Глава 187

"Человечность — это хрупкий сосуд, который легко разбить. Война, как жестокий мастер, вытачивает из нас лучшие черты, оставляя лишь холодные осколки."

      Окружение в мгновение ока изменилось. Наруто в полной мере почувствовал, как вторгся на чужую территорию. Атмосфера сразу же изменилась. Если Пейн просто был сильным противником, но не более того, то Даркин — это был иной уровень.       — Рождённый Феникс… — Сначала открылись алые глаза, а затем появилось и само Высшее Существо. Пепельноволосый опешил от удивления. Собеседник сидел на троне из костей, который возвышался надо всем. Так же, как и Рааста, у него были загнутые рога, похожие на демонические. Кожа имела тёмно-красный, а местами и чёрный оттенок, и была усеяна щербинами и шрамами от битв.       Если убрать рога и игнорировать цвет кожи, Даркин выглядел как обычный человек с невероятным телом — удивительно сухие мышцы были слишком аномальны даже для самых выдающихся атлетов. Пожалуй, такое тело можно было получить лишь постоянно сражаясь за свою жизнь.       — А? Рождённый Феникс? — Наруто не совсем уловил суть этих слов. Даркин взглянул на Проклятого с капелькой раздражения и начал подниматься со своего трона.       — Проклятый, разрушать, законы. Феникс, переписать, законы. — Загадочный ответ Высшего Существа не прояснил ровным счётом ничего. Он спрыгнул с вершины и приземлился рядом с Наруто.       Глаз парня нервно дёрнулся. За спиной этого Даркина были роскошные демонические крылья, а аура, которую он испускал, подавляла даже его. Более того, стоя в полный рост, пепельноволосому приходилось запрокидывать голову к потолку, чтобы смотреть в глаза этому монстру.       Этот Даркин был выше даже Рааста, а если сравнивать силу, то, вероятнее всего, он был на порядок сильнее. Но было кое-что необычное — Наруто не чувствовал, что этого Даркина обуяло безумие. Да, кровожадная аура летала вокруг него, однако тот казался более сговорчивым, чем Рааст в самом начале их сотрудничества. Наруто не знал, что именно на это повлияло, быть может, этот Даркин был менее безумен, а быть может, он опасался его. Как-никак, Наруто за эти годы стал намного сильнее.       — Война. — Пока Наруто рассуждал об этом, Даркин поднял свою руку. Пепельноволосый дёрнулся, поднимая руки для защиты. В руке Высшего Существа начал образовываться тёмно-алый шар энергии, вращающийся на безумной скорости, и, когда вращение достигло критической отметки, Наруто смог разглядеть в нём образы прошлого.       Тьма окутывала мир, когда воин и его братья по оружию стояли на краю поля боя. Наруто сразу же узнал этого воина — это был его собеседник. Различие между ним в прошлом и настоящем было существенным. Тогда он выглядел как человек, а сейчас — как порождение смерти… настоящий демон во плоти.       В воздухе витал запах крови и страха, а вдалеке слышались крики тех, кто уже пал жертвой безжалостной войны. Они были воинами, созданными для величия, но сейчас их сердца были полны гнева и ненависти.       Воин, сжимая в руках свой огромный меч, смотрел на своих братьев. Каждый из них был одет в доспехи, покрытые шрамами и следами битв. Их глаза светились ярким, демоническим светом, отражая безумие, которое постепенно овладевало их разумом. Война с загадочным врагом была не просто сражением; это было испытание, которое угрожало поглотить их души.       — Мы должны сразиться с ними! — закричал один из братьев, его голос звучал как раскат грома. — Они забирают наши земли, наши жизни! Мы не можем позволить им одержать верх! — Лидер не мог винить своего собрата за такие слова.       Их воспитывали так, чтобы они защищали свой дом, свою Родину от всех опасностей и следовали пути справедливости, поэтому он кивнул, чувствуя, как его собственный гнев разгорается внутри. Он помнил, как они когда-то были благородными воинами, защищающими свой народ. Но теперь, в этой безумной войне, они стали лишь орудиями разрушения.       Сражение началось. Страшные твари, порожденные тьмой, вырывались из тёмных порталов, их формы были искажены, а глаза светились ненавистью. Воины, с их могуществом и яростью, бросились в бой, и вскоре поле битвы стало настоящим адом. Лезвия сверкали, кровь лилась рекой, и вскоре воин осознал, что теряет себя в этом хаосе.       