Глава 156

"Иногда высшая добродетель требует от нас самых жестоких решений, и цена спасения целого мира может оказаться ужасающе высока — разорванные жизни и сломленные мечты."

      Айка сидела напротив зеркала и внимательно рассматривала свой внешний вид. Сегодня был день её свадьбы — день, когда вся её жизнь изменится. Её красные волосы были собраны в два пучка. Красивое лицо покрыли слоем макияжа, чтобы скрыть переживания последних дней. А в качестве одежды для свадебного обряда девушка выбрала ширатори.       — Ты выглядишь не очень хорошо. Тебе стоит собраться, Айка. — послышался рядом знакомый голос. Намикадзе даже не подняла взгляд на обладателя голоса, потому что среди всех приглашённых лишь один человек имел право находиться в это время рядом с ней.       — Сакура, как ты думаешь, Такаши будет хорошим мужем? — джинчурики сильно переживала. Она уставилась на единственную свою подругу через отражение зеркала, ожидая ответа.       — Фууух…— Харуно тяжело выдохнула, закатывая глаза. — Откуда мне то знать? Айка, вы уже более двух лет общаетесь. Если ты всё ещё не уверена в нём, какой смысл продолжать эти отношения? — розововолосая тоже похорошела за эти годы. Пусть Саске и покинул Коноху, однако Сакура продолжала упорно тренироваться.       — Наверное, ты права… — Айка выдавила улыбку. На миг её взгляд упал к подбородку подруги, однако надолго он там не задержался. Сакура была красивой, невысокой девушкой, но за последние годы у неё выработалась ещё одна привычка. Она никогда не поднимала голову слишком высоко — это было связано со шрамом, который она не хотела демонстрировать окружающим. Лишь из-за того, что в этот момент Айка сидела, а Сакура стояла, Намикадзе смогла обратить внимание на эту деталь.       — Не стоит захламлять себе голову. Сомнения ни к чему хорошему не приведут. — заметив натянутую улыбку, Харуна попыталась подбодрить подругу, но вышло не очень. — Ладно, я схожу за твоим любимым коктейлем, а ты постарайся не унывать. — поняв, что ситуация требует экстренных мер, розововолосая решила использовать свой козырь.       — Спасибо, Сакура… — искренне поблагодарила подругу Айка. Харуна улыбнулась, после чего уже собиралась покинуть комнату, как Намикадзе окликнула её. — Сакура, ты слышала что-нибудь о… нём? — Айка замялась, не решаясь назвать имя брата. Сакура напряглась, её пальцы невольно коснулись шрама под подбородком.       — Нет, — коротко ответила Сакура, но её голос дрогнул. Пальцы сжали шрам под подбородком. — И лучше, если он не появится. Он забрал слишком многое. — Она отвернулась, скрывая боль в глазах, и вышла, будучи уже не такой радостной. Айка осталась одна. Её взгляд тут же стал мрачным.       Наверное, будь иные обстоятельства, она бы никогда не посмотрела на Такаши — сына четвёртого райкаге, — но сейчас ей не оставляли выбора. Война началась около года назад. Первым, как и ожидалось, начал действовать Камень.       Ооноки не был дураком. Он не стал нападать на страну Огня, когда она получила сильную пощечину от Наруто и Джашина. Лишь в тот момент, когда в Конохе наступил кризис по причине не хватки ресурсов, Камень ударил по территорию страны Травы. Ну, если быть точнее, никакой страны Травы уже не существовало к тому времени, потому что последний обладатель Шикоцумьяку хорошо постарался.       Если бы Кимимару в тот день хотел убить всех ниндзя Кусо, никто бы даже не узнал об этой новости, однако у подчинённого Орочимару были совершенно другие цели. А, когда новости о смерти Кагуя дошли до остальных, начался серьёзный переполох — все искали виновника торжества, но никто так и не выяснил, кому удалось совершить такой подвиг. Лишь один человек обо всём знал — Якуши Кабуто, так что секретные сведения находились в кармане у Орочимару, который совсем не спешил раскрывать их.       