Глава 152

"Смерть близкого — не рана. Это ампутация души. И когда боль стихает, ты понимаешь: новое 'я' уже не будет прежним — лишь тенью, жаждущей заполнить пустоту... даже если для этого придётся сжечь мир."

      В следующее мгновение кулак Чоуджи, усиленный хидзюцу Акимичи, обрушился на пепельноволосого. Земля дрогнула, пыль и дождь смешались, скрыв всё. Тишина повисла, как лезвие. Шикамару стоял неподвижно, его тень тянулась к Наруто, но сердце Нара сжалось — он чувствовал ошибку.       — Мне уже нечего терять… — голос Наруто был пуст, как ночь. — Вы сами пришли. — парень даже не поднял взгляда на своих противников. Внутри него не было чувств, не было эмоций — лишь пустота, что поглотила все его естество.       Дождь разогнал пыль, открыв обзор всем ниндзя. Наруто стоял, одной рукой сдерживая кулак Чоуджи, чья мощь дробила камни. Тень Шикамару цеплялась за его ноги, но он не падал. Чёрные вены на коже горели, точно Проклятая Луна, а глаза были мертвы.       — Чудовище… — хрипнул Чоуджи, отступая. Кровь текла из пореза на груди — коса мелькнула быстрее молнии.       — Без лидера… без Иноичи-сана… — шептал ниндзя Яманака, дрожа в тенях. Он шагнул назад и, споткнувшись о корень дерева, упал навзничь… Его глаза были переполнены страхом. Их совместная техника разума разбилась о волю Наруто, как стекло. Клан был ослаблен смертью своего лидера, а, как было известно, без сильно воли все техники клана Яманака — это лишь пустой звук.       Шикамару шагнул вперёд, кунай в руке дрожал.       — Наруто… Это же ты убил Шикаку? — подросток из клана ленивцев не был глупым. Он провел свое расследование, и именно на Наруто сошлись все улики… и все бы ничего, если бы пепельноволосого не считали мертвым после нападения на Коноху Песка, Звука и Тумана.       Даже его труп был найден, поэтому Шикамару отбросил мысли о мести и сосредоточился на своей клане, на его восстановлении, но сейчас, став свидетелем невозможного — человек, труп которого он лично опознал, стоял перед ним — Нара не мог отбросить свой внутренний порыв.       Наруто молчал. Вспышка молнии показала Якумо — её глаза, её голос: "Не теряй себя". Его рука сжала косу, и тень Нара лопнула, как нить. Лезвие рванулось, лидер клана Акимичи припал на одно колено. Чоуджи сглотнул ком крови — его тело отказывалось слушаться, будто кости стали свинцовыми. Даже дыхание обжигало, как будто воздух превратился в ржавые гвозди.       — Шикамару… беги. — слетело с уст Акимичи. Вместе с ярким раскатом грома лезвие косы блеснуло в полумраке ночи. Движение было быстрым… настолько быстрым, что никто из присутствовавших не увидел его.       — Чоуджи, держись! — крикнул Шикамару, однако секундой позже к нему пришло осознание… еще один его друг был мертв. — Черт-черт-черт! — Нара резко закачал головой, стискивая зубы. Он перевел взгляд на Наруто, и сложил печать концентрации. Его тень снова потянулась. — Сейчас он угрожает не только моему клану, но и всей Конохе! Нужно продержаться до подкрепления. — мысленно подчеркнул Шикамару, прекрасно понимая, что их шансы на победы стремятся к нулю.       Наруто хрипел, коса упёрлась в землю, держа его. — "Якумо… я подвёл…тебя…" — выдохнул он. Парень поднял руку, потянувшись к растворяющейся в небесах улыбке.       Раскаты грома стали громче, и все члены коалиции подняли глаза к небесам. В этот же момент несколько мощных молний ударило в края поляны — там никого не было, из-за чего Нара был готов облегченно выдохнуть. Лишь через несколько секунд, когда бушующий океан из молний создал плотную стену, до главного стратега всё дошло — это был природный барьер, преодолеть который им было не под силу.       Шикамару бросился вперёд… Его противник развеивал все хидзюцу при помощи свой физической мощи, которая выходила за грань представления простых ниндзя.       — Прости, отец… Я был таким глупым, что не послушал тебя. — мелькнуло в голове Нара, у которого не оставалось иного выбора. Этот человек не простит его… он не знает, что такое прощение — никогда не знал, так что они могли сделать лишь одно — попытаться его убить.       