Каждый удар, каждое убийство приближали его к бездне безумия. Он чувствовал, как его человечность ускользает, как тьма проникает в его душу. Братья, когда-то единые, теперь становились всё более далёкими друг от друга, каждый погружаясь в свою собственную тьму. Бесконечные толпы монстров не заканчивались. Не успевал он разобраться с одной волной монстров, как на подходе была новая.       — Мы должны остановиться! — закричал другой брат, его голос был полон отчаяния. — Мы теряем себя! Мы не можем позволить Бездне победить нас так! — Этот Вознесённый был уже на грани. Его кожа изменила свой цвет, а оружие засияло ярче прежнего.       Но слова не достигли ушей воина. Он был поглощён яростью, и его меч срезал врагов, как сено под косой. В этот момент он не осознавал, что сам становится частью той самой орды монстров, с которой сражался.       Внезапно, в разгаре битвы, он увидел, как один из его братьев пал, его тело было разорвано на куски. В этот момент что-то внутри него треснуло. Он остановился, и в его сердце вспыхнула искра сожаления. Но было слишком поздно. Тьма уже охватила его, и он не мог вернуться назад.       — Мы потеряли себя в погоне за справедливостью, — прошептал он, глядя на своих братьев, которые, как и он, были поглощены безумием. — Мы стали теми, с кем сражались. — Взглянув на свои руки, воин увидел: рога, кожа и аура — их уже нельзя было назвать людьми.       Видение оборвалось, и Наруто поднял взгляд на Даркина, решившего показать ему эту страшную картину войны. Глаза парня сияли изумрудным оттенком.       — Так это тот враг, с которым собираются бороться Проклятые? Выглядит… безнадёжно, — пронеслось в его мыслях. Очевидно, что когда-то Даркины были великими воинами, которых уважали и у коих были принципы.       Они являлись символом справедливости, однако после той битвы, которая длилась так долго, что величайшие воины потеряли себя в хаосе войны и обезумели, всё изменилось.       — Чего ты хочешь? — наконец-то Наруто задал этот вопрос. Естественно, что Высшее Существо вовсе не просто так показало ему всё это. Оно хотело чего-то добиться, хотело что-то доказать.       — Приведи, — одно слово, однако по спине парня забегали мурашки. Он невольно сделал шаг назад, быстро поняв, чего хочет этот древний воин, и в этот момент ему стало искренне жалко его.       — Он смог вернуть себе частичку осознанности и подавить безумие, и всё это ради того, чтобы вернуться на поле брани? Вот же… — Наруто тяжело выдохнул. — Ты и вправду хочешь вернуться туда? — парень поднял взгляд и посмотрел в глаза Даркина.       — Хочу. — Короткий ответ собеседника вызвал у Наруто печальную улыбку. Будь он более чувствительным, пустил бы даже слезу, ведь Даркины — это яркий пример того, как любой символ праведности может превратиться в ураган безумия, разрушающий всё на своём пути.       — Когда все начнётся, я отведу тебя туда, — высказался пепельноволосый спокойным голосом. Очевидно, что маленькая группа людей не сможет решить проблему такого масштаба. Это затронет весь мир ниндзя, так что у Наруто оставался лишь один вопрос: “Как Проклятые собираются заставить всех каге объединиться для этой борьбы?”.       Вопрос объединения являлся единственным способом выживания. Это была вынужденная мера, отказ от которой приравнивался к абсолютному уничтожению всего мира.       — Феникс, баланс, сила… — Даркин указал на грудь, а затем на свои мышцы. Наруто склонил голову, пытаясь понять этот ребус. Очевидно, что собеседник смог отойти от безумия не без последствий. На восстановление человеческих черт уйдёт много времени. Удивительно было то, что Рааст смог быстро вернуть себе возможность полноценно говорить.       — Я не понимаю… — парень нервно почесал затылок, будучи смущён таким развитием событий. Ему стало неловко. Обычно у него не возникало проблем такого рода, поэтому сейчас ему стало не по себе.       — Хочу… — Даркин произнёс, его голос был прерывистым, как будто каждое слово давалось ему с трудом. Он указал на грудь, затем на свои мышцы, пытаясь донести мысль. — Феникс… баланс… сила… — собеседник раз за разом повторял эти три слова, которые никак не вязались в голове парня.       