Коноха заняла территорию страны Травы и пыталась использовать её в качестве плацдарма для обороны, однако натиск Камня оказался очень серьёзным. Ооноки использовал для прорыва своих джинчурики, прекрасно зная, что джинчурики девятихвостого слишком молод, чтобы тягаться с Роуши и Ханом, поэтому ниндзя деревни Скрытого Листа отступили к своим границам, где заняли новый оборонительный рубеж.       К тому моменту на фронт прибыл Жабий отшельник Джирайя. После нескольких стычек, Ооноки перешёл к режиму ожидания, поняв, что для прорыва данного рубежа ему придётся пожертвовать огромным числом людей — такого он позволить себе не мог, поэтому и началась разведывательная война, в рамках которой обе стороны пытались прощупать вражеский фронт и найти уязвимые места.       Причина, по которой Айку сразу не выдали замуж, являлся сам младший Эй. Как и отец, Такаши был прямолинейным и вспыльчивым человеком. Он любил всего добиваться сам, и сердце Айки вовсе не являлось исключением. Парень был на два года старше своей невесты, однако общался с ней на равных и никогда не пытался принизить. Наверное, именно прямолинейность и искренность Такаши смогли растопить холодное сердце Намикадзе, которая пыталась закрыться ото всех после возвращения Наруто в Коноху — в тот день она потеряла слишком много близких.       Но не всё было так гладко, как хотел бы Четвёртый. Пусть Минато и Эй сошлись на перемирии, однако райкаге не мог так долго ждать, а, учитывая пошатнувшиеся положение Конохи, Намикадзе пришлось заключить новую сделку, чтобы у Эйя и мысли не возникло о начале войны со страной Огня.       Так как в ходе расследования выяснилось, что именно Хината провела в Коноху Наруто и Джашина, то именно на плечи клана Хьюга легла ответственность за всё случившиеся. Твёрдое положение клана белоглазых, которые всегда ходили с высоко поднятыми головами из-за этого, разрушилось на глазах.       Хиаши потерял свою наследницу, а вторую наследницу — Ханаби — ему пришлось отдать в руке райкаге. Если вспомнить о том, что Неджи тоже погиб в том инциденте, для клана Хьюга складывалась весьма печальная ситуация, в котором на пост главы клана не было подходящего наследника. Райкаге всегда хотел заполучить в свои руки Бьякуган, так что выдача Ханаби — чистокровной Хьюга из главной ветви — стало серьёзным аргументом в переговорах.       Конечно, сейчас Ханаби была очень молода и невинна, так что Пятая принудила райкаге к тому, чтобы он не использовал девушку в столь раннем возрасте для разведения потомства с Бьякуганами. Было ещё много нюансов, однако всё это было не так важно, ведь теперь у страны Молний был Бьякуган. Да, в ближайшие пять-десять лет это не сыграет никакой роли, но на длинной дистанции ситуация на мировой арене серьёзно изменится.       Коноха приняла такое решение далеко не от хорошей жизни — им нужен был этот союз, однако Минато не хотел отпускать Ханаби просто так, поэтому были приняты весьма жестокие меры. Цунаде никогда не любила такую жесткость, но сейчас у неё не оставалось иного выбора. Принцесса Слизней разработала специальный яд, который в течение пяти лет уничтожил бы матку. Такая жестокость была вынужденной мерой, потому что в противном случае бы деревня Скрытого Облака уничтожила бы Коноху через три-четыре десятка лет.       Конечно, райкаге об этом и не догадывался. Использование природного яда же гарантировало, что райкаге ничего не сможет предъявить Конохе. Судьбе бедной Ханаби можно было только посочувствовать, однако особая печать на памяти, обговорённая в рамках условий договора, гарантировала, что всё пройдёт гладко.       