В это время на небесах одна из представительниц прекрасного пола опомнилась.       — Этот мальчишка! Он не выдержит такой нагрузки! — Мито подскочила со своего места. Её лицо наполнилось серьёзностью, а выпущенный из тела импульс показывал, что она готова вмешаться прямо сейчас.       — Я, конечно, не эксперт, но мне кажется, у него всё под контролем. — спокойно высказалась Эш, выдохнув табачный дым. Тоору выглядела абсолютно расслабленной, и это привлекло внимание Узумаки.       — Может, он так и считает, однако сила природы намного более разрушительна, чем может показаться на первый взгляд. — хмурый взгляд красноволосой говорил обо всём, однако она решила напомнить своей знакомой этот немаловажный нюанс.       — Да, несомненно, но разве ты не видишь, что он делает? — на лице Эш появилась усмешка. Она продолжала взирать на кровавую бойню, начавшуюся несколько часов назад и готовую вот-вот дойти до своей кульминации.       На несколько секунд наступило молчание. Мито пристально всматривалась в пепельноволосого, развившего какую-то безумную скорости. Каждый взмах его косы разрезал сразу нескольких врагов. Члены клана Нара, понявшие, что их хидзюцу бесполезно, бросились в бегство, но куда им было бежать? Всю поляну окружил барьер из молний. Попытаться пройти через него было можно, однако это было равносильно смерти.       — Хаххаха! — наконец-то, что-то поняв, Узумаки искренне рассмеялась, возвращаясь на своё место. — Вот же псих! Кто бы мог подумать, что он будет использовать природную молнию таким неординарным способом! — заявила она с широкой улыбкой от уха до уха.       Что же сделал Наруто? Чтобы его внутренние органы не были моментально уничтожены от мощных разрядов электричества, он покрыл их чёрным защитным слоем. Его контроль силы Проклятого рос с каждой секундой. Он непросто сражался, а использовал все возможности своей души и тела, чтобы выжить — это выходило за рамки понимания многих бессмертных.       Та же Ле Блан не могла пользоваться чем-то подобным, и дело было вовсе не в опыте — опыт-то как раз таки у неё был. В какой-то степени это можно было назвать талантом, однако Эш склонялась к тому, что это более зависит от силы воли человека — чем сильнее Проклятый чего-то хочет, тем более высокие шансы он имеет на получение желаемого.       Проклятые — такие же люди, но со своими особенностями, а всем людям свойственно сражаться за свою жизнь. Именно поэтому, находясь на грани между жизнью и смертью, Проклятые могут полностью реализовать свой потенциал — это заложено в самой природе их силы.       Разница между человеком и Проклятым заключается в судьбе. Да, именно судьбой предопределяет, когда смертные должны умереть, а когда должны сделать решающий в своей жизни выбор. Судьба — это квинтэссенция порядка в мире. Пока она существует, миром можно будет управлять, но, если её разрушить… Случиться нечто страшное.       По тем или иным обстоятельствам Проклятые отказались от своей судьбы — это очень просто сделать на словах, однако, когда весь мир будет готов ополчиться против тебя, всё будет далеко не так просто. Именно вечное противостояние закаляет волю Проклятых, делая их такими сильными, и именно из-за того, что многие не выдерживают такого бремени, Проклятых не так много.       Якумо Курама была наполовину Проклятой, однако её жизнь оборвалась. Пусть это и сделала другая Проклятая, однако это тоже можно рассматривать, как жизненное испытание, которое Якумо с треском провалила.       — Использовать силу Даркина и Волю — одновременно. Этот ребёнок слишком быстро развивается. — подумала Эш, но в лице никак не изменилась. На руках Наруто появились прочные перчатки, а весь скелет вместе с внутренними органами был покрыт защитным слоем Проклятой энергии. Всё это нужно было для того, чтобы сила молнии могла спокойно перемещаться по его организму.       