Наруто нахмурился, пытаясь расшифровать его слова. Он понимал, что Даркин, вернувший себе частичку осознанности, всё ещё борется с последствиями безумия. Его речь была обрывочной, но в ней чувствовалась решимость.       — Ты хочешь вернуть всё, что потерял, — сказал Наруто, стараясь поддержать разговор. — Я знаю, что с тобой обошлись жестоко. — Парень сделал паузу. И вправду, отправлять на борьбу с врагом несколько десятков выдающихся воинов вместо армии всего мира — это проявление высшей степени жестокости. — Но если ты вернёшься один, ты будешь обречён, — подчеркнул пепельноволосый, внимательно наблюдая за переменами на лице Даркина.       — Феникс… баланс… сила… — он вновь повторил это. Наруто закатил глаза, после чего развернулся, собираясь покинуть это пространство. Они уже пришли к согласию, а это означало, что ему удастся взять меч и добиться своего — убить того монстра.       — А? — Наруто удивился, когда Даркин схватил его за руку. Он через плечо посмотрел на него с явной враждебностью. Даркин склонился, а его глаза вспыхнули алыми огнями. — Феникс. — Он повторил лишь одно слово и начал подавать энергию в тело парня. Лицо Наруто скривилось от боли. На его спине что-то зашевелилось, выжигая не только каждую клеточку его тела, но и каждую частичку его души.       — Что это? — слетело с губ парня, когда он заметил, как татуировки переползают с его спины на грудь. Даркин ничего не сказал, поэтому Наруто оставалось лишь наблюдать за преображением символов.       На самом деле, эти символы были очень сложны и непонятны ему. Когда Якумо умерла, и он вместе с Карин только начал обустраиваться в Канзецу, он показал эту татуировку ей. Узумаки долго изучала её и пришла к выводу, что это сложная печать, которая была написана на древнем языке. Естественно, что Карин ничего не знала об этом языке, и всё это было лишь догадкой.       Проблема заключалась в том, что попытки воздействия Проклятой силой и чакрой на печать были бесполезны. Она просто игнорировала внешнее воздействие, будто бы требовалось какое-то особое условие для её активации.       — Феникс. Возрождаться. Вечно. Феникс. Сила. — Эти слова вызвали ещё больше недоумения у Наруто. На его груди сформировался Феникс — птица из древних легенд. Мифическое существо, которое состояло из огня и кое могло возрождаться после полного уничтожения.       — Я не умею так, — парень лишь отрицательно покачал головой. Он прекрасно знал о всех своих способностях. Тени стали его друзьями, которыми он пользовался искуснее, чем любой из клана Нара.       — Бой. Учиться. Сражаться. Развитие. — Даркин вновь заговорил, пытаясь донести свою мысль. Наруто развернулся к нему лицом, начиная догадываться о том, что тот хочет сказать, однако поверить в подобные вещи было очень сложно, ведь они выходили за рамки нормального.

***

      Итачи и Конан прошли вместе с незнакомцем около километра, прежде чем оказались у огромного дерева. Проводник коснулся коры дерева, что-то прошептал, после чего корни дерева зашевелились. Акацуки тут же напряглись.       Ни Итачи, ни Конан не доверяли этому загадочному человеку, назвавшему себя Хранителем Леса, поэтому они моментально приготовились к бою. Однако вопреки их опасениям, проводник не атаковал их. Вместо этого, прямо в стволе дерева открылся проход.       — Не стоит так нервничать. У меня простые правила. Если вы не нападаете на меня и моих гостей и не пытаетесь навредить окружающим, я вас не трогаю, — пояснил молодой человек, после чего зашагал по открывшемуся проходу.       Итачи и Конан переглянулись. Верить таким речам было не особо правильным решением, однако не воспользоваться ситуацией, они не могли. Найти Хана, пока его оберегает такой человек, было бы очень сложно. Более того, Итачи признал, что он бы в жизни не догадался, что в дереве можно сделать проход.       — Я дома, — где-то через минуту незнакомец подал голос. — Я не один. У нас гости, — добавил он мгновением позже. Он остановился и снял свою обувь, после чего двинулся вперёд.       — Я на кухне, — послышался миловидный женский голос. Учиха изменился в лице. Этот голос показался ему до боли знакомым.       — Итачи, — снимая обувь, Конан окликнула парня. Итачи посмотрел на неё с капелькой напряжения. — Не предпринимай никаких действий. Я не уверена, что мы справимся с ним, — высказалась куноичи с нотками холода в голосе.       