Да, деревня Скрытого Облака получит один Бьякуган, но что они смогут сделать с ним? У них нет методов тренировок Белых глаз, как и методов их развития. Клану Хьюга потребовалась ни одна сотня лет, чтобы выработать правильную цепочку тренировок для развития своих глаз, так что полученный Бьякуган явно не сыграет ключевую роль в ближайшем будущем.       Цена за промедления Айки была высока, и Намикадзе, по факту, не могла отказаться от этого союза. На кону было будущее всей Конохи, из-за чего джинчурики чувствовала огромную ответственность на своих плечах.       Песок всё ещё не присоединился к Четвёртой Мировой Войне. Новый казекаге — Гаара — всё ещё не восстановил экономическую ситуацию внутри своей деревни. Да и Пятая не просила его о помощи — Коноха, пока что, справлялась своими силами, однако последние сведения от разведки указывали на активизацию Тумана.       Новая мизукаге уже начала готовить флот для вторжения. Вопрос был лишь в том, когда и где будет нанесён удар. На прошлой войне за тактику и стратегию отвечал лидер клана Нара. Именно благодаря его расчётам Конохе удалось сдержать удары Тумана вдоль всей береговой линии.       Сейчас же этот фронт возглавил Какаши. От всего Ино-Шико-Чо осталось не более десяти шиноби. Эти ниндзя не стали испытывать судьбу — две кровавых бойни, учинённых их врагом, повергли их в настоящий ужас, поэтому они все отказались от своих званий и стали торговцами. Что-то подобное в прошлом сделал и клан Сарутоби, так что сейчас Сарутоби, Яманака, Акимичи и Нара заняли ключевые торговые точки в Конохе.       Вся надежда оставалась на Какаши. Сын Белого Клыка уже продемонстрировал свои тактические и стратегические умения в прошлом, так что он лучше всех остальных подходил на роль лидера этого фронта. Конечно, всех боеспособных ниндзя не отправили на фронт. Многих оставили для подкрепления и защиты дыр в обороне.       В прошлом уже случались непредвиденные ситуации, так что резерв был сформирован специально на подобные случаи. К примеру, если маленькие Скрытые деревни почувствуют, что Великие Скрытые деревни ниндзя слишком ослабли, то они нанесут свой удар.       Безусловно, силёнок добить одну из Пятёрки им не хватит, однако разграбить несколько деревушек, уничтожить склады и сделать мирных жителей рабами — это вполне в их духе. Подобное сильно подорвёт экономику и статус Великой страны, поэтому резерв был просто необходим.       Айка сжала кулаки, чувствуя, как демоническая чакра пульсирует в венах. —Я не слабая. Не та, что была тогда, — подумала она, вспоминая Наруто. Его слова — «Жалость к врагу — это жестокость к близким» — выжгли в ней всё мягкое. Она уважала брата, но ненавидела за ту бойню, за Тентен, за слёзы. Сегодня она станет женой, а завтра бросит ему вызов, чтобы доказать: она больше не жертва.       — А ты выглядишь унылой. — за спиной Айки раздался женский голос. Намикадзе даже не заметила, как в помещении появился ещё кто-то. Она слишком сильно погрузилась в свои мысли. Рука красноволосой дёрнулась, потянувшись к кунаю, однако кисть перехватили ещё до того, как пальчики успели подцепить рукоятку.       — Мито-сама? — лишь разглядев в отражение зеркала знакомое лицо, Айка смогла успокоиться. Она полностью расслабилась, понимая, что их силы слишком неравны.       — Умная девочка. — на лице Узумаки заиграла улыбка. Она отпустила руку Айки, после чего присела на подоконник. — Я выполнила свою часть сделки. Он пришёл. — заявила Мито, прищурив глаза.       — Правда? Где он был всё это время? Как вам удалось его убедить? — Намикадзе подорвалась со своего места и, вцепившись в плечи старшей, буквально засыпав её вопросами.       — Ты можешь всё спросить у него. Информация не входит в условия нашей сделки. Просто отдай мне эту штуковину, и я уйду. — голос Узумаки были спокойным, однако в нём слышались нотки нетерпения.       — Ах да, секундочку… — придя в себя, Айка быстро залезла в шкаф, начав что-то в нём искать. Где-то через минуту, выбросив всю одежду на кровать, Намикадзе вытащила небольшой ящик и вручила его собеседнице. — Это то, что вы искали? — уточнила девушка немного напряжённым голосом.       — Да-да, это именно то, что надо, — Мито сжала ящик, и её пальцы на миг задрожали, будто она сдерживала жадный порыв. В тот день, когда Наруто устроил кровавую бойню в деревне Скрытого Листа, Чёрная Рука не только потеряла одного из ключевых членов, но и не смогла заполучить Ящик Блаженства.       Забрать его на виду у всех ниндзя Скрытого Листа было равносильно объявлению войны, а это совсем не входило в планы Мито, и вот сейчас у Чёрной Руки появилась возможность вернуть этот артефакт, и Узумаки не смогла отказаться от такого соблазнительного подарка.       — Спасибо вам за всё, Мито-сама. — радостна высказалась Айка. На её глаза навернулись слёзы. За эти годы она стала намного сильнее, получила звание джоунина и выполнила кучу заданий. Её способности и боевой опыт постепенно росли. Смерть близких людей и поражение отца не только не сломали девушку, но и сделали сильнее. Она наконец-то потеряла всякую жалость к своим врагам.       В этом далеко не последнюю роль сыграл и сам Наруто. “Разве жалость к врагу — это не проявление высшей жестокости к близкому?” — эти слова до сих пор эхом отдавались в голове Айки. Раньше она не была уверена в них, но, испытав на своей шкуре всю боль от потери близких, Намикадзе пришла к выводу, что эти слова правдивы.       Айка уважала своего брата, однако в её сердце была также и лютая ненависть к нему. Она понимала, что он всего лишь защищался, однако его жестокость выходила за рамки морали. Он использовал её неадекватное состояние, чтобы убить Тентен, — это было выше её понимания.       Сегодня Намикадзе отпразднует свою свадьбу, а завтра сразиться со своим братом, чтобы доказать самой себе, что она не такая, какой была прежде. Только победа над братом позволит девушке окончательно расправить крылья, что были переломаны уже столько раз…       — И мой тебе совет, девчонка… — Мито остановилась у окна, посмотрев через плечо на Айку. Её глаза загорелись изумрудным огнём, отчего Намикадзе невольно напряглась. — Не лезь к нему. Быть может, ты и стала сильнее, однако результат от этого не поменяется. — заявил лидер Чёрной руки, после чего выпрыгнул в окно, растворяясь во тьме переулков.       — Результат не изменится? Чушь! — Айка сжала кулаки до хруста, а её глаза вспыхнули алым. По телу заструилась демоническая чакра. — Даже если я проиграю вновь — я хотя бы узнаю, на что он теперь способен! Я буду знать, к чему мне стоит стремиться! — выдавила сквозь стиснутые зубы Айка, не желая верить в то, что её шансы на победу после стольких усилий всё равно близки к нулю.       — Айка, я принесла твой коктейль. — в следующую секунду дверь в комнату распахнулась, и в помещение зашла Сакура. Она всучила в руки подруги стакан с трубочкой и ободряюще улыбнулась. — Теперь всё будет хорошо. Не переживай ты так. — обняв Намикадзе со спины, Харуно всё ещё считала, что подруга переживает на счёт Такаши. Она даже и не подозревала, что после её ухода произошло нечто невероятное.       — Ты права. Теперь всё будет хорошо. — Айка искренне улыбнулась. Закрыв окно, она вернулась на свое место, приступив к подготовке. Свадебная церемония вот-вот должна была начаться, а несколько пролитых слёз сильно испортили макияж невесты.