Если бы Четвёртый райкаге увидел это — он бы счёл пепельноволосого настоящим безумцем. Все райкаге обладали идеальным контролем над райтоном и могли входить в Режим Чакры Стихии Молнии. В этом режиме чакра стихии молнии циркулировала по каналам своего носителя, стимулируя его мышцы к быстрому сокращению. Лишь воистину развитый физически человек мог выдержать эту нагрузку.       Однако у этой техники был существенный недостаток. Пусть этот режим и был невероятно полезен, однако его эффективность была на порядок ниже, чем хотел бы любой из райкаге. Так как чакра райтона сама по себе нестабильна, использования её для стимуляции мышечных волокон было очень опасно.       Именно для того, чтобы не повредить свои внутренние органы, райкаге выплёскивали чакру райтона из своего тела, создавая своего рода покров и броню в одном лице — это было несомненно хорошая штука, повышавшая защиту райкаге, однако изначально Режим Чакры Стихии Молнии задумывался, как техника, повышающая скорость и силу. Броня из молний же стала побочным продуктом с весьма низкой эффективностью.       Наруто же не использовал свою чакру для техники, а воспользовался внешним источником в виде настоящей молнии. Конечно, это ограничивало запасы энергии, однако тут важно понимать, что природная молния на порядок сильнее любой чакры райтона у шиноби. Сам факт того, что парень смог сдержать её, — уже являлся немаленьким достижением, но пепельноволосый пошёл дальше.       В отличие от Режима Чакры Стихии Молнии, где вся лишняя чакра райтона направлялась из тела, формируя щит из молний, Наруто направлял эту энергию в своё тело. Это в разы повышало эффективность и сокращало расходы энергии, однако, если бы он не защитил свои внутренности, он бы умер в ту же секунду, как решился на столь безумное действие.       Конечно, даже защитив свои внутренности и кости, парню вряд ли удастся справиться с последствия. Откат после использования этого режима будет очень страшным, но сейчас Наруто даже не думал об этом. Важнее всего было выжить и разобраться с врагами, жаждущими убить его.       — Почему мне так больно? Моё сердце вот-вот разорвётся… — Наруто тяжело дышал. Он не думал о безжалостной расправе, что происходило здесь и сейчас. Его тело двигалось само, пока мозг был погружён в пучину осознания самого себя. Не будь он занят этими мыслями, связанными с душевными терзаниями, сейчас бы он ощущал невероятную боль от разрывающихся мышц.       Через некоторое время пепельноволосый остановился. Его дыхание было сбито. Все внутри сжималось и разжималось подобно старой пружине, которая в любой момент могла выйти из строю. За мыленным взглядом парень пробежался по округе. Кровь, обрубки разных частей тел и потроха — всё это окружало его, а сам он был покрыт новым слоем алой жидкости. На нём практически не осталось одежды. В руках была лишь коса, а нижнюю часть тела прикрывали какие-то тряпки.       — Это я сделал? — на пару мгновений Наруто даже не поверил, что всё это произошло по его вине. Прямо перед ним валялась голова Шикамару Нара — гениального стратега, будущее которого должно было быть светлым, если бы он не перешёл дорогу ему…       Чуть поодаль Наруто обнаружил тело Ле Блан, хотя едва ли ЭТО можно было назвать тело. Ни рук, ни ног не было… Взгляд, наполненный ужасом, застыл на лице Проклятой. Парень схватился за голову, которая загудела от нахлынувших воспоминаний.       — Хех, ну, хотя бы так… — пробубнил себе под нос парень. На его лице появилась улыбка. Будь его воля, он бы отвёл Обманщицу в какое-нибудь тихое место, жестоко пытал её, а потом отдал бы измученную девушку Джашину, чтобы тот сожрал её душу, но раз Ле Блан уже была мертва — ничего не попишешь.       В этот момент, когда парень собирался сделать новый шаг, всё его тело пронзила невыносимая боль. Природная молния, используемая весьма безжалостным для самого себя способом, наконец-то закончилась. Парень еле-еле успел подставить косу, чтобы удержаться на ногах. Всё его тело дрожало, а скелет, казалось, вот-вот развалится на мелкие песчинки.       — Паршиво… — выдавил из себя Наруто, истекая потом. Ему тяжело было банально оставаться в сознании. В текущем состоянии он не то, что сражаться не сможет, а даже двигаться будет не в состоянии.       