Загадочность — это далеко не самая обычная черта человека. Их проводник не выглядел опасным, однако его поведение вызывало немало опасений. Быть может, он и не знал, что они являются шиноби S-ранга, однако их ауры он точно должен был ощутить, и даже так, он не испугался и вышел к ним, уверенно заговорил и даже предупредил о правилах в своём доме.       Это говорило о том, что человек либо глуп, ибо не понимал, с кем связался, либо… он прекрасно осознавал, с кем имеет дело, и был уверен в том, что справится с ними в случае чего. И проблема в том, что Итачи и Конан этот мужчина не показался глупым.       Через несколько секунд Конан и Итачи проследовали за хозяином дома на кухню. Там они застали удивительную картину. Мужчина сел за стол, начав изучать какой-то свиток, а рядом женщина с чёрными волосами варганила что-то.       — Ого, парень и девушка, да и еще в одинаковой одежде! Вы женаты? — женщина обернулась и мило улыбнулась. Итачи замер. Его глаза расширились, а сердце забилось чаще.       — Итачи? — Конан, присев за стол, заметила необычное поведение своего товарища. Ей было немного неловко от вопроса женщины, однако состояние товарища имело для неё более важное значение.       — Итачи, значит… — улыбка женщины стала натянутой, постепенно сползая с её лица. — Не думала, что мы когда-нибудь встретимся, — добавила она печальным голосом. Конан с недоумением переводила взгляд то на Итачи, то на женщину, совсем не понимая, что тут происходит.       — Вы же… Вы же… — Итачи начал заикаться. Лицо молодого человека стало выглядеть более болезненным, чем обычно. Конан впервые видела такие эмоции на лице этого хладнокровного человека. Казалось, что Учиха лично встретился с Шинигами, а не человеком.       — Ну, садись, внучок, и расскажи, как так вышло, что клан Учиха был практически уничтожен, — женщина требовательно посмотрела на брюнета, по спине которого от такого взгляда забегали табуны мурашек.       — Хорошо, Наоми-сан, — выдавил из себя Итачи, быстро занимая предложенное место. Глаз Конан нервно задёргался, ведь Итачи никогда не был таким покладистым.       — Наш клан хотел устроить восстание, чтобы вернуть своё величие и власть. Я был бы рад, если бы клан Учиха занял достойное место в Конохе, однако пролилось бы слишком много крови. Я не мог такое допустить, поэтому мы с Шисуи пошли… — Наоми подняла руку, а её взгляд стал слишком острым.       — Ты можешь повесить эту лапшу этой девчонки на уши, но не мне, — грозный взгляд бывшей главы клана Учиха заставил Итачи вздрогнуть. Эта женщина выглядела опасной, даже слишком опасной, а ведь она даже не активировала свой шаринган.       — Мы с Шисуи хотели остановить восстание при помощи техники его глаз, однако Шисуи не смог пойти на такое. Он был готов присоединиться к восстанию, а дальше началась бойня… В дело вмешался Белый Бог Смерти. — Учиха замолчал. В его голове всплыли образы прошлого. Столько человек положило голову, и за что? Чего они добились? Ничего…       — Кит Хэтчер… Ясненько. Против него даже обладатель Мангекьё не выйдет живым, — подметила Наоми и, прикрыв глаза, выдохнула. — Вы с Шисуи не брали вину на себя. Минато просто повесил на вас ярлык, чтобы избавиться от лишних вопросов. — Наоми быстро всё додумала, сложив общую картину.       — Наоми-сан, а как… — Итачи хотел что-то сказать, однако резко остановился. — Кхе-кхе… — кровавый кашель сорвался с его губ. Несколько алых капель упали на пол, а другая часть испачкала стол.       Женщина тут же поднялась со своего места и протянула платок парню. Тот печально улыбнулся в знак благодарности, после чего вытер с губ кровь. Но Наоми не вернулась на своё место. Она подошла к Итачи в упор и аккуратно приподняла его подбородок, смотря прямо в глаза.       — Что вы… — Конан напряглась от этих действий и хотела было вмешаться, однако женщина нежно погладила своего внука по голове, грустно улыбаясь. Вместе с этим она повернула голову парня в бок, чтобы затем стряхнуть присыпку с его шеи, обнажая чёрные вены.       — Ясненько. Так вот каковы последствия от отторжения Проклятья, — голос женщины стал холодным. Она отпустила внука и вернулась на своё место. Сложив руки на груди, она ожидала хоть каких-то пояснений от парня.