***

      Пока Айка закрывала окно, внизу, в банкетном зале, Наруто и Карин протискивались через толпу. Карин нервно одёргивала кимоно, чувствуя на себе взгляды.       — Слишком много шиноби, — прошептала она, но Наруто лишь хмыкнул, оглядывая Минато, стоявшего у входа.       Его глаза сузились. — Пора начинать игру, — подумал он и сделал весьма резкое движение рукой. — Отдай сюда! — Наруто вырвал целую бутылку сакэ у одного из официантов и начал лакать алкоголь прямо из горла. Пусть на нём и было кимоно, которое его сильно раздражало, ибо сковывало его движения, парень всё ещё находился в боеспособном состоянии.       — Господин, вам не стоит… Церемония даже ещё не началась… — официант попытался что-то возразить, однако все его слова были пропущены мимо ушей.       — Прошу прощения за своего парня. Он слишком рад, поэтому ему сложно сдержать свои эмоции. — Карин, сидевшая рядом, извинилась перед официантом, вырвав из рук пепельноволосого бутылку и поставив её на стол.       За эти годы Узумаки сильно похорошела. Её лицо изменилось, превратив девушку в настоящую красавицу. Изящное кимоно же только подчеркивало её идеально-сложенную фигуру.       Официант обвёл взглядом парочку, оценил Карин с ног до головы, после чего выдавил вымученную улыбку. Кивком признав своё поражение, он решил откланяться, чтобы ещё сильнее не обострять конфликт.       — Хватит привлекать внимание. — прошипела девушка на ухо парня, посмотрев с раздражением. Она не хотела оказаться в настоящей передряге только из-за того, что Наруто решил напиться.       Их всё ещё не узнали по нескольким причинам. Во-первых, Карин перекрасила волосы, а на её лице было три слоя макияжа. Пожалуй, даже если бы она сейчас лично встретилась с Айкой — последняя далеко не факт, что узнала бы её. Во-вторых, как бы Узумаки не старалась, ей не удалось заставить Наруто сбрить свою седую бороду, из-за чего парень выглядел, как настоящий старик. Лишь немногие люди, обращающие внимание на молодую кожу пепельноволосого, смогли догадаться, что перед ними находится мужчина.       — Они пара? Мне же не послышалось?       — Да не может этого быть! Ей не больше двадцати, а этому старику явно за шестьдесят!       — Это так неправильно…       Как только до Карин дошёл шёпот соседних столиков, ей стало не по себе. Она нервно прикусила губу и опустила голову, скрывая своё лицо прекрасными волосами.       — О чём я только думала? Вот чёрт… — Узумаки нервно размышляла, как выйти из сложившейся ситуации. Ей стало дурно от мысли, что она могла совершить такую глупую ошибку, поддавшись мимолётному импульсу.       — Расслабься ты… — Наруто осторожно погладил девушку по плечу, чем вызвал сомнительный взгляд. Малиновые глаза впились в парня с непониманием. — Какой смысл переживать? Не обращай на них внимание. Муравьи не заслуживают этого. — слова пепельноволосого прозвучали достаточно громко. Почти все в банкетном зале услышали столь наглую речь и скривились от ненависти.       — А не слишком ли ты высокомерен, а, старик? — на плечо Наруто упала здоровая мужская ладонь, а за спиной раздался громкий голос райкаге. Пепельноволосый откинулся назад и посмотрел в глаза Эйя старшего.       — Высокомерие? Мне кажется, что я ответил им той же монетой — вот и всё. — пояснил свои действия Наруто без капли издёвки. Банкетный зал погрузился в напряжённую тишину. Наруто и Эй внимательно смотрели друг другу в глаза. Каждый из них пытался понять, что за человек находится напротив.       — Эй, церемония скоро начнётся. Думаю, нам будет лучше занять свои места. — Минато, который отвлёкся на пару минут, чтобы отдать распоряжение персоналу, вернулся в зал и сразу же попытался урегулировать возникший конфликт.       — Хорошо, отложим этот разговор на потом. — во взгляде райкаге промелькнула молния. Мужчина выпрямился и величественно зашагал к своему товарищу.       — Хех, сегодня будет интересное шоу… — подумал Наруто, смотря в след уходящему Эйю. Его внутренний зверь просыпался от долгой спячки. Он так и жаждал окунуться в новую битву, однако парень подавлял его, понимая, что время ещё не пришло.