебя в четыре подниму. -А сейчас сколько? — спросила Настя. -Около девяти. Отдыхай, спокойной ночи. -Рустам, у меня тут пара гранат. Говорун учил меня растяжки ставить. Я заминирую дверь… -Не надо, а то ещё сама подорвёшься. Настя, тебя никто не побеспокоит. Здесь никого нет, кроме меня и двух моих людей. Мы видели, как ты стреляешь, поэтому не будем испытывать судьбу. Тем более, я всё понимаю. Я не сумасшедший, чтобы против Говоруна идти. Отдыхай. Рустам вышел. Настя автоматически задвинула засов и уселась на стул. Немного подумала и решила ничего не минировать. Внимательно осмотрела шкаф, туалет и не нашла возможности пробраться в комнату оттуда. Решила, будь, что будет и расслабилась. Сняла верхнюю одежду, сетку, воспользовалась туалетом и легла спать. Автомат положила рядом на пол, а пистолеты разложила на кровати рядом с собой. Решила, пусть лучше мешают. Одну гранату тоже забрала под одеяло. Погасила свет, свернулась калачиком и попыталась уснуть. Несмотря на усталость, Настя не засыпала. Наоборот, чем дольше она лежала, тем меньше ей хотелось спать. Её даже трясти начало. Нервная дрожь то и дело пробегала от затылка до пяток. Сегодня Настя убила человека. Она могла его не убивать, но захотела и убила. Сейчас у неё перед глазами, раз за разом, как в замедленном воспроизведении, повторялся момент смерти Проха. Как Настя жмёт на спуск, как пуля вылетает и пистолет дёргается, как пуля входит в череп Проха, и как его мозги выплёскивает на стенку. Настя смотрела в его глаза, пустые и удивлённые, а потом всё повторялось снова. В какой-то момент Настя не выдержала, застонала и села, обхватив голову руками. В темноте ей стало страшно, и она зажгла свет. Страх прошёл, но перед глазами всё равно, отдельными кадрами мелькали сцены смерти Проха. Настя не знала, как избавиться от этого. Она слышала, или читала, что в таких случаях помогает водка. -"Гори оно всё…», — подумала Настя, достала из рюкзака бутылку и открыла её. Искать стаканчик было долго, и она решительно опрокинула бутылку над собой. Собиралась выпить не меньше половины бутылки, но сделала глоток и закашлялась. Облилась водкой и натужно кашляя, попыталась стряхнуть жидкость с одежды. Поняла, что это бесполезно и попыталась найти воду, чтобы запить. Обругала себя последними словами. Идя в Зону, она не запаслась водой. Даже фляжка была пуста. Чтобы наказать себя за такую глупость, Настя решительно сделала ещё глоток водки. Неожиданно её повело. Два небольших глотка оказали на неё сильное воздействие. Настя с трудом поставила бутылку на стол и не смогла закрутить крышку. Оставила всё как есть и легла. С трудом нащупала выключатель и погасила свет. В темноте больше не было фильмов про чью-то смерть. Весь мир закрутило в воронку, которая засасывала в себя всё вокруг Насти. Настя с трудом сама держалась на краю и не падала в неё. Ощущения были пресквернейшие, и Настя тихо заплакала от того, что ей плохо. И вдруг поняла, что расслабилась и допустила, чтобы у неё лились слёзы, позволила себе быть слабой. То напряжение, в котором она находилась всё это время, стало отступать. Настя тихо заплакала, уже не сдерживая себя. Ей сразу стало легче. Голова перестала кружиться, потянуло в сон. Настя ещё немного поплакала, а потом решительно вытерла слёзы и повернулась на спину, выпрямляясь под одеялом. После нескольких секунд раздумий, она примирилась со своей совестью. Прох хотел, чтобы она убила. Настя не хотела убивать. Он настаивал и тем самым покушался на её свободу. Она выполнила его желание, а заодно наказала его за покушение. Он сам виноват в том, что случилось. Придя к такому выводу, Настя окончательно успокоилась и уснула.