Как только закончилась природная молния, парень также потерял контроль над барьером из молний. Защитная преграда, оградившая происходящее внутри от всего мира, в течение нескольких секунд развеялась. На лице пепельноволосого заиграла печальная улыбка. Он был окружен уже не десятками ниндзя Ино-Шико-Чо, а сотнями шиноби деревни Скрытого Листа.       — Если ты сдашься прямо сейчас — тебя не убьют на месте. Ты попадешь на справедливый суд, и твою судьбу решит дайме страны Огня! — вперёд вышла потрепанная Цунаде. За её спиной был Джирайя, который уже успел восстановить часть своих запасов чакры и находился практически в своей пиковой форме.       — Сдаться? — Губы Наруто искривились в чём-то, отдалённо напоминающем улыбку. В глазах, однако, не было ни намёка на веселье — лишь пустота, как в ту ночь, когда он нашёл тело Якумо. — Вы… предлагаете мне вернуться в ту деревню, которая отняла у меня всё?       — Обещаю, что тебя никто не тронет. Тебе всего лишь нужно сотрудничать с нами. — заявила решительным тоном Пятая. С момента, когда они прибыли к барьеру, уже прошло пятнадцать минут.       Конечно, Цунаде вовсе не просто так пыталась сохранить жизнь Наруто. Сенджу знала о том, что между парнем и Ино-Шико-Чо был конфликт в прошлом. Тогда этому не придали должного значения, потому что было много других проблем, да и Наруто считался мёртвым, но сейчас всё было иначе.       Наруто уже являлся шиноби S-ранга, который не только был способен подавить джинчурики, но и был сильнее Минато. Получить такого человека в подчинение, когда вот-вот должна была начать новая Мировая война ниндзя, было очень неплохо.       — Быть может, он и не дотягивает до Белого Клыка, но очень близок к нему. Если он вернется в Коноху — мы, по крайней мере, сможем отбить первую атаку других Великих Скрытых деревень. — пронеслось в мыслях Цунаде.       Она знала, что Минато подписал некоторые соглашения с другими каге, однако с тем же Ооноки Четвёртому не удалось договориться. Песок вступил с ними в союз, однако рассчитывать на их поддержку было бы глупо. У страны Ветра сейчас были большие проблемы, так что, если новый казекаге не сможет справиться с кучей проблем, деревня Песка вполне может быть уничтожена во время новой бури.       Союз с Облаком всё ещё не был заключен, а временное перемирие держалось лишь на дружбе Минато и Эйя, однако райкаге никогда не славились своим терпением. Если Намикадзе не отдаст свою дочку, то ситуация станет очень неприятной.       Более того, пусть тот печальный случай с Айко и смогли скрыть от общественности, подавив всякое распространение слухов, тяжёлое психологическое состояние девушки могло стать ещё одной преградой на пути к заключению союза с Облаком.       Намикадзе младшая явно не стала бы вести себя покорно и ублажать сына райкаге лишь из-за того, что так надо было Конохе, и Цунаде прекрасно это понимала. Даже она бы не смогла пойти на такой шаг, так что младшему Эйю придется проявить немалое терпение, чтобы добиться того, чего желает его отец — а времени на это как раз таки не было.       К тому же, если о том случае узнает райкаге, он явно не будет в восторге. Возможно, это даже сорвёт переговоры, так что ситуация требовала от нынешнего хокаге решительных действий.       Не стоит забывать и про деревню Скрытого Тумана. Пусть они и подписали договор и ненападении, отдав за это Ягуру, но всё же Кири всегда славилась своими наклонностями к предательству. Верить их словам — даже хуже, чем довериться проходимцу.       Конечно, пока Коноха показывает силу, демонстрируя свою возможность к защите, Туман не будет предпринимать никаких действий, однако, если деревня Скрытого Листа ослабнет, Кири не будет стоять в стороне и, вероятнее всего, нанесёт решающий удар.       Если вспомнить о том, что сегодня погибло немало ниндзя Конохи, вербовка Наруто была просто необходима. Миссия с Алым Солнцем была провалена. Таким образом, элита деревни была подорвана. Основная мощь Конохи сильно упала после нападения Звука, Песка и Тумана, однако всё ещё оставалась на более-менее приемлемом уровне — сейчас же всё изменилось.       Исходя из всего этого, от первого столкновения на Четвёртой Мировой Войне ниндзя будет зависеть очень многое. Если Коноха проиграет его — это станет шагом в пропасть, поэтому Цунаде нужны были силы, чтобы бороться за свой дом. Наруто мог стать одной из таких сил. И поскольку Айка и Минато были всё ещё живы, Пятая была уверена, что у неё есть все шансы на то, чтобы вернуть парня под дерево. Что взрастило его.       — Хорошо. Я вернусь. — тихий ответ парня поверг в шок Цунаде, однако мимолетнее выражение растерянности тут же сменилось сияющей улыбкой... Её надежды все-таки оправдались, и Наруто, доведенный до крайней степени отчаянья, решил-таки принять её предложение. — Но не как ваш пёс… а как огонь, что поглотит всю Коноху... — заявил безжизненным голосом Проклятый, отрываясь от своей косы.       Всё его тело дрожало, однако его глаза источали непоколебимую решимость. Слипшиеся волосы поднялись, взмыв в воздухе. Они просто игнорировали законы гравитации, однако у этого была причина.       Мощный импульс алой энергии разошёлся по округе, придавив всех шиноби к земле. Аура парня вызывала искажения в самом пространстве. Казалось, что воздух вот-вот вспыхнет от чудовищной жажды крови. Земля под ногами ниндзя начала покрываться трещинами.       — Аура может оказывать физическое давление? Что это такое? — глаза Цунаде распахнулись. Ей сложно было поверить в происходящее, ведь такой жаждой крови не мог обладать ни один выдающийся человек. Даже она — ниндзя-медик S-ранга — не могла пошевелиться.       — Вы же хотели монстра? Так почему вы не радуетесь? — губы парня дрогнули, расползаясь в безумной усмешке... усмешке, в которой не было ничего человеческого.       Ноги Цунаде подкосились. В последний раз так она чувствовала себя лишь однажды — это был тот злополучный день, когда её команда получила свое легендарное прозвище — Тройка Легендарных Саннинов.       Это прозвище им дал самый страшный противник, c которым они сталкивались... опаснейший наемник Кинг, чье имя гремело во времена Второй Мировой Войны ниндзя. — Неужели история повторяется? — мелькнуло в голове Сенджу, а руки невольно дрогнули.       Только сейчас принцесса Слизней поняла, что сильно недооценила этого подростка. У любой силы были разумные пределы. Все хокаге обладали выдающимися способностями, однако лишь один человек за всю историю на памяти Цунаде был способен лишь своей аурой вызывать землетрясения, и Сенджу старалась не вспоминать этого человека, потому что в своё время он принёс ей только отчаяние и боль.       — Ааа! — Внезапно Наруто закричал, и крик его был диким, почти звериным. Боль рвала тело, но душа горела сильнее — будто что-то древнее пробуждалось внутри. Чёрные вены, покрывавшие кожу, вспыхнули алым, сходясь к спине. Он рухнул на одно колено, вцепившись в землю, и почувствовал его — огонь, не сжигающий, а разрывающий цепи… те самые цепи, что сковывали каждого человека… каждого шиноби...       — Нет… — хрипел он, сжимая косу. — Я не подчинюсь… никому! — Перед глазами мелькнула Якумо, её голос шепнул: "Ты свободен". Он ударил кулаком в землю, и трещины побежали дальше, будто мир раскалывался под его волей.       На спине проступила странная метка — алый узор, пылающий, как звезда, готовая взорваться. Она не клеймила, а пела — о хаосе, о свободе, о пламени, что выжигает окружает порядок, разрушает оковы и пожирает правила. Наруто чувствовал, как эта сила рвётся наружу, не подчиняясь никому — ни Конохе, ни Богам, ни теням, что манили его душу. Это был огонь, древний, как сам окружающий мир… огонь, способный сжечь судьбу и дать жизнь заново.       — Я… не ваша пешка, — выдохнул он, поднимаясь. Дождь шипел, касаясь его кожи, но не гасил пламя в глазах. Метка пульсировала, живая, как клятва, и шиноби Конохи отступили, видя в нём не мальчика, а бурю, готовую разнести их мир. Он шагнул вперёд, и тени дрогнули, будто почуяв, что